Книги по бизнесу и учебники по экономике. 8 000 книг, 4 000 авторов

» » Читать книгу по бизнесу Книга 1. Актуальные проблемы современной адвокатуры Анны Мельдельштейн : онлайн чтение - страница 1

Книга 1. Актуальные проблемы современной адвокатуры

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 14 апреля 2018, 15:20

Текст бизнес-книги "Книга 1. Актуальные проблемы современной адвокатуры"


Автор книги: Анна Мельдельштейн


Раздел: Юриспруденция и право, Наука и Образование


Возрастные ограничения: +12

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Книга 1. Актуальные проблемы современной адвокатуры
Анна Мельдельштейн

© Анна Мельдельштейн, 2018


ISBN 978-5-4490-7041-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

В данной книге, предшествующей повествованию о реальном уголовном деле, будут рассмотрены наиболее актуальные проблемы российской адвокатуры. Вероятно, к середине книги вы уже начнете протестовать, говоря о «западе» и огромнейших суммах, которые граждане воздают местным юристам. В таком случае, давайте отвлечемся и представим следующую картину. Я не буду рассматривать топовые школы права, типа Гарварда или Йеля, хотя по большому счету именно выходцы таких школ работают в самых крупных компаниях мира, но забудем и возьмем лишь среднее звено. Западная система обучения строится совершенно иначе, да и само право расценивается как профессионально-академическая область. Это означает, что студенты могут поступать в университеты на специальности по праву только в случае получения ранее диплома бакалавра. Право как таковое не преподаётся на программах бакалавриата. При этом видим следующее: мы отучились в обычной школе (12—14 лет), поступили в средний университет, естественно, в 99,99% такие студенты получают образование не за счет стипендий, а получают кредиты, и, возможно, университет выдаст 3—10% скидку (в год выходит примерно от 15 до 50 тыс. дол.); далее, поступаем на LLM (магистра в сфере права, хотя данная ступень не является обязательной, но более менее приличные вузы ее требуют, особенно от иностранцев), длится 1—2 года и стоит не более 50 тыс. дол. в год, сумма зависит от десятков показателей и от того, где ты до этого проживал; грызем гранит науки вот уже лет 6, что делать дальше? Бежим за трехгодичной докторской степенью J.D., иногда может превышать данный срок аж до 6 лет; стоимость выливается в среднем от 50—60 тыс. дол. в год, какой предел смотреть страшно. Безусловно, есть вузы и дешевле, но смотрим не те, которые существуют благодаря жителям соседней деревни, а именно хороший средний уровень городов, чтобы было качественно и не зря. Потом сдаем экзамены, получаем лицензии, естественно, доплачиваем еще порядка 2—4 тыс. дол., без учета того, что с первого раза сдать весьма сложно, если ты не родился гением юриспруденции или не обучался в лучших школах мира (но это не точно). Выходит в среднем мы потратили на получение высшего образования минимум 7—8 лет, и набрали кредитов примерно на 180 тыс. дол, понятное дело, сумма минимальная с учетом учебников, курсов и прочих нужных вещей.

Сколько времени занимает получение юридического образования в любом городе России, года 4 – максимум, если у тебя есть маломальские умственные способности, а если цель не валяние дурака – обучение может затянуться еще на пару лет, стоимость соответственно за весь период обучения тысяч 300—400 – разница на лицо (опять же рассматриваем только вузы среднего звена). Но и это не всё, пока «западники» стремятся покорить мир судебной системы, наши студенты покоряют барные стойки, списывают на экзаменах, оплачивают свои пятёрки и семестровые работы, в том числе и диплом. «Ой, да, ладно! Будто западники так не делают», – скажите вы, делают (это я про барные стойки). Но они с такой силой цепляются за любую возможность обучения и практики, что вам будет безразлично, чем они занимались в пятницу вечером, потому что в понедельник они придут на заседание в полном обмундировании (чаще всего, самые успешные, уходят на боковую примерно к 12 часам ночи). Откуда я это знаю? С чего взяла, что в России всё так непристойно и некомпетентно? Есть сотни людей, наивно полагающих, что они умнее и диплом «кровью и потом» заслужен. Но в ожидании прекрасных перспектив и лелеяных надежд о возможной работе в одной из стран запада и подготовки к международным экзаменам дабы быть компетентным, вам предложат (90%) «пожертвовать» определенную сумму с несколькими нулями, соответственно, за отказ вы получите не то, на что так рассчитывали и к чему стремились. Забыла упомянуть: на протяжении всего своего обучения вы постоянно будете совершенствовать свои знания во всем, в чем только это, возможно, писать научные работы, помогать людям, у которых нет денежных средств на юристов; в конечном счете, все мы хотим чего-то взамен. Даже люди, жертвующие миллионы африканским детям, рассчитывают на замаливание своих грехов или на спасение жизни; люди делают это, потому что всегда хотят откупиться – факт. В общем западником как вы поняли, не станете, зато останетесь честолюбивым человеком и будете заниматься тем, что действительно по душе: помогать людям в постижении истинны системы, и давать пищу для размышлений тому, кто всё еще слеп. Безусловно, для большей части жителей России образование и в близлежащем вузе кажется дорогостоящим, но я еще не встречала ни одного человека, который бы не окупил «диплом» за пару лет. И дело тут не только в стоимости, системе ценностей или коррупции, но еще и в том, что юридический корпус не ценят, не уважают и считают бестолковым из-за плохо качества оказываемых услуг псевдо-адвокатами и отвратительного теоретического образования. В любом случае позднее я поясню всё вышесказанное.

Однако забудем об этом, и вспомним о том, что западники поднимают хорошие деньги, благодаря одному лишь факту… Они готовы на всё ради «защиты» клиента, работают как ищейки и на самом деле находят ту самую цель, которая была так необходима для завоевания «суда». Юридический корпус ценен и без него никуда. Профессионалов признают и уважают, если они звонят посреди ночи, дабы что-то узнать или уточнить – нужно просыпаться и отвечать; беспрекословно исполнять даже самые глупые рекомендации, ну, и держать деньги при себе.

Пару лет назад у моей подруги возникла неприятная ситуация: она вышла из одного известного ресторана Нью-Йорка подышать летним вечерним воздухом, а назад войти не смогла (попросту охранник не впустил, начал заламывать руки, собственно, за что и получил удар), приехали полицейские и забрали ее. Можете себе представить эту эпопею. Пришлось звонить юристам: первый был американец, у которого не было возможности приехать в данный момент, второй – русский, сказал следующее: «Посидит несколько дней в тюрьме, потом суд, потом заплатит штраф пару тысяч долларов и выйдет. Может, затянется на месяц, может на два. Куда мне выезжать?». Наверное, как вы уже поняли, я положила трубку и поехала к первому попавшемуся адвокату среднего звена, о котором слышала (топовые тут явно не под силу, да и браться за плёвое дело не будут, обычно им нужна сенсация). Время 4 часа утра, я при полном параде с ужина: коктейльное платье, туфли от Manolo и сумка от Gucci, с влажными волосами благодаря моросящему дождю – нажимаю синюю кнопку, проходит звонок консьержу, тот сонно открывает дверь, говорю «мне к мистеру ***», впустил, что странно, полагаю уже привык подобного рода визитам. Поднимаюсь на шестой этаж в лифте похожем на лифт 60-ых годов, который нужно самим закрывать, с такими кованными ручками, мода… Стучу в дверь, а в голове: «Что, черт возьми, ты делаешь?! Главное говори». И тут распахивается дверь весьма высокий мужчина в халате, который сразу же уходит с возгласом: «Дайте мне 10 минут». Пока я стою в дверях и с шоком осознаю, что происходит, он уже выбегает в узкий коридор светло-кофейного цвета с репродукцией Рембрандта по левой стороне, и столиком с георгинами справа, застегивая брюки и крича мне с долей возмущения: «Что вы там стоите? Боже! Проходите!». Ещё минут 5, пока варилось кофе, я провела, повествуя о сложившейся ситуации. Через полчаса мы ехали к судье просить разрешение о залоге, да, ночь, но он это сделал, я предпочитала сидеть в такси и молчать, мысленно подсчитывая сумму за его чудеса. Через неделю было заседание, где ее оправдали, а адвокат выставил счет в несколько тысяч долларов. Дорого? Не знаю, как вам сказать… Русский адвокат требовал сумму почти в два раза больше, при этом предлагал пару месяцев «перекантоваться» в тюрьме, прям в настоящей оранжевой робе, как показывают в фильмах, а потом заплатить штраф.

Видимо после этого момента у меня внутри произошел надлом, и я поняла, о чем говорил мой знакомый с блестящими знаниями, отлучившийся в России. Он говорил не просто о проблемах образования, а о проблемах всей системы. Системы, заболевшей пару десятков лет назад, как минимум лейкемией и не имеющей желания лечиться. Если никто не хочет этого замечать, то мы – люди дела, будем говорить, кричать об этом. Ты не должен платить системе – ты имеешь право на защиту такое же, как право на жизнь. Да к пользуйся им! Смелее! Тебе должны говорить сиюминутно: «Дело дрянь, но я попытаюсь» или «Всё будет отлично, можете на меня рассчитывать». Система не имеет права требовать от граждан (неважно какой страны, неважно какой нации, неважно какой религии или цвета кожи) средств на содержание бюрократической машины, а юристы не могут лгать, распихивая деньги по карманам.

Условлюсь, плохое обучение не означает того, что нет хороших адвокатов или умных студентов. Именно поэтому наличествует еще одна причина некачественных услуг: государственные защитники перерабатывают, так же как и те, кто занижает стоимость своих услуг, что в большей степени ведет к сделкам, а это обвинительные приговоры для тех, у кого нет средств на «успех». Что примечательно – это не то что бы совсем безнадежные дела или безграмотные юристы, а отсутствие мотивации и абсолютное игнорирование вопроса: «Что существенно в конкретном деле?».

Если вы хотите отрицать всё вышесказанное – ваше право, но вслушайтесь: любая кодификация со времен «до Юстинианова периода» берет начало с запада, где важен не столько процесс, сколько его результат. Сегодня есть два выхода: изменить все на корню либо ожидать, когда в один момент все рухнет.

Поистине вы можете продолжить путь со мной или же закрыть книгу и слепо верить в искалеченную систему.

Монополизация адвокатуры

У адвокатуры имеются глубокие исторические формы, которые с самого начала ее существования в России и по сей день формировали отношение к этому правовому институту. При довольно частых изменениях адвокатура никогда не оставляла к себе равнодушных органов власти или же общества, она взывала к интересу и общественному мнению во всех ее веяниях, в том числе о проблемах, которые могут быть не понятны обществу, но четко определены для адвокатов.

Развитие адвокатуры в России началось с института представительства, который начал развиваться на Руси. Исходя из текста Псковской судной грамоты, поверенные могли быть у стариков, инвалидов, монахов и женщин [1].

Позднее подобные данные были освещены в Судебниках 1497 года и 1550 года, а также в Соборном Уложении 1649 года.

Термин «адвокат» появился официально в эпоху Петра I. Одна из глав Воинского устава 1716 года имела название «Об адвокатах и их полномочиях» [2].

Что же касается дореформенной адвокатуры, то ее можно разделить на три института:

1) институт адвокатуры западного края;

2) институт депутатов при следствиях;

3) институт присяжных стряпчих при коммерческих судах.

К западному краю относились девять губерний, и адвокаты были при всех судах (включая духовные суды). В западном крае к адвокатам были предъявлены определенные требования:

– природный дворянин;

– беспорочность;

– знание законов;

– иметь в собственности поместье;

– принять присягу.

Лица, желающие стать адвокатами, соответственно, назывались учениками, а наставники – меценатами.

Второй институт касается депутатов при следствии, который включал в себя функции и прокурорского надзора, и общественного контроля, и адвокатуры. Без депутатов не начинались следственные действия, и в случае несогласия со следователем прикладывалось заявление.

Наконец третий институт присяжных стряпчих существовал с 14 мая 1832 года до 1917 года. Особенностью данного института является то, что заниматься представительской практикой могли только лица, внесенные в специальный список.

Несмотря на существование трех институтов, дореформенная адвокатура всё равно не удовлетворяла ни власть, ни общество.

В 1864 году началась судебная реформа, которая разрабатывалась известными юристами, чем и можно объяснить успех реформы в будущем.

В ней было сформулировано три требования:

1) не допускать в число присяжных отставных чиновников без высшего юридического образования и других лиц без образования, преподавателей и профессоров юридических вузов;

2) лица только мужского пола;

3) лица, достигшие 25 лет;

4) лица, вероисповедующие христианство [3].

Отсюда, смотря на дореформенный период истории адвокатуры хорошо видно всю бесперспективность организации судебного процесса того времени, что было вызвано краткостью законов в отношении судебного представительства.

Причем законодатель отдавал себе отчет в том, что, например, участие того же присяжного стряпчего сводилось к рукоприкладству и запутыванию дела. Данный факт можно подтвердить одной из записей Комиссии по составлению законов в 1820 году: «В России те, кои носят имя стряпчих, находятся в таком неуважении, какого большая часть их них заслуживает, судя по примерам. Как некоторые из них исполняли принятые на себя обязанности, о чем могут засвидетельствовать самые присутственные места» [4].

Однако уже в 1832 году была сделана попытка ввести организацию в представительство сторон для коммерческих судов, собственно говоря, с этой целью и был создан институт присяжных стряпчих. Несмотря на это присяжные стряпчие выполняли всю ту же роль и не пользовались особым доверием или авторитетом со стороны общества, которое основной причиной несоблюдения законодательства и злоупотребление властью судом видит неверно организованную деятельность адвокатуры.

Все недостатки с каждым годом всё больше давали о себе знать, и к 1876 году в Министерстве юстиции был поднят вопрос об уничтожении независимости адвокатуры, однако никаких действий предпринято не было. Лишь почти спустя десять лет к 1885 году вновь был поднят вопрос об упразднении самостоятельности института адвокатуры, с этой целью даже была учреждена Комиссия, но и на этот раз проект не увенчался успехом. Наконец в 1890 году вновь созванная Комиссия довела дело до конца, но проект также как и все предыдущие не получил никакого движения. Таких проектов было еще много, и ни один из них не имел никакого практического значения, единственный плюс в этих несостоявшихся проектах заключается в том, что рассматривая каждый из них в отдельности видно – законодатель не возвращался к прежним составляющим адвокатуры, что позволило показать ее жизнеспособность и независимость.

Так, переходя к вопросу монополизации адвокатуры, стоит отметить: многие адвокаты в период революции 1917 года были убиты, отправлены в концлагеря или лишены права выступать в суде, что сократило их численность, по меньшей мере, наполовину.

Государство вместо адвокатов стало привлекать обычных трудящихся, которые, конечно же, не могли оказать квалифицированную юридическую помощь или защиту, поэтому большинство граждан прибегало к помощи бывших адвокатов, нежели «новых правозаступников».

Например, при судебном следствии в революционных трибуналах в качестве защитника обвиняемый мог пригласить любое лицо, пользующееся политическими правами или попросить об этом трибунал, или даже воспользоваться защитой из числа лиц, присутствующих в зале суда.

Получается место правосудия, заняло «правосознание революционного класса», а профессионально подготовленные судьи и адвокаты были заменены солдатскими и рабоче-крестьянскими активистами. Хотя некоторые ученые считали. Что переход к защите в порядке трудовой повинности являлся временной мерой, просуществовавшей до организации института советской адвокатуры [5]. Спустя несколько недель после октябрьской революции, 22 ноября 1917 года, был принят Первый Декрет о суде. Он был ориентирован на создание «советских судов». Адвокатура им создана не была, и адвокаты отказывались принимать ликвидацию, а в качестве защитников и обвинителей были допущены все неопороченные лица, как женского, так и мужского пола.

Внимание! Это ознакомительный фрагмент книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента ООО "ЛитРес".
Страницы книги >> 1

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Топ книг за месяц
Разделы







Книги по году издания