Annotation

«Руководство по закупкам», подготовленное ведущими мировыми экспертами в области закупок, раскрывает основные современные экономические механизмы, базируясь как на последних научных работах в этой области, так и на сложившейся разнообразной международной практике государственных и корпоративных закупок.

В учебном пособии рассматриваются проблемы управления закупками, распределения рисков, построения закупочных систем, механизмы стимулирования участников закупок, проблемы и методы борьбы со сговором и коррупцией в закупках. Подробно раскрываются механизмы ценообразования и репутации, разнообразие шкал оценки предложений поставщиков и методы присуждения контрактов, пути стимулирования инноваций в процессе закупок. Основываясь на результатах междисциплинарных исследований, данное руководство предоставляет практические рекомендации государственным служащим, менеджерам, экономистам и юристам, участвующим в разработке механизмов корпоративных и государственных закупок.

Предназначено для аспирантов, студентов магистратуры, бакалавриата, для обучающихся по программам MBA и MPA, программам профессиональной переподготовки и повышения квалификации специалистов по закупкам, а также для аудиторов и работников контролирующих органов.

- Руководство по закупкам

- Авторы и составители

- Предисловие

- Предисловие научного редактора русского перевода

- Часть I. Общие вопросы

- 1. Введение

- 1.1. Для чего нужно Руководство по закупкам?

- 1.2. Терминология и основные определения

- 1.3. Структура и содержание книги

- 1.3.1. Часть I. Общие вопросы

- 1.3.2. Часть II. Основные стратегические принципы

- 1.3.3. Часть III. Стратегии конкурентных торгов

- 1.3.4. Часть IV. Привлечение и отбор участников

- 1.3.5. Часть V. Предотвращение сговора и коррупции

- 1.3.6. Часть VI. Факторы, влияющие на повторяющиеся закупки и инновации

- 2 Разнообразие практики закупок: примеры из государственных закупок

- 2.1. Введение

- 2.2. Основные положения

- 2.2.1. Централизация

- 2.2.2. Заключение контракта с квалифицированными поставщиками

- 2.3. Дизайн закупок – создание закупочной модели

- 2.3.1. Форматы торгов

- 2.3.1.1. Закрытые торги

- 2.3.1.2. Комбинаторные торги

- 2.3.1.3. Закрытые двухэтапные торги (двухэтапный конкурс)

- 2.3.1.4. Электронный реверсивный аукцион (онлайн-торги на понижение цены)

- 2.3.2. Процедура электронных торгов

- 2.3.3. Лоты

- 2.3.4. Резервная цена

- 2.3.5. Политика раскрытия информации

- 2.3.6. Критерии присуждения контракта (оценки предложений)

- 2.3.7. Присуждение контракта одному или нескольким подрядчикам

- 2.3.8. Срок действия контракта

- 2.4. Привлечение и допуск (отбор) участников

- 2.4.1. Совместная подача заявки

- 2.4.2. Субподряд

- 2.4.2.1. Ограничение субподряда

- 2.4.2.2. Принятие решения о субподряде до или после конкурентных торгов

- 2.4.2.3. Мониторинг субподряда

- 2.4.3. Аномально низкие тендерные предложения

- 2.4.4. Ограничения по присуждению контрактов

- 2.5. Механизмы предотвращения сговоров

- 2.5.1. Взаимодействие с национальными антимонопольными органами

- 2.6. Заключительные положения

- Приложение 2.1. Программа Лаборатории ЕС и ее участники

- Описание программы

- Лаборатория ЕС в 2004 г.

- Участники рабочей группы по конкурентным торгам и вопросам конкуренции

- Лаборатория ЕС в 2005 г.

- Приложение 2.2. Участники из США и Бразилии

- Приложение 2.3. Структура опросных листов

- Опросный лист по модели конкурентных торгов и вопросам конкуренции (2004)

- Опросный лист – закупка бумаги для принтеров (2005)

- Краткий обзор литературы

- Источники

- Часть II. Основные стратегические принципы

- 3 Когда следует централизовать закупки?

- 3.1. Введение

- 3.2. Основные проблемы выбора между централизованными и децентрализованными системами

- 3.2.1. Эффективность: экономия и контроль затрат

- 3.2.2. Стандартизация продукта

- 3.2.3. Фаворитизм

- 3.2.4. Стратегические закупки

- 3.2.4.1. Централизация стратегических товаров и услуг в частном секторе

- 3.2.4.2. Что является стратегическим в государственном секторе?

- 3.2.5. Сети и стандарты

- 3.2.6. Динамика рынка

- 3.2.7. Чрезвычайные ситуации

- 3.2.8. Издержки сбора информации

- 3.2.9. Рыночная позиция

- 3.2.10. Мониторинг действий подрядчиков

- 3.2.11. Централизация и электронные закупки

- 3.3. Заключительные положения

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 4 Стратегии составления закупочных контрактов

- 4.1. Введение

- 4.2. Выбор закупочного контракта

- 4.2.1. Роль закупочных рисков

- 4.2.2. Роль мотивации в повышении качества и снижении затрат

- 4.3. Самые распространенные типы закупочных контрактов: формальные контракты

- 4.3.1. Контракт «издержки плюс фиксированная прибыль»

- 4.3.2. Контракты с фиксированной ценой

- 4.3.3. Поощрительные контракты

- 4.3.3.1. Линейные поощрительные контракты

- 4.3.3.2. Баланс между распределением риска и механизмами стимулирования

- 4.3.3.3. Поощрительные контракты и трансакционные издержки

- 4.3.3.4. Способы измерения качества и неоднородность заданий

- 4.3.3.5. Поощрительные контракты и тендерные процедуры

- 4.4. Негласные контракты и подразумеваемые аспекты качества

- 4.4.1. Методы составления неформальных контрактов для NCQ

- 4.4.2. NCQ и полномочия закупщика

- 4.4.3. Отбор, или предконтрактные методы

- 4.4.4. Контрактные методы

- 4.4.4.1. Метод «кнута и пряника» во время исполнения контракта

- 4.4.4.2. Конкуренция в период исполнения контракта

- 4.4.5. Постконтрактные методы стимулирования

- 4.4.5.1. Продление контракта и срок его действия

- 4.4.5.2. Оценка прошлой эффективности, исключение из торгов, консорциумы, переговоры

- 4.5. Выводы

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 5 Механизмы поощрения и присуждения контрактов в закупках: конкурентные торги и переговоры

- 5.1. Введение

- 5.2. Основы контрактной деятельности

- 5.2.1. Контрактные компоненты: дизайн и механизмы стимулирования

- 5.2.2. Стоимость и преимущества стимулов

- 5.3. Конкурентные торги и переговоры

- 5.4. Обсуждение

- 5.4.1. Уроки для бизнес-стратегии

- 5.4.2. Рекомендации для государственных структур

- Краткий обзор литературы

- Источники

- Часть III. Стратегии конкурентных торгов

- 6. Информация и конкурентные торги

- 6.1. Введение

- 6.2. Частный и общий компоненты функции стоимости

- 6.2.1. Частная составляющая

- 6.2.2. Общая составляющая и «проклятие победителя»

- 6.2.3. Завышение и занижение ставок

- 6.3. Преимущества и недостатки распределения информации. Проблемы выбора формата конкурентных торгов

- 6.4. Оптимизация динамических аукционов

- 6.5. Контроль длительности многоэтапных аукционов

- 6.5.1. Многоэтапные аукционы на понижение

- 6.5.2. Способы ускорения многоэтапных аукционов

- 6.5.2.1. Ограничение количества этапов и правило фиксированного окончания

- 6.5.2.2. Увеличение шага ставки и действительность ставок

- 6.5.2.3. Англо-голландский аукцион

- 6.6. Быстрые динамические аукционы

- 6.6.1. Японский аукцион (descending clock auction)

- 6.6.2. Аукцион «на выживание»

- 6.6.3. Двухэтапный закрытый тендер (аукцион)

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 7. Разделение на лоты и конкуренция в закупках

- 7.1. Введение

- 7.2. Разделение на лоты и оценка эффективности и доходности

- 7.3. Коэффициенты конкуренции

- 7.3.1. Правильная интерпретация коэффициентов

- 7.3.2. Ограничения для OR и PR

- 7.4. Деление на лоты и уровень участия

- 7.5. Координация и сговоры

- 7.5.1. Количество участников и координация

- 7.5.2. Количество лотов и координация

- 7.5.3. Симметричность и координация

- 7.6. Диверсифицированные компании и межрыночные контакты

- 7.7. Безвыходная ситуация

- 7.7.1. Безвыходные ситуации в повторяющихся закупках

- 7.7.2. Как избежать безвыходной ситуации

- 7.7.7.1. Разделение контракта поставки

- 7.7.7.2. Ротация закупок между конкурирующими поставщиками

- 7.7.7.3. Издержки и риски мультисорсинга

- 7.8. Заключение

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 8. Многоконтрактные торги и пакетные заявки в закупках

- 8.1. Введение

- 8.2. Контракты с сильной положительной комплементарностью

- 8.2.1. Одновременный аукцион на повышение (SAA)

- 8.2.2. Закрытые торги с пакетными ставками

- 8.2.2.1. Аукцион Викри в закупках

- 8.2.2.2. Закрытые торги «стратегий» с принятием пакетных заявок

- 8.2.2.3. Проблемы пакетных конкурентных торгов. Ограничения ставок

- 8.3. Контракты с сильной отрицательной комплементарностью

- 8.3.1. Закрытые условные торги

- 8.3.2. Однородные контракты поставки и «долевые торги»

- 8.3.2.1. Дискриминационные долевые торги

- 8.3.2.2. Долевые торги единой цены

- 8.3.2.3. Одностороннее и скоординированное сокращение спроса

- 8.4. Количество лотов, пакетные торги и степень участия

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 9 Динамические аукционы в закупках

- 9.1. Введение

- 9.2. Одновременный аукцион на понижение

- 9.2.1. Дизайн аукциона

- 9.2.2. Типовые правила

- 9.3. Одновременный clock-аукцион на понижение цены

- 9.4. Проведение дискретных раундов с внутрираундовыми ставками

- 9.5. Естественная взаимосвязь лотов

- 9.5.1. Гибкость участников

- 9.5.2. Гибкость поставки

- 9.6. Работа с ограниченной конкуренцией

- 9.6.1. Информационная политика

- 9.6.2. Резервная цена

- 9.6.3. Эффективное ценообразование

- 9.7. Часовой аукцион с удаленными ставками

- 9.7.1. Стадия удаленных ставок

- 9.8. Заключение

- Приложение

- Краткий обзор литературы

- Источники

- Часть IV. Привлечение и отбор участников

- 10. Ценообразование и другие бизнес-стратегии для платформ электронных закупок

- 10.1. Введение

- 10.2. Двусторонние рынки и электронные закупки

- 10.3. Двойственный характер клиентов платформы

- 10.4. Балансирование тарифов

- 10.5. Сравнительный анализ операционных сборов и членских взносов

- 10.6. Пакетирование и бесплатные услуги

- 10.7. Проблемы стимулирования

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 11. Поощрение участия

- 11.1. Введение[265]

- 11.2. Организация тендерного процесса и участие

- 11.2.1. Форматы конкурентных торгов и участие поставщиков

- 11.2.2. Резервные цены, затраты входа, вступительные взносы и финансовые гарантии

- 11.2.2.1. Резервная цена

- 11.2.2.2. Затраты входа и вступительные взносы

- 11.2.2.3. Количество контрактных лотов

- 11.3. Оптимальная резервная цена

- 11.4. Методы увеличения участия

- 11.4.1. Лимиты присуждаемых контрактов и ограничения заявок в многолотовых конкурентных торгах

- 11.4.2. Тендерные кредиты

- 11.4.3. Англо-голландский формат торгов

- 11.4.4. Конкурентные торги с премией

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 12 Правила оценки (начисления баллов)

- 12.1. Введение

- 12.2. Что представляют собой правила подсчета баллов?

- 12.2.1. Компромисс соотношения цены и качества в закупках

- 12.2.2. Денежная стоимость пункта и денежный эквивалент покупателя

- 12.2.3. Оценка неценовых атрибутов ex post

- 12.2.4. Предсказуемость правил начисления баллов и сговор: есть ли взаимосвязь?

- 12.3. Правила начисления баллов для ценовых заявок: некоторые общие особенности

- 12.3.1. Простые правила начисления баллов: линейное и параболическое начисление

- 12.3.2. Альтернативные правила начисления баллов

- 12.3.3. Анализ сценария

- 12.3.3.1. Однородное распределение

- 12.3.3.2. Концентрированное распределение по высоким ценам и аномально низкому предложению

- 12.3.4. Начисление ценовых баллов, поведение поставщиков и стимулы

- 12.3.5. Правила начисления баллов и договорные неустойки

- 12.4. Связь с другими главами

- 12.4.1. Правила начисления баллов и аномально низкие предложения

- 12.4.2. Неконтрактуемое качество

- 12.4.3. Правила начисления баллов в сравнении с минимальными стандартами качества

- 12.5. Заключительные замечания

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 13 Управление рисками заявок

- 13.1. Введение

- 13.2. Влияние ограниченной ответственности на подачу заявок

- 13.3. Управление рисками заявок

- 13.3.1. Выбор правильного формата конкурентных торгов

- 13.3.2. Изменение стандартных форматов конкурентных торгов: усеченный английский аукцион

- 13.3.3. Мультисорсинг

- 13.3.4. Вступительные взносы

- 13.3.5. Поручительства третьих сторон: сравнительный анализ аккредитивов и поручительских гарантий

- 13.4. Как не нужно предотвращать аномально низкие предложения

- 13.4.1. Механизмы идентификации аномально низких предложений

- 13.4.2. Присуждение контракта по средней заявке

- 13.4.3. Субсидирование слабых фирм

- 13.5. Заключение

- Краткий обзор литературы

- Источники

- Часть V. Предотвращение сговора и коррупции

- 14. Предотвращение сговора в закупках

- 14.1. Введение

- 14.2. Структурные факторы, влияющие на сговор

- 14.2.1. Число конкурентов

- 14.2.2. Входные барьеры

- 14.2.3. Частота взаимодействия

- 14.2.4. Рыночная прозрачность: раскрытие информации и сговоры

- 14.2.5. Рост спроса

- 14.2.6. Колебания спроса и бизнес-циклы

- 14.2.7. Асимметрия в рыночных долях

- 14.2.7.1. Координация

- 14.2.7.2. Обеспечение соблюдения условий сговора

- 14.2.8. Издержки асимметрии

- 14.2.9. Асимметрия в производительности

- 14.2.10. Дифференциация продукции

- 14.2.11. Контакт с различными рынками

- 14.3. Тендерные форматы

- 14.3.1. Сравнительный анализ динамических торгов и закрытых конкурентных торгов (торгов с запечатанными заявками)

- 14.3.2. Самая низкая цена против второй самой низкой цены

- 14.3.3. Сравнительный анализ конкурентных торгов с одновременной продажей и последовательных торгов

- 14.3.4. Альтернативные правила для динамических торгов

- 14.3.5. Правила присуждения баллов

- 14.3.6. Объединения участников и субподряд

- 14.4. Что происходит после раскрытия картеля?

- 14.4.1. Примеры подозрительного поведения в связи с подачей заявок

- 14.5. Выводы

- Приложение 14.1. Правило начисления баллов и сговор в закупках талонов на питание

- Черты тендерной процедуры

- Правило начисления баллов

- Итальянская отрасль талонов на питание

- Результаты тендерного процесса и сговора

- Пример координации: случай лота 1

- Приложение 14.2. Рамочное соглашение ЕС и сговор

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 15 Аукционные ринги и разработка мер противодействия сговору при организации аукционов продаж и закупок

- 15.1. Введение

- 15.2. Роль закупок в сговорах

- 15.3. Расследованные аукционные ринги

- 15.3.1. Аукционный ринг при проведении динамического аукциона

- 15.3.2. Аукционный ринг при проведении закрытых торгов с первой ценой

- 15.3.3. Мошенничество с заявками, совершаемое «стандартными» картелями

- 15.4. Влияние форматов торгов на аукционные ринги

- 15.4.1. Расследование сговора

- 15.4.2. Подверженность сговорам различных аукционных форматов

- 15.4.3. Роль информации

- 15.4.4. Участие

- 15.4.5. Роль подставных участников торгов

- 15.4.6. Частота аукционов

- 15.5. Заключение и анализ: механизм аукциона и ответные меры

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 16 Коррупция на торгах закупок

- 16.1. Введение

- 16.2. Мошенничество с заявками

- 16.2.1. Отбор привилегированного участника торгов, производящийся независимо от заявок

- 16.2.2. Отбор привилегированного участника, основанный на оценке заявок

- 16.2.3. Координация заявок

- 16.3. Нарушение уровня качества (коррупция при проведении конкурсов)

- 16.4. Особый случай объективного измерения качества

- 16.5. Перспективы

- Краткий обзор литературы

- Источники

- Часть VI. Динамические силы и инновации

- 17. Управление динамическими закупками

- 17.1. Введение

- 17.2. Закупочная среда

- 17.2.1. Процедуры закупочных торгов

- 17.3. Факторы в выборе поставщиков

- 17.4. Организация работы потребителя для уменьшения издержек переключения

- 17.4.1. Частота закупок и решение «производить или покупать»

- 17.5. Заключение

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 18 Разработка механизмов репутации

- 18.1. Введение

- 18.2. Механизмы обратной связи для частных электронных рынков

- 18.3. Механизмы обратной связи в действии: сравнительный анализ eBay и Amazon

- 18.4. Разработка онлайн-механизмов обратной связи

- 18.4.1. Анонимность торговых партнеров

- 18.4.2. Предоставление обратной связи

- 18.4.2.1. Возможные решения

- 18.4.3. Двусторонние механизмы обратной связи: взаимный обмен и репрессалии (меры возмездия)

- 18.4.3.1. Репрессалии (меры возмездия)

- 18.4.3.2. Взаимообмен отзывами

- 18.4.3.3. Возможные решения

- 18.4.4. Входной аспект механизмов обратной связи

- 18.4.5. Вычисление репутации

- 18.4.5.1. Средняя репутация

- 18.4.5.2. Медиана репутации

- 18.4.5.3. Сравнение средней оценки и медианы рейтинга

- 18.4.6. Какое количество информации следует публиковать?

- 18.4.7. Мобильность репутации

- 18.4.8. Стоимость трансакций

- 18.4.9. Репутация новых поставщиков

- 18.4.9.1. Преимущества и последствия средней репутации входа

- 18.4.10. Прочие вопросы

- 18.4.10.1. Взятки за репутацию

- 18.4.10.2. Крайние сроки предоставления и отзыва обратной связи

- 18.5. Заключительные замечания

- 18.6. Пример: механизмы обратной связи для Consip

- 18.6.1. Предложения для итальянского рынка государственных и муниципальных закупок

- 18.6.2. Обсуждение

- 18.6.3. Механизмы обратной связи и рамочные договоры

- Краткий обзор литературы

- Источники

- 19 Закупка инноваций

- 19.1. Введение

- 19.2. Закупка знаний

- 19.2.1. Призы ex ante

- 19.2.1.1. Проблемы призов ex ante

- 19.2.1.2. Преимущества призов ex ante

- 19.2.1.3. Выбор между призами ex ante и правами на интеллектуальную собственность

- 19.2.2. Призы ex ante при последовательных инновациях

- 19.2.3. Призы ex post

- 19.2.3.1. Неопределенность и дискретное награждение призами

- 19.2.3.2. Механизм Кремера и сговор

- 19.2.4. Исследовательские конкурсы

- 19.2.4.1. Простота проведения

- 19.2.4.2. Исследовательские конкурсы в сравнении со спортивными соревнованиями

- 19.2.4.3. Оптимальное количество участников

- 19.2.4.4. Деление приза

- 19.2.4.5. Создание препятствий сильным участникам

- 19.3. Закупки инновационных товаров

- 19.4. Использование закупок для стимулирования инноваций

- 19.4.1. Закупки и установление стандартов

- 19.4.2. Закупки, конкуренция и инновации

- 19.4.3. Закупки и спрос на инновационные товары

- 19.4.4. Другие методы закупок для стимулирования инноваций

- 19.4.4.1. Вовлечение поставщиков в закупочный процесс

- 19.4.4.2. Требование «функциональных возможностей» вместо заранее определенных решений

- 19.5. Другие воздействия крупных покупателей на инновации

- 19.5.1. Государственные закупки и инновации

- 19.5.2. Крупные фирмы

- 19.6. Инновации и управление рисками в закупках

- 19.6.1. Действия в отношении «аномально низких предложений» (АНП)

- 19.6.2. Правила начисления баллов

- 19.6.3. Отбор поставщиков через системы страхования

- 19.7. Заключение

- Краткий обзор литературы

- Источники

- Глоссарий

- notes

- 1

- 2

- 3

- 4

- 5

- 6

- 7

- 8

- 9

- 10

- 11

- 12

- 13

- 14

- 15

- 16

- 17

- 18

- 19

- 20

- 21

- 22

- 23

- 24

- 25

- 26

- 27

- 28

- 29

- 30

- 31

- 32

- 33

- 34

- 35

- 36

- 37

- 38

- 39

- 40

- 41

- 42

- 43

- 44

- 45

- 46

- 47

- 48

- 49

- 50

- 51

- 52

- 53

- 54

- 55

- 56

- 57

- 58

- 59

- 60

- 61

- 62

- 63

- 64

- 65

- 66

- 67

- 68

- 69

- 70

- 71

- 72

- 73

- 74

- 75

- 76

- 77

- 78

- 79

- 80

- 81

- 82

- 83

- 84

- 85

- 86

- 87

- 88

- 89

- 90

- 91

- 92

- 93

- 94

- 95

- 96

- 97

- 98

- 99

- 100

- 101

- 102

- 103

- 104

- 105

- 106

- 107

- 108

- 109

- 110

- 111

- 112

- 113

- 114

- 115

- 116

- 117

- 118

- 119

- 120

- 121

- 122

- 123

- 124

- 125

- 126

- 127

- 128

- 129

- 130

- 131

- 132

- 133

- 134

- 135

- 136

- 137

- 138

- 139

- 140

- 141

- 142

- 143

- 144

- 145

- 146

- 147

- 148

- 149

- 150

- 151

- 152

- 153

- 154

- 155

- 156

- 157

- 158

- 159

- 160

- 161

- 162

- 163

- 164

- 165

- 166

- 167

- 168

- 169

- 170

- 171

- 172

- 173

- 174

- 175

- 176

- 177

- 178

- 179

- 180

- 181

- 182

- 183

- 184

- 185

- 186

- 187

- 188

- 189

- 190

- 191

- 192

- 193

- 194

- 195

- 196

- 197

- 198

- 199

- 200

- 201

- 202

- 203

- 204

- 205

- 206

- 207

- 208

- 209

- 210

- 211

- 212

- 213

- 214

- 215

- 216

- 217

- 218

- 219

- 220

- 221

- 222

- 223

- 224

- 225

- 226

- 227

- 228

- 229

- 230

- 231

- 232

- 233

- 234

- 235

- 236

- 237

- 238

- 239

- 240

- 241

- 242

- 243

- 244

- 245

- 246

- 247

- 248

- 249

- 250

- 251

- 252

- 253

- 254

- 255

- 256

- 257

- 258

- 259

- 260

- 261

- 262

- 263

- 264

- 265

- 266

- 267

- 268

- 269

- 270

- 271

- 272

- 273

- 274

- 275

- 276

- 277

- 278

- 279

- 280

- 281

- 282

- 283

- 284

- 285

- 286

- 287

- 288

- 289

- 290

- 291

- 292

- 293

- 294

- 295

- 296

- 297

- 298

- 299

- 300

- 301

- 302

- 303

- 304

- 305

- 306

- 307

- 308

- 309

- 310

- 311

- 312

- 313

- 314

- 315

- 316

- 317

- 318

- 319

- 320

- 321

- 322

- 323

- 324

- 325

- 326

- 327

- 328

- 329

- 330

- 331

- 332

- 333

- 334

- 335

- 336

- 337

- 338

- 339

- 340

- 341

- 342

- 343

- 344

- 345

- 346

- 347

- 348

- 349

- 350

- 351

- 352

- 353

- 354

- 355

- 356

- 357

- 358

- 359

- 360

- 361

- 362

- 363

- 364

- 365

- 366

- 367

- 368

- 369

- 370

- 371

- 372

- 373

- 374

- 375

- 376

- 377

- 378

- 379

- 380

- 381

- 382

- 383

- 384

- 385

- 386

- 387

- 388

- 389

- 390

- 391

- 392

- 393

- 394

- 395

- 396

- 397

- 398

- 399

- 400

- 401

- 402

- 403

- 404

- 405

- 406

- 407

- 408

- 409

- 410

- 411

- 412

- 413

- 414

- 415

- 416

- 417

- 418

- 419

- 420

- 421

- 422

- 423

- 424

- 425

- 426

- 427

- 428

- 429

- 430

- 431

- 432

- 433

- 434

- 435

- 436

- 437

- 438

- 439

- 440

- 441

- 442

- 443

- 444

- 445

- 446

- 447

- 448

- 449

- 450

- 451

- 452

- 453

- 454

- 455

- 456

- 457

- 458

- 459

- 460

- 461

- 462

- 463

- 464

- 465

- 466

- 467

- 468

- 469

- 470

- 471

- 472

- 473

- 474

- 475

- 476

- 477

- 478

- 479

- 480

- 481

- 482

- 483

- 484

- 485

- 486

- 487

- 488

- 489

- 490

- 491

- 492

- 493

- 494

- 495

- 496

- 497

- 498

- 499

- 500

- 501

- 502

- 503

- 504

- 505

- 506

- 507

- 508

- 509

- 510

- 511

- 512

- 513

- 514

- 515

- 516

- 517

- 518

- 519

- 520

- 521

- 522

- 523

- 524

- 525

- 526

- 527

- 528

- 529

- 530

- 531

- 532

- 533

- 534

- 535

- 536

- 537

- 538

- 539

- 540

- 541

- 542

- 543

- 544

- 545

- 546

- 547

- 548

- 549

- 550

- 551

- 552

- 553

- 554

- 555

- 556

- 557

- 558

- 559

- 560

- 561

- 562

- 563

- 564

- 565

- 566

- 567

- 568

- 569

- 570

- 571

- 572

- 573

- 574

- 575

- 576

- 577

- 578

- 579

- 580

- 581

- 582

- 583

- 584

- 585

- 586

- 587

- 588

- 589

- 590

- 591

- 592

- 593

- 594

- 595

- 596

- 597

- 598

- 599

- 600

Руководство по закупкам

© Cambridge University Press, 2006

© Перевод на русский язык. Издательский дом Высшей школы экономики, 2013

* * *

Авторы и составители

Gian Luigi Albano (Джан Луиджи Альбано) – старший экономист научного отдела Агентства по государственным закупкам Италии Consip SpA, Италия.

Lawrence Ausubel (Лоуренс Аузубель) – профессор экономики Университета Мэриленд, США.

Andreas Engel (Андреас Энгель) – консультант компании TWS Partners, Германия.

Achim Wambach (Ахим Вамбах) – профессор экономики Университета Кельна, Германия.

Bruno Jullien (Брюно Жюльен) – руководитель научного отдела CNRS (DR1), GREMAQ Университета Тулузы и руководитель научного отдела Института экономики промышленности (IDEI), Тулуза, Франция.

Veronika Grimm (Вероника Гримм) – доцент экономики Университета Кельна, Германия.

Vincenzo Denicolo (Винченцо Дениколо) – профессор экономики Университета Болоньи, Италия.

Guido Cozzi (Гвидо Коцци) – профессор экономики Университета Мачераты, Италия.

Gustavo Piga (Густаво Пига) – профессор экономики Римского университета Тор Вергата, Италия.

Giacomo Calzolari (Джакомо Кальцолари) – доцент кафедры экономики Университета Болоньи, Италия.

Giancarlo Spagnolo (Джанкарло Спаньоло) – руководитель научного отдела Агентства по государственным закупкам Италии Consip SpA, Италия; адъюнкт-профессор экономики Стокгольмской школы экономики, Швеция.

Yvan Lengwiler (Иван Ленгвилер) – профессор экономики Университета Базеля, Швейцария.

Isabelle Perrigne (Изабель Перринь) – адъюнкт-профессор экономики Университета Пенсильвании, США.

Laura Carpineti (Лаура Карпинети) – младший экономист научного отдела Агентства по государственным закупкам Италии Consip SpA, Италия.

Leslie Marx (Лесли Маркс) – доцент кафедры экономики Университета Дьюк, США.

Luis Cabral (Луис Кабраль) – профессор экономики и менеджмента Университета Нью-Йорка, США.

Marco Pagnozzi (Марко Паньоцци) – доцент экономики Университета Неаполя, Италия.

Matteo Zanza (Маттео Занза) – консультант компании Arthur D. Little Global Management, Италия.

Matthew Raiff (Меттью Рэйфф) – управляющий партнер в компании Bates White LLC, США.

Nicola Dimitri (Никола Димитри) – профессор экономики Университета Сиены, Италия.

Paolo Buccirossi (Паоло Буччиросси) – директор LEAR (Лаборатория экономики, антитрастового регулирования), Италия.

Patrick Bajari (Патрик Баджари) – профессор экономики Университета Миннесоты, США.

Peter Cramton (Питер Крэмтон) – профессор экономики Университета Мэриленд, США.

Riccardo Pacini (Риккардо Пачини) – докторант Римского университета Тор Вергата, Италия.

Robert Marshall (Роберт Маршалл) – профессор экономики Университета Пенсильвании, США.

Steve Tadelis (Стив Таделис) – адъюнкт-профессор экономики Школы бизнеса при Калифорнийском университете Беркли, США.

Tommaso Valletti (Томмазо Валлетти) – лектор школы бизнеса Танака, Имперский колледж Лондона (Великобритания), адъюнкт-профессор экономики в Римском университете Тор Вергата, Италия.

Tracy Lewis (Трейси Льюис) – профессор экономики Университета Дьюк, США.

William Kovacic (Уильям Ковачич) – специальный уполномоченный Федеральной торговой комиссии США.

Federico Dini (Федерико Дини) – младший экономист научного отдела Агентства по государственным закупкам Италии Consip SpA, Италия.

Jose Ganuza (Хосе Гануса) – доцент кафедры экономики Университета Помпеу Фабра (Pompeu Fabra), Испания.

Chrysanthos Dellarocas (Хрисантос Делларокас) – профессор информационных систем Университета Мэриленд, США.

Huseyin Yildirim (Хусейн Илдирим) – доцент кафедры экономики Университета Дьюк, США.

Elisabetta Iossa (Элизабетта Иосса) – профессор экономики Университета Бранел, Великобритания.

Elmar Wolfstetter (Эльмар Вольфштеттер) – профессор экономики Университета Гумбольдта, Берлин, Германия.

Esther Hauk (Эстер Хаук) – доцент кафедры экономики Университета Помпеу Фабра (Pompeu Fabra), Испания.

Предисловие

Данная книга является плодом сотрудничества ведущих мировых экспертов в области государственных закупок и экономистов, работающих и сотрудничающих с отделом науки Агентства по государственным закупкам Италии (Consip SpA).

Несмотря на то, что институт закупок составляет значительную долю ВВП развитых и развивающихся стран и обеспечивает существенный уровень занятости в государственном и частном секторах экономики, дискуссии об оптимальной организации закупочных процедур пока ограничены и находятся вне академической плоскости. Это обстоятельство и послужило основанием написания руководства.

Экономические исследования в области оптимизации закупок за последнее десятилетие велись очень активно. Тем не менее частные и государственные закупочные агентства и компании редко могут позволить себе нанять профессиональных консультантов для детального планирования каждого случая проведения закупок с учетом передовых исследований. В ситуации относительно мелких сделок ограничения временного и финансового характера не позволяют обратиться к экспертам за консультацией и провести ситуационный анализ, и компании вынуждены принимать важные решения, не имея доступа к результатам недавних исследований, которые, в свою очередь, порой излишне технично сформулированы.

По этой причине в 2002 г. компанией Consip, итальянским централизованным государственным Агентством по закупке товаров и услуг, был создан научный отдел, целью которого стало ведение научной деятельности и внутреннего консалтинга по проектированию закупочных механизмов. Для решения этих задач сотрудники отдела начали работу по «переводу» в доступный «передовой опыт» основных устойчивых выводов теоретических, эмпирических и экспериментальных экономических исследований дизайна закупок. Этот проект, первоначально не отличающийся особым размахом, неожиданно дал повод к написанию Руководства, в основном благодаря энтузиазму и трудолюбию ведущих внешних экспертов, впоследствии ставших соавторами.

Деятельность отдела науки Consip состоит в научной поддержке и внутреннем консалтинге в рамках решения практических проблем проведения закупок, включая: правила подсчета очков при проведении различных форм торгов; определение количества и объема лотов, составляющих общий объем закупки; оптимальный механизм стимулирования договаривающихся сторон для обеспечения надлежащего качества результата закупок и снижения затрат; методы привлечения поставщиков и предотвращения их сговора; управление рискованными предложениями; вопросы изменения структуры рынка. Подобный акцент на практике проведения закупок отражен в структуре этой книги, так, каждая глава поднимает один из основных вопросов планирования и управления закупками. Отдел науки Consip руководит деятельностью Обучающей лаборатории по государственным закупкам ЕС (EU Learning Lab on Public Procurement), члены которой, общеевропейские закупочные организации, проводят регулярные встречи для обсуждения политики содействия конкуренции и проведения сравнительного анализа закупок.

Consip и группа ведущих мировых экспертов настойчиво поддержали идею и объединили усилия для создания книги, которая помогла бы преодолеть разрыв между теорией и практикой проведения закупок и стала бы руководством в тех случаях, когда непосредственное привлечение консультантов как наиболее эффективный инструмент не является возможным. Для всего коллектива авторов, работающих над книгой, стало понятно, что ее материалы являются ценным источником для сотрудников компании Consip, менеджеров по закупкам в частных и государственных компаниях, аспирантов, студентов и слушателей MBA и преподавателей, изучающих проблемы стратегических закупок и снабжения. По этой причине редакторы крайне благодарны компании Consip и внешним ведущим экспертам за содействие в составлении книги, ставшей таким амбициозным проектом.

Каждая глава содержит ранее неизданный материал, в доступной форме приводит анализ проблем планирования и управления закупок, завершается набором практических рекомендаций, которым при необходимости можно воспользоваться при принятии решений в профессиональной деятельности. Учитывая сложность принятия решений по закупкам, наши практические выводы не должны использоваться в качестве механических правил, так как это может привести к серьезным ошибкам. Рекомендации книги должны скорее послужить источником вдохновения и подсказкой для разумного и ответственного планирования закупки, где оптимальное решение не может быть основано на пассивной реализации рецепта, а должно быть результатом креативной и интеллектуальной деятельности.

Книга предназначена, в первую очередь, для профессионалов закупок, экономистов и юристов. Руководство также может служить учебным пособием для курсов MBA, связанных с организацией закупок, или, в общем, для курсов по управлению системами снабжения. Продвинутые студенты и аспиранты первого года обучения в области экономики и права также могут найти в книге полезную и интересную информацию по курсам, связанным с дизайном закупок. Закупщики и другие читатели, наверняка, найдут в этой книге описания случаев и примеров, с которыми они сталкивались в ходе своей деятельности и которыми хотели бы поделиться или о которых хотели бы узнать больше. Мы рады общению с читателями и просим присылать вопросы и пожелания по адресу: ufficiostudi.consip@tesoro.it.

Приятного чтения!

Предисловие научного редактора русского перевода

Руководство по закупкам – первый труд на русском языке, который своей явной и основной целью ставит наведение мостов между сложившейся и бурно развивающейся экономической наукой и столь же безудержно и независимо от науки развивающейся практикой закупок в общественном (государственные и муниципальные закупки) и корпоративном секторах.

И академическим кругам, и простым закупщикам очевидно, что по масштабам влияния на экономику, равно как по масштабу невнимания к экономическим закономерностям, сфера закупок может дать фору любой другой менее агрессивно развивающейся отрасли. Как российская, так и международная практика закупок живут по принципу: правила разрабатываются по ходу «пьесы» исходя из актуальности возникающей проблемы, без оглядок на науку и/или учета не только сиюминутных, но хотя бы завтрашних рисков. Далее эти правила, во всяком случае в странах СНГ, внедряются сразу по всей стране, а затем, по ходу осознания последствий «принятых мер», совсем вредоносные из них заменяются на новые правила, столь же неотработанные и не базирующиеся на каких-либо научных выкладках, менее вредоносные – приживаются и десятилетиями перекочевывают из одного нормативного акта в другой, по принципу «лучше не трогать…». Некоторые из таких правил становятся незыблемыми, обрастают околонаучными мифами, а в итоге закупщики и законодатели ломают голову – ну почему опять не получилось? Почему десятилетиями закупочные жернова перемалывают государственный бюджет, а результат оставляет желать лучшего? Очевидно, что в этой ситуации свое слово должна сказать наука…

Рассматривая с точки зрения практика «перелопаченные» за многие годы академические работы в области прокьюремента, могу разделить их на три большие части. Одна часть работ страдает излишним теоретизированием и умозрительностью научных заключений. В таких работах оценка и моделирование событий и фактов «вырваны» из контекста закупочной действительности, любая новая «вводная», сводит на нет как модель, так и выводы. Использование в таких работах «птичьего» академического языка дополняет картину. В результате, умозаключения автора радуют только академическую общественность, никакого практического прозрения сфере закупок не приносят, а несчастного практика, прочитавшего эти умозаключения, отвращает от науки навсегда.

Вторая часть работ является эмпирической, охватывает огромные массивы информации, но более чем скромна в области понимания природы описываемых событий и тенденций и совсем часто ошибается в прогнозах закупочной «погоды» на завтра. Таких работ в области закупок много, но для выработки стратегических закупочных решений они – слабые помощники.

Третья часть академических работ сложна и недоступна пониманию практиков в связи со сложностью анализируемых экономических механизмов. Практики смотрят на такие труды как с большим пиететом, так и с большой опаской, поскольку не знают, как переложить их в конкретные закупочные решения так, чтобы не превратить ежедневный труд закупщика в еще более обременительный и еще менее эффективный.

Именно на анализе такого рода академических работ, вскрывающих причины тех или иных рисков и эффектов в закупках, и сосредоточен этот труд. Ценность этой книги велика с академической точки зрения, поскольку она знакомит читателя с экономикой интереснейшей отрасли – сферы закупок и обобщает большую часть разрозненных научных работ в этой области.

Однако ценность этого руководства огромна и с точки зрения практика – это не просто перевод хорошей академической работы с английского на русский, это перевод с академического на практический язык экономических закономерностей эффективного дизайна закупок. Надеюсь, что чтение этого труда будет не только гимнастикой ума, но и вдохновит наших читателей на оптимизацию своих закупочных решений.

Переводчики и научный редактор русского перевода стремились как можно бережней обращаться с мыслью авторов, иногда в ущерб легкости чтения и унификации перевода. Нам очень хотелось донести до Вас, дорогие читатели, дух и стилистику этого труда многих авторов, сохранив их приверженность к определенным проблемам и терминам закупок и в то же время давая отсылки к другим авторам, поднимающим те же вопросы в других частях этого Руководства, а также отсылая к нашей российской практике закупок.

Удачи и увлекательного чтения!

Научный редактор русского перевода Ирина Владимировна Кузнецова

Часть I. Общие вопросы

1. Введение

Никола Димитри, Густаво Пига, Джанкарло Спаньоло

1.1. Для чего нужно Руководство по закупкам?

На закупки приходится большая часть общей экономической деятельности. Суммарная стоимость сделок по государственным закупкам в странах ЕС составляет около 16 % от ВВП, а в США – около 20 %[1]. Стоимость сделок в частном секторе достигает еще более высоких показателей и продолжает расти за счет тенденции выставлять непрофильные направления деятельности на аутсорсинг.

Таким образом, эффективное проведение закупок необходимо как для обеспечения выживания и прибыльности частных компаний, так и для эффективного получения ресурсов для социальных нужд и/или снижения налогов в государственном секторе. Выбор механизма закупок напрямую влияет на деятельность предприятия и государственной экономики: в краткосрочной перспективе – определяя стоимость и качество элементов системы снабжения, в долгосрочной – отражая готовность поставщика и организаций в целом инвестировать в научные разработки и проводить инновационную политику.

Управление закупками является, тем не менее, сложным процессом, так как проблемы выбора поставщиков непосредственно связаны с риск-менеджментом. Более того, в связи с динамическим и повторяющимся характером закупок краткосрочные цели зачастую вступают в противоречие с долгосрочными. Стратегические решения в закупках должны приниматься с учетом будущего развития отношений между поставщиком и закупщиком. Недостаточное внимание со стороны крупных закупщиков к поддержанию постоянных отношений с потенциальными подрядчиками и к влиянию цепочки поставок на развитие отрасли в целом может отрицательно отразиться на цене и качестве закупаемого продукта. Эта отличительная особенность сферы закупок подчеркивает важность роли деловой репутации.

К сожалению, не существует универсальной схемы эффективного дизайна закупок: при планировании закупочных решений надо принимать во внимание разнообразие и сложность каждой конкретной ситуации. Тем не менее для большинства решений по закупкам существует ряд ключевых механизмов, на которых и сконцентрировано данное Руководство, предоставляющее инструментарий для использования их в различных закупочных ситуациях.

Стратегические решения по закупкам требуют участия компетентных профессионалов, особенно, если речь идет о поставках инновационных товаров и услуг. Профессионализм в данном случае заключается не только в способности оценить тенденции рынка, но и включает более общие навыки в правовых и стратегических вопросах.

Что касается последнего, стратегической необходимостью этого руководства является преодоление разрыва между экономическими исследованиями и практикой проведения закупок. По нашему мнению, юридический профессионализм в сфере государственных закупок, во многом благодаря существующим трудам, развивался быстрее, чем профессиональные знания, рассмотренные в этой книге. Вместе с тем вопросы эффективности и стратегии закупок не менее актуальны или даже важнее, чем вопросы правового сопровождения. Эти вопросы в конечном итоге должны быть изучены и экспертами по правовым вопросам для надлежащего включения их в структуру закупочных контрактов и внесения изменений в существующее законодательство, не всегда предусматривающее осуществление наиболее разумных закупочных стратегий.

Таким образом, цель этой книги двояка. С одной стороны, Руководство послужит источником информации о новейших теоретических экономических исследованиях в этой области для специалистов, занимающихся практической закупочной деятельностью, и поможет им разрешить возникающие проблемы практического дизайна закупок[2].

С другой стороны, книга расскажет исследователям о важнейших практических вопросах организации закупок, стимулируя новые плодотворные исследования в этой области. По этой причине особое внимание в ней было сконцентрировано на рассмотрении и обсуждении тематических исследований и примеров, отражающих специфику различных ситуаций в сфере закупок.

1.2. Терминология и основные определения

Область закупок характеризуется отсутствием единой общепринятой терминологии; одинаковые или похожие ситуации в разных странах и регионах описываются разными терминами, и данные различия часто приводят к недопониманию.

Различия особенно заметны в терминологии процедур конкурентных торгов (competitive bidding). Основным источником различий является среда использования терминов. К примеру, экономисты обычно относят к «торгам» как поданные в конвертах (запечатанные) конкурентные предложения, в связи с чем процедуру называют закрытыми торгами (sealed bid), так и процедуры динамических конкурентных торгов, и те и другие называя аукционами. В то же время закупщики под аукционами понимают исключительно динамические открытые конкурентные процедуры с понижением цены (descending-in-price), а закрытые конкурентные торги называют «закрытым тендером» (sealed-bid tendering)[3]. В правовых документах также используется своя терминология: например, в Директиве ЕС по госзакупкам 2004 г. упомянуты только «электронные аукционы», но не закрытые торги, используемые в постановлениях о государственных закупках США.

Учитывая подобное разнообразие терминов, авторы постарались гармонизировать используемую лексику. Выбор был сделан в пользу компромисса между различными терминами, используемыми потенциальными читателями книги, таким образом, чтобы все чувствовали себя достаточно комфортно. За редкими исключениями, термины «закупщик» (procurer) и «покупатель» (buyer) по ходу книги будут взаимозаменяемы, так же как «участники торгов» (bidder) и «поставщики» (supplier), редко – «продавцы» (seller). Под словом «подрядчик» (contractor) будет подразумеваться законтрактованный поставщик. Термины «конкурентные торги» или «тендер» будут использоваться для обозначения торгов в широком экономическом смысле. В частности, в книге будут упоминаться «закрытый тендер» (закрытые торги) и «динамические торги»; второй термин используется для обозначения открытых закупочных торгов на понижение цены. Наконец, под словосочетанием «тендерное предложение» (tender) подразумевается конкурсное технико-коммерческое предложение. Подробнее ознакомиться с терминологией книги читателю поможет Глоссарий.

1.3. Структура и содержание книги

Книга состоит из шести частей, каждая из которых раскрывает одну основную тему, интересную для эффективной практики. После вступительной части в Руководстве будут рассмотрены некоторые общие принципы стратегии закупок, дизайна процедуры конкурентных торгов, критерии привлечения и отбора участников, методы предотвращения сговора и коррупции, а также закупки и инновации в динамической перспективе.

1.3.1. Часть I. Общие вопросы

Данная часть является вводной и знакомит читателя с основными темами Руководства, обосновывает объем и структуру тем. Глава 2 посвящена обсуждению различных практик в сфере государственных закупок. В главе подробно описываются результаты исследования, проведенного компанией Consip в ряде европейских и некоторых неевропейских стран. Авторы отмечают, что в большей степени различия в государственных закупках касаются процедур, применяемых в разных странах. Этот вывод имеет решающее значение в понимании подходов и методов, изложенных в книге. Читателю будет интересно сравнить результаты исследования с предлагаемыми практическими рекомендациями по таким темам, как выбор формата конкурентных торгов или правила начисления баллов участникам торгов и т. д.

1.3.2. Часть II. Основные стратегические принципы

Эта часть состоит из трех глав, каждая из которых посвящена одному из общих аспектов дизайна закупок. Первым важным решением при создании системы закупок в комплексной системе управления организацией является выбор степени централизации закупок. Данный вопрос, в общем, относится к теме делегирования полномочий – проблеме широко изученной, хотя и не очень широко в сфере государственных закупок. В Главе 3 авторы отмечают неоднородность результатов практических наблюдений и широкое разнообразие используемых закупочных схем. В то время как в государственном секторе наблюдается усиление централизации, системы закупок в частных компаниях более разнообразны, с большим наличием смешанных моделей, сочетающих элементы как централизованных, так и децентрализованных систем. Данная глава формулирует основные причины поддержки централизованных или децентрализованных (делегированных) закупок.

После определения общего дизайна и степени делегирования полномочий в системе закупок заказчик (покупатель) должен решить другую важную проблему – определить типы и структуру закупочных контрактов. Они должны быть направлены на достижение желаемого качества по максимально низкой цене, соответствующей затратам поставщика. В Главе 4 рассмотрены основные типы контактов, применяемых в государственных закупках. По нашим наблюдениям, основным различием между ними являются разные возможности точного описания стандартов качества в контракте. Данный момент очень важен, поскольку если закупщик не может включить в контракт пункт, однозначно оговаривающий желаемые стандарты качества, он вынужден полагаться на внедоговорные стимулы и методы воздействия на поставщика.

Другим основополагающим аспектом закупочной стратегии, которую закупщики должны выбирать осторожно, чтобы получить требуемые ценности за вложенные деньги (value for money), является выбор покупателем процедуры определения победителя (присуждения контракта, awarding procedure). В Главе 5 анализируются достоинства и недостатки выбора подрядчика путем проведения конкурентных торгов и/или конкурентных переговоров. При проведении конкурентных торгов участники соревнуются за получение закупочного контракта путем подачи предложений (заявок), из которых закупщик выбирает наиболее экономически выгодное. В процедуре переговоров покупатель индивидуально взаимодействует с одним или несколькими приглашенными (выбранными) поставщиками, чтобы получить лучшие условия контракта. С одной стороны, конкурентные торги являются более безличными, подотчетными и прозрачными, нежели переговоры; с другой, они, как правило, не допускают контактов между покупателем и поставщиками, которые могли бы улучшить условия цены и качества. В свою очередь, переговорный процесс позволяет закупщику обмениваться информацией с потенциальными поставщиками и использовать их опыт при определении условий закупки. Авторы обсуждают влияние этих особенностей процедур на результаты закупок.

1.3.3. Часть III. Стратегии конкурентных торгов

Выбрав процедуру присуждения контракта на основе конкурентных торгов, закупщик должен определиться с форматом торгов и количеством закупочных лотов. Третья часть книги посвящена этим двум важным вопросам дизайна закупок.

Закупочные конкурентные торги бывают двух основных категорий: закрытые торги (тендеры)[4] и открытые торги – динамический обратный аукцион (dynamic reverse auction)[5]. В закрытых торгах поставщики подают (размещают) предложения (заявки), не имея информации о предложениях других участников, в то время как в открытых торгах – динамических аукционах ценовые предложения раскрываются в ходе торгов; таким образом, участники имеют возможность перебить ставку соперников до окончания торгов. Обе формы широко используются в закупках, но из чего исходить покупателю для принятия решения, какую из них выбрать? На этот вопрос отвечает Глава 6: тип торгов должен зависеть от сути неопределенности при выполнении контракта. Авторы отмечают, что, возможно, проблема проведения динамических аукционов заключается в вероятной излишней длительности их проведения, и обсуждают возможность контроля продолжительности динамических аукционов без потери их эффективности для покупателя.

Определение возможности разделить закупку на лоты для выставления на торги также является важным решением для закупщика. Это решение определяет и уровень конкуренции, и количество закупочных контрактов. В Главе 7 описывается, что объем и количество лотов на закупку часто определяются путем компромисса. С одной стороны, размещая небольшое количество крупных контрактов, закупщик имеет шанс использовать эффект экономии на масштабе закупки (охвата рынка) и тем самым минимизировать общую сумму закупки. С другой стороны, крупные лоты не позволяют небольшим компаниям принять участие в торгах и имеют нежелательные последствия для закупщика. Возможным отрицательным следствием размещения крупных заказов может стать снижение уровня конкуренции на торгах, а также в тех сегментах рынка, где действуют поставщики. Авторы утверждают, что участие в торгах лишь небольшого количества крупных игроков увеличивает риск сговора между ними. Более того, сокращение количества участников на текущих торгах может отрицательно повлиять на результаты будущих торгов и на долгосрочную стабильность уровня конкуренции рынка поставщиков.

В случае если покупатель разбивает закупку на несколько лотов, ему необходимо выбрать формат проведения многоконтрактных конкурентных торгов (multi-contract competitive tendering). Выбор между многоконтрактными закрытыми торгами и открытым динамическим обратным аукционом основан на тех же общих принципах, что и при размещении единого контракта, что обсуждается в Главе 6. Тем не менее наличие нескольких лотов создает новые элементы в общем дизайне закупок, в частности, формат торгов может различаться в зависимости от появления так называемой положительной или отрицательной комплементарности (взаимодополняемости). Положительная (отрицательная) комплементарность для поставщика возникает, когда стоимость выполнения пакета контрактов ниже (выше), чем суммарная стоимость выполнения каждого контракта по отдельности. В любом случае, принятие заявок на пакет контрактов увеличивает конкуренцию. В Главе 8 рассматриваются только закрытые торги; Глава 9 посвящена многоконтрактным динамическим аукционам и способам учета отрицательной или положительной комплементарности.

В Главе 9 подробно рассмотрены следующие три вида многоконтрактных динамических аукционов: аукционы с одновременным снижением цен по всем лотам (simultaneous descending auctions)[6], аукционы с фиксированным одновременным проведением торгов по всем лотам (simultaneous clock auctions), а также гибридные аукционы с фиксированным одновременным проведением и автоматически снижаемой ставкой (clock-proxy auction). Эти инновационные форматы аукционов были внедрены лишь недавно в целях борьбы с аукционами с большим количеством предметов торгов, на множество связанных товаров или услуг, когда для наиболее эффективного распределения лотов требуется предварительное раскрытие цены. По мнению авторов, выбор одного из трех указанных форматов зависит от характера комплементарности контрактов и степени дробления общей закупки. Открытый (динамический) характер торгов во всех трех случаях способствует решению проблемы так называемого «проклятия победителя» и облегчает процесс принятия решений для поставщика в случаях большого количества лотов.

1.3.4. Часть IV. Привлечение и отбор участников

Среди закупщиков широко распространено мнение, что ключевым аспектом эффективного проведения конкурентных торгов для покупателя является участие в них крупных и опытных поставщиков. Именно этой проблеме посвящены четыре главы Части IV книги, рассматривающие основные ситуации, для которых применимо указанное правило.

Появление информационных и коммуникационных технологий (ИКТ) стимулировало развитие так называемых электронных торговых (закупочных) площадок (e-procurement platforms) – электронных посредников в сделках на двусторонних рынках. К примеру, в государственном секторе электронные площадки выступают посредниками между поставщиками, предоставляя их каталоги, и государственными институтами, получая от них доступ к каталогам и возможность размещения заказа на необходимую для государственных заказчиков продукцию. В Главе 10 авторы утверждают, что электронные площадки эффективны только в том случае, если им удается найти нужные стимулы для привлечения обеих сторон на соответствующем рынке к осуществлению максимального числа сделок. В частности, основным инструментом привлечения игроков является стоимость участия в процедурах торгов и пользования электронной площадкой. Цена пользования площадкой должна быть отделена от стоимости перекрестного субсидирования между двумя сторонами рыночных отношений. В этой главе также рассмотрены элементы неценовой политики электронных площадок.

В ходе анализа механизмов конкурентных торгов возникает вопрос о способах привлечения нужных поставщиков. В Главе 11 показаны основные элементы привлечения определенной группы поставщиков к подаче заявок. В первую очередь, авторы рассматривают основные форматы конкурентных торгов, благоприятные для покупателя, в частности, привлекательные как для крупных, так и небольших компаний. По мнению авторов, привлечение мелких компаний возможно лишь в случае их уверенности в том, что ставки не будут систематически перебиваться крупными фирмами. Кроме формата конкурентных торгов, авторы обсуждают другие важные аспекты дизайна закупок, влияющие на участие поставщиков, например, такие как выбор резервной цены[7].

Когда участникам конкурентных процедур предлагается предоставить коммерческие и технические предложения, покупатель может учитывать свои собственные предпочтения, используя правила оценки двух составляющих предложений и присуждая контракт поставщикам, получившим наивысшую общую оценку. Шкала оценки составляется путем придания удельного веса технической и экономической оценкам предложения участника. Изменяя вес составляющих оценки, закупщик может правильно «настроить» стимулы для поставщиков, чтобы удовлетворить его (закупщика) предпочтения. Например, если для закупщика качество имеет большее значение, чем цена, он может начислять большее количество очков за техническое содержание предложения; таким образом он сможет привлечь поставщиков, предоставляющих услуги и товары более высоких стандартов качества. Основываясь на понятии «экономической ценности элементов оценки» как основы структурирования предложений со стороны поставщиков, авторы в Главе 12 предлагают различные системы формирования шкалы оценки для требуемого удовлетворения потребностей закупщика.

Важным вопросом привлечения квалифицированных участников является определение способности отдельного поставщика в полной мере обеспечить требуемую производительность (своевременное и качественное исполнение контракта). Зачастую в конкурентных процедурах принимают участие компании, испытывающие финансовые трудности и старающиеся выиграть контракт, чтобы попытаться выжить на рынке. В связи с этим контракт, присужденный по аномально низкой цене, не является обязательно «хорошим» для закупщика; такая цена может быть предложена рискованным участником, не имеющим возможности исполнить контракт соответствующим требованиям образом (в должном объеме, своевременно и качественно). Но как предотвратить данный риск? В Главе 13 авторы обсуждают, как введение ограниченной ответственности меняет отношение поставщиков к риску и влияет на возможность появления рискованных предложений. Авторы также предлагают способы учета аномально низких тендерных предложений в дизайне закупки и сравнивают эти меры с относительными преимуществами гарантийных финансовых инструментов третьей стороны – аккредитивов и поручительств.

1.3.5. Часть V. Предотвращение сговора и коррупции

Торги, успешные для закупщика в контексте низкой цены и высокого качества, основываются на степени конкуренции между участниками. Если конкуренция в цене и качестве будет ослаблена участниками, исход торгов нарушит цели покупателя.

Глава 14 посвящена обсуждению путей предотвращения сговора. По наблюдениям авторов, образованию картелей при проведении закупок способствуют множество факторов, наиболее важные из которых: количество участников, барьеры для входа на торги, сроки раскрытия информации о результатах торгов, асимметричность компаний в отношении возможностей и затрат, а также рыночные доли в случае разделения закупки на однородные лоты. Авторы отмечают, что риск сговора различается в зависимости от вида торгов – закрытые они или проводятся в форме реверсивного аукциона, это торги первой цены или второй цены. Ссылаясь на результаты большого исследования, авторы обсуждают, что должен делать закупщик, если он подозревает участников в создании картеля.

Бороться с формированием кольца антиконкурентных ставок на аукционе (anti-competitive bidding rings) можно либо усилением мер по предотвращению создания картелей на торгах, либо повышением наказания за создание картеля при его выявлении. Свои плюсы есть у обеих стратегий, о чем повествует Глава 15 на примере нескольких интересных кейсов тематического исследования судебных разбирательств по делу картелей. Авторы анализируют ситуации, в которых предотвращение сговора может быть эффективней, чем наказание за его создание. Они также отмечают, что картели могут принимать разные формы в зависимости от выбранного формата торгов. Благодаря наличию обширной информации о картелях на аукционах продаж, а также с учетом того, что логика образования картелей схожа в аукционах продаж и в закупочных аукционах, авторы имеют возможность рассмотреть оба сценария. Основываясь на прошлой практике, авторы также изучают взаимосвязь между сговором и субподрядом.

Коррупция является еще одним источником, генерирующим нежелательные и искаженные результаты торгов для закупщика. Так как коррупция может возникать, когда покупатель выступает в интересах третьего лица, она может иметь место и в государственном, и в частном секторах. Основным последствием коррупции является присуждение контракта потенциально неэффективной компании, возможно, по завышенной цене, в обмен на взятку. В Главе 16 рассмотрены три вида коррупции в конкурентных торгах: сговор на торгах с корректировкой цены (bid rigging), манипулирование заявками (bid orchestration) и искажение оценки качества (distortion of quality ranking), т. е. экспертной оценки технической части тендерного предложения. Среди прочего авторы отмечают, что уровень коррупции зависит также от сложности процедуры торгов и использования электронного формата подачи заявок. Авторы обсуждают ряд мер, призванных свести к минимуму риск коррупции в сфере государственных закупок.

1.3.6. Часть VI. Факторы, влияющие на повторяющиеся закупки и инновации

Эта часть посвящена некоторым аспектам закупок, основной отличительной чертой которых является их повторяемость (цикличность, динамика).

Важной характеристикой повторяющихся (циклических) закупок являются потенциальная стоимость смены подрядчика покупателем. По истечении срока действия контракта перед закупщиком встает дилемма: оставить ли существующего подрядчика или выбрать другого. Если существующий подрядчик надлежащим образом исполнял условия контракта, закупщик может присудить новый контракт ему, тем не менее добросовестное исполнение подряда вовсе не означает, что иной поставщик не смог бы предоставить лучший продукт. Однако у покупателя могут возникнуть издержки, связанные со сменой подрядчика, которые подлежат внимательному изучению. В Главе 17 рассмотрены оптимальные стратегии циклических (динамических) закупок с учетом издержек смены подрядчика. Авторы также рассматривают последствия внедрения новых технологий и организационных изменений компаний.

Стороны, вовлеченные в постоянное взаимодействие, могут создать репутацию в отношении качества предоставляемых услуг, так как их деятельность можно отслеживать. Если покупателю известна эффективность обслуживания участниками торгов аналогичных контрактов, он может делать предварительные выводы об эффективности того или иного поставщика. Снижая риск оппортунистического поведения, хорошая деловая репутация способствует возникновению доверительных отношений и росту числа сделок. Возможность создать хорошую репутацию особенно важна на электронных торговых площадках при большом количестве анонимных участников. В Главе 18 авторы определяют основные характеристики простых и эффективных механизмов создания репутации на электронных закупочных площадках и в электронной торговле в общем, а также роль этих механизмов в привлечении новых участников торгов. Учитывая значимость репутации, авторы изучают возможности предотвращения появления ложных отзывов о репутации поставщиков, которые могут дискредитировать значение репутационных механизмов. Наконец, в этой главе авторы рассматривают способы применения механизмов создания репутации в государственных закупках.

Инновации стали ключевым конкурентным показателем для компаний и в целом для государств. Глава 19 посвящена обсуждению оптимального дизайна прямого приобретения инновационных услуг и товаров и также непрямым косвенным методам закупок, стимулирующим развитие инноваций у поставщиков или в регионе, отрасли, стране. Что касается прямых методов, Руководство рассматривает и дает указания относительно того, могут ли закупщики использовать механизм грантов (премий) за ожидаемое (ex ante prize) или фактическое (ex post) достижение требуемого инновационного результата вместо закупочного конкурса на приобретение инновационной продукции или присуждения права интеллектуальной собственности. В отношении непрямых методов авторы обсуждают, как крупному покупателю следует совершать переход к новому технологическому стандарту; как изменять методы управления рисками в закупках, если первостепенной задачей становится внедрение инноваций; ряд других практических методов организации закупок для стимулирования процесса инноваций среди поставщиков на макро– и микроуровнях.

2 Разнообразие практики закупок: примеры из государственных закупок

Лаура Карпинети, Густаво Пига, Маттео Занза

2.1. Введение

Эффективная практика закупок в частном и государственных секторах играет ключевую роль в современной экономике как средство сокращения непроизводительных направлений деятельности. Достижение высокой эффективности закупок является амбициозной задачей, так как закупки сталкиваются со множеством проблем – в основном, это рыночная структура, нормативная правовая база, политическая обстановка, моральный облик закупщиков[8]. Стремление к максимальной эффективности невозможно без экспериментирования с новыми методами и приемами ведения торгов, и хотя в определенный момент времени они могут также меняться в зависимости от уровня развития институтов, рынка и экономического благополучия в данной стране, следует ожидать, что различные методы закупок будут конвергировать (сходиться) в результате управления вышеперечисленными факторами.

Действительно, в последние годы игроки государственных и частных закупок создали несколько инициатив и сетей, нацеленных на обмен передовым опытом закупок. В качестве примера можно упомянуть Международную федерацию управления закупками и материалами (International Federation of Purchasing and Materials Management, IFPMM)[9], Международную ассоциацию обучения и исследования закупок и поставок (International Purchasing and Supply Education and Research Association, IPSERA)[10], Организацию государственных закупок (Public Procurement Network, PPN)[11], Обучающую лабораторию по государственным закупкам ЕС (EU Public Procurement Learning Lab, EU Lab).

Вставка 2.1. Обучающая лаборатория по государственным закупкам ЕС (2003–2005)

Обучающая лаборатория по государственным закупкам ЕС – это неформальная сеть организаций, занимающихся государственными закупками по всей Европе. Целью данной инициативы является обмен лучшими практиками и методами работы в области государственных закупок, а также укрепление сотрудничества между участниками организации. Первая организационная встреча состоялась в Риме в ноябре 2003 г.; были созданы три рабочие группы по следующим направлениям: закупки и малый и средний бизнес, технические вопросы закупок, дизайн конкурентных торгов и вопросы конкуренции^5. Описание деятельности рабочих групп приводится в Приложении 2.1. Каждая рабочая группа должна была предоставить обзор европейской практики по каждому рассматриваемому направлению, подкрепленный данными и примерами. Информация, приведенная в данной главе, является результатом деятельности третьей рабочей группы. Для сбора данных по ключевым аспектам дизайна закупок были разработаны и разосланы подробные анкеты (см. Приложение 2.3). Достигнутый в 2004 г. успех побудил участников продолжить деятельность Лаборатории в 2005 г. по изучению механизма конкурентных торгов и участия малого и среднего бизнеса, а также по созданию новых стандартов стратегии закупок различных категорий товаров и услуг. Изучение механизма конкурсных торгов было посвящено теме закупок отдельных категорий товаров, в частности, бумаги для принтеров; его результаты применимы к рассмотренным в данной главе кейсам[12].

В общей сложности, в семи собраниях Лаборатории с 2003 по 2005 гг. приняли участие тридцать пять организаций из 27 стран. Собрания проходили в Италии [второе], Великобритании, Швеции, Франции, на Кипре и в Бельгии [первое].

Целью этой главы является выявление схожих черт и различий в практике государственных закупок. Оценка методов проведения закупок будет приведена в следующих главах книги, но на них будут ссылаться авторы данного раздела для выявления наилучшей методики, основанной на принятых экономических принципах. В данной главе не будут рассматриваться закупки в частном секторе из-за их разнообразия и низкой степени регулирования.

Мы сфокусировались на основных аспектах дизайна закупок, подчеркивая отличительные особенности процедур, применяемых в разных странах, попутно раскрывая логику каждой процедуры. Анализ основан на результатах сравнительного исследования, проведенного в 2004 г. среди ряда европейских и американских институтов государственных закупок на волне тенденции к централизации в госзакупках, возникшей в конце 1990‑х годов (подробнее об этом в Главе 3). В некоторых случаях приводится сравнение европейского и американского законодательств. В Приложениях 2.1 и 2.2 в конце главы описаны организации, принявшие участие в исследовании, а Приложение 2.3 посвящено анкетированию в 2004 и 2005 гг.

Различия в практиках проведения госзакупок не всегда объясняются различиями экономических условий каждой страны, особенно в свете принятия международных нормативных актов (например, Директива ЕС 2004 г. или Постановление о госзакупках США 2005 г.), направленных на регулирование и гармонизацию закупочных процедур.

Глава построена следующим образом. В разделе 2.2 мы рассмотрим общие принципы закупок: тенденция к централизации и механизмы достижения качества закупок. В разделе 2.3 представлены данные о закупочных схемах, применяемых в исследуемых организациях; особое внимание уделяется процедурам торгов, электронным торгам, лотам, резервной цене и политике раскрытия информации. Раздел 2.4 посвящен механизмам привлечения и отбора участников – совместные торги, субподряд, аномально низкие по цене торги, ограничения по присуждению контрактов. Наконец, в разделе 2.5 рассматривается практика повышения конкуренции и предотвращения сговоров в конкурентных торгах. Заключительные положения приведены в разделе 2.6. Разделы сгруппированы в целях лучшего структурирования Руководства[13].

2.2. Основные положения

2.2.1. Централизация

Выбор между централизацией и децентрализацией закупок является новой стратегической темой, которая вызывает ряд вопросов и проблем как для общественной (государственной) так и для частной практики закупок. В Главе 3 Руководства показано, что частичная централизация становится преобладающей стратегией закупок.

Рисунок 2.1 показывает соотношение между стоимостью закупок исследуемых централизованных закупочных агентств и общим объемом государственных закупок (товаров, услуг и общественных работ, осуществленных государственными органами, организациями и предприятиями коммунального хозяйства) в различных европейских странах и США. Из графика следует, что на исследуемые организации приходятся разные доли госзакупок.

Рис. 2.1. Объем закупок (по стоимости), проведенных в 2003 или 2004 гг. централизованными агентствами, в процентах от общего объема государственных закупок

Примечания.

ABA (The Purchasing Adviceand Policy Unit) – Агентство по консультации государственных закупок и политики;

BBG (Federal Procurement Agency) – Федеральное агентство по закупкам;

BESCHA (The Federal Office of Defence Technology and Procurement) – Федеральное управление оборонных технологий и закупок;

Consip (Concessionaria Servizilnformativi Pubblici) – Акционерное общество по государственным закупкам;

GSA (General Services Administration) – Управление служб общего назначения;

SKIA/S (National Procurement Ltd.) – Общество с ограниченной ответственностью по национальным закупкам;

Statskontoret (The Swedish Agency for Public Management) – Шведское агентство по управлению государственными закупками.

Источник: Стоимость закупок рассчитана по опросным листам 2003 г.; данные по GSA относятся к 2004 г. и были предоставлены непосредственно закупочными агентствами.

Данные по общему объему государственных закупок находятся в открытом доступе [Eurostat] в виде доли ВВП. Данные основаны на информации, содержащейся в извещениях о тендерах и присуждении контрактов, опубликованных в Официальном журнале европейских сообществ.

Данные по общему объему государственных закупок Отдела контрактов (Мальта) и Управления государственных закупок (Венгрия) были предоставлены непосредственно закупочными агентствами. Данные по ВВП см.: [Eurostat].

2.2.2. Заключение контракта с квалифицированными поставщиками

Конкурентные закупки, как правило, доступны только для квалифицированных поставщиков, что является обеспечением качественного исполнения контракта. Для отбора участников торгов заказчик может использовать входные требования, обеспечивающие участие юридически и технически квалифицированных поставщиков (подробнее информацию о качестве закупочных контрактов см. в Главе 4). Практически все исследованные закупочные агентства ограничивают подачу заявок по техническим, экономическим и правовым параметрам. Тем не менее тип и количество ограничений варьируются по закупочным организациям и странам. Это объясняется не только особенностями законодательства, но и различной стратегией в отношении видов (рис. 2.2) и/или количества (рис. 2.3) используемых ограничений.

Рис. 2.2. Количество исследованных стран, принявших входные ограничения относительно требований к участникам

Примечание: к блоку «Америка» относятся GSA (США) и Федеральное Правительство Бразилии (см. Приложение 2.2).

Рис. 2.3. Количество входных требований к участникам (Европа и Америка)

Примечания.

Consip (Concessionaria Servizilnformativi Pubblici) – Акционерное общество по государственным закупкам (Италия);

BBG (Federal Procurement Agency) – Федеральное агентство по закупкам (Австрия);

MINEFI (Ministry of the Economy, Industry and Employment) – Министерство экономики, промышленности и занятости (Франция);

SKIA/S (National Procurement Ltd.) – Общество с ограниченной ответственностью по национальным закупкам (Дания);

ESPA (Electronic System for Public Administration) – Электронная система государственного управления (Румыния);

GSA (General Services Administration) – Управление служб общего назначения (США);

ASMR (Administration of the State Material Reserves) – Администрация государственных материальных резервов (Республика Чехия);

BESCHA (The Federal Office of Defence Technology and Procurement) – Федеральное управление оборонных технологий и закупок (Германия);

MINHAC (Ministerio de Hacienda y Administraciones Públicas) – Министерство финансов и Государственное управление (Испания);

Statskontoret (The Swedish Agency for Public Management) – Шведское агентство по управлению государственными закупками;

ABA (The Purchasing Adviceand Policy Unit) – Агентство по консультации государственных закупок и политики (Бельгия).

К блоку «Америка» относятся GSA (США) и Федеральное Правительство Бразилии (см. Приложение 2.2).

Более половины рассмотренных организаций отбирают участников конкурентных торгов по трем-пяти показателям. Также требования различаются в зависимости от 1) характера закупаемой продукции и 2) степени привлечения участников торгов (например, снижение входного барьера облегчает участие малых и средних предприятий).

Но что делать закупщику в случае ненадлежащего исполнения контракта? Некоторые закупочные агентства предлагают разрывать договор, однако зачастую проведение новых торгов слишком затратно.

В этом контексте важными элементами выбора поставщиков являются их репутация и история выполнения предшествующих контрактов (опыт работ). Этот аспект рассматривается подробно в Главе 4. Оценка репутации участника может быть особым требованием на стадии присуждения контракта. Французская закупочная организация дисквалифицирует участников торгов на основе низкого качества выполнения ими контрактов в прошлом. Эта практика также указана в Правилах закупок для федеральных нужд США (FAR): правительство обязано заключать сделки только с «ответственными подрядчиками», что означает, помимо прочего, высокую результативность их обслуживания прошлых контрактов[14]. Более детальный анализ репутации участника как средства стимулирования эффективности представлен в Главах 13 и 18.

2.3. Дизайн закупок – создание закупочной модели

2.3.1. Форматы торгов

2.3.1.1. Закрытые торги

Существует множество форм проведения торгов (см. Главы 4–6).

Все рассмотренные в исследовании организации (как европейские, так и американские) обычно присуждают контракты на основе закрытых торгов с бумажными (не электронными) заявками[15]. Это делается по следующим причинам.

• Упрощение процедуры: закрытые торги отличаются простой процедурой; чем проще процедура торгов, тем меньше вероятность благоприятного судебного решения для проигравшего участника.

• Конкуренция: некоторые организации считают проведение закрытых торгов наиболее верным способом предотвращения сговора в сравнении с другими форматами конкурентных торгов (например, торгов на понижение цены (реверсивные аукционы)). Детальный анализ этой проблемы приведен в Главе 14.

Важно отметить, что закупщики могут использовать и другие формы торгов, например, торги второй цены (second-price tendering)[16]. Многие организации признают эффективность этого метода, но не используют его из-за законодательных барьеров. К примеру, в Италии закон обязывает победителя торгов уплатить только заявленную цену, что исключает возможность проведения торгов второй цены. Помимо нормативных существуют и экономические ограничения для проведения торгов второй цены, в Главе 16 раскрывается, как в некоторых случаях такой формат торгов способствует коррупции.

2.3.1.2. Комбинаторные торги

Данная процедура торгов используется лишь небольшим количеством исследованных организаций для разных категорий продуктов. Так, Управление по закупкам Кипра (Procurement Directorate of Cyprus) использует комбинаторные торги (combinatorial tendering) с возможностью пакетных заявок в основном для покупки потребительских товаров (например, лабораторных препаратов), а Федеральное правительство Бразилии применяет эту процедуру только для закупки услуг. Итальянское закупочное агентство Consip проводит комбинаторные торги для приобретения услуг телекоммуникации, мебели, свежих овощей и фруктов. На основе собранных данных авторам не удалось выявить причину использования именно такого формата торгов. Тем не менее комбинаторные торги имеют свои преимущества и недостатки по отношению к классическим закрытым торгам (подробнее об этом см. в Главе 8).

2.3.1.3. Закрытые двухэтапные торги (двухэтапный конкурс)

В некоторых странах закупки товаров осуществляются на основе двух-этапных торгов (two-stage tendering). На первом этапе n поставщиков оцениваются по определенному набору критериев; на втором этапе за присуждение контракта соревнуются (n – i) поставщиков, где (0 ≤ i ≤ n – 2).

Американские Правила закупок для федеральных нужд (Federal Acquisition Regulation, FAR) позволяют проведение двухэтапных закрытых торгов (статья 14.5). Они определяются как «сочетание конкурентных механизмов, призванное обеспечить преимущества закрытых торгов, когда другие адекватные критерии недоступны. Первый этап заключается в запросе, подаче, оценке и (при необходимости) обсуждении технической части конкурсного предложения, без обсуждения цены. Целью этапа является определение приемлемости предлагаемой поставки или услуг. Второй этап заключается в подаче закрытых ценовых предложений участниками, прошедшими первый этап».

Французская организация MINEFI проводила двухэтапные конкурсы с несколькими победителями на закупку персональных компьютеров и бумаги для принтеров. На первом этапе (открытая конкуренция) несколько поставщиков отбирались только на основе качества. Прошедшие участники соревновались в цене на втором этапе (ограниченная конкуренция).

Недавно Директивой ЕС был принят новый формат двухэтапных торгов – рамочные соглашения. На первом этапе участники отбираются на основе ценовых и изредка технических предложений (открытая конкуренция), а на втором прошедшие участники (или отобранная из них группа) регулярно размещают ценовые и/или технические предложения (ограниченная конкуренция)[17].

2.3.1.4. Электронный реверсивный аукцион (онлайн-торги на понижение цены)

Кроме закрытых одноэтапных и двухэтапных торгов закупочные организации также проводят многоэтапные торги (когда ценовые предложения со стороны участников делаются неоднократно[18]), также называемые аукционами на понижение (descending auction); которые можно осуществлять в онлайн-режиме. По ощущениям закупочных организаций, проведение онлайн-аукционов более полезно, в отличие от стандартных «бумажных» торгов, поскольку позволяет использовать различные форматы проведения аукциона (см. Главу 6). В качестве примера закупочной организации, активно применяющей онлайн-торги, можно отметить государственную Администрацию общих служб США (General Service Administration, GSA)[19]. Этот закупщик создал веб-сайт[20], на котором зарегистрированные поставщики могут разместить электронные заявки на широкий набор товаров и услуг. Торги полностью проводятся в онлайн-режиме; их формат позволяет участникам подавать заявки на отдельный контракт или пакет контрактов (лот) в пределах указанных сроков.

Помимо закрытых электронных конкурентных торгов рассмотренные закупочные агентства применяют два других механизма: динамический аукцион и многоэтапные понижающие аукционы[21]. Данные процессы предполагают введение новых функций, таких как:

• шаг понижения ставок – минимальный уровень, на который участник может понизить свое предложение по сравнению с предыдущей минимальной ставкой. Из результатов исследования следует, что закупочные организации устанавливают максимальную величину дисконта (скидки), которую поставщик может предоставить на каждом этапе;

• дополнительное время – функция, применимая только к понижающим аукционам. Этот аукцион может иметь фиксированное время проведения (например, два часа) либо может проходить с расширением временного интервала (с дополнительным временем). Два закупочных института из исследованной группы проводят онлайн-торги определенной запланированной продолжительности (например, полчаса), но если в течение последних пяти минут торгов поступает новая заявка, тендер продлевается еще на пять минут. Так продолжается до тех пор пока не пройдет пять минут полного бездействия участников аукциона (не будет сделано ни одного предложения);

• взвешенные показатели – более сложная процедура онлайн-торгов, предусматривающая корректировку предложений участниками в отношении любых компонентов, т. е. как цены, так и качества, если последнее можно объективно измерить.

2.3.2. Процедура электронных торгов

Развитие информационных и коммуникационных технологий расширило масштабы электронных закупок. В новой Директиве ЕС по координации процедуры присуждения контрактов в госзакупках товаров, работ и услуг, принятой в марте 2004 г., признается проведение онлайн-торгов и утверждается следующее: «В связи с очевидным ростом использования технологии электронных торгов такие торги должны быть признаны Сообществом и регулироваться набором определенных правил» (пункт 14, Директива 2004/18/EC Европейского Парламента и Совета от 31 марта 2004 г. о координации процедур присуждения государственных заказов, государственных контрактов на поставку и общественных контрактов на обслуживание [EC, 2004]). В США методы электронных закупок стали применяться еще в середине 1990‑х годов. В недавнем исследовании[22] утверждается, что элементы электронных закупок развиваются во все большем количестве штатов, но только в каждом десятом штате по состоянию на 2001 г. проводились реверсивные аукционы.

Наше исследование показывает увеличение значения электронных процедур закупок; десять рассмотренных организаций проводили хотя бы одни электронные торги (как одно-, так и многоэтапные и/или реверсивные)[23]. Закупочные агентства, принявшие участие в опросе, по-разному объяснили свой выбор. Во-первых, они утверждали, что электронные конкурентные торги полезны для совершенствования закупочной деятельности (упрощение процедуры и внедрение инновационных технологий, ускорение проведения торгов, снижение издержек на проведение процедур), особенно когда речь идет о контрактах на стандартизированные продукты (четко означенные товары, оцениваемые только по цене). Действительно, этот механизм обеспечивает автоматическую оценку полученных предложений без необходимости привлечения экспертной комиссии[24].

Во-вторых, по мнению одной из организаций, применение онлайн-технологий при проведении торгов способствует снижению входного барьера, так как для размещения предложения необязательно личное присутствие участника. Это утверждение не полностью соответствует истине – в случае недостаточного владения компьютерными технологиями электронный формат торгов может стать технологическим барьером для участия в торгах.

2.3.3. Лоты

Распространенной практикой среди исследованных организаций является деление закупки на лоты (контракты)[25]. Только два института из перечня никогда не дробят закупки на лоты.

Данное решение является ключевым для развития конкуренции в кратко– и долгосрочной перспективе (подробнее о взаимосвязи количества лотов и конкуренции см. в Главе 7). Тем не менее, несмотря на то, что большинство организаций разделяют закупки на лоты, причины, по которым они это делают, различаются (рис. 2.4).

Общий объем закупки делится на несколько контрактов для 1) поощрения участия в закупках поставщиков (улучшения конкурентной ситуации в данных торгах[26] и в будущих закупках; увеличение количества лотов означает повышение вероятности присуждения контракта нескольким поставщикам, следовательно, управление уровнем конкуренции во времени)[27]; 2) оптимизации транспортных издержек в соответствии с географическим разбросом поставщиков; 3) привлечения к участию в торгах малого и среднего бизнеса.

Рис. 2.4. Основные причины разделения контракта на лоты

Для привлечения малого и среднего бизнеса к участию в конкурентных торгах законодательство США предусматривает возможность «резервирования» (set-aside for small business). В статье 19.5 FAR указано, что «цель „резервирования для малого бизнеса“ – присуждение определенной доли закупочных контрактов исключительно малым и средним предприятиям». Более того, в США существует специальное законодательство, поддерживающее малый и средний бизнес через Администрацию малого бизнеса (SBA), основанную в 1953 г.

В отличие от Соединенных Штатов, Директива ЕС не предусматривает подобное резервирование. Таким образом, растущая централизация закупок в ЕС создает новые препятствия для получения Контракта на госзакупках малому и среднему бизнесу[28].

Наконец, стратегия в отношении количества и типа лотов также различается по институтам. В пяти рассмотренных организациях заявили, что это решение принимается в зависимости от рыночной структуры. Один закупочный институт следует рекомендации национального антимонопольного органа, согласно которой количество лотов должно быть меньше количества участников торгов. По идее, подобная схема служит для предотвращения «дележа пирога» путем сговора поставщиков[29], однако на практике она не всегда работает, о чем говорится в Главе 7 Руководства.

Кейс 2.1 описывает различие стратегий, применяемых европейскими организациями в отношении количества и типа лотов для одной категории продуктов. Законодательная база каждой страны также влияет на выбор. Например, Consip и австрийская BBG осуществляют закупочную деятельность в нормативных условиях, обязующих их либо закупать продукт у определенного количества поставщиков, либо запрашивать котировки цен. В данном случае организации были вынуждены расширять количество лотов по политическим и конкурентным соображениям, чтобы не снижать количество поставщиков для государственного сектора. Детальный анализ последствий разделения контракта на лоты и присуждения лотов приведен в Главах 7, 11 и 14.

Кейс 2.1. Разделение на лоты закупки бумаги для принтеров

В 2005 г. институтом EU Lab было проведено сравнительное исследование дизайна закупки определенной категории товаров (см. Вставку 2.1).

В табл. 2.1 указаны количество и типы лотов, на которые была разбита закупка бумаги для принтеров в нескольких закупочных институтах: лоты могут формироваться по количественному (содержат одинаковый продукт и относятся к одной географической зоне), географическому (относятся к разным географическим зонам) и качественному (содержат разные типы продукта) принципам.

Таблица иллюстрирует разнообразие закупочных стратегий. Четыре организации купили продукцию у одного поставщика, а Consip разделила закупку на 12 лотов. Три института выбрали географический принцип, четыре – качественный, и только ирландская централизованная закупочная организация разделила рамочный контракт на два ло-

та по количественному принципу. Португальская UMIC стала единственной организацией, присудившей контракты по географическому и качественному принципам[30].

Таблица 2.1. Стратегии выбора количества и типа лотов

2.3.4. Резервная цена

Резервная цена – это максимальная цена, которую закупщик готов уплатить за определенный товар или услугу. Установление резервной цены на низком или высоком уровне может оказать разное влияние на конкуренцию и цену присуждения контракта (подробней см. в Главах 11, 14 и 15).

Многие из рассмотренных институтов не публикуют резервную цену (и, следовательно, не используют ее), так как считают, что их предварительная оценка стоимости закупки не должна раскрываться участникам; резервная цена отражает внутренние ожидания закупщика, которые должны быть удовлетворены путем конкурентных торгов. Например, некоторые организации утверждают, что публикация резервной цены может способствовать сговору среди поставщиков. Тем не менее семь закупочных институтов разглашают резервную цену до начала конкурентных торгов, и некоторые делают это как раз во избежание образования картелей. Публикация резервной цены также влияет на уровень конкуренции и уровень окончательной цены присуждения контракта. К примеру, пять организаций устанавливают резервную цену на достаточно высоком уровне для привлечения максимального числа поставщиков и развития конкуренции между ними. Подробнее влияние резервной цены на процесс торгов рассмотрено в Главе 11.

Что касается процедуры расчета резервной цены (ожидаемой цены), закупщики обычно используют:

• информацию со стороны рынка поставщиков и из прошлых контрактов (цена предложения). Обычно уровень резервной цены устанавливается на основе средней рыночной цены на дату присуждения контракта (рассчитанной в результате внутреннего анализа рынка), экономических показателей и цены аналогичных исполненных контрактов, если эта информация доступна. В других случаях резервная цена может быть установлена по результату переговоров с поставщиками – участниками конкурентных торгов (как, например, описано в Директиве ЕС);

• информацию со стороны спроса (цена спроса). Два закупочных института взаимодействуют с государственными администрациями для утверждения своих издержек. В Италии данные об уровне резервной цены предоставляются Государственным институтом статистики (ISTAT).

2.3.5. Политика раскрытия информации

Объемы и тип раскрываемой в ходе конкурентных торгов информации могут иметь как положительные, так и отрицательные последствия в борьбе с риском сговора между участниками торгов (см. Главы 6, 14 и 15). Американское FAR утверждает, что «закупочные организации должны публиковать информацию о контрактах для: 1) усиления конкуренции; 2) расширении участия компаний в удовлетворении государственных нужд; 3) помощи малому бизнесу и т. д.»[31].

Результаты исследования показывают, что в каждой стране существуют свои нормы раскрытия информации. В общем, тендерная информация, раскрываемая рассмотренными институтами перед присуждением контракта, имеет схожий характер. К примеру, количество ожидаемых участников редко раскрывается до начала торгов. Только одна организация использует этот инструмент для стимуляции конкуренции: раскрытие информации о большом количестве участников до начала торгов побуждает поставщиков вести себя более агрессивно[32].

Тем не менее рассмотренные организации проводят разную политику раскрытия информации после периода подачи заявок. В 2005 г. было проведено еще одно исследование, посвященное раскрытию информации. Закупочные институты должны были заполнить опросный лист о характере информации, публикуемой до и после присуждения контракта. Рисунок 2.5 показывает, что институты проводят разную политику[33].

Рис. 2.5. Информация, раскрываемая после присуждения контракта

Некоторые организации раскрывают только имя победителя, а некоторые и информацию об отклоненных заявках участников. Это относится к американскому закупочному институту, который по закону публикует количество запрошенных предложений, количество полученных заявок, объем и цену каждого присужденного контракта и, в общих чертах, причины исключения участников (FAR 15.503(b)).

2.3.6. Критерии присуждения контракта (оценки предложений)

Закупочные контракты присуждаются на основе двух общих критериев: минимальная цена и наиболее экономически выгодное предложение (most economically advantageous offer, MEAT). Во втором случае во внимание принимаются также и неценовые показатели (см. Главу 12). Ответы большинства организаций показали, что уровня цены недостаточно для определения лучшего предложения; на самом деле необходимо принимать во внимание ряд иных показателей, например, характеристики товара или сопутствующие услуги – все, что может повысить общее качество поставки. Другими словами, чем сложнее поставка, тем бóльшее значение приобретают неценовые показатели ее оценки.

Однако присуждение контракта на основе минимальной цены является наиболее предпочтительной процедурой при закупке товаров и услуг, для которых цена является единственным значимым фактором (например, закупка энергоносителей и электричества, продуктов питания, канцелярских товаров).

Кейс 2.2. Критерии присуждения контрактов при закупке бумаги для принтеров

Исследование закупок бумаги для принтеров показывает, что для одной категории товаров 3 организации из 11 использовали метод минимальной цены, а остальные – метод MEAT. Среди второй группы взвешенные показатели цены и технических характеристик значительно различаются.

Таблица 2.2. Критерии присуждения контрактов

В случае, когда неценовые элементы являются важной составляющей поставки, необходимо применять соответствующие правила начисления баллов. Результаты опроса показали, что для каждой закупки организации применяют отдельные правила начисления баллов, которые, к тому же, варьируются в зависимости от страны.

Пример 2.1. Формула, обычно применяемая Consip, Италия

где ТР- общий балл; РЕ- экономический балл (полученный как функция предложенной цены); РТ- технический балл; я – максимальный возможный экономический балл; Рв – резервная цена; Р_0 – предложенная цена; Ps– пороговая цена (устанавливающая максимальное количество баллов).

Пример 2.2. Формула, применяемая PPD, Кипр

где ТРх – технический балл участника х; ТРmax – технический балл лучшего технического предложения; «Минимальная цена» – цена минимального предложения; Рх – цена, предложенная участником х.

Выбор правил начисления баллов является ключевым при составлении дизайна закупки, так как применение различных формул по-разному влияет на поведение поставщиков. Подробнее о правилах начисления баллов при присуждении контракта см. в Главе 12.

2.3.7. Присуждение контракта одному или нескольким подрядчикам

При планировании закупки организатор торгов должен выбрать определенную стратегию определения числа победителей. Концепция присуждения контрактов нескольким подрядчикам (multiple awarding) формализована как в FAR, так и в Директиве ЕС. В некоторых случаях FAR предоставляет государственным институтам возможность организации «графика присуждения нескольких контрактов» (Multiple Award Scheduling)[34]. Европейские закупочные агентства имеют право заключать «рамочные соглашения»[35] (framework agreement) с несколькими поставщиками, но не менее чем с тремя. Датская, французская, шведская и британская организации уже приняли параллельные рамочные соглашения, подписанные с рядом выбранных на основе торгов поставщиков[36]. Таким образом, государственные институты могут либо 1) проводить прямые закупки у одного из поставщиков, указав причину исключения других, либо 2) провести новые торги среди выбранных поставщиков для получения лучших результатов. Глубокий анализ этого аспекта изложен в Главе 4. Результаты исследования ясно дают понять, что закупочные организации выбирают разные стратегии в этом плане.

Более подробный анализ процедуры присуждения контрактов одному или нескольким поставщикам изложен в Главах 7 и 11.

2.3.8. Срок действия контракта

Выбор срока действия закупочного контракта может отражать особенности закупаемого продукта (см. Главы 4 и 14) и учитывать требования национального законодательства (например, Директива ЕС: «Срок действия рамочного соглашения не должен превышать четырех лет»)[37]. Тем не менее результаты опроса показывают, что закупочные институты могут свободно устанавливать длительность контракта в зависимости от характеристик закупаемого товара или услуги. Практика показывает, что срок действия контракта обычно варьируется от одного до пяти лет[38].

Кейс 2.3. Сроки контрактов на поставку бумаги для принтеров

В случае поставки бумаги для принтеров сравнительный анализ показывает, что организации установили различные сроки действия контрактов, несмотря на однородность закупаемой категории товара. Фактически, длительность контракта составила от 3 до 36 месяцев.

Таблица 2.3. Срок действия контракта

2.4. Привлечение и допуск (отбор) участников

2.4.1. Совместная подача заявки

Совместные торги (joint bidding) позволяют двум и более поставщикам скооперироваться и выступать на торгах в качестве одного крупного участника. Эта стратегия особенно полезна для малых и средних предприятий, желающих получить крупный заказ. К тому же, совместные торги позволяют нескольким мелким (и зачастую финансово слабым) специализированным компаниям объединить ресурсы и опыт для исполнения сложной закупки (эксплуатация объектов недвижимости, IT-проекты и т. д.).

Исследование показывает, что большинство закупщиков разрешают совместную подачу заявок. Тем не менее закупочные организации применяют различные ограничения к действующим вместе поставщикам для усиления конкуренции в торгах. Это подтверждается тем фактом, что два закупочных агентства следуют рекомендациям национальных антимонопольных организаций и запрещают совместное участие в торгах тем компаниям, которые могут подавать собственные заявки; совместная подача заявки группой более слабых поставщиков, не способных самостоятельно исполнить контракт, не пресекается. Другие закупочные организации никак не ограничивают совместные торги, только если целью объединения не является уменьшение конкуренции; образование обычных тендерных консорциумов разрешается, а организация рядом компаний сговора является основанием для отвода их участия в торгах и преследуется в суде.

Управление совместными торгами важно для оптимизации стратегии закупок. Недостаточное регулирование совместных действий поставщиков может иметь отрицательные последствия для закупок – образование сговора и ослабление конкуренции (см. Главу 14).

2.4.2. Субподряд

Субподряд является важным фактором дизайна закупки. Теоретически, он облегчает участие в тендере мелких поставщиков. К примеру, в недавней Директиве ЕС сказано, что «с целью поощрения участия малых и средних предприятий в тендерах на госзакупки рекомендуется включать в контракты условие о субподряде» (статья 32).

В США FAR регулируют субподрядные договоры и включают в себя пункты, обеспечивающие участие Администрации малого бизнеса в программе закупок (FAR 19.7).

Закупочные организации часто используют практику субподряда: девятнадцать из двадцати одного институтов предоставляют победителю торгов возможность передать часть контракта на субподряд.

2.4.2.1. Ограничение субподряда

Исследованные институты по-разному регулируют дизайн субподряда. Некоторые закупщики устанавливают допустимую долю субподряда до подачи заявок, некоторые – после. Помимо этого, доля контракта, выделяемая закупщиком на субподряд, различается по странам, так же как процесс мониторинга действий субподрядчика.

Исследование показывает, что закупщики проводят разную политику в области регулирования субподряда. К примеру, что касается доли работы субподрядчика:

• 16 закупочных агентств из допускающих субподряд не налагают никаких ограничений;

• только три закупщика используют ограничения, два из них позволяют отдавать на субподряд не более 50 % объема контракта. В Италии лимит составляет 30 %, а в торгах на коммунальные услуги подрядчик может выделять на субподряд только сопутствующие товары и услуги;

• по рекомендации итальянского антимонопольного органа запрещается нанимать в качестве субподрядчиков крупных поставщиков, способных самостоятельно принять участие в торгах, а также реальных участников прошедших конкурентных торгов. В Швеции участники первого этапа торгов на рамочный контракт не имеют права быть субподрядчиками;

• по утверждению одного закупщика, допустимая доля субподряда зависит от типа присуждаемого контракта.

2.4.2.2. Принятие решения о субподряде до или после конкурентных торгов

В контексте использования субподряда важно определиться со временем принятия решения. На практике, если решение о субподряде принимается после присуждения рамочного контракта, в отсутствие специального регулирования между участниками может произойти сговор (победители привлекут проигравших в качестве субподрядчиков). Среди опрошенных закупщиков одиннадцать предоставляют возможность определиться с субподрядом только до начала тендера, а шесть – до и после.

2.4.2.3. Мониторинг субподряда

Необходимо понимать, каким образом осуществляется мониторинг работы субподрядчиков в условиях подписания рамочного контракта или соглашения. Возможны два варианта: либо исполнение контракта субподрядчиками контролирует центральный институт, подписывающий соглашение, либо эта функция передаются закупочному агентству. Ответы на опросный лист показывают, что второй вариант более распространен. Девять организаций оставляют прерогативу мониторинга субподрядчиков закупочным институтам, и только пять занимаются этим непосредственно (особенно в отношении IТ-услуг). Единственная организация из всех опрошенных возлагает всю ответственность по контролю субподрядчиков на главного подрядчика.

2.4.3. Аномально низкие тендерные предложения

В статье 51 Директивы ЕС 2004 г. сказано: «Если тендерное предложение для определенного контракта кажется аномально низким по отношению к товарам, услугам и работам, закупщик имеет право перед исключением участника запросить в письменном виде детальную информацию по интересующим деталям предложения». Согласно FAR США, предложение считается аномально низким, если оно не производит впечатления «честного и разумного» по отношению к ожидаемой цене[39].

Аномально низкие предложения являются проблемой для закупщиков, поскольку подрядчик может не справиться с контрактом или стать банкротом.

Пример 2.3. Определение аномально низкого тендерного предложения в Бразилии

Шаг 1. Предположим, что цена, которую готов заплатить закупщик, составляет 120 долл. Найдем 50 % этого значения (120 × 0,5 = 60 долл.).

Шаг 2. Затем вычисляем среднее арифметическое всех предложений выше 60 долл.: (65 + 80 + 110)/3 = 85 долл.

Шаг 3. Выбираем из средней цены (шаг 2, 85 долл.) и ожидаемой цены (120 долл.) минимальное значение и вычисляем 30 % от него (25,5 долл.).

Шаг 4. Все предложения ниже полученного значения в 25,5 долл. считаются аномально низкими; в нашем примере заявка 1 – аномально низкая.

Предложение 1 22 долл.

Предложение 2 40 долл.

Предложение 3 65 долл.

Предложение 4 80 долл.

Предложение 5 110 долл.

Как следует из опросных листов, если в результате конкурентных торгов получена цена, аномально низкая по сравнению с другими предложениями, рыночными ценами или собственной оценкой закупщика, он (или оценочная комиссия) вынужден попросить участника обосновать свою цену; если поставщику это не удается, его предложение считается аномально низким и отклоняется. На практике существует множество способов оценки аномальных предложений, применяемых в разных странах. К примеру, в Бразилии используется сложный механизм[40] (другие примеры представлены в Главах 13 и 19): закупщик должен запросить обоснования цены, если она на 70 % ниже минимального из следующих показателей[41]: 1) среднее арифметическое предложенных цен, превышающих 50 % от ожидаемой цены, установленной администратором; 2) ожидаемая цена, устанавливаемая администратором торгов.

Неаккуратная оценка и исключение аномально низкого предложения могут привести к отклонению инновационного или действительно экономичного предложения, а также могут исказить предложения других поставщиков. Существуют и другие эффективные инструменты предотвращения риска, например, поручительские гарантии. Анализ риска, связанного с аномально низкими предложениями, и лучших методов решения этой проблемы представлен в Главе 13.

2.4.4. Ограничения по присуждению контрактов

Данное ограничение распространяется на долю общего объема закупки (количество лотов), которую можно присудить одному участнику. О возможном влиянии подобного ограничения на привлечение участников, конкуренцию и образование сговоров подробно рассказывается в Главе 7. Исследование показало, что большинство закупочных организаций не ограничивают присуждение контрактов, а закупщики, все же использующие это условие (шесть институтов), делают так по следующим причинам.

• Для предотвращения монополизации рынка и стимулирования образования новых рынков, так как это гарантирует возможность закупки у нескольких поставщиков. Это условие оговаривается и в американском законодательстве (FAR 6.202)[42]. Директива ЕС, однако, никак не упоминает подобное ограничение (см. Главы 7 и 17).

• Для увеличения количества участников, особенно малых и средних компаний, которые не могут обеспечить поставку крупных лотов[43].

2.5. Механизмы предотвращения сговоров

Для проведения успешного тендера закупщик должен стимулировать конкуренцию и предотвращать сговоры между участниками торгов. Таким образом, дизайн закупки должен предусматривать индикаторы определения таких элементов для оптимизации результатов (см. Главы 14 и 15).

Опрос показывает, что большинство закупочных организаций борются со сговором, в основном, путем проведения закрытых торгов. Действительно, такой формат торгов снижает возможность получения одними участниками информации о предложениях конкурентов. Исследованные организации оказались осведомлены о том, что закрытые торги (при прочих равных условиях) снижают риск сговора.

Как правило, остается без внимания тот факт, что аукционы на понижение позволяют наблюдать (даже анонимные) отклонения от предварительных соглашений между участниками, укрепляя таким образом картели. Одна из организаций считает онлайн-торги эффективным средством против сговора, так как они увеличивают прозрачность любого сговора по той причине, что изначально каждый участник обладает онлайн-информацией только о своей заявке.

Для предотвращения сговора в конкурентных торгах применяются следующие стратегии:

• запрет на участие в торгах контролируемых или аффилированных поставщиков;

• дробление закупки на лоты, количеством не превышающие число участников;

• повышение длительности контракта для предотвращения ротации поставщиков;

• ограничение и регулирование объединения предприятий в группы;

• облегчение участия малого и среднего бизнеса, например, за счет деления контракта на лоты;

• анализ предложений на основе ожиданий, сформированных знанием рынка;

• использование доступных СМИ для оповещения о размещении тендерных предложений с целью привлечения новых участников;

• один из институтов считает наиболее эффективной стратегией против сговора создание закупщиком определенной репутации в деловых кругах (готовность подать жалобу в антимонопольный орган в случае возникновения любых подозрений);

• наконец, одна из рассмотренных организаций не применяет особой стратегии для борьбы со сговором, поскольку процесс выявления основан на доносах (социальный контроль).

2.5.1. Взаимодействие с национальными антимонопольными органами

Интересно, что многие закупщики предпочитают взаимодействие с антимонопольными органами для борьбы с картелями поставщиков.

Как объясняется в Главе 15, сотрудничество между антимонопольными органами и закупочными организациями может сыграть важную роль в предотвращении сговора. Согласно исследованию авторов, одиннадцать организаций сотрудничают с органами антимонопольного регулирования.

Наблюдаются различные подходы к взаимодействию.

• Консультация: перед проведением конкурентных торгов многие институты консультирует антимонопольный орган по вопросу проводимого или похожих прошедших торгов. Несмотря на необязательный характер таких рекомендаций, закупочные институты часто принимают их во внимание при планировании закупки.

• Рабочая группа, созданная на базе обоих институтов и анализирующая дизайн закупки.

• Распространение информации, связанной с национальными и межгосударственными рекомендациями.

• Сотрудничество, направленное на выявление сговоров в конкурентных торгах.

2.6. Заключительные положения

В этой главе были выявлены различия и схожие черты в практике госзакупок, а также проведен анализ основных аспектов эффективного дизайна закупок.

Наши исследования показали, что закупочные институты следуют различным стратегиям. Существуют и похожие черты, но зачастую закупщики руководствуются разными причинами при выборе тех или иных инструментов, причем их выбор не всегда оптимален.

Безусловно, важно подчеркнуть, что исследование не рассматривало такие особенности каждой страны и каждых торгов, как уровень конкуренции, правовая база и политические условия, уровень инноваций и централизации госзакупок, географическая структура страны. Тем не менее различия наблюдаются даже среди закупщиков, действующих в схожих экономических условиях (ЕС) или в рамках единого межгосударственного законодательства (Директивы ЕС).

Приложение 2.1. Программа Лаборатории ЕС и ее участники

Описание программы

Во время председательства Греции в ЕС[44] состоялась Десятая встреча министров и Сороковая встреча председателей госадминистраций. Принявшие участие во встрече министры согласились с важностью регулярных собраний для обмена опытом и идеями в области сотрудничества, а также для общей координации совместной деятельности. В этой связи «Лаборатория ЕС» стала идеальным инструментом для неформального обмена информацией и укрепления связей между участниками. Во время последующего председательства Италии Департамент государственной администрации Италии совместно с Министерством экономики и финансов запустил Лабораторию ЕС по госзакупкам, впоследствии названную «Обучающая лаборатория ЕС по государственным закупкам».

Целью этой программы является сравнение деятельности и обмен полезным опытом между европейскими закупочными институтами, согласно постановлению Одиннадцатой встречи европейских министров, отвечающих за государственную администрацию. Организационная встреча состоялась 28 ноября 2003 г. в Риме; в ней приняли участие девятнадцать организаций из шестнадцати стран. В 2004 г. участники программы сконцентрировались на трех направлениях: «малый и средний бизнес», «технические вопросы закупок», «механизм конкурентных торгов и вопросы конкуренции». Каждое направление разрабатывалось рабочей группой, в которой организации участвовали согласно своим интересам; группы возглавлялись «ведущими странами». Главным координатором всей программы стал Consip.

Лаборатория ЕС в 2004 г.

Деятельность Лаборатории ЕС заключается в работе трех рабочих групп, сфокусированных на основных стратегических аспектах государственных закупок.

Рабочая группа «Технические вопросы закупок» специализируется на распространении информации о технических (в основном, касающихся IТ) аспектах госзакупок среди участников Лаборатории. Главной целью группы является сбор данных о требованиях, применяемых в каждой стране для проведения электронных торгов. Примерами анализируемых технических аспектов являются введение цифровых подписей в электронных торгах и координация механизма электронных платформ для совместимости между странами.

Деятельность рабочей группы по вопросам малого и среднего бизнеса нацелена на определение проблем, связанных с участием малых и средних предприятий в конкурентных торгах. Действительно, координация правительственных закупок иногда создает входные барьеры для малых и средних предприятий, хотя одним из основных аспектов дизайна закупок является привлечение участников. Являются ли в этом отношении неэффективными системы рамочных контрактов, рамочных соглашений и другие формы тендеров? Какова практика различных стран ЕС в этом вопросе? Каким способом можно улучшить дизайн государственной закупки с применением рамочных контрактов и соглашений для облегчения участия малого и среднего бизнеса? На эти и многие другие вопросы пытается ответить данная рабочая группа.

Рабочая группа «Механизм конкурентных торгов и вопросы конкуренции» изучает методы проведения торгов закупочными организациями-членами Лаборатории с целью обмена опытом. Для достижения этого результата рабочая группа анализирует все аспекты планирования торгов. Кроме того, группа рассматривает последствия применения конкурентных механизмов в госзакупках в отношении конкуренции участников.

Участники рабочей группы по конкурентным торгам и вопросам конкуренции

Опросный лист по схеме конкурентных торгов и вопросам конкуренции (см. Приложение 2.3) был разослан 31 члену Лаборатории ЕС из 25 стран. Откликнулись 19 европейских институтов: ABA (Бельгия), ASMR (Чехия), BESCHA (Германия), BBG (Австрия), Consip (Италия), Department of Contracts (Мальта), ESPA (Румыния), MINEFI (Франция), MINHAC (Испания), Department of Finance (Ирландия), Ministry of Development (Греция), Office for Public Procurement (Словакия), OGC (Великобритания), Public Procurement Authority (Турция), PPD (Кипр), Public Procurement Council (Венгрия), Public Procurement Office (Польша), SKI (Дания), Statskontoret (Швеция).

Лаборатория ЕС в 2005 г.

В 2005 г. Лаборатория продолжила свою деятельность, сфокусировавшись на таких вопросах, как «Привлечение малого и среднего бизнеса к госзакупкам», «Закупка настольных компьютеров», «Закупка услуг городской телефонной связи», «Закупка бумаги для принтеров».

В опросе по бумаге для принтеров приняли участие 11 европейских организаций: ABA (Бельгия), BBG (Австрия), Consip (Италия), Hansel (Финляндия), MINEFI (Франция), GSA (Ирландия), OGC (Великобритания), PPD (Кипр), SKI (Дания), Statskontoret (Швеция), UMIC (Португалия). Наиболее показательные результаты опроса изложены в кейсах этой главы.

Приложение 2.2. Участники из США и Бразилии

В исследовании 2004 г. приняли участие две американские организации.

• Администрация общих услуг США (US General Service Administration, GSA). Эта организация проводит закупки для центральной Администрации и обеспечивает товарами и услугами федеральные правительственные управления и их сотрудников. Все закупки товаров и услуг регулируются Правилами закупок для федеральных нужд (FAR) и их практическим приложением – Руководством Администрации общих услуг (General Service Administration Manual, GSAM). В GSA работает около 13000 сотрудников, и эта организация проводит в среднем 696385 сделок в год. Список категорий продуктов, с которыми работает GSA, включает: телекоммуникации, электроэнергию, IТ-услуги, товары и услуги (офисная мебель, канцелярия, бумага, кредитные карты, автомобили, автобусы, кареты скорой помощи), недвижимость (услуги клининга, управление активами, финансовые услуги).

• Департамент логистики и общих услуг Бразилии (DLGS) бразильского федерального правительства. В структуре правительства DLGS принадлежит Министерству планирования, бюджета и администрации и является центральным органом по вопросам продвижения государственной политики и применения постановлений, связанных с координацией товаров, услуг и работ, внешних и внутренних коммуникаций и закупочными тендерами и контрактами для нужд федеральной администрации; по вопросам поддержки системы федеральных норм и правил проведения госзакупок, а также правового обеспечения государственных заказов; по вопросам управления электронными системами закупок для федерального правительства. Поскольку DLGS не занимается собственно проведением закупок и закупочными контрактами, информация, представленная в этой главе, относилась к практике федерального правительства Бразилии.

Приложение 2.3. Структура опросных листов

Опросный лист по модели конкурентных торгов и вопросам конкуренции (2004)

Опросный лист состоял из двух частей.

• Модель конкурентных торгов – вопросы по основным аспектам дизайна торгов, которые должна учитывать организация при планировании эффективных закупок. Мы сфокусировали вопросы относительно восьми аспектов: 1) процедуры торгов; 2) количество лотов; 3) срок действия (длительность) контракта; 4) резервная цена; 5) условия участия; 6) критерии присуждения контракта; 7) общая политика; 8) субподряд.

• Конкуренция – вопросы по уровню конкуренции зарегистрированных организаций, методам предотвращения сговора, опыту обнаружения сговора участников торгов.

Опросный лист – закупка бумаги для принтеров (2005)

Опросный лист состоял из шести частей.

• Элементы контракта. Мы особенно интересовались датой присуждения, стоимостью и сроком действия последнего и предыдущего присужденного рамочного контракта или соглашения.

• Формат проведения торгов. В этом разделе мы собирали информацию о типе торгов (открытый для всех или с ограниченным участием) и о его формате (закрытый одноэтапный, многоэтапный или комбинаторный). Такие же вопросы задавались и в случае проведения электронных торгов.

• Количество лотов и участников на один лот. Прежде всего мы устанавливали сам факт деления закупки (контракта на поставку) на лоты. Затем собирали информацию о характеристике лотов. Деление на лоты могло происходить по количественному (два лота различались по объему), географическому (лоты относились к разным регионам) и качественному (лоты содержали разный товар) признакам. Наконец, по каждому лоту мы просили указать количество участников, предложенные цены, информацию о компаниях-участниках.

• Качество. Были выбраны семь определенных показателей качества бумаги: вес, толщина, белизна, прозрачность, зернистость, влагоемкость, проницаемость. Эти элементы относятся к требованиям стандарта ЕС.

• Цены. В этом разделе исследовались как цены победителей торгов, так и рыночные цены.

• Критерии присуждения контракта. Собирались данные по использованным критериям (самая низкая цена или наиболее экономически привлекательное предложение), применяемым соответствующим формулам.

Краткий обзор литературы

Поскольку эта глава посвящена анализу практики закупок, основные источники теории или эмпирических исследований по каждой теме могут быть найдены в соответствующих главах этой книги. При рассмотрении сходства и различий практики закупочных организаций делались отсылки к европейской и американской нормативной базе закупок, точнее, недавней Директиве ЕС 2004/18 и FAR 2005.

Интересный обзор практики госзакупок в США был приведен в работах [Thai, 2004; Moon, 2005]. Основным источником аналитики правовых аспектов госзакупок в ЕС стал PPN Report (доклад [Public Procurement Network, 2005]), а предварительное рассмотрение экономических аспектов в Европе приведено в отчете Лаборатории ЕС [EC, 2004]. Дополнительные документы по закупкам в европейских странах доступны на сайте, посвященном программе Лаборатории ЕС.

Источники

EC. On the Coordination of Procedures for the Award of Public Works Contracts, Public Supply Contracts and Public Service Contracts. Directive 2004/18/EC of the European Parliament and of the Council, 31 March, 2004.

EIM Business and Policy Research. The Access of SMEs to Public Procurement Contracts. 2004.

Engel A.R., Wambach A. Risk Management in Procurement Auctions, Quaderni Consip, 10, Rome, Italy, 2005.

EU Public Procurement Learning Lab. Report on Purchasing of Fix-Line Telephone Services and Paper for Printers. 2005.

General Services Administration, Department of Defense, National Aeronautics and Space Administration. Federal Acquisition Regulation. 2005.

Leipold K., Klemow J., Holloway F., Vaydia K. The World Bank e-Procurement for the Selection of Consultants, Challenges and Lesson Learned // Journal of Public Procurement. 2004. 4.

Moon M.J. E-procurement Management in State Government: Diffusion of e-Procurement Practices and its Determinants // Journal of Public Procurement. 2005. 1. Р. 54–72.

Piga G., Zanza M. An Exploratory Analysis of Public Procurement Practices in Europe // Khi Thai et al. (eds.) Challenges in Public Procurement: An International Perspective. PrAcademics Press, 2004. Ch. 10. Р. 179–206.

Public Procurement Network Public Procurement in Europe. Final Report. 2005.

Thai K.V. Challenges in Public Procurement // Khi Thai et al. (eds.) Challenges in Public Procurement: An International Perspective. PrAcademics Press, 2004.

Сайты

Defense Procurement and Acquisition Policy: http://www.acq.osd.mil/dpap/cpic/cp/contract_pricing_reference_guides.html

Eurostat: http://europa.eu.int/comm/eurostat

Eurostat: http://epp.eurostat.ec.europa.eu/portal/page/portal/eurostat/home/

EU Public Procurement Learning Lab: http://www.eng.consip.it/on-line/en/Home/ResearchDevelopment/Projects/Eulab.html

General Services Administration (GSA): http://www.gsaauctions.gov

International Federation of Purchasing and Materials Management (IFPMM): http://www.ifpmm.org

International Purchasing and Supply Education and Research Association (ISPERA): http://www.ispera.com

Public Procurement Network (PPN): http://www.publicprocurementnetwork.org/

Small Business Administration (SBA): http://www.sba.gov/

Часть II. Основные стратегические принципы

3 Когда следует централизовать закупки?

Никола Димитри, Федерико Дини, Густаво Пига

3.1. Введение

«Технологические и организационные инновации могут одновременно способствовать развитию сотрудничества и проявлению инициативы. Очевидным источником подобной динамики являются информационные технологии. Совершенствуя методы оценки эффективности и коммуникации, эти технологии позволяют проявлять больше инициативы (за счет снижения стоимости стимулирования) и укрепляют сотрудничество (облегчая координацию и взаимодействие между подразделениями)» [Roberts, 2004, p. 112].

Стремление к контролю издержек и упорядочению процессов привело к повышению интереса к вопросам централизации и децентрализации закупок среди теоретиков, практиков закупок и государственных чиновников. Эффективная политика закупок является, по нашему мнению, одним из основных направлений деятельности частных компаний, международных организаций и правительств. В этой главе закупочные системы будут рассматриваться с точки зрения степени их централизации.

Учитывая значительный объем привлекаемых ресурсов, компании и правительства стараются оптимизировать закупки с целью обеспечения получения лучших ценностей за потраченные деньги (value for money) для хозяйственных субъектов и налогоплательщиков[45]. Основным решением для достижения этой цели часто является выбор между централизованной и децентрализованной системой закупок; прибыльность, эффективность и контроль бюджета в частной компании или госадминистрации могут значительно различаться в зависимости от организации и управления закупками[46].

Перед обсуждением основных аспектов проблемы следует определиться с понятиями централизации и децентрализации в закупках; мы различаем три типа закупочных схем[47].

• Полная централизация: закупки считаются полностью централизованными, когда основные решения (что, как и когда) о закупке продуктов, как путем конкурентных торгов, так и путем переговоров, для удовлетворения нужд компании или государственных органов находятся в руках головного офиса компании или центрального государственного института. Более того, условия контрактов на закупаемые товары одинаковы для местных отделений компании[48] или местных госадминистраций (для государственных заказчиков).

• Полная децентрализация: закупки считаются децентрализованными, когда решение о том, когда, что и как закупать, находится в руках местных отделений компаний, отдельных компаний или местных госадминистраций (каждого государственного заказчика).

• Гибридная модель: между полной централизацией и полным делегированием полномочий на осуществление закупок существует ряд моделей, в которых центральные и местные органы делят ответственность по закупочным решениям.

В частных и государственных закупках превалируют гибридные модели, в которых центральный орган определяет общую стратегию и политику. К примеру, оценка эффективности закупок 2004 г., проведенная информационной консалтинговой фирмой Эй Ти Карни (A.T. Kearney) в 275 международных компаниях, показывает, что все большую популярность набирают модели, в которых стратегические решения принимаются на центральном уровне, а сделки осуществляются на местном уровне[49].

Несмотря на популярность гибридных моделей, нет точных данных о преобладающих в частных компаниях структуре и условиях контракта. В госзакупках, наоборот, рамочные контракты и соглашения, установленные центральными закупочными институтами от лица госадминистраций, применяются довольно часто. В условиях такой мягкой централизации рамочные контракты позволяют всем государственным органам приобретать определенный набор товаров и услуг в установленный промежуток времени по определенной (и часто пересматриваемой) цене. Госорганам рекомендуется прибегать к подобным контрактам во всех случаях кроме тех, когда требуемый товар или услуга отсутствуют или их могут предоставить местные поставщики на более выгодных условиях цены и качества.

Нет сомнений в том, что за последние годы многие страны повысили уровень централизации в закупках. Например, после периода скептического отношения к централизации закупок, которая воспринималась как фактор монопсонизации и снижения конкуренции, новая Директива ЕС 2004/18 в исключительном порядке признала возможность существования центральных закупочных институтов.

И действительно, централизация госзакупок стала явной тенденцией в Европе, США, Южной Америке и Азии. Примерами центральных закупочных организаций, созданных в Европе за последние десять лет, стали OGC Buying Solutions (Великобритания, см. вставку 3.1), UGAP и Opache (Франция), Consip (Италия), Hansel (Финляндия), SKI (Дания), Statskontoret (Швеция) и BBG (Австрия)[50]. Американская GSA (см. вставку 3.2), созданная в 1949 г. для обслуживания федерального правительства, считается одной из наиболее продвинутых централизованных государственных торговых площадок в мире[51]. GSA предоставляет широкий спектр товаров и услуг федеральному правительству США. Кроме того, в период с 2002 по 2004 гг. некоторые штаты (Флорида с программой My Florida Marketplace, Северная Каролина с NC E-Procurement@Your Service и Калифорния с программой California Performance Review) создали электронные закупочные платформы для предоставления централизованных срочных контрактов всем госадминистрациям штата.

Вставка 3.1. Министерство государственной торговли Соединенного Королевства

Министерство государственной торговли (OGC) было создано 1 апреля 2000 г. Целью проекта стало существенное увеличение соотношения цены и качества в бюджете госзакупок, составлявшем около 13 млрд фунтов. В результате слияния закупочных услуг, ранее оказываемых Закупочным агентством (TBA), Центральным агентством компьютеров и телекоммуникаций (CCTA), Советом гражданской недвижимости (PACE) и закупочными отделами Казначейства, 1 апреля 2001 г. была создана OGC Buying Solutions. Эта крупная организация обеспечивает госорганы более чем 50 тыс. видов товаров и услуг посредством рамочных соглашений, а также профессиональной поддержкой в закупке услуг телекоммуникаций, электроэнергии, услуг безопасной электронной почты, Интернета, передачи данных и издательских услуг.

Вставка 3.2. Американская GSA

GSA была основана 1 июля 1949 г. для обслуживания федерального правительства. Федеральный акт по собственности и административным услугам 1949 г. (статья 63, раздел 379), в соответствии с которым была создана GSA, базируется на рекомендациях первого отчета Комиссии Гувера и других исследований, направленных на улучшение практики управления. Акт сгруппировал функции, ранее выполняемые различными агентствами, включая управление недвижимостью, делопроизводство, транспорт и управление муниципальным хозяйством, закупку и управление стратегическими запасами. Позднее GSA были переданы дополнительные и смежные функции, такие как управление федеральными информационными технологиями (обработка данных и телекоммуникации), расширение объемов производства, производство и поставка материалов и мощностей, необходимых для национальной обороны, управление транспортными средствами, представительство правительственных институтов перед федеральными и штатными регулирующими органами, а также управление библиотекой Президента.

Тенденция к централизации также наблюдается в Азии и Южной Америке. С 1949 г. в Корее существует централизованное закупочное агентство PPS, на которое сегодня приходится 30 % госзакупок[52]. В 2003 г. китайское правительство выпустило первое постановление по госзакупкам, названное Законом о правительственных закупках (GPL), применимым к закупке товаров, услуг и строительных проектов госорганами и общественными организациями на всех уровнях власти. В Мексике [Compranet, 1996], Бразилии [Comprasnet, 1997], Чили [ChileCompra, 2003] и других странах Латинской Америки были разработаны централизованные системы электронных закупок.

В 1990‑х годах многие частные компании претерпели значительные изменения своих организационных структур; некоторые из них успешно децентрализовали процесс принятия решений, в том числе и закупки. Так было, среди прочих, в компании Motorola, General Electric, United Technologies и Fiat[53]. Однако такие крупные компании, как Honda (и недавно General Motors), последовали противоположной стратегии. В 1973 г. Honda приняла систему децентрализованных решений, когда ответственность за принятие стратегических решений была распределена среди 30 старших управляющих. До конца 1980‑х компания расширялась и приносила прибыль. После этого в ней наступил кризис; автомобили больше не соответствовали ожиданиям японского рынка, а компания испытывала постоянное сокращение прибыли и доли рынка, отставая от своих основных конкурентов – Mitsubishi, Nissan и Toyota. Централизация принятия решений помогла Honda рационально перестроить процессы производства, справиться с ситуацией и вновь стать прибыльной компанией.

Волна перемен 1990‑х годов свидетельствует о постоянном стремлении фирм оптимизировать организационную структуру, сопровождаемом адаптацией к экономической и технологической эволюции.

Сектор IT следовал схожей с автомобильным бизнесом тенденции. В 1970‑х и начале 1980‑х годов IT-системы были полностью централизованы; считалось, что вся компания должна поддерживаться мейнфреймами (универсальными ЭВМ). В середине 1980‑х годов распределенные вычислительные среды стали преобладать, а IT-отделы стали более разрозненными. В результате штат IT стал более децентрализованным для поддержки географически разрозненных субъектов. На сегодняшний день централизация снова становится более эффективной, поскольку единая IT-структура обладает меньшей себестоимостью и позволяет обеспечить следование технологическим стандартам всей компании, а также избежать повторения решений, систем и приложений, отвечающих на похожие проблемы разных подразделений. Более того, в сравнении с децентрализованной системой, централизация функций IT обеспечивает лучшую поддержку бизнеспроцессов (например, цепь поставок).

Централизация также может быть эффективна для международных компаний, играющих важную роль в соответствующих отраслях. К примеру, с недавних пор утверждается, что в продовольственной безопасности усиление централизации европейской продовольственной политики, в отличие от нынешнего многоуровневого управления, повысило бы уровень потребительского доверия к поставкам продовольствия в ЕС и снизило бы чувствительность системы к кризисам[54]. С этой точки зрения централизация могла бы создать более стабильные нормативные и рыночные условия, повысив уровень прозрачности и отчетности. Что касается сферы здравоохранения, недавно выпущенный Board on Global Health (BGH) (Советом по глобальному здравоохранению) отчет подтверждает преимущества централизованных международных систем для закупки противомалярийных лекарств, хотя в этой сфере идея централизации не нова. В самом деле, ЮНИСЕФ централизовал закупки детских вакцин, а Всемирная ассоциация здравоохранения (WHO) – вакцин от туберкулеза, и уже предложил этот механизм для противомалярийных и ВИЧ/СПИД-препаратов[55]. Другие организации, такие как ООН, сохраняют децентрализованную систему закупки.

Неудивительно, что усиление централизации было во многом вызвано революцией в IT-отрасли. В государственном секторе еще 20 лет назад стоимость координации закупок определенного товара для всех госадминистраций (местных и центральной) могла быть очень высока. Технологии электронной почты и веб-порталов, позволяющие размещать тендеры и заявки в режиме реального времени, снизили в разы стоимость связи между центром и периферией. Централизация, в свою очередь, снижает постоянные издержки на дорогостоящую IT-инфраструктуру.

Споры о централизации в закупках, однако, начались задолго до развития IT-технологий и скорее всего продолжатся и в будущем. Действительно, многие преимущества централизации не связаны с коммуникационной инфраструктурой; к примеру, экономия на масштабе снижает единичную стоимость квалифицированного штата (IT-специалисты, юристы, снабженцы и стратегический менеджмент), работающего в закупочном подразделении; позиция покупателя на переговорах с контрагентами укрепляется, а его трансакционные издержки (организация тендерного комитета, публикации в официальных изданиях) снижаются. Доступность информационных технологий, тем не менее, не позволяет устранить такие недостатки централизации, как физическое расстояние между местным закупщиком и центральным отделением.

Оставшаяся часть главы организована таким образом. В разделе 3.2 рассмотрены основные проблемы выбора степени централизации закупочной системы; раздел 3.3 содержит заключительные положения. Наконец, в конце главы представлен анализ кейса.

3.2. Основные проблемы выбора между централизованными и децентрализованными системами

Централизация закупок становится все более и более привлекательной для организаций, работающих в различных отраслях и преследующих разные цели. Выбор между централизацией и делегированием полномочий происходит на разных уровнях, а окончательное решение должно приниматься после внимательного изучения нескольких элементов, которые мы обсудим в следующих разделах. Как будет показано далее, иногда ни полная централизация, ни полная децентрализация не являются оптимальными схемами, и предпочтительной оказывается гибридная гибкая модель[56].

Вне зависимости от того, является ли организация частной или государственной, при выборе между централизацией закупок в руках единого органа (топ-менеджмента, центрального правительства) и делегирования закупок подразделениям (отделам, филиалам, местным госадминистрациям), ей приходится принимать во внимание многие аспекты закупок. Ниже мы идентифицируем и обсуждаем основные проблемы выбора между централизацией и децентрализацией по следующим аспектам закупок:

• эффективность – экономия и контроль издержек;

• стандартизация продуктов;

• фаворитизм;

• стратегические закупки;

• сетевой эффект и сетевые стандарты;

• динамика рынка;

• чрезвычайные ситуации;

• стоимость стратегической информации;

• рыночная позиция;

• мониторинг действий подрядчиков;

• электронные закупки.

В последующих разделах будет показано, как эти аспекты взаимосвязаны. К примеру, контроль издержек, вызванный экономией на масштабе, достигается быстрее в случае, когда централизация относится к закупкам стандартизированных продуктов. В то же время крупномасштабные закупки стандартизированных продуктов повышают рыночную позицию покупателя.

3.2.1. Эффективность: экономия и контроль затрат

Экономия и контроль затрат являются ключевыми аспектами государственных и частных закупок.

Государство всегда должно контролировать свои расходы. Часто это делается за счет рационализации затрат на закупки товаров и услуг, на которые уходит значительный объем денежных ресурсов и где сокращения добиться легче, чем в социальном секторе (медицинские расходы и выплата пенсий).

Контроль закупочных издержек также важен для частных компаний в целях улучшения конкурентного положения на мировых рынках. Управление затратами необходимо для продолжения деятельности компаний при стагнации или слабом росте экономики, так как при снижении спроса прибыль фирмы падает. Однако даже при стабильном росте экономики управление затратами может стать важным конкурентным фактором.

В автомобильной промышленности считается, что для успешного развития в современных экономических условиях фирмам необходимо сосредоточиться на развитии и/или сохранении критических навыков снижения затрат сегодня и в будущем. Основными пунктами сокращения затрат должны быть сферы снабжения и закупок, но также и административные расходы и расходы на управление поставками в общем[57]. Упомянутое ранее исследование практики закупок крупных международных компаний, проведенное консалтинговой фирмой Эй Ти Карни (A.T. Kearney), показывает важность и стратегическую значимость управления издержками. В исследовании также иллюстрируются современные методы управления затратами[58].

Централизация, безусловно, является проблемой для компаний определенного размера и географического распространения. С ростом компании сложнее осуществлять контроль издержек децентрализованных филиалов. Эта проблема может быть решена путем выделения бюджетов децентрализованным подразделениям, однако такой путь не всегда предполагает эффективное ведение расходов.

Может ли централизация привести к улучшению контроля затрат и обеспечить необходимое качество закупок? По мнению Джина Рихтера (Gene Richter), бывшего руководителя отдела закупок IBM, централизованные закупки благотворно влияют на деятельность крупных компаний. Об этом он говорит в своих комментариях к книге Лу Герстнера (Lou Gerstner), бывшего управляющего директора IBM, «Кто сказал, что слоны не танцуют?» («Who Says Elephants Can’t Dance?»): «Большинство компаний, проводящих централизованные закупки, способны значительно снизить закупочные затраты подразделений без потери скорости реагирования на возникающую потребность каждого подразделения в первоклассных поставщиках».

Таким образом, централизация позволяет сократить издержки за счет 1) эффекта синергии (экономия на масштабе, отсутствие дублирования действий), 2) специализации и 3) совместного использования знаний и ресурсов.

Эффект синергии. Как будет наглядно показано в Главе 4, стандартизация продукта – один из ключевых элементов продвижения централизации в закупках. Поскольку закупочные процедуры множатся в результате децентрализации, именно при приобретении стандартизованных продуктов можно максимально снизить издержки дублирования (duplication cost) и активизировать экономию на масштабе. Если продукт поставляется естественным монополистом (телефонная связь, газ, электричество), централизация помогает усилить влияние покупателя на рынок и уменьшить ренту подрядчика.

В госзакупках централизация также способствует уменьшению издержек дублирования, например, затрат на публикацию информации в официальных журналах и затрат на судебные разбирательства.

Риск появления противоречий в документах, связанных с процессом закупок, а также издержки, вызванные этим риском, также снижаются благодаря централизации: во-первых, квалифицированные кадры, задействованные в централизованном процессе закупок, способствуют большей четкости, прозрачности, измеримости закупок и, в целом, улучшению качества документов; во-вторых, в результате централизации уменьшается количество закупочных контрактов для каждого приобретаемого продукта; наконец, возможные судебные разбирательства проводятся в рамках одного суда, в то время как децентрализация ведет к отдельным тяжбам с каждой местной администрацией в случае оспаривания закупок.

Специализация. Централизованные закупки способствуют концентрации человеческого капитала и опыта. Для оптимизации закупочной схемы привлекаются не только профессиональные юристы, но и рыночные аналитики, менеджеры товарных категорий и прочие эксперты в области закупок. Таким образом, создаются специализированные команды, целью которых является совершенствование закупочных стратегий благодаря постоянному обучению и наращиванию опыта.

Небольшим децентрализованным закупочным подразделениям дорого и затруднительно нанимать высококвалифицированных специалистов; поэтому финансовое положение дает преимущество крупным закупочным агентствам в привлечении профессионалов, создании компетентной команды и повышении экономической эффективности закупок.

Совместное использование знаний и информации. Совместное использование знаний и информации является ключевым фактором развития деятельности в организации, поскольку этот процесс повышает эффективность закупок за счет использования наиболее актуальной информации и решения общих и специфических вопросов. Часто рынки бывают взаимосвязаны (например, принтеры и настольные компьютеры, страхование и банковские услуги); из-за диверсификации продуктовых линеек фирмы могут неоднократно встречаться в различных закупочных торгах[59]. К примеру, производители компьютеров (и розничные торговцы), такие как Siemens, HP и IBM, могут участвовать в конкурентных торгах на закупку как настольных ПК, так и ноутбуков[60]. IBM также имеет возможность подавать заявки на поставку мейнфреймов, хранилищ данных и других IT-услуг. По этой причине обмен информацией и опытом между группами специалистов по закупкам чрезвычайно важен для планирования эффективной закупки. Команды, специализирующиеся на различных продуктовых категориях, могут сотрудничать и вместе решать такие общие проблемы, как выбор подходящей системы оценки заявок или наилучшей формы контракта, а также делиться информацией о рыночной ситуации, потенциальных участниках торгов и других важных элементах закупок.

Вот почему обмен информацией и опытом между квалифицированными профессионалами скорее возможен внутри централизованной закупочной организации (подразделения), нежели через местные подразделения или в отдельных организациях.

В заключение рассмотрим влияние централизации закупок на рыночную ситуацию. Как подробно описано далее в этой книге (см. раздел 11.3), не предрасположенные к риску компании могут быть вынуждены действовать более агрессивно, если их исключение из конкурентных торгов приводит к сугубо негативным последствиям. Очевидно, что централизация закупок повышает риск негативных последствий при прочих равных условиях, так как доля рынка, теряемая в результате исключения (проигрыша) из отдельных торгов, растет. Покупателям, планирующим усиливать степень централизации своих закупок, следует учитывать этот эффект. Несмотря на снижение затрат покупателя в результате централизации, стоит принимать во внимание, что агрессивная политика поведения поставщика на конкурентных торгах может скрывать за собой демпинг и занижение реальной стоимости товара (или снижение его качества). Это утверждение верно, когда агрессивные участники предполагают, что мониторинг исполнения контракта со стороны закупщика будет минимальным. Таким образом, в связи с проблемой контроля качества в централизованных системах (см. подраздел 3.2.10) покупатели должны достоверно информировать о своем намерении контролировать качество, а также применять санкции при ненадлежащем поведении со стороны поставщика.

3.2.2. Стандартизация продукта

Естественной причиной централизации закупок является стандартизация закупаемых продуктов. Типичными примерами стандартизованных товаров и услуг являются: информационное и коммуникационное оборудование, IT-серверы, канцелярия и бумага, купоны на обеды и топливо, кредитные карты и элементы автомобильных двигателей. Подобные товары могут несколько различаться, но все же они удовлетворяют нуждам и предпочтениям большого количества закупочных отделений и конечных потребителей и не нуждаются в разнообразии.

И действительно, стандартизованные продукты централизованно закупаются центральными государственными закупочными агентствами в нескольких странах. К примеру, многие государственные закупочные организации, упомянутые во введении (GSA, OGC, Consip, Statskontoret, North Carolina E-Procurement@Your Service, My Florida Marketplace, Comprasnet), закупают для нужд администрации факсы, ноутбуки, настольные ПК, программные средства управления документооборотом, принтеры, проекторы, веб-серверы, газ, электричество, топливо, топливные карты, офисную мебель, канцелярию, бумагу, кредитные карты, автомобили, автобусы и кареты скорой помощи[61].

Центральные агентства предпочитают практику конкурентных торгов коммерческим переговорам, что подтверждает выводы Глав 4 и 5, утверждающих, что конкуренция выше при закупке неспециализированных стандартных товаров.

Стандартизация способствует централизации закупок по двум основным причинам. Во-первых, стандартизация облегчает сбор и обработку информации. Продукты описываются точно и однозначно, поскольку разнообразие моделей ограничено (однородность продуктов), местные требования схожи (однородность потребностей), а риск неверной или неполной обработки информации со стороны центрального закупочного отделения невысок. К примеру, бумага является стандартным товаром, и запросы на нее, исходящие из разных стран, схожи между собой. Аналогично, IT-серверы, несмотря на различие некоторых технических характеристик (масштабирование, доступность и количество параллельных пользователей), по сути, являются стандартизованным оборудованием.

Во-вторых, стандартизация позволяет поставщикам использовать существенную экономию на масштабе за счет выпуска большого количества одного и того же товара. Это обычно снижает единичную стоимость продукта и дает покупателю возможность снизить свои затраты при присуждении контракта. Экономия на производственных затратах должна превышать объем усилий, затраченных поставщиком на обслуживание контракта, разделенного на части между несколькими разрозненными подразделениями[62].

Стандартизация продуктов обычно ведет к централизации закупок на региональном, национальном и континентальном уровнях; тем не менее у многих организаций возникают проблемы при централизации закупочных процедур. К примеру, закупочные контракты на поставку электроэнергии обычно заключаются с местными поставщиками, и централизация закупок данной продукции затруднительна для мультинациональных компаний. Несмотря на стандартизованный характер электроэнергии как товара, географическая удаленность закупочных подразделений друг от друга вкупе с возможными ограничениями законодательного характера на межгосударственные поставки электричества могут препятствовать полной централизации. Таким образом, даже если мультинациональным компаниям удастся полностью централизовать все контракты на закупку электроэнергии, преимущества централизации могут быть серьезно нарушены из-за сложности или даже невозможности конкуренции поставщиков. Поскольку контроль стоимости энергоресурсов производится на корпоративном уровне, даже если энергия закупается локально, центральное отделение должно контролировать общую стратегию закупок. Далее будут приведены основные аргументы в пользу усиления централизации при закупке услуг и товаров стратегического значения для организации.

3.2.3. Фаворитизм

Местные закупочные подразделения чаще всего лучше, чем центральные закупочные агентства, информированы о необходимых характеристиках продукта, но иногда передача соответствующей информации центральному агентству может быть неудобной или затратной. Возьмем, к примеру, услуги клининга, управление активами или ведение дорожного кадастра. Поскольку данные услуги должны учитывать местные особенности, сбор более точной, чем у местного подразделения, информации для центральной организации труден и затратен. К подобной «локальной» информации также можно отнести такие характеристики поставщиков, как используемые стандарты качества, надежность поставок и финансовое положение. Точность и актуальность информации, таким образом, может стать аргументом в пользу децентрализации.

Вместе с тем выбор местных закупочных подразделений не всегда соответствует принципу «лучшие ценности за вложенные деньги» («best value for money»). Иногда децентрализованный выбор поставщиков бывает менее эффективным, чем централизованный, поскольку местные закупочные подразделения предпочитают нанимать местных подрядчиков. Так происходит сближение местного поставщика и покупателя, а лоббирование местных интересов может негативно сказаться на общей эффективности закупок.

Это, однако, не исключает проявления фаворитизма на центральном уровне, хотя прозрачность деятельности головных организаций во многом препятствует распространению коррупции (подробней о коррупции см. в Главе 16)[63]. Данный аргумент подтверждается практикой частных и государственных закупок. Например, Международный консорциум государственного финансового менеджмента (ICGFM) опубликовал результаты своего Мирового исследования за 2005 г. «Противодействие коррупции в государственном секторе». ICGFM рекомендует правительствам принять ряд мер для снижения уровня коррупции. Одной из предлагаемых мер является «централизация закупок для предотвращения коррупции». В госзакупках увеличение объема конкурентных торгов требует, согласно законодательству, увеличения степени прозрачности процедур. Поскольку централизация облегчает проведение электронных торгов (см. подраздел 3.2.11), а последние предполагают пониженный риск махинаций с полученными предложениями, коррупция может быть снижена за счет агрегации спроса.

Централизация также является стимулом для улучшения процесса коммуникации. Общение между периферией и центральным закупочным отделением (организацией) бывает особенно затруднительно на начальных этапах централизации. Это происходит по двум причинам: с одной стороны, у местных закупщиков могут возникнуть трудности с описанием своих конкретных нужд, с другой, они могут умышленно скрывать информацию с целью сохранения контроля принятия решений.

Безусловно, поскольку централизация требует определенной степени стандартизации закупаемого продукта, его характеристики могут не вполне удовлетворять потребностям местных отделений, что может создавать определенные проблемы для организаций. Вместе с тем стремление местного закупщика утаить информацию от центрального отделения снижается или исчезает, когда на первое место по значению в закупке ставится вопрос качества. В данной ситуации местным децентрализованным закупщикам не имеет смысла оказывать предпочтение местным поставщикам, так как центральное отделение, располагая максимальным объемом информации о нуждах подразделений, имеет большую возможность обеспечить высокое качество поставки. Вставка 3.3 иллюстрирует влияние фаворитизма на цену и качество[64].

Вставка 3.3. Последствия фаворитизма в закупках

Фаворитизм может привести к убыткам, когда наиболее важную роль играет качество закупки. В конкурентных торгах с использованием шкалы оценок поставщиков (см. Главу 12) фаворитизм оказывает негативное воздействие на экономическую часть тендерного предложения, так как он приводит к завышенной оценке технической составляющей (качества), что позволяет некоторым участникам подавать менее экономически выгодные заявки. Например, если по шкале оценок вес технической части предложения SQ составляет 0,6, а экономической SE – 0,4, то общая оценка S = (0,6)SQ + (0,4)SE, и набравший наибольшее количество баллов участник получает контракт. Так как максимальная оценка для SQ и SE составляет 100, то и S может максимально равняться 100. Общая оценка в 50 баллов может быть получена участником в результате бесконечного количества сочетаний (SQ, SE), определяемых уравнением SE = 50/(0,4) – (3/2)SQ, где каждому значению SQ соответствует значение SE. Предположим, что реальное значение SQ у одного из участников относительно невысокое (например, 40), но в конкурентных торгах ему отдается предпочтение, и его техническая оценка завышается до 60; тогда участнику для получения общей оценки в 50 баллов достаточно иметь ценовую оценку SE, равную 35, а не 65. Это соответственно подразумевает менее привлекательное экономическое предложение со стороны победителя торгов. В обмен на проявление фаворитизма участник может, к примеру, подкупить закупщика. Таким образом, в результате торгов закупщик потеряет и в цене, и в качестве.

Централизация закупок, тем не менее, может стать причиной беспокойства среди потенциальных поставщиков и вызвать издержки политического характера, особенно в государственном секторе. К примеру, при небольшом количестве крупных лотов у мелких компаний могут возникнуть проблемы с доступом к конкурентным торгам; это может привести к недовольству и соответствующему политическому давлению. Устранить данный эффект можно с помощью использования такой формы централизованных закупок, которая позволяет разбивать общий заказ на множество лотов и дает возможность размещения пакетных предложений (подробнее см. в Главах 7 и 8).

В заключение, при решении вопроса о делегировании закупочных решений местным подразделениям, закупщик должен сравнить издержки децентрализации, связанные с фаворитизмом и риском выбора низкоквалифицированного подрядчика, и возможные политические издержки централизации.

3.2.4. Стратегические закупки

Важным параметром для определения необходимости централизации закупок является стратегическое значение товаров и услуг для организации или государственного органа. Закупки можно считать стратегическими, если они относятся к продуктам или сферам деятельности, имеющим большое влияние на бизнес или политику. Чем больше значение этой деятельности, тем сильнее обычно проявляется централизация[65]. Практика частных закупок показывает, что крупные поставщики ключевых товаров и услуг нуждаются в последовательном и компетентном партнере; стратегическое значение закупаемых продуктов подразумевает, что, при прочих равных условиях, их закупка должна отличаться высокой централизацией, так как связанные с ними решения влияют на деятельность всей организации. Исследование, недавно проведенное Boston Logistic Group, подтверждает это мнение: «Компании используют масштаб для сокращения производственных и сбытовых издержек путем централизации стратегических закупок, создания закупочных советов, рационализируя базу поставщиков».

3.2.4.1. Централизация стратегических товаров и услуг в частном секторе

Мнение о том, что централизация обычно касается в первую очередь стратегических для бизнеса продуктов и направлений деятельности, подтверждается практикой закупок. Далее мы обсудим два случая. Первый относится к General Motors, одному из крупнейших мировых автопроизводителей, а второй – к бизнес-модели франчайзинга.

General Motors (GM). Как уже упоминалось во введении, GM начала централизацию закупок комплектующих автомобиля, которые составляют ключевую часть бизнеса компании. Brian Corbett, сотрудник журнала «Ward’s Auto World» (выпуск июля 2005 г.) пишет: «После многих лет закупок различных версий одного компонента агентами GM у нескольких поставщиков теперь в каждом подразделении существует менеджер, ответственный исключительно за приобретение одной детали для всех автомобилей GM в мире». По утверждению Б. Андерсона, экс вице-президента GM по общим закупкам и снабжению, «любое решение о закупке муфт, деталей сиденья и стекла сейчас принимается управляющими менеджерами в Германии, штампованных заготовок – в Индии, регуляторов – в Швеции, пряжек ремней безопасности и резиновой изоляции – в Испании, компрессоров – в Бразилии, магнитол – в Китае, а ремней безопасности и кондиционеров – в Мексике». Таким образом, GM централизовало закупку деталей автомобиля по их функциям; технически это не полностью централизованная модель, но с точки зрения составных частей централизация полная. Франчайзинг. Интересным примером централизации основной деятельности является франчайзинг[66]. Франчайзинг – это договорное соглашение между двумя сторонами, по которому франшизополучатель платит франшизодателю за право открытия магазина, продажи товаров франшизодателя и использования его товарного знака. Магазин и вся деятельность принадлежат получателю франшизы, но должны соответствовать требованиям франшизодателя. Это касается определенных стандартов качества; к примеру, дизайн заведения, меню или спецодежда (форма сотрудников) определяются на центральном уровне. Тем не менее получателю франшизы делегируется право нанимать персонал и определять местную маркетинговую политику. Качество, дизайн заведения, меню, униформа и т. д. – ключевые составляющие успеха, и стабильные стандарты политики в отношении этих элементов необходимы для эффективной деятельности. Действительно, позволяя всем франшизополучателям использовать свою торговую марку, франшизодатель может использовать свою репутацию во всех регионах деятельности получателей франшизы. Более того, поскольку над ключевыми элементами осуществляется жесткий контроль, естественным процессом является передача центру всех полномочий. Остальные, менее важные, решения выгоднее принимать без центрального наблюдения франшизодателя. Так, для мультинациональной франчайзинговой компании, безусловно, более эффективно делегировать подбор персонала местным представителям (поскольку деловая культура, условия рынка рабочей силы и прочие параметры сильно различаются географически).

3.2.4.2. Что является стратегическим в государственном секторе?

Для правительств и государственных организаций некоторые направления деятельности и продукты являются стратегическими для достижения определенных социальных или государственных целей. В эту категорию обычно попадают закупки для оборонной промышленности; по соображениям секретности закупки в этой отрасли централизованы для минимального распространения информации. В США закупки для оборонной промышленности контролируются Министерством обороны, но существующее законодательство допускает некоторый уровень децентрализации. Руководство по закупкам Министерства обороны (Defense Acquisition Guidebook) так определяет Систему закупок Минобороны США:

«Управленческий процесс, согласно которому Министерство приобретает вооружение и автоматизированные информационные системы. Несмотря на то, что система основана на политике и принципах централизации, она допускает рационализацию и децентрализацию проведения закупок. Подобный подход поощряет гибкость и инновации, сохраняя упор на дисциплине и отчетности».

Военные закупки в Китае были централизованы сравнительно недавно. В декабре 2004 г. Департаментом информации Государственного совета был выпущен документ под названием «Государственная оборона Китая в 2004 году». В документе описана оборонная политика Китая, процесс модернизации армии, а также процедура закупок. Военные закупки, включающие «компьютеры и сетевые устройства, шасси транспортных средств, укрытия и прочее оборудование общего назначения, теперь происходят централизованно… Теперь централизованно закупаются более 1000 видов материалов в 24 категориях, необходимых для развития, тренировки, научных исследований и повседневной жизни вооруженных сил».

Закупки в секторе здравоохранения также имеют важную социальную стратегическую цель. Кейс по противомалярийным препаратам, приведенный в конце главы, является интересным примером, особенно для случаев, когда требуется срочная закупка определенных вакцин.

«Зеленые закупки» (green procurement) приобретают в последнее время все большую значимость. Зеленые закупки означают приобретение продуктов с минимальным или отсутствующим воздействием на окружающую среду. Поскольку на госзакупки приходится значительная часть бюджетных расходов, как в развитых, так и в развивающихся странах, государственные и международные организации должны учитывать экологическую составляющую своей деятельности и нести за нее ответственность. Переход к продуктам, производство, использование и утилизация которых ограничивает негативное воздействие на экологию, не только прямо улучшает окружающую среду, но и посылает мощный сигнал производителям и поставщикам важности этого вопроса для закупщиков.

В этой части централизация происходит на высшем уровне, за счет принимаемых парламентами законов, которые устанавливают минимальные экологические производственные стандарты для участников всех государственных и частных торгов.

Процедуры действий, имеющие экологические последствия, также принимаются через закупочное законодательство. К примеру, Директива ЕС 2004/18 позволяет закупщикам включать экологические критерии в процедуры госзакупок; таким образом, при определении стратегии закупок таких продуктов, как бензин, бумага, принтеры и фотокопировальные машины, возможна постановка определенных «зеленых» целей[67].

Поскольку защита окружающей среды стала важным вопросом для общества и государства, централизация может сыграть большую роль в продвижении экологической политики и установлении необходимых общих стандартов. Положительные эффекты (экстерналии), достигнутые в результате закупки экологических товаров через местные закупочные подразделения, могут быть увеличены через проведение крупномасштабных централизованных закупок. Мелкий локальный закупщик не сможет обеспечить должное внимание к экологическим проблемам в ходе торгов, поэтому посредством увеличения централизации закупок достигается минимизация отрицательных экологических эффектов.

3.2.5. Сети и стандарты

Сетевые отрасли являются важной частью экономики. Наиболее распространенными направлениями такого бизнеса являются телекоммуникации, интернет-провайдеры, компьютерное программное обеспечение и аппаратное оборудование. Также сетевые компании представлены в транспорте (например, авиалинии), банковском деле и финансах (рынки облигаций, акций и деривативов, сети банкоматов), электронной торговле (платформы B2B, B2C, B2G). Главной характеристикой сети является то, что ценность членства в ней увеличивается для каждого участника с ростом количества членов; чем шире сеть, тем выгодней к ней присоединиться. Возьмем, к примеру, компьютерные операционные системы и программное обеспечение: используя одинаковые системы, люди могут обмениваться многими видами файлов и с легкостью обрабатывать документы других пользователей. Другими словами, члены сети «говорят на одном языке».

Таким образом, централизованные закупки могут сыграть фундаментальную роль в налаживании координации и расширении сетей.

Следующий пример подтверждает это. Не так давно Consip провел конкурс на закупку 12000 лицензий на третью версию ОС Sun Star Office для итальянской государственной администрации. Данный конкурс благотворно повлиял на расширение базы пользователей Star Office в итальянской государственной администрации, увеличив ценность каждого отдельного пользователя.

Централизованная закупка также может быть использована для внедрения и продвижения общих инновационных стандартов в государственном секторе. К примеру, в сентябре 2004 г. правительство Бразилии и компания IBM решили расширить компьютерную операционную систему LINUX в качестве альтернативы Microsoft Windows. Подобная стратегия способствует развитию общих стандартов, но в то же время заставляет Microsoft повышать конкурентоспособность во избежание потери рыночной доли. Этот случай, а также общее соотношение между закупками и инновациями подробно рассматриваются в Главе 19.

3.2.6. Динамика рынка

В случаях активной динамики рынка и широкого географического разброса местных закупочных подразделений информация, принадлежащая топ-менеджменту и официальным лицам, быстро устаревает[68]. Децентрализованное принятие решений обычно помогает вовремя воспользоваться новыми возможностями быстро развивающихся местных рынков. Например, местные закупочные подразделения, приближенные к инновационным центрам, первыми видят выпуск новых, более дешевых и качественных продуктов, которые можно сразу закупать, если на то есть разрешение из центра. Также распределение местных подразделений по сегментированным рынкам предполагает децентрализацию для полноценного и своевременного использования местных инноваций, информация о которых недоступна центру или доступна с большими затратами[69].

Несмотря на нехватку специфической информации о местных рынках, централизованные закупки дают преимущество общего системного видения рынка благодаря высококвалифицированным человеческим ресурсам и международным информационным сетям. Центральным закупочным агентствам легче учитывать динамику национальных и международных рынков (изменения цен, структуры рынка, моделей бизнеса и т. д.) в схеме закупок, что может быть чрезвычайно дорогостоящим на местном уровне.

В этом случае, опять же, гибридная гибкая модель становится наиболее предпочтительной. Централизация учитывает ключевые тенденции национальных и международных рынков, а децентрализация облегчает использование преимуществ местного рынка.

Наиболее распространенным примером гибридных моделей в госзакупках являются так называемые рамочные соглашения и контракты (см. Главу 2 для более подробной информации). Эти контракты отражают общий подход к управлению закупками; они часто заключаются центральным агентством от имени госорганов, но госорганам разрешается проводить самостоятельные закупки, если местные поставщики предлагают более выгодные экономические условия или лучшее качество.

3.2.7. Чрезвычайные ситуации

Под чрезвычайными ситуациями подразумевается срочная необходимость в определенном товаре или услуге, когда на проведение конкурентных торгов нет времени. Такие ситуации возникают, например, в случае природных катастроф, когда срочно требуется провести закупку для ликвидации последствий, или в других случаях немедленных закупок для решения вопросов безопасности.

В данных условиях не всегда понятно, является ли централизованная модель лучше децентрализованной. В обоих случаях на общую эффективность закупки влияет масса факторов, как то: происходит ли чрезвычайная ситуация на местном или центральном уровне и в чем заключается ее характер[70]. Ключевым фактором, безусловно, является тип экстренной ситуации. Децентрализованная модель лучше работает в повседневных закупках, так как местные закупочные подразделения могут быстрее работать с местными поставщиками, снижая риск задержек и других непредвиденных обстоятельств (чрезмерное потребление, неадекватное качество). При повседневных закупках чрезвычайные обстоятельства могут также регулироваться через централизованные рамочные соглашения и контракты. В этом случае местным закупщикам легче найти товары и услуги с необходимыми характеристиками[71].

Если причиной чрезвычайной ситуации является природная катастрофа, применяются другие правила. В этом случае предпочтительна определенная степень централизации, так как определяющую роль играет планирование, и централизованное вмешательство необходимо. При серьезных катастрофах правительству может потребоваться проведение закупок товаров и услуг для спасателей с минимальными задержками с целью обеспечения государственной безопасности. Более того, для определенной территории и определенного промежутка времени (например, за год), можно сказать, что вероятность возникновения экстренной ситуации в определенной точке меньше, чем на всей территории. Таким образом, делегирование полномочий каждому местному закупщику очень затратно, и усиление централизации в данном случае предпочтительно, несмотря на рост издержек доставки оборудования на место происшествия.

Для соответствия этому условию правительство Канады применяет соответствующие принципы составления договоров[72]. Другим интересным примером является Служба реконструкции и развития Афганистана (Afghanistan Reconstruction and Development Services, ARDS), созданная в мае 2002 г. Переходным исламским правительством Афганистана (TISA) для срочного восстановления страны. ARDS назначила центрального консультанта по закупкам; среди его основных обязанностей можно перечислить: 1) облегчение скорого и прозрачного использования донорских ресурсов на восстановление и развитие страны; 2) повышение эффективности закупок; 3) равное информирование всех достойных поставщиков из развитых и развивающихся стран об условиях тендеров; 4) способствование развитию местной подрядной деятельности и промышленных отраслей в стране-заемщике.

Ярким примером централизованного подхода к экстренным ситуациям является американское GSA. Агентство ответственно за поддержку правительства в следующем: 1) помощь в управлении ресурсами (летательные аппараты, автомобили, частная собственность) при ликвидации последствий ураганов; 2) выбор поставщиков из особого списка для экстренных закупок (для выбора могут использоваться онлайн-инструменты GSA); 3) содействие экстренным закупкам с помощью системы GSA Smart Pay – специальной карты для закупок по сниженным ценам[73].

3.2.8. Издержки сбора информации

Свои достоинства и недостатки есть как у централизованной, так и у децентрализованной модели. Централизация, полная или «мягкая», позволяет центру полностью контролировать процесс принятия решений. Для эффективного проведения закупок, тем не менее, центр должен быть в курсе потребностей конечного потребителя, и местные закупочные подразделения должны предоставлять соответствующую информацию, которой у центра обычно нет. Это значит, что центр несет издержки информационного обеспечения (информационных решений) и сбора информации[74], которые повышаются с усилением централизации.

В прошлом децентрализация была неизбежна, так как существующие системы коммуникаций не позволяли производить эффективный (быстрый и точный) обмен информацией[75]. В связи с этим действующие на глобальном уровне компании предпочитали децентрализованную модель. Сегодня инновационные информационные и коммуникационные технологии позволяют общаться дешевле и быстрее по всему миру. Данные изменения позволяют по-новому взглянуть на роль централизации[76]. Новым аргументом в пользу централизации становится роль IT в ускорении процесса принятия решений и снижении стоимости обработки информации о местных потребностях через автоматизированные технологические процессы и электронные инструменты. Системы электронных закупок в общем лучше работают в условиях централизации. В то же время IT способствуют децентрализации за счет снижения агентских издержек и издержек мониторинга. Окончательный выбор обычно выражается в виде компромисса между двумя крайними возможностями.

Неравное распределение информации между центральным и местными закупочными подразделениями приводит к возникновению издержек сбора и эффективной обработки данных, особенно в крупных частных компаниях с большим количеством отделений по всему миру[77]. Поэтому становится ясно, что для усиления централизации компания должна в первую очередь наладить надежную систему коммуникации[78]. Данный процесс должен быть организован как можно более эффективно для того, чтобы центральные закупочные отделения могли принимать своевременные необходимые решения[79]. Издержки сбора информации зависят от двух главных факторов:

• особенности организации (например, фрагментация отделений);

• характеристики рынка и закупаемого товара или услуги.

Особенности организации влияют на стоимость сбора информации по двум причинам. Во-первых, в условиях определенных технологических стандартов коммуникационные издержки растут в компаниях с жесткой иерархической и фрагментированной структурой, так как информация движется с самого низкого уровня по многим ступеням до высшего уровня управления. Чем большее количество ступеней проходит информация, тем более затратными становятся ее сбор и обработка. Во-вторых, та же проблема возникает в случае широкого географического разброса местных отделений и их удаленности от центра закупок; сложность распространения точной информации о потребностях, условиях и возможной динамике рынков повышается. Следовательно, чем шире горизонтальное и вертикальное распространение компании, тем выше вероятность искажения информации о потребностях местных закупщиков; подобная ситуация, безусловно, негативно влияет на эффективность централизованной системы закупок.

Что касается второго пункта, очевидно, что передача и обработка информации облегчается и ускоряется в случае закупки простых стандартных товаров. Возьмем, к примеру, два противоположных случая – листовая бумага и управление зданиями и сооружениями. Передача информации о потребностях в бумаге не вызывает трудностей, так как существует малое количество разновидностей формата бумаги (например, А3, А4, переработанная А3 и А4), а потребность в ней однородна. Управление зданиями, тем не менее, требует предоставления услуг управления объектом (в том числе обслуживание электросистем, услуги отопления, клининга, садоводства), бухгалтерии и финансового консалтинга. Эти услуги предоставляются для удовлетворения специфических потребностей местных подразделений. К примеру, обслуживание электропроводки и водопровода зависит от размеров, структуры и многих других технических особенностей конкретного здания. Кроме того, некоторые услуги могут быть необходимы ограниченному числу заведений; например, обслуживание лифтов явно более важно для министерств, крупных официальных учреждений и офисных зданий, чем для школ или небольших офисов. Другими словами, технические аспекты и разнородность спроса приводят к удорожанию сбора и обработки информации на центральном уровне. В результате, общая закупка может оказаться неэффективной[80].

Вставка 3.4. Государственные закупки: пример британской OGC

Решения OGC о необходимости и способе заключения рамочного контракта принимается после диалога с местными подразделениями. OGC работает совместно с Советом по обслуживанию клиентов (Customer Programme Board, CPB) для определения условий рамочных контрактов и соглашений. Члены CPB представляют все госорганы, включая центральное правительство, местные власти, оборону и т. д. Государственным органам предлагается несколько сценариев с описанием актуальной ситуации и потенциального развития (в контексте новых продуктов, решений и контрактных условий) рынка и потребностей местных администраций. OGC определяет информационные «пробелы» и просит госорганы их заполнить; также OGC уточняет необходимость установления рамочных контрактов и желание местных властей проводить по ним закупки.

3.2.9. Рыночная позиция

Крупные децентрализованные компании, а также госорганы часто закупают одинаковые продукты у множества поставщиков (например, канцелярия, электроэнергия, компьютеры), что не позволяет им использовать эффект масштаба. Агрегирование (концентрация) и укрупнение (объем) спроса дает возможность значительно усилить рыночную позицию закупщика и снизить стоимость единицы закупки.

При концентрированном спросе влияние закупщика на рынке увеличивается; однако это правило действует только в случае достаточного количества потенциальных поставщиков. Рыночное влияние также может основываться на репутации, к примеру, надежного и оперативного плательщика, или на установлении комфортных отношений с поставщиками при исполнении контракта.

Первый пункт, однако, более важен и связывает сильную рыночную позицию с экономией на масштабе. В случае делегирования закупочных функций местным подразделениям появляется возможность организации нескольких независимых конкурсов или переговоров. Однако умение компании или организации получать выгодные условия контрактов обычно возрастает с количеством закупаемых продуктов, связанным с рыночным влиянием. Как следствие – экономия на масштабе позволяет покупателю заплатить меньшую цену и по данной цене получить лучшее качество или условия контракта.

Поскольку количество закупок с усилением централизации растет, также растет и рыночное влияние. Безусловно, централизованные закупки становятся особенно эффективными, когда закупщик является основным покупателем определенного продукта. К примеру, во многих странах государство является основным закупщиком услуг здравоохранения и оборонного сектора.

В отрасли здравоохранения государственный сектор может даже быть монопсонистом, особенно на специфических рынках высокоточного оборудования (магнитные и эхотомографы); это приводит к усилению рыночной позиции. Децентрализованные закупки на уровне отдельных больниц (или группы больниц) не всегда позволяют в полной мере использовать данное рыночное преимущество.

Тем не менее покупателям стоит внимательно относиться к своему доминирующему положению на рынке. В результате неправильного планирования крупной закупки может произойти дискриминация мелких поставщиков по отношению к крупным; это может оказать различное влияние на кратко– и долгосрочный уровни конкуренции на соответствующем рынке (более подробно об участии, делении на лоты и открытой конкуренции см. в Главах 11 и 17).

Более того, крупные поставщики (а такие встречаются во многих секторах олигополистического рынка здравоохранения) имеют возможность умышленно не участвовать в конкурентных торгах, тем самым отрицательно влияя на централизованные соглашения рекомендательного характера (например, рамочные контракты). Делается это из убеждения, что таким образом крупные поставщики могут сохранить влияние на местные мелкие закупочные подразделения. При этом организация обязательных закупок медицинских продуктов через центральное агентство не всегда осуществима по политическим причинам. Только постепенный подход, при котором централизованные закупки осуществляются ниже своего потенциала, позволяет создать систему с возможностью развития в сторону более конкурентных условий.

В оборонной промышленности правительство явно играет определяющую роль, и влияние покупателя растет с усилением централизации. Как показано в подразделе 3.2.4.2, закупки в Китае становятся все более централизованными. В отчете о Политике государственной обороны (2004 г.) отмечается, что переход от переговоров к различным формам торгов, таким как открытые, закрытые (в смысле способа привлечения участников) и др., а также переход к централизованным закупкам позволили «повысить общую экономическую эффективность закупок вооружения и обеспечить закупки оружия и передового оборудования высшего качества по разумной цене».

Концентрация и координация спроса со стороны покупателя играет большую роль в привлечении новых крупных поставщиков и повышении уровня конкуренции. К примеру, переход от ситуации, когда спрос фрагментирован и покупатели могут размещать лишь мелкие заказы, к ситуации, когда поведение всех покупателей скоординировано и удается размещать пакеты заказов, способствует привлечению новых поставщиков, для которых обслуживание фрагментированных рынков нерентабельно. На основе этого аргумента (увеличение влияния покупателя) Европейской Комиссией было одобрено создание совместного предприятия ABB/Daimler-Benz (решение Европейской Комиссии по делу номер IV/M .580 – ABB/Daimler-Benz, 1996) в транспортном секторе[81]. В секторе производства бумаги и картона Комиссия одобрила слияние Enso и Stora (решение Европейской Комиссии по делу номер IV/M .1225 – Enso/Stora, 1999). Основной причиной для этих действий стало стремление к балансировке влияния покупателя и усилению конкуренции. По заявлению Европейской комиссии:

«Комиссия решила одобрить слияние между финским производителем бумаги и картона Enso OYJ (Enso) и шведской компанией бумаги и картона Stora Koppabergs Bergslags AB (Stora). В результате слияния будет создана крупнейшая в мире компания по производству бумаги и картона. Вместе с тем исследование Комиссии показало, что слияние не приведет к созданию или усилению доминантной позиции на рынке газетной и журнальной бумаги. Что касается картона для производства упаковок для хранения жидкостей, влияние новообразованной компании будет уравновешиваться влиянием существующих производителей упаковок. Баланс влияния будет укреплен, во-первых, за счет отказа Enso от связей с одним из поставщиков, Elopak, и, во-вторых, за счет соглашения сторон не отдавать предпочтения каким-либо производителям, только если это не объясняется стремлением снизить издержки. Более того, импорт из третьих стран еще больше усилит конкуренцию на рынке. Таким образом, слияние не приведет к созданию или усилению доминантной позиции компании на рынке упаковок для жидкостей».

Существуют и другие случаи, в которых Еврокомиссия одобряла слияния с целью повышения влияния покупателя[82]. Важными примерами является слияние Carrefour и Promodes (решение Европейской Комиссии по делу номер M. 1684 – Carrefour/Promodes, 2001), Alcatel и Telettra (решение Европейской Комиссии по делу номер M. 42 – Alcatel/Telettra, 1991) и Valeo и ITTI (решение Европейской Комиссии по делу номер M. 1245 – Valeo/ITTI, 1998).

3.2.10. Мониторинг действий подрядчиков

Качество и эффективность являются основными параметрами для закупок; неудовлетворительные результаты исполнения контракта обычно ведут к исключению подрядчика из текущего и будущего сотрудничества (см. подробнее в Главе 4).

Централизация повышает способность покупателя противодействовать оппортунистическому поведению со стороны подрядчика после присуждения контракта[83]. Как было указано в подразделе 3.2.9, крупные сильные покупатели обладают значительным рыночным влиянием. Крупные заказы повышают эффективность действий поставщика, качество исполнения контракта (подробнее см. Главу 4) и обеспечивают большее удовлетворение нужд покупателя по сравнению с мелкими закупками, осуществляемыми местными подразделениями. Эта аргументация применяется к большинству случаев закупок крупными покупателями для собственных нужд (и, возможно, к закупкам частными центральными отделениями для нужд местных подразделений), так как мониторинг может осуществляться централизованно.

Неясно, однако, действительно ли вызванное централизацией усиление позиции покупателя позволяет добиться от поставщика лучшего качества за счет угрозы потери поставщиком важной доли рынка. Учитывая уровень не подлежащего проверке качества закупки, издержки мониторинга имеют тенденцию к повышению с усилением централизации, когда мониторинг также осуществляется централизованно. Это происходит по причине того, что информацию о работе подрядчика необходимо собирать и обрабатывать из разрозненных источников – от конечных потребителей и госорганов. С увеличением затрат снижается эффективность и стимулы к централизованному мониторингу. По этой причине отслеживание работы подрядчиков часто ведется децентрализованно. Таков, например, случай FAR (Правила закупок для федеральных нужд 2005 г.), регулирующих закупки для федеральных нужд в США, согласно которым все закупочные агентства должны оценивать работу подрядчиков (для контрактов объемом свыше 100 тыс. долл.) и использовать полученную информацию для целей отбора[84]. FAR также предоставляет руководство по 1) видам информации и способам ее сбора для оценки подрядчиков и 2) способам использования собранной информации для целей отбора. Опыт США показывает, что даже в случае успешной централизации закупочной деятельности функции мониторинга работы подрядчиков не следует подвергать централизации.

Централизация подразумевает передачу принятия решений от периферии к центру организации. В связи с этим возможна ситуация, когда местные подразделения, выступающие против централизации, не имеют стимулов для адекватного наблюдения за качеством продуктов, которые они не закупали. Затем такие подразделения могут заявить о неэффективности централизации и потребовать свою долю влияния. Если в данной ситуации руководство все равно выступает за централизацию, оно может прибегнуть либо к централизованному мониторингу, либо к всесторонней технической и профессиональной поддержке местных подразделений закупок.

3.2.11. Централизация и электронные закупки

В подразделе 3.2.8 была отмечена важность информационной и коммуникационной инфраструктуры для повышения эффективности сообщения между сторонами, задействованными в процессе закупок. Также утверждалось, что ИКТ способствуют стандартизации закупочных процедур за счет усиления безличности закупок, снижения влияния личных решений и облегчения отчетности (благодаря следованию электронным протоколам). Значимость электронных закупок подчеркивается быстрым ростом количества онлайн-трансакций в последние годы. По утверждению Еврокомиссии:

«Модернизация и открытие межгосударственных рынков закупок, в том числе и за счет расширения электронных закупок, играют ключевую роль в повышении конкурентоспособности Европы и в создании новых возможностей для европейского бизнеса. Использование информационных технологий должным образом способствует снижению издержек, повышению эффективности и снижению торговых барьеров, что в конечном итоге приведет к сбережению средств налогоплательщиков. Директивы, принятые в марте 2004 года как часть законодательного пакета для государственных закупок, создали правовое поле, направленное на ускорение развития и использования электронных закупок. Комиссия подготовила План действий для помощи странам-членам в правильном применении Директив в целях реализации полного потенциала электронных госзакупок».

Электронные закупки повышают эффективность за счет снижения стоимости человеческих ресурсов в закупочных отделениях и стоимости длительных бумажных процедур. Они также позволяют покупателю применять целый ряд инструментов закупок, например запросы котировок, онлайн-аукционы и многие другие средства электронного снабжения.

Таким образом, электронные закупки и централизация непосредственно связаны. С одной стороны, электронные закупки способствуют централизации, так как они помогают центральным закупочным агентствам в эффективном управлении процессом приобретения товаров и услуг, в то же время сохраняя гибкость при удовлетворении специфических потребностей местных подразделений[85].

С другой стороны, централизация выявляет преимущества электронных закупок. При централизации закупок повышается эффективность онлайн-снабжения, так как электронные системы позволяют обрабатывать больший объем сделок. Тем не менее те закупочные системы, которые были достаточно централизованы до введения электронных инструментов, не смогут получить все те же преимущества, что и децентрализованные системы, так как они уже во многом исчерпали потенциал централизации. Это утверждение позволяет сделать следующий важный вывод: ценность электронных систем закупок выше для тех субъектов хозяйствования, которые, вводя подобные системы, могут проводить более централизованные закупки, чем раньше[86]. Утверждение, что электронные закупки могут оказывать большое влияние на централизацию, подтверждается практикой и недавними исследованиями. Как говорилось ранее во вступлении, во многих странах и частных организациях уже удалось успешно внедрить системы централизованных электронных закупок, либо же такое внедрение ожидается вскоре.

Данная тенденция явно способствует централизации закупок и максимизации преимуществ Интернета и информационных технологий, в общем. Высокая степень контроля над закупочной политикой коррелирует с использованием электронных закупочных систем[87]. В США электронные инструменты активно используются крупными высокоцентрализованными организациями, уделяющими большое внимание инновациям. Исследование, проведенное в 47 странах, показало, что в 2001 г. электронные конкурентные торги использовались в 91,5 % стран, 89,4 % опрошенных администраций использовали автоматизированные системы закупок, 85,1 % использовали закупочные карты, а 68,1 % размещали электронные заказы[88].

В завершение стоит отметить, что электронные закупки связаны с развитием электронных платформ; подробнее об этом см. в Главе 10.

3.3. Заключительные положения

Выбор между централизованными и децентрализованными закупочными системами стал в последнее время важной темой для обсуждения в частных компаниях, государственных органах и международных организациях. Основными аргументами в пользу централизации являются стандартизация продуктов, экономия на масштабе, усиление рыночного влияния покупателя и упрощение процедур. Революция информационных и коммуникационных технологий, а также развитие технологий электронного снабжения и постоянная необходимость контроля издержек позволили по-новому взглянуть на проблему выбора степени централизации, и практика показывает большую эффективность централизованных закупок.

В этой главе обсуждались основные факторы, которые следует учитывать при принятии решения о степени централизации закупочной системы. Мы определили, что чрезвычайные обстоятельства, фаворитизм, рыночное влияние и другие факторы имеют большое значение для составления оптимальной закупочной схемы, однако именно стандартизация продуктов и их стратегическая роль для организации являются ключевыми аргументами в пользу централизованных закупок. Вместе с тем полная централизация (или децентрализация) не всегда является идеальным закупочным решением. Размер и характеристика деятельности фирмы или государственного органа, рыночные условия и динамика часто предполагают использование гибридных закупочных схем, позволяющих сочетать эффективность централизации и гибкость децентрализации. Последние тенденции подтверждают рост популярности гибридных моделей, как в частных компаниях, так и в государственных закупочных агентствах.

Данные положения завершаются следующим практическим выводом.

Практический вывод 1.

Преимущества централизации превышают издержки в случае закупок стандартизованных, стратегических, срочных или очень важных продуктов.

Чистая выгода от централизации повышается, если закупки проводятся в электронном режиме.

Кейс 3.1. Централизованные закупки противомалярийных препаратов

Ниже обсуждаются закупки противомалярийных препаратов. Как будет показано, централизация в этой области мотивирована многими элементами, упомянутыми в предыдущих разделах. Стандартизация, координация, рыночное влияние, контроль качества и концентрация квалифицированных человеческих ресурсов – вот основные аспекты, подчеркивающие необходимость создания межгосударственного института централизованных закупок вакцины.

В сентябре 2003 г. Комитет экономики противомалярийных препаратов (Committee on the Economics of Antimalaria Drugs) совместно с Всемирным банком и организацией «Стоп малярия» (Roll Back Malaria Partnership) выступили спонсорами проведения встречи, направленной на решение вопросов закупок артемизинина и финансирования соответствующей комбинированной терапии. Обсуждения, проведенные в ходе этой встречи, и соответствующие отчеты легли в основу одной из глав книги «Спасти жизни и выиграть время – экономика малярийных препаратов в современном мире» (Saving Lives, Buying Time – Economics of Malaria Drugs in an Age of Resistance), изданной в 2004 г. Всемирным банком и Институтом медицины.

В этой главе показаны преимущества и недостатки различных уровней международных закупок артемизинина, а также возможные организационные формы, среди которых предлагается и централизованная закупочная система. По утверждению авторов книги, централизованные и координированные закупки в той или иной форме используются повсеместно без особых противоречий; применение подобных форм закупок позволяет сделать эффективные противомалярийные средства общедоступными и остановить современную тенденцию роста количества смертей от устойчивых к лекарствам форм малярии. Поскольку новые лекарства, вытесняющие устаревшие, более дорогие, они недоступны для большинства зараженных людей, живущих в основном в беднейших странах мира. В связи с этим возникло предложение создать международную систему закупок противомалярийных препаратов, так как идея централизации в этой сфере не нова. Следующая цитата из книги определяет некоторые причины, по которым централизация в данном случае была выгодна:

«Создание межгосударственного централизованного закупочного органа является привлекательной идеей, потому что таким образом многие страны могут принять участие в закупках и выиграть от более скоординированных и эффективных действий. Все государства, страдающие от малярии, сталкиваются с общими препятствиями, даже если их политика в отношении лекарств различается. Каждая страна, в которой имеет место эндемичная тропическая малярия, нуждается как минимум в одной поставке артемизинина для скорого лечения несложных случаев. Количество доступных в кратко– и среднесрочном периодах доз артемизинина для комбинированной терапии составляет около полудесятка, причем производят их в надлежащем качестве только 10–20 компаний».

Координация, стандартизация продуктов, экономия на масштабе, рыночное влияние и контроль качества лекарств являются основными элементами, способствующими централизации закупок в этой важной отрасли. В данном случае в пользу централизации выступают и другие важные факторы, такие как:

1) доступ международного закупочного института к субсидиям других международных организаций и возможность скорого использования этих средств для покупки лекарств (в данной сфере время играет ключевое значение для спасения жизней; соответственно, предлагаемая закупочная система относится только к организации закупок, но не поставок)[89];

2) способность международных организаций более точно прогнозировать спрос.

Спрос на артемизинин трудно оценить, но данные оценки необходимы для эффективного проведения закупок. Безусловно, для международного центрального закупочного института значительно легче получить доступ к человеческим и финансовым ресурсам для проведения достоверных прогнозов.

Краткий обзор литературы

Экономическая литература по централизации и оптимальной организации закупок довольно обширна. Подробная дискуссия по этой теме (в отношении компаний) представлена в книге [Brickley, Smith, Zimmerman, 2004]. В данном издании также рассмотрены представляющие интерес практические ситуации и примеры из частного бизнеса. Более подробный анализ коммуникаций и информационных издержек приведен в работах [Bolton, Dewatripont, 1994; Gurbaxani, Whang, 1991; Melumad, Reichelstein, 1987]. Авторы исследований [Dessein, 2002; Aghion, Tirole, 1997] рассматривают проблему издержек получения стратегической информации с акцентом на стратегический менеджмент и динамику рынка.

Исследование централизации в закупках проводятся сравнительно недавно. В статье [McCue, Pitzer, 2000] приводится определение централизованных закупок и интересный обзор последних тенденций в централизации и децентрализации в закупочных системах. Дополнительная информация о тенденциях в государственных закупках может быть найдена в работах [Thai, Grimm, 2000; Neef, 2001; Piga, Zanza, 2004].

Проблемы закупок в чрезвычайных обстоятельствах, дублирования функций и задержки поставок анализируются в статье [Bolton, Farrell,1990]. Фаворитизм и коррупция рассматриваются в работах [Celentani, Ganuza, 2002; Vagstad, 2000]. Отношения между электронными закупками, IT-архитектурой и централизацией обсуждаются в исследованиях [Chang, Shaw, 2005; Somasundaram, 2004; Subramaniam, Shaw, 2003; Subramaniam, Qualls, Shaw, 2002; Moon, 2005].

Источники

Aghion P., Tirole J. Formal and Real Authority in Organizations // Journal of Political Economy. 1997. 105. Р. 1–29.

Andersen K.V., Juul N.C., Korzen-Bohr S., Pedersen J.K. Fractional Institutional Endeavors and e-procurement in Local Government. Proceedings of the 16th Bled Electronic Commerce Conference, Bled, Slovenia, 2003. Р. 961–973.

Bernauer T., Caduff L. European Food Safety: Multilevel Governance, Re-Nationalization, or Centralization?: Working Paper № 3 CIS ETH. Zurich, 2004.

Bernheim D.B., Whinston M.D. Multimarket Contact and Collusive Behavior // RAND Journal of Economics. 1990. 21 (1). Р. 1–26.

Besley T., Jewitt L. Decentralizing Public Goods // Econometrica. 1991. 56 (6). Р. 1769–1778.

Bolton P., Dewatripont M. The Firm as a Communication Network // Quarterly Journal of Economics. 1994. 4. Р. 809–839.

Bolton P., Farrell J. Decentralization, Duplication and Delay // Journal of Political Economy. 1990. 98. Р. 803–826.

Brickley J., Smith C., Zimmerman J. Managerial Economics and Organizational Architecture. McGraw Hill-Irwin, 2004.

Cabral L., Greenstein S. Switching Costs and Bidding Parity in Government Procurement of Computer Systems // Journal of Law, Economics and Organization. 1990. 6. Р. 453–469.

Celentani M., Ganuza J. Organized vs. Competitive Corruption // Annals of Operations Research. 2002. 109. Р. 293–315.

Chang H.L., Shaw M.J. A Roadmap to Adopting Emerging Technology in E-Business an Empirical Study: College Business Working Paper, University of Illinois, 2005.

Committee on the Economics of Antimalarial Drugs, Board on Global Health. Saving Lives, Buying Time (Economics of Malaria Drugs in an Age of Resistance) / K.J. Arrow, C.B. Panosian, H. Gelband (eds.) The National Academic Press, 2004.

Dessein W. Authority and Communication in Organizations // Review of Economic Studies. 2002. 69. Р. 811–838.

Directive 2004/18/EC of the European Parliament and of the Council of 31 March 2004 on the coordination of procedures for the award of public works contracts, public supply contracts and public service contracts // Official Journal L. 134. 30/04/2004. Р. 0114–0240.

Fumagalli C., Motta M. Buyers Coordination and Entry: CEPR Discussion Paper № 2908. 2001. Mimeo.

Gurbaxani V., Whang S. The Impact of Information Systems on Organizations and Markets // Communications of the ACM. 1991. 34 (10). Р. 23.

Government Accountability Office, United Nations Preliminary Observations on Internal Oversight and Procurement Practices, Statement of Thomas Melito, Director International Affairs and Trade, Testimony Before the Permanent Subcommittee on Investigations, Committee on Homeland Security and Governmental Affairs, U.S. Senate, United States, GAO‑06–226T, 10/31/2005.

Hart O., Moore J. On the Design of Hierarchies: Coordination versus Specialization // Journal of Political Economy. 2005). 113. Р. 675–702.

Jones D.S. Procurement Practices in the Singapore Civil Service: Balancing Control and Delegation // Journal of Public Procurement. 2002. 2 (1). Р. 29–53.

McCue C.P., Pitzer J.T. Centralized vs. Decentralized Purchasing: Current Trends in Governmental Procurement Practices // Journal of Public Budgeting, Accounting & Financial Management. 2000. 12 (2). Р. 400–420.

Macho-Stadler I., Pe´rez-Castrillo J.D. Centralized and Decentralized Contracts in a Moral Hazard Environment // Journal of Industrial Economics. 1998. 46 (4). Р. 489–510.

Melumad N.D., Reichelstein S. Centralization versus Delegation and the Value of Communication // Journal of Accounting Research. 1987. 25. Supplement. Р. 1–18.

Melumad N., Shibano T. Communication in Settings with No Transfers // Rand Journal of Economics. 1991. 22. Р. 173–198.

Melumad N., Mookherjee D., Reichelstein S. Hierarchical Decentralization of Incentive Contracts // The Rand Journal of Economics. 1995. 26 (4). Р. 654–672.

Meyer N.D. Decentralization: Fantasies, Failings and Fundamentals. NMDA Publishing, 1998.

Moon M.J. E-procurement Management in State Governments: Diffusion of E-procurement Practices and its Determinants // Journal of Public Procurement. 2005. 5 (1). Р. 54–72.

Neef D. E-procurement: From Strategy to Implementation. Prentice Hall, 2001.

Piga G., Zanza M. An Exploratory Analysis of Public Procurement Practices in Europe, ch. 10 // K.V. Thai, A. Aranjo, R.Y. Carter, G. Cullender, D. Prabkin, R. Grimm, K.R.E. Jense, R.E. Lloyd, C.P. Mecue, J. Telgen (eds.) Challenges in Public Procurement: an International Perspective. PrAcademic Press, 2004. Р. 227–247.

Pool C., Welch B. Responding to Katrina: Contracting in an Emergency Situation – Version 2.0. 2005. Acquisition Direction Advisory http://summitinsight.com/femakatrina.pdf.

Roberts J. The Modern Firm. Oxford University Press, 2004.

Somasundaram R. Diffusion of e-Procurement in the Public Sector: Revisiting Centralized vs. Decentralized Debates As a Twist in the Tale. Proceedings of the 13th European Conference on Information Systems. 2004.

Subramaniam C., Shaw M.J. A Study on the Value and Impact of B2B E-commerce: The Case of Web-Based Procurement // International Journal of Commerce. 2003. 6 (4). Р. 19.

Subramaniam C., Qualls W., Shaw M.J. Impact of B2B E-Procurement Systems; A Summary Report-College of Business. 2002.

Thai K.V., Grimm R. Government Procurement: Past and Current Developments // Journal of Public Budgeting, Accounting & Financial Management. 2000. 12 (2). Р. 231–247.

Vagstad S. Centralized vs. Decentralized Procurement: Does Dispersed Information Call for Decentralized Decision-Making? // International Journal of Industrial Organization. 2000. 18. Р. 949–963.

Сайты

Решение Европейской Комиссии по делу номер IV/M .580 – ABB/Daimler-Benz.

(http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=CELEX:31997D0025:EN: HTML)

Решение Европейской Комиссии по делу номер IV/M .1225 – Enso/Stora. (http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=CELEX:31999D0641:EN: HTML)

Решение Европейской Комиссии по делу номер M. 1684 – Carrefour/Promodes. (http://ec.europa.eu/competition/mergers/cases/decisions/m1684_fr.pdf)

Решение Европейской Комиссии по делу номер M. 42 – Alcatel/Telettra. (http://ec.europa.eu/competition/mergers/cases/decisions/m42_en.pdf)

Решение Европейской Комиссии по делу номер M. 1245 – Valeo/ITTI. (http://ec.europa.eu/competition/mergers/cases/decisions/m1245_en.pdf)

Compranet (Мексика). (www.compranet.gob.mx)

Comprasnet (Бразилия). (www.comprasnet.gov.br)

ChileCompra (Чили). (www.chilecompra.cl)

4 Стратегии составления закупочных контрактов

Джан Луиджи Альбано, Джакомо Кальцолари, Федерико Дини, Элизабетта Иосса, Джанкарло Спаньоло

4.1. Введение

Хорошо разработанные контракты на поставку продукции имеют огромное значение для проведения эффективных закупок[90]. Закрепляя на бумаге обязательства и ответственность, контракт защищает каждую из сторон закупочной сделки от риска неожиданного изменения поведения деловых партнеров, таким образом обеспечивая надежное и эффективное планирование, инвестирование и производство в децентрализованных цепях поставки. Благодаря оформленным контрактным обязательствам покупатель может быть уверен, что получит необходимый товар или услугу в должное время и в должном объеме, как и обещано поставщиком; поставщик, в свою очередь, уверен в том, что закупщик разместит заказ на оговоренных условиях и инвестиции поставщика не будут потеряны.

Существует несколько типов контрактов и очень много параметров, по которым аналогичные контракты могут различаться, поэтому выбор правильной контрактной стратегии не всегда прост для покупателя.

Неправильный выбор формы контракта может иметь сугубо негативные последствия для покупателя в отношении цены и качества поставки. Вместе с тем, по мнению большинства экономистов и практиков закупок, главными параметрами, влияющими на выбор покупателем формы контракта, являются: гибкость контракта, стимулы повышения качества и снижения затрат, правильное распределение закупочных рисков.

В этой главе мы предлагаем простые и практические рекомендации по выбору типа закупочного контракта. Мы сосредоточимся на ситуации, в которой потребности закупщика не меняются во время исполнения контракта и вероятность пересмотра начальных условий и проведения дорогостоящей для покупателя процедуры перезаключения договора мала[91]. В таком случае гибкость контрактных условий играет лишь ограниченную роль в выборе типа закупочного контракта, а основной упор делается на методы стимулирования качества и снижения цены контракта, а также на распределение рисков закупки. Вопрос гибкости условий будет подробно рассмотрен в Главе 5. Также кратко будет проанализировано, как выбор типа закупочного контракта может повлиять на поведение поставщиков, участвующих в процессе закупки. Детальное рассмотрение вопросов, связанных с выбором наиболее эффективного поставщика, представлено в Частях II и III данной книги.

Данная глава построена следующим образом. В первой части рассматриваются прямые (формальные) контракты, т. е. составленные в письменной форме и имеющие юридическую силу. Действие таких контрактов регулируется судом общего права; в контракте описываются аспекты закупочного процесса, которые могут быть перепроверены в суде со сравнительно небольшими затратами. В разделе 4.2 объясняется важность правильного распределения закупочных рисков и создания системы обеспечения качества и снижения затрат.

В разделе 4.3 рассматриваются функции наиболее часто используемых типов контрактов. Мы обсудим, чем эти контракты различаются в распределении рисков закупок и в стимулировании элементов качества и цены, которые сложно обозначить в прямых (формальных) контрактах. Мы также обсудим ситуации в закупках, в которых лучше подходит строго определенный тип контракта. Во второй части главы внимание уделено негласным контрактам (implicit contracts). В случаях, когда важные элементы закупочной сделки не могут быть проверены третьей стороной, неформальные соглашения, построенные на личных отношениях и поддерживаемые угрозой потери репутации и краха бизнеса в будущем в случае неисполнения контрактных условий, могут оказаться весьма эффективными и побуждать подрядчика исполнять обещания и, в общем, соблюдать условия соглашения с покупателем. В разделе 4.4. обсуждаются разные типы неформальных контрактов и случаи, в которых они будут эффективны.

4.2. Выбор закупочного контракта

4.2.1. Роль закупочных рисков

Закупочные риски относятся к событиям, которые могут оказать воздействие на исполнение обязательств контракта, проявление которых договаривающиеся стороны не могут точно предсказать и на проявление которых они не могут повлиять. При проведении крупных и сложных закупочных операций, например, при прокладке нового подземного туннеля, риски могут относиться, помимо прочего, к обнаружению особенно тугой породы, бурение которой требует применения специальных механизмов. В менее сложных заказах, например, при доставке молока в школы, риски могут возникнуть в случае непогоды (задержка доставки) или в случае резкого роста цен на топливо (повышение реальной стоимости доставки по сравнению с уровнем, заявленным подрядчиком в ходе торгов). Закупочные риски влияют на реальные производственные издержки и также могут повлиять на качество исполнения контракта, будь то своевременная доставка чернильных картриджей для лазерных принтеров или необходимая яркость бумаги для копировальных аппаратов. Не менее важно, что покупатель и подрядчики в равной степени беспокоятся о «крайних» случаях, таких как риск банкротства подрядчика, когда предоставление услуги вообще может неожиданно оборваться. Степень беспокойства о закупочных рисках называется иначе уклонение от риска[92].

В закупочных контрактах маловероятно, что подрядчику удастся защититься (к примеру, с помощью договора страхования) от всех непредвиденных обстоятельств. Тем не менее размах и характер деятельности подрядчика могут создать полезные возможности для того, чтобы обезопасить себя от капризов определенного закупочного контракта. Такого плана внутренняя «страховка» возможна в случаях, если стоимость контракта составляет лишь малую долю от оборота подрядчика или компания обладает высокой степенью диверсификации, а также если подрядчик обладает легким доступом на кредитный рынок.

Абсолютная способность каждой стороны договора справиться с закупочным риском, тем не менее, не является определяющим фактором для выбора формы контракта. По-настоящему большое значение имеет относительное восприятие риска договорной стороной: при прочих равных условиях эффективное распределение риска подразумевает его передачу той стороне, которая лучше с ним справляется. Соответствующий этому распределению рисков случай возникает тогда, когда покупатель озабочен риском в большей степени, нежели подрядчик. Именно такие условия рассмотрены в Главе 13.

Второй случай – это когда и закупщик, и подрядчик безразличны к риску. При таких условиях, в принципе, закупщику следует передать все риски подрядчику для максимизации стимулов к лучшему исполнению контракта. Эта цель может быть достигнута с помощью выбора такой формы контракта, где вся деятельность по снижению издержек ложится на подрядчика; таким образом, именно ему приходится справляться со всем риском.

В этой главе анализируется случай, когда подрядчик беспокоится о рисках как минимум так же, как и закупщик. Именно такая ситуация чаще всего возникает в закупках[93], когда эффективное распределение рисков заключается в принятии всех рисков закупщиком. Как будет показано далее, это может отрицательно сказаться на средствах стимулирования.

4.2.2. Роль мотивации в повышении качества и снижении затрат

На рынке закупок стандартизованных товаров и услуг параметры качества могут быть оценены со сравнительно небольшими издержками. К примеру, обычными качественными характеристиками ноутбука являются тип экрана, процессора, памяти и внешних устройств. Кроме того, может быть проверена скорость доставки. Услуги уборки больничных палат также обладают большим количеством проверяемых параметров качества. Действительно, достаточно просто измерить концентрацию бактерий в воздухе и на полу.

Если качество подлежит проверке и оценке, считается эффективным описание в контракте требуемых стандартов качества, а также включение условий о наложении штрафов за их несоблюдение и, по возможности, о вознаграждении в случае достижения более высоких результатов. Размер налагаемого штрафа должен устанавливаться таким образом, чтобы подрядчику было выгоднее обеспечить обещанное на этапе отбора качество, чем сэкономить и нарушить условия контракта. Поскольку у разных поставщиков могут быть разные затраты в случае снижения оговоренного уровня качества и поскольку эти затраты чаще всего неизвестны закупщику, обычно нелегко установить штрафы в размерах, которые заставят подрядчика обеспечить желаемое качество. Также в случае возникновения разногласий завышенные штрафы могут быть оспорены в суде. Дело в том, что суд определяет как справедливые только те штрафы, которых достаточно для покрытия реальных убытков, понесенных покупателем (см. Главу 12 для более подробного обсуждения устанавливаемого уровня неустоек)[94].

При закупке нестандартных товаров и услуг, таких как медицинские и образовательные услуги или сложные инфраструктурные проекты (высокотехнологические IT-проекты), появляются такие сферы сделки, которые невозможно оговорить в формальном контракте, даже если они явно оцениваются договорными сторонами[95]. Это происходит по той причине, что существуют параметры соглашения, которые невозможно проверить третьим лицам, например, суду. Качество закупаемых товаров или услуг часто содержит элементы, не подлежащие проверке.

В этой главе будут рассмотрены как проверяемые и, следовательно, упоминаемые в договоре элементы качества, так и элементы, не подлежащие проверке и не включаемые в условия контракта. Будет обсуждаться проблема стимулирования, возникающая в случае, когда подрядчик может предпочесть исполнить контракт некачественно для снижения своих производственных издержек и трудозатрат.

Что касается производственных затрат, общая себестоимость производства единицы продукции (товара или услуги) в большинстве закупочных ситуаций может быть посчитана на основе бухгалтерских данных. По этой причине в данной главе в основном внимание будет уделяться ситуациям, в которых бухгалтерская отчетность является достоверной и общую себестоимость возможно перепроверить. Это позволяет закупщику связать механизм платежа с покрытием себестоимости; плюсы и минусы такого подхода будут обсуждаться более глубоко по ходу главы. Вместе с тем, хотя общие издержки возможно измерить, не всегда есть возможность проверить специфические аспекты затрат подрядчика, например, его усилия и мотивацию. Основным вопросом, поднимаемым далее, являются способы стимулирования подрядчика к проведению ценных действий по снижению затрат и вероятности резкого роста издержек.

Перед тем как завершить данный раздел, авторам хотелось бы подчеркнуть, что разные формы контрактов связаны с разными затратами по их управлению, как то: проверкой достоверности бухгалтерских издержек подрядчика, измерением разных уровней стандартов качества, расчетом и подтверждением штрафных санкций и, в общем, контролем соответствия условиям, обозначенным в первоначальном договоре. Для краткости вышеперечисленные затраты не будут обсуждаться отдельно, но, тем не менее, хотелось бы отметить, что заключение сложных контрактов, как правило, связано с ростом управленческих издержек, и закупка не может быть эффективной без эффективного контрактного управления[96].

4.3. Самые распространенные типы закупочных контрактов: формальные контракты

В правилах закупок для федеральных нужд США (FAR, часть 16) большое внимание уделено вопросу оформления контрактов. FAR описывают большое количество разновидностей контрактов, которые можно использовать в закупках, рекомендуют правила и процедуры и предоставляют руководство по выбору подходящего контракта в зависимости от обстоятельств и особенностей проводимой закупки. Министерство торговли и промышленности (DTI) и Министерство государственной торговли (OGC) в Великобритании предлагают рекомендации по выбору типа договора для закупок дороже 10 тыс. фунтов. Подобно FAR, Министерство торговли и промышленности Великобритании описывает множество видов контрактов и предлагает рекомендации, полезные для закупщиков, экспертов, профессиональных консультантов, высшего руководства компаний (которое нуждается в кратком обзоре основных принципов), а также для поставщиков (которые быстрее смогут понять потребности закупочных отделов).

В практике заключения закупочных контрактов различают три общих типа договоров: контракт с фиксированной ценой (fixed-price), контракт типа «издержки плюс фиксированная прибыль» (он же контракт с возмещением затрат – cost reimbursement, cost-plus) и поощрительный контракт (incentive contract). Наиболее распространенными формами являются контракты с фиксированной ценой и поощрительные контракты. Большинство договоров закупок представляют, по сути, комбинацию трех общих категорий и могут оговаривать систему поощрений по одним условиям и фиксированную цену по другим, совмещая разные типы контрактов для адаптации договора к специфическим особенностям каждой закупки.

4.3.1. Контракт «издержки плюс фиксированная прибыль»

Отличительной чертой контракта с возмещением затрат (cost-reimbursement contract, CRC) является согласие покупателя возместить все (документированные) производственные издержки, связанные с проектом, и заплатить фиксированную комиссию сверх этого (такие контракты также называются в практике FAR «издержки плюс фиксированная прибыль»). Таким образом, подрядчику не стоит беспокоиться по поводу возможных расхождений между прогнозируемыми и реальными производственными издержками, он полностью застрахован от любого превышения затрат. Однако по этой же причине недостатком CRCs (контрактов с возмещением затрат) является то, что у подрядчика отсутствуют стимулы для принятия мер по снижению или ограничению издержек. Вместе с тем, если меры подрядчика по снижению издержек не приносят успеха по причине влияния непредсказуемых событий на завершение проекта, он не может нести ответственность за расхождения между прогнозируемыми и реальными затратами[97].

Особой формой CRCs является контракт с установленным потолком цены (capped price contract, CPC), часто используемый Министерством торговли и промышленности Великобритании, особенно для профессиональных и консалтинговых услуг. Данный тип контракта схож с контрактами с возмещением затрат в том, что ежедневная комиссия, включающая также и компонент прибыли, оговаривается на определенное максимальное число дней. К примеру, контракт может включать условие о комиссии в размере 500 фунтов в день на протяжении тридцати дней, так что потолок устанавливается на уровне 15 тыс. фунтов. Этот потолок четко оговаривается в контракте или заказе на поставку. Если подрядчику удается завершить задание в оговоренные сроки, его счет окажется меньше максимальной оговоренной цены. Однако, если подрядчик нуждается в дополнительном времени для завершения контракта, ему придется обращаться в суд для увеличения «потолка». Логика такого контракта заключается в том, что закупщик не всегда в состоянии адекватно оценить, сколько усилий нужно потратить на подготовку, например, финансового отчета. Вместе с тем очень важно ясно оговорить «потолок» по срокам, иначе у подрядчика может возникнуть дополнительный стимул искусственно продлить сроки проекта, таким образом повышая конечную цену[98].

Контракты с ценовой спецификацией (unit price contract, UPC) схожи с CPCs (контрактами с установленным «потолком» цены) в том, что закупщик просит поставщиков предоставить предложения с расшифровкой цены по каждому пункту, однако такой контракт не включает никаких ограничений. Кроме того, покупатель объявляет свою оценку количества пунктов, необходимых для завершения проекта. По каждому предложению покупатель оценивает общую прогнозируемую стоимость, или баллы предложения. Контракт присуждается фирме с наименьшим количеством баллов, и покупатель должен заплатить за все пункты, необходимые для завершения проекта[99].

Перечисленные разновидности контрактов с возмещением затрат (CRCs) помогают решить, хотя и не полностью, типичную для таких контрактов проблему стимулирования. Таким образом, CRCs не подходят в ситуациях, когда общая стоимость проекта полностью зависит от мотивации подрядчика к снижению проектных издержек; отсутствие такой мотивации, обеспеченной механизмом поощрения, ведет к резкому росту затрат на протяжении исполнения контракта.

Другим недостатком CRCs является их влияние на процесс отбора на стадии торгов. Точнее, когда покупатель сталкивается с относительно большой группой потенциальных подрядчиков и он не уверен в их истинном уровне качества, использование контрактов с возмещением затрат может привести к выбору не самого эффективного поставщика. Поскольку все издержки будут покрываться покупателем, эффективные и неэффективные поставщики имеют возможность выставить одинаковые предложения на стадии отбора, что не позволит закупщику выбрать наиболее эффективного подрядчика. Перспектива полного возмещения понесенных издержек с момента начала проекта побуждает наименее эффективных поставщиков делать агрессивные ставки во время торгов для получения контракта[100]. Это наблюдение позволяет сделать вывод, что CRCs никогда не должны присуждаться в результате конкурентных торгов, поскольку это может поставить под угрозу выполнение основной цели закупщика – выбор надежного подрядчика[101].

Тем не менее существуют случаи, в которых использование CRCs оправданно. В частности, можно отметить ситуации, в которых важную роль играет гибкость условий контракта. Как отмечается в Главе 5, если основные элементы закупки могут измениться после подписания контракта и начала производства – по причине срыва закупки, непредвиденных производственных или экологических обстоятельств, изменений в законодательстве, – CRCs могут стать подходящей формой договора, так как они позволяют снизить (или даже исключить) затраты на перезаключение договора.

Контракты типа «издержки плюс» также могут быть эффективны в ситуациях, когда качество исполнения не подлежит проверке, но играет важную роль в закупке. Это происходит по той причине, что описанные CRCs не дают подрядчику стимулов снижать качество с целью сокращения денежных затрат на его обеспечение. Как было показано, в случае контракта с возмещением затрат подрядчик не имеет возможности накапливать сбережения на издержках. Таким образом, отсутствие мотивации к мерам по сокращению издержек, отличающее CRCs, приводит к позитивным результатам в контексте обеспечения качества, не подлежащего проверке. Тем не менее при использовании CRCs у подрядчика обычно появляются стимулы к снижению качества для сокращения нефинансовых параметров (например, время и усилия) затрат на обеспечение качества. Более подробно этот вопрос рассмотрен в Главе 5.

4.3.2. Контракты с фиксированной ценой

Контракт с фиксированной ценой (fixed price contract, FPC) является договором, при котором одна из сторон платит фиксированную сумму другой за исполнение проекта, удовлетворяющее оговоренным стандартам качества. Фиксированная цена обычно устанавливается в результате процедуры конкурентных торгов. Подрядчики не получают бонусов за достижение более высоких стандартов качества, однако в договор обычно включается условие о взимании штрафа за заниженное по сравнению с оговоренным уровнем качество. Безусловно, в целях предотвращения оппортунистического поведения со стороны поставщика штрафы должны быть достаточно высокими по сравнению с общей стоимостью контракта; в противном случае исчезает возможность предотвратить снижение качества подрядчиком[102].

В условиях FPC подрядчик несет все издержки, связанные с исполнением договора и предоставлением необходимых услуг или товаров. Таким образом, подрядчик может выиграть за счет возможного снижения своих издержек при условии сохранения надлежащего качества. Из этого следует, что FPC стимулирует инвестиции подрядчика в меры по снижению затрат. Вместе с тем в условиях данного контракта подрядчик несет все риски, связанные с повышением производственных издержек по сравнению с уровнем, предусмотренным при подаче заявки, поэтому контроль производственных издержек является очень важным для подрядчика. Другими словами, подрядчик должен составить бюджет таким образом, чтобы непредвиденные обстоятельства не стали определяющим фактором при расчете реальных производственных затрат. Подобная ситуация обычно возникает, когда проект не очень сложен и рынки соответствующей продукции не сильно страдают от непредвиденных и потенциально неблагоприятных потрясений.

Категория контрактов с фиксированной ценой также включает в себя несколько разновидностей. Одним из примеров FPC является контракт с фиксированной ценой и экономической корректировкой цены (FPC with economic price adjustment, FPCPA), в котором учитываются колебания входных цен (цены установлены подрядчиком на дату заключения контракта) средств производства (труда и материалов) за время исполнения контракта. Корректировка обычно проводится в соответствии с индексами цен, четко оговоренными в контракте[103]. Логика использования данного типа контракта заключается в снижении рисков подрядчика. Таким образом, FPCs применимы для проектов небольшой сложности и неопределенности, т. е. для закупки стандартизованных товаров и услуг. Если реальные производственные издержки проекта зависят, в основном, от инвестиций или иных действий подрядчика по снижению затрат (или увеличению качества) и практически не зависят от внешних условий, закупщику выгодно возложить на поставщика всю ответственность по снижению издержек, создавая таким образом систему стимулирования, учитывающую интересы обеих сторон[104]. Следующий пример, взятый из проведенного итальянским закупочным агентством Consip тендера, иллюстрирует некоторые обстоятельства, в которых контракт с фиксированной ценой может стать наиболее предпочтительной формой договора.

Пример 4.1. Стандартный пакет программного обеспечения и услуги службы технической поддержки

Группа местных исполнительных органов решила приобрести пакет программного обеспечения для обработки финансовых данных (например, движения денежных средств) совместно с централизованной службой технической поддержки. Характеристики пакета ПО и связанные издержки (к примеру, на закупку лицензий) были относительно предсказуемыми. Данный контракт заключался не для разработки нового программного обеспечения, а для предоставления существующих стандартных приложений конечным пользователям.

Потенциальные поставщики оценивались как разнородные в отношении их возможности обеспечить определенный уровень качества пакета «ПО + служба технической поддержки». Источники возможного оппортунистического поведения были сосредоточены, в основном, в настройке и управлении службой поддержки. Предположим, что у одного из пользователей возникли проблемы с активизацией определенной функции программы. Он решает позвонить в службу технической поддержки. Как долго ему придется ждать ответа оператора? При составлении контракта закупочное агентство приняло эти обстоятельства во внимание и решило ex ante (заранее) включить в договор минимальные стандарты качества службы техподдержки. К примеру, оператор должен ответить на запрос в течение x минут. Подобное условие не только может наблюдаться обеими сторонами (подрядчиком и пользователем), но его выполнение может быть проверено: за разумную стоимость был разработан механизм мониторинга (запись телефонных звонков), обеспечивающий доказательства, которые могут быть использованы в суде в случае официальной жалобы от одной из сторон.

Характер контракта становится в таком случае достаточно ясным, что позволяет сделать некоторые практические выводы. Поскольку внутренние характеристики пакета программного обеспечения были стандартны, производственные издержки прогнозируемы и неподвластны внешним непредвиденным обстоятельствам, стороны могли наблюдать и проверять минимальные стандарты качества службы поддержки, а каждый потенциальный поставщик был в состоянии разумно оценить затраты на запуск такого сервиса. Таким образом, общая стоимость предоставления ПО и услуг техподдержки могла быть оценена ex ante с довольно высокой точностью конкурирующими поставщиками. В связи с этим было решено использовать контракт с фиксированной ценой для его присуждения в ходе конкурентных торгов. Контракт состоял из фиксированной цены на пакет «ПО + служба техподдержки», а также из системы штрафов, взимаемых ex post, если качество оказанной услуги постфактум окажется ниже установленных минимальных стандартов.

Пример 4.2. Частно-государственное партнерство в строительной отрасли

Распространенной формой частно-государственного партнерства (ЧГП) для предоставления коммунальных услуг в Великобритании является форма, включающая закупку связанных с объектом недвижимости (школа, больница, дорога) услуг на фиксированное количество лет. Подрядчик, обычно представляющий консорциум компаний, берет на себя ответственность на всех стадиях проекта – при проектировании, строительстве и обслуживании объекта, а также при финансировании проекта за установленную комиссию на протяжении определенного количества лет. Таким образом, подрядчик несет все риски, связанные с превышением уровня затрат, но также и выигрывает в случае любого снижения издержек за счет улучшения объекта или проектной документации. По данным Государственного департамента аудита [National Audit Office, 2005], строительные проекты, осуществляемые ЧГП, в среднем на две трети (в процентах от количества проектов) лучше обслуживаемых традиционно проектов по соблюдению сроков и бюджета.

Приведенные примеры подчеркивают преимущества контрактов с фиксированной ценой (FPCs) в плане обеспечения стимулов к сокращению затрат. Тем не менее именно из-за этого механизма стимулирования контракты с фиксированной ценой не стоит применять в ситуациях, когда качество не поддается проверке. Обладая достаточной мотивацией к снижению издержек, подрядчик может сокращать свои затраты на непроверяемые действия, тем самым за счет покупателя ухудшая качество. Если же подрядчик имеет возможность что-либо выиграть от предоставления непроверяемых услуг (например, повысить свою репутацию), и он действительно мог бы обеспечить высокое качество, если бы не давление для снижения затрат, то и в этой ситуации контракты с фиксированной ценой не являются наиболее эффективной формой закупочного договора. Как мы увидим в разделе 4.4, есть и другие способы (неформальный (негласный) договор (implicit contract)) для закупщика побудить подрядчика к обеспечению непроверяемого качества поставки.

4.3.3. Поощрительные контракты

Рассмотренные выше крайние формы договоров (контракт с возмещением затрат – CRC и контракт с фиксированной ценой – FPC) предполагают наличие сбалансированной формы – поощрительных контрактов (incentive contracts – ICs). Поощрительные контракты обычно включают прогнозируемый уровень затрат, прогнозируемую прибыль и формулу корректировки прибыли, обеспечивающую следующее: 1) соблюдение прогнозного уровня затрат и качества ведет к получению оговоренной прибыли; 2) корректировка стоимости контракта в сторону понижения имеет место в случае, если реальный уровень затрат выше запланированного, а качество – запланированного уровня; 3) корректировка стоимости контракта в сторону повышения имеет место в случае, если реальные затраты ниже, а качество выше запланированного уровня. Хотя размер конечной прибыли или комиссии (суммы контракта), выплачиваемой согласно договору, связан с исполнением договорных условий подрядчиком, сам подрядчик не остается полностью ответственным за колебания производственных издержек[105].

4.3.3.1. Линейные поощрительные контракты

ICs (поощрительные контракты) часто употребляются в сложных закупках в строительной отрасли или в оборонной промышленности США в качестве альтернативы контрактам с возмещением затрат. ICs часто принимают форму контрактов, стимулирующих эффективные затраты. Наиболее распространенным видом таких договоров является линейный контракт, описываемый следующей схемой компенсации затрат подрядчика:

T = P + bC,

где T – общая сумма возмещения; P – (фиксированная) база платежа; C – реальные (проверяемые) затраты; b – позитивная константа с колебанием от нуля до единицы, которая отражает долю затрат, возмещаемых покупателем. В крайних случаях, когда b=0 или b=1, поощрительный контракт превращается соответственно в контракт с фиксированной ценой или контракт с возмещением затрат.

Аналогичные поощрительные контракты могут также использоваться для стимулирования обеспечения качества товара или услуги, но не сокращения затрат. В этом случае поощрительный контракт обычно задает базовый платеж Р за обеспечение минимального уровня качества qmin (например, за отгрузку товара до определенной даты), который является основным параметром измерения качества, и дополнительные более высокие показатели качества q_1, …, qn с соответствующими бонусами за их достижение – В_1, …, Вn. Таким образом, при достижении уровня qi (доставка выполняется за xi дней до крайнего срока) покупатель выплачивает подрядчику дополнительный бонус Вi.

4.3.3.2. Баланс между распределением риска и механизмами стимулирования

Поощрительный контракт мотивирует подрядчика к снижению издержек, фактически предоставляя ему долю сэкономленных средств, но, в то же время, покрывая часть его расходов в случае превышения их запланированного уровня. Аналогично, поощрительные контракты, стимулирующие качество поставки, включают бонусы подрядчику в случае достижения им более высокого, чем оговорено в контракте, уровня качества. В обоих случаях механизм стимулирования, описанный в договоре, должен уравновешивать собственно меры мотивации и распределение доли риска.

Как было указано выше, параметр распределения издержек b играет важную роль в стимулировании подрядчика к снижению затрат. Чем выше b, тем меньше ответственности за превышение затрат лежит на подрядчике и тем меньше он выигрывает от оптимизации своей деятельности; соответственно, чем выше параметр распределения издержек b, тем меньше у подрядчика мотивации снижать затраты (т. е., говоря экономическим языком, тем ниже «эффективность, или сила механизма стимулирования» – power of the incentive scheme)[106].

Итак, согласно каким критериям покупатель должен выставлять уровень переменной b? Как минимум три фактора влияют на ее выбор[107]: способность подрядчика нести закупочные риски, предсказуемость (т. е. изменчивость) ситуаций, негативно влияющих на производственные издержки, и зависимость реальных производственных издержек от мер по их снижению (инвестиций, новаций и т. д.).

Первый фактор, как отмечалось выше в этом разделе, вступает в силу только тогда, когда подрядчик не способен застраховать себя от неожиданного роста производственных издержек; этот фактор измеряет неготовность подрядчика к получению нестабильных платежей. Чем выше уровень неприятия риска подрядчиком, тем меньше вероятность того, что он согласится на контракт, условия которого чувствительны к различию между оценочным и реальным уровнями производственных затрат. Второй фактор описывает, насколько точно стороны контракта могут прогнозировать наступление шоковых ситуаций, влияющих на издержки производства. Если подобные ситуации отличаются высоким уровнем непредсказуемости, подрядчик не сможет принять условия поощрительного контракта с сильным стимулирующим механизмом (high-powered incentive contract), т. е. с низким параметром распределения издержек b[108]. Третий фактор является мерой отдачи подрядчика от инвестиций в (дорогостоящие) меры по установлению низких производственных затрат. Если точнее, когда уровень неопределенности шоковых ситуаций низок, когда подрядчик не сильно беспокоится по поводу возможных рисков (например, его бизнесдеятельность достаточно диверсифицирована, а стоимость контракта невелика по сравнению с его оборотом), и когда ожидаемый эффект от мер по снижению затрат достаточно силен, параметр b может быть максимально приближен к нулю. Однако, если ожидаемое влияние мер по оптимизации затрат и иных усилий подрядчика на стоимость проекта низкое, шоковые ситуации отличаются высокой непредсказуемостью и подрядчик предпочитает избегать риска, то параметр распределения издержек b должен приближаться к единице.

В ситуации, когда имеют место непредвиденные обстоятельства, а инвестиции и прочие действия подрядчика влияют на реальный уровень производственных затрат, но не являются определяющими факторами, наиболее эффективным для покупателя является выбор поощрительных контрактов. Данные контракты 1) мотивируют подрядчика проводить меры по уменьшению своих затрат; 2) предоставляют подрядчику своеобразную страховку от влияния разнообразных внешних факторов. Следующий пример описывает поощрительный контракт, в котором качество исполнения может быть без затруднений измерено в денежной форме.

Пример 4.3. Управление недвижимостью

Подрядчик проводит переоборудование ряда зданий под торговые точки и сдает их от лица местного покупателя. Подрядчик обязуется гарантировать минимальный уровень годовой арендной платы (минимальный уровень качества). Механизм стимулирования выражается в виде процентной доли от разницы между реальной арендной платой, на которую подрядчик договаривается с арендаторами, и минимальной арендной платой, гарантированной покупателю (владельцу). Чем выше реальная аренда по сравнению с минимальным уровнем, тем выше комиссия подрядчика. Безусловно, чем больше усилий подрядчик вкладывает в поиск состоятельных арендаторов, тем больше вероятность того, что реальная аренда будет выше гарантированного минимального уровня, что, в свою очередь, повышает долю прибыли подрядчика. Вместе с тем исход ситуации также зависит от обстоятельств, не контролируемых подрядчиком: внезапное сокращение рынка аренды недвижимости или снижение трансакционных издержек на рынке продажи недвижимости и т. д. Учитывая, что подрядчик имеет меньшую, чем его клиент, возможность принимать риски, связанные с указанными обстоятельствами, покупателю следует оптимально разделить риски с подрядчиком через поощрительный контракт.

4.3.3.3. Поощрительные контракты и трансакционные издержки

Насколько затратно управление поощрительным контрактом? На первый взгляд, управление контрактом, в описанном примере 4.3, не составляет никакого труда. И закупщик, и подрядчик нуждаются всего в одном элементе информации: фактической стоимости аренды. Тем не менее во многих ситуациях, особенно когда механизм стимулирования основан на разнице между реальными и прогнозируемыми издержками, на подрядчика ложится вся ответственность по предоставлению точной бухгалтерской информации по реализованным производственным затратам, а на закупщика – измерение уровня качества исполнения контракта.

Данная информация необходима для вычисления стимулирующего компонента или комиссии, оговоренной в контракте. Все дорогостоящие действия, связанные с управлением поощрительным контрактом, представляют собой, по существу, трансакционные издержки. Значительные трансакционные издержки снижают эффективность и выполнимость поощрительных контрактов. Если ожидаемая отдача от использования поощрительного контракта, в частности, эффективного распределения рисков между сторонами, ниже объема трансакционных издержек, то закупщику может быть значительно выгодней применить иной тип стимулирующих механизмов, более простой и удобный в управлении – контракт с фиксированной ценой. Хотя контракт с фиксированной ценой полностью перекладывает закупочные риски на подрядчика, он позволяет закупщику не обращать внимания на возможные несоответствия между прогнозируемыми и реальными производственными издержками, а также требует лишь минимального количества собираемой закупщиком информации.

Кроме того, отсутствие надежных бухгалтерских расчетов также может повлиять на эффективность поощрительных контрактов, особенно при их использовании в странах, отличающихся низкими стандартами ведения бухгалтерского учета и аудита. Традиционно аудиторские компании возникли как рыночные институты, целью которых стало подтверждение надежности бухгалтерской отчетности рассматриваемых компаний. Вместе с тем с недавних пор стало ясно, что достоверность аудиторских отчетов может быть поставлена под вопрос, когда аудиторская компания является заинтересованным лицом по отношению к фирме, в которой проводится проверка. Ненадежная бухгалтерская информация может вынудить закупщика выбрать контракт с фиксированной ценой, так как он не зависит от информации, предоставляемой подрядчиком.

4.3.3.4. Способы измерения качества и неоднородность заданий

Важным вопросом, касающимся поощрительных контрактов, является определение ключевых аспектов и переменных, в соответствии с которыми создается стимулирующий механизм. Как правило, закупщик должен использовать в базе мотивации стимулы, поддающиеся измерению, в различных аспектах деятельности подрядчика по исполнению задач, оговоренных в контракте[109].

Закупочные контракты, как правило, включают в себя множество разнородных заданий, и прилагаемые подрядчиком усилия по оптимизации одних параметров деятельности могут быть более надежно измерены (благодаря более низкой внешней неопределенности), чем другие параметры контракта. Таким образом, аналогичный поощрительный контракт может иметь совершенно разное влияние на различные направления действий подрядчика[110]. Эффективный поощрительный контракт предусматривает большее значение для лучше измеримых стимулирующих факторов; соответственно, стимулирующий механизм, рассчитанный на трудноизмеримые действия подрядчика, будет менее эффективен. Непосредственным следствием сказанного является то, что подрядчик может концентрировать свои усилия на действиях, которые легче измерить и на которые рассчитан стимулирующий механизм контракта. При этом другие действия по оптимизации качества, которые сложнее отследить, могут быть оставлены без внимания, несмотря на их потенциальную значимость для покупателя.

Возьмем, к примеру, контракт на закупку компьютеров с сопутствующими услугами технической поддержки и обслуживания. Усилия, затраченные на доставку товара, сильнее повлияют на общее качество исполнения, чем усилия, вложенные в обслуживание. Бóльшие усилия, вложенные в повышение качества технического обслуживания, могут принести меньший результат в плане общего качества контракта, чем меры по оптимизации поставки компьютеров, так как в первом случае подрядчик может потратить много времени на решение (или поиски решения) определенных технических проблем, а неподготовленные и, возможно, малоэффективные действия могут повредить аппаратуре.

Одним из возможных решений данной проблемы, не всегда технологически выполнимым, является функциональное разделение закупки с раздельным присуждением контрактов (unbundling with split award), состоящее в группировке заданий в как можно более однородные по измеримости контракты или лоты с их присуждением различным поставщикам[111]. Другими словами, более измеримые задания должны быть включены в один контракт или лот (контракт А) и присуждены одному поставщику, а задания, которые сложнее измерить, должны все быть включены в другой контракт или лот (контракт Б) и присуждены другому поставщику. Это позволит покупателю добиться «нужных» усилий от подрядчика по каждому пункту задания и эффективно составить стимулирующий механизм, в частности, определяя более сильные стимулы на первый вид контрактов (контракт А) и менее сильные – на второй (контракт Б).

В некоторых случаях разделение заданий не составляет особого труда. Не рассматривая возможную экономию на масштабе и издержки дублирования функций управления контрактами, поставка компьютеров может быть, в принципе, отделена от предоставления услуг технической поддержки таким образом, чтобы покупатель мог создать соответствующие схемы поощрения. Даже когда функциональное разделение заданий с разной степенью измеримости и их перегруппировка в однородные контракты технологически выполнима с низкими затратами, сам факт значительного различия групп контрактов может повредить способности закупщика адекватно их оценивать и поощрять действия подрядчиков в соответствии с их относительной производительностью.

В других обстоятельствах закупки функциональное разделение заданий может привести к чрезмерному удорожанию или даже невозможности исполнения контрактов. В этом случае обеспечение должных усилий со стороны подрядчика во всех сферах стимулирования может быть достигнуто путем снижения интенсивности стимулирования (увеличение b) более измеримых действий относительно того решения, которое было бы оптимальным в случае разделения контрактов. Однако описанное решение приводит к общему снижению мотивации к оптимизации контракта.

Схожие проблемы планирования задач возникают также, когда объектом «арбитража» (спекуляции) подрядчика становятся затраты, а не меры повышения качества; другими словами, когда подрядчик имеет право распределять общие производственные издержки (common production costs) между несколькими контрактами или лотами, связанными с разными механизмами стимулирования. Проблема заключается в следующем. Когда производство или поставка товаров и услуг связаны с общими (непрямыми) затратами, и поскольку эти затраты по бухгалтерским стандартам распределяются между произведенной продукцией (на базе трудоемкости производства), подрядчик может перенести бремя этих затрат с контрактов с сильным стимулирующим механизмом на контракты со слабым механизмом (высоким уровнем возмещения затрат) для увеличения своей прибыли. Этот феномен отмечался в практике закупок для оборонной промышленности[112], когда поставщикам надо произвести несколько связанных видов вооружения. К примеру, если правительство закупает новый вид ракет и стандартные танки, первый контракт будет контрактом с возмещением затрат (из-за необходимых инвестиций в НИОКР и неопределенности графика производства), а второй – контрактом с фиксированной ценой. Во избежание эффекта распределения затрат государство может просто отдать лоты разным подрядчикам, как в рассмотренном выше случае распределения усилий.

4.3.3.5. Поощрительные контракты и тендерные процедуры

Поощрительные контракты позволяют решить дилемму выбора между потребностью покупателя в мотивации подрядчика для достижения высокого качества (и низких затрат) проекта и потребностью подрядчика в страховке от непредвиденных обстоятельств, влияющих на осуществление проекта. Данная особенность поощрительных контрактов актуальна после того, как подрядчик был выбран. Ключевым вопросом для закупщика является также то, как различные схемы поощрения, будь то линейный поощрительный контракт или более радикальная форма контракта с фиксированной ценой, влияют на процесс конкурентных торгов для присуждения данного контракта.

Другими словами, вопрос заключается в том, как выбор разных стимулирующих механизмов влияет на процесс отбора покупателем наиболее эффективного с точки зрения цены и качества подрядчика? Для того чтобы решить эту важную проблему, давайте абстрагируемся от возможного роста объема трансакционных издержек при выборе поощрительного контракта. Сначала рассмотрим сценарий, в котором закупщик пытается выбрать наиболее эффективного поставщика из пула разнородных компаний, уровень эффективности которых известен только им самим. Под эффективностью в данном случае понимается способность поставщика исполнить контракт с минимальными затратами, хотя внешние факторы могут повлиять на реальный уровень производственных издержек. Покупатель управляет одновременно большим количеством разнообразных закупочных контрактов, так что он мало беспокоится по поводу закупочного риска в одном отдельном случае; в то же время поставщики отличаются небольшими размерами и мало диверсифицированной деятельностью, так что они не готовы принимать риск. В таком случае линейный[113] поощрительный контракт с правильно выбранным параметром распределения затрат b гарантирует: 1) выбор наиболее эффективного подрядчика и 2) эффективный баланс между мотивацией подрядчика и распределением рисков. Другими словами, линейный поощрительный контракт, в котором сила стимулирующего механизма устанавливается покупателем перед началом торгов, а предложения по фиксированной части Р подаются поставщиками в ходе тендера, позволяет получить подходящий баланс между выбором наиболее экономичного (или лучшего по соотношению цены и качества) поставщика и предоставлением ему необходимой мотивации для управления ex post производственными издержками и уровнем качества, вместе с тем передавая часть рисков покупателю.

Даже в случаях, когда поставщики являются безразличными к риску и распределение рисков не является важным вопросом, линейный поощрительный контракт все равно может быть наиболее интересен для покупателя, так как он является удобным инструментом выбора эффективного поставщика. Таким образом, безразличие поставщика к риску не всегда оправдывает использование крайней формы поощрительных контрактов, т. е. контракта с фиксированной ценой, если только отбор на стадии торгов не является важным аспектом для закупщика. Если закупщик уверен, что поставщики не отличаются сильной неоднородностью в плане объективной эффективности, применение контракта с фиксированной ценой позволяет оптимально передать закупочные риски наиболее безразличному к рискам подрядчику. Теперь предположим, что производительность поставщика относится не только к его способности исполнить контракт с наименьшими затратами, но и к эффективности его действий по снижению издержек инвестиций и деятельности. Если поставщики безразличны к риску и вопрос распределения рисков не является проблемой, в интересах закупщика будет позволить поставщикам самим выбрать наиболее предпочтительный уровень параметра распределения затрат b на этапе торгов. Почему? Даже на интуитивном уровне более сильные поставщики уверены в эффективности своих мер по снижению затрат, поэтому они предпочитают ставить на более высокую долю сокращения издержек (низкий показатель b). Если им позволено сделать данный выбор уже на стадии проведения торгов, они могут подавать более агрессивные предложения по части фиксированных выплат по контракту, помогая закупщику остановиться на более низкой цене присуждения контракта.

Перейдем к заключению. Когда покупатель стремится минимизировать цену присуждения контракта, при этом 1) выбирая наиболее эффективного подрядчика из группы потенциальных поставщиков, безразличных к закупочным рискам, и 2) добиваясь от выбранного подрядчика как можно более высокого уровня мер по снижению затрат и повышению качества, данная цель оказывается вполне выполнима. Все, что требуется от закупщика, это позволить участникам торгов соревноваться для получения поощрительного контракта, в котором и фиксированная часть оплаты Р, и доля распределения затрат b выбираются поставщиками на стадии проведения тендера[114].

Итак, мы можем подвести итоги обсуждения первой части главы в следующем практическом выводе.

Практический вывод 1.

Следует отдавать предпочтение контрактам с фиксированной ценой, когда поставщики относительно нечувствительны к закупочным рискам и когда они отличаются определенной однородностью в плане способности контроля производственных издержек.

Использование правил фиксированной цены также уместно, если затраты на управление контрактами могут перевесить выгоду от разделения риска в поощрительном контракте.

Поощрительные контракты следует выбирать, когда:

1) закупочные риски велики;

2) поставщики более чувствительны к ним, чем закупщик;

3) отраженные в бухгалтерской отчетности затраты отличаются полной надежностью.

При использовании линейных поощрительных контрактов параметр распределения затрат тем выше, чем:

• выше чувствительность подрядчика к закупочным рискам;

• менее предсказуемы шоковые ситуации, влияющие на производственные издержки;

• ниже способность подрядчика контролировать свои затраты.

Более негативно сказываются меры по снижению затрат на трудноизмеримых параметрах качества исполнения контракта. Если же поставщики нечувствительны к закупочным рискам и отличаются определенной неоднородностью в плане своей способности контролировать производственные издержки, им следует позволить выбрать параметр (параметры) распределения затрат на стадии проведения торгов.

В случаях, когда в контракте присутствуют важные, но сложно контролируемые работы, закупщику стоит снизить силу стимулирующих механизмов.

4.4. Негласные контракты и подразумеваемые аспекты качества

До сих пор внимание в книге уделялось формальным контрактам (explicit contracts). Вместе с тем иногда параметры качества являются неконтрактуемыми, т. е. их нельзя проверить, но можно наблюдать (для краткости в дальнейшем все неконтрактуемые аспекты будут называться подразумеваемые аспекты качества, non-contractible quality, NCQ). В этих случаях именно неформальные контракты являются мощным инструментом, позволяющим обеспечить достижение подрядчиком желаемого стандарта качества поставки товара или услуги. Основной идеей, стоящей за внедрением NCQ, является создание неформального соглашения (implicit contractibility), основанного на принципах подкрепленных обещаний двух сторон договора – покупателя и продавца (продавцов). Термин «неформальный» здесь относится к тому факту, что если вступает в силу стимулирующий механизм для NCQ, он автоматически (на неформальном уровне) выражается в оптимальном поведении со стороны подрядчика и не является формальной обязанностью, прописанной в контракте. Эта идея будет обсуждаться далее в данной главе.

Неформальная сторона контрактных отношений может выражаться во взаимосвязи между неконтрактуемым, но наблюдаемым качеством и устными обязательствами, которые берет на себя покупатель перед поставщиком. Покупатель может уведомить поставщика о своем намерении использовать нерегулируемую контрактом компетенцию для стимулирования наблюдаемого NCQ или для предъявления штрафов в случае наблюдаемого оппортунизма.

4.4.1. Методы составления неформальных контрактов для NCQ

Конечно, не существует единственного способа группировки и организации многочисленных методов негласных соглашений. Здесь мы предлагаем классификатор, который выделяет группы на основе различных моментов поведения покупателя, побуждающего компании обеспечивать NCQ.

1. Отбор, или предконтрактные методы (pre-contractual methods) стимулирования, применяемые на стадии разработки контракта и создания определенной среды для его присуждения. Примером может являться ограничение конкуренции при получении контракта и использовании, в общем, дискриминационного выбора между конкурентными торгами или двусторонними переговорами.

2. Контрактные методы (within-contract methods), применяемые во время исполнения контракта и относящиеся к возможности покупателя осуществлять дискреционные полномочия (действия по своему усмотрению), произвольно побуждая внутриконтрактную конкуренцию, например, между несколькими выбранными исполнителями (при выборе нескольких источников снабжения – двойная покупка – dual sourcing).

3. Постконтрактные методы (post-contract methods), влияющие на прибыль, которую поставщики ожидают получить от будущих контрактов с закупщиком (например, исключение из будущих закупок).

Все перечисленные выше методы могут сочетаться по-разному. Рассмотрим их в соответствии с изложенной классификацией, иллюстрируя издержки и выгоды для покупателя, а также предложения, когда и как их нужно использовать – независимо или вместе.

4.4.2. NCQ и полномочия закупщика

Прежде чем приступить к детальному анализу методов, следует изучить необходимость ограничения свободы действий их применения. Право штрафовать или наказывать подрядчиков за наблюдаемый оппортунизм либо поощрять обеспечение наблюдаемого, но неконтрактуемого качества требует от наблюдающей стороны способности действовать и реагировать на изменения в наблюдаемых, но неконтрактуемых параметрах с определенной степенью осмотрительности (discretion). Ни один из методов заключения неформальных контрактов не может быть эффективным при отсутствии определенной степени дискреционного права, т. е. права действовать по своему усмотрению.

Следует обратить внимание на тот факт, что, поскольку свобода действий необходима для неформальных контрактов, у лица или института, ответственного за контроль непроверяемых параметров, будь то сам закупщик или сторона с делегированными полномочиями, появляются возможности проявления оппортунистического поведения. Поскольку третья сторона, например суд, не может контролировать качество, покупатель может просто не выплатить обещанный бонус либо может взыскать неустойку, даже если качество достигло желаемого уровня. Тем не менее, очевидно, что когда покупатель злоупотребляет своими полномочиями по распределению бонусов и штрафов, он теряет свою репутацию, что ведет, в лучшем случае, к неэффективности методов неформального контрактования либо к ухудшению партнерских отношений с серьезными подрядчиками. Неформальные методы становятся эффективны только тогда, когда покупатель создает собственную репутацию своим справедливым поведением; сила репутации работает как на покупателя, так и на подрядчика при их частом и регулярном взаимодействии.

Ограничение дискреционного права. Важно также отметить, что когда закупщик является агентом конечного пользователя или потребителя закупаемого товара или услуги, как это часто бывает в практике государственных закупок и закупок крупных компаний, закупщик может использовать свое дискреционное право и корыстным образом, т. е. предоставлять «дискреционный бонус» (discretionary bonus)[115] в обмен на взятку от подрядчиков. В этой связи свобода действий закупщика может быть ограничена публичным регулированием бонусов и штрафов в соответствии со степенью удовлетворения потребителя, которая должна быть соотнесена с уровнем обеспеченного неконтрактуемого качества. Тем не менее остаются нерешенными еще две важные проблемы, связанные с оценкой степени удовлетворения потребителя, которые в совокупности являются субъективными и, следовательно, не поддающимися проверке[116]. Если конечный потребитель поставляемого товара или услуги заявляет на запрос, что он удовлетворен поставкой, но мотивами его удовлетворенности является на самом деле не то, что товар или услуга действительно хорошего качества, а то, что поставщик подкупил его услугой или деньгами, не существует способов уличить конечного потребителя во лжи (если только не удается найти неопровержимых доказательств дачи взятки). Таким образом, можно определить два общих типа проблем, связанных с правильным использованием дискреционных бонусов и штрафов на основе случайной информации.

Конфликт интересов. Первая проблема связана с необходимостью ограничивать дискреционное право покупателя, регулируя извне бонусы и штрафы, основанные на случайной информации из отчетов о степени удовлетворения потребителя. Вопрос заключается в конфликте интересов и степени доверия и типичен для тех ситуаций, когда конечные потребители закупаемого товара или услуги являются также и плательщиками. Конфликт интересов возникает, если лицо, оценивающее работу подрядчика, является одновременно и лицом, выплачивающим бонусы. В этом случае у эксперта-оценщика появляются стимулы не давать положительной оценки деятельности подрядчика, чтобы не выплачивать дорогостоящие бонусы. Оценка степени удовлетворения клиента собирает малодостоверную информацию о восприятии качества товара или услуги конечным потребителем. Если эти потребители также и платят за товар или услугу, у них всегда будут стимулы искаженно оценивать качество как неудовлетворительное во избежание выплаты бонуса, поскольку риск того, что их заниженная оценка будет выявлена третьей стороной, отсутствует. Предвидя такое развитие событий, рациональные поставщики будут обеспечивать минимальный уровень неконтрактуемого качества (NCQ). Вместе с тем данная проблема может быть частично преодолена путем установления связи между удовлетворением клиента и неденежными бонусами (к примеру, как будет показано далее, продление контракта является, по сути, неденежным бонусом), поскольку продление контракта с надежным и эффективным поставщиком всегда будет в интересах покупателя.

Коррупция. Второй проблемой, связанной с ограничением дискреционного права закупщика путем внешнего регулирования бонусов и штрафов, в соответствии с отчетами об уровне удовлетворения клиента, является проблема коррупции, актуальная для ситуаций, в которых за закупаемые товары и услуги платит лицо, не являющееся конечным потребителем. Когда потребители товара или услуги не платят за них, как часто бывает в случае государственных закупок и также в крупных компаниях, где функция снабжения «удалена» в организационном смысле от головного офиса, риск коррупции, т. е. попытки подрядчика подкупить конечного потребителя для указания высокого уровня удовлетворения и получения бонусов, весьма серьезен. В частных закупках, наоборот, покупатель обычно является и конечным потребителем закупаемых товаров и услуг, поэтому его свобода действий может быть уменьшена. В этой связи неформальные контракты могут оказаться эффективнее в частных закупках, нежели в государственных.

В следующих разделах будут обсуждаться методы неформального контрактования с учетом того факта, что эти методы в первую очередь применимы к случаям частных закупок, а их использование в государственных закупках во многом зависит от национального законодательства с соответствующим дискреционным правом, которое в конечном счете находится в руках государственного закупщика. Следует отметить, что различные методы, которые будут рассматриваться, обычно не взаимоисключающие; некоторые из них могут быть сгруппированы для создания набора (корпуса) инструментов, направленных на стимулирование обеспечения NCQ.

4.4.3. Отбор, или предконтрактные методы

Когда все параметры, относящиеся к закупке, формально закреплены в контракте (в смысле, описанном в предыдущем разделе), высокая конкуренция по цене на стадии присуждения закупочного контракта всегда приветствуется. Действительно, при полной контрактуемости все актуальные элементы закупки контролируются формальным соглашением и сильная конкуренция в цене желательна, так как она позволяет закупщику получить любой желаемый аспект качества по более низкой цене либо же добиться лучшего соотношения цены и характеристик закупки (в случае применения оценочной шкалы)[117].

Необходимость ценовой конкуренции на стадии присуждения контракта становится не такой очевидной, когда некоторые переменные параметры закупочных взаимоотношений можно отнести к неконтрактуемым. В ряде случаев объектом закупки является сложный комплексный проект, к примеру, состоящий в поставке крупной IT-инфраструктуры или включающий несколько сложных и взаимосвязанных заданий и требующий высоконастраиваемых товаров и услуг (что типично для оборонной промышленности), либо речь идет о строительстве сложного объекта недвижимости. Во всех перечисленных случаях высокая ценовая конкуренция скорее всего не будет оптимальным решением, поскольку цена не является определяющим фактором, а качество отличается сильной неконтрактуемостью (см. Главу 5 для подробного рассмотрения данного вопроса). В этой ситуации снижающие цену последствия конкуренции, как правило, повышают вероятность выбора низкокачественных поставщиков (чьи низкие издержки помогают в установлении низкой цены) и могут побудить подрядчиков еще сильнее снижать уровень неконтрактуемого и затратного качества на этапе исполнения контракта. Данное наблюдение становится особенно актуально, когда для завершения закупки необходимо проведение НИОКР (например, в оборонной промышленности или в медицинском обслуживании). Действительно, НИОКР в инновационных проектах зачастую бывает неконтрактуемой переменной, так как они относятся к деятельности, находящейся на границе технологического знания, а стремление к улучшению очень сложно измерить. Подобная интерпретация НИОКР в контексте того, что здесь называется NCQ, приводит нас к анализу закупок инноваций и продуктов НИОКР, подробно обсуждаемых в Главе 19. Здесь же остается лишь отметить, что закупки высокотехнологичных товаров и услуг, являющихся продуктами НИОКР, могут иногда требовать искусственного ограничения конкуренции, особенно на заключительных этапах закупки. Проблема заключается в том, что слишком сильная конкуренция на стадии производства опытно-конструкторской продукции снижает мотивацию к инвестициям в разработку, т. е. в более раннюю стадию НИОКР, предшествующую производству[118]. Действительно, согласно нашим наблюдениям, в некоторых случаях закупок для инновационных проектов в оборонной промышленности к участию в конкурентных торгах на получение контракта допускаются максимум две компании. Идея заключается в том, что ограничение количества компаний в пуле потенциальных поставщиков на этапе предварительного отбора ослабляет ценовую конкуренцию и повышает шансы получения контракта. Это обстоятельство побуждает участников больше инвестировать поставщикам в НИОКР перед этапом торгов и оставляет выбранному подрядчику больший запас средств для вложения в обеспечение неконтрактуемого качества[119]. Тем не менее, очевидно, что ограничение конкуренции не означает соответствующее снижение затрат для покупателя. Во-первых, концентрация рыночного влияния в руках нескольких конкурирующих фирм по умолчанию ведет к общему повышению цены. Во-вторых, повышение цен также является следствием снижения эффективности отбора наиболее производительных компаний из-за искусственного ограничения пула поставщиков.

Данное краткое обсуждение, а также более глубокий анализ в Главах 5 и 19 подтверждают, что смягчение ценовой конкуренции и предоставление подрядчикам большей ценовой свободы в плане прибыли очень часто являются необходимой предпосылкой для обеспечения NCQ. Вместе с тем на данный момент ничто не может гарантировать, что подрядчики действительно найдут нужные стимулы для использования данных запасов цены (или их части) для повышения качества. В конечном итоге этот «излишек» может быть сохранен подрядчиком в качестве дополнительной прибыли, вызванной смягчением конкуренции, если только подобное оппортунистическое поведение не приведет к негативным последствиям, которых подрядчик хотел бы избежать. Именно здесь вступают в силу все остальные методы повышения NCQ, основанные на контрактном и постконтрактном стимулировании.

Об этом будет подробно рассказано ниже.

Практический вывод 2.

Когда закупка включает в себя такие важные неконтрактуемые параметры, как проведение НИОКР, эффективным может оказаться смягчение конкуренции на этапе отбора, например, путем сокращения или ограничения числа конкурирующих поставщиков.

4.4.4. Контрактные методы

4.4.4.1. Метод «кнута и пряника» во время исполнения контракта

Методы поощрения и штрафы, назначаемые по контракту (во время и после его исполнения), могут быть введены на основе наблюдаемого качества; соответственно бонусы и штрафы могут измеряться как в денежной, так и в натуральной форме, как будет показано далее. Угроза потери бонусов или необходимости выплаты штрафов должна мотивировать подрядчика к повышению NCQ. Как было отмечено в подразделе 4.4.2, дискреционное право покупателя может быть снижено за счет публичного контроля бонусов и штрафов на основе удовлетворения потребителя, которое должно коррелировать с обеспеченным уровнем неконтрактуемого качества.

Тактика, используемая иногда для мотивации поставщика с целью повышения NCQ, заключается в угрозе досрочного расторжения контракта в одностороннем порядке. Стоит отметить, что расторжение контракта не основывается в этом случае на формальном нарушении его условий. Скорее, при составлении плана закупки в контракте может быть прописано, что если во время исполнения контракта уровень неконтрактуемого качества, измеряемый каким-либо показателем удовлетворения клиента, падает ниже определенной установленной отметки, закупщик имеет право отказаться от продолжения договора и найти альтернативные источники поставки. Конечно, поиск альтернативного поставщика может оказаться затратным, и чем выше эти затраты, тем менее вероятно, что покупатель захочет отказаться от существующего контракта в случае низкого качества его исполнения, и тем менее эффективна будет угроза расторжения в контексте обеспечения достойного качества, изначально выбранного подрядчиком.

Основное значение методов, рассмотренных далее, заключается в снижении стоимости поиска альтернативного канала поставок для того, чтобы повысить эффективность воздействия на подрядчика угрозой расторжения контракта и переключения на нового поставщика, а также, в целом, для повышения эффективности стимулирования достижения высокого уровня NCQ[120]. Отметим, однако, что все эти методы, естественно, приведут к повышению цены, за которую поставщики согласятся исполнить контракт, поскольку они ожидают запрос на повышение уровня NCQ и поскольку существует некоторая неопределенность относительно реальной длительности контракта.

4.4.4.2. Конкуренция в период исполнения контракта

Одним из основных способов воздействия на подрядчика с целью получения желаемого уровня NCQ является постоянное обсуждение вопроса перехода к иному поставщику во время исполнения контракта в случае низкого уровня неконтрактуемого качества. Опять же, данная форма конкуренции во время исполнения закупочного контракта требует высокой свободы действий со стороны покупателя, но может быть эффективной для обеспечения NCQ, так как весь закупочный контракт либо его составные части находятся под угрозой в случае перехода к другому поставщику. Конкуренция во время исполнения контракта и ее формы, которые будут проиллюстрированы далее, использовалась и раньше, и в настоящее время, к примеру, в автомобильной промышленности многими крупными производителями США, Европы и Азии[121].

Переход к менее привлекательным предложениям. Одним из наиболее простых для закупщика способов замены подрядчика является прямой переход ко второму по количеству баллов поставщику, отобранному на этапе предварительной конкуренции. Данный способ позволяет закупщику сэкономить время и средства, необходимые для организации новых торгов в случае перехода к альтернативному поставщику. По завершении первичного процесса отбора[122] покупателю удается классифицировать потенциальных поставщиков. Он выбирает наиболее предпочтительного в качестве подрядчика (либо нескольких подрядчиков в случае множественного снабжения), также оговаривая, что если во время исполнения контракта NCQ он выполнит определенные предустановленные требования, покупатель имеет право отказаться от первого подрядчика и спросить у второго по привлекательности поставщика, согласен ли он исполнить контракт на условиях, изначально предложенных им на стадии отбора. Если же второй по привлекательности поставщик не согласен принимать участие в поставке, закупщик может обратиться к третьему, затем к четвертому, и так далее; если же предложения недостаточно интересны, закупщик всегда может согласиться на издержки, возникающие при проведении новых торгов[123].

Контрактная опция перехода ко второму или третьему по привлекательности поставщику в случае, если степень удовлетворенности клиента ниже минимального порогового уровня, может быть рассмотрена в качестве особого случая, называемого снабжением из второго источника (second sourcing)[124]. Низкая стоимость перехода к другим поставщикам без необходимости проведения новой процедуры отбора, что подразумевается описанной опцией, придает реальность угрозе и мотивирует лучшего выбранного поставщика предоставить достойную услугу; таким образом, переход в реальности не происходит. Более того, разумные поставщики в этом случае не имеют мотивации занижать тендерные предложения с расчетом (в случае своей победы) сэкономить на NCQ, поскольку они знают, что за такое поведение могут в один миг потерять контракт[125].

Стоит подчеркнуть некоторые недостатки и ограничения по использованию этой процедуры. Досрочное расторжение контракта часто подразумевает отмену закупки, что в определенных случаях невозможно. В действительности непредвиденное прекращение контракта может быть для покупателя очень дорогостоящим, поэтому одностороннее расторжение маловероятно, во многом также и из-за того, что поиск и установление договорных отношений с новым поставщиком всегда требует определенного времени и некоторых корректировок контракта и документации о закупке. В некоторых случаях прерывание поставки товаров или услуг даже на короткий промежуток времени может быть очень затратно или невозможно для покупателя (например, в случае закупок для больниц или поддержания производственной цепочки). Далее, должно быть ясно, что если переход происходит во время исполнения контракта, то контракт будет выполняться на худших экономических и технических условиях, так как обычно второй поставщик должен произвести поставку на тех же условиях, что были им предложены на этапе отбора[126]. Следовательно, если условия, предлагаемые не лучшими поставщиками, совершенно неприемлемы для закупщика, он скорее проведет новый процесс торгов. Данные сложности и издержки снижают эффективность угрозы досрочного расторжения контракта и замены подрядчика.

Более того, если расторжение происходит, когда определенная часть процесса закупки уже выполнена, закупщик и новый поставщик должны прийти к соглашению по поводу объема работ последнего, т. е. будет ли он отвечать за оставшуюся часть или же переделывать проект контракта заново. В случае возможности экономии на масштабе второй вариант, конечно, предпочтителен в том смысле, что второй поставщик с большей легкостью согласится на условия контракта, а угроза расторжения контракта станет более реальной. Поэтому закупщик должен заранее сообщить о своем желании использовать эту опцию; кроме того, эта опция должна быть оговорена в контракте для того, чтобы побудить поставщика учитывать это обстоятельство на начальной стадии торгов. Отметим, что если поставщики, не получившие высшей оценки, стабильно отклоняют предложение закупщика принять участие в исполнении контракта, угроза прекращения контракта теряет свою силу и первый выбранный поставщик получает определенную свободу действий для оппортунистического снижения NCQ.

Полноценное двух– или мультиканальное снабжение (dual or multisourcing). Если опция расторжения контракта и перехода к второстепенным поставщикам все еще является угрозой для единственного существующего поставщика, присутствующей в любой момент времени (даже если характер этой угрозы, как было показано, со временем меняется), существует альтернативный метод побудить подрядчиков обеспечить NCQ. Этот метод заключается в выборе двух и более активных подрядчиков в одно время. Данный метод контрактного стимулирования известнее под названием двух– или мультиканального снабжения (в зависимости от того, сколько поставщиков работают одновременно, это понятие также можно называть «закупкой с множественным присуждением» – split-award procurement). Данный метод, к примеру, был использован в закупках для оборонной промышленности Министерством обороны США, в частности, для приобретения самолетных двигателей и ракетных систем[127]. Двухканальное снабжение подразумевает разделение контракта поставки между двумя подрядчиками, которые одновременно поставляют продукты-(субституты). Даже если это не является как таковым снабжением из второго источника (second sourcing), присутствие альтернативного поставщика снижает возможность оппортунистического поведения со стороны подрядчиков, так как закупщик вправе решать, оставит ли он их обоих или какую часть закупки передаст одному из них – в зависимости от обеспечиваемого уровня NCQ. Двухканальное снабжение может быть использовано с целью стимулирования и повышения ответственного отношения поставщиков, поскольку достичь этого контрактными методами просто невозможно[128].

Тем не менее двухканальное снабжение сопровождается определенными затратами. В частности, разделение закупки: 1) снижает экономию на масштабе каждого поставщика, что приводит к дублированию постоянных издержек, включая и те, которые связаны с установлением и поддержанием отношений в двух контрактах вместо одного; 2) увеличивает неопределенность и риск того, что один из подрядчиков не будет работать с минимальными затратами.

Постоянная «оспоримость». Близкая альтернатива расторжению контракта и переходу к другим поставщикам была предложена сравнительно недавно[129]. Идея в этом случае заключается в том, чтобы присудить долгосрочный закупочный контракт, который будет постоянно находиться под угрозой конкуренции со стороны новых потенциальных поставщиков, даже если они не присутствовали во время первоначального тендера (это явление также известно как оспоримость – contestability)[130]. Покупатель присуждает контракт, в котором особо оговаривается возможность того, что конкурент текущего подрядчика может сделать лучшее предложение покупателю, чем описано в условиях действующего контракта. Если это происходит, текущий подрядчик имеет возможность предложить похожие условия либо отказаться от дальнейшего исполнения и уступить своему конкуренту.

Чтобы оспоримость работала как средство воздействия, необходимо, чтобы покупатель отдал предпочтение текущему подрядчику, а не одинаково привлекательному конкурентному предложению, если текущему подрядчику всегда удавалось выдерживать необходимый уровень NCQ. Это простое и разумное предпочтение, отдаваемое действующей компании, способно побудить подрядчика обеспечить высокое качество и стремиться стать недостижимым для конкурентов (вне зависимости от того, могут ли они предоставить высокое качество или же намереваются сэкономить на нем). Таким образом, замена подрядчика не должна произойти на самом деле. Одной из положительных сторон этого метода является то, что как только конкуренция создает необходимую мотивацию для повышения NCQ, закупщик также имеет возможность повысить влияние стимулирующего механизма на контрактуемые параметры, не рискуя, что подрядчик захочет сэкономить на затратах и снизить качество. Возможным недостатком этой процедуры является, по нашим наблюдениям, что постоянная конкуренция приводит к неопределенности среды для подрядчиков, и это может отразиться на покупателе в виде роста цен и снижения стимулов для инвестиций. Тем не менее покупатель явно готов всегда заплатить больше для повышения NCQ.

Практический вывод 3.

При использовании контрактных методов стимулирования следует соотносить цель максимизации NCQ с:

• повышением неопределенности в объемах и сроках исполнения контракта;

• стоимостью приостановки контракта и переходом к худшим условиям цены и качества в случае снабжения из второго источника;

• экономией на масштабе и стоимостью управления контрактами в случае двухканального снабжения.

4.4.5. Постконтрактные методы стимулирования

Последний рассматриваемый набор инструментов относится к возможности покупателя действовать после исполнения контракта в случае низкого уровня предоставленного качества либо в общем к принятию решений относительно будущих договорных отношений, основанных на эффективности поставщиков[131]. Эти методы схожи по своему характеру с идеей расторжения контракта и перехода к альтернативному поставщику в случае низкого качества исполнения. Тем не менее стоит отметить, что использование постконтрактных дискреционных решений обычно приводит к меньшему числу судебных разбирательств, чем контрактные методы регулирования неконтрактуемых параметров[132].

Рассмотрение данных методов, основанных на прошлой эффективности, также позволит обсудить параметр, которому уделялось весьма мало внимания в предыдущих частях. Речь идет о воздействии «ожидания» (воздействие «теневого эффекта» на сотрудничество в будущем принятии решений подрядчиком). Когда закупки по своей природе являются динамическим процессом, поскольку покупатель нуждается в постоянном обслуживании, для исполнения NCQ могут быть использованы специфические динамические методы. В этом динамическом контексте прибыль поставщика не ограничена текущим контрактом, но также включает возможные доходы от выполнения будущих контрактов (т. е. поток будущей ожидаемой дисконтированной прибыли). Важно понимать, что если восприятие этой будущей прибыли играет достаточную роль в принятии текущих решений поставщиком, тогда будущая прибыль также сильно повлияет на обеспечение NCQ.

Новая идея, которая рассматривается в этой части анализа по отношению к прошлым обсуждениям, заключается в том, что постоянное взаимодействие между покупателем и подрядчиком приводит к созданию взаимной репутации и «правильного» поведения. Со своей стороны поставщики имеют возможность создать хорошую репутацию, ценную для принятия покупателем решений в будущих взаимодействиях. Со стороны закупщика постоянное взаимодействие придает достоверности его дискреционным решениям в отношении компаний, превышающих или занижающих требуемый уровень качества. Пример этого механизма – в США часть информации по прошлой эффективности должна относиться к удовлетворенности потребителей и использоваться для отбора поставщиков для государственных контрактов. Примечательно, что в Великобритании, в контексте новообразованных частно-государственных партнерств для предоставления коммунальных услуг, Государственный департамент аудита рекомендует включать отчеты об удовлетворенности потребителей в процедуру оценки, направленной на измерение эффективности поставщика после начала предоставления услуги.

Далее будут рассмотрены некоторые простые средства, которые покупатель на основе будущего повторения закупки может использовать для наказания малоэффективных поставщиков или поощрения тех, кому удается предоставить необходимый результат. Как и в случае контрактных методов стимулирования, проанализированных ранее, эти средства будут побуждать подрядчиков требовать повышения компенсации для покрытия затрат на высокое NCQ. Поскольку данные средства основаны на непроверяемых параметрах эффективности или не подлежащих аудиту отчетах об удовлетворенности потребителей, их использование может привести к потенциальному конфликту интересов или сговору.

4.4.5.1. Продление контракта и срок его действия

Один из основных способов поощрения эффективного или наказания нерадивого подрядчика связан с продлением контракта. К примеру, компания IBM стимулирует производителей микросхем к поддержанию высокого уровня качества за счет использования «пряника» – возможности продления или обновления контракта (либо же угрозы непродления)[133]. Данный метод также имеет упомянутые преимущества по сравнению с монетарными способами поощрения параметров, связанных с наблюдаемым, но непроверяемым качеством, за счет использования натурального поощрения высокой эффективности (в смысле продления контракта поставки или его автоматического обновления).

Эффективность продления контракта как стимулирующего метода может быть повышена путем существенного сокращения срока действия или объема базового контракта, т. е. путем введения «испытательного срока». Если исполнение контракта поставщиком удовлетворительно, покупатель может обновить договор поставки несколько раз. Тот факт, что покупатель может закупать только у одного подрядчика в период действия контракта, даже если подрядчик решит снизить NCQ, обычно называется контрактным или статическим замыканием (within contract lock-in; подробнее об этом рассказано в Главах 6 и 17). Снижение длительности контракта, таким образом, уменьшает риск замыкания, повышая способность покупателя реагировать на низкую исполнительность подрядчика.

Вместе с тем снижение длительности контракта не обходится без издержек. Крупные или долгосрочные контракты позволяют подрядчику использовать экономию на масштабе и возмещать инвестиционные затраты, что затем ведет к повышению эффективности работы подрядчика и, следовательно, увеличению сбережений покупателя. Сбережения на масштабном производстве, безусловно, актуальны и для динамической среды, где, ко всему прочему, важную роль играют элементы будущей неопределенности. Действительно, мелкий поставщик, выигравший закупочный контракт на 10 лет, сталкивается с куда меньшей неопределенностью, чем если бы он выиграл контракт сроком на один год. В зависимости от способности управленцев и владельцев справляться с рисками закупок подобное снижение неопределенности может вполне привести к уменьшению цены за каждую отдельную единицу закупаемого товара или услуги. В то же время стоит всегда помнить о том, что поиск (наиболее предпочтительного) закупочного партнера всегда является затратной процедурой (к примеру, достаточно посмотреть издержки на организацию и рекламу будущих конкурентных торгов). В таком случае принятие обязательств по замене текущего подрядчика при низком качестве его работы может оказаться трудновыполнимым. Исходя из этого, необходимо поддерживать низкий уровень издержек смены подрядчика (более подробно об этом см. в Главе 17). В этой связи следует также отметить, что репутация, основанная на прошлой эффективности, может стать входным барьером, так как новые игроки не имеют сложившейся деловой репутации и могут стать жертвой несерьезного отношения. Избежать подобного явления можно за счет введения механизма нейтральной оценки всех новых игроков.

Во-вторых, следует внимательно определять длительность испытательного периода. Действительно, особенно для сложных продуктов или услуг, подрядчику необходимо время для того, чтобы понять, как следует работать и как справляться с трудностями, которые могут возникнуть в ходе исполнения контракта и отношений с покупателем. Если испытательный срок недостаточно долог, временное снижение качества может быть «несправедливо» наказано, что отразится на повышении цены и, возможно, общем снижении качества со стороны подрядчика.

Метод продления контракта на основе показателей удовлетворенности потребителей использовался в последнее время в государственных закупках, к примеру, для закупки услуг информационных технологий итальянским закупочным агентством Consip SpA. Одной из причин использования упомянутого метода стал тот факт, что, являясь формой неформальной контрактации, продление договора на основе удовлетворенности потребителя в меньшей степени вызывает конфликт интересов и коррупцию, описанную в подразделе 4.4.2. Если бонус выражается в форме продления контракта, а конечные потребители товара или услуги ложно утверждают о высоком качестве в обмен на взятку от поставщика, это приведет к новому периоду некачественной поставки; конечные потребители потребуют еще бóльшую взятку либо (что более вероятно) отчитаются о реальном качестве исполнения контракта, что приведет к замене подрядчика. Таким образом, затраты, вызванные сообщением неправильных сведений о качестве поставки, понесет именно та сторона, которая отвечает за предоставление таких сведений. Аналогично, сообщая ложные сведения о низком качестве исполнения контракта в то время, как качество находилось на высоком уровне, покупатель не выигрывает ничего и несет затраты из-за потери качественного подрядчика.

Практический вывод 4.

Следует выбирать длительность контракта исходя из оптимального соотношения между NCQ и экономией на масштабе вместе со стимулированием инвестиций.

4.4.5.2. Оценка прошлой эффективности, исключение из торгов, консорциумы, переговоры

Оценка прошлой деятельности и исключение. Близким по характеру продлению контракта методом является возможность «наказания» подрядчиков, показавших плохое качество исполнения прошлых контрактов, путем назначения им низких баллов или полного исключения из будущих конкурентных торгов на присуждение контрактов. Безусловно, поставщик разумно ожидает, что снижение затрат, выражающееся в виде понижения качества (и соответствующего повышения прибыли), в конечном счете приведет к потере будущей прибыли из-за его исключения из будущих торгов[134]. Достаточно долгий период исключения в совмещении с не слишком высоким или затратным необходимым уровнем качества, таким образом, в состоянии решить этот компромисс в пользу исполнения качества. Само собой разумеется, что данная мера эффективна для обеспечения качества, только если будущее исключение проштрафившегося подрядчика технически выполнимо для покупателя, если оно ожидаемо для поставщика и, наконец, если оно правдоподобно. Снижение длительности контракта будет иметь положительное влияние на эффективность описанного механизма, так же как и в случае продления контрактов, однако в стабильно повторяющейся среде оно приводит к сговору поставщиков, помимо дополнительных затрат, описанных в предыдущем подразделе 4.4.5.1[135]. Конечно, если закупщик использует метод исключения нерадивых подрядчиков, ему следует избегать ситуации, где он останется один с ограниченным набором поставщиков, допускаемых до финального этапа торгов после нескольких исключений. Если это происходит, дополнительные исключения могут дорого обойтись для закупщика (из-за ослабления конкуренции), и, в результате, угроза исключений станет неправдоподобной, разрушая все репутационные стимулы для обеспечения качества.

Консорциумы. По нашему мнению, когда роль в обеспечении NCQ играют силы репутации, механизмы конкурентных закупок могут оказаться неэффективными для покупателя, уделяющего значение качеству товаров и услуг, например, в сфере здравоохранения. При дальнейшем рассмотрении этого вопроса появляются и другие методы, еще более эффективные для увеличения прибыли посредством повышения производительности. С точки зрения покупателя стимулирование создания консорциумов поставщиков может быть желательно; в противном случае между поставщиками начнется конкуренция. Несмотря на то, что создание консорциума приведет к повышению цены закупки, этот же факт повысит прибыль его членов. Таким образом, у них пропадет стимул занизить качество из-за соответствующей угрозы прекращения контракта в случае низкой эффективности. Интересно отметить, что в стандартных процедурах закупок возможность создания консорциумов ограничена, так как их поведение схоже с поведением нелегальных картелей. Если NCQ является ключевой составляющей успеха закупки, покупатель должен быть готов заплатить больше, даже если цены установлены в результате сговора между поставщиками, так как высокие цены подразумевают меньше стимулов к занижению качества и, соответственно, более высокий уровень реализованного качества[136]. На самом деле регулярно взаимодействующие поставщики (например, на крупных рынках офисного оборудования – ПК, ноутбуков, принтеров) очень часто знают друг друга, технологии, себестоимость производства и основные преимущества даже лучше, чем сам покупатель; поэтому результат процедуры предварительного отбора, осуществляемой не слишком информированным закупщиком (с целью ослабления конкуренции по соображениям качества), может по факту определяться информированным решением поставщиков. Консорциумы обладают всей необходимой информацией и стимулами для максимизации общей прибыли путем наиболее эффективного распределения производственных издержек между участниками. Это значит, что консорциумы обладают потенциалом совместить эффективность закупки с действием репутационных механизмов, необходимых для обеспечения высокого уровня NCQ.

Переговоры. Предыдущий анализ репутационных стимулов в закупках четко подчеркнул положительное отношение между будущей рентой, ожидаемой поставщиком, и NCQ, которое он готов предоставить. Дальнейшее развитие этой идеи может привести к весьма неожиданным результатам. Собственно, очевидно, что в условиях динамических закупок наиболее крупная будущая прибыль материализуется для компании, когда покупатель готов без дополнительного обращения на рынок обновить контракт с подрядчиком, предоставившим необходимый уровень NCQ. Разумеется, подобный тип двухсторонних договоров может оказаться очень затратным в плане (потерянной) эффективности (и, в дальнейшем, высокой стоимости закупки), если покупатель вынужден работать с неэффективным подрядчиком. Однако, когда качество играет определяющую роль, покупатель может предпочесть создание долгосрочных отношений, обеспечивающих будущую ренту и мотивацию к повышению качества, даже если поставщик не относится к числу наиболее эффективных[137]. Предпочтение двусторонних переговоров механизмам конкуренции связано с обсуждением обеих моделей в закупках, представленным в Главе 5.

В завершение данного рассмотрения репутационных механизмов в NCQ мы хотели бы еще раз подчеркнуть, что ключевым фактором в них является ожидание подрядчиком будущей прибыли[138]. С помощью этого наблюдения можно определить ситуации, в которых репутационные механизмы дают сбой, например, когда поставщик обладает очень ограниченным временем для осуществления своей деятельности, что может произойти в случае затруднений, ведущих к банкротству. В этой ситуации поставщику нечего терять в результате разочарования покупателя и сокращения затрат на обеспечение качества. Следовательно, если покупатель планирует применять репутационные механизмы для стимулирования качества, ему следует предусмотреть такую процедуру предварительного отбора, которая позволит не только ограничить участие поставщиков для увеличения будущей прибыли, но также и исключить из пула участников всех поставщиков, находящихся в тяжелом финансовом положении и нечувствительных к силам репутации[139].

4.5. Выводы

В этой главе была рассмотрена теория и практика составления закупочных контрактов с целью составления простых практических рекомендаций по выбору наиболее подходящей к каждой ситуации формы контракта. В первой части было показано, как разнообразие типов контрактов усложняет выбор необходимой контрактной среды для закупщика. Были проиллюстрированы условия, в которых определенные типы контрактов применимы лучше прочих и где общие линейные поощрительные контракты являются эффективным компромиссным решением для необходимой мотивации эффективности подрядчика, с одной стороны, и распределением рисков в случае непредвиденных событий, с другой.

Далее были рассмотрены инструменты, которые покупатель может использовать для получения адекватной степени контроля над неконтрактуемыми параметрами на различных этапах закупочного процесса, в особенности, на стадии отбора (например, путем ограничения конкуренции по цене) и в течение исполнения поставки (например, путем бонусов, продления контракта, репутационных механизмов, двухканального снабжения и прочих конкурентных инструментов). Эти методы сопровождаются определенными затратами и должны быть использованы с осторожностью, особенно когда неконтрактуемые параметры закупки играют очень важную роль.

Краткий обзор литературы

Общий, хотя и несколько техничный анализ составления оптимальных формальных договоров приводится в книге [Laffont, Tirole, 1993].

Существует также сравнительно недавнее исследование [Bolton, Dewatripoint, 2004], включающее техническое рассмотрение развития теории оптимальных контрактов, в том числе и неполных и неформальных (негласных) контрактов. Неформальные контракты и оптимальная длительность контракта рассматриваются в работах [Guriev, Kvasov, 2005; Calzolari, Spagnolo, 2005] и других. Двухканальное снабжение как инструмент повышения эффективности является предметом обсуждения в статье [Richardson, 1993], в то время как в исследовании [Dalen et al., 2004] уделяется внимание роли продления контрактов. В работе [Kelman, 2002] предлагается подробное, но изложенное в простой форме обсуждение роли прошлой эффективности и репутации в государственных закупках США. Для практических рекомендаций по поводу стратегии составления контрактов в госзакупках США см. FAR (2005).

Источники

Anderlini L., Felli L. Should Courts Always Enforce What Contracting Parties Write? 2005. Mimeo.

Anton J.J., Yao D.A. Second Sourcing and the Experience Curve: Price Competition in Defense Procurement // RAND Journal of Economics. 1987. Р. 57–76.

Banfield E.C. Corruption as a Feature of Governmental Organization // Journal of Law and Economics. 1975. 58. Р. 587–605.

Baumol W.J., Panzer J., Willig R.D. Contestable Markets and the Theory of Industrial Structure. Harcourt Brace and Jovanovitch, 1986.

Bolton P., Dewatripoint M. Contract Theory. Cambridge, MA: The MIT Press, 2004.

Calzolari G., Spagnolo G. Reputational Commitments and Collusion in Procurement. University of Bologna and Consip, 2005. Mimeo.

Dalen D.M., Moen E.R., Riis C. Contract Renewal and Incentive in Public Procurement: CEPR Discussion Paper № 4540. 2004.

Doni N. L’affidamento mediante gara di contratti pubblici: l’importanza della reputazione (with English summary) // Politica Economica. 2005. 21 (2). Р. 307–335.

EC. On the Coordination of Procedures for the Award of Public Works Contracts, Public Supply Contracts and Public Service Contracts / Directive 2004/18/EC of the European Parliament and of the Council, 31 March 2004.

Ellman M. The Optimal Length of Contracts with Application to Outsourcing. Universdad Pompeu Fabra, 2005. Manuscript.

Ewerhart C., Fieseler K. Procurement Auctions and Unit-price Contracts // RAND Journal of Economics. 2003. 34 (3). Р. 568–580.

General Service Administration, Department of Defense and National Aeronautics and Space Administration. Federal Acquisition Regulation. 2005. Vol. I.

Fehr E., Brown M., Falk A. Relational Contracts and the Nature of Market Interactions // Econometrica. 2004. 72 (3). Р. 747–780.

Guerrero J.C., Kirkpatrick C.J. Evaluating Contractor Past Performance in the United States // Public Procurement Law Review. 2001. 10. Р. 243–259.

Guriev S.M., Kvasov D. Contracting on Time // American Economic Review. 2005. 95 (5). Р. 1369–1385.

Holmostrom B. Managerial Incentive Problems: A Dynamic Perspective // Review of Economic Studies. 1979. 66 (1). Р. 169–182.

Iossa E., Legros P. Auditing and Property Rights // The Rand Journal of Economics. 2004. 35. Р. 356–372.

Kim I.G. A Model of Selective Tendering: Does Bidding Competition Deter Opportunism by Contractor? // The Quarterly Review of Economics and Finance. 1998. 38. Р. 907–925.

Kelman S. Procurement and Public Management: The Fear of Discretion and the Quality of Government Performance. Washington, DC: American Enterprise Institute Press, 1990.

Kelman S. (2002). Remaking Federal Procurement: Working Paper № 3. Visions of Governance in the 21st Century Program, Kennedy School of Goverment.

Published as Remaking Federal Procurement, Public Contracts Law Journal. Summer 2002.

Laffont J., Tirole J. Auctioning Incentives Contracts // Journal of Political Economy. 1987. 95 (5). Р. 921–937.

Laffont J., Tirole J. A Theory of Incentives in Regulation and Procurement. Cambridge, MA: MIT Press, 1993.

Lyon T. Does Dual Sourcing Lower Procurement Costs? // The Journal of Industrial Economics. 2006. Vol. 54 (2). Р. 223–252.

Lyon T.P. Does Dual Sourcing Lower Procurement Costs? Mimeo Kelley School of Business. Indiana University, 2000.

Manelli A., Vincent D.R. Optimal Procurement Mechanisms // Econometrica. 1995. 63 (3). Р. 591–620.

McAfee R.P., McMillan J. Bidding for Contracts: A Principal-Agent Analysis // The Rand Journal of Economics. 1986. 17 (3). Р. 326–388.

McAfee R.P., McMillan J. Competition for Agency Contracts // The RAND Journal of Economics. 1987. 18 (2). Р. 296–307.

McMillan J. Games, Strategies and Managers. N.Y., NJ: Oxford University Press, 1992.

National Audit Office. Improving Public Services through Better Construction. National Audit Office, HC 209, 2005.

Neeman A., Orosel G. Contestable Licensing // Contributions to Economic Analysis & Policy. 2004. 3 (1). Article1. (http://www.bepress.com/bejeap/contributions/vol3/iss1/art1)

Office of Federal Procurement Policy (Office of Management and Budget Executive Office of the President). Best Practices for Collecting and Using Past Performance Information. 2000. (www.acqnet.gov/Library/OFPP/BestPractices/pbsc/library/OFPPbp-collecting.pdf)

Richardson J. Parallel Sourcing and Supplier Performance in the Japanese Automotive Industry // Strategic Management Journal. 1993. 14 (5). Р. 339–350.

Riordan M.H., Sappington D.E.M. Awarding Monopoly Franchises // American Economic Review. 1987. 77 (3). Р. 375–387.

Rob R. The Design of Procurement Contracts // American Economic Review. 1986. 76 (3). Р. 378–389.

Rogerson W.Р. Overhead Allocation and Incentives for Cost Minimization in Defence Procurement // The Accounting Review. 1992. 67 (4). Р. 671–690.

Weitzman М.L. Efficient Incentive Contracts // The Quarterly Journal of Economics. 1980. 94 (4). Р. 719–730.

5 Механизмы поощрения и присуждения контрактов в закупках: конкурентные торги и переговоры

Патрик Баджари, Стив Таделис

5.1. Введение

Промышленные товары, такие как компьютеры, телевизоры и автомобили, являются продукцией массового производства, обладают стандартными характеристиками и обычно закупаются по прайс-листам. Другие товары, такие как новые здания, реактивные истребители, специальное программное обеспечение или услуги консалтинга, разрабатываются (оказываются) в соответствии с конкретными и часто уникальными потребностями заказчика. Для приобретения подобных заказных товаров закупщик нанимает подрядчика, который может поставить этот товар согласно набору желаемых характеристик. Мы называем это «проблемой закупки» (procurement problem).

«Проблема закупки» привлекает много внимания, как в академических, так и в политических кругах. Основной акцент в академических исследованиях делался на закупки в государственном секторе, во многом из-за их особой важности для экономики[140]. К примеру, на государственные закупки, осуществляемые федеральным правительством, правительствами штатов и местными правительствами, приходится более 10 % ВВП США. Большая часть сделок в частном секторе также контролируется закупочными контрактами. Яркими примерами являются закупки электронных систем, специального ПО, закупки в автомобилестроении и строительстве зданий.

При планировании закупки товаров и услуг закупщик сталкивается с множеством трудностей. Во-первых, он должен точно определить объект закупки: что должно быть закуплено и как описать требования к качеству объекта закупки, чтобы информировать потенциальных поставщиков о своих потребностях. Во-вторых, следует составить контракт, который будет описывать договорные обязательства и методы компенсации (выплаты по контракту, т. е. платежи). В-третьих, закупщику необходимо решить, каким образом будет присуждаться контракт одному из потенциальных поставщиков. Наконец, механизм присуждения контракта должен способствовать выбору квалифицированного и наиболее предпочтительного поставщика, а также реализации экономически эффективного конечного продукта.

В контексте последних двух пунктов конкурентные торги широко признаны как привлекательный закупочный механизм, имеющий преимущества по нескольким причинам[141]. В основном, они рассматриваются как процедура, позволяющая стимулировать и продвигать конкуренцию. По своей природе открытые конкурентные торги привлекают потенциальных поставщиков из многих отраслей. Более того, в условиях конкуренции со стороны большого количества потенциальных поставщиков каждый из них имеет мотивацию не раздувать свои цены. Действительно, открытие справедливой рыночной цены часто называется в числе главных достоинств конкурентных торгов. Открытые конкурентные механизмы также отличаются прозрачностью, что облегчает предотвращение коррупции, как в государственном, так и в частном секторах, где у менеджеров по закупкам могут появиться стимулы обойти систему в обмен на взятки и иные нелегальные бонусы. Данные характеристики вкупе с аргументами в пользу равных возможностей оправдывают появление таких законодательных актов, как Правила закупок для федеральных нужд (FAR), поддерживающих и поощряющих использование конкурентных торгов в госзакупках США.

Примечательно, что в частном секторе одинаково широко распространены как конкурентные торги, так и переговоры. К примеру, с 1995 по 2000 гг. 44 % всех проектов строительства нежилых зданий в Северной Калифорнии для частного сектора были осуществлены через переговоры и только 18 % проектов было осуществлено путем открытых тендерных процедур. Использование переговоров с единственным поставщиком распространено и в сфере высоких технологий и программного обеспечения, а также в оборонных закупках. Эта глава служит основой сравнительного анализа конкурентных торгов и переговоров и связывает механизм присуждения контракта с процедурами платежей по контракту. В частности, сделана попытка анализа, в каких случаях конкурентные торги с присуждением контракта с фиксированной ценой оказываются эффективней переговоров с заключением контракта типа «издержки плюс», а в каких наоборот.

Для раскрытия перспективы этой главы стоит отметить, что в основном экономический анализ описывает закупочную проблему следующим образом. Поставщик обладает информацией о производственных издержках, которой нет у закупщика. Таким образом, закупщик использует искусные способы, для того чтобы сделать вывод о затратах поставщика, предлагая ему на выбор много потенциальных проектов с целью заставить его выбрать именно тот проект, который действительно будет реализован[142].

Тем не менее исследователи и практики инжиниринга и управления строительством утверждают, что основной проблемой в закупках является не то, что поставщики знают гораздо больше закупщиков о продукции (т. е. имеет место факт сильной асимметричности информации между поставщиком и закупщиком) на старте проекта, но то, что и для закупщика, и для поставщика возрастает доля неопределенности исполнения работ и возникает множество важных конструктивных изменений проекта уже после подписания контракта и начала производства. Данные изменения обычно происходят в результате неудачного дизайна закупок, непредвиденных обстоятельств и изменений в законодательных требованиях[143].

Хорошим подтверждением значимости адаптации ex post является строительство музея «Центр Гетти» в Лос-Анджелесе. Это здание площадью 24 акра (9,7 га) и стоимостью в 1 млрд долл. строили более восьми лет[144]. Дизайн проекта был изменен из-за сложно предсказуемых особенностей участка. Геологическая структура проекта включала каньоны, плоскости скольжения и линии тектонического нарушения, вызванные землетрясениями; безусловно, все это создавало большие трудности команде архитекторов и подрядчиков. К примеру, из-за ошибки подрядчика был неожиданно вызван оползень, сдвинувший около 75000 кубических ярдов (57340 м^3) земли. Еще больше разрушений принесло землетрясение 1994 г. Трещины, появившиеся в сварных швах стальной рамы здания, заставили подрядчиков провести переоценку адекватности использованных стандартов проектирования в сейсмичных районах. Проектную документацию также пришлось изменить из-за изменений в законодательстве – получение разрешения на эксплуатацию здания потребовало добавления 107 дополнительных элементов. Тем не менее логично заключить, что по мере возникновения проблем именно у подрядчика находилась основная информация касательно затрат и методов внедрения изменений. Более свежим и вызвавшим еще больше споров примером является «Большой туннель» в Бостоне[145]. В этом проекте 12000 изменений и поправок к 150 контрактам на проектирование и строительство привели к превышению бюджета на 1,6 млрд долл. В основном изменения были вызваны неудовлетворительной проектной документацией и отличными от ожидаемых условиями местности[146].

Исходя из данных наблюдений, можно сказать, что проблема закупок действительно заключается скорее в сглаживании возможных изменений контракта или обходе адаптации контракта после начала проекта, нежели в раскрытии информации поставщиком до выбора проекта. В этой главе мы утверждаем, что форма контракта и механизм его присуждения может смягчить эту проблему закупок. В частности, компромисс между стимулами к снижению затрат и стимулами к осуществлению изменений и обмену информацией станет ключевым аргументом в пользу того или иного контрактного решения.

Мы утверждаем, что простые закупки, которые, по определению, несложно проектировать и в которых с достаточной определенностью ясно, что необходимо сделать, должны проводиться с использованием контрактов с фиксированной ценой, проектироваться как можно точнее (чтобы избежать необходимости адаптации) и присуждаться путем конкурентных торгов. Сложные закупки, которые, напротив, сложно спроектировать и которые полны сюрпризов в своей финальной конфигурации, следует проводить с использованием контрактов «издержки плюс», их стоит проектировать с малой степенью полноты проекта (с тем расчетом, что в ходе развития проекта понадобится его адаптация) и присуждать в ходе переговорного процесса квалифицированному поставщику с хорошей репутацией[147].

Идея наших рекомендаций была вызвана постоянной необходимостью выбора между стимулированием снижения затрат и предотвращением дорогостоящих и трудоемких переговоров, следующих за появлением необходимости в изменениях. Сильные стимулы к снижению затрат, заключенные в контрактах с фиксированной ценой, приведут к тому, что в момент переговоров по внесению изменений в договор и проект стороны не будут иметь возможности к проявлению гибкости. Потеря эффективности часто происходит из-за споров по поводу цены, в то время как настоящая проблема текущего поставщика заключается в желании использовать необходимость изменений для своей выгоды. Напротив, контракты «издержки плюс» не способствуют мерам по снижению затрат, но облегчают процесс переговоров по внесению изменений и адаптации начальных требований контракта[148].

Мы продолжаем утверждать, что выбор процедуры платежа (фиксированная цена или «издержки плюс») связан с последующим решением, которое должен принять закупщик: присудить ли закупочный контракт путем конкурентных торгов или переговоров с потенциальным поставщиком.

Хотя данное исследование было ориентировано, в первую очередь, на практику частных закупок, в нем также содержатся рекомендации для государственного сектора. В США в государственных закупках, обычно проводимых в соответствии с FAR, принято использовать процедуру конкурентных торгов. К примеру, с 1995 по 2000 гг. 97 % строительных проектов для государственного сектора в Северной Калифорнии были осуществлены путем проведения конкурентных торгов. Преимуществом конкурентных торгов является беспристрастность при присуждении проектов, однако этот вид процедур неэффективен для адаптации ex post. Соответственно, государственные закупки в сложных проектах подвержены падению эффективности.

Анализ данной проблемы, изложенный в следующем разделе, мы начнем с общего описания процесса выбора закупщиком формы контракта, что затем будет определять закупочные отношения с выбранным поставщиком. Далее рассматривается влияние типа выбранного контракта на использование механизма присуждения. Наконец, будет приведено обсуждение последствий для определения стратегии в бизнесе и в государственных закупках.

5.2. Основы контрактной деятельности

5.2.1. Контрактные компоненты: дизайн и механизмы стимулирования

В этом подразделе мы будем обсуждать и анализировать необходимые действия, предшествующие присуждению контракта, а именно его проектирование. Представим себе закупщика, желающего приобрести проект (товар или услугу) у поставщика. Для облегчения процесса закупки и получения необходимого результата закупщик должен обеспечить поставщика чертежами и основными характеристиками проекта. Это является первым параметром выбора контрактных решений покупателя: сколько следует инвестировать в предварительное проектирование, учитывая, что больший объем инвестиций позволяет повысить точность проекта (технического задания) и полноту характеристик. Безусловно, точность и детализированность проекта снижает необходимость проведения повторных переговоров для внесения изменений после того, как начался процесс закупки.

Зачастую непомерно дорого подготовить полный проект, включающий все необходимые чертежи и указания, описывающие необходимые потребности закупщика. Другими словами, всегда есть вероятность возникновения непредвиденных обстоятельств, на счет которых не существует инструкций, либо которые не предусмотрены чертежами. Это, в свою очередь, означает, что оговоренное изначально задание (план) может не привести к успешному завершению проекта, и закупщик может не получить ожидаемого результата закупок. Мы называем эту проблему неполнотой контракта (contractual incompleteness), поскольку она связана с тем, что предварительный проект и характеристики не отличаются полнотой и не являются точным описанием всего задания, а также не дают полного руководства к действию в случае любых неожиданностей[149].

Неполнота контракта в проекте зависит не только от первоначального объема инвестиций в предпроектные изыскания, но также и от того, насколько выбранный тип проекта подвержен влиянию непредвиденных изменений. Такие непредвиденные обстоятельства могут быть вызваны изменениями технологического или законодательного характера, которые слишком сложно предугадать и предусмотреть либо слишком дорого попытаться включить в предварительные проектные изыскания и учесть в проекте. Для реализации этой идеи мы определяем сложность проекта путем оценки стоимости подготовки достаточно полного набора планов, учитывающих большую часть возможных изменений. Чем сложнее проект, тем дороже будут попытки предотвращения неполноты контракта. Таким образом, первое решение закупщика должно относиться к определению необходимой полноты предпроектных работ и соответствующих инвестиций, учитывая известную стоимость проектирования и количество неконтролируемых событий, влияющих на продвижение проекта.

Вторым параметром процедуры принятия закупочных решений является выбор структуры платежей по контракту. Большинство закупочных контрактов являются разновидностями простых контрактов с фиксированной ценой или «издержки плюс». В первом типе контрактов закупщик предлагает подрядчику предварительно оговоренную цену для завершения проекта в оговоренных объемах; любые изменения обсуждаются отдельно по мере возникновения. Контракты «издержки плюс» не включают конечную цену, а скорее компенсируют подрядчику затраты (времени и материалов) и начисляют дополнительную оговоренную комиссию («плюс»). В контрактах «издержки плюс» затраты на непредвиденные изменения уже автоматически встроены в структуру договора[150].

5.2.2. Стоимость и преимущества стимулов

Мы находимся на этапе, когда можно отобразить особенности компромисса, возникающего в результате выбора того или иного метода платежей. Начнем с предпосылки об отсутствии каких-либо изменений в оригинальном проекте и о том, что он проходит в точном соответствии с документацией. Если используется контракт с фиксированной ценой, то все затраты на его исполнение несет поставщик. Это, безусловно, означает, что поставщик обладает сильными стимулами к снижению производственных издержек и некоторые способы стимулирования может переложить на закупщика посредством конкурентного давления[151] (в ходе конкурентных торгов. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой).

В отличие от этого, если применяется контракт «издержки плюс», поставщик уверен, что любые дополнительные издержки, которые он понесет, будут полностью возмещены и могут даже привести к получению небольшой прибыли (если комиссия основана на доле от затрат). Таким образом, у поставщика будут отсутствовать стимулы к снижению издержек производства, и нет таких затрат, которые могут быть перенесены на закупщика (во время закупки. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой).

В целях сравнения представим идеальную ситуацию, в которой проектная документация и спецификации закупки не оставляют места для неполноты. К примеру, представим, что все случайности предсказуемы и предусмотрены и исполнение контракта в соответствии со спецификацией легко проверить по его завершении. Для подобной идеальной ситуации предыдущие наблюдения позволяют сделать следующий вывод.

Практический вывод 1.

Если неполнотой контракта можно пренебречь, а исполнение легко проверяется, следует выбирать контракты с фиксированной ценой.

Это простое наблюдение является прямым следствием стимулирования, предусмотренного обоими методами платежа[152]. Когда единственным значимым параметром для закупщика являются затраты, он, безусловно, старается их минимизировать, что достигается только внедрением сильного механизма стимулирования подрядчика.

Отметим, однако, что в Практическом выводе 1 были упомянуты два важных условия выбора типа контракта с фиксированной ценой. Первым является ничтожность неполноты контракта. Это значит, что закупщик может избежать необходимости внесения массы изменений и модификаций после начала проекта и не потребуется дополнительного проектирования или переговоров для исполнения контракта в соответствии с потребностями покупателя. Вторым условием выбора является легкость проверки степени исполнения контракта. Это значит, что закупщик может легко определить любые отступления от плана и заявленных характеристик, а также случаи занижения оговоренного качества. Более того, факт возможности проверки исполнения контракта означает, что любые перечисленные отклонения могут являться основанием для отсрочки платежа поставщику. Это служит гарантией стимулирования поставщика обеспечить необходимое качество и удовлетворить все требования закупщика для получения своевременных платежей.

Теперь представим, что это второе условие выбора невыполнимо. К примеру, аспекты качества, которые либо невозможно выявить, либо, если закупщику удается их обнаружить, нельзя использовать как причину отсрочки платежа, поскольку эти аспекты не могут быть проверены третьими сторонами (арбитражным судом). Если, к тому же, поставщик имеет возможность сэкономить и сократить затраты, снизив качество по указанным параметрам, очевидно, что дополнительные стимулы поставщика к снижению издержек будут создавать напряженную ситуацию требуемого исполнения контракта. В частности, экономя на определенных аспектах исполнения, не указанных в рамках контракта, поставщик может снизить свои затраты и повысить прибыльность.

Практический вывод 2.

Если невозможно или слишком дорого проверить важные показатели исполнения контракта, и если подрядчик имеет возможность сэкономить на качестве, стоит использовать контракты типа «издержки плюс».

Второй практический вывод перекликается со старой пословицей: «Что посеешь, то и пожнешь»[153]. Если поставщик ограничен контрактом с фиксированной ценой, он будет стимулирован, как отмечалось ранее, к снижению затрат. Когда снижение качества является способом достижения экономии средств, закупщику следует стараться предотвращать подобное поведение, особенно если качество играет важную роль в закупке. Это простое наблюдение обычно учитывается на практике, но может привести к серьезным осложнениям, если о нем забывают. Таким образом, контракты «издержки плюс» обладают тем преимуществом, что позволяют предотвратить стремление поставщика к сокращению затрат путем снижения важных, но непроверяемых аспектов качества.

Также оказывается, что у контрактов «издержки плюс» есть и еще одно привлекательное свойство, признанное многими исследователями и практиками в сфере управления строительством. Речь идет об облегчении внесения изменений и модификаций в изначальные планы и спецификации[154]. К примеру, наиболее распространенным источником изменений в строительстве зданий являются дефекты планов и спецификаций, изменения в размерах проекта и условия площадки, отличающиеся от ожидаемых. Другими словами, неполнота контракта зачастую приводит к необходимости нового обсуждения изначальных спецификаций проекта.

Здравый смысл подсказывает, что в индустриальных проектах контракты с возмещением затрат лучше подходят для облегчения подобных изменений и снижения напряжения между закупщиком и подрядчиком, когда необходимо эти изменения обсуждать. Для подтверждения этой мысли представим ситуацию, в которой на определенной продвинутой стадии развития проекта обнаруживается, что оригинальные планы и спецификации оказались неверными либо же в них недостает указаний касательно возможных непредвиденных обстоятельств, которые уже возникли.

Рассмотрим последствия использования контракта с фиксированной ценой в этой ситуации, когда закупщик требует от поставщика внесения изменений в изначальный проект. Наличие оригинальных планов и фиксированной оплаты создают специфическую ситуацию: поставщик привязан к существующему проекту и не обязан соглашаться на изменения, предлагаемые закупщиком. Таким образом, о любых изменениях закупщик вынужден дополнительно договариваться. Его целью является внесение изменений с наименьшими затратами и максимальным удовлетворением своих нужд, в то время как поставщик старается любым способом увеличить свою прибыль. Поставщик имеет возможность извлечь выгоду из сложившейся ситуации, так как он оказывается в уникальной ситуации: он в состоянии задержать закупщика, аргументируя это ходом проекта, и освобожден от влияния конкурентов, чье наличие могло бы его ограничить. Зная это, закупщик может ожидать завышенных счетов, и скорее всего обе стороны ввяжутся в затяжные переговоры.

Кроме того, рассмотрим влияние контракта «издержки плюс» на такую же ситуацию. В отличие от специфического характера контракта с фиксированной ценой, контракт «издержки плюс» имеет встроенный механизм возмещения поставщику любых необходимых изменений и дополнительных затрат[155]. Другими словами, отсутствие стимулов к снижению затрат гарантирует беспроблемное внедрение изменений, когда необходимость в них возникает из-за неполноты контракта.

Практический вывод 3.

Если неполнота контракта ожидаема и необходимость гибкости для внесения изменений предсказуема, то следует использовать контракты «издержки плюс».

Мы предлагаем завершить данный раздел рекомендацией, которая следует из рассмотренного компромисса между инвестированием в проектные работы и выбором схемы возмещения затрат подрядчика и которой может следовать закупщик, осуществляя этот нелегкий выбор. Вспомним, что проект называется сложным (комплексным), если закупщик ожидает, что его будет сложно описать, специфицировать и отслеживать; довольно полное описание проекта будет сложно или невозможно составить. Напротив, проект является несложным, если его подготовка является простой и недорогой, а его исполнение легко предсказать и отследить. Поскольку стоимость предпроектных работ и работы инженеров является неотъемлемой частью общей стоимости проекта, можно сделать следующий вывод.

Практический вывод 4.

При осуществлении несложных проектов следует использовать полные инвестиции в предпроектные работы и контракт с фиксированной ценой.

При осуществлении комплексных проектов следует использовать контракты «издержки плюс» и минимизировать инвестиции в предпроектные работы.

Стоит объяснить причину, по которой следует экономить на предпроектных работах в случае осуществления комплексного проекта. На первый взгляд может показаться, что комплексные проекты требуют приложения дополнительных усилий для внесения максимального количества деталей в проектное решение. Тем не менее сложность подобных проектов подразумевает необходимость постоянных изменений по ходу их осуществления, вне зависимости от полноты проектного решения. Таким образом, при использовании контракта «издержки плюс» преимущества дополнительных предпроектных работ невелики, так как внесение изменений после наступления непредвиденных обстоятельств не является затратным. Вместе с тем необходимо все же провести определенные работы по планированию, для того чтобы установить степень полноты проекта для его успешного развития.

Теперь, поскольку удалось установить рамки контрактов и рассмотреть особенности компромисса, перед которым закупщик встает при планировании структуры контракта, авторы предлагают изучить связь между структурой контракта и механизмом его присуждения.

5.3. Конкурентные торги и переговоры

Мы продолжаем утверждать, что выбор структуры платежей по контракту должен быть связан с выбором механизма присуждения контракта, точнее, с выбором между процедурой конкурентных торгов и переговорами с выбранным поставщиком. Для начала вспомним известные преимущества конкурентных торгов. Во-первых, они способствуют развитию конкуренции между потенциальными поставщиками. Во-вторых, такая процедура подразумевает определенную прозрачность, что помогает предотвратить фаворитизм и коррупцию. Вопрос в таком случае заключается в следующем: по какому принципу отбираются заявки, и в каком виде они должны подаваться?

Представим несложный проект, в котором закупщик, следуя Практическому выводу 4, решает инвестировать в подготовку достаточно полной проектной документации и использовать контракт с фиксированной ценой. Это значит, что закупщик в состоянии предоставить очень подробное описание проекта потенциальным поставщикам, и все, что он желает получить взамен, это единая цена, которая будет выплачена по завершении проекта в соответствии с планами и спецификациями. В этой ситуации процедура конкурентных торгов будет иметь все преимущества для закупщика. Поставщики будут вынуждены снижать свои цены и отказываться от сверхдохода, а закупщик получит то, что желал: строго определенный проект с минимальной ценой исполнения. Если же, напротив, он решит провести переговоры по цене с единственным поставщиком, конкурентное давление будет ослаблено и закупщику не удастся достичь желаемой экономии затрат.

Практический вывод 5.

Для простых и четко определенных проектов следует выбирать контракт с фиксированной ценой, присуждаемый в результате конкурентных торгов.

Теперь рассмотрим другой случай – комплексный проект с неполным описанием, по которому закупщик планирует премии поставщику, используя контракт с возмещением затрат. Большинство практиков легко согласились бы, что «контракт издержки плюс плохо сочетается с процедурой торгов», а в секторе управления строительством «большая часть присуждаемых контрактов должна быть типа издержки плюс комиссия»[156].

С целью попытки использования конкурентных торгов для присуждения контракта с возмещением затрат можно предложить поставщикам соревноваться по части «плюс» (фиксированной комиссии). В этом случае закупщик имеет возможность выбрать поставщика, который запрашивает минимальную компенсацию своих услуг управления, а производственные издержки на труд и материалы будут автоматически покрываться за счет контракта. Вместе с тем, поскольку «плюс» чаще всего является небольшой долей затрат, подобный способ выбора подрядчика для исполнения сложного и комплексного проекта может привести к провалу.

Для подтверждения этого попробуем проанализировать, что станет определяющим фактором при выборе поставщиком размера желаемого возмещения для подачи заявки. Очевидно, что поставщик не пожелает довольствоваться меньшей суммой, чем он мог бы получить при выполнении какого-либо альтернативного задания. Более эффективные поставщики, безусловно, по умолчанию обладают лучшими альтернативными возможностями, чем неэффективные с точки зрения затрат, поэтому их заявка на комиссию в контракте «издержки плюс» будет выше. Данный аргумент подразумевает, что в конкурентных торгах на присуждение контракта с возмещением затрат выиграет наименее эффективный и способный поставщик. Более того, поскольку сложные (комплексные) проекты, связанные с рассматриваемыми контрактами, требуют участия наиболее опытных поставщиков, привлечение слабого поставщика будет катастрофой.

Вместо проведения конкурентных торгов закупщик может изучить рынок для выхода на наиболее достойных поставщиков и затем выбрать одного из них для проведения переговоров с целью установления размера комиссии. Кроме того, поскольку комиссия будет выражаться в небольшой доле затрат, отсутствие конкурентного давления на поставщика не повлияет на общие издержки.

Практический вывод 6.

Для осуществления сложных (комплексных) и недостаточно специфицированных проектов следует выбирать контракт типа «издержки плюс», присуждаемый в ходе переговоров с одним надежным поставщиком (имеющим хорошую деловую репутацию).

Мы описали связь между выбором структуры контрактных платежей и способом присуждения контрактов. Стоит добавить, что существует еще один аргумент в пользу выбора процедуры переговоров с достойным поставщиком вместо конкурентных торгов в случае осуществления комплексных проектов. По мнению практиков закупок, конкурентные торги подавляют возможность ценного взаимодействия между закупщиком и потенциальным поставщиком до завершения исполнения технического задания (спецификаций) проекта. Отметим, что первичной и основной информацией, которую закупщик получает от поставщика в конкурентных торгах, является тендерное предложение. У поставщика отсутствуют стимулы предлагать закупщику решения по оптимизации и улучшению планов. На самом деле поставщик, наоборот, будет мотивирован сохранить при себе любые замечания по проекту, поскольку это даст ему определенное конкурентное преимущество.

К примеру, в строительной отрасли распространено мнение, что при проведении конкурентных торгов с присуждением контракта с фиксированной ценой подрядчики заранее проверяют планы и спецификации проекта на предмет дефектов. Предположим, что один из подрядчиков обнаружил недостаток в планах, который может привести к изменениям и дополнительным работам стоимостью в 1 млн долл., а другие подрядчики этот дефект не увидели. Наш предприимчивый подрядчик постарается предложить в ходе торгов меньшую сумму, чем его коллеги, не увидевшие дефекта, и выиграет тендер. Таким образом, конкурентные торги могут привести к оппортунистическому поведению даже перед началом проекта; данная проблема тем серьезнее, чем сложнее сам проект. После получения контракта этим подрядчиком в проекте произойдут ожидаемые сбои, и он сможет получить чрезмерную прибыль из сложившейся ситуации.

Тем не менее в процессе переговоров обычно большое количество времени уделяется обсуждению проекта между закупщиком и подрядчиком до начала работ. Во время подобных переговоров закупщик может узнать мнение подрядчика о том, каким образом можно улучшить план работ; поэтому переговоры предпочтительней конкурентных торгов. В литературе строительной отрасли обычно указывается, что одним из преимуществ контрактов «издержки плюс» и переговоров является то, что закупщики и подрядчики посвящают больше времени совместному обсуждению проекта и определению основных его слабых мест до начала работ[157].

Практический вывод 7.

В комплексных проектах, где очень важны мнение и корректировки опытного поставщика на стадии проектирования, следует использовать контракты «издержки плюс» с присуждением контракта в процессе переговоров с надежным поставщиком, имеющим хорошую деловую репутацию.

Мы завершаем данный раздел несколькими наблюдениями и рекомендациями для проектов, которые сложно отнести к той или иной категории сложности и для которых выбор структуры контракта и способа его присуждения неочевиден. Во-первых, следует учитывать влияние рыночных условий на выбор контракта и механизма присуждения. Известно, что преимущества конкурентных торгов обычно зависят от количества квалифицированных участников. В частности, чем больше потенциальных поставщиков могут принять участие в торгах, тем больше эффекта от конкуренции между ними.

Практический вывод 8.

Для проектов средней сложности, которые могут быть подготовлены со средними издержками:

• если на рынке присутствует большое число потенциальных поставщиков, следует инвестировать в как можно более полные проектные изыскания и присуждать контракт с фиксированной ценой путем конкурентных торгов;

• если же потенциальных поставщиков немного, то стоит сэкономить на проектных работах и выбрать контракт «издержки плюс», обговоренный с одним опытным поставщиком.

Наконец, следует рассмотреть различие между открытыми торгами, в которых любой поставщик может подать заявку, и закрытыми торгами, в которых можно принять участие лишь «по приглашениям». Чтобы проанализировать возможные расхождения между этими процедурами, рассмотрим отклик поставщиков на запрос тендерных предложений для осуществления комплексного, но довольно полно подготовленного проекта. Подготовка предложения будет тем труднее и затратнее, чем крупнее и сложнее проект. Если опытные квалифицированные поставщики ожидают конкуренции со стороны мелких и низко квалифицированных, они могут просто не захотеть тратить время и деньги на подготовку заявки.

Следовательно, закупщик не сможет привлечь квалифицированных поставщиков, если в ходе торгов ожидается сильная ценовая конкуренция. Если же закупщику удается пресечь доступ к участию в тендере со стороны менее квалифицированных поставщиков и тем самым ограничить конкуренцию, тогда у квалифицированных поставщиков появятся стимулы к подготовке заявки и участию в конкурентной борьбе[158].

Практический вывод 9.

При осуществлении проектов средней сложности и наличии нескольких квалифицированных участников торгов, для которых подготовка предложений связана со значительными затратами, следует использовать контракт с фиксированной ценой, присужденный в результате конкурентных торгов между ограниченным числом поставщиков.

5.4. Обсуждение

5.4.1. Уроки для бизнес-стратегии

Основные преимущества конкурентных торгов широко известны: развитие конкуренции и противодействие коррупции. Мы пролили свет на некоторые издержки, возникающие в связи с использованием этой популярной процедуры. Действительно, в недавно проведенном исследовании контрактов, заключенных в строительной отрасли в Северной Калифорнии[159], мы показали, что в частном секторе широко распространено использование переговоров. В частности, более 43 % из более чем 4 тыс. контрактов в частном секторе, заключенных в период 1995–2000 гг., были присуждены посредством переговоров с единственным поставщиком, и только 18 % присуждались по результатам конкурентных торгов (остальные контракты в большинстве своем присуждались с использованием группы приглашенных участников). Анализ данных показывает, что принимаемые на практике решения соответствуют теоретическим выводам, сделанным нами ранее.

Как уже говорилось, существует две причины, по которым контракты «издержки плюс», присуждаемые в результате переговоров, могут быть эффективнее контрактов с фиксированной ценой, присуждаемых в ходе конкурентных торгов. Во-первых, это необходимость гибкости и изменений неполной проектной документации в сложных (комплексных) проектах. Решением этой проблемы является выбор контракта «издержки плюс», который не может быть разумно присужден в ходе конкурентных торгов. Во-вторых, по утверждению многих отраслевых специалистов, это использование знаний и опыта подрядчика перед завершением разработки проекта и началом строительства. Как уже говорилось, если проект присуждается по результатам конкурентных торгов, у подрядчика имеются стимулы скрыть информацию о возможных дефектах, подать низкое предложение и получить дополнительную прибыль по мере возникновения необходимости внесения изменений.

Рассматриваемая закупочная проблема актуальна всегда, будь то в случае закупки тормозной системы производителем автомобилей, приобретения услуг информационных технологий бухгалтерской фирмой или услуг по сбору и переработке мусора городской администрацией. Эта проблема также связана с проблемой организации производства «make-or-buy» (сделай сам или купи), заключающейся в выборе между внутренним производством определенных товаров или услуг и их аутсорсингом. В случае повторяющихся многократно закупок товаров и услуг внутренняя организация производства может восприниматься как покупка времени сотрудников и прямая оплата входящих данных, в своем роде ряд контрактов с возмещением затрат (когда комиссия не тратится, а зачисляется в счет прибыли организации). В противном случае аутсорсинг сделок по предварительно установленной цене зависит от производственных характеристик товаров и услуг[160].

Наш анализ приводит к выводу, что в случае долгосрочных и регулярных закупок несложные товары и услуги должны быть переданы на аутсорсинг с помощью контрактов с фиксированной ценой, а комплексные продукты следует производить внутри организации, как если бы их закупка проходила по контракту «издержки плюс». Дополнительным преимуществом внутреннего производства является также и то, что закупщик сохраняет контроль над процессом. Это действительно может быть важно в случае реализации комплексных проектов, когда гибкость и организация необходимы на всех этапах производства. Простое наблюдение показывает, что в большинстве случаев у сотрудников имеется набор указаний, определяющий объем работ, однако эти указания чаще всего выражены в устной форме и не описаны в контракте. С внешними подрядчиками, напротив, заключаются как можно более детальные контракты, а соответствие им проверяется относительно формальных контрактных спецификаций.

5.4.2. Рекомендации для государственных структур

В государственном секторе такие законодательные документы, как FAR США (а также многочисленные кодексы, составленные по подобию FAR), рекомендуют использование конкурентных торгов, особенно в форме открытых торгов, когда это возможно. К примеру, по результатам проведенного авторами исследования строительной отрасли Северной Калифорнии, о котором было рассказано выше, 97 % проектов в государственном секторе были выиграны в конкурентных торгах. В частном секторе эта цифра составила 18 %. Поскольку компании частного сектора более чувствительны к минимизации затрат, логично заключить, что их поведение соответствует наиболее оптимальному выбору.

Как говорилось выше, процедура конкурентных торгов помогает выбрать наименее затратного подрядчика, предотвратить проявления коррупции и фаворитизма, препятствующие эффективности, а также создать удобную базу для сравнения предложений. Согласно мнению Суда штата Огайо, конкурентные торги «… предоставляют всем равную возможность участия и подачи предложения, препятствуют сговорам, экономят средства налогоплательщиков… Торги способствуют честной конкуренции, целью которой является получение наилучших результатов работы по наименьшей цене, поскольку речь идет об использовании средств налогоплательщиков. Эта процедура также необходима для предотвращения проявлений фаворитизма, расточительства, мошенничества и коррупции»[161]. Это основные аргументы для использования конкурентных торгов в государственных закупках.

По нашим наблюдениям, в случае реализации комплексных проектов использование контрактов с фиксированной ценой в сочетании с конкурентными торгами имеет свои недостатки, и более разумным решением может быть предварительный выбор подрядчика и обсуждение условий контракта с ним. Причины недостатков открытых конкурентных торгов заключаются в отсутствии возможности участия подрядчиков на стадии проектирования, в необходимости быстрого развития проекта без возможности подготовить детальные планы и спецификации, а также в связи с ожиданием споров по поводу цены для внесения непредусмотренных изменений после заключения контракта. Поэтому важный практический вопрос государственных закупок заключается в том, можно ли разработать набор объективных правил присуждения контрактов с проведением переговоров, учитывая необходимость минимизации, что в этом случае нелегко, трансакционных издержек, противодействия манипуляциям, коррупции и открытому фаворитизму[162].

Действительно, прозвучало много критики в сторону контрактов LOGCAP, присужденных Армией США компании Haliburton; когда компания выиграла эти контракты «издержки плюс» без конкурентных торгов. По данным внутренних источников Haliburton, компания не имела ни малейшей мотивации к снижению издержек, и ее девизом было: «Не волнуйтесь о затратах, нам все возместят»[163]. Разработка новых правил, которые, с одной стороны, позволили бы использовать гибкие контракты с возмещением затрат, а с другой стороны, позволили бы сохранить контроль над возможным оппортунистическим поведением, выходит за рамки данной статьи. Тем не менее наш анализ показывает возможность увеличения выгоды и существенной экономии средств налогоплательщиков при создании и успешной реализации переговоров по контрактам «издержки плюс» в системе государственных закупок с улучшенным контролем.

Краткий обзор литературы

Приведенный выше анализ в большей степени основан на более раннем труде авторов [Bajari, Tadelis, 2001; Bajari, McMillan, Tadelis, 2006]. Вопрос влияния сложности проекта на выбор между аутсорсингом и собственным производством рассмотрен в работе [Levin, Tadelis, 2006], авторы делают выводы применительно к практике закупок местными органами власти. Попытка измерения влияния трансакционных издержек на изменение контракта в закупках для строительства автодорог была сделана авторами [Bajari, Houghton, Tadelis, 2006]. На схожую тему написан доклад [Chakravarty, McLeod, 2004], в котором показано, что текущие контракты, используемые Американским архитектурным институтом, эффективно решают проблему закупок в крупных комплексных проектах, где неизбежны непредвиденные обстоятельства. Авторы работы [Corts, Singh, 2004] рассматривают взаимосвязь между выбором формы контракта и сложностью проекта в повторяющихся закупках.

В статье [Banerjee, Duflo, 2000] рассматривается взаимосвязь контрактов с возмещением затрат и выбора надежного подрядчика в сфере информационных технологий в Индии.

Классический сравнительный анализ конкурентных торгов и переговоров был выполнен в работе [Bulow, Klemperer, 1996]. Авторы подчеркнули преимущества обеих процедур, но упустили из виду вопрос адаптации контракта к внешним изменениям. В статье [Manelli, Vincent, 1995] вводятся основные понятия вопросов качества и показывается, что переговоры с подрядчиками оказываются эффективнее конкурентных торгов. В работе [McAfee, McMillan, 1986] рассматриваются виды контрактов, заключенных в результате торгов и не являющихся контрактами с фиксированной ценой.

Источники

Bajari P., Tadelis S. Incentives Versus Transaction Costs: A Theory of Procurement Contracts // RAND Journal of Economics. 2001. 32 (3). Р. 387–407.

Bajari P., McMillan R., Tadelis S. Auctions vs. Negotiation in Procurement: An Emprical Analysis: Working Paper. UC Berkeley, 2006.

Bajari P., Houghton S., Tadelis S. Bidding for Incomplete Contracts: Working Paper. University of Michigan and UC Berkeley, 2006.

Baker G. Incentive Contracts and Performance Measurement // Journal of Political Economy. 1992. 100. Р. 598–614.

Banerjee, A.V., Duflo E. Reputation Effects and the Limits of Contracting: A Study of the Indian Software Industry // Quarterly Journal of Economics. 2000. 115 (3). Р. 989–1017.

Bartholomew S.H. Construction Contracting: Business and Legal Principles. Prentice-Hall, Inc., 1998.

Bulow J., Klemperer P. Auctions vs. Negotiations // American Economic Review. 1996. 86. Р. 180–194.

Chakravarty S., MacLeod W.B. On the Efficiency of Standard Form Contracts: The Case of Construction: USC CLEO Research Paper № C04–17. 2004.

Clough R., Sears G. Construction Contracting. N.Y.: Wiley, 1994.

Corts K., Singh J. The Effect of Relationships on Contract Choice: Evidence from Offshore Drilling // Journal of Law, Economics, and Organization. 2004. 20 (1). Р. 230–260.

Getting to the Top: Getty Center Builders Say Elevating Art in L. A. Is No Small Task // Engineering News-Record. 1994. December 12.

Getty Center Wraps Up Eight Years and $1 Billion Later // Engineering News-Record. 1997. October 15.

Hester W.T., Kuprenas J.A., Chang T.C. Construction Changes and Change Orders: their Magnitude and Impact. A report to the Construction Industry Institute, the University of Texas at Austin, under the guidance of the Cost/Schedule Task Force from University of California. 1991.

Hinze J. Construction Contracts. McGraw-Hill Series in Construction Engineering and Project Management. Irwin/McGraw-Hill, 1993.

Holmstrom B., Milgrom P. Multitask Principal-Agent Analyses: Incentive Contracts, Asset Ownership and Job Design // Journal of Law, Economics and Organization. 1991. 7 (0) (Special Issue). Р. 24–52.

Ibbs C.W. et al. Determining The Impact of Various Construction Contract Types And Clauses On Project Performance. Vol. I and II. Austin, Texas: The Construction Industry Institute,1986.

Kerr S. On the Folly of Rewarding A, While Hoping for B // The Academy of Management Journal. 1975. 18 (4). Р. 769–783.

Laffont J.-J., Tirole J. A Theory of Incentives in Procurement and Regulation. MIT Press, 1993.

Levin J., Tadelis S. Contracting for Government Services: Theory and Evidence from the U.S. Cities. Working Paper. Stanford University and UC Berkeley, 2006.

Manelli A., Vincent D. Optimal Procurement Mechanisms // Econometrica. 1995. 63. Р. 591–620.

McAfee R.P., McMillan J. Bidding for Contracts: A Principal Agent Analysis // Rand Journal of Economics. 1986. 17. Р. 326–338.

Sweet J. Legal Aspects of Architecture, Engineering and the Construction Process. Minnesota: West Publishing Company, 1994.

Williamson O.E. The Economic Institutions of Capitalism. N.Y.: Free Press, 1985.

Ye L. Indicative Bidding and a Theory of Two-stage Auctions // Games and Economic Behavior. Forthcoming.

Часть III. Стратегии конкурентных торгов

6. Информация и конкурентные торги

Джан Луиджи Альбано, Никола Димитри, Риккардо Пачини, Джанкарло Спаньоло

6.1. Введение

Как подчеркивали в предыдущей главе Баджари и Таделис, для закупщика, желающего приобрести достаточно стандартизованный и специфицированный в контракте продукт, оптимально способствовать конкуренции среди потенциальных поставщиков. Существует, однако, множество механизмов, которые может использовать закупщик для полного проявления конкуренции. В этой главе рассматриваются и даются практические рекомендации по выбору между закрытым торгами (с закрытыми предложениями) и динамическим аукционом для распределения закупочных контрактов между конкурирующими поставщиками. Далее будет предложен ряд простых стратегий для контроля длительности динамических закупочных аукционов в случаях, когда этот параметр имеет определяющее значение для закупщика.

Решающим фактором для оптимального выбора формата проведения торгов является характер неопределенности и объем различных видов затрат, которые понесет будущий поставщик при выполнении контракта. Таким образом, начнем с примера подобных неопределенных затрат.

Рассмотрим закупку услуг клининга (уборки) для здания крупной компании или государственной структуры. В контракте будет описан ряд услуг, включая уборку офисов, коридоров, а также более сложные работы, например, санитарная обработка лабораторий. В контракте также устанавливается фиксированная сумма, которую подрядчик (подрядчики) будет получать за единицу площади (евро/м^2)[164] вне зависимости от типа здания. Таким образом, цена за единицу услуги будет совпадать для разных типов поверхности; в то же время затраты на выполнение одного и того же задания в разных условиях могут сильно варьироваться. Санитарная обработка лаборатории, например, требует больше опыта и времени, чем уборка офиса с одним столом и парой шкафов.

При оценке стоимости исполнения контракта для подачи тендерного предложения каждый поставщик должен учесть по крайней мере два параметра. Первый параметр касается эффективности поставщика при выполнении каждой из работ, описанных в контракте. Эффективность зависит от опыта осуществления схожих проектов, навыков управления и качества уборочного оборудования. Таким образом, эффективность поставщика связана с частным компонентом его производственных издержек. Частным он является из-за того, что различается по компаниям. Второй параметр относится к способности поставщика точно оценивать состав работ по контракту: уборка небольшого количества крупных офисных зданий требует другой комбинации оборудования, материалов и людских ресурсов, нежели санитарная обработка большого количества небольших лабораторий. Если поставщики не будут полностью информированы о составе работ на момент подачи тендерных предложений, они столкнутся с общей неопределенностью.

Неопределенность касательно общей составляющей стоимости обслуживания контракта имеет значимость, поскольку подрядчик может обнаружить, что «истинная» стоимость исполнения контракта отличается от его первоначальной оценки. Это может произойти, если подрядчик подал заявку на основе излишне оптимистичного видения общей составляющей. В общем, если поставщик не учитывает эту возможность во время подачи заявки на контракт, он может стать жертвой так называемого «проклятия победителя»: другими словами, он может столкнуться с тем, что реальные производственные издержки намного выше прогнозных. С одной стороны, опасность понести дополнительные издержки после подписания контракта может вынудить поставщиков подавать более осторожные предложения, что, в свою очередь, приведет к увеличению стоимости контракта. С другой стороны, неспособность поставщика предугадать «проклятие победителя» может привести к агрессивному поведению на торгах и впоследствии к низкой цене присуждения; в этом случае, однако, низкая стоимость контракта может вынудить подрядчика сократить затраты за счет качества исполнения.

В этой главе мы объясним, как закупщик может извлечь выгоду за счет введения механизма «распространения информации» в случаях, когда актуальна неопределенность общего компонента затрат на обслуживание контракта, а частная информация статистически связана или соотнесена (linked or correlated) с общей составляющей, которой обладают поставщики. Наиболее простым средством распространения информации является форма динамического аукциона (см. раздел 6.3). Формат динамического аукциона, будь он с ростом скидок или баллов либо с понижением цены, позволяет каждому участнику наблюдать за действиями активных конкурентов при различных уровнях цены[165] и, что еще более важно, видеть, при каком уровне цен конкуренты покидают торги. Время выхода из торгов дает информацию об уровне затрат выбывающих участников, таким образом помогая остающимся участником пересматривать свои оценки.

Когда неопределенность почти полностью касается частной составляющей производственных издержек, поставщики разрабатывают свою стратегию поведения на торгах на основе своей частной информации. В этом случае закупщик может использовать формат закрытых торгов (с подачей предложений в закрытом виде), требующий меньших затрат человеческих и финансовых ресурсов, способствующий минимизации риска сговора между поставщиками и имеющий четко определенную длительность (см. раздел 6.2). Длительность торгов может действительно стать ключевым моментом в динамическом аукционе, когда участники очень медленно снижают цены (или повышают скидки). В разделе 6.4 будет описано, каким образом покупатель может оптимизировать динамический аукцион, не теряя преимущества распространения информации.

6.2. Частный и общий компоненты функции стоимости

На стоимость исполнения закупочного контракта влияют несколько факторов. Некоторые из них специфичны, в то время как другие являются общими для всех участвующих поставщиков. Контракт на обеспечение школ топливом для обогрева включает в себя различные издержки распределения, которые зависят от расстояния между каждой отдельной школой и местом хранения запасов топлива поставщиком. Соответственно, издержки распределения уникальны для каждой компании. В то же время, когда поставщики подают заявки на получение контракта, они не способны предугадать эволюцию оптовой цены на топливо (мазут) во время действия контракта. Подобная неопределенность имеет общий характер, так как одинаково относится ко всем поставщикам.

Простым способом учета частной и общей составляющих в затратах поставщика является следующее общее соотношение:

Затраты = C (частные, общие).

Из данного соотношения следует, что, как правило, обе составляющие влияют на производственные издержки. Вместе с тем, формат закупочных конкурентных торгов иногда требует от закупщика выбрать, какой из параметров будет более актуален. Подробнее об этом будет рассказано в следующих двух разделах.

6.2.1. Частная составляющая

Рассмотрим вновь контракт на предоставление клининговых услуг, кратко описанный во Введении, и используем его для иллюстрации того, как частный компонент производственных издержек поставщика влияет на его стратегии во время торгов. Контракт включает в себя две основные составляющие: А) офисы и коридоры и Б) лаборатории. В табл. 6.1 представлена предварительная оценка стоимости уборки одного квадратного метра компанией PROPER, одним из участников тендера. В таблице также указана точная площадь под уборку для обеих категорий А и Б.

Таблица 6.1. Собственные затраты фирмы PROPER при известной общей составляющей затрат

Таким образом, предметом рассмотрения является простейшая конкурентная среда, в которой каждый поставщик четко знает структуру конечного спроса на услуги клининга. Следовательно, тендерное предложение PROPER будет зависеть только от его (частной) составляющей эффективности и, возможно, от его оценки уровня эффективности конкурентов. Контракт на предоставление клининговых услуг для двух типов поверхности присуждается в ходе однолотовых закрытых торгов с резервной ценой в 70 евро/м^2; любая заявка, превышающая данную цену, отклоняется.

Затраты PROPER на обслуживание контракта являются, по сути, средневзвешенной стоимостью каждого из двух элементов, причем вес отражает долю каждого типа поверхности в контракте.

Стоимость единицы = (40 × 30000 + 80 × 10000) / 40000 = 50 евро/м^2.

PROPER может исполнить контракт без потери прибыльности, подав заявку в промежутке между 50 и 70 евро. Точная сумма предложения будет зависеть от его ожиданий касательно предложений других поставщиков. К примеру, если PROPER сталкивается с группой поставщиков, обладающих крупной долей рынка и прочной репутацией высокого опыта в отрасли, он может ожидать сильной конкуренции в ходе торгов. Это, скорее всего, вынудит PROPER приблизить сумму предложения к 50 евро.

6.2.2. Общая составляющая и «проклятие победителя»

Стратегия ведения торгов усложняется, если на общую составляющую производственных издержек влияет фактор неопределенности.

Наиболее простым способом проиллюстрировать данный вывод является введение неопределенности в состав конечного спроса в случае компании PROPER. В табл. 6.2 рассмотрена ситуация, в которой спрос на уборку поверхностей типа А и Б неизвестен никому из участников тендера. Неточность информации о структуре конечного спроса обычно возникает в случае присуждения закупщиком «рамочных контрактов». В этом случае в контракте может быть указано минимальное и максимальное количество единиц товара или услуги, которое может закупить государственная структура. Тем не менее во время проведения торгов неизвестно, какая конкретная организация и каким образом воспользуется рамочным контрактом. Таким образом, структура спроса, т. е. количество и вид различных поверхностей к очистке, неизвестен поставщику в момент подачи заявки.

Таблица 6.2. Затраты фирмы PROPER при неизвестной общей составляющей

Поставщики имеют возможность собрать информацию об обоих типах помещений, рассмотрев подборку зданий. Действительно, PROPER изучила пять зданий и проанализировала площадь, занимаемую офисами, коридорами и лабораториями в каждом. В табл. 6.3 приведены результаты анализа.

Из таблицы следует, что PROPER столкнулась с 1000, 2200, 1600, 500 и 2700 м^2 поверхности типа А, что дает средний показатель в 1600 м^2; помещений типа Б наблюдалось соответственно 80, 120, 100, 140 и 60 м^2 – среднее значение 100 м^2. Более того, информация о предыдущем контракте и других подобных контрактах позволяет PROPER полагать, что данный контракт будет покрывать двадцать зданий. Умножив среднее значение убираемой площади на количество зданий, получаем оценочный показатель в 32000 м^2 для типа А и 2000 м^2 для Б. Если PROPER надо посчитать стоимость единицы, исходя только из наблюдений выборки, то получится следующее:

(40 × 32000 + 80 × 2000) / 34000 = 43,52 евро/м^2.

Таблица 6.3. Подборка зданий, рассмотренных PROPER

Наблюдение выборки вынуждает PROPER переоценивать количество работы, требующее низких затрат на единицу, но недооценивать количество работы, требующее высоких затрат на единицу. В результате, подача заявки с ценой единицы труда от 43,52 до 50 евро приведет к потере прибыльности компании. Подобное наблюдение выборки является скорее благоприятным фактором для контракта, поскольку способствует более агрессивному поведению поставщика, в частности, подаче тендерных предложений ниже уровня цены, на котором реальные издержки компании равняются доходу.

В общем, поставщики обладают разной информацией о структуре спроса, что легко объясняется разницей в выборках зданий, а также и прошлым опытом выполнения подобных контрактов. PROPER, например, относится к группе поставщиков, не обладающих опытом в осуществлении схожих контрактов; напротив, компания CLEANFAST обладает большим опытом участия в закупочных контрактах на услуги клининга и способна точно предугадать объемы уборки помещений типа А и Б.

Если поставщики схожи в отношении внутренней эффективности[166], победителем скорее всего окажется участник, обладающей наиболее благоприятной (оптимистичной) информацией по контракту, т. е. компания, недооценивающая влияние высокозатратных работ и переоценивающая влияние низкозатратных. Почему? Попробуем воссоздать мыслительный процесс руководителей компании PROPER. Предположим, что последняя была твердо убеждена, что все участники торгов, включая ее саму, следуют очень простой стратегии: подаваемая заявка соответствует прогнозированному уровню затрат, основанному на доступной информации, а также включает одинаковую для всех конкурентов постоянную надбавку к цене. Данная стратегия является эвристической, применимой только в определенной степени, и не иллюстрирует «оптимальные» критерии поведения. В общем, некоторые оценки «реальной» стоимости уборки разных типов помещений будут завышены, а некоторые – занижены по отношению к «реальной» стоимости. Учитывая эвристический характер описанной стратегии, подряд получит именно тот поставщик, который имел наиболее оптимистическую оценку реальных затрат. Следовательно, может возникнуть ситуация, в которой победившее предложение (предварительная оценка затрат поставщика и фиксированная надбавка) не будет покрывать реальных затрат на обслуживание контракта.

В конечном итоге, если поставщик не учитывает возможность излишне оптимистичной оценки структуры спроса, он может стать жертвой «проклятия победителя», поскольку получение контракта неизбежно приведет к убыткам. Данный феномен впервые наблюдался в аукционах на продажу лицензий на разработку нефтяных месторождений[167], когда сумма, уплаченная победителями, оказывалась выше, чем доход от продажи нефти.

Каким образом поставщик может избежать «проклятия победителя»? Очевидным решением является более осторожное поведение в ходе торгов. Конкретнее, поставщик должен регулировать величину надбавки для покрытия дополнительных затрат, возникающих по факту присуждения контракта и обнаружения различия между реальными издержками и их прогнозированным уровнем. Разумная стратегия ведения торгов требует от поставщика предвидеть возможность победы и, соответственно, повышать размер ставки.

С точки зрения закупщика «проклятие победителя» приводит к возникновению двух типов проблем.

1. Завышение ставки (underbidding). Если участники знают о «проклятии победителя» и опасаются потерпеть убытки, они могут вести себя с излишней осторожностью, что приведет к высокой цене присуждения контракта.

2. Занижение ставки (overbidding). Если участники не знают о возможном «проклятии победителя», они выстраивают свою стратегию ведения торгов исключительно на основе своей оценки затрат. Это может привести к слишком агрессивным ставкам и занижению цены. Хотя такая ситуация и позволит закупщику сэкономить, она также ослабит финансовую стабильность подрядчика и заставит его прибегнуть к оппортунистическим действиям по снижению затрат. В итоге снизится общее качество услуги, либо же, в худшем случае, подрядчик окажется банкротом и откажется от выполнения контракта[168].

Проблемы завышения и занижения ставок рассмотрены более подробно в следующем разделе.

6.2.3. Завышение и занижение ставок

Завышение ставки. Поставщики не всегда обладают точной информацией об общем компоненте функции стоимости. При ожидаемом росте затрат ex post поставщики могут использовать излишне осторожный подход к участию в торгах. Осторожность оберегает компанию от потерь, но предполагает увеличение цены присуждения.

Проблема излишне осторожного поведения в торгах проиллюстрирована в табл. 6.4.

Таблица 6.4. Подборка зданий, рассмотренных CHIEF

Данные в таблице представляют наблюдения компании CHIEF по пяти зданиям с поверхностью типа Б; компания CHIEF – третья компания, предоставляющая клининговые услуги. Эта подборка, составляющая 4000 м^2 поверхности типа Б, не является единственным источником информации о структуре спроса, доступной CHIEF. Данная компания уже имеет определенный опыт в сфере клининга, хотя и меньший, чем у CLEANFAST. Благодаря прошлому опыту CHIEF знает о возможности возникновения «проклятия победителя». Также на основе прошлого опыта составляется интервальная оценка реального спроса на поверхность типа Б. CHIEF разумно полагает, что реальный спрос будет лежать в интервале между 8000 и 38000 м^2 (мы знаем, что истинный спрос составляет 10000 м^2). Таким образом, данные выборки и информация, основанная на прошлом опыте, противоречивы. Что же делать компании в этом случае? Рассмотрение выборки зданий и ограниченный прошлый опыт не позволяют компании быть полностью уверенной в имеющейся информации. Тем не менее, так как CHIEF осведомлена о «проклятии победителя», она может предпочесть осторожное поведение на торгах и использовать информацию из прошлой практики (более высокая оценка «дорогой» поверхности типа Б), не опираясь на результаты выборки. Следовательно, компания будет лучше застрахована от риска того, что реальный спрос на более дорогую поверхность типа Б вырастет. Логично, что CHIEF выберет средний показатель в 23000 м^2 для оценки площади помещений Б. Если CHIEF оценивает спрос на помещения А в 32000 м^2, она не подаст заявку ниже

(40 × 32000 + 80 × 23000)/55000 = 56,7 евро/м^2.

Данное значение, однако, не может избавить компанию от всех рисков, так как «оптимальная» ставка обычно включает надбавку[169]. Таким образом, минимальная ставка CHIEF составит около 60 евро/м^2. Осторожность в этом случае исходит из относительной надежности информации (открытой и закрытой) об общей составляющей производственных издержек. Действительно, компания, знающая о «проклятии победителя», предпочтет действовать осторожно в условиях ненадежности информации.

Как уже говорилось, компания CLEANFAST более опытна, чем CHIEF, и прекрасно осведомлена о «проклятии победителя». Будет ли поведение двух поставщиков различаться? Станет ли CLEANFAST вести себя с излишней осторожностью и завышать ставку? Благодаря обширному опыту и недавнему исследованию выборки CLEANFAST уверена в точности оценки спроса. В результате, минимальная ставка CLEANFAST будет слегка превышать 50 евро/м^2 – наиболее низкую ставку в условиях известного реального спроса. Таким образом, поведение CLEANFAST будет менее консервативно, чем у CHIEF. Выбрав первую компанию, закупщик с наименьшей вероятностью пострадает от завышения ставки.

Занижение ставки. Данный тип поведения исходит от неспособности поставщика прогнозировать последствия получения контракта при составлении тендерного предложения. Контракт на услуги клининга, опять же, может хорошо иллюстрировать данное утверждение. Рассмотрим четырех конкурирующих поставщиков, чьи оценки спроса на блок Б приведены в табл. 6.5. Каждый участник торгов анализировал разную выборку из пяти зданий и имеет разную оценку убираемой площади.

Строка, соответствующая каждому участнику, содержит пять наблюдений, среднюю по выборке, оценку количества зданий к уборке и общую оценку площади. Средняя всех индивидуальных оценок составляет 11075 м^2. Поэтому, если бы все четыре оценки были доступны каждому участнику, они могли бы воспользоваться средним показателем для прогнозирования спроса. Получающаяся погрешность в 1075 (11075 – 10000) значительно ниже, чем индивидуальная погрешность в каждом из четырех случаев. Таким образом, опираясь только на собственные оценки, основанные на доступной предварительно информации, каждый участник допустит крупную погрешность от –3400 до +4000 м^2.

Таблица 6.5. Оценка участниками лота Б

Если поставщик опирается исключительно на собственную информацию и не учитывает, что победителем торгов является тот, кто с наибольшей вероятностью недооценил площадь помещений типа Б (с более высокой единичной стоимостью), он может подать слишком низкую по цене заявку. Следовательно, участник, обладающий излишне оптимистичной информацией до начала торгов, может понести убытки после их окончания[170].

Отсутствие опыта[171] часто считается объяснением неспособности участника адекватно оценить последствия победы в торгах. Рассмотрим, например, как стратегия компании PROPER будет отличаться от стратегии CLEANFAST. Последняя обладает богатым опытом в исполнении схожих контрактов, в то время как PROPER – новичок в области закупок. Даже если обе компании имели бы доступ к схожей информации о текущем контракте и не отличались бы по внутренней эффективности, CLEANFAST смогла бы объединить насущную информацию с результатом прошлого опыта. Точнее, CLEANFAST, обладая десятилетнем опытом участия на рынке, в состоянии выстроить информативный временной ряд, отражающий реальный спрос на услуги типа А и Б[172]. Следовательно, любая современная информация может быть оценена путем совмещения ее с прошлыми наблюдениями. PROPER, тем не менее, вынуждена опираться только на текущую информацию. Во избежание снижения или устранения риска занижения ставки PROPER должна обладать некоторой информацией о временном ряде CLEANFAST. В следующем разделе будет рассмотрено, какой формат проведения аукционов может облегчить процесс обучения PROPER.

Неспособность поставщика предугадать эффект «проклятия победителя» из-за отсутствия опыта может еще сильнее сказаться на покупателе. Предположим, что более эффективные поставщики обладают большим опытом благодаря участию в прошлых тендерах.

Следовательно, они будут делать более осторожные ставки во избежание «проклятия победителя». Если менее эффективные и опытные участники, аналогично, будут действовать более агрессивно, покупатель в результате может выбрать не самого эффективного подрядчика. В следующем разделе будет показано, как покупатель может минимизировать риск «неправильного» выбора, создав конкурентный формат, при котором менее опытные участники имеют возможность научиться у более опытных и, таким образом, обогатить свою информационную базу об общей составляющей.

Данный раздел заключается утверждением о том, что занижение ставки может быть результатом стратегического выбора. Поставщики, испытывающие финансовые трудности и пытающиеся остаться «на плаву», могут умышленно подать низкие по цене предложения для получения контракта. Их целью может быть пересмотр условий контракта после начала его исполнения. Этот феномен, рассмотренный в Главе 13, не имеет ничего общего с агрессивным поведением на торгах из-за незнания о «проклятии победителя».

6.3. Преимущества и недостатки распределения информации. Проблемы выбора формата конкурентных торгов

В предыдущем разделе была описана конкурентная среда, в которой две компании, PROPER и CLEANFAST, основывали стратегию поведения на сильно различающемся рыночном опыте. Компания PROPER исходит из предпосылки, что CLEANFAST, как отраслевой эксперт, является источником любой позитивной информации о текущем контракте (в отношении низкой единичной стоимости, например)[173]. В этой ситуации отражен ряд причин, по которым закупщик может предпочесть динамический (открытый) формат аукциона закрытому. Закрытый аукцион (аукцион с закрытыми предложениями) приведет к искусственному занижению ставок со стороны неопытных и плохо информированных участников, таких как PROPER. Почему? Простым и очевидным объяснением является то, что подобный участник будет вынужден опираться исключительно на свою ограниченную информацию для прогнозирования «истинного» спроса на клининговые услуги.

Рассмотрим, каким образом динамический формат тендера повлияет на стратегию торгов PROPER[174]. Из обсуждения, представленного в подразделе 6.2.2, можно сделать вывод, что минимальная цена с учетом надбавки, которую PROPER согласится предложить, составляет 45 евро; сделав ставку выше этого значения, участник надеется получить прибыль в случае присуждения контракта. Представим следующий сценарий. Резервная цена устанавливается на уровне 70 евро и постепенно снижается. Внезапно и непредвиденно торги покидает компания NODIRT Ltd, еще один отраслевой эксперт. Данное событие является полезным источником информации для PROPER, которая вынуждена пересмотреть в сторону повышения ожидаемый уровень затрат на исполнение контракта. Теперь вероятно, что PROPER не захочет оставаться активным участником, если цена упадет, например, ниже 55 евро.

Такое распределение информации во время торгов помогает участникам пересматривать свои ставки и оценки общей составляющей. Следовательно, они могут избежать ловушки завышения ставки (как в случае CHIEF, опасавшейся «проклятия победителя») или ее занижения (в случае PROPER, опирающейся только на собственную оценку общей составляющей). Участники могут позволить себе делать более агрессивные ставки, от чего в результате выигрывает покупатель. Более того, чаще всего победитель обнаруживает, что реальная стоимость исполнения контракта не выше, чем он предполагал изначально. Таким образом, маловероятно, что подрядчик будет пытаться предпринимать оппортунистические меры по снижению затрат на обеспечение должного качества услуги.

Но что же относительно возможных недостатков динамического аукциона? Действительно, для покупателя существует два основных источника беспокойства.

1. Свободная циркуляция информации повышает риск сговора, особенно в аукционе по нескольким контрактам (предметам). Действительно, участники могут использовать открытость аукциона для обмена ценовыми сигналами и для координации действий. Более того, динамический аукцион позволяет членам сговора выявлять и наказывать участников, выходящих из аукционного ринга[175].

2. Прозрачность и открытость динамического аукциона может побудить некоторых участников либо укрывать информацию, либо, наоборот, блефовать для введения конкурентов в заблуждение. Поведение первого типа чаще всего наблюдается в торгах, в которых скорость изменения цены полностью зависит от активности участников. «Вялые» ставки могут чрезмерно затянуть ход аукциона и до минимума снизить объем полезной информации. Стратегии блефа заключаются в том, чтобы изначально подать очень низкую заявку и тем самым убедить конкурентов в своей способности получить контракт по минимальной цене[176].

Данные рассуждения позволяют сделать практический вывод.

Практический вывод 1.

Закупщик должен выбрать закрытый формат торгов вместо динамического, если:

• общий компонент производственных издержек незначителен или предсказуем;

• участники обладают относительно схожей информацией об общем компоненте издержек.

Закупщик должен выбрать динамический формат торгов, если общая составляющая производственных затрат велика и непредсказуема, а участники обладают различной информацией и опытом в отношении этой составляющей.

Принятие динамического формата торгов не решает автоматически проблему занижения или завышения ставки. Открытость аукциона является необходимым условием обучения во время торгов. Тем не менее существуют и другие аспекты обмена информацией, которые могут повлиять на обучение и стратегию участника. Рассмотрим пример динамического аукциона с ограниченной продолжительностью (fixed-end rule) – не более двух часов. В подобных условиях участники, особенно более опытные и лучше информированные, могут предпочесть стратегию сокрытия информации, если у них есть возможность повышать скидки или снижать цены с небольшим шагом. Следовательно, «оживления» процесса торгов следует ожидать лишь на последних минутах аукциона, когда у неопытных участников уже не останется времени на адаптацию своей стратегии. Однако если существует возможность продления аукциона, его исход может быть совершенно иным. Предположим, что изначальная длительность аукциона составляет два часа, но торги заканчиваются только в случае неактивности участников в течение последних десяти минут. В противном случае торги продлеваются еще на десять минут, и так далее до последней ставки. Подобное изменение формата может существенно повлиять на развитие процесса торгов и на количество распространяемой информации.

Если закупщик заинтересован в максимальном распространении информации, он может прибегнуть и к другим мерам; к примеру, он может собрать и публично распространить всю доступную информацию по общей составляющей перед началом аукциона. Информативным показателем для участников может также стать резервная цена. В случае разделения контракта на лоты установление резервной цены по каждому лоту способствует снижению уровня неопределенности[177]. Закупщик в целях уменьшения неопределенности должен включать в контракт, а также и в саму процедуру торгов как можно больше важных аспектов, позволяющих оценить рыночную ситуацию, как то: длительность контракта, географические районы его применения, максимальный и минимальный объем поставки и т. д.

Практический вывод 2.

Если неопределенность по общей составляющей оказывает большое влияние на производственные издержки участников, закупщик должен передать им максимальный объем информации о контракте.

6.4. Оптимизация динамических аукционов

Когда для успеха торгов важен обмен опытом и информацией между участниками, динамический формат стоит предпочитать закрытому. Тем не менее процесс обучения занимает определенное время; то же можно сказать о динамических аукционах. Чем больше раундов в многоэтапных аукционах, тем больше времени предоставляется участникам на обдумывание стратегии и тем больше информации могут извлечь участники из поведения конкурентов. Все эти факторы существенно увеличивают продолжительность аукциона.

Длительные аукционы увеличивают организационные издержки закупщика и размер комиссии представителей поставщиков. Для закупщика может стать невозможной организация большого количества долгих аукционов в одно время. Это относится как к стандартному динамическому формату аукциона, так и к их онлайн-аналогу (онлайн динамический аукцион). Последний набрал большую популярность, поскольку во многих случаях он стал гибким и эффективным способом проводить закупки. Он позволяют участникам из разных географических районов принять участие в торгах, тем самым повышая уровень конкуренции. Вместе с тем использование новых информационных и коммуникационных технологий в аукционах сыграло большую роль в увеличении их продолжительности.

Далее будут кратко описаны три основных недостатка, связанных с долгими динамическими торгами. Затем будет рассказано, как закупщик может преодолеть данные проблемы, контролируя длительность аукциона.

• Распространение информации и проблема сговора.

Проблема возникновения сговора между участниками присуща скорее динамическому аукциону на один контракт, нежели закрытым аукционам, поскольку у участников появляется больше возможностей для «наказания» конкурентов. Участники могут использовать ставки в качестве коммуникационных инструментов и в случае многоконтрактных торгов. В общем, чем дольше длится динамический аукцион, тем больше у участников возможностей договориться о распределении контрактов.

• Психологическое давление на участников во время аукциона.

Длительные аукционы могут быть психологически утомительными даже для опытных участников.

• Затраты на специализированный персонал.

В процессе государственных закупок обычно присутствует специальная присуждающая комиссия (awarding committee), отвечающая за контроль процедуры торгов[178]. В случае увеличения длительности динамического аукциона стоимость работы комиссии повышается, так же как и стоимость работы специализированных представителей поставщиков. В результате, многие участники могут отказаться от продолжения торгов.

6.5. Контроль длительности многоэтапных аукционов

В этом разделе рассмотрены наиболее часто применяемые на практике форматы динамических аукционов, а также даются рекомендации по контролю их продолжительности. Для концентрации на основных идеях мы рассмотрим типы аукционов с одним контрактом поставки.

6.5.1. Многоэтапные аукционы на понижение

Многоэтапный аукцион (multi-round auctions) является комбинацией динамического и закрытого формата. Обычно они проводятся в режиме онлайн с помощью электронной платформы. В каждом раунде и в течение заданного интервала времени участники анонимно размещают свои предложения в системе, не зная о том, сделали ли ставки конкуренты. Для того чтобы ставка была действительной, она должна быть ниже определенного ценового уровня (порога). В первом раунде пороговым значением является резервная цена покупателя. В последующих раундах порогом может быть предыдущая ставка участника минус фиксированная сумма (шаг). Также порог может быть единым для всех участников и равняться наименьшей ставке предыдущего раунда за минусом шага. Для того чтобы считаться активным, участник должен в каждом раунде подавать действительное предложение.

В конце каждого этапа (раунда) закупщик публично оглашает все действительные предложения, не раскрывая имена участников. Таким образом, каждый поставщик знает о наборе действительных ставок, но не знает, кому они принадлежат. Аукцион заканчивается, когда остается одно действительное предложение. Согласно этому предложению определяется цена присуждения, а победителем, соответственно, является участник, сделавший последнюю действительную ставку. Этот набор правил относится, как частный случай, также и к английскому (обратному) аукциону, в котором участники должны перебить текущую наименьшую ставку.

Поскольку количество этапов в торгах не определено, у участников появляется достаточно возможности обменяться информацией для ухода от «проклятия победителя». Паузы между раундами помогают представителям поставщиков обдумать последующие шаги и избежать ошибки при подаче ставок. Тем не менее аукцион может затянуться, если два последних участника решат замедлить его ход и в каждом раунде подавать ставки на грани порогового значения. Более того, если стоимость участия в торгах слишком высока, неопытные и плохо информированные участники предпочтут не входить в аукцион, будучи уверены, что рано или поздно их ставки перебьют более сильные участники. Использование ценовых сигналов может также привести к негласному сговору, хотя подобный тип соглашений легче осуществим в случае многоконтрактных (многолотовых) аукционов.

6.5.2. Способы ускорения многоэтапных аукционов

Существует три способа сократить длительность аукциона; эти способы можно использовать параллельно, и они рассмотрены в этом разделе.

6.5.2.1. Ограничение количества этапов и правило фиксированного окончания

Одним из способов контроля длительности аукциона является ограничение количества раундов, или правило фиксированного окончания (fixed-end rule) для английского обратного аукциона. Предположим, что количество раундов было предварительно ограничено и что это было сделано по причинам, связанным с организационными издержками, характером контракта и информации, которой обладают участники.

Победителем является участник, сделавший минимальную ставку в последнем раунде или в любом другом, если после него не было других ставок. Длительность аукциона полностью контролируется за счет ограничения количества этапов. Более того, наличие «последнего» раунда привлекает мелких участников, которые надеются дойти до него и выиграть контракт. Вместе с тем ограничение длительности аукциона влияет на процесс распространения информации: участники могут попытаться сокрыть имеющуюся информацию об общей составляющей затрат до последнего раунда с целью сохранения конкурентного преимущества. Утаивая информацию, участники фактически трансформируют многоэтапные динамические торги в одноэтапные закрытые. Если неопределенность общей составляющей и связанный с ней риск «проклятия победителя» заставляют закупщика выбрать динамический формат торгов, ограничение количества раундов может иметь сугубо негативные последствия и усилить эффект «проклятия победителя».

6.5.2.2. Увеличение шага ставки и действительность ставок

Как было сказано выше, ограничение количества этапов может привести к усилению «проклятия победителя». В этом случае эффективным методом ускорения аукциона может стать увеличение шага ставок, даже если это не позволяет полностью и напрямую контролировать сам процесс торгов. При этом участие мелких поставщиков затрудняется, поскольку крупные участники имеют возможность постоянно перебивать их ставки.

Наблюдение за временем выхода участников из торгов является полезным источником информации для остающихся поставщиков. Тем не менее точность этой информации снижается с увеличением размера шага. Предположим, что шаг равен Δ. Тогда участник, подавший действительную заявку b(t) в раунде t и вышедший на этапе t + 1, предоставляет менее точную информацию о своем опыте и частных показателях общей составляющей, чем в случае, когда шаг равняется Δ/2.

6.5.2.3. Англо-голландский аукцион

Третьим способом ускорения многоэтапного аукциона является его англо-голландская модификация, впервые предложенная П. Клемперером[179] для привлечения участников и предотвращения сговора во время аукциона радиочастот в Великобритании. Главное нововведение заключалось в прекращении аукциона в тот момент, когда в торгах остаются только два активных участника; после этого между ними организуется закрытый раунд. Таким образом, если на одном из этапов получены только две действительные заявки, следующий этап становится последним. Участник, сделавший минимальную ставку, выигрывает контракт и получает платеж, соответствующий его предложению.

Количество раундов остается неопределенным до тех пор, пока в торгах не останется два участника. Ограничение количества этапов не позволяет двум сильнейшим (наиболее опытным и информированным) участникам искусственно продлевать аукцион, а также позволяет привлечь слабых поставщиков, надеющихся продержаться до последнего этапа; таким образом, стимулируется конкуренция и уменьшается риск сговора. Более того, при небольшом шаге ставок распространяемая информация может быть достаточно точна. Несмотря на это, аукцион может все равно продлиться долго.

Практический вывод 3.

Для ускорения многоэтапного аукциона на понижение закупщику следует принять англо-голландский формат аукциона с умеренным шагом. Для дальнейшего ускорения процесса размер шага может быть увеличен.

Не следует предварительно оговаривать количество этапов аукциона.

В заключение следует отметить, что, несмотря на привлекательность ускорения аукциона для закупщика, короткие торги не всегда дают положительные результаты. В ходе короткого аукциона некоторые участники могут повести себя излишне агрессивно с целью запугать конкурентов и заставить их выйти из аукциона. Из-за подобного поведения нарушается процесс обучения в ходе торгов, так как многие поставщики не решаются соперничать с агрессивными игроками. Для предотвращения данного феномена закупщик может изменить правило действительности ставок, введя как верхний, так и нижний порог для них. Правильно установленный интервал шага позволит ускорить аукцион, при этом сохранив возможность обучения.

6.6. Быстрые динамические аукционы

С недавних пор исследователи и практики сферы закупок обратили внимание на новые форматы аукционов, рассмотренные ниже.

6.6.1. Японский аукцион (descending clock auction)

Онлайн-версия выражается в виде кнопочного аукциона (button auction). Покупатель начинает с высокой цены, которая постепенно снижается. Для того чтобы оставаться активными, участники должны постоянно делать ставки. В зависимости от правил, это делается либо путем удержания кнопки до момента выхода из торгов, либо путем однократного нажатия в начале аукциона и второго нажатия для обозначения выхода из торгов.

Каждый участник знает в каждый определенный момент времени, сколько конкурентов у него осталось, а сами участники остаются анонимными. Аукцион заканчивается, когда остается один активный участник, которому и присуждается контракт по той цене, на которой последний участник покинул торги (см. также Главу 9).

Покупатель полностью контролирует скорость снижения цены; таким образом, процесс торгов может закончиться очень быстро. Поскольку участники могут наблюдать, при какой цене их конкуренты покидают торги, процесс обучения становится, в принципе, очень точным. Тем не менее, если скорость высока, а аукцион проходит очень быстро, специализированный персонал, делающий ставки от лица заинтересованных компаний, может оказаться под давлением из-за нехватки времени и совершать ошибки.

Как и в случае многоэтапного и английского обратного аукционов с неограниченной продолжительностью, слабые поставщики могут отказаться от участия еще до начала торгов, что приведет к ослаблению конкуренции. Также следует отметить, что японский аукцион (аукцион на понижение с регулярным автоматическим снижением ставки), в электронном виде непросто провести с помощью Интернета. Медленная скорость интернет-подключения, возникающая, например, на последних минутах торгов онлайн-аукционов (e-Bay), может привести к проблемам правового характера. Эта проблема частично решается путем введения правила дискретности времени, т. е.: каждые t минут цена падает с постепенно уменьшающимся шагом; также можно предоставить участникам ограниченное число «тайм-аутов» (как в баскетболе) для остановки часов и возможности обдумать следующие действия или связаться с руководством компании.

Данный формат также трудно применить во время аукциона со шкалой оценки для сложных товаров и услуг, когда вместе с уровнем цены понижается и требуемый уровень качества. Вместе с тем эта шкала может отражать непосредственно общий балл, не разделяя его на цену и качество.

Данный Практический вывод 4 описывает основные шаги по устранению недостатков японского формата аукциона (динамический аукцион с постоянным снижением цены).

Практический вывод 4.

С целью снижения риска ошибок во время торгов в аукционе японского формата закупщику следует изменить формат по нескольким показателям:

1) ввести паузу после каждого выхода из торгов;

2) сделать выход обратимым на ограниченное число раз;

3) ввести ограниченное количество «тайм-аутов», т. е. возможности участников оставаться неактивными на протяжении ограниченного времени и возврата к торгам на более низкой цене;

4) снижать цену посредством дискретного шага.

6.6.2. Аукцион «на выживание»

Аукцион «на выживание» (survival auction) также организуется в несколько этапов[180]. Количество активных участников в каждом раунде определяется согласно так называемому «правилу выживания», что позволяет держать продолжительность аукциона под полным контролем. На каждом этапе участники подают закрытые тендерные предложения. Ставка признается действительной, если она ниже определенного порогового значения: на первом этапе порогом является резервная цена покупателя; затем пороговым значением считается размер максимальной ставки предыдущего этапа. В каждом раунде закупщик оглашает максимальную ставку, и подавший ее участник необратимо выбывает из торгов. Таким образом, если в торгах принимает участие N поставщиков, наибольшее количество раундов равняется N – 1. Победителем является последний участник, получающий контракт по цене, равной ставке последнего выбывшего конкурента.

Поскольку максимальное количество этапов равняется N – 1[181], длительность аукциона находится под полным контролем закупщика. Более того, принятие выжидательной стратегии (подачи намеренно заниженной ставки) может оказаться рискованным для участника и грозить ему безвозвратным исключением из торгов.

Интересно, что стратегические свойства аукциона «на выживание» и японского аукциона одинаковы[182]. Поэтому, если покупателю не удается применить онлайн-модель японского аукциона из-за медленного интернет-подключения, он может использовать формат «на выживание». В некоторых странах, тем не менее, использование данного формата связано с юридическими ограничениями.

6.6.3. Двухэтапный закрытый тендер (аукцион)

Этот формат является крайней разновидностью аукциона «на выживание», в котором все участники, за исключением двух с минимальными ставками, выбывают из торгов после первого раунда. Два оставшихся участника соревнуются во втором раунде, являющемся последним. Подобный формат сокращает продолжительность аукциона до минимума. Несмотря на то, что двухэтапный закрытый тендер используется довольно часто[183], многие его особенности были открыты лишь недавно. В частности, двухэтапный тендер во многом похож на английский обратный[184] аукцион, где частная информация участников о стоимости контракта статистически связана. Двухэтапный тендер может быть также совмещен с «индикативными» торгами[185]. Подобный вариант часто используется для продажи основных фондов: сначала участников просят предоставить необязательные подтверждения готовности платить, а затем организатор аукциона на основе полученной информации отбирает подгруппу участников, которые и соревнуются во втором и заключительном раундах.

Данный раздел завершается описанием табл. 6.6, относящейся к двухэтапному закрытому тендеру на один контракт с пятью участниками. Участники в качестве ставок подают проценты скидок с резервной цены. Цифры в верхней строке показывают ставки на первом этапе. Скидки участников 4 и 5 оказались наибольшими, поэтому они перешли во второй этап. Во втором раунде они не имеют права снижать скидки; контракт присуждается участнику 5 с 20‑процентной скидкой с резервной цены (табл. 6.6).

Таблица 6.6. Ставки участников (скидки с цены) в двухэтапных закрытых торгах

Вышесказанное позволяет сделать финальный практический вывод.

Практический вывод 5.

Если для покупателя важно избежать «проклятия победителя» и ускорить аукцион, он должен использовать двух-этапный закрытый тендер. Если длительность аукциона не является серьезной проблемой, можно использовать формат аукциона «на выживание».

Краткий обзор литературы

Первое «полевое» свидетельство «проклятия победителя» описано в работе [Capen, Clapp, Campbell, 1971]. Теория оптимальной стратегии подачи ставок впервые рассмотрена в статье [Wilson, 1977]. Общая концепция стандартных форматов аукционов проанализирована в исследовании [Milgrom, Weber, 1982]. Модель вводит идею «аффилированной» информации и признает в качестве особого случая как частную стоимость, так и модели с чистым общим компонентом. Современное рассмотрение теории аукционов представлено в работе [Krishna, 2002].

Связь между теорией аукционов и теорией рынка рассматривается в исследовании [Milgrom, 2004; Klemperer, 2004]. Подробное введение в экспериментальную литературу по аукционам общей стоимости и «проклятию победителя» представлено в книге [Kagel, Levin, 2002].

Большое количество описанных здесь идей по способам ускорения аукциона вдохновлены работой [Milgrom, 2004] и другими отчетами того же автора по формату аукционов радиочастот, проведенных Федеральной комиссией по коммуникациям США.

Источники

Avery C. Strategic Jump Bidding in English Auctions // Review of Economic Studies. 1998. 65. Р. 185–210.

Capen E., Clapp R., Campbell W. Competitive Bidding in High Risk Situations // Journal of Petroleum Technology. 1971. 23. Р. 641–653.

Fishman M.J. A Theory of Preemptive Takeover Bidding // Rand Journal of Economics. 1988. 19. Р. 88–101.

Fujishima Y., McAdams D., Shoham Y. Speeding up Ascending-Bid Auctions / Proceedings of the 16th International Joint Conference on Artificial Intelligence. 1999. Р. 554–563.

Kagel J., Levin D. Common Value Auctions and the Winner’s Curse. Princeton University Press, 2002.

Kagel J., Pevnitskaya S., Ye L. Survival Auctions: Working Paper. Ohio State University, 2004.

Klemperer P. Auctions with Almost Common Values // European Economic Review. 1998. 42. Р. 757–769.

Klemperer P. Auctions: Theory and Practice. Princeton University Press, 2004.

Krishna V. Auction Theory. Academic Press, 2002.

Milgrom P. Putting Auction Theory to Work. Cambridge University Press, 2004.

Milgrom P., Weber R. A Theory of Auctions and Competitive Bidding // Econometrica. 1982. 50. Р. 1089–1122.

Perry M., Wolsfstetter E., Zamir S. A Sealed Bid Auction that Matches the English Auction // Games and Economic Behaviour. 2000. 33. Р. 265–273.

Wilson R. A Bidding Model of Perfect Competition // Review of Economic Studies. 1977. 44 (3). Р. 511–518.

Ye L. Indicative Bidding and A Theory of Two-Stage Auctions // Games and Economic Behavior. 2006. Forthcoming.

7. Разделение на лоты и конкуренция в закупках

Вероника Гримм, Риккардо Пачини, Джанкарло Спаньоло, Маттео Занза

7.1. Введение

У закупщика всегда есть выбор – купить товар или услугу в рамках единого контракта или разделить его на несколько мелких контрактов (лотов). С одной стороны, крупные фирмы и централизованные государственные закупочные агентства предпочитают разделять поставку на мелкие локальные лоты для минимизации транспортных издержек, связанных с географической разбросанностью (поставщиков и потребителей. – Примеч. научного редактора русского перевода ИВ. Кузнецовой). С другой стороны, эффект комплементарности (взаимодополняемости) разных частей контракта дает преимущества при их слиянии. Но разделение на лоты имеет и другие важные последствия. Определяя размер каждого лота, покупатель может понять, кто из потенциальных поставщиков обладает достаточными ресурсами для участия в каждых отдельных конкурентных торгах. Разделение закупки на лоты, оказывая влияние на участников торгов, формирует их поведение и определяет конечный результат торгов. Разделение на лоты также определяет, каким образом закупочный контракт будет разбит между потенциальными конкурентами и насколько легко будет участникам достигать и поддерживать явный или неявный сговор для распределения лотов поставки по завышенным ценам.

Существующий экономический анализ дает лишь ограниченные рекомендации по выделению необходимого количества и объема лотов. Причиной является то, что в литературе, как правило, рассматриваются случаи с фиксированным количеством объектов[186]. Тем не менее можно выявить две основные рекомендации.

1. Количество лотов должно быть меньше, чем ожидаемое количество участников.

Антимонопольные органы и закупочные агентства используют это простое правило для предотвращения сговора участников путем обмена лотами[187]. Это правило действительно полезно, но оно имеет свои ограничения. Увеличение количества лотов не всегда положительно влияет на способность поставщиков поддерживать сговор. Даже если лотов меньше, чем участников, сговор может быть осуществлен через ротационные схемы, что особенно часто встречается в сфере государственных закупок, где торгов много и они повторяются на одну и ту же продукцию. Более того, поскольку многие фирмы оперируют на нескольких рынках, сговор может поддерживаться за счет негласных соглашений о разделе рыночного влияния. Фирмы могут поделить доход, полученный в результате сговора, посредством выигрыша контрактов по очереди, либо через сторонние переводы (субподряд), заранее договорившись о компании – победителе торгов при условии субподряда для других возможных участников. Безусловно, существуют случаи, в которых технические аспекты поставки требуют большого количества лотов, так что данное правило применимо не всегда. В этих случаях, как будет показано, увеличение числа лотов может препятствовать сговору (см. раздел 7.5).

2. Следует резервировать хотя бы один лот для новых участников.

Данная мера предосторожности может содействовать привлечению новых участников и стимулированию конкуренции. Она стала ключевой особенностью аукциона радиочастот в Британии в 2000 г.[188]. Вначале на торги было выставлено четыре лицензии, однако рынок был уже поделен между четырьмя компаниями. В результате более слабые компании не имели желания и возможности участвовать в торгах. В связи с этим организаторы торгов выбрали формат с пятью лицензиями, и каждый участник мог выиграть не более одной лицензии. Более того, самая ценная лицензия была зарезервирована для новых участников в целях привлечения более слабых игроков. В торгах приняло участие намного больше пяти игроков, и, несмотря на то, что у большинства новых участников не было возможности выиграть иную лицензию, кроме самой ценной, активное участие привело к стимулированию конкуренции на другие лицензии. Аукцион был очень успешен и принес британскому правительству 23 млрд фунтов.

Кроме этих правил пока что не существует иных рекомендаций по выбору правильного количества и размера лотов. Даже если одновременно применяются оба правила и учитываются все технические и географические аспекты закупки, закупщик все же остается относительно свободен в выборе количества и размера лотов. В зависимости от того, является ли закупщик частным или государственным, он может сделать акцент либо на низкой цене, либо на эффективном распределении, что означает присуждение контракта фирме с наименьшими затратами на производство товара или услуги. Задача разделения на лоты, таким образом, непроста, так как данное разделение не только меняет стратегию участников каждых отдельных торгов; оно также воздействует на размах сговора и стимулирует соответствующий уровень участия компаний.

Еще одним важным аспектом является уровень рыночной конкуренции в долгосрочном периоде. Он не всегда связан с конкуренцией в рамках отдельных торгов. В некоторых областях, особенно в тех, где закупщик является основным потребителем, усиление краткосрочной конкуренции может иметь негативное воздействие на долгосрочную рыночную конъюнктуру. В результате неверно составленного формата торгов может сократиться число игроков на рынке. В худшем случае на рынке останется всего один доминирующий игрок.

Далее будет рассмотрено, во-первых, оптимальное деление на лоты. За данность будет взят высокий уровень участия и отсутствие сговора (раздел 7.2). Затем будут описаны два показателя, с помощью которых можно оценить уровень конкуренции в конкурентных торгах при различном делении на лоты (раздел 7.3). Также будет рассмотрено влияние разделения на лоты на баланс между уровнем участия и риском сговора (разделы 7.4 и 7.5). В заключительной части главы анализируются динамические аспекты конкуренции. Показано, каким образом постоянный контакт между участниками торгов влияет на конкуренцию и сговор (раздел 7.6) и, наконец, отмечены экономические условия, которые могут привести к ситуации, когда закупщик заблокирован единственным поставщиком (раздел 7.7).

7.2. Разделение на лоты и оценка эффективности и доходности

В этом разделе мы возьмем для рассмотрения фиксированное количество участников и примем за данность отсутствие сговора между ними. При этих условиях мы рассмотрим, что экономическая теория предлагает по поводу деления закупки на лоты. В нашей дискуссии мы сосредотачиваемся на случае, при котором каждый лот присуждается участнику, сделавшему минимальную ставку. Это стандартная процедура, часто применяемая в госзакупках. Безусловно, закупщик может использовать более сложные инструменты, например, возможность пакетных торгов. Об этом подробнее будет рассказано в Главах 8 и 9.

Для анализа вопроса оптимального деления на лоты важно уточнить цель закупщика: либо минимизация закупочных затрат, либо эффективное распределение (присуждение контракта наиболее эффективной фирме с наименьшей себестоимостью), либо комбинация двух этих факторов. Иногда обе цели совпадают, а иногда противоречат друг другу. Второй случай будет оговариваться особо.

В экономической литературе разделение на лоты анализируется в двух направлениях: некоторые авторы акцентируют внимание на вопросе о необходимости объединения контрактов или их отдельного присуждения, а другие авторы рассматривают оптимальное деление на лоты. Правила торгов, определяемые в ходе второго подхода, менее стандартны, чем для первого[189]. Далее будет в первую очередь рассмотрен вопрос выбора между объединением нескольких лотов и их закупкой в раздельных торгах. Принимая решение о количестве и конфигурации лотов, закупщик должен учитывать следующие аспекты.

1. Структура затрат компании.

Важнейшей причиной для объединения нескольких лотов является достижение эффекта синергии в производстве. Рассмотрим, например, закупку (т. е. изготовление и установку) мебели для двух расположенных по соседству офисных зданий. Фирма, работающая с обоими зданиями, несомненно будет иметь меньшие затраты, нежели две отдельные фирмы, каждая из которых возьмет по одному зданию. Причина заключается в том, что многие задачи должны выполняться всего один раз, вне зависимости от размера закупки. Вместе с тем, если оба контракта закупаются одновременно, но в различных торгах, затраты компании на выполнение одного контракта будут зависеть от того, получит ли она и второй контракт. Таким образом, фирма принимает большой риск: если ее ставка будет ниже себестоимости одного контракта в одних торгах (с расчетом на победу во вторых) и ей будет присужден лишь один контракт, фирма потерпит убытки (подробнее о проблеме подверженности риску см. в Главе 8). Консервативная ставка (выше уровня производственных издержек для одного контракта) гарантирует прибыльность в случае выигрыша только в одних торгах. Тем не менее шансы на победу уменьшаются, если другие компании сделают агрессивные ставки для получения эффекта синергии[190].

Пример 7.1.

Рассмотрим параллельные конкурентные торги на два лота 1 и 2. Участник А имеет производственные издержки в размере 10 евро на каждый лот, если он получает только один из них. Если он получает оба лота, за счет эффекта синергии его издержки снижаются до 15 евро за оба лота вместе. Теперь предположим, что А конкурирует с компанией Б, которая делает ставку в размере 8 евро на лот 1, но не ставит на лот 2, и с компанией В, которая с вероятностью 50 % поставит либо 10 евро, либо 5 евро на лот 2. В этой ситуации компания А может выиграть, только если получит оба лота. Таким образом, компания А вынуждена идти на риск и ставить на лот 1 ниже себестоимости (немного ниже 8 евро для победы над Б). В подобных условиях участники либо будут делать осторожные ставки, либо вообще выходить из торгов.

Из этой ситуации можно сделать вывод: для закупщика лоты выгоднее объединять, если это слияние не повлияет на количество участников.

2. Количество участников.

Даже при отсутствии эффекта синергии в производстве конкуренция между небольшим количеством участников, соревнующихся за большое количество лотов, может быть усилена путем объединения лотов[191]. Проиллюстрируем эту мысль следующим примером: есть два лота 1 и 2 и два участника торгов А и Б[192]. Как было отмечено в начале, фирмы не вступают в сговор. Производственные издержки компании А равны 1 евро для лота 1 и 10 евро для лота 2. Производственные издержки фирмы Б равны 9 евро для лота 1 и 1 евро для лота 2. Для целей примера предположим, что обе фирмы знают о структуре затрат конкурента. Мы видим, что слияние лотов снизит издержки покупателя: если контракты закупаются по отдельности, общая стоимость может достигнуть 19 евро (9 евро для лота 1 и 10 евро для лота 2). Если покупается все в один лот, то общий контракт выиграет компания Б за 11 евро.

Этот пример отражает важный компромисс: слияние двух контрактов в одних конкурентных торгах усиливает конкуренцию между участниками и снижает цену, которую платит покупатель. Тем не менее присуждение объединенного контракта неэффективно: общие производственные издержки фирм были бы минимальны в случае присуждения лота 1 компании А, а лота 2 – Б. Данный пример иллюстрирует общий принцип: в отсутствие синергии отдельные конкурентные закупки эффективно распределяются, а слияние лотов может привести к неэффективному распределению, но снизить цену в случае наличия небольшого числа участников. Если на оба лота претендует большое количество компаний, выгоднее устраивать раздельные торги[193].

3. Уровень разнородности участников и вторичный рынок.

Часто потенциальные поставщики товаров и услуг включают как крупные, так и небольшие компании, способные обеспечить лишь некоторую часть товаров и услуг в закупке. В этом случае объединение лотов приведет к исключению определенных фирм из торгов. Вопрос деления на лоты и уровня участия детально обсуждается в разделе 7.4. Здесь же рассмотрена ситуация, когда после окончания тендера начинается процесс раздачи субподрядов между компаниями, так что малые фирмы не исключаются из всего производственного процесса, но только из торгов.

Опять же мы наблюдаем проблему выбора между прибыльностью и эффективностью: при наличии эффективного вторичного рынка слияние лотов не приводит к негативному влиянию на прибыльность[194]. Причина в том, что крупные фирмы заранее ожидают и закладывают в свои ставки дополнительные сокращения затрат за счет передачи части проекта на субподряд мелким компаниям. Таким образом, наличие небольших фирм с низкими затратами снижает цену, несмотря на их неспособность участвовать в конкурентных торгах. Цена, заплаченная покупателем за желаемые товары и услуги, может быть ниже, чем общая стоимость контрактов, торгуемых по отдельности, в зависимости от процедуры перепродажи на вторичном рынке. Тем не менее, поскольку субподряды обычно распределяются неэффективно, лоты следует закупать раздельно, если на первое место в закупке встает эффективность[195].

Однако следует внимательно проанализировать стимулы крупных фирм делегировать исполнение части проекта мелким фирмам: в разделе 7.7 рассматриваются рыночные условия, в которых крупные фирмы, наоборот, стараются избавиться от конкуренции мелких компаний.

4. Следует закупать каждый компонент как можно позже.

Зачастую в состав закупки включено много элементов с разными ограничениями по времени поставки. Обычно компании подвержены большей неопределенности в затратах в отношении более отдаленных во времени проектов из-за изменения стоимости множества входящих элементов. К примеру, фирма в состоянии более точно определить свои издержки на строительство офисного здания, если это строительство должно начаться в скором времени. Поэтому при разделении контракта на несколько лотов следует стараться продавать раздельно лоты с существенно отличающимися сроками поставки. Исключение может быть сделано только в случае эффекта комплементарности (взаимодополняемости) между такими элементами.

Практический вывод 1 (разделение на лоты).

1. Следует объединять лоты с сильным эффектом синергии.

2. Если важную роль играет прибыльность:

• следует объединять лоты при небольшом количестве участников и продавать лоты по раздельности при большом количестве участников;

• следует объединять лоты, если ожидается активная торговля на вторичном рынке субподрядов.

3. Если важную роль играет эффективность, надо разделить закупку на мелкие лоты, если синергия не важна.

Результаты исследований показывают, что разделение закупки на лоты выгоднее при большом количестве участников торгов. Можно сказать, что для достижения низкой стоимости закупки следует добиться достаточной конкуренции по каждому лоту. Объединение лотов, таким образом, необходимо только в случае слишком малого числа участников или сильной синергии между лотами. В следующем разделе мы рассмотрим два показателя, которые могут служить индикаторами ожидаемого уровня конкуренции на торгах, и объясним способы их использования для оценки формата торгов.

7.3. Коэффициенты конкуренции

Мы предлагаем два простых коэффициента как частные индексы уровня ожидаемой конкуренции в конкурентных торгах в рамках различных сценариев относительно количества и размера лотов, на которые поделена закупка. Первый коэффициент мы назвали оптимистическим (optimistic ratio), поскольку он основывается на предпосылке, что компании не вступают в сговор. Второй коэффициент, соответственно, называется пессимистическим (pessimistic ratio), который особенно важен в случае, если компании склонны к созданию сговора при благоприятных обстоятельствах[196]. Данные коэффициенты должны вычисляться перед началом процесса торгов, когда точное число участников еще неизвестно и формат торгов не определен. Они должны быть рассчитаны для подготовки решения по разделению закупки на лоты. Коэффициенты конкуренции основаны на следующих переменных:

• скорректированное число индивидуальных участников (n) – это ожидаемое количество участников торгов; каждая компания считается столько раз, на сколько лотов она теоретически способна претендовать;

• количество отдельных участников (N) – это абсолютное ожидаемое количество участников торгов. Каждая компания считается по одному разу, вне зависимости от количества лотов, на которые она может подать заявки[197];

• количество лотов (L) – эта переменная указывает количества лотов, на которые разделен контракт.

Оптимистический коэффициент (OR) определяется как соотношение между скорректированным количеством участников n и количеством лотов L:

OR = n/L.

OR рассчитывается из предположения, что участники торгов конкурируют по каждому лоту и не договариваются о разделении лотов, закупаемых в результате по более высоким ценам. Чем выше OR, тем выше уровень ожидаемой конкуренции. Для расчета данного показателя фирма считается два раза, если она в состоянии сделать ставку на два лота. Это значит, что OR делает акцент на влиянии количества лотов на участие компаний в торгах, но не принимает во внимание возможное негативное влияние на стратегию компаний, активных на многих лотах. Если количество лотов увеличивается, а новые участники не прибывают, коэффициент OR остается неизменным, хотя возможности разделения рынка повышаются. Тем не менее OR увеличивается с появлением новых участников.

Пессимистический коэффициент (PR) рассчитывается как отношение количества отдельных участников N к количеству лотов L:

PR = N/L.

Коэффициент PR учитывает вероятность сговора участников, т. е. попытки поделить лоты без официальной конкуренции. Как и для OR, повышение PR означает увеличение ожидаемого уровня конкуренции и наоборот. В отличие от OR, PR основан на гипотезе о том, что крупные фирмы координируют свои действия с расчетом на разделение лотов с другими крупными поставщиками. Каждая компания в этом коэффициенте считается по одному разу, вне зависимости от количества заявок на лоты. Таким образом, индекс отражает ситуацию, в которой каждая компания отказывается от агрессивного поведения в торгах в обмен на такую же уступку со стороны конкурентов. Если увеличение количества лотов не приводит к достаточному уровню участия новых игроков, PR уменьшается.

Пример 7.2.

Этот пример показывает различия между двумя индексами и характер ситуации, который они отражают в отношении конкуренции и сговора. Рассмотрим два сценария с одинаковым количеством лотов, но разной структурой рынка. Сценарий 1 (высокий риск сговоров): шесть лотов, шесть крупных потенциальных участников, каждый из которых может сделать ставку на все лоты. Для расчета OR в числителе каждая компания считается шесть раз:

OR_1 = (6 × 6)/6 = 6; PR_1 = 6/6 = 1.

Сценарий 2 (низкий риск сговоров): шесть лотов и тридцать шесть мелких компаний, каждая может поставить только на один лот. В этом случае оба коэффициента совпадают:

OR_2 = PR 2 = 36/6 = 6[198].

Оптимистический коэффициент одинаков в обоих случаях (OR_1 = OR_2), поэтому он более информативен, когда ожидается конкурентное поведение участников. Если же участники будут сговариваться, шесть компаний в сценарии 1 попробуют разделить лоты (по одному на каждого), а тридцать шесть во втором сценарии будут серьезно конкурировать. Пессимистический коэффициент принимает рыночную структуру первого случая, когда количество фирм равно количеству лотов и равняется единице (PR1 < PR_2).

Практический вывод 2 (коэффициенты конкуренции).

Если во время торгов ожидается высокая конкуренция, следует использовать индекс OR.

В обратном случае следует использовать индекс PR.

7.3.1. Правильная интерпретация коэффициентов

Комплементарность (взаимодополняемость). Коэффициенты измеряют минимальный (PR) и максимальный (OR) уровень ожидаемой конкуренции относительно определенного количества лотов и участников. Фактический уровень конкуренции может меняться между двумя этими оценочными показателями. По этой причине оба коэффициента могут рассматриваться как взаимодополняемые и должны использоваться вместе для получения четкой картины уровня ожидаемой конкуренции в разных форматах торгов.

Относительность. Значения OR и PR при различных вариантах разделения на лоты должны сравниваться между собой. Если коэффициенты недостаточно репрезентативны при небольшом различии в количестве лотов, можно уменьшить или увеличить количество лотов, чтобы посчитать OR и PR для всех сценариев.

7.3.2. Ограничения для OR и PR

Коэффициент PR недостаточно информативен в конкурентных торгах, когда ожидаемое количество участников меньше количества лотов из-за технологических и географических ограничений. В подобных ситуациях следует опираться на индекс OR. Во избежание образования сговора формат торгов должен позволять мелким компаниям «беспокоить» крупные. Следующий пример показывает, что даже если индекс PR не может быть полноценно использован, следует внимательно проанализировать последствия решения о слиянии лотов. В рассматриваемой ситуации слияние лотов снижает закупочные издержки, если фирмы полноценно конкурируют, и приводит к непоправимой ошибке в случае сговора компаний.

Пример 7.3.

Предположим, что есть три фирмы, которые могут подать заявки на четыре лота, две крупные фирмы (А и Б), которые могут подать заявки на все лоты, и одна мелкая фирма (В), которая может подать заявку только на один лот, неважно какой. Закупочное агентство заранее объявляет, что не будет принимать ставки выше 25 евро за лот (либо 50 евро за два лота). Компания А достаточно эффективна при исполнении лотов 1 и 2, а компания Б специализируется на лотах 3 и 4. Фирмы не обладают синергией в производстве. В следующей таблице показаны производственные издержки каждой компании по каждому лоту и по двум пакетам по два лота.

Предположим, что для снижения цены закупки агентство желает совместить лоты 1 и 3 и лоты 2 и 4 соответственно. Это снизит OR с 9/4 до 8/4[199]. Успех слияния лотов, тем не менее, полностью зависит от конкурентного поведения двух крупных компаний. В этом случае слияние лотов действительно снизит закупочную цену с 20 евро (по 5 евро за лот) в случае четырех отдельных лотов до 14 евро (7 евро за лот) в случае двух укрупненных лотов. Если же компании сговариваются между собой, в результате слияния лотов цена возрастет с 20 евро (5 евро за лот, так как компания В потребует один из лотов, если цена будет выше) до 100 евро (максимальная цена, приемлемая закупщиком по каждому лоту)[200].

Этот пример показывает, что коэффициенты должны трактоваться очень внимательно и учитывать влияние слияния лотов на степень участия и возможность сговора. Эти индексы не могут помочь адекватной оценке ситуации, когда участники разнородны. Данный вопрос будет более подробно рассмотрен в разделах 7.4 и 7.5.

7.4. Деление на лоты и уровень участия

В данном разделе обсуждается, как разделение на лоты может способствовать или препятствовать участию в торгах. Активное привлечение участников желательно, поскольку обычно усиление конкуренции ведет к снижению цены для закупщика (см. также Главу 6). В основном, фирма примет участие в конкурентных торгах, если ее ожидаемая прибыль от торгов выше, чем стоимость участия. Таким образом, вопрос, на который мы постараемся ответить, заключается в следующем: как следует разделить лоты для увеличения ожидаемой прибыли потенциальных новых участников, при этом не слишком сильно уменьшив ожидаемую прибыль уже устоявшихся участников.

Большинство проблем возникает по причине разнородности компаний, обладающих разными стимулами к участию. Фирмы могут различаться по размеру (большие (крупный) и средний бизнес в России) и маленькие (малый бизнес в России, с небольшим потенциалом фирмы) и по своему рыночному опыту (новые и устоявшиеся). Далее обсуждаются некоторые способы привлечения к участию а) малого бизнеса (как новых, так и опытных компаний на рынке) и б) потенциальных новых участников (как больших, так и малых).

1. Малый бизнес.

Небольшие компании обычно не обладают достаточным количеством ресурсов для полностью самостоятельного исполнения контракта. Поэтому, предусматривая крупные лоты, покупатель тем самым исключает небольшие фирмы из конкурентных торгов. Вместе с тем во многих случаях участие малых фирм желательно. Часто специализированные небольшие компании могут более эффективно исполнить часть проекта, нежели крупная компания. К тому же, их участие способствует усилению конкуренции и снижению цены закупки. Наконец, присутствие малых фирм может затруднить процесс «деления пирога» крупными участниками. Данные факторы являются аргументами в пользу разделения закупки на множество мелких лотов.

Тем не менее следует помнить о ряде причин, по которым закупку не стоит разделять на мелкие лоты. При наличии комплементарности лотов участники столкнутся с проблемой повышенного риска (т. е. они будут вынуждены ставить на лот, не зная, получат ли они его дополнение). Кроме того, формат торгов с множеством лотов может облегчить кооперативное поведение и повысить общую цену контракта. Таким образом, при разделении контракта на множество лотов следует учитывать их комплементарность и, одновременно, избегать возникновения сговора (подробнее об этом в разделе 5.3).

Оценивая влияние количества и размера лотов на конкуренцию, следует учитывать так называемое скрытое участие, т. е. наличие или отсутствие активного вторичного рынка. Исключение мелких компаний из торгов может не нести серьезных последствий, если у них есть возможность принять участие в производственном процессе благодаря активному вторичному рынку. Обычно в этом случае невысокая стоимость малого бизнеса отражается в цене, поскольку крупные участники закладывают потенциально более низкие производственные издержки в свои ставки. Стимулы для передачи части проекта на субподряд зависят от таких динамических аспектов, как возможность вытеснения с рынка небольших конкурирующих компаний в будущем, при исключении их из производства сейчас. Данные аспекты рассмотрены в разделе 7.7.

2. Новые участники и уязвимые участники.

Если среди потенциальных конкурентов присутствуют и опытные игроки, и новые участники рынка, процедура торгов должна быть рассчитана на предоставление разумной вероятности успеха более уязвимым участникам. Даже если заранее ожидается, что в краткосрочной перспективе новые игроки менее эффективны, чем опытные участники, первые должны входить в торги для улучшения качества закупки. С одной стороны, это снижает общую цену, даже если участники не получают контракт. С другой стороны, в долгосрочной перспективе некоторые участники накапливают опыт и, таким образом, способствуют более жесткой конкуренции в будущем (это относится к понятию динамической конкуренции, описанной в разделе 7.7).

Фирмы, не обладающие ни малейшим реальным шансом получить контракт, однако, не будут достаточно стимулированы к участию в конкурентных торгах. Участие в торгах является довольно дорогостоящим для каждой фирмы и происходит только в случае достаточно высокого ожидаемого дохода. Как было сказано во введении к данной главе, основной рекомендацией в данной ситуации является следующее: «Количество лотов должно хотя бы на один превышать число участников, и лишний лот следует зарезервировать для новых игроков».

7.5. Координация и сговоры

Сговор в закупках заключается в явном или негласном соглашении между потенциальными конкурентами о разделе контрактов поставки по ценам выше конкурентных. Сговор, таким образом, требует координированных действий со стороны всех потенциальных конкурентов по одному общему правилу. Для того чтобы иметь стимулы к участию, каждый участник картеля должен получить «кусок пирога»; решение о способе разделения и распределения частей контракта должно приниматься согласованно.

Фирмы, вступающие в конкурентные торги, могут договориться о разделе закупочного контракта как открыто, так и негласно. Открытый сговор предполагает соглашение между конкурентами до начала торгов. Негласный сговор происходит, если фирмы координируют свои действия во время торгов, не вступая в открытый контакт друг с другом. Каждая компания индивидуально оценивает свои внутренние особенности и специфику закупки и достигает неконкурентного результата.

7.5.1. Количество участников и координация

Большое количество участников обычно усложняет координацию их действий для негласного разделения контракта. Поэтому, при определенном количестве лотов, чем выше число участников, тем ниже риск возникновения сговора.

Пример 7.4.

Закупщик разбивает контракт на десять лотов, а на рынке присутствуют только два серьезных игрока: этим двум компаниям не составит труда координировать свое участие и поделить «пирог» (например, по пять лотов на компанию). Теперь представим, что требования к участию становятся менее ограничивающими и в тендер могут войти еще восемь компаний: они все еще в состоянии поделить рынок (по одному лоту на компанию), но договориться о распределении лотов десяти фирмам будет гораздо сложнее.

7.5.2. Количество лотов и координация

Вне зависимости от количества участников торгов «дележ пирога» работает только в том случае, если все участники получают свою долю. Поэтому первым правилом противодействия сговору (уже упомянутым во введении) является: «Количество лотов должно быть меньше ожидаемого количества участников торгов». Как уже говорилось вначале, это интуитивное правило полезно, но имеет свои ограничения. Фирмы, участвующие в сговоре, могут присутствовать на нескольких рынках и делить непосредственно сферы влияния, а также выигрывать контракты по очереди и использовать сторонние сделки (через субподряд) для разделения «пирога». Кроме того, некоторые закупки из-за определенных технических аспектов требуют большого количества лотов (к примеру, закупки лекарств); соответственно, в таких условиях следовать указанному правилу невозможно; большое количество лотов может даже помешать образованию сговора. Учитывая число участников, чем выше количество лотов, тем проще фирмам их неконкурентно разделить. Однако, когда количество лотов уже выше, чем число участников, дальнейшее его увеличение повышает количество потенциальных вариантов разделения «пирога». В этом случае фирмы могут столкнуться с трудностями по координации заявок и делению закупочного контракта.

Пример 7.5.

Рассмотрим рынок с двумя похожими компаниями А и Б и конкурентными торгами на одинаковые лоты 1 и 2. В этом случае координация фирм довольно проста, так как возможны только два варианта сговора: либо А поставит только на 1, а Б на 2, либо наоборот, и обе фирмы предложат завышенные цены. Теперь представим ту же ситуацию, но с 44 одинаковыми лотами. В этом случае количество возможных неконкурентных комбинаций сильно возрастает и фирмам будет сложно координировать свои действия без прямого общения (связанного с риском привлечения антитрестовых и антимонопольных органов).

Данный пример показывает, что при определенном числе участников на рынке повышение количества лотов может усложнить возможность их сговора и способствовать конкуренции. Безусловно, увеличение количества лотов и соответственное уменьшение их размера позволяет принять участие в торгах и малым фирмам, тем самым еще больше усиливая конкуренцию.

7.5.3. Симметричность и координация

Коэффициенты PR и OR измеряют ожидаемую конкуренцию, связывая число участников и количество лотов. Вместе с тем они не учитывают два важных фактора: распределение участников на рынке (в зависимости от оборота, географического положения и т. д.) и распределение лотов по количеству и размеру. Экономический анализ[201] показывает, как асимметричность компаний по затратам и производительности может повлиять на устойчивость сговора, но не анализирует влияние количества и размера лотов на подобные соглашения. В этом подразделе мы рассмотрим, каким образом количество и размер лотов могут воздействовать на координацию и сговор между компаниями с учетом их особенностей и географического распределения.

Пример 7.6.

• Рассмотрим три одинаковые компании на рынке и два различных варианта распределения лотов: а) три одинаковых лота, б) четыре одинаковых лота.

В этой ситуации изменение количества лотов с трех до четырех может помешать сговору, так как каждая компания имеет возможность поставить на несколько лотов.

• Рассмотрим три различные компании, одну крупную и две мелких, и снова два возможных варианта распределения лотов: а) три одинаковых лота, б) четыре одинаковых лота.

Увеличение количества лотов может облегчить сговор, так как координация действий компаний становится проще: мелким компаниям присудят по одному лоту, а крупная компания получит два лота.

Этот пример показывает, как возможность (негласного) сговора зависит от состава компаний на рынке и точной конфигурации лотов.

Практический вывод 3 (сговоры).

• При определенном количестве лотов следует повышать количество участников для усложнения координации их действий (данная общая рекомендация также упоминается в главе, посвященной участию).

• При определенном количестве и особенностях участников:

– количество лотов должно быть меньше количества участников;

– если это невозможно, следует еще больше увеличить количество лотов для усложнения координации действий участников.

• Следует учитывать распределение фирм (по объему оборота, географическому положению и т. д.) и по другим важным параметрам для определения возможного поведения участников аукциона, а также избегать деления закупки на лоты, которое позволит участникам уделить особое внимание разделительному критерию.

7.6. Диверсифицированные компании и межрыночные контакты

Если в нескольких конкурентных торгах участвуют диверсифицированные компании (multi-product firms), закупщику следует не фокусироваться на определенном формате торгов, а принимать во внимание возможность сговора, возможные соглашения, имеющие место на рынке и в закупках. Экономическая литература и некоторые закупочные агентства предлагают уменьшать количество лотов в торгах для затруднения сговора участников[202]. Вместе с тем, если в торгах участвуют фирмы, присутствующие на нескольких рынках, уменьшения количества лотов может быть недостаточно по нескольким причинам:

1) крупные фирмы действуют на разных рынках и могут разделить больший «пирог»;

2) малым компаниям будет затруднительно или невозможно участвовать в торгах на крупные лоты, что еще больше облегчает возможность получения контракта крупными фирмами с помощью неконкурентных закупок.

В этом контексте наличие большого числа мелких лотов может способствовать привлечению малых фирм и повышению уровня конкуренции.

Пример 7.7.

Рассмотрим три разных рынка (например, настольные ПК, ноутбуки и принтеры), на которых есть три крупные компании и две мелкие; все компании работают с тремя товарными категориями.

• Сценарий 1: по каждой категории товаров закупочный контракт делится на три лота. Это позволяет двум мелким компаниям принять участие в торгах и подавать заявки и мешает крупным фирмам разделить поставку по цене, установленной сговором.

• Сценарий 2: по каждой категории товаров закупается единый лот. Две мелкие компании не в состоянии участвовать в торгах из-за недостаточной производительности. В отсутствие мелких фирм три крупных игрока с легкостью сговариваются и делят три рынка, по одному на каждого.

Анализировать только один закупочный аукцион в этом случае было бы неправильно: PR, который предполагает сговор между участниками, улучшается в Сценарии 2 относительно Сценария 1 (например, с 5/3 до 3). Этот пример показывает, что сокращение количества лотов, предполагаемое коэффициентом PR, не помешает крупным фирмам вступить в межрыночный сговор и, к тому же, окажет негативный эффект на участие мелких компаний. При меньшем количестве конкурентов на каждом рынке крупным игрокам легче поддерживать сговор.

Практический вывод 4 (межрыночные контакты).

При наличии крупных диверсифицированных компаний, действующих на нескольких рынках, не следует фокусировать внимание только на одних торгах при определении количества лотов: следует рассматривать все торги, где эти фирмы могут встретиться.

7.7. Безвыходная ситуация

Это ситуация (lock-in), в которой покупатель (или закупщик в нашем случае) вынужден сотрудничать с одним поставщиком из-за отсутствия альтернативы, наличия высоких затрат смены поставщика[203], либо неполноты контрактов. Подобные безвыходные ситуации можно отнести к двум типам: а) в регулярных закупках – если контракт поставки постоянно присуждается одному участнику, другие фирмы могут уйти с рынка, что снизит уровень конкуренции в последующих конкурентных закупках; б) в рамках контракта – когда покупатель сталкивается с оппортунизмом со стороны текущего поставщика. Второй случай подробно рассмотрен в Главе 4, поэтому здесь будет анализироваться первый тип безвыходных ситуаций.

7.7.1. Безвыходные ситуации в повторяющихся закупках

Безвыходные ситуации в регулярных закупках являются динамической проблемой, которая может возникнуть в рамках нескольких повторяющихся конкурентных торгов. Эта ситуация может возникнуть не на всех рынках, а только на тех, которые обладают определенными технико-экономическими особенностями.

1. Возможность обучения на практике, т. е. фирмы обучаются снижению производственных издержек во время исполнения контракта. Таким образом, в будущих конкурентных торгах они получают преимущество по сравнению с фирмами, не получавшими контракт ранее.

2. Доминантное положение покупателя на рынке. Если на закупку приходится значительная доля рынка, фирма-победитель становится единственной, которая может усовершенствовать процесс производства.

3. Наличие специфических инвестиций. Участие на таких рынках требует специфических инвестиций, возможность осуществить которые может исчезнуть с наступлением конкурентной закупки. Таким образом, если на рынке уже присутствует доминирующий поставщик, стимулов к приходу новых игроков может быть недостаточно.

Во всех вышеперечисленных случаях процедура одноконтрактных торгов может привести к следующим последствиям.

• Уход с рынка в среднесрочном периоде всех поставщиков, кроме одного. Отношения с единственным монополистическим поставщиком для закупщика нежелательны.

• Повышение затрат смены поставщика для закупщика, если он решит сменить первоначального поставщика. Обычно это происходит, когда после покупки определенной технологии покупатель осуществляет долгосрочные инвестиции в комплементарные товары[204].

Следовательно, закупщик должен идентифицировать рынки с высоким риском возникновения безвыходной ситуации и выбрать соответствующую процедуру торгов.

7.7.2. Как избежать безвыходной ситуации

Для предотвращения ситуации, когда поставщик приобретает доминантное положение, закупщик должен поддерживать высокий уровень конкуренции в будущих закупках. Для этой цели экономическая теория предлагает разделение контракта закупки на два лота или более и установку ограничения (в виде доли поставки) на объем контракта, присуждаемый каждой фирме. Технически это можно назвать двухканальным снабжением (co-sourcing, dual sourcing), если имеются два поставщика, каждый из которых должен получить долю контракта, или многоканальным снабжением (multi-sourcing), если части контракта достаются нескольким фирмам[205]. В результате использования подобной схемы несколько компаний получат возможность улучшить свои технические навыки во время выполнения контракта. Следовательно, конкуренция в будущих торгах останется высокой[206]. Альтернативной стратегией для предотвращения безвыходных ситуаций является ротация поставщиков. В результате, несколько фирм могут усовершенствовать свои технические характеристики, поочередно исполняя договор поставки, что также способствует поддержанию высокого уровня конкуренции в долгосрочной перспективе.

7.7.7.1. Разделение контракта поставки

Если закупщик опасается остаться «один на один» с доминантным поставщиком, он имеет возможность применить несколько методов ослабления рыночной силы последнего. Наиболее очевидным решением было бы использовать правило ограничения присуждения контракта[207]. Подобное ограничение состоит в условии, препятствующем присуждению отдельному поставщику доли контракта, превышающей определенный фиксированный уровень. Контракт поставки обычно делится между участниками, подавшими лучшие предложения. Это обеспечивает минимальное количество поставщиков (что зависит как от ограничения, так и от предложений компаний). Когда закупщик готов разделить контракт, только если получившая второе место компания достаточно эффективна (или не слишком неэффективна), он может использовать процедуру «торгов с раздельным присуждением» (split-award tendering process)[208]. В данном виде конкурентных торгов каждый поставщик подает заявку как на долю контракта, так и на получение эксклюзивного снабжения. Контракт присуждается либо лучшему предложению на всю закупку (единый канал снабжения), либо лучшей комбинации двух «частичных» заявок (двухканальное снабжение). Покупатель выбирает решение, способствующее минимизации стоимости закупки путем либо объединения, либо разделения контрактов.

Минимальное количество фирм, которым следует присудить части контракта, должно быть определено в зависимости от специфической рыночной структуры. Для новых рынков, находящихся на ранней стадии развития, рекомендуется выбирать более двух фирм. Формат торгов, ведущий к выбору нескольких поставщиков, усиливает структуру поставок и поддерживает развитие рынка на первичном этапе.

Компании-победители, таким образом, получают стимул инвестировать в определенное ноу-хау для поддержания конкурентоспособности в будущем[209].

Лион доказал[210], что двухканальное снабжение:

• одновременно позволяет обеим победившим компаниям обучаться и приобретать опыт, что ведет к большему наклону (снижению) общей кривой обучения;

• ведет к сокращению стоимости государственной закупки только в случае последующего проведения торгов формата «победитель получает все»[211] (хотя это и создает риск безвыходной ситуации, ведущей к повышению затрат в будущем);

• снижает асимметричность информации между поставщиками, что может снизить стоимость закупки из-за более агрессивного поведения в последующих торгах «победитель получает все»;

• предоставляет закупщику большую возможность контролировать неконтрактуемые аспекты качества продукта: покупатель получает дополнительную дисциплинарную власть относительно характеристик продукта, которые сложно отразить в контракте.

7.7.7.2. Ротация закупок между конкурирующими поставщиками

Еще одним методом, необходимым для минимизации риска безвыходной ситуации, является присуждение контракта закупки постоянно сменяющимся поставщикам[212]. В случае использования экономии на масштабе покупатель может первоначально позволить себе ротацию поставщиков, для того чтобы в конечном итоге выбрать наиболее опытного. В ином случае покупатель может продолжать ротацию поставщиков. Когда поставщик становится доминирующим, закупщик получает выгоду от снижения издержек за счет экономии на масштабе. Тем не менее он должен учитывать риски, связанные со снижением конкуренции на рынке.

Закупщик должен учитывать баланс между использованием экономии на масштабе и ослаблением конкуренции из-за доминирующего положения одного из поставщиков[213].

Экспериментальные исследования показывают, что ротация поставщиков действительно может быть с успехом использована для стимулирования динамической конкуренции, т. е. для использования эффекта обучения без риска возникновения описанной выше безвыходной ситуации[214]. В условиях, когда закупщик не всегда обязан выбирать наилучшее предложение, эмпирические исследования показывают, что:

• поставщики конкурируют друг с другом на раннем этапе даже путем предложения цены ниже стоимости поставки (так называемой цены проникновения, penetration price) для входа на рынок и снижения затрат за счет экономии на масштабе;

• покупатель сталкивается с чрезмерным предложением даже на ранних стадиях (когда поставщики еще не в состоянии использовать экономию на масштабе) из-за ценовой стратегии поставщиков;

• покупатель иногда выбирает поставщика, предложившего не самую низкую цену, для того чтобы позволить ему снизить «кривую обучения» и сохранить паритет затрат с другими поставщиками (ротация поставщиков);

• в конце концов только один поставщик приобретает достаточное преимущество в стоимости и становится доминирующим поставщиком (опрокидывание рынка, market tipping).

7.7.7.3. Издержки и риски мультисорсинга

С одной стороны, мультисорсинг (т. е. использование множественных каналов снабжения) позволяет закупщику выбирать из большого пула потенциальных и опытных поставщиков на всем протяжении действия закупочного контракта. Более того, конкуренция заставляет рыночных игроков прилагать большие усилия для снижения затрат и таким образом ускоряет процесс обучения.

С другой стороны, экономия на масштабе вряд ли будет использована в полной мере, если объемы производства поделены между несколькими поставщиками (или если происходит их постоянная ротация). На рынках, требующих большого объема специфических инвестиций, потери эффективности при разделении производства превышают экономию в результате мультисорсинга. Присуждение контракта нескольким поставщикам также повышает фиксированные издержки закупщика. Кроме того, отношения с несколькими конкурирующими поставщиками несут риск их сговора во время (или до) разделения контракта. Очень важно всесторонне изучить выбор между издержками и преимуществами мультисорсинга перед его использованием.

Практический вывод 5 (мультисорсинг).

Перед тем как использовать мультисорсинг, следует сравнить:

• недостатки – потеря экономии на масштабе, увеличение фиксированных затрат закупщика, повышение риска сговора;

• преимущества – низкий риск безвыходной ситуации отношений с единственным поставщиком, более крутая кривая обучения.

7.8. Заключение

В этой главе рассматривалось, как разделение закупочных контрактов на лоты может повлиять на результаты текущих и будущих торгов.

По мнению авторов, количество лотов и участников являются взаимозависимыми элементами закупки, и эта зависимость должна учитываться при определении формата торгов. Разделение на лоты в идеале должно усиливать стимулы к участию поставщиков без повышения риска сговора во время торгов. Мы предложили два коэффициента, которые позволяют оценить форматы торгов с помощью измерения уровня ожидаемой конкуренции как функцию количества лотов и распределения фирм по их способности подавать заявки на определенные лоты. Затем детально обсудили влияние участия и потенциального сговора на разделение лотов. Наконец, мы показали важность разделения на лоты для динамических аспектов конкуренции. В заключение мы проанализировали последствия межрыночных контактов крупных компаний для определенных форматов торгов. Кроме того, была рассмотрена проблема безвыходной ситуации, возникающая в результате отношений с единственным поставщиком в повторяющихся закупках, и различные варианты поддержания необходимого уровня конкуренции на рынке.

Краткий обзор литературы

Прекрасный общий обзор многоконтрактных конкурентных торгов приведен в книге [Milgrom, 2004], а подробное обсуждение вопроса количества лотов и конкуренции – в книге [Klemperer, 2002]. Формы оптимального объединения лотов впервые были рассмотрены в работах [Palfrey, 1983], а затем [Grimm, 2006], где также анализируется влияние на участие. Авторы работы [Farrel, Gallini, 1988] первыми выявили преимущества двухканального снабжения, в то время как в статье [Lewis, Yildirim, 2002] указаны пути минимизации риска безвыходных ситуаций.

Источники

Anton J., Yao D. Second Sourcing and the Experience Curve: Price Competition in Defense Procurement // RAND Journal of Economics. 1987. 18 (1). Spring.

Anton J., Yao D. Split Awards, Procurement, and Innovation // RAND Journal of Economics. 1989. 20 (4). Winter.

Armstrong M. Optimal Multi-Object Auctions // Review of Economic Studies. 2000. 67. Р. 455–481.

Avery C., Hendershott T. Bundling and Optimal Auctions of Multiple Product // Review of Economic Studies. 2000. 67. Р. 483–497.

Binmore K., Klemperer P. The Biggest Auction Ever: The Sale of the British 3G Telecom Licences // Economic Journal. 2002.

Chakraborty I. Bundling Decisions for Selling Multiple Objects // Economic Theory. 1999. 13. Р. 723–733.

Competition Policy and Procurement Markets. Paris: OECD, 1999.

Farrel J., Gallini N. Second Sourcing as a Commitment: Monopoly Incentives to Attract Competition // Quarterly Journal of Economics. 1988. 103 (4). Р. 673–694.

Grimm V. Sequential versus Bundle Auctions for Recurring Procurement // Journal of Economics. 2006. Forthcoming.

Ivaldi M., Jullien B., Rey P., Seabright P., Tirole J. The Economics of Tacit Collusion, Final Report for DG Competition, European Commission, 2003.

Jehiel P., Meyer-ter-Vehn M., Moldovanu B. Mixed Bundling Auctions // Journal of Economic Theory. 2003. Forthcoming.

Klemperer P. Auctions: Theory and Practice. Princeton University Press, 2004.

Kranton R., Minehart D. A Theory of Buyer-Seller Networks // American Economic Review. 2001. 91(3). Р. 485–508.

Krishna V. Multiple Object Auction in Auction Theory. Academic Press, 2002.

Lewis T., Yildirim H. Managing Dynamic Competition // American Economic Review. 2002. 92 (4). September.

Lyon P.T. Competition and Technological Complexity in Procurement: An Empirical Study of Dual Sourcing. Mimeo. Stephen M. Ross School of Business, University of Michigan, 2000.

Milgrom P. Putting Auction Theory to Work. Cambridge, United Kingdom: Cambridge University Press, 2004.

Palfrey T. Bundling Decisions by a Multiproduct Monopolist with Incomplete Information // Econometrica. 1983. 51. Р. 463–484.

Richardson J. Parallel Sourcing and Supplier Performance in the Japanese Automobile Industry // Strategic Management Journal. 1993. 14 (5). Р. 339–350.

Shepard A. Licensing to Enhance Demand for New Technologies // RAND Journal of Economics. 1987. 18 (3). Autumn.

8. Многоконтрактные торги и пакетные заявки в закупках

Никола Димитри, Риккардо Пачини, Марко Паньоцци, Джанкарло Спаньоло.

8.1. Введение

В практике закупок наиболее распространенным способом закупки нескольких контрактов на поставку – например, разных типов продукции или для разных географических районов – являются закрытые конкурентные торги с одновременным заключением нескольких контрактов (simultaneous sealed-bid competitive tendering). В данном формате конкурентных торгов, когда тендерные предложения являются исключительно экономическими, поставщики делают отдельную заявку на каждый контракт, в то время как каждый контракт присуждается и заключается с тем поставщиком, который предложил заявку по самой низкой цене. Как правило, вероятность того, что контракт будет присужден и заключен с определенным поставщиком, не зависит от заявок, которые он делает на любой другой контракт.

Этот простой способ присуждения контрактов на поставку может быть целесообразен, если затраты на поставку по каждому контракту не зависят от затрат по другим контрактам. Однако в действительности затраты поставщика на исполнение контракта часто зависят от того, сколько и каких контрактов он обслуживает параллельно. В этом случае закупщик должен позволять поставщикам подавать заявки, учитывающие подобные обстоятельства. Например, средняя стоимость обслуживания двух смежных регионов существенно ниже стоимости обслуживания одного из них, поскольку часть основных инвестиций может использоваться для обоих регионов. В связи с этим участники торгов должны иметь возможность подавать заявки, условия которых действительны только в случае получения контракта на оба региона обслуживания.

В этой главе мы обсудим методы закупки множественных контрактов, обладающих комплементарностью, когда затраты поставщика на обслуживание каждого контракта зависят от того, какие другие контракты одновременно исполняет этот поставщик. Мы в основном акцентируем внимание на закрытых торгах и ситуациях, в которых преобладает частный компонент затрат (см. Главу 6). Многоконтрактные открытые (динамические) аукционы будут обсуждаться в Главе 9.

Мы утверждаем, что характер и масштабы комплементарности должны определять выбор наиболее предпочтительной для закупщика формы конкурентных торгов. Положительная комплементарность (взаимодополняемость), наиболее распространенная и интересная в закупках, возникает, когда для некоторых потенциальных поставщиков общая стоимость обслуживания набора контрактов ниже, чем сумма затрат на обслуживание каждого отдельного контракта. Примером продукции с сильной положительной комплементарностью может быть IT-оборудование и программное обеспечение к нему. В этом случае при совместной закупке того и другого крупные поставщики могут предложить очень низкие цены благодаря значительной экономии на масштабе.

Отрицательная комплементарность, более редкая для закупок, возникает в противоположной ситуации, когда для поставщика общая стоимость обслуживания набора контрактов выше, чем сумма стоимостей обслуживания каждого отдельного контракта из этого набора. Обычно это происходит, если имеют место довольно жесткие ограничения мощностей компании участника и с увеличением количества контрактов резко растет и общая их стоимость. Примером отрицательной комплементарности является энергоснабжение, поскольку энергию невозможно хранить, а электростанции имеют ограниченную мощность. В этом случае ограничения производства представляют собой жесткие рамки для поставщика, вынужденного существенно повышать затраты для обеспечения дополнительного количества энергии. Если два контракта генерируют сильную положительную комплементарность для поставщика, он может снизить цену на один из контрактов, только будучи уверенным в получении второго. Таким образом, закупщик должен принять такую процедуру торгов, в которой участникам будет позволено подавать заявки на группу, или «пакет» контрактов, с целью увеличения экономии на торгах.

Сначала мы рассмотрим аукционы на повышение (например, скидок. – Примеч. научного редактора русского русского перевода), адаптированные к закупкам, которые успешно применяются по всему миру для распределения радиочастот для мобильных операторов и лицензий на выбросы парниковых газов. Несмотря на то, что этот тип аукционов не предполагает возможность пакетных заявок, он позволяет участникам делать ставки, наблюдая за поведением конкурентов и, следовательно, помогает им выбрать «правильные» контракты с умеренной комплементарностью для подачи предложений. Однако, если комплементарность достаточно важна, поставщики могут все равно избегать агрессивных ставок в аукционе; по этой причине следует рассмотреть и другие форматы торгов, позволяющие подачу пакетных заявок.

Мы кратко обсудим закупочную версию аукциона Викри, часто рассматриваемого в теоретических работах и отличающегося особой эффективностью. Тем не менее из-за ряда практических проблем, связанных с его реализацией (в связи, например, с его сложными ценовыми правилами), аукцион Викри обычно не рекомендуется для закупок. Затем мы рассмотрим закупочную версию закрытого аукциона «стратегий» (menu auction), т. е. процедуру закрытых торгов, в которых участникам разрешается делать ставки на пакеты контрактов, а победитель торгов получает заявленную цену за присуждаемый контракт (контракты). Этот формат конкурентных торгов становится все более популярным в закупках благодаря относительно простой процедуре проведения и удобным для понимания правилам. Пакетные аукционы могут обрести дополнительную сложность из-за процедуры обработки большого количества пакетов, так как даже малое количество изначальных контрактов может дать большое число возможных комбинаций пакетов. Мы предлагаем несколько практических решений этой проблемы. Пакетные торги также отличаются и другими неудобствами, как то недостаточно агрессивное поведение участников, заинтересованных только в одиночных контрактах.

В стандартных закрытых торгах, допускающих только заявки на отдельные контракты, при сильной отрицательной комплементарности контрактов поставщик рискует выиграть больше контрактов по предложенной цене, чем ему бы хотелось, поскольку, даже если он заинтересован в выигрыше только одного контракта, он может поставить на несколько для повышения шансов на победу. Так же как и в случае положительной комплементарности, закупщик должен преимущественно использовать такой формат торгов, в котором участники могут открыто подавать заявки, действительные в случае присуждения определенного набора контрактов. Таким образом, цена победы поставщика, выплачиваемая по контракту (контрактам), зависит от набора присуждаемых контрактов. Это также позволяет участникам подавать конкурентные заявки на отдельные контракты, в то же время не подвергая их риску выиграть слишком много контрактов по низкой цене.

В случае, когда контракты представляют собой однородные «доли» всей поставки, а их комплементарность отрицательна, как, например, в случае поставок электроэнергии, закупщик может выбрать более простые варианты закрытых торгов с пакетными заявками. Например, заявки должны устанавливать «график поставок», т. е. комбинацию количества (контрактов) и цены, по которой данное количество продукции будет поставлено. Подобные «конкурентные долевые торги» просты в применении и присуждают контракты согласно различным правилам определения цены. Мы обсуждаем, какие правила ценообразования уместны в разных ситуациях, учитывая потенциальные издержки и выгоды этих правил для привлечения участников и образования сговора («сокращение спроса»).

В Главах 7 и 11 утверждается, что в случае ограниченных возможностей производства чем больше количество контрактов и меньше их размер, тем больше мелких поставщиков может принять участие в торгах. Однако, хотя деление контракта на множество лотов позволяет усилить конкуренцию, в отсутствие возможности пакетных заявок оно ограничивает крупных поставщиков в использовании экономии на масштабе, подвергая их риску получения лишь нескольких очень небольших контрактов. Таким образом, перед закупщиком при выборе количества и размера контрактов (лотов) для торгов встает дилемма между усилением конкуренции со стороны небольших поставщиков и использованием экономии на масштабе крупными игроками. Принятие пакетных заявок позволяет разрешить эту дилемму, так как даже в случае предложения очень мелких контрактов крупный поставщик может подать заявку на большой пакет лотов с пакетным эффектом снижения издержек на масштабе. Поэтому пакетные торги с множеством мелких контрактов являются идеальным решением для привлечения к участию в торгах разнородных поставщиков, каждый из которых может проявить свою конкурентоспособность путем создания оптимальной комбинации контрактов, что в конечном счете благотворно отражается на результате торгов для закупщика.

Данная глава структурирована следующим образом. В разделе 8.2 обсуждаются аукционы и процедуры закрытых торгов, применяемых в случае положительной комплементарности контрактов. Случай отрицательной комплементарности контрактов рассматривается в разделе 8.3. В разделе 8.4 приведен анализ последствий применения правил торгов для заинтересованности в участии в торгах у поставщиков. Несколько примеров завершают главу.

8.2. Контракты с сильной положительной комплементарностью

Положительная комплементарность возникает, когда два или более контрактов имеют большую ценность вместе, чем по отдельности, например, в результате экономии на масштабе, когда затраты поставщика на исполнение группы контрактов ниже, чем сумма его затрат на исполнение этих контрактов по отдельности. Это, в принципе, позволяет участникам торгов совершить поставку по относительно низкой цене, а закупщику воспользоваться значительной экономией. В наиболее часто используемых в закупках закрытых торгах поставщикам не позволяется подавать заявки на группы контрактов (либо в общем делать ставку на контракт с условием присуждения другого контракта). Однако в случае сильной положительной комплементарности участник торгов может снизить цену на определенный контракт, если он уверен в получении другого контракта (или нескольких контрактов), поскольку цена отдельного контракта при поставке двух ниже, чем стоимость поставки только одного контракта. В этом случае, если по правилам торгов поставщикам не разрешено делать заявки на группу контрактов, у участника пропадает стимул к агрессивному поведению для получения отдельного контракта, так как он не уверен, что получит другие контракты. Это часто называется проблемой «экспозиции», потому что участник подвергается риску выиграть лишь некоторые компоненты желаемого пакета поставки, для которых было просчитано ценовое предложение. Если такой риск слишком высок, поставщики будут избегать агрессивных ставок (заявок). В этой ситуации разрешение на пакетные заявки приведет к значительно более высокому уровню экономии для закупочных агентств.

Для оценки потенциальных нежелательных последствий проблемы «экспозиции», рассмотрим следующий пример двух участников 1 и 2, а также двух разных лотов А и Б. Цифры в ячейках представляют наиболее низкие цены, которые участники готовы предложить в случае присуждения обоих лотов или каждого лота по отдельности.

Как следует из таблицы, оба лота положительно комплементарны для поставщика 1: благодаря, к примеру, значительной экономии на масштабе, участник 1 может поставить оба лота за ту же сумму, что и каждый лот по отдельности. Это может произойти в случае, если участник 1 обладает фиксированными издержками в размере 300, а его маргинальные издержки равны нулю. Второй участник может поставить каждый из лотов по цене 100, но из-за ограничения производственной мощности его затраты на поставку двух лотов превышают сумму затрат каждого лота по отдельности. Таким образом, доходы второго поставщика снижаются с ростом масштабов производства.

Предположим, что участники знают производственные затраты друг друга. Предположим также, что, как это часто бывает в практике закупок, агентство закупает оба лота одновременно и просит участников подать закрытые заявки на лоты. При этом участникам позволено ставить только на отдельные лоты, а не на пакет из двух лотов.

Участник 1, являющийся наиболее эффективным для двух лотов, может обеспечить максимальную экономию для закупщика. Таким образом, эффективное (т. е. минимизирующее затраты) распределение лотов заключается в присуждении обоих лотов первому поставщику. Вместе с тем второй участник готов поставить низкую цену в 100, по крайней мере на один из лотов. Следовательно, чтобы получить оба лота и опередить второго участника, участник 1 должен поставить цену не выше 100 за каждый лот. Однако это для него невыгодно (поскольку общая цена, которую он получит, будет ниже его затрат на поставку двух лотов). Такое распределение контрактов не будет эффективным, даже если присутствует фактор неполноты информации по затратам. В результате, поставщик 1 может принять решение не участвовать в торгах, что приведет к резкому росту затрат закупщика.

Данный вывод относится к ситуации, в которой один участник конкурирует со вторым, обладающим резко отрицательной зависимостью между прибылью и масштабом производства. Тем не менее проблема «экспозиции» возникает и в более общем смысле. Представим, например, что поставщик 1 участвует в конкурентных торгах, не имея информации о затратах второго участника. Первый участник не станет предлагать цену ниже 300 (т. е. свои затраты на производство одного лота) на отдельный лот из опасения выиграть только один контракт (и, следовательно, быть вынужденным исполнить его ниже себестоимости) в случае, если второй поставщик поставит более низкую цену только на другой лот. Отметим, что это замечание не зависит от реальных затрат второго участника и, в частности, от того, имеет ли он отрицательную, положительную или нейтральную зависимость дохода от масштабов производства. В результате, даже если участник 1 может поставить оба контракта по цене 300, сумма его предложений по отдельным лотам будет значительно превышать это значение. Это, опять же, может повысить затраты закупщика и привести к неэффективному распределению контрактов.

8.2.1. Одновременный аукцион на повышение (SAA)

Одновременный аукцион на повышение (simultaneous ascending auction, SAA) – это форма динамического аукциона, которая может быть частично использована для преодоления проблемы «экспозиции» (помимо задач, рассмотренных в Главе 6). Данный формат позволяет участникам подавать заявки, наблюдая за заявками конкурентов и, следовательно, способствуя выбору оптимальных пакетов контрактов в зависимости от их комплементарности.

SAA, разработанный Милгромом, Вилсоном и Макафи успешно применяется Американской федеральной комиссией по коммуникациям в целом ряде аукционов, с 1994 г. выставляющих на торги покупку лицензий радиочастот для мобильных операторов. Этот формат также использовался различными европейскими государствами на покупку лицензий на мобильные телефоны 3G в 2000–2001 гг. Этот тип аукциона во многом похож на стандартный аукцион на повышение (проводимый, например, для продажи картин у Сотбис и Кристи), за тем исключением, что в нем на торги выставляются несколько лотов одновременно и участники могут выбрать, на какие из них делать ставки. В закупочных аукционах цена понижается для каждого контракта независимо, но ни один из контрактов не присуждается пока не сделаны все возможные ставки. Таким образом, аукцион заканчивается, когда ни на один из контрактов не подается новая ставка и каждый контракт присуждается участнику, предложившему максимальную скидку.

Этот аукцион организуется раундами (этапами); в конце каждого раунда закупщик сообщает минимальную полученную ставку для каждого лота (контракта), а также максимальную ставку, допустимую в следующем раунде. Обычно, хотя и не обязательно, максимальная допустимая ставка устанавливается путем снятия определенного процента с минимальной ставки предшествующего раунда. Во избежание бездействия участников во время торгов (по той причине, например, что некоторые из них хотят сначала ознакомиться со ставками конкурентов) закупщик может ввести правило активности. Оно требует от участника в каждом раунде либо держать минимальную ставку по определенному количеству контрактов, либо понизить ставку. Это правило заставляет участников делать ставки в каждом раунде для снижения его длительности[215]. Правило активности может меняться на протяжении аукциона. К примеру, если участники не уверены в точной стоимости контракта, для облегчения раскрытия цен правило активности может быть менее строгим на ранних этапах торгов и более жестким в последующих раундах.

SAA обладает многими преимуществами. Во-первых, это простая и прозрачная процедура, способствующая раскрытию цен. По мере развития аукциона участники имеют возможность знакомиться с ценой, предложенной конкурентами и, следовательно, соответственно адаптировать свои ставки. Если же закупаемые контракты имеют общие неизвестные составляющие, SAA, благодаря своему динамическому характеру, выявляет частную информацию поставщика по этим составляющим и снижает тем самым информационную ренту закупщика. Это влечет за собой более агрессивные ставки и снижает затраты закупщика.

Вторым основным преимуществом SAA является то, что в зависимости от предложений конкурентов поставщики могут выбрать наиболее привлекательный пакет лотов. Поскольку участники могут менять ставки на группы контрактов в случае изменения относительного уровня цен, каждый поставщик может отозвать заявку на определенную группу комплементарных лотов, если он в процессе торгов понимает, что не сможет получить один из контрактов в пакете. Это устраняет проблему «экспозиции» и позволяет участникам подобрать наиболее выгодную для них группу контрактов. К примеру, предположим, что участник считает два контракта положительно комплементарными (и, следовательно, готов дать более низкую цену на два контракта). Этот участник может уверенно поставить на оба контракта, так как он знает, что если цена на один из них опустится слишком низко, он может прекратить ставить на второй контракт и/или переключится на другую группу лотов[216]. Кроме того, поскольку во время торгов участники могут переключать ставки между контрактами-субститутами, окончательные цены контрактов со схожими характеристиками должны находиться на одном уровне.

Вместе с тем, хотя SAA и ограничивает подверженность риску при наличии проблемы «экспозиции», он не способен полностью ее решить. Рассмотрим еще раз пример, описанный в предыдущем абзаце. Предположим, что закупщик проводит одновременный аукцион на повышение и на каждый из лотов цена достигла 300. К этому моменту участник 1 может предпочесть выйти из торгов, так как, несмотря на его готовность поставить на два лота по цене ниже 600, он не захочет ставить менее 300 на один лот из страха не получить второй. В основном, даже в SAA участник 1 не сможет делать агрессивные ставки, опасаясь не получить оба лота, а только один. Причина заключается именно в том, что SAA не позволяет участникам делать пакетные заявки. Как говорилось выше, это может привести к неэффективному распределению контрактов.

Другие проблемы, связанные с SAA, это снижение спроса и сговор. Сокращение спроса, которое будет более детально обсуждаться в подразделе 8.3.1, возникает, когда участник ставит на меньшее число контрактов, чем он на самом деле хотел, чтобы снизить конкуренцию, тем самым поддерживая высокий уровень цен на торгуемые контракты. Организация сговора в SAA также не составляет труда благодаря прозрачности данного формата аукционов. Участники имеют возможность использовать свои ставки во время торгов для координации действий, например, показывая свою готовность сосредоточиться на определенной группе контрактов. Поскольку участник наблюдает ставки своих конкурентов, он может выявить и «наказать» пытающегося выйти из сговора участника. Это приводит к ослаблению конкуренции и увеличению расходов закупщика. Данная тема является предметом обсуждения Глав 14 и 15 и по этой причине не будет рассматриваться далее в этой главе.

8.2.2. Закрытые торги с пакетными ставками

При наличии сильной положительной комплементарности контрактов и в связи с проблемой «экспозиции» даже в SAA поставщики будут избегать агрессивных ставок. В этом случае закупщику следует рассмотреть возможность принятия пакетных заявок. В пакетных или комбинаторных торгах участник может делать ставки с условием получения определенной группы контрактов (пакета), а также ставки на одиночные лоты.

Пакетные торги часто применяются на практике. К примеру, их использовали при распределении аэропортных слотов, в перевозке грузов, при распределении автобусных маршрутов и в закупках. В США рассматривалась возможность проведения пакетных торгов для распределения радиочастот для мобильных операторов.

Очевидно, что комбинаторные предложения претендентов позволяют участникам лучше выразить свои предпочтения и избавиться от подверженности риску в связи с проблемой «экспозиции», так как, делая ставку на пакет контрактов-комплементов, поставщик может быть уверен, что он получит определенный контракт только вместе с другими контрактами выбранного пакета. Благодаря этому участники могут вести себя более агрессивно, а закупщик может сократить свои расходы.

Практический вывод 1.

Пакетные торги должны проводиться тогда, когда велика вероятность, что для значительного числа участников торгов возникает положительная комплементарность между некоторыми контрактами (лотами).

Далее будут рассмотрены специальные правила, применяемые в комбинаторных торгах. В этой главе анализируются закрытые торги; динамические пакетные аукционы рассмотрены в Главе 9.

8.2.2.1. Аукцион Викри в закупках

При применении в закупках разновидности аукциона Викри проводят процедуру закрытых торгов, особенность которой заключается в том, что покупатель просит всех участников сообщить о себестоимости их продукции, как для одиночных лотов, выставляемых на торги, так и для группы (пакета) лотов (контрактов). Затем покупатель присуждает контракты с целью минимизации общей цены (т. е. суммы выигравших ставок). Победивший участник за каждый присужденный ему контракт или пакет контрактов получает цену, равную цене, заявленной им в ставке, за вычетом общей (так называемой социальной) цены всех контрактов, плюс общая цена всех контрактов, которую пришлось бы заплатить покупателю в отсутствие ставок победившего участника[217].

Именно многоконтрактный аукцион Викри (а не аукцион единой цены, uniform-price auction, обсуждаемый дальше в этой главе) обладает основной стратегической особенностью одноконтрактных торгов второй цены: участники, исходя из собственных оценок затрат, будут стараться сделать ставку, равную их реальным издержкам по каждому контракту и группе контрактов, выставляемых на торги (см. Главу 1). Поэтому стратегия участников довольно проста, а торги всегда эффективны, так как он позволяет присудить контракты участникам, которые их больше всего ценят. Также, поскольку поставщикам позволяется делать пакетные ставки, аукцион Викри дает возможность избавиться от проблемы подверженности риску (проблемы «экспозиции») в случае положительной комплементарности контрактов.

Следующий пример иллюстрирует правило ценообразования аукциона Викри.

Если оба участника следуют доминантной стратегии и объявляют свои реальные издержки, закупщик присудит оба контракта участнику 1 (эффективное распределение). Общая стоимость контрактов составит 350; если бы первого участника не было, эта стоимость составила бы 400 (цена второго игрока за два контракта). Следовательно, участник 1 получит вознаграждение в размере 350–350 + 400 = 400.

Исходя из вышесказанного может создаться впечатление, что аукцион Викри является идеальным решением для закупки нескольких контрактов из-за его замечательных теоретических свойств. Тем не менее из-за своей сложности этот формат редко используется в закупочной деятельности. Более того, как и в случае одноконтрактных торгов, участники могут избегать распространения реальной информации о своих производственных затратах из-за риска того, что закупщик будет использовать эти данные в будущих переговорах. Аукцион Викри может также привести к тому, что участники с низким уровнем производственных издержек получат меньшую цену за контракт, чем участники с высокими затратами (что не всегда справедливо). Наконец, он может негативно сказаться на затратах закупщика. Этот тип аукциона обладает нежелательной особенностью, выражающейся в том, что увеличение количества участников часто может увеличить цену присуждения контракта[218]. По всем этим причинам закупщику, приобретающему несколько контрактов с положительной комплементарностью, следует рассматривать и другие типы комбинаторных торгов.

8.2.2.2. Закрытые торги «стратегий» с принятием пакетных заявок

В закрытых торгах «стратегий» (menu auction) каждый участник ставит отдельную цену за каждый контракт и пакет контрактов, которые он готов поставить. Слово «меню» в данном случае значит, что пакеты устанавливаются закупщиком предварительно; при этом закупщик имеет право ввести ограничения на определенные ставки (это будет обсуждаться ниже). Покупатель затем выбирает такую комбинацию предложений, которая позволит ему максимально сэкономить (уменьшить общую цену присуждения). Каждый победивший участник получает цену, которую он поставил на присуждаемый ему контракт или пакет контрактов. Данный закупочный механизм использовался, к примеру, в аукционе лондонских автобусных маршрутов.

Для того чтобы понять, как работает этот вид конкурентных торгов, вернемся к предыдущему примеру. В пакетных торгах «стратегий», т. е. по объявленному закупщиком «меню», если участник 1 знает о производственных издержках участника 2, он может поставить немного ниже 400 на пакет двух контрактов, так что участнику 2 будет невыгодно перебивать его ставку. Тогда контракты эффективно передаются первому участнику, у которого появляется стимул принять участие в торгах. Даже если, что более вероятно, участник 1 не знает об уровне производственных издержек конкурента, он все равно готов делать агрессивные ставки в условиях положительной комплементарности контрактов, потому что он уверен, что не получит контракты по невыгодной для себя цене, поставив выше 350, вне зависимости от ставки конкурента.

С теоретической точки зрения данная форма конкурентных торгов всегда рассматривались исходя из предпосылки знания производственных издержек конкурентов. Особенности этих аукционов в реальных условиях, когда не все участники обладают полной информацией, до сих пор не подвергались детальному анализу. Тем не менее в сравнении с аукционом Викри правила ценообразования пакетных торгов «по меню» значительно более просты для понимания участниками. Таким образом, с практической точки зрения этот вид аукциона предпочтителен для закупки нескольких контрактов, обладающих комплементарностью и небольшой или отсутствующей общей и неопределенной составляющей затрат.

В следующем практическом заключении резюмируются основные положения вышесказанного.

Практический вывод 2.

В случае сильной положительной комплементарности контрактов и отсутствия общей и неопределенной составляющей затрат следует использовать закрытые торги «стратегий» с пакетными ставками «по меню».

Пример 8.1. Закупка свежих овощей и фруктов в Италии

В 2005 г. итальянское государственное закупочное агентство Consip провело конкурентные торги с пакетными ставками для закупки свежих овощей и фруктов для государственной администрации. Конечные потребители сильно различались между собой как по размеру и расположению, так и по принадлежности к секторам Администрации. По этой причине серьезной проблемой для эффективного выполнения поставки стал вопрос логистики; при разработке формата торгов Consip обратился к оптовому рынку. Итальянский оптовый рынок отличался географически однородным распределением фирм, широкой фрагментацией, как на региональном, так и на провинциальном уровнях, а также высоким уровнем конкуренции. Учитывая конкурентную среду рынка, для достижения высокого уровня сбережений Consip должен был позволить крупным игрокам использовать географическую синергию на макроуровне. Вместе с тем степень их географической синергии была неясна, и предполагалось также, что комбинация небольших местных поставщиков со слабым эффектом синергии могла оказаться более действенной. В этой связи общая поставка была разделена на 24 географических лота, сгруппированных по 6 регионам. Для этого макроуровня допускались пакетные заявки, для того чтобы позволить крупным поставщикам использовать эффект положительной комплементарности и конкурировать с мелкими поставщиками, ставящими на отдельные контракты. В результате торгов контракты были эффективно распределены между крупными игроками, использовавшими эффект положительной синергии, и мелкими поставщиками в иных случаях.

8.2.2.3. Проблемы пакетных конкурентных торгов. Ограничения ставок

Отличительной особенностью конкурентных торгов с пакетными заявками является их возможная сложность вычислений, поскольку даже в очень простой закупке количество комбинаций пакетов может быть очень высоким, как и количество поданных поставщиками ставок. Говоря точнее, в комбинаторных торгах количество предложений является экспонентной функцией количества закупаемых контрактов: если количество контрактов равно n, то общее количество ставок, которое может сделать один участник, равно 2n – 1. Поэтому, если в торгах участвуют N поставщиков, количество предложений, которое может получить закупщик, составит N(2n – 1). К примеру, если N = 3, а n = 4, то покупатель получит 15 × 3 = 45 предложений. Если же количество контрактов повышается с n – 1 до n, количество возможных заявок повысится на N2n – 1, т. е. линейно для N, но экспоненциально (значительно быстрее) для n.

Таким образом, становится понятно, что управление комбинаторными торгами может быть очень затратным для закупщика из-за стоимости оценки (обработки) большого числа предложений и определения победителей. По этой причине проблема удобства вычислений может стать актуальной в случае принятия комбинаторных ставок.

Данные проблемы оправдывают введение потолка для общего количества ставок, которые может сделать участник. Ограничения количества предложений могут выражаться разными методами; несколько возможных мы рассмотрим ниже.

1. Если максимальное возможное количество предложений равно (2–1), то вне зависимости от самих ставок закупщик может ввести общий верхний лимит в n* < (2n – 1). Затем ограничение может установить, все ли ставки должны быть комбинаторными или нет.

2. Лимит на пакетные ставки. К примеру, если n = 5, участникам может быть разрешено подавать максимум одно предложение на каждый пакет с 5, 4, 3, 2 и 1 лотом.

3. Можно ввести структуру предложений, такую как так называемый «подсолнух». В этом случае участники имеют право подавать любое количество предложений при условии, что каждое из них содержит общий уникальный элемент (центр «подсолнуха», где пересекаются все предложения поставщика. – Примеч. научного редактора русского перевода). Применительно к аукциону автобусных маршрутов таким уникальным общим элементом для каждого поставщика становится наиболее важный для него маршрут, который он обязан включать во все подаваемые предложения.

Проблема «безбилетника»

В пакетных торгах поставщики, стремящиеся получить только отдельный контракт, могут «ездить бесплатно», т. е. могут намеренно подать высокую заявку, рассчитывая на агрессивное ответное поведение конкурентов. «Безбилетник» (free-rider) может, таким образом, победить в торгах, даже если более эффективно было бы распределить контракты по отдельности. Для иллюстрации этой проблемы рассмотрим следующий пример с тремя игроками и двумя лотами. (Как обычно, цифры соответствуют производственным издержкам участников.)

В этом примере закупщику удастся максимально сэкономить, присудив лот А первому поставщику за 90, а лот Б – второму тоже за 90 условных единиц.

Рассмотрим динамический обратный аукцион с пакетными ставками, обобщенный в SAA, и предположим, что в следующей таблице представлена ситуация на раунде t, где 0 соответствует отсутствию ставки.

Ставки в раунде t

Учитывая текущие ставки, оба контракта будут отданы участнику 3. Тем не менее подобное распределение было бы неэффективным и экономически нецелесообразным для закупщика.

Участники 1 и 2 могли бы выиграть торги и опередить третьего игрока, снизив свои ставки, чтобы их сумма была меньше 200; однако каждый участник надеется, что ставку снизит конкурент. В результате, первый поставщик не захочет снижать свою ставку, если он ожидает от второго игрока понижения до 90. В общем, для получения одного из лотов каждый участник будет рассчитывать на агрессивное поведение другого для выведения третьего игрока из торгов. Но если ни один из них не снизит предложение, оба лота уйдут к участнику 3[219].

В случае актуальности проблемы «безбилетника» и высокой стоимости открытого аукциона закупщик должен провести SAA без пакетных заявок.

8.3. Контракты с сильной отрицательной комплементарностью

Как было сказано ранее, контракты на поставку с отрицательной комплементарностью реже встречаются в закупках. Они обычно возникают тогда, когда производственные мощности поставщиков жестко ограничены, ввиду чего их расходы резко увеличиваются даже при относительно низких уровнях производства. Примером могут послужить закупки электроэнергии, где имеет место жесткая ограниченность производственных мощностей электростанций, что резко удорожает или вообще делает невозможным увеличение поставки больше определенного объема.

При отрицательной комплементарности контрактов поставщики предпочитают не получать пакет контрактов. Однако, ввиду того, что участники торгов сталкиваются с риском выиграть больше контрактов, чем они хотят за данную цену, в многолотовых закрытых торгах на понижение, при которых предложения по отдельным лотам являются независимыми, участники торгов будут делать ставки более осторожно (или же вовсе не участвовать в торгах). Таким образом, для того чтобы мотивировать участников вступать в торги и конкурировать, закупщику следует выбрать процесс торгов, при котором поставщики не рискуют выиграть разное количество контрактов по единой цене за контракт. Опять же – динамические аукционы и пакетные торги могут уменьшить данные риски участников торгов.

Как предлагалось в подразделе 8.2.1. (касательно положительной комплементарности), одним из вариантов является SAA (одновременный аукцион на повышение). Такой вариант позволил бы следить за тем, какой лот скорее всего выиграет каждый поставщик, и принимать это во внимание при планировании новых торгов. Такие торги частично оградили бы поставщиков от риска получить «неправильный» с точки зрения их предложения набор контрактов. Однако проведение динамических торгов, таких как SAA, может быть слишком дорогим и сложным для некоторых закупок процессом и возможно будет способствовать образованию монополистического сговора (см. Главу 14). В случаях, когда SAA обходятся дорого, риски сговора являются актуальной проблемой, а динамические торги не могут быть проведены по причинам, описанным в Главе 6, следует проводить закрытые торги с пакетными заявками.

8.3.1. Закрытые условные торги

Самым легким способом снижения рисков участников торгов (получения слишком большого количества контрактов по «неправильной» цене) в случае закупки различающихся лотов является проведение закрытых торгов, схожих с процедурой торгов «стратегий» («по меню»), описанной в подразделе 8.2.2.2. Как говорилось выше, в торгах на самую низкую цену «по меню» пакетные заявки имеют преимущество перед суммой отдельных ставок на лоты, лежащие в основе тех же самых пакетных заявок, если участнику торгов достаются все таковые лоты в виде пакета. Однако, если при положительной комплементарности пакетная заявка имеет преимущество из-за оптимизации экономии закупщика, то при отрицательной комплементарности приоритет пакетных заявок должен быть абсолютным правилом. А именно: пакетные заявки должны применяться вне зависимости от соображений цены для того, чтобы эффективно «защищать» участников торгов от риска выиграть слишком большое количество контрактов по цене обслуживания одного из них.

Минимизация расходов закупщика в процедуре распределения контрактов должна осуществляться с учетом абсолютного приоритета пакетных заявок. В условиях торгов «по ограниченному меню» (pay-as-bid – «плати как поставил») ставки на отдельные контракты будут более агрессивными, чем ставки на пакет контрактов, обладающий указанным выше «защитным» механизмом. Эффективным результатом для заказчика скорее всего будет ситуация, в которой много поставщиков одновременно обслуживают один или очень немного контрактов/лотов каждый[220].

Чтобы понять, как работает такой формат торгов, рассмотрим пример с двумя участниками торгов, 1 и 2, и двумя различными лотами, А и Б. Данные в таблице представляют минимальную цену, которую участники готовы получить за поставку продукции по одному лоту или по обоим лотам вместе.

В этом примере видно, что поставка по обоим лотам для участников 1 и 2 означает намного более высокие производственные затраты, нежели простая сумма поставки по лотам по отдельности. Тогда торги «по меню» позволяют поставщикам делать более агрессивные ставки по каждому лоту без риска получить оба лота по ценам, предложенным для отдельных лотов. Подавая пакетную заявку на лоты А и Б, участники могу «защитить» себя от такого риска. Участник 1, предлагающий минимальную цену по обоим отдельным лотам, знает, что он может подать конкурентную заявку как на А, так и на Б (невзирая на затраты участника 2). Он понимает, что подавая пакетное предложение на два лота по цене не ниже 1 млн евро (его общие производственные затраты), он никогда не получит оба контракта по невыгодной для него цене, вне зависимости от его ставки и ставки конкурента на отдельные контракты.

Как видно из примера, даже в контексте отрицательной комплементарности наличие пакетных заявок (усиленных в этом случае правилом абсолютного приоритета) снижает подверженность участников риску получения слишком большого количества контрактов. Избавившись от этого риска, участники могут конкурировать более агрессивно по обоим лотам для повышения вероятности выигрыша контракта.

Практический вывод 3.

При отрицательной комплементарности, если контракты/лоты неоднородны, сговор маловероятен (см. Главы 7 и 14), а общая составляющая затрат велика и неопределенна (см. Главу 6), следует проводить SAA. В противном случае следует использовать закрытые торги «стратегий» с подачей предложений «по меню».

8.3.2. Однородные контракты поставки и «долевые торги»

Если контракты являются идеальными субститутами, для участника отрицательная комплементарность выражается в «отрицательной экономии на масштабе», т. е. единичные производственные издержки повышаются с ростом объема поставки. В этом случае имеет значение только количество выигранных лотов (неважно, каких), и процедура проведения торгов с пакетными заявками становится проще, так как каждый участник может включить в свою ставку «кривую предложения» – график динамики цены в зависимости от количества полученных лотов или контрактов. Чтобы понять, как подобная кривая предложения отражает пакетную заявку, рассмотрим, как ее можно выразить с помощью рассмотренного выше (для различающихся лотов) формата. Представим следующую функцию предложения, предложенную участником 1:

В(1) = (200, 500).

Функция предложения возрастает и показывает, что участник 1 готов обслуживать первый контракт за 200 тыс. евро и второй контракт за 500 тыс. евро; другими словами – один контракт за 200 тыс. евро, а два контракта за 700 тыс. евро. Таким образом, функция предложения может быть выражена в формате таблицы, использованной выше, следующим образом (напомним, что лоты А и А′ теперь идентичны).

Именно это происходит в большинстве торгов на поставку электроэнергии (а также аукционов казначейства на продажу государственных облигаций). Когда лоты однородны, возникает отрицательная комплементарность (понижающийся доход от масштаба), а поставщики могут указать полную функцию предложения, закупщик имеет возможность выбрать части функций предложения наименее затратных поставщиков таким образом, чтобы общий спрос равнялся общему предложению. Если аукционер продает товар, такой тип конкурентного механизма называется «долевой аукцион» (auction of shares); соответственно в случае закупок этот механизм будет называться «долевым торгами» (tendering on shares).

Цены присуждения контрактов в долевых торгах могут различаться. В частности, если каждый победивший поставщик получает за присуждаемый ему контракт сумму, эквивалентную его ставке, такие торги называются «дискриминационными» (discriminatory); в противном случае, когда каждый победивший поставщик получает одинаковую сумму, торги называют «единообразными» (uniform) (торги единой цены).

8.3.2.1. Дискриминационные долевые торги

Для иллюстрации принципа работы дискриминационных долевых торгов предположим, что покупатель желает приобрести в рамках одних торгов пять одинаковых контрактов/долей/лотов для обеспечения электроснабжения. Существует три потенциальных поставщика, и каждый из них должен подать свою заявку на закрытые торги (заявка запечатана), содержащую график поставки с указанием цены, по которой он готов поставить тот или иной лот.

К примеру, предположим, что поставщик 1 предлагает следующий график цены поставки:

В(1) = (150; 200; 400; 700; 1200).

Это значит, что поставщик 1 готов поставить первый лот по цене 150 тыс. евро, второй дополнительный лот за 200 тыс. евро и так далее вплоть до 1200 тыс. евро за пятый лот. Соответственно предположим, что поставщики 2 и 3 предлагают следующие графики:

В(2) = (150; 200; 400; 700; 1300);

В(3) = (150; 300; 500; 500; 1100).

Затем закупщик ранжирует все ставки по отдельным лотам от самой низкой к самой высокой и присуждает пять лотов тем поставщикам, которые сделали пять наиболее низких ставок. Таким образом, в нашем примере поставщики 1 и 2 получают по два лота каждый, а поставщик 3 получает один лот. Каждый победивший участник получает сумму, соответствующую его ставке. Так, поставщик 1 получает 150 тыс. евро за поставку первого лота и 200 тыс. евро за второй лот; поставщик 2 получает сумму в 100 тыс. евро за первый лот и 200 тыс. евро за второй лот, а поставщик 3 получает 150 тыс. евро за единственный присуждаемый ему лот.

Проблемой дискриминационных долевых торгов является то, что поставщики могут получить разную оплату за идентичные лоты. Во-первых, участники торгов могут посчитать такую систему распределения несправедливой, что, в свою очередь, может стать потенциальным источником юридических проблем, особенно в государственных закупках. Во-вторых, при наличии значительной и неопределенной общей составляющей затрат, а также при высокой степени неоднородности участников с позиции доступа к информации, менее информированные участники могут заплатить куда большую цену, чем лучше информированные участники, и этот риск («проклятия победителя») способен вынудить их отказаться от участия или же делать очень осторожные ставки.

8.3.2.2. Долевые торги единой цены

Термин «единообразная, единая цена» относится к тому факту, что закупщик приобретает все контракты по одной цене, определяемой точкой равновесия спроса и предложения (цена равна либо минимальной проигравшей ставке, либо максимальной выигравшей).

Рассмотрим вновь предыдущий пример с тем же набором функций предложения (хотя отметим, что в основном один и тот же набор поставщиков будет делать различные ставки при различных правилах торгов). После ранжирования всех ставок на отдельные лоты от минимальной к максимальной закупщик присуждает пять лотов поставщикам, сделавшим минимальные ставки, но теперь все участники получают за каждый выигранный контракт одинаковую сумму, равную шестой минимальной ставке. Таким образом, поставщики 1 и 2 получают по два лота каждый, а поставщик 3 получает один лот, а «единообразная» цена составляет 300 тыс. евро.

В общем, если закупщик заинтересован в приобретении К контрактов, К наиболее низких предложений выиграют, и за каждый лот победители получат цену, равную размеру (К + 1) ставки.

Важной характеристикой торгов единой цены является то, что когда контракты обладают значительной неопределенной общей составляющей затрат, мелкие и хуже информированные поставщики готовы принять участие в таких торгах. Поскольку финальная цена одинакова для всех распределяемых лотов и зависит от ставок и информированности всех победивших участников, в том числе и хорошо информированных, то слабо информированные поставщики (новые игроки или небольшие компании) менее подвержены риску «проклятия победителя», который особенно высок, когда фирмы разнородны. Следовательно, такие фирмы могут позволить себе играть более агрессивно. По этим причинам хуже информированные поставщики с большей вероятностью примут участие в торгах единой цены[221].

8.3.2.3. Одностороннее и скоординированное сокращение спроса

При обоих описанных методах ценообразования уязвимость поставщика (проблема «экспозиции») заметно снижается, так как ему предоставлен шанс обозначить минимальную цену, по которой он готов поставить определенную группу контрактов. Тем не менее в торгах единой цены часто наблюдается известный феномен, называемый «сокращение спроса»; в случае закупок он называется «сокращение предложения». Он возникает, когда участники торгов изменяют свои графики предложения в сторону повышения и соответственно предлагают более высокие цены[222].

Представим, например, закупщика, предлагающего два одинаковых контракта поставки электроэнергии, и двух участников: поставщик 1 – это эффективная компания, которая может выполнить один лот за 300 тыс. евро и второй лот за 300 тыс. евро, а поставщик 2 – менее эффективная компания, которая может выполнить один лот за 500 тыс. евро, а второй лот за 1 млн евро. Более того, предположим, что участники знают затраты друг друга. Тогда минимальные приемлемые цены участников для поставки по одному лоту или двум лотам следующие (напомним, что лоты А и А′ все еще идентичны):

Представим, что поставщик 2 пытается подать конкурентную заявку и предлагает поставить первый лот за 500 тыс. евро, а второй лот за 1 млн евро. Тогда если поставщик 1 также сделает конкурентное предложение (т. е. предложит поставить один лот за 300 тыс. евро и второй лот за 300 тыс. евро), то он получит оба лота и получит за каждый цену торгов в 500 тыс. евро; его общая прибыль составит 400 тыс. евро. Вместе с тем поставщик 1 может поступить лучше, проведя манипуляцию со ставками и предложив, например, поставить один лот за 300 тыс. евро, а второй лот по цене выше 1 млн евро. Из-за правила единой цены в этом случае поставщик 1 получит только один лот, но по цене 1 млн евро; таким образом, его прибыль вырастет до 700 тыс. евро. Безусловно, стратегия поставщика 1 сильно увеличит затраты закупщика, а также снизит эффективность, поскольку второй лот обслуживается поставщиком с большими издержками.

В закупках вероятность сокращения спроса высока, если среди участников присутствует крупный игрок, который может существенно повлиять на финальную цену путем манипуляции ставок. В частности, крупный поставщик обнаруживает, что агрессивная стратегия (подача ставок, близких к реальному уровню затрат по каждому контракту) снижает цену всех контрактов, которые он может выиграть. Это вынуждает его действовать менее агрессивно, что в случае закупок означает, что он предлагает поставить меньшее количество по более высоким ценам. Данная стратегия, ведущая к снижению количества выигранных контрактов, которые присуждаются по более высоким ценам, схожа со стратегией монополиста, предпочитающего продать меньше, но дороже.

В описанном выше примере один из участников мотивирован в одностороннем порядке манипулировать ставкой торгов. Вместе с тем часто участники стараются скоординировать свою стратегию. В торгах единой цены могут наблюдаться результаты сговора, так как они создают цену значительно выше, чем если бы контракты продавались неделимым пакетом. Это происходит, потому что участники могут гласно (или негласно) договориться об определении очень высокой цены на закупаемые контракты. Оба участника предлагают резко растущую кривую предложения; оба предлагают очень высокие цены за малое количество контрактов и очень низкие цены за большое количество контрактов. Другим участникам становится невыгодно пробовать получить количество контрактов выше, чем их доля в сговоре; у них отсутствует мотивация покидать сговор.

Рассмотрим следующий пример, в котором участники теперь симметричны. Цифры в ячейках показывают минимальные цены, по которым участники готовы обслужить один или оба контракта (лоты А и А′ все еще идентичны):

Если оба участника принимают конкурентную стратегию (каждый предлагает минимальную цену, которую он желает получить), они получат по одному лоту за 300 тыс. евро. Так ни один не получит дополнительной прибыли. Однако участники могут достичь лучших результатов путем координации действий и манипуляции ставками. Если, например, они предлагают поставить один контракт по цене 300 тыс. евро и второй по цене 1 млн евро, каждый получит по одному лоту, но уже по цене 1 млн евро (так как это крайняя проигравшая ставка); оба получат прибыль в 700 тыс. евро. Отметим, что ни один из участников не мотивирован отходить от данной стратегии и пытаться выиграть два лота, поскольку это снизит его цену до 300 тыс. евро и не позволит ему получить прибыль. Опять же, такая стратегия значительно увеличивает затраты закупщика. В результате, в торгах единой цены ставки участников могут сильно превышать их реальные затраты; с точки зрения закупщика ожидаемые сбережения будут очень низки.

Подтверждения феномену сокращения спроса наблюдались на рынках электроэнергии, в частотных аукционах и в экспериментах[223]. Обычно при наличии крупного поставщика, участвующего в торгах наравне с небольшими компаниями, существует повышенный риск одностороннего сокращения спроса. Координированное сокращение спроса имеет больше шансов на возникновение, когда у участников есть возможность гласно или негласно вступить в сговор.

В дискриминационных аукционах проблема сокращения спроса менее актуальна. К примеру, представим, что, как и в прошлом примере, два участника пытаются вступить в сговор и распределить закупаемые лоты, подавая низкие цены на «свои» лоты и более высокие цены на остальные. (Таким образом, участнику невыгодно пытаться получить больше лотов, чем находится в его доле сговора.) В дискриминационном аукционе данная стратегия куда менее выгодна, чем в аукционе единой цены, потому что каждый поставщик просто получает ту сумму, которую он поставил на присуждаемый ему лот.

Теперь мы готовы предложить следующие практические выводы относительно двух рассмотренных выше форматов торгов.

Практический вывод 4.

При сильной отрицательной комплементарности и однородности контрактов поставки, если общая составляющая затрат значительна и неопределенна, потенциальные поставщики разнородны в отношении доступной информации и количество участников является актуальной проблемой, следует использовать торги единой цены. В противном случае следует использовать дискриминационные долевые торги.

Как торги единой цены, так и дискриминационные торги легко применяются на практике, если количество идентичных контрактов велико, а их размер мал. В закупках электроэнергии, а также в аукционах на продажу облигаций Казначейства размер отдельных контрактов обычно очень невелик, поэтому в них применяются долевые торги[224].

В этом виде торгов у участников появляется возможность более точно формировать свои кривые предложения, что привлекает потенциальных поставщиков и помогает закупщику в выборе лучших из широкого ряда разнородных рыночных игроков.

8.4. Количество лотов, пакетные торги и степень участия

При проектировании формата торгов закупщик должен определиться с количеством и размером лотов, на которые он хочет поделить поставку (см. Главу 7). Обычно закупщику приходится общаться со множеством разнородных поставщиков – с большим количеством небольших, несколькими средними и очень небольшим количеством крупных компаний. Также чаще всего закупщик не знает точно, какой тип потенциальных поставщиков наиболее эффективен для определенной закупки; то же относится к степени экономии на масштабе или ее отсутствии и другим проявлениям возможной комплементарности лотов/контрактов.

Если у крупных поставщиков появляется положительная комплементарность, в отсутствие пакетных торгов создается естественный дисбаланс между логикой объединения лотов, позволяющей крупным поставщикам использовать экономию на масштабе, и логикой дробления лотов, позволяющей мелким игрокам принять участие в торгах. Отметим, что небольшие компании часто обладают большей гибкостью и способностью к инновациям и могут быть более эффективны, чем крупные, даже будучи не в состоянии воспользоваться эффектом масштаба.

Благодаря гибкости в объединении лотов, достигаемой в результате пакетных торгов, рынок может внутренне определить оптимальное распределение контрактов и масштабы поставки, в то же время способствуя участию небольших компаний и позволяя использовать экономию на масштабе. Покупатель в состоянии уменьшить минимальный размер контрактов или лотов, тем самым увеличив число небольших поставщиков, которые иначе не смогли бы принять участие в торгах, при этом не нарушив способность крупных игроков ставить на большие пакеты контрактов, обладающих положительной комплементарностью. Таким образом, все виды компаний имеют возможность выразить свое конкурентное преимущество, а рынок регулирует эффективное распределение контрактов.

Практический вывод 5.

Если в торгах разрешены пакетные заявки, следует уменьшить размер лотов для того, чтобы небольшие компании имели дополнительные стимулы к участию, с одной стороны, а крупные игроки сохранили бы свою способность использовать экономию на масштабе, с другой.

Пример 8.2. Закупка дорожной разметки в Швеции

Шведская государственная дорожная администрация (SNRA) обычно ежегодно присуждает 50–60 контрактов на обновление дорожной разметки на государственных дорогах; каждый контракт присуждается на год. В 2001 г. в порядке эксперимента был проведены комбинаторные торги. В нем приняли участие 8 потенциальных поставщиков. Две компании были относительно крупными и действовали в национальных масштабах. Остальные местные компании вели деятельность, в основном, в масштабах соседних областей. Главной целью эксперимента являлось предоставление как малым, так и крупным фирмам возможности подать заявку, составленную на основе реальных производственных издержек для различных пакетов контрактов. Это, в свою очередь, способствовало бы экономии средств заказчика, т. е. SNRA. Администрация установила правила, позволяющие участникам подавать наряду с заявками на отдельные контракты также и заявки на пакеты контрактов, составленные на усмотрение участника. В дополнение к этому SNRA предоставила отдельным компаниям право ограничить максимальное количество лотов, которое эти компании могут потенциально получить. В среднем на каждый контракт было подано 4,7 заявки. Затраты администрации уменьшились, а количество выигравших контракты фирм возросло. В результате, эксперимент показал, что комбинаторные торги способствуют усилению конкуренции, так как в отличие от более традиционных механизмов они допускают участие небольших игроков и снижают затраты закупщика.

Пример 8.3. Закупка услуг телекоммуникации в Италии

В 2002 г. агентство Consip провело комбинаторные торги для закупки телекоммуникационных услуг. Закупалось два разных лота: лот А относился к предоставлению услуг стационарной связи, а лот Б – к услугам мобильных телекоммуникаций. На рынке уже существовало две компании, Telecom Italia и Wind, являвшиеся текущими поставщиками услуг стационарной и мобильной связи соответственно; также присутствовало несколько потенциальных рыночных игроков, из которых крупнейшими были Albacom и Vodafone. При этом две существующие компании действовали как на рынке услуг мобильной связи, так и на рынке стационарной связи. Новые потенциальные игроки, тем не менее, были активны только на одном из рынков. С учетом подобных особенностей участников, целью Consip было создать формат торгов, позволяющий одновременно и участие новых игроков, и возникновение синергии между мобильными и стационарными коммуникациями. По этой причине в Consip решили разделить мобильные и стационарные услуги на отдельные лоты так, чтобы смогли принять участие Albacom и Vodafone, и при этом ввести комбинацию заявок для участия Telecom и Wind и получения от них эффекта синергии. (По юридическим соображениям предпочтение отдавалось лучшему некомбинированному предложению на отдельный лот. Следовательно, комбинированная заявка могла победить, только если она признавалась лучшей как для лота А, так и для Б.) Торги оказались успешны: все четыре потенциальных участника сделали ставки, а угроза появления конкурентного предложения со стороны новых участников заставила существующих игроков вести себя более агрессивно. Telecom и Wind оба подали пакетные предложения, которые оказались слегка ниже их ставок на отдельные лоты, и проиграли комбинации ставок на отдельные лоты (из-за правила, описанного выше). Это доказало, что между двумя видами услуг существовала лишь небольшая степень синергии.

Краткий обзор литературы

Теория и практика многоконтрактных конкурентных торгов долгое время относилась к легко делимым активам, таким как государственные облигации [Wilson, 1979; Back, Zender, 1993]. Рассмотрение таких основополагающих вопросов, как проблема уязвимости («проблема экспозиции») и проблема «халявщика», а также результатов многоконтрактных конкурентных торгов приводится в работах [Krishna, 2002; Klemperer, 2004; Janseen, 2004; Milgrom, 2004]. Работа [Rassenti, Smith, Bulfin, 1982] стала одним из первых трудов, посвященных комбинаторным торгам, а позднее авторы статьи [Rothkopf, Pekec, Harstad, 1998] проанализировали проблему сложности вычислений. Аукционы стратегий «по меню» как подвид закрытых пакетных торгов были впервые предложены в статье [Bernheim, Whinston, 1986]. Более общее и свежее обсуждение пакетных торгов приводится в исследованиях [Pekec, Rothkopf, 2003; Milgrom, 2004]. Работа [Cramton, Shoham, Steinberg, 2006] является наиболее исчерпывающей по комбинаторным торгам; она сочетает в себе практические наблюдения и теоретические выкладки экономистов, компьютерных инженеров и прочих экспертов. Статья [Epstein et al., 2004] рассматривает недавний и интересный пример практического применения пакетных торгов.

Источники

Ausubel L., Cramton P. Demand Reduction and Inefficiency in Multi-Unit Auctions. Mimeo. 1998. University of Maryland, Working Paper № 96–07, July 2002 revision.

Ausubel L., Cramton P. Auctioning Many Divisible Goods // Journal of the European Economic Association. 2004. 2. Р. 480–493.

Ausubel L., Cramton P., Milgrom P. The Clock-Proxy Auction: A Practical Combinatorial Auction Design // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. MIT Press, 2006.

Back K., Zender J. Auctions of Divisible Goods // Review of Financial Studies. 1993. 6. Р. 733–764.

Bernheim D., Whinston M. Menu Auctions, Resource Allocation, and Economic Influence // Quarterly Journal of Economics. 1986. 101 (1). Р. 1–31.

Bonaccorsi A., Codenotti B., Dimitri N., Leoncini M., Santi P., Resta G. Generating Realistic Data Sets for Combinatorial Auctions. Proceedings IEE Conference on Electronic Commerce (CEC), Newport Beach, CA, June, 2003. Р. 331–338.

Borgers T., Van Damme E. Auction Theory for Auction Design // Maarten Janssen (eds.) Auctioning Public Assets: Analysis and Alternatives. Cambridge, UK: Cambridge, University Press, 2004.

Cantillon E., Pesendorfer M. Auctioning Bus Routes: The London Experience // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. MIT Press, 2006.

Cramton P. Simultaneous Ascending Auctions // Combinatorial Auctions / ed. by P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg. MIT Press, 2006.

Cramton P., Shoham Y., Steinberg R. Introduction to Combinatorial Auctions // Combinatorial Auctions / ed. by P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg. MIT Press, 2006.

Cramton P., Shoham Y., Steinberg R. Combinatorial Auctions. MIT Press, 2006.

Engelbrecht-Wiggans R., List J., Lucking-Reiley D. Demand Reduction in Multi-Unit Auction with Varying Number of Bidders // International Economic Review. 2006. 97. Р. 203–231.

Epstein R., Henriquez L., Catalan J., Weintraub G., Martinez C., Espejo F. A Combinatorial Auction Improves School Meals in Chile: a Case of OR in Developing Countries // International Transactions in Operational Research. 2004. 11. Р. 593–612.

Holzman R., Monderer D. Characterization of ex post Equilibrium in the VCG Combinatorial Auctions // Games and Economic Behavior. 2004. 47. Р. 87–103.

Holzman R., Kfir-Dahav N., Monderer D., Tennenholtz M. Bundling Equilibrium in Combinatorial Auctions // Games and Economic Behavior. 2004. 47. Р. 104–123.

Kagel J., Levin D. Behaviour in Multi-Unit Demand Auctions: Experiments with Uniform Price and Dynamic Vickrey Auction // Econometrica. 2001. 69. Р. 413–454.

Kelly F., Steinberg R. A Combinatorial Auction with Multiple Winners // Management Science. 2000. 46. Р. 586–596.

Klemperer P. Auctions: Theory and Practice. Princeton University Press, 2004.

Krishna V. Auction Theory. Academic Press, 2002.

Kwasnica A., Ledyard J., Porter D., DeMartini C. A New and Improved Design for Multi-Object Iterative Auctions // Management Science. 2005. 51. Р. 419–434.

List J., Lucking-Reiley D. Demand Reduction in Multiunit Auctions; Evidence from a Sportscard Field Experiment // American Economic Review. 2000. 4. Р. 961–972.

Milgrom P. Putting Auction Theory to Work. Cambridge, UK: Cambridge University Press, 2004.

Pekec A., Rothkopf M. Combinatorial Auction Design // Management Science. 2003. 49. Р. 1485–1503.

Porter D., Rassenti S., Roopnarine A., Smith V. Combinatorial Auction Design // Proceedings of the National Academy of Sciences. 2003. 100. Р. 11153–11157.

Rassenti S., Smith V., Bulfin R. A Combinatorial Auction Mechanism for Airport Time Allocation // Bell Journal of Economics. 1982. 13. Р. 402–417.

Rothkopf M., Pekec A., Harstad R. Computationally Manageable Combinatorial Auctions // Management Science. 1998. 44. Р. 1137–1147.

Wilson R. Auctions of Shares // Quarterly Journal of Economics. 1979. 94. Р. 675–689.

Wolfram C. Strategic Bidding in a Multi-Unit Auction: An Empirical Analysis of Bids to Supply Electricity in England and Wales // RAND Journal of Economics. 1998. 29. Р. 703–725.

Wolak F. Measuring Unilateral Market Power in Wholesale Electricity Markets: The California Market 1998 to 2000 // American Economic Review, Papers and Proceedings. 2003. 93 (2). Р. 425–430.

9 Динамические аукционы в закупках

Лоуренс Аузубель, Питер Крэмтон/

9.1. Введение

Закупка множества взаимосвязанных товаров – это обычное явление. У динамических аукционов в таких условиях закупки имеется много преимуществ. К этим случаям мы относим как покупку множества взаимосвязанных товаров, так и покупку множества делимых товаров, как энергоносители или экологические разрешения, или прочие контракты на закупки. На таких аукционах в заявках указывается объем закупки каждого элемента: мегаватт-часы электроэнергии или тонны выбросов. Часто связанные товары торгуются, или могут торговаться, одновременно. На рынках электроэнергии продукты различных сроков поставки или с разным расположением мест поставки могут закупаться вместе. На экологических аукционах сокращения выбросов по каждому из нескольких различных загрязняющих агентов или в разные временные периоды могут быть закуплены одновременно. В этой главе рассматривается, как следует проводить закупочные аукционы для большого количества делимых и неделимых товаров. Естественно, ответ зависит от цели покупателя и особенностей конъюнктуры торгов[225]. Мы сосредоточимся на нескольких важных вопросах дизайна аукциона в случае, когда покупателя интересует некое сочетание эффективности (закупка товаров у поставщиков, имеющих минимальные издержки) и минимизации платежей за покупку товаров. Нашей целью является обоснование целесообразной модели в реальных условиях, а не доказательство оптимальности конкретной модели, что потребовало бы большего количества ограничивающих допущений, чем мы собираемся сделать.

Одним из первых решений планирования торгов является выбор: проводить статические закрытые (sealedbid) конкурентные торги или динамический (на понижение цены – descending-bid) аукцион. Часто мотивацией использования динамических аукционов является сокращение неопределенности общей составляющей затрат, дающее участникам торгов возможность более агрессивно участвовать в аукционе, меньше опасаясь «проклятия победителя» (см. также Главу 6). Однако при покупке множества товаров открытие цен динамического аукциона играет другую, часто более важную роль. Увидев предварительную информацию о ценах, участникам легче принимать решения о количестве каждого товара, которое они готовы продать. Это особенно полезно, когда закупаемые товары являются связанными. Некоторые из них могут быть заменителями (субститутами); другие могут быть комплементами (дополняющими друг друга) (см. также Главу 8). Участие в закрытых торгах при отсутствии ценовой информации делает эту проблему гораздо более сложной для участников. Более того, практические ограничения могут сделать участие в закрытых торгах с закрытыми ставками (заявками) (цена которых неизвестна конкурентам) чрезвычайно сложным, если покупатель разрешит участникам торгов учитывать эти ограничения в своих закрытых тендерных заявках, тогда как на динамическом аукционе участник может видеть предварительные цены и их распределение, что дает ему возможность принимать решения, согласующиеся с его ограничениями.

Более того, в случае динамических торгов надо признать, что участникам торгов дорого обходится определение своих предпочтений. Предоставляя информацию о своей ориентировочной цене, динамические торги помогают участнику сконцентрироваться на проблеме принятия решения. Вместо того чтобы рассматривать все возможности с самого начала, участник торгов может сосредоточиться на вопросах, являющихся важными, исходя из предварительной информации о ценах и их распределении. Хотя этот аспект имеет значение и на торгах по одному товару[226], он приобретает критическое значение в случае закупки множества товаров, когда проблема принятия решений участников торгов намного более сложна. Участник должен не просто решить, поставлять ли товар, а решить, какие товары поставлять и в каком количестве поставлять каждый из них. Количество возможных вариантов решений возрастает экспоненциально с количеством товаров. Определение цен и предложение по каждой из этих возможностей – очень сложный процесс, тогда как при наличии прозрачной информации о ценах проблема решения относительно упрощается.

С учетом возрастающей важности открытия цен в случае торгов по множеству делимых и неделимых товаров мы сосредоточимся на динамических аукционах. Тогда встает вопрос: как организатор аукциона может наилучшим образом создать условия для эффективного открытия цен? Для делимых товаров и эффективными, и простыми являются синхронные «часовые» аукционы (simultaneous clock auctions)[227]. В одновременном часовом аукционе есть так называемая цена – «часы» для каждого делимого товара, показывающие его ориентировочную цену за количество единиц. Участники указывают то количество товара, которое они желают предложить по текущим ценам. Цена понижается для товаров, относительно которых предложение превышает спрос, и участники снова указывают количества, которые они желают предложить по новым ценам. Этот процесс повторяется, пока предложение не будет равно спросу. Тогда предварительные цены и распределение становятся окончательными. Для неделимых товаров может быть предпочтительным аукцион на одновременное понижение цены на все товары, особенно если количество объектов велико. Одновременные аукционы на понижение аналогичны оптовому аукциону на повышение, используемому Федеральной комиссией по связи США (ФКС) и другими странами для продажи спектра радиочастот. Единственным различием между одновременным аукционом на понижение и clock-аукционом на повышение является то, что на одновременном аукционе на понижение участники торгов указывают и цену, и количество каждого товара, который они желают предложить. В формате clock-аукциона покупатель называет цены, а участники торгов указывают только количества по предложенной цене.

В реальных условиях используются скорее дискретные раунды, а не непрерывная подача предложений, это подразумевает, что приобретают значение вопросы шага понижения предложений, объединения и распределения. Мы считаем, что с этим затруднением лучше всего справляться с помощью механизма «внутрираундных заявок», дающих участникам торгов в каждом раунде возможность указать свои кривые предложения в линейном сегменте между начальным и конечным векторами цен раунда. Возможность подробного указания предпочтений в течение раунда делает подачу предложений, объединение и распределение ставок менее важными. Поскольку есть возможность указания предпочтений по промежуточным ценам, потеря эффективности, связанная с отдельным понижением, сокращается, и покупатель может выбрать большее понижение предложения, результатом чего является более оперативный и менее затратный процесс торгов.

На практике часто существует естественная взаимосвязь между товарами. Например, в случае аукциона на поставку электроэнергии закупаемая продукция может различаться длительностью контракта (например, три месяца, один год или несколько лет). Такие товары являются естественными субститутами: двухлетний контракт – это просто последовательность двух однолетних контрактов. Таким образом, относительные цены на такую продукцию тесно связаны. Аукцион может использовать эту связь, увеличивая возможности использования замены среди этих продуктов.

Последним практическим соображением является учет влияния рыночных сил. Хотя некоторые аукционы приближаются к идеалу совершенной конкуренции, большинство – нет. Организация аукциона должна учитывать работу в условиях ограниченной конкуренции. Тремя полезными инструментами являются информационная политика, назначение резервных цен и эффективное ценообразование.

Контролируя информацию, которую получают участники торгов, покупатель может увеличить открытие цен, ограничивая возможность сговора. Резервная цена играет две роли: обеспечивает ценовую дисциплину в отсутствие конкуренции и препятствует сговору, ограничивая максимальную прибыль от возможного сговора. И, наконец, поскольку назначение единой цены неизбежно ведет к сокращению предложения[228], соответствующей неэффективности можно избежать, используя вместо него правило эффективного ценообразования аукциона Аузубелла[229].

Теперь мы рассмотрим каждый из этих вопросов подробно. Раздел 9.2 кратко описывает одновременный (синхронный) аукцион на понижение, пригодный для покупки множества связанных отдельных товаров. Остальная часть главы (раздел 9.3) посвящена clock-аукционам, являющимся наиболее подходящими для закупки делимых товаров. Далее в главе приводятся соображения касательно практической реализации, проведения дискретных раундов (раздел 9.4), естественных связей между товарами (раздел 9.5) и ограниченной конкуренции (раздел 9.6). Наконец, в разделе 9.7 мы описываем удаленный clock-аукцион, являющийся практическим методом закупки множества родственных товаров на пакетных торгах.

В Приложении мы формализуем преимущества clock-аукциона с удаленным участием.

9.2. Одновременный аукцион на понижение

Одним из наиболее успешных и распространенных способов продажи (или закупки) на торгах множества связанных продуктов является одновременный аукцион на повышение, а также его аналог в закупочной деятельности – одновременный (синхронный) аукцион на понижение (см. также Главу 8). Эта форма торгов была впервые разработана для аукциона радиочастот Федеральной комиссии по коммуникациям США, начавшегося в июле 1994 г.; затем этот формат успешно применялся с небольшими вариациями в десятках аукционов частот по всему миру общей стоимостью более 200 млн долл. Этот метод был впервые предложен П. Мигромом, Р. Вилсоном и П. Макафи (P. Milgrom, R. Wilson, P. МсAfee). Со временем он усовершенствовался и распространился на покупку и продажу делимых продуктов на рынках электроэнергии, природного газа и квот на выбросы. Далее описываются методика и разновидности аукциона.

Одновременный аукцион на понижение является естественной разновидностью английского аукциона для закупки множества продуктов. Его основная особенность – одновременная закупка всех товаров, причем каждый товар сопровождается соответствующей ценой, и участники могут ставить на любой из них. Торги продолжаются до тех пор, пока ни один из участников не пожелает снизить цену какого-либо лота. Затем аукцион заканчивается, и каждый участник поставляет тот товар, на который он сделал низкую ставку, и получает плату согласно ставке[230].

Причина успеха этой простой процедуры кроется в механизме раскрытия цены. По мере прохождения аукциона участники получают множество ценовых сигналов и в зависимости от них формируют свои последующие ставки. Участники в течение торгов имеют возможность предугадать окончательную цену и скорректировать свои закупки в ответ на входящую ценовую информацию. До тех пор пока ценовая информация достаточно точна и поставщики сохраняют гибкость в переходе от одного пакета лотов к другому, они избавлены от проблемы уязвимости[231]. Поставщики могут составить желаемый пакет лотов даже при наличии ограничения (или запрета) на пакетные ставки. Более того, ценовая информация помогает участникам сфокусироваться на оценке производственных затрат только в соответствующих рамках разброса цены.

В целях полного избавления от проблемы «уязвимости» в большинстве аукционов на понижение участникам разрешается отозвать ставку. Это позволяет им выйти из неудачных пакетов и поставить заново на более надежные лоты. Вместе с тем авторы отмечают, что отзыв ставок часто способствует нежелательному поведению со стороны участников, поэтому данная опция должна применяться с ограничениями. По мнению авторов, открытие цены – более эффективная мера по минимизации риска уязвимости в одновременных аукционах на понижение, нежели опция отзыва ставок[232].

Существует масса подтверждений эффективности одновременных аукционов на повышение. Детальное рассмотрение первых аукционов радиочастот ФКК США приведено в работе [Cramton, 1997]. Данный формат торгов хорошо показал себя с точки зрения доходности и эффективности. Хотя на сегодняшний день одновременные аукционы не так часто использовались в закупках, есть основания полагать, исходя из небольшого существующего опыта, что их успешность проявится не только в торгах на продажу, но и на покупку. Благодаря раскрытию информации в ходе торгов снижается неопределенность и участники могут позволить себе играть более агрессивно. Также снижение затрат позволяет поставщикам составить оптимальные пакеты лотов для эффективной поставки.

Несмотря на общую успешность, проведение одновременных аукционов на понижение сопровождалось (и сопровождается в России. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой) определенными проблемами, из которых можно извлечь полезные уроки. Одной из основных проблем является повышенная чувствительность одновременных аукционов к стратегиям повышения затрат в случаях слабой конкуренции. У участников появляется стимул уменьшить объем поставки для сохранения высокого уровня цен и использовать стратегию ценовых сигналов для координации ставок и неконкурентного разделения лотов.

Вначале будут рассмотрены разновидности одновременных аукционов на понижение. Затем авторы детально опишут основные правила проведения таких аукционов.

9.2.1. Дизайн аукциона

Основными элементами одновременного аукциона на понижение являются: 1) открытые для всех поставщиков ставки, 2) одновременная закупка и 3) запрет на подачу пакетных заявок. Данные особенности позволяют создать желаемый конкурентный процесс при условии, что 1) товары являются субститутами (заменяемыми), 2) участники являются получателями цены и 3) шаг ставок незначителен[233]. Конечно, эти условия не выдерживаются на практике. Обычно в торгах сохраняется некоторая доля рыночного влияния, хотя бы некоторые товары являются взаимодополняющими (комплементами), а шаг снижения ставок в размере 5–10 % необходим для того, чтобы аукцион продлился определенное и контролируемое количество раундов.

Тем не менее оптовые аукционы на понижение успешны на практике, в основном из-за того, что открытые ставки и одновременные закупки позволяют достичь эффективного уровня раскрытия ценовой информации. Данное преимущество выражается в двух видах. Во-первых, в ситуациях, когда затраты участников положительно связаны (положительная комплементарность), раскрытие цены может смягчить «проклятие победителя» и, следовательно, снизить стоимость закупки[234]. Участники могут делать более агрессивные ставки, поскольку они обладают более полной информацией о стоимости лотов. Еще более важным фактором является то, что при закупке большого количества товаров раскрытие цены позволяет участникам адаптировать стратегию подачи ставок (свои ставки и анализ ценовой информации), что облегчает агрегацию предложений комплементарных товаров к поставке (даже в отсутствие пакетных заявок. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой).

Последовательные аукционы (sequential auctions), как альтернативный вариант, в свою очередь ограничивают как объем доступной участникам информации, так и способы их адаптации (во время проведения аукциона. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой). В последовательных аукционах участники должны угадывать цены будущих аукционов для формирования своих ставок (цен) в текущих торгах. Неверное предположение может привести к неэффективному распределению контрактов в случае их взаимозависимости. Последовательный аукцион также исключает возможность применения некоторых стратегий. Участник не может вернуться к предыдущей ставке, если цены на лот упали в последующих торгах. Скорее всего участники будут жалеть, что продали лот по низкой цене или же не продали его по высокой цене на ранних стадиях аукциона. Процесс угадывания результатов будущих аукционов усложняет стратегию участника последовательных торгов и снижает эффективность его результатов.

Практически все проведенные на сегодняшний день одновременные аукционы на понижение цены не допускают подачу пакетных ставок. Ставки делаются только на отдельные лоты. Основными преимуществами такого подхода являются простота и линейность цен. Аукцион проводится без проблем, а его механизм доступен для понимания. Недостатком является подверженность «проблеме уязвимости» – упомянутому выше риску понести убытки в результате нарушенной синергии. Безусловно, ставка на комплементарную комбинацию лотов связана с большими рисками в случае запрета на пакетные предложения. Поставщик может оказаться не в состоянии предоставить ключевые элементы желаемой комбинации лотов, но получить оплату, основанную на скидке за счет эффекта синергии. Тем не менее участник может быть вынужден ставить ниже себестоимости для сохранения синергии и снижения убытков, понесенных в результате необходимости поставить дорогостоящие отдельные товары. Ставки на индивидуальные лоты подвергают участников, пытающихся достичь синергии в результате комбинирования контрактов, агрегационному риску.

Запрет на подачу пакетных заявок может привести к неэффективному распределению контрактов. К примеру, представим двух участников, которые должны поставить два лота; покупатель оценивает оба лота вместе в 150 долл. Один из поставщиков обладает технологией, позволяющей ему произвести оба лота за 100 долл., но он не может поставить отдельный лот. Таким образом, его затраты на поставку двух лотов составят 100 долл., но столько же составят затраты на поставку одного из лотов: для этого поставщика лоты являются идеальными комплементами. Второй поставщик использует иную технологию, позволяющую ему поставить только один из товаров, но за 25 долл.; для него эти лоты – идеальные субституты. Отметим, что эффективным результатом была бы поставка обоих товаров первым участником за 100 долл. Однако любая попытка первого участника поставить оба лота – необдуманная. Для того чтобы получить контракт на оба лота, ему пришлось бы опустить свою ставку до 25 долл. на каждый. В этом случае он получит желаемый контракт за 50 долл., в то время как его реальные затраты составят 100 долл. Конечным результатом торгов будет поставка одного лота вторым поставщиком. Данный результат неэффективен, так как закупщик в итоге не получает требуемого объема поставки.

Этот пример иллюстрирует крайний случай проблемы уязвимости (exposure problem). Неэффективность порождена, с одной стороны, сильным эффектом комплементарности, специфичным для определенного участника, и отсутствием конкуренции (в связи с игнорированием комплементарности. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой), с другой стороны.

К сожалению, допуск пакетных ставок также имеет свои недостатки. В торгах с пакетными ставками преимущество получают крупные поставщики. Продолжая предыдущий пример, предположим, что существует третий поставщик, чьи затраты на поставку любого из лотов составят 60 долл. Эффективным итогом торгов будет поставка каждого лота разными участниками: 25 + 60 = 85 < 100 долл. Однако данный результат не может быть получен, если информация о реальных затратах не раскрывается. Представим, что второй и третий участники сделали отдельные ставки по 65 долл. на каждый лот, но их ставки перебиты пакетным предложениям в 110 долл. от первого участника. Каждый из участников надеется, что его конкурент снизит свою ставку для опережения пакетного предложения. Участники с отдельными ставками должны их снизить минимум на 20 долл. Вместе с тем у второго участника есть стимулы к завышению своих затрат. Он постарается не продолжать торги и будет надеяться, что порог в 110 долл. будет преодолен за счет участника 3. Если третий участник также не снижает свою ставку, весь пакет уходит к первому поставщику за 110 долл.

Пакетные торги также усложняют процедуру. Если комплементарность и разнородность участников высока, следует использовать одновременный аукцион на понижение цены без пакетных ставок.

9.2.2. Типовые правила

Одновременный аукцион на понижение цены функционирует следующим образом[235]. Группа лотов с сильной ценовой взаимозависимостью одновременно выставляется на торги. Участник может поставить на любой набор лотов в любом раунде; он подвергается правилу активности, определяющему возможность участия в текущих торгах[236]. Аукцион заканчивается, как только в раунде не появляется новых ставок ни по одному из лотов. Данный формат аукциона разработан в целях предоставления участникам возможности отразить уровень своих затрат и создать пакеты лотов. Общие правила представлены ниже.

Ограничение по количеству. В целях поддержания уровня конкуренции в цепи поставок участников часто ограничивают в объемах поставки (ограничивая объем лота. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой).

Правила оплаты. Зачастую поставщики обязаны предоставить тендерную гарантию[237] или аккредитив, либо же пройти какую-либо процедуру проверки кредитоспособности. В результате определяется возможность участия определенного поставщика в торгах. Чем крупнее партия товаров, в поставке которой заинтересован участник, тем больше размер его гарантии. Данное гарантийное обязательство подтверждает серьезность поданных ставок. Поставщики получают оплату по факту поставки.

Минимальный шаг ставки. Для завершения аукциона в разумные сроки закупщик обозначает минимальный шаг снижения ставки. Этот шаг корректируется в зависимости от поведения участников. Обычно шаг понижения ставки варьируется от 5 до 20 %.

Правило активности. Правило активности является инструментом для улучшения процесса раскрытия цены. Оно вынуждает участника сохранять минимальную активность для продолжения участия в торгах. По мере прохождения аукциона требования к активности повышаются[238], что снижает степень гибкости участника. Низкие требования к активности на ранних стадиях аукциона позволяют участнику сохранить определенную степень гибкости в переходе от одного пакета лотов к другому в тот момент, когда сохраняется наивысшая степень неопределенности по поводу итога торгов.

Количество раундов за один день. Основным средством контроля скорости аукциона является введение ограничения на ежедневное количество раундов. Обычно на начальных этапах аукциона количество раундов невелико, что позволяет усилить интенсивность процесса обучения участников. Позднее активность участников снижается, и раунды проходят быстрее.

Правило остановки торгов. Данное правило применяется для того, чтобы участники могли свободно и гибко применять резервные стратегии. Аукцион заканчивается, если раунд проходит без новых ставок на любой из лотов.

Информация о ставках. Данное правило выражается в полной прозрачности торгов. Каждый из участников обладает полной информацией об организациях-конкурентах и их соответствии требованиям к участию. В конце каждого раунда объявляются данные о самых низких ставках и сделавших их участниках. В дополнение в конце каждого раунда объявляются все сделанные ставки с указанием организаций, сделавших ставки.

Отказ от ставки. Для уменьшения проблемы уязвимости участники с минимальными ставками могут отозвать свои ставки, заплатив штраф. Если участник отзывает свою низкую ставку, то его место занимает закупщик, а максимальной ставкой становится ставка участника, занявшего второе место после вышедшего из торгов участника. Участник, сделавший вторую по цене ставку, не несет за нее ответственности, поскольку он мог перейти к другим лотам. Если ни одна из фирм не ставит на лот, закупщик может повысить цену максимальной ставки. Во избежание недобросовестного поведения закупщик вводит систему штрафов за отказ от низких ставок. Размер штрафа составляет наибольшее значение между нулем и разницей между окончательной покупной ценой и отозванной ставкой. Данный штраф не отменяет стандартную пеню за преждевременный разрыв контракта. Штраф равняется убытку, понесенному закупщиком в результате потери ставки.

Далее мы рассмотрим формат одновременного clock-аукциона для закупки делимых товаров.

9.3. Одновременный clock-аукцион на понижение цены

В случае делимости товаров (электричество, квоты на выбросы) одновременный clock-аукцион на понижение с системой часов (simultaneous scending clock auction) – фиксированными ставками стоимости единицы каждого вида товара обычно дает положительные результаты. Одновременный clock-аукцион определяет курс окончательного расчета на рынке и поставщиков для каждого закупаемого продукта. Одновременный clock-аукцион – это многократно повторяющаяся процедура, в которой аукционист оглашает цены для каждого из закупаемых продуктов, а участники в каждом раунде указывают, какое количество каждого продукта они готовы поставить по предлагаемой цене. Цены на продукты с большим количеством предложений снижаются, и участники предлагают новое количество по новой цене. Этот процесс повторяется до тех пор, пока на каждый продукт спрос не сравняется с предложением (т. е. останется только один участник, предложивший максимальный или равный объявленной ставке объем поставки за объявленную ранее цену. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой). Этот формат торгов применялся для закупки квот на выбросы газов в Великобритании и использовался для закупки электрических мощностей в Новой Англии[239].

9.4. Проведение дискретных раундов с внутрираундовыми ставками

Хотя в теории можно представить проведение одновременного clock-аукциона на понижение цены в непрерывном времени, так почти никогда не делают на практике. В «часовых» аукционах неизбежно использование дискретных раундов по двум причинам. Во-первых, связь (IT-коммуникация) редко бывает столь надежна, что участники торгов готовы делать ставки непрерывно. Любой из них посчитает неприемлемой ситуацию, в которой он пропустит оптимальное для его поставки положение ценовых часов из-за кратковременных технических неполадок связи. Дискретные раунды нечувствительны к проблемам IT-коммуникации. В дискретных раундах предусматривается окно достаточной продолжительности для подачи ставок, редко менее десяти минут, а иногда и больше часа. Это окно предоставляет участникам (и организаторам торгов. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой). достаточно времени для исправления любых технических проблем коммуникации, участникам – для перехода к альтернативным стратегиям или же для связи с закупщиком в случае продления раунда. Во-вторых, аукционы с дискретными раундами способствуют раскрытию ценовой информации, поскольку у участников появляется возможность обдумать дальнейшие действия в перерывах между раундами. Им необходимо определенное время на обработку информации, полученной в результате предыдущих раундов для адаптации стратегии торгов. Эта адаптация и является основным источником раскрытия ценовой информации и сопутствующих этому процессу преимуществ.

Важным вопросом аукционов с дискретными раундами является размер шага ставки. Больший шаг ускоряет аукцион за счет уменьшения количества раундов, но приводит к потенциальной неэффективности в связи с использованием менее точной ценовой сетки. Еще одним следствием большого шага ставки является появление стимулов к недобросовестному игровому поведению в результате повышенной значимости связей между товарами и правил распределения лотов. Вместе с тем использование маленького шага, особенно в аукционах с несколькими «часами», существенно увеличивает количество раундов и соответственно время, необходимое для завершения торгов (см. также Главу 6). Участники обычно предпочитают короткие торги. Короткий аукцион уменьшает расходы на участие. Короткий аукцион также снижает степень чувствительности к изменениям цены во время торгов. Это особенно актуально для аукционов ценных бумаг и электроэнергии, т. е. секторов с активным вторичным рынком близких субститутов, для которых внутренние колебания цен могут превысить размер шага ставок.

К счастью, существует способ воспользоваться практически всеми преимуществами непрерывного аукциона, но при этом все равно провести торги с ограниченным количеством раундов. Данный способ заключается в технике внутрираундовых ставок (intra-round bids)[240]. С помощью внутрираундовых ставок участники обозначают свой объем поставки по всем ценовым векторам от цены на начало раунда до цены на конец раунда. В традиционном одновременном clock-аукционе цена в раунде может понизиться, например, с 11 до 10 долл., но участник имеет возможность показать только то количество товара, которое он готов поставить либо за 11 долл., либо за 10 долл. С внутрираундовыми ставками участник может показать любое количество, соответствующее всем ценам между 11 и 10 долл. Это позволяет избежать неэффективности, связанной с грубой ценовой решеткой. Также это препятствует игровому поведению, возникающему из-за возрастающей важности связей между товарами и нормирования распределения в случае недостаточной детализации цен. Единственно, что теряется – это внутрираундовое раскрытие цен. Вместе с тем такой вид раскрытия ценовой информации куда менее важен, чем происходящий между раундами.

Если говорить точнее, при использовании внутрираундовых ставок каждый раз закупщик оглашает цену на начало раунда и на конец (сниженную). Каждый участник торгов затем показывает свою кривую предложения для всех цен между ценой начала раунда и ценой конца раунда. Кривые предложения выражаются увеличивающимися ступенчатыми функциями (increasing step functions): по мере снижения цены участник может либо сохранить, либо уменьшить объем; объем не может быть увеличен в ответ на понижение цены. В каждом раунде участник называет цены, находящиеся в промежутке между ценой начала раунда и ценой конца раунда, по которым он готов снизить объем поставки. Например, рассмотрим аукцион на поставку электроэнергии, в котором количество поставки измеряется в мегаваттах (МВт). Пусть шестой раунд начинается с цены в 11,00 долл., а заканчивается на уровне 10,00 долл. Предположим, что объем поставки участника за 11,00 долл. составляет 800 МВт, и он желает уменьшить объем до 600 МВт на 10,63 долл. и до 350 МВт на 10,17 долл. Таким образом, ставка участника состоит из двух пар цена-объем: (10,63 долл., 600 МВт) и (10,17 долл., 350 МВт), как показано на рис. 9.1. Участник предлагает объем в 800 МВт по ценам от 11,00 до 10,63 долл., 600 МВт по ценам от 10,63 до 10,17 долл. и 350 МВт по ценам от 10,17 до 10,00 долл. На каждом этапе мы исходим из того, что участник индифферентен к любым количествам между двумя крайними ценами. Следовательно, при цене 10,17 долл. ставка участника удовлетворена при любом объеме поставки от 350 МВт до 600 МВт.

Рис. 9.1. Индивидуальные ставки, раунд 6

В конце раунда закупщик строит кривую совокупного предложения, основываясь на индивидуальных ставках. Затем, при наличии избыточного предложения при цене на конец раунда, организатор аукциона объявляет объем избытка и начинает новый раунд. В обратном случае организатор объявляет расчетную цену, и каждый участник информируется о том объеме, который он должен поставить.

Рисунок 9.2 показывает пример шестираундового аукциона. Начальная цена аукциона Р0 = 20,00 долл. В конце первого раунда ни один из участников не понизил объем, поэтому кривая совокупного предложения между Р0 и Р1 – вертикальна. При Р1 образуется значительный избыток спроса, показанный на рисунке в виде разницы между вертикальной кривой спроса и кривой совокупного предложения. В каждом последующем раунде один или несколько участников снижают объем поставки по ценам, лежащим между ценой на начало раунда и на конец; в результате избыток предложения сокращается. В итоге внутрираундовых ставок сокращения происходят по многим ценам, и их объем невелик по сравнению с общим спросом. В раунде 6 желаемой ценой завершения является Р6 = 10,00 долл., однако по такой цене спрос превышает предложение. Поэтому закупщик вынужден отступить и вернуться к цене Р6 = 10,17 долл., по которой спрос и предложение совпадают. Закупщик объявляет об окончании аукциона по расчетной цене Р6 = 10,17 долл.

Рис. 9.2. Кривая совокупного предложения

Практика проведения ряда дорогостоящих «часовых» аукционов показывает, что внутрираундовые ставки позволяют покупателю провести аукцион на десять или более продуктов примерно за десять раундов, при этом практически не неся потерь от дискретности раундов. Такие аукционы могут быть проведены за один день. Для сравнения, первые частотные аукционы и некоторые аукционы закупки электроэнергии без возможности делать внутрираундовые ставки длились от нескольких недель до нескольких месяцев. В некоторых крайних случаях длительность была оправдана очень сильной неопределенностью и высокой значимостью аукциона; но, вообще говоря, внутрираундовые ставки могли бы существенно сократить время на проведение торгов и сократить издержки без потерь в процессе открытия цены.

9.5. Естественная взаимосвязь лотов

Основной смысл выставления на одновременный аукцион множества товаров заключается в их взаимосвязи. С точки зрения участника некоторые товары могут быть комплементами, а некоторые – субститутами (заменителями). В то же время между закупаемыми на аукционе товарами может существовать возможность замещения. Учитывая естественную взаимосвязь между лотами, важным моментом при проведении одновременного clock-аукциона является степень гибкости поставщиков в вопросе перехода от одного лота к другому, а также гибкости покупателя при определении поставки.

9.5.1. Гибкость участников

С целью раскрытия ценовой информации в clock-аукционах зачастую вводятся правила активности (activity rule). Простейший clock-аукцион проводится для одного однородного товара. В этом случае правило активности выражается в простой форме ограничения «монотонности» (математической): объем поставки каждого участника не должен расти со снижением цены, что должно отражаться в возрастающей кривой предложения. Без этого ограничения у участника появляется возможность применить стратегию «змеи в траве» – блефа, – сначала грубо занижать объем поставки по высокой цене, а затем резко «прыгнуть» и повысить его к концу аукциона. Широкое использование стратегии «змеи в траве» подрывает саму идею проведения динамического аукциона[241] (поскольку сводит на нет его преимущества. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой). Ограничение «монотонности» не допускает данную форму стратегии, способствуя раскрытию цены и быстрой конвергенции к равновесному состоянию.

В случаях, когда множество товаров обладают относительно независимой кривой предложения, ограничение «монотонности» можно применять к каждому лоту отдельно. Однако, если взаимозависимость лотов сильна, применение ограничений к каждому лоту отдельно может привести к нежелательным последствиям. К примеру, если два товара являются близкими субститутами, для участника естественно поставить продукт с более привлекательной ценой. Поэтому участник попытается понизить объем поставки продукта, цена которого падает быстрее, и увеличить объем поставки продукта, цена которого падает медленней. Подобные ставки будут исключены в результате простейшего применения ограничения «монотонности».

Во многих ситуациях определение и использование естественной взаимосвязи лотов может способствовать разрешению этих проблем. Товары организуются в товарные группы. Товары-субституты включаются в одну группу; комплементы распределяются по разным группам. Правило активности составляется таким образом, чтобы у участников была возможность свободно замещать товары из одной товарной группы. Вместе с тем «монотонность» применяется самостоятельно по группам, так что замена субститутами товаров из разных групп не допускается.

Данный подход успешно применяется в ежеквартальном аукционе генерирующих мощностей Electricite de France (EDF), который является первым практическим примером одновременных clock-аукционов. Вообще говоря, на этих аукционах торгуются два типа товара: контракты на мощность при базовой нагрузке и контракты на мощность при пиковой нагрузке на электрические сети. По идее, эти товары являются комплементами, так как каждый новый игрок на французском электроэнергетическом рынке может удовлетворить запросы потребителей наилучшим образом только при определенной комбинации мощностей для базовой и для пиковой нагрузок. Вместе с тем и базовая, и пиковая мощности предлагаются для разных временных промежутков – есть контракты на три месяца, шесть месяцев, один год, два года и три года; дата начала действия всех контрактов одинакова, а различная продолжительность одного типа контрактов делает их субститутами. Соответственно, продукты организованы в две товарные группы, по пять товаров в каждой. Поскольку товары внутри одной группы измеряются в одной единице (МВт мощности), правило активности, применяемое ко всем товарам в группе, по сути, является просто ограничением по «монотонности» для суммы соответствующих кривых предложения[242].

9.5.2. Гибкость поставки

Во многих ситуациях очевидная взаимозаменяемость товаров предполагает предоставление определенной гибкости не только участникам, но и закупщику. К примеру, ценные бумаги могут покупаться на различный срок действия, но единственным реальным ограничением закупщика является то, что общий объем закупки должен соответствовать спросу покупателя. Энергетические продукты могут поставляться с различными пунктами назначения, но основным требованием, опять же, будет удовлетворение спроса. Цели эффективности и минимизации стоимости закупки достигаются, когда рынку «позволено» определять спрос на каждый из закупаемых товаров-субститутов. В аукционах EDF этот подход был с успехом применен.

Как было описано в подразделе 9.5.1, на торги выставляются контракты разной продолжительности на мощность при базовой нагрузке и мощность при пиковой нагрузке. EDF признало, что участники будут предпочитать разную длительность контрактов, но вместе с тем не обладало достаточно надежным методом для расчета спроса на контракты разной продолжительности; таким образом, спрос определялся автоматически в ходе аукциона. Для сравнения, EDF обладало полной информацией о собственной готовности заменять объемы для разной продолжительности, что определялось в зависимости от цены.

Стоит отметить, что если бы и объем поставки, и относительные цены контрактов разной продолжительности определялись эндогенно, вся система отличалась бы слишком высокой непредсказуемостью. Поскольку поставки должны были определяться рынком, а ценовая стратегия покупателя уже была известна, было решено, что цены на товары в одной группе должны быть взаимосвязаны и снижаться параллельно. (Вместе с тем цены на товары из разных групп менялись независимо.) Перед началом аукциона закупщик составляет таблицу индифферентности, рассчитанную на основе разницы цен между разными товарами внутри одной группы, при которой закупщику будет безразличен выбор между двумя товарами. При двух товарных группах, состоящих из пяти товаров каждая, фактически имеют место двое ценовых «часов» (для базовой нагрузки и пиковой нагрузки) и десять цен, причем цены для каждой товарной группы определяются на основе часов и таблицы индифферентности. Условием окончательного расчета является то, что совокупное предложение для каждой товарной группы не должно превышать общий спрос. Затем участники решают самостоятельно (эндогенно) распределение закупки в зависимости от сроков поставки, способствуя как эффективности, так и обеспечению минимизации стоимости закупок.

9.6. Работа с ограниченной конкуренцией

В большинстве аукционов конкуренция ограничена. Либо невелико количество участников аукциона, либо некоторые участники обладают значительно большими возможностями объема поставок чем объем торгов. На таких торгах организатору в дизайне аукциона нужно учесть потенциальное проявление рыночных факторов. Для этого у организатора аукциона есть три наиболее важных инструмента: информационная политика, использование резервов и правила ценообразования.

9.6.1. Информационная политика

На конкурентном аукционе цена используется для решения задачи о назначениях (assignment problem). Те участники торгов, которые готовы предложить поставку по самой низкой цене, получают больший спрос на поставку. Однако при отсутствии конкуренции наибольшее беспокойство вызывает возможность того, что участники торгов договорятся о разделе товаров посредством не цены, а иных средств.

Большинство аукционов радиочастот использовали формат полностью прозрачных одновременных аукционов на понижение, на которых полная история ставок (включая личности участников торгов, делающих ставки) предоставляется после каждого раунда. Это давало участникам торгов возможность использовать стратегии сговора на аукционах радиочастот, где конкуренция была особенно слабой[243].

В clock-аукционах является полезной информационная политика, позволяющая избежать возможности сговора, – сообщать только совокупное предложение товаров после каждого раунда. Как правило, совокупное предложение содержит большую часть информации, необходимой для открытия цен. Если же, вместо этого, покупатель раскроет индивидуальные кривые предложения участников торгов, эта подробная информация может быть использована для облегчения скоординированного сокращения предложения при высоких ценах. Например, участники торгов могут согласованно произвести сокращение количества и наказать тех, кто не сделает этого, изменив количество продуктов, которые хочет поставить неприсоединившийся к сокращению участник торгов. Во избежание таких возможностей на всех реальных clock-аукционах, о которых нам известно, покупатель сообщал только совокупный спрос или предложение на конец раунда, а не индивидуальный спрос или предложение участников торгов.

9.6.2. Резервная цена

Резервная цена является вторым важным инструментом для работы с ограниченной конкуренцией. Этот инструмент применяется двумя способами. Во-первых, резервная цена сокращает заинтересованность в сговоре, ограничивая его максимальную прибыль. Участники аукциона должны поставить товар по цене не выше назначенной резервной цены, вне зависимости от эффективности их сговора. Во-вторых, резервная цена гарантирует, что цена, уплаченная покупателем, не будет необоснованно высокой, даже в случае слабой конкуренции. Резервные цены легко использовать на clock-аукционах. Чаще всего начальная цена на «часах» и является резервной. Участникам запрещено указывать предложения по ценам выше цены, установленной на «часах».

В качестве альтернативы покупатель может начать аукцион с высокой цены, но использовать скрытую резервную цену. Данный продукт не будет продан, пока предложение не будет меньше или равно спросу и резервной цене (которая не сообщается). Этот подход был успешно использован на аукционе EDF в сентябре 2003 г.

Как правило, покупатель может захотеть скорректировать спрос в ответ на предложение[244]. На clock-аукционе корректировка спроса легче всего производится путем указания точной нисходящей кривой спроса. Результатом является увеличение желаемого количества при наличии достаточной конкуренции и сокращение желаемого количества (что неявным образом создает механизм, подобный резервной цене при недостаточной конкуренции).

9.6.3. Эффективное ценообразование

Правило ценообразования – это последний инструмент реагирования на власть рынка. Большинство аукционов делимых товаров используют единое ценообразование: все единицы данного продукта покупаются по одной и той же равной цене. Проблема этого правила ценообразования заключается в том, что оно создает для участников рынка стимул сокращать предложение, т. е. по любой цене предлагать количество ниже истинного предложения[245]. Более того, стимул сокращать предложение возрастает с предлагаемым количеством; более крупные участники рынка скрывают больше, а более мелкие участники рынка скрывают меньше. Это характерное сокрытие создает неэффективность, при которой мелкие участники рынка предлагают слишком много, а крупные участники рынка – слишком мало.

Этой неэффективности можно полностью избежать на clock-аукционе посредством простого изменения правила ценообразования, предложенного Аузубелем[246]. В случае однородных продуктов каждая единица закупается по цене, к которой она «привязана», т. е. в точке, где для участника торгов становится математически невозможно не быть выбранным для поставки товара. Например, предположим, что есть четыре идентичных объекта и три участника торгов, каждый из которых предлагает поставить две единицы. Если один участник торгов сокращает количество в своем предложении с двух единиц до одной, то каждый из двух других участников «привязывает» одну единицу к текущей цене на «часах». «Часы» продолжают снижаться, чтобы определить распределение и цену остальных двух единиц. С этим измененным правилом clock-аукцион приводит к такому же ценообразованию, как и (закрытый) аукцион Викри, модифицированный для закупок[247]. Теперь у участников рынка есть стимул заявлять свои истинные кривые предложения, и достигается эффективное распределение.

Хотя аукцион Аузубеля исключает неэффективность распределения, вызванную сокращением предложения, он не решает проблем чрезмерных расходов на закупки, являющихся следствием влияния рыночных сил. Как при единообразном ценообразовании, так и при ценообразовании Викри участники торгов зарабатывают больше при меньшей конкуренции. Поэтому другие инструменты – информационную политику и назначение цены – необходимо использовать вместе с ценообразованием Викри для решения проблем чрезмерных расходов на закупки, связанных с ограниченной конкуренцией.

9.7. Часовой аукцион с удаленными ставками

В случае сильной и различной для разных участников комплементарности между лотами эффективность аукциона необходимо повышать с помощью введения пакетных ставок. В этом разделе рассматривается clock-аукцион с удаленными ставками (clock-proxy auction), описанный в работе [Ausubel, Cramton, Milgrom, 2006] как практический вид пакетных торгов. Его типичной сферой применения является закупка, в которой разные участники по-разному комбинируют лоты. Некоторые пары лотов могут быть субститутами, а некоторые комплементами. Действительно, определенная пара товаров может быть субститутом для одного участника, но комплементом для другого; даже для одного участника эта пара может менять свои свойства в зависимости от изменения цен на другие товары. Описываемый метод совмещает два формата аукционов – часовой (clock) аукцион и удаленный (proxy) аукцион; полученный в результате гибрид обладает преимуществами обоих видов торгов.

Часовой аукцион был описан выше – это многократно повторяющаяся процедура, в которой покупатель оглашает цены для каждого закупаемого лота. Затем участники указывают, какое количество каждого продукта они готовы поставить по текущей цене. Цены на продукты с излишним предложением затем снижаются, и участники снова указывают объем поставки по новой цене. Процесс повторяется, пока не останется лотов с избыточным предложением.

Удаленный аукцион на понижение – это особая процедура пакетных торгов с интересными особенностями[248]. В рамках процесса закупок участники сообщают реальный размер затрат своим удаленным агентам на сервере. Эти агенты действуют по принципу удаленных ставок на e-Bay, где в закупочных аукционах участник выставляет свой «потолок», т. е. свою минимальную цену. В данном случае удаленные агенты постоянно подают пакетные ставки от лица участников, выбирая наиболее прибыльную для участника комбинацию на основе данных о его затратах. Процесс продолжается до тех пор, пока у удаленных агентов больше не остается ставок. Часовой удаленный аукцион является гибридным форматом, который начинается с часовой фазы и заканчивается финальным раундом удаленных ставок. Вначале участники напрямую делают ставки в clock-аукционе до тех пор, пока ни на один из лотов не наблюдается избыточного спроса. Затем у участников есть единственная возможность ввести значения для удаленных ставок. Аукцион завершается удаленным раундом. Все ставки действительны на протяжении аукциона и обновляются в реальном времени. Отзыв ставок запрещен. Ставки определенного участника взаимно исключаемы. На протяжении часовой фазы и между ней и удаленным раундом действует правило активности.

Существует три основных причины возникновения clock-proxy-аукциона. Во-первых, Портер и др.[249] описали особую версию «комбинированного» часового аукциона и привели экспериментальные подтверждения его действенности. Во-вторых, последние нововведения в удаленные аукционы позволяют провести комбинированные торги для схожих лотов. В отличие от обычных часовых аукционов, которые, как правило, не могут дать по-настоящему эффективные результаты из-за анонимных линейных цен даже в случае прямых и открытых ставок, удаленный аукцион может иметь положительный эффект на затраты покупателя. Вместе с тем теоретические исследования удаленных аукционов акцентировались только на процедурах с закрытыми ставками и не уделяли внимание вопросам обратной связи с участниками и раскрытию цены. В-третьих, эмпирический успех оптового голландского аукциона показывает, что часовая стадия является простым и эффективным средством раскрытия основной ценовой информации перед финальным удаленным раундом. Во время часовой фазы участники узнают примерные цены на отдельные лоты, а также на пакеты лотов (суммируя индивидуальные цены). Данная ценовая информация позволяет участникам сфокусировать свой анализ затрат на наиболее привлекательных для них пакетах.

Clock-proxy-аукцион обладает важными преимуществами по сравнению с описанным ранее одновременным аукционом на понижение. Одновременные закупочные аукционы эффективны в ситуациях, когда лоты являются субститутами, а конкуренция сильна. «Часовая» фаза сама по себе также эффективна в таких простых условиях и дает почти такие же результаты, как одновременный закупочный аукцион. Тем не менее добавление удаленного раунда позволяет справиться с такими возможными осложнениями, как комплементарность, сговоры и влияние рынка, куда лучше, чем в случае одновременного закупочного аукциона. В ситуациях, когда данные «осложняющие» факторы присутствуют, clock-proxy-аукцион опережает одновременный закупочный аукцион, как по эффективности, так и по стоимости закупки.

9.7.1. Стадия удаленных ставок

Поскольку часовая стадия уже подробно описывалась, осталось описать стадию удаленных ставок. Как и в clock (часовых) аукционах, удаленные торги основаны на пакетных ставках. Вместе с тем методы стимулирования сильно различаются. Основное различие заключается в отсутствии анонимных линейных цен на отдельные лоты. Оцениваются только пакеты, причем цены могут различаться между участниками. Это ослабляет раскрытие цены, но суть удаленного аукциона заключается не в этом. Его основной целью является создание стимулов к эффективному распределению контрактов. Вся процедура раскрытия ценовой информации происходит на часовой стадии. Вторым важным отличием является то, что участники не делают прямых ставок на удаленной стадии. Они сообщают размер своих затрат удаленным агентам, которые затем делают ставки от имени участников, руководствуясь специальным правилом. Удаленные агенты делают открытые ставки для максимизации прибыли. Стадия удаленных ставок является последней и окончательной возможностью сделать ставку.

Удаленный аукцион работает следующим образом[250]. Каждый участник сообщает удаленному агенту свои затраты для всех пакетов, которые он хотел бы поставить. Удаленный агент затем делает ставку в пакетном аукционе на понижение от лица реального участника, постоянно подавая основанную на затратах допустимую ставку, которая в случае принятия принесет участнику прибыль (цена минус издержки). В теории, аукцион проводится с очень низким шагом понижения цены. После каждого раунда предварительно определяются победившие ставки, которые минимизируют издержки закупщика за счет схожих заявок. Все ставки участника подаются в реальном времени на протяжении всего аукциона и воспринимаются как взаимоисключающие. Аукцион заканчивается после раунда, в котором не было подано новых ставок[251].

Двумя основными преимуществами удаленного аукциона перед аукционом Викри является то, что цены и затраты закупки выражаются монотонной функцией (увеличение количества участников ведет к снижению цен) и то, что закупочные цены конкурентны. Более детально этот формат описан в Приложении.

9.8. Заключение

Одновременный аукцион на понижение – это мощный инструмент для закупки многих связанных товаров или услуг. Часовой (clock) формат аукциона лучшим образом подходит, когда лоты являются делимыми товарами. Покупатель объявляет цену за каждую единицу товара, а поставщики предлагают тот объем, который они готовы поставить по текущей цене. Цены на товары снижаются в соответствии с избытком предложения. Процедура повторяется до тех пор, пока существует избыточное предложение хотя бы на один товар. В конце аукциона выбираются выигравшие участники, которые должны поставить предложенное количество товара по финальной цене.

Несмотря на то, что в теории используется непрерывное время, на практике ставки в настоящих динамических аукционах делаются в дискретных раундах. Это, тем не менее, не снижает эффективность. Единственное, что необходимо, это механизм, позволяющий участникам предлагать объемы поставки по промежуточным ценам, лежащим между ценой на начало раунда и ценой на конец раунда. Именно этот механизм внутрираундовых ставок позволяет в реальности достичь преимуществ непрерывного времени. Безусловно, при этом теряется возможность внутрираундового раскрытия ценовой информации, но это намного менее важно, чем открытие цены между раундами, которое усиливается за счет пауз в подаче ставок; у участников появляется достаточно времени для адаптации стратегии к меняющимся условиям торгов.

Важным элементом аукциона является правило активности, ограничивающее поведение участников для его соответствия разумному экономическому стимулированию. Это облегчает открытие цен. В часовых аукционах на единый товар единственным требованием является правило монотонности – по мере снижения цены участники должны либо сохранять объем поставки, либо снижать его, но не могут его увеличить. Таким образом, торги должны соответствовать растущей кривой предложения. Если на торги выставляется множество товаров, являющихся субститутами, выполнение этого условия может стать большой проблемой. В подобных аукционах следует сгруппировать товары-субституты и наложить ограничение монотонности на общее количество внутри группы для каждого участника. Это позволит участникам сохранить определенную гибкость в выборе товаров внутри группы. Правила торгов также могут учитывать и гибкость покупателя в выборе между субститутами. К примеру, закупщик может указать разброс цен между товарами в группе и общий объем для всей группы. Количество каждого товара из группы при закупке определяется предпочтениями покупателя и поставщика.

Влияние рынка является последней практической проблемой. Ее можно решить с помощью трех инструментов, доступных покупателю. Проводится информационная политика для ограничения возможности сговора участников. Для ограничения стимулов к сговору и для гарантии разумной стоимости закупки даже в случае слабой конкуренции и сильного сговора вводятся резервные цены и система поправки спроса. Наконец, покупатель может отойти от единой ценовой политики и применить ценообразование Викри во избежание неэффективного распределения, образуемого вследствие влияния рынка. При правильной организации эти три инструмента позволяют влиять и на эффективность закупки, и на повышение ее стоимости из-за действия рыночных механизмов.

Несмотря на новизну оптовых часовых аукционов, они уже успешно применялись в серьезных торгах во многих странах. Примерами являются аукционы электроэнергии во Франции, США и Бельгии, газовые аукционы в Германии, Франции и Австрии, а также экологические аукционы в Великобритании.

Особенно эффективно оптовые часовые аукционы показывают себя в торгах с высоким уровнем конкуренции, где товары в основном являются субститутами. Действительно, данный тип аукциона отличается высокой эффективностью, совмещенной с простотой и прозрачностью.

Для более сложных ситуаций мы рекомендуем удаленно-часовой (clock-proxy) аукцион, т. е. одновременный часовой аукцион с последним раундом удаленных ставок. Основной идеей является использование анонимных линейных цен как можно дольше в ходе торгов для простоты, прозрачности и раскрытия ценовой информации. Часовая стадия также облегчает участникам процесс анализа затрат для раунда удаленных ставок, поскольку сфера анализа ограничивается соответствующей частью ценового разброса, определенного на часовой стадии. Наконец, в отличие от одновременного аукциона на понижение, в удаленно-часовом аукционе отсутствует проблема уязвимости участника.

При ограниченной конкуренции или наличии лотов со сложной и разнообразной структурой комплементарности добавление стадии удаленных ставок позволяет повысить эффективность аукциона. В частности, достигаются основные цели: закупочные цены покупателя конкурентны, а распределение контрактов эффективно. Стимулы к сокращению объемов поставки, присутствующие на часовой стадии, исчезают. Более того, добавление раунда удаленных ставок не несет никакого вреда: в простейших условиях, при которых чистый часовой аукцион эффективен, удаленный раунд не ведет к искажению результатов торгов. Раунд удаленных ставок просто расширяет спектр условий, при которых аукцион эффективен.

Практический вывод 1.

При закупке множества товаров или услуг, следует применять:

• одновременный аукцион на понижение, если лоты неделимы;

• одновременный clock-аукцион при делимости лотов;

• clock-proxy-аукцион, если комплементарность между лотами сильна и различается у участников торгов.

Приложение

Покажем, как аукцион с удаленными ставками приводит к оптимальному распределению лотов согласно заявленным предпочтениям. Определим кооперативную игру (L, ν), где L - это множество игроков (7= 0 является закупщиком, а все остальные – участники торгов), а w(S) – это значение коалиции 5. Пусть χ выражает множество возможных распределений лотов (х])1е1- Если 5 не включает закупщика, тогда w(S) = О/если 5включает закупщика, то

Ядро (L, ν) является множеством всех эффективных распределений π (выигрышей, начисляемых игрокам в зависимости от распределения лотов), которые доступны для большой коалиции и не могут быть блокированы коалицией 5; другими словами, для каждой коалиции 5

Теорема 1. [Ausubel, Milgrom, 2002; Parkes, Ungar, 2000]. Вектор выигрыша π, образованный в результате удаленного аукциона, является оптимальным эффективным распределением, связанным с заявленными предпочтениями: π є Ядро (L, w).

Оптимальные результаты обладают рядом привлекательных свойств, таких как: 1) эффективность, и 2) конкурентные закупочные затраты покупателя. Следовательно, теорема показывает, что удаленный аукцион не подвергается неэффективному воздействию снижения предложения: ни один участник не может снизить цену, которую он платит за выигранный пакет, удерживая часть проигравших ставок для других пакетов. Теорема также включает идею о конкурентности закупочных затрат покупателя: ни один участник или коалиция участников не желают понижать ставки для поставки лотов. В работе [Ausubel, Milgrom, 2002] (теоремы 2 и 14) определяется результат оптимального распределения, а в работе [Parkes, Ungar, 2000] (теорема 1) авторы независимо доказали эффективность результатов удаленного аукциона, не рассматривая проблему «ядра».

Вектор выигрыша в ядре называется оптимальным для участников, если не существует иного оптимального распределения, которое участники могли бы предпочесть. Если лоты являются субститутами, то итог удаленного аукциона совпадает с результатами аукциона Викри и с единственной оптимальной для участников точкой ядра. Если же лоты не являются субститутами, выигрыш Викри обычно не входит в ядро, а удаленный аукцион приводит результаты с более низкими издержками покупателя.

Теорема 2. [Ausubel, Milgrom, 2002]. Если π – оптимальная для участников точка ядра (L, w), то существует равновесие Нэша полной информации для удаленного аукциона с соответствующим вектором выигрыша π.

Это равновесие достигается с помощью стратегии формы игры: ставка должна равняться реальным затратам плюс неотрицательная константа на каждый пакет. Авторы подчеркивают, что этот вывод относится только к равновесию Нэша в игре полной информации; участникам может понадобиться знание π для расчета стратегии.

Краткий обзор литературы

Данная глава адаптирована из нескольких статей авторов, в частности, [Ausubel, Cramton (2004а]. Дополнительные материалы по теории и практическому применению аукционов доступны на сайтах Market Design Inc. (www.marketdesign.com), Efficient Auctions LLC (www.efficientauctions.com) и Power Auctions LLC (www.powerauction.com), а также в книгах [Milgrom, 2004; Cramton, Shoham, Steinberg, 2006].

Источники

Ausubel L.M. An Efficient Ascending-Bid Auction for Multiple Objects // American Economic Review. 2004. 94 (5). Р. 1452–1475.

Ausubel L.M. An Efficient Dynamic Auction for Heterogeneous Commodities // American Economic Review. 2006. 96 (3). Р. 602–629.

Ausubel L.M., Cramton P. Demand Reduction and Inefficiency in Multi-Unit Auctions: Working Paper 96–07. University of Maryland, 2002.

Ausubel L.M., Milgrom P. Ascending Auctions with Package Bidding // Frontiers of Theoretical Economics. 2002. 1. Р. 1–45. (www.bepress.com/bejte/frontiers/ vol1/ iss1/art1)

Ausubel L.M., Milgrom P. Ascending Proxy Auctions // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. Ch. 3. MIT Press, 2006a. P. 79–98.

Ausubel L.M., Milgrom P. The Lovely but Lonely Vickrey Auction // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. Ch. 1. MIT Press, 2006b. Р. 17–40.

Ausubel L.M., Cramton P. Auctioning Many Divisible Goods // Journal of the European Economic Association. 2004a. 2. April – May. Р. 480–493.

Ausubel L.M., Cramton P. Vickrey Auctions with Reserve Pricing // Economic Theory. 2004b. 23. Р. 493–505.

Ausubel L.M., Cramton P.C., Jones W.P. System and Method for an Auction of Multiple Types of Items. International Patent Application № PCT/ US02/16937. 2002.

Ausubel L.M., Cramton P., Milgrom P. The Clock-Proxy Auction: A Practical Combinatorial Auction Design // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. Ch. 5. MIT Press, 2006. Р. 115–138.

Brusco S., Lopomo G. Collusion via Signalling in Simultaneous Ascending Bid Auctions with Heterogeneous Objects, with and without Complementarities // Review of Economic Studies. 2002. 69. Р. 407–436.

Compte O., Jehiel P. Auctions and Information Acquisition: Sealed– bid or Dynamic Formats?: Working Paper, CERAS-ENPC, 2002.

Cramton P. The FCC Spectrum Auctions: An Early Assessment // Journal of Economics and Management Strategy. 1997. 6(3). Р. 431–495.

Cramton P. Simultaneous Ascending Auctions // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. Ch. 4. MIT Press, 2006. Р. 99–114.

Cramton P., Schwartz J. Collusive Bidding in the FCC Spectrum Auctions // Contributions to Economic Analysis & Policy. 2002. 1(1). (www.bepress.com/bejeap/contributions/vol1/iss1/art11)

Cramton P., Shoham Y., Steinberg R. Combinatorial Auctions. Cambridge, MA: MIT Press, 2006.

Day R.W., Raghavan S. Generation and Selection of Core Outcomes in Sealed-Bid Combinatorial Auctions: Working Рaper, University of Maryland, 2004.

Grimm V., Riedel F., Wolfstetter E. Low Price Equilibrium in Multi-unit Auctions: The GSM Spectrum Auction in Germany // International Journal of Industrial Organization. 2002. 21. Р. 1557–1569.

Hoffman K., Menon D., van den Heever S., Wilson T. Observations and Near-Direct Implementations of the Ascending Proxy Auction // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. Ch. 17. MIT Press, 2006. Р. 415–450.

McAdams D. Adjustable Supply in Uniform Price Auctions: The Value of Non-Commitment: Working Paper. MIT, 2005.

Milgrom P. Putting Auction Theory to Work. Cambridge: Cambridge University Press, 2004.

Milgrom P., Weber R.J. A Theory of Auctions and Competitive Bidding // Econometrica. 1982. 50. Р. 1089–1122.

Parkes D.C., Ungar L.H. Iterative Combinatorial Auctions: Theory and Practice. Proceedings of the 17th National Conference on Artificial Intelligence (AAAI-00), 74–81, Austin, Texas, 2000.

Porter D., Rassenti S., Roopnarine A., Smith V. Combinatorial Auction Design // Proceedings of the National Academy of Sciences. 2003. 100. Р. 11153–11157.

Vickrey W. Counterspeculation, Auctions, and Competitive Sealed Tenders // Journal of Finance. 1961. 16. Р. 8–37.

Часть IV. Привлечение и отбор участников

10. Ценообразование и другие бизнес-стратегии для платформ электронных закупок

10.1. Введение

В последние десятилетия темпы развития информационно-коммуникационных технологий оказали существенное влияние на организацию различных отраслей промышленности. Электронные рынки предлагают новые формы электронного посредничества с использованием возможностей Интернета, вытесняя традиционные вертикальные отношения. Прогнозируемое повышение надежности и безопасности, а также улучшения в области инновации процессов открывают перспективу полной перестройки управления цепочками поставок посредством электронной торговли. Согласно Европейскому докладу об электронном бизнесе (e-Business W@tch) за 2004 г., а также по данным о пяти крупнейших европейских государствах, 23 % компаний совершали более 5 % закупок через Интернет. 11 % компаний использовали для закупок электронные рынки, с самыми высокими показателями по ИКТ, транспортному оборудованию, химическим веществам и электронике.

За этими цифрами кроется огромное многообразие ситуаций, начиная с простого поиска и брокерских услуг по сведению покупателя и продавца и заканчивая полностью интегрированным управлением всей цепочкой поставок. Например, компания eMarket Services (www.emarketservices.com) определяет электронный рынок как «совокупность информационных порталов, торговых обменов и инструментов сотрудничества». Данное многообразие сопровождается столь же высоким коэффициентом отсева, что подчеркивает главный принцип электронной посреднической деятельности – «победитель получает все». Хотя количество вступающих членов остается на высоком уровне, лишь немногие удерживаются более нескольких лет, и лопнувший пузырь доткомов[252] – лишнее напоминание о том, что прибыльность может не достичь первоначально ожидаемого уровня. В некоторой степени эти изменения можно связать с резкими переменами в структуре расходов на посреднические услуги, сопровождаемыми огромным сокращением переменных издержек обработки информации. Сокращение затрат влечет за собой снижение цен и увеличение относительной важности экономии на масштабе как движущей силы развития рынка. Эта эволюция затрат сама по себе, однако, не может объяснить ключевые особенности рынков электронного посредничества. Вторым следствием сокращения затрат на обработку информации и увеличения способности управлять сложными системами является создание новых областей для взаимодействия. В частности, электронные закупки (e-procurement) позволяют исключить определенные двусторонние отношения между покупателем и посредником, или поставщиком и посредником, и заменить их поддерживаемыми в электронном виде прямыми переговорами между покупателем и поставщиком – новая комбинация, объединяющая лучшее из посреднических и прямых вертикальных отношений. Более того, это подчеркивает роль услуг в качестве коммуникационной платформы, в отличие от просто услуг купли-продажи. Действительно, большинство платформ пытаются создать особый дизайн электронной площадки с целью улучшить качество взаимодействия между участниками. Увеличение взаимодействия между покупателем и поставщиком на электронных рынках повышает значимость внешних эффектов среди пользователей сервиса до такой степени, что понимание их роли становится решающим для достижения успеха. В действительности, поскольку ценность коммуникации станет совместным результатом для всех участвующих сторон, каждый участник будет больше заботиться о поведении других потенциальных участников. В то время как это замечание звучит банально для системных разработчиков, оно имеет огромную значимость применительно к экономическим параметрам, таким как ценообразование. Причина этого в том, что, так как цены на услуги электронной площадки влияют на поведение экономических субъектов, существует потенциальная возможность их применения для стимулирования эффективного использования площадки. Новые рынки, таким образом, разрабатывают сложные схемы ценообразования с различными ценами, ориентированными на различные виды деятельности (членские взносы, операционные сборы, опционы) или на различных субъектов (покупатель, поставщик, рекламодатель, привилегированный покупатель). Кроме того, они также полагаются на неценовые инструменты, такие как бесплатные услуги и подарки.

10.2. Двусторонние рынки и электронные закупки

Данные тенденции развития рынка выдвинули на первый план экономических исследований анализ посреднических услуг, таких как e-procurement, услуги аукционных домов, брокерские услуги. Эти услуги являются частью более широкого диапазона деятельности, которую экономисты включают в понятие двусторонних платформ. На основании определения, использованного автором в другой работе, данное понятие относится к «ситуациям, где одна или несколько конкурирующих платформ оказывают услуги, которыми пользуются два типа партнеров с целью взаимодействия и проведения операций обмена». Сюда входят платформы электронных закупок, а также иные направления деятельности, включая обмены, выпуск кредитных карт, услуги торговых центров, брачных агентств и операционных систем. Все эти виды деятельности имеют следующие общие характеристики: в них можно выделить две стороны рынка; обе стороны необходимы для создания ценности; и каждой стороне может быть предоставлено особое обслуживание[253]. Новое восприятие природы этого бизнеса ясно прослеживается в следующем заявлении Джефа Безоса (главного исполнительного директора Amazon.com)[254]:

«В конечном счете мы – информационный брокер. Слева от нас множество товаров; справа от нас множество покупателей. Мы находимся посередине и создаем связи. В результате у нас получаются две группы клиентов: покупатели, которым нужны книги, и издатели, которым нужны покупатели. Читатели находят книги либо книги находят читателей».

Хотя эти рынки, каждый из которых имеет свою специфику, требуют дальнейшего изучения, экономистами достигнут определенный прогресс в понимании их двустороннего характера, в частности, касательно стратегий ценообразования и производительности, а также некоторых других аспектов, таких как пакетирование услуг, вертикальная интеграция и антимонопольные вопросы. Цель данной главы состоит в том, чтобы представить некоторые из данных результатов и рассмотреть их последствия.

Запуск успешной площадки электронных закупок требует решения классической проблемы курицы и яйца. Фирма, занимающаяся сбытом, будет готова положиться на веб-ресурс для своих поставок, только находясь в уверенности, что ей будет сделано адекватное предложение. Однако для обеспечения такого предложения необходимо убедить поставщиков, что их инвестиции в отношении платформы приведут к достаточному спросу на предлагаемую ими продукцию. Основная трудность состоит в том, чтобы получить одну из сторон «на борт» для того, чтобы начать процесс. Это требует особых стратегий ценообразования, отличных от стратегий, которым следуют более традиционные компании. Прежде чем перейти к рассмотрению данного вопроса, имеет смысл остановиться на лежащей в его основе логике.

10.3. Двойственный характер клиентов платформы

Как любой другой бизнес, платформы продают услугу клиентам, которые платят, чтобы получить доступ к данной платформе. Однако здесь характер совершаемой экономической операции несколько отличается от более традиционных направлений бизнеса. При типичном обмене потребитель не принимает участие в производственном процессе, осуществляемом фирмой. Платежи, таким образом, поступают той фирме, которая покупает входы на другие рынки. В случае же электронной платформы, продукт – это результат взаимодействия между клиентами платформы. Традиционное различие между входным ресурсом производственного процесса и продуктом на выходе становится до некоторой степени неважным. Когда два агента, А и Б, используют электронную платформу, чтобы провести торговую операцию, ключевая услуга, которую электронная платформа предлагает агенту А, – это доступ к агенту Б, и наоборот. Агент А, таким образом, – клиент, готовый заплатить за доступ к Б через платформу, но в то же время оператор платформы должен понимать, что готовность агента Б платить определяется участием в процессе агента А. Следуя этой логике, покупатель платформы – одновременно и клиент, покупающий услугу, и входной ресурс услуги, предлагаемой другим клиентам.

Такой двойственный характер клиента является ключом для понимания специфики стратегий ценообразования, которым следуют электронные платформы, а также других практик бизнеса, таких как пакетирование услуг, правила эксклюзивности, бесплатные услуги и т. д. Например, в то время как традиционное монопольное ценообразование является результатом компромисса между увеличением маржи и сокращением объема продаж, с платформами дело обстоит иначе, как мы покажем ниже. Отсюда возникает другой подход к отношениям между компанией и ее клиентами. Вместо обычного вопроса «Что я могу дать клиенту, что имеет для него ценность?» компания должна также задаться вопросом «Какую ценность может принести этот клиент другим клиентам?».

Например, одним из следствий роста интереса к координации с клиентами является ожидаемое увеличение вертикальной интеграции платформ, что в действительности и происходит: есть многочисленные случаи платформ, которые принадлежат своим клиентам или некоммерческим ассоциациям, основанным пользователями. К примеру, VISA – некоммерческая ассоциация, участниками которой являются банки, выпускающие кредитные карты; до 2005 г. Нью-йоркская фондовая биржа была некоммерческой корпорацией, которой управляли 1366 «постоянных членов».

10.4. Балансирование тарифов

Как мы увидим, структура цен на услуги платформы должна рассматриваться глобально (включая взносы за участие и операционные сборы) и может включать ту или иную форму перекрестного субсидирования.

На данный момент, чтобы установить некоторые общие принципы, давайте сосредоточимся на совокупном тарифе, взимаемом с каждой стороны. Для ясности назовем ценой плату за участие в деятельности платформы (хотя можно подобным образом рассматривать ситуацию, когда на тариф влияет уровень активности). Цены отражают ценовую эластичность спроса, но также и то, насколько участие данного клиента ценно для других клиентов. Как правило, повышение уровня участия одной стороны за счет снижения цен позволяет повысить цену, взимаемую с другой стороны, не затрагивая ее уровень участия. Это имеет несколько последствий для ценообразования.

Во-первых, когда речь идет о некоммерческих платформах, для эффективного использования электронных площадок нельзя применить стандартное правило ценообразования на основе предельных затрат. Если платформа установит для поставщиков цены, равные предельным затратам на обслуживание, то поставщики будут участвовать до того уровня, на котором получаемые ими преимущества равны этим затратам. Однако они не будут учитывать дополнительные преимущества, которые получают от их участия покупатели на платформе. В контексте платформы, не подвергаемой перегрузкам, следствием является то, что при ценах, равных предельным затратам, уровень участия каждой стороны слишком низок. Оптимальная ценовая структура требует, если это достижимо, устанавливать цены ниже предельных затрат.

Субсидирование обеих сторон имеет место, например, на платформах, которые являются бесплатными и финансируются правительственными организациями, таких как AcquistinRete[255] – рынок, основанный компанией Consip и направленный на предоставление товаров и услуг государственным учреждениям в Италии.

Указанное выше заключение отражает тот факт, что между участниками существуют положительные внешние эффекты, которые необходимо регулировать, в основном, по двум причинам. Во-первых, может возникнуть перегруженность платформы или другие типы негативных внешних эффектов (например, поставщики могут предпочесть избегать большой конкуренции). Во-вторых, это означает, что платформа будет работать себе в убыток, т. е. подразумевается, что она получает субсидию, как правило, со стороны правительства.

Учитывая, что подобные субсидии генерируют бюрократические издержки, налоговые искажения и организационную неэффективность, в качестве альтернативы можно опираться на тарифы, чтобы их сбалансировать. Тем не менее даже для тарифов, балансирующих бюджет, цена пользования площадкой будет, как правило, оставаться ниже предельной стоимости. Бюджетно-сбалансированная платформа – не тот случай, когда с каждого клиента должна взиматься сумма, покрывающая стоимость его участия. Причина в том, что смещение баланса в пользу одной из сторон рынка, т. е. с использованием небольшой субсидии, может принести пользу всем участникам. Повышение уровня участия поставщиков в деятельности платформы посредством субсидий требует увеличения взносов, вносимых покупателями, для того чтобы покрыть общие затраты. Но покупатель будет готов заплатить эту дополнительную сумму, только если преимущества, которые он получит от увеличения уровня участия поставщиков, компенсируют ему этот дополнительный расход. Эта ситуация подобна другим ситуациям в сети, хотя здесь мы имеем дело с особыми типами клиентов, и нам легче идентифицировать природу экстерналий, а именно, участие или использование.

Итоговая ценовая структура, таким образом, включает в себя перекрестное субсидирование между участниками. Например, eBay не взимает с покупателей взнос за участие в аукционе. Это в скрытой форме соответствует небольшой субсидии (хотя переменные издержки в этом случае очень малы). Тем не менее eBay взимает сложный тариф с поставщиков. Поставщик должен внести взнос, когда товар выставляется на торги, что является нелинейной функцией стартовой цены, и взнос по завершении сделки, который является функцией цены закрытия. Очевидно, что данная бизнес-модель направлена на максимальное повышение уровня участия покупателей путем создания дохода только от поставщиков[256].

Теперь давайте укажем на тот факт, что вышеприведенные рассуждения, с некоторыми изменениями, применимы также к коммерческим платформам. Основное отличие в том, что, рассматривая вопрос о снижении цены для некоторых клиентов платформы и решая, выгодно ли это, компания не будет учитывать воздействие этого снижения на благосостояние данных участников, но будет исходить из расширения возможностей получения большего дохода от других участников. Однако, как отмечалось выше, при повышении уровня участия стороны A повышается также готовность платить членов стороны Б. Процесс, таким образом, можно оптимизировать путем взыскания более высоких взносов со стороны Б. Пока рост прибыли, производимый на стороне Б, превышает сокращение прибыли на стороне A, компания может быть готова жертвовать доходом на стороне A. Это подразумевает, что размеры прибыли по разные стороны рынка могут существенно различаться и не отражать ценовую эластичность спроса каждой из сторон обычным способом. Более того, эффект может быть настолько сильным, что компания может в конечном итоге обслуживать одну сторону с очевидной потерей: взимаемая цена не будет покрывать прямые затраты на обслуживание этих клиентов. Это кажущееся противоречие можно объяснить при помощи «возможности» увеличения прибыли, связанной с участием такой группы агентов, которая увеличивает прибыли для другой стороны. Продолжая обсуждение темы о двойственном характере клиентов, можно сказать, что субсидируемые клиенты рассматриваются скорее как инвестиция, чем как покупатели: платформа покупает их участие и «перепродает» его другим клиентам.

В особенности это относится к бесплатным услугам, которые сейчас стали очень распространенным явлением. К примеру, ZDNet (www.zdnet.com), ведущий информационный портал по информационным технологиям, предоставляет значительную часть консультационных услуг и информации бесплатно. Однако это повышает доход от рекламы и спонсорства. Доход от рекламы непосредственно связан с частотой посещений сайта, что оправдывает предоставление бесплатного обслуживания. Поскольку на частоту посещений также влияет качество, это служит стимулом для ZDNet, чтобы обеспечить хорошее качество консультационных услуг. Согласно этой логике тот факт, что услуга является бесплатной, ни в коем случае не признак того, что она низкого качества.

Такие стратегии ценообразования, как правило, имеют место на платформах, работающих в конкурентной среде и, следовательно, имеющих низкий уровень прибыли. Но даже в случае монополии это может привести к субсидированию какой-либо стороны.

Практический вывод 1.

Тарифы электронных площадок должны оцениваться глобально, с учетом внешних эффектов отношений между участниками. Эффективные ценовые структуры включают ту или иную форму перекрестного субсидирования между различными типами участников и могут потребовать ценообразования ниже себестоимости для некоторых участников или даже субсидирования их участия.

Действительно, рассматривая платформы в целом, находим много примеров, когда одну сторону рынка можно определить как лидера по убыткам, в то время как платформа генерирует прибыль на другой стороне. Например, так всегда происходит в случае, когда одной из сторон предлагается бесплатный доступ к платформе.

Как частный случай этой общей схемы, платформа может пожелать привлечь некоторых клиентов путем прямых субсидий, точно так же, как ночной клуб, предлагающий не только бесплатный вход, но также и бесплатные напитки для женщин. Денежные субсидии вызывают очевидные вопросы, но, как мы увидим ниже, платформа может предложить натуральные субсидии, которые создаются под потребности конкретных клиентов. Практика, включающая бесплатные информационные услуги, гораздо более распространена.

Учитывая, что цены, взимаемые с каждой из сторон рынка, взаимосвязаны, главная задача в том, чтобы понять, какой стороне следует оказать предпочтение. Ответ можно найти в аргументации, используемой при рассмотрении перекрестного субсидирования. Интеллектуальное упражнение состоит в оценке воздействия перебалансирования тарифов между двумя сторонами рынка. Очевидно, что если сторона Б придает большую ценность увеличению участия стороны A, в то время как члены стороны A не очень в этом заинтересованы, будет оптимально снизить взносы, взыскиваемые со стороны A. В качестве общего принципа платформе следует сравнить внешние эффекты, создавшиеся на обеих сторонах, и там, где они воспринимаются как незначительные, установить относительно низкие цены.

Практический вывод 2.

Отдавайте предпочтение снижению цены или предоставлению субсидии для той стороны рынка, где участие членов менее подвержено воздействиям внешних эффектов (меньше преимуществ, получаемых от участия членов противоположной стороны).

Этот общий принцип нужно проверять по параметрам чувствительности цены. Действительно, при снижении цены на стороне A соответствующий рост цен на стороне Б будет непосредственно связан с изменением объема участия на стороне A. На этот объем влияет ценовая чувствительность стороны A. К примеру, предположим, что мы начинаем с равной прибыли на каждой стороне и что платформа нацелена на 1‑процентное увеличение участия покупателей. Предположим, что это позволяет повысить прибыль от поставщиков на 1 %. Это выгодно, только если прибыль от покупателей сократится менее чем на 1 %, что происходит, когда сокращение доли прибыли в цене от покупателей составляет менее 2 %. Следовательно, ценовая эластичность имеет значение. Чем более эластичен спрос, тем меньше будет снижение цены, необходимое для достижения намеченного объема, и тем больше будет стимулов увеличить участие целевой группы. Таким образом, вышеупомянутый эффект экстерналий может быть ослаблен, если ценовая эластичность ниже для стороны с низкими внешними эффектами. Это связано со стандартным анализом монопольного ценообразования, но не совпадает с ним. В частности, это также применимо к конкурентным условиям.

Практический вывод 3.

Отдавайте предпочтение снижению цены для той стороны рынка, где уровень участия на электронной площадке наиболее чувствителен к взимаемым взносам (высокая ценовая эластичность).

В то время как основное применение данных принципов касается балансирования тарифов между двумя сторонами рынка, они также подразумевают дифференцированный подход в пределах одной стороны. Например, если потенциальные поставщики особенно стремятся получить доступ к определенной категории покупателей, то платформа может считать оптимальным разработку специальных предложений, предназначенных для этой категории.

Как правило, это больше указывает на тот факт, что подход к разным клиентам платформы будет очень контрастным. Электронные рынки должны широко использовать ценовую дискриминацию. Перекрестное субсидирование между покупателями и поставщиками на платформе является лишь одной из наиболее очевидных форм дискриминационных ценовых схем.

В отличие от более традиционных рынков, этим схемам ценовой дискриминации не нужно отражать использование рыночной власти, и они не ослабляются конкурентным давлением. Причина в том, что они стимулируются заинтересованностью в эффективности: они стремятся побудить агентов к участию в интересах других пользователей электронной площадки. Это означает, что, в отличие от других рынков, наличие ценовой дискриминации и тот факт, что некоторые цены, казалось бы, ниже себестоимости, нельзя воспринимать как знак того, что платформа не сталкивается с конкуренцией.

На традиционных рынках конкуренция оказывает давление на цены и, как правило, приводит их в соответствие с затратами. Компании будут снижать цену на любой отдельный продукт под давлением конкурентов, и этот процесс закончится, как только они перестанут получать прибыль от каждого продукта или услуги, т. е. когда цены будут равны затратам. Это неверно для электронных платформ, поскольку они могут быть готовы понести убытки на одной стороне, чтобы удержать другую сторону рынка. Таким образом, нельзя рассматривать услугу поставки, проданную закупочной платформой какой-либо фирме, и услугу, проданную платформой поставщику, как две разные услуги, проданные на отдельных рынках. Даже если конкуренция снижает валовую прибыль, это применимо к общей прибыли платформы и не должно приводить к ценам, равным стоимости предоставления услуг, в том числе индивидуальных услуг (индивидуального обслуживания клиента одной стороны. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой).

Действительно, как мы показали выше, цены, отражающие предельные издержки, неэффективны, поскольку экономические решения для одних пользователей платформы затрагивают других пользователей платформы. Обычно конкуренция вынуждает платформы прилагать усилия к тому, чтобы предложить лучшие услуги и быть эффективными. Но это требует определенных субсидий, и в конкурентной среде нужно ожидать, что некоторые услуги будут проданы по ценам ниже себестоимости.

Практический вывод 4.

Конкуренция между платформами повышает как степень перекрестного субсидирования между сторонами, так и тенденцию к ценовой дискриминации в пределах сторон.

Действительно, конкуренция должна поощрять стратегии, которые в литературе называют «разделяй и властвуй». Эти стратегии стремятся привлечь одну сторону рынка посредством очень выгодных условий («разделяй») и затем получать доходы, взимая высокие цены с другой стороны рынка («властвуй»). Возможность использовать такие стратегии, по-видимому, создает намного больше предпосылок для конкуренции на двустороннем рынке, чем на других более традиционных рынках с сетевыми эффектами или экономией на масштабе. Это говорит о том, что даже успешные рынки будут продолжать испытывать сильное конкурентное давление и что рынки для электронных закупок могут быть более состязательными, чем предполагалось на стадии их зарождения.

10.5. Сравнительный анализ операционных сборов и членских взносов

В то время как в фокусе вышеизложенного было балансирование между двумя сторонами рынка – случай, когда инструментарий ценообразования достаточно богат, – нужно рассмотреть также другие типы балансирования. Традиционно различают по меньшей мере два типа взносов: членские взносы и операционные сборы. Членские взносы, или взносы по подписке, оплачиваются, как правило, один раз и возобновляются на регулярной основе. Эти взносы дают право доступа к электронной платформе. Как мы покажем ниже, они могут также предоставлять доступ к различным информационным услугам, которые непосредственно не связаны со сделками, заключаемыми на платформах (консультирование, новости, электронные инструменты). Операционные взносы, или комиссионные сборы за трансакцию, – это плата, взимаемая за каждую совершенную трансакцию. Эти взносы могут быть фиксированы или пропорциональны цене, по которой заключается сделка. Их главная особенность состоит в том, что итоговая сумма зависит от степени использования платформ, измеряемой или по количеству трансакций, или по стоимости сделок[257].

Здесь вопрос разработки тарифов становится компромиссом между стимулированием эффективного использования платформы и доходом. Членские взносы влияют на размер и состав контингента, который будет активен на платформе в течение определенного периода времени. Но для постоянного состава участников они не влияют на деятельность платформы. Однако комиссионные сборы за трансакцию влияют на активность членов на платформе. Выбирая размер операционных сборов, платформа должна иметь в виду два фактора. Во-первых, перебалансирование комиссионных сборов за трансакцию с целью оптимизировать использование платформы клиентом косвенно приносит выгоду пользователям на другой стороне рынка. Во-вторых, сокращение операционных сборов, увеличивающих ожидаемые выгоды клиентов, может быть компенсировано пропорциональным повышением членского взноса, взимаемого с этого клиента.

Это означает, что в качестве средства увеличения дохода и балансирования тарифов между двумя сторонами рынка членские взносы более предпочтительны, чем комиссионные сборы за трансакцию.

Практический вывод 5.

Налаженная платформа с устойчивой гомогенной клиентурой и находящаяся вне конкуренции должна стремиться разрабатывать комиссионные сборы за трансакцию таким образом, чтобы максимизировать объем торговли на участника и использовать членские взносы как основной источник дохода.

Данная мысль, однако, вызывает немало возражений. Ключевая проблема в том, что клиенты могут отказаться заранее вносить членские взносы, если они не уверены, что качество обслуживания оправдает их ожидания. В этом случае комиссия за операцию предоставляет больше гарантий клиентам, поскольку они ожидают, что им не придется платить, если они не найдут покупателей для своей продукции или, в случае тендерной компании, поставщика.

Практический вывод 6.

Платформа, которой нужно предоставить определенные гарантии клиентам, должна отдавать предпочтение финансированию через комиссионные сборы за трансакцию и низкие членские взносы.

Обратите внимание, что необходимость в гарантиях может быть связана с внутренней природой закупочной деятельности клиентов, такой как изменчивые потребности, или вытекать из недостаточной репутации платформы и опасения, что обслуживание окажется некачественным. В частности, недавно созданные закупочные электронные платформы должны полагаться в гораздо более значительной степени на комиссию за операцию, чем признанные платформы.

Примером, иллюстрирующим эти заключения, является ведущий автоматизированный вертикальный портал Convisint[258], который полагается на членские взносы. Но у других автоматизированных площадок электронных закупок ситуация иная. Partsforindustry[259] – платформа, которая полагается главным образом на платежи, зависящие от объема. По данным на сентябрь 2005 г., она взимала 10‑процентный комиссионный сбор с конечной цены любой сделки плюс фиксированную плату за каждую позицию листинга (2,5 долл. США). Кроме того, платформа предлагала варианты, предоставляющие неограниченный листинг в течение определенного периода. Подписка может продолжаться от одного до двенадцати месяцев с пропорционально снижающимися взносами по подписке.

Связанное с этим преимущество платежных систем, основанных на комиссии за операцию, состоит в том, что они дают платформе стимулы для заключения большого объема сделок. Клиент может опасаться, что, если он платит только фиксированные взносы, платформа может поддерживать других клиентов за его счет – или крупных клиентов, или других, которые платят за сделки. Взимание операционного сбора является, таким образом, способом взять на себя обязательство действовать в интересах клиента.

Второй тезис, проиллюстрированный примером выше, состоит в том, что в целом состав клиентов является гетерогенным на обеих сторонах. Как мы показали выше, ценовая дискриминация и целевые предложения – стандартные и эффективные бизнес-практики для электронных платформ. Когда прямая дискриминация невозможна, платформе следует положиться на косвенные механизмы. Альтернативным вариантом достижения такой дискриминации в данном случае будет расчет на гибкость, заложенную в сложной системе тарифов на закупочных платформах. Одна из возможностей, например, состоит в том, чтобы связать комиссионные сборы за трансакцию с членскими взносами, но позволить поставщикам выбирать между несколькими ценовыми схемами: поставщики, ожидающие большой объем сделок, могут предпочесть заплатить заранее и иметь низкую комиссию за операцию, в то время как другие пользователи, ожидающие небольшое количество сделок, могут предпочесть больше платить за трансакцию. Использование нелинейных тарифов – достаточно общепринятая практика в различных отраслях промышленности (экономисты также называют такие схемы «ценовая дискриминация второй степени»). В контексте электронных платформ это может быть действенным способом поднять уровень участия и таким образом улучшить эффективность.

10.6. Пакетирование и бесплатные услуги

Большинство информационных услуг включают в себя сложное сочетание услуг. В частности, они обычно связаны с пакетированием услуг. Пакетирование относится к практике продажи нескольких товаров вместе в одном «пакете»; оно может быть чистым, когда товары доступны только вместе, или смешанным, когда связанные в пакет товары доступны по отдельности. Особая форма пакетирования состоит в принуждении потребителей, которые покупают товар А, купить также альтернативный товар Б, и называется навязыванием или нагрузкой[260].

Пакетирование – частое и хорошо известное явление в Интернете, привлекающее к себе значительное внимание. Одним из основных примеров было появление больших порталов, скажем, Yahoo или AOL. Заметьте, что такой портал, как Yahoo, предлагает торговую площадку B2C и турагентство онлайн. Первоначально очень специализированная поисковая служба, какой был Google, движется в направлении интеграции различных видов деятельности. Платформы электронных закупок, которые полагаются на членские взносы, как правило, предлагают своим клиентам большой пакет услуг.

Действительно, типичное развитие для платформ электронных закупок – начать в небольших масштабах и затем расширять свою деятельность, чтобы стать информационным порталом. Например, такой сервис, как Esteel (www.esteel.com), начинавший с простых брокерских услуг для поставщиков и покупателей стали, сейчас уже представляет собой крупномасштабный вертикальный портал, который предлагает интегрированные решения для управления цепочками поставок онлайн в нескольких отраслях промышленности.

Значимость пакетирования в информационных услугах частично связана с фактом того, что этим услугам свойственны очень маленькие переменные издержки. Как только услуга разработана, затраты уже не очень чувствительны к объему использования[261].

Большинство затрат на платформу (по крайней мере в краткосрочной перспективе) являются постоянными расходами. То же самое верно для добавления услуги, поскольку, как только фиксированная стоимость предложения по услуге оплачена, переменные издержки станут очень малы. Это означает, что ввиду очень низких затрат услугу стоит предложить всему контингенту, использующему платформу, а не его подгруппам. В этом контексте может быть выгоднее предложить все услуги пакетом с одной общей стоимостью, чем устанавливать цену на каждую услугу и предоставлять клиентам выбор нужных им услуг[262].

В более общем смысле давно признается, что использование различных комбинаций навязывания и пакетирования является способом достижения определенной формы ценовой дискриминации. Предположим, к примеру, что есть два типа поставщиков, использующих электронную платформу. Поставщики первого типа заинтересованы только во включении своего продукта в общий список (листинг) с целью нахождения клиентов, и они могут управлять всеми сделками самостоятельно. Поставщики второго типа также заинтересованы в дополнительных услугах, таких как составление счетов или бухгалтерский учет. Предположим, что платформа не может идентифицировать членов каждой группы поставщиков. Если эти два вида услуг будут продаваться отдельно, оба типа поставщиков заплатят одну и ту же цену за включение в список. Объединив дополнительные услуги и включение в листинг (список продукции) в пакет, платформа может дифференцировать эти две группы. В частности, когда цена за включение в список продукции ограничена низкой готовностью к оплате второго типа поставщиков, платформа может объединить включение в список продукции и дополнительные услуги и поднять за него цену. Заинтересованные поставщики (второй тип) купят пакет, тогда как поставщики первого типа, которых интересует одно включение в список продукции, предпочтут покупать только эту услугу, при условии, что цена пакета остается выше цены за включение в список. Такой механизм позволяет платформе поднять цену для первого типа поставщиков, не теряя участие поставщиков второго типа.

Компания Ariba (www.ariba.com) объединяет заявки покупателей на закупки («Управление затратами») и доступ к платформе электронных закупок (Ariba Supplier Network) в пакет с базой данных по более чем 120 тыс. зарегистрированных поставщиков. Очевидно, первоначальная бизнес-модель была нацелена на увеличение дохода от фирм, ищущих закупочные решения и покупающих заявки. На этой платформе поставщикам предоставляется выбор между бесплатным доступом и обслуживанием по подписке с поддержкой и расширенными возможностями, как в примере выше. Кроме того, до недавнего времени доступ к платформе входил в комплект программного обеспечения Ariba. Такие комбинации ценностных услуг, ценовой дискриминации и пакетирования позволили создать сеть поставщиков и покупателей. Благодаря этому Ariba теперь может расширить сферу своей деятельности: в 2005 г. Ariba исключила из пакета данную услугу, запустив веб-ресурс, предоставляющий доступ к сети клиентам, не использующим программное обеспечение Ariba Buyer.

Для таких платформ, как электронные торговые площадки, пакетирование может также иметь другое измерение. Как обсуждалось ранее, правила эффективного ценообразования на платформах могут потребовать субсидирования некоторых агентов. В этой связи возможность предлагать пакеты информационных услуг дает несколько преимуществ. Первое из них в том, что денежные субсидии очень трудно осуществимы. Типична ситуация, когда лица, которые вообще не намерены пользоваться услугой, могут претендовать на субсидии, и определить их истинную цель представляется весьма затруднительным. Одна из альтернатив – предоставить субсидию в виде бесплатной услуги, оказываемой участникам платформы. Предоставление бесплатной услуги де-факто эквивалентно навязыванию доступа к веб-ресурсам и базовым услугам посредничества. До той степени, в какой подобная услуга представляет интерес только для особой категории потенциальных пользователей платформы, а не для охотников за бесплатными услугами, это может быть эффективным способом предложить субсидию данной целевой категории. Все это в особенности применимо к случаям, когда субсидия предназначена одной стороне рынка.

Практический вывод 7.

Предложение бесплатных услуг может использоваться в качестве средства субсидирования участия одной из сторон рынка.

Во-вторых, как мы видели выше, двусторонняя природа рынка усиливает преимущества использования пакетов услуг с целью различения участников, пользующихся этими преимуществами.

Практический вывод 8.

Предложение бесплатных услуг, предназначенных конкретным покупателям или поставщикам, имеющим стратегическую важность, может повысить эффективность и прибыль электронной площадки за счет улучшения способности различать и координировать различные стороны рынка.

Учитывая, что рынок электронных закупок может подвергнуться крену и может быть достаточно концентрированным, успешные платформы электронных закупок должны уделять особое внимание антимонопольным вопросам. Традиционный антимонопольный анализ навязывания услуг подчеркивает тот факт, что мотивация для навязывания услуг может корениться в попытке поднять барьеры входа. Компания, использующая навязывание услуг, не максимизирует поток прибыли; навязывание оправдывается тем, что, ограничивая вход, компания расширяет свою будущую рыночную власть, которая позволяет возместить эти «потери». С этой точки зрения текущую ситуацию не нужно рассматривать как ситуацию с динамическим восстановлением. Дорогостоящее навязывание услуг, предлагаемых одной стороне рынка, компания оправдывает возможностью мгновенного восстановления на другой стороне рынка за счет более высокого уровня участия. Очевидно, что это конкурентоспособный инструмент, который должен использоваться платформами в конкуренции с другими платформами. Более того, этому есть логическое обоснование с точки зрения повышения эффективности за счет улучшения координации между пользователями платформы. С антимонопольной точки зрения это означает, что как таковой обычный правовой стандарт для ограничительной практики не должен применяться к платформам. Это же справедливо для теста на хищничество, так как цена ниже переменных издержек для какой-либо стороны рынка (в нарушение правила о критериях хищничества Ариды – Тёрнера[263]) может быть эффективной.

Тем не менее трактовка этих практик еще окончательно не установилась, и платформы с сильной рыночной властью должны с осторожностью использовать данные инструменты.

10.7. Проблемы стимулирования

Ключ к успеху заложен в способности разрабатывать услуги и тарифы платформы таким образом, чтобы обеспечить торговым партнерам достаточные стимулы к содействию и интернализации внешних эффектов. Степень удовлетворенности пользователя услуги, скажем, поставщика, зависит от поведения клиента, с которым он столкнется. Как правило, покупатель будет действовать в собственных интересах, не принимая во внимание тот факт, что его ненадлежащее поведение может невыгодно сказаться на деятельности платформы, так как данный поставщик, возможно, решит перейти на другую платформу. Эта проблема «морального риска» может подорвать функционирование платформы. В случае закупочных платформ она может принимать следующие формы: покупатели, которые отменяют заказы или не производят оплату; поставщики, которые не производят доставку или доставляют товар с большими задержками или более низкого качества, чем было заявлено.

Проблема низкого качества из-за недостаточных стимулов партнера в деловых отношениях вероятна в случае небольшой продолжительности отношений между двумя торговыми сторонами. Действительно, обратная ситуация, как известно, является одним из преимуществ долговременных отношений, наряду с лучшей координацией и инвестициями в отношении целевых активов. Поскольку переход к электронным рынкам для закупок может подразумевать более активную смену поставщиков, для таких структур данная проблема будет стоять особенно остро.

Практический вывод 9.

Платформа должна уделять особое внимание мониторингу и предотвращению ненадлежащего поведения участников.

Например, многие закупочные платформы полагаются на кодекс добросовестной торговой практики, который выходит за рамки обычного применения правовых норм.

Электронные торговые площадки очень творчески подошли к поискам решения данной проблемы, применяя новые технологии. Самым известным решением является, вероятно, информационная система обратной связи, используемая eBay. Успех eBay частично приписывается его способности преодолевать проблемы качества посредством адекватных и инновационных информационных систем[264].

Другой пример представлен французским веб-сайтом B2C Price-Minister (www.priceminister.com). Тогда как переговоры относительно сделок и их заключение производятся поставщиками и покупателями, PriceMinister выступает в качестве платежной системы, получая оплату от покупателей в момент размещения заказа, переводит ее поставщику только после подтверждения доставки. Это снижает оппортунизм покупателей, а также моральные риски, связанные с задержками поставок. При этом PriceMinister полагается на механизм обратной связи, основанный на оценках, которые покупатели ставят продавцам, с целью контролирования продавцов.

Проблема стимулирования также проливает свет на роль вертикальной интеграции. Если компании принадлежат акции платформы, которую она использует в целях закупок, у нее больше стимулов для поддержания прибыли этой платформы и для того, чтобы, таким образом, действовать в интересах платформы. Совместное владение ключевыми пользователями платформы может помочь в решении проблем стимулирования и улучшить качество предлагаемых услуг.

Краткий обзор литературы

Чтобы получить вводные представления об экономике информационных товаров, смотрите книгу [Shapiro, Varian, 1998]. Экономическая литература по двусторонним рынкам довольно новая, см. ведущие статьи: [Caillaud, Jullien, 2001, 2003; Rochet, Tirole, 2003; Armstrong, 2002]. Общие положения представлены в работах [Rochet, Tirole, 2004a; Jullien, 2005]. Введение в двусторонние рынки доступно изложено в работе [Evans, Schmalensee, 2005].

Общие формулы ценообразования для монополистических платформ представлены в исследованиях [Armstrong, 2002; Gaudeul, Jullien, 2001; Rochet, Tirole, 2004a; Jullien, 2005]. В них рассматриваются взаимодействия разной природы и разные инструменты ценообразования, но они все согласуются с идеей надбавки над «альтернативной стоимостью».

Анализ конкуренции между платформами приводится в статье [Caillaud, Jullien, 2003] на материале исследования торговых обычаев и взносов по подписке; в [Rochet, Tirole, 2003] – на материале исследования взносов за использование в модели кредитных карт; и в статье [Armstrong, 2002] – на материале взносов по подписке.

Хорошим справочником по пакетированию информационных товаров является [Bakos, Tirole, 2004b]. Обязательства и стимулы платформ с точки зрения двусторонних рынков рассматриваются в работе [Hagiu, 2004].

Источники

Armstrong M. Competition in Two-Sided Markets // Rand Journal of Economics. 2002, revised 2005. University College London. Forthcoming.

Bakos Y., Brynjolfsson E. Bundling Information Goods: Pricing, Profits and Efficiency // Management Science. 1999. 45 (12). Р. 1613–1630.

Caillaud B., Jullien B. Competing Cybermediaries // European Economic Review Papers & Proceedings. 2001. 45. Р. 797–808.

Caillaud B., Jullien B. Chicken & Egg: Competition among Intermediation Service Providers // Rand Journal of Economics. 2003. 34. Р. 309–328.

Damiano E., Li H. Price Discrimination in Matching Markets. Mimeo. University of Toronto, 2003.

Delarocas C. Sanctioning Reputation Mechanisms in Online Trading Environments with Moral Hazard: MIT Sloan WP 4297–03. 2004.

Evans D., Schmalensee R. The Industrial Organization of Markets with Two-Sided Platforms (forthcoming) // W.D. Collins (ed.) Issues in Competition Law and Policy. American Bar Association, 2005.

Gaudeul A., Jullien B. E-commerce: Quelques elements d’economie industrielle // Revue Economique. 2001. 52. Р. 97–117.

Hagiu A. Optimal Pricing and Commitment in Two-Sided Markets. Mimeo. Princeton University, 2004.

Jullien B. Competing in Network Industries: Divide and Conquer: IDEI Working Paper 112. 2000.

Jullien B. Two-Sided Markets and Electronic Intermediaries // CESifo Economic Studies. 2005. 51 (2–3). Р. 235–262.

Kaplan S., Sawhney M. B2B E-Commerce Hubs: Towards a Taxonomy of Business Models // Harvard Business Review. 2000. May – June.

Katz M., Shapiro C. System Competition and Network Effects // Journal of Economic Perspective. 1994. 8. Р. 93–115.

Pashigan P., Gould E. Internalizing Externalities: The Pricing on Space in Shopping Malls // Journal of Law and Economics. 1998. 41. Р. 11–142.

Resnick P., Zeckhauser R. Trust Among Strangers in Internet Transactions: Empirical Analysis of eBay’s Reputation System // The Economics of the Internet and ECommerce. Amsterdam: Elsevier Science, 2002.

Rochet J.C., Tirole J. Platform Competition in Two-Sided Markets // Journal of the European Economic Association. 2003. 1. Р. 990–1029.

Rochet J.C., Tirole J. Two-Sided Market: an Overview: IDEI Working Paper. 2004a.

Rochet J.C., Tirole J. Tying in Two-Sided Market and the Honor-all-Cards Rule: IDEI Working Paper. 2004b.

Shapiro C., Varian H. Information Rules: A Strategic Guide to the Network Economics. Harvard Business School Press, 1998.

The Economist. Survey on E-Commerce. The Economist. 2000. 24th Feb. (http://www.economist.com/node/285590)

11. Поощрение участия

Джан Луиджи Альбано, Никола Димитри, Изабель Перринь, Густаво Пига

11.1. Введение[265]

Участие в тендерном процессе является ключевым фактором закупок. Согласно общепринятому мнению, для получения экономически выгодных условий контракта нужно привлечь обширный круг поставщиков. Основная интуитивная причина этого вывода в том, что в большинстве случаев многие участники провоцируют жесткую конкуренцию, которая, в свою очередь, приводит к увеличению экономии и привлекательным стандартам качества. Поставщики, однако, во многих отношениях отличаются друг от друга. Доли рынка, доступ к кредитному рынку, информация о природе закупочного контракта – вот лишь несколько измерений их гетерогенности. Таким образом, если большее участие поставщиков как таковое может быть желательной особенностью закупочных торгов, итоговый результат в конечном счете будет определяться индивидуальными характеристиками участников. В случае участия лишь нескольких крупных поставщиков существует вероятность, что они попытаются достигнуть молчаливого соглашения в целях смягчения конкуренции по соотношению «цена-качество». Если, напротив, пул потенциальных поставщиков включает большое количество крупных и малых компаний, поддерживать антиконкурентное поведение становится сложнее.

Покупатель, таким образом, сталкивается с двойной задачей: привлечь большое количество участников и воздействовать на пул поставщиков с целью стимулирования участия тех, кто наиболее эффективен на рынке. Преследование этих двух целей становится еще более настоятельным, когда результаты торгов определяют степень конкуренции среди компаний на рынке сбыта. Одним из значимых примеров может служить знаменитый аукцион 3G частот, который состоялся в Великобритании в 2000 г. Количество лицензий было решающим измерением в определении числа конкурентов на постаукционном рынке. Чтобы содействовать входу нового участника на рынок с четырьмя действующими участниками, на продажу было выставлено пять лицензий, из которых одна, принадлежавшая разряду самых ценных, предназначалась только для новых участников. В итоге присутствие новых участников стало, как полагают, одной из особенностей британского аукциона, способствовавших его успеху, и оказало несомненно положительное воздействие на развитие конкуренции.

Эти вводные размышления приводят нас к ключевому вопросу данной главы, а именно, всегда ли, с точки зрения закупщика, большее количество поставщиков на торгах лучше, чем меньшее, и, если это так, то как организация торгов может облегчить вход и стимулировать активное участие, особенно тех потенциальных претендентов, чьи характеристики представляют интерес для закупщика.

В ходе дальнейшего обсуждения, в разделе 11.2, будет подробно рассматриваться вопрос о том, как некоторые аспекты дизайна торгов могут повлиять на участие. В частности, мы подчеркнем, что, если поставщики отличаются друг от друга относительно уровня их внутренней эффективности, применим «принцип исключения». Согласно этому принципу, возможно, что в интересах покупателя, стремящегося к минимизации цены награждения, будет устанавливаться резервная цена на этапе торгов, что (1) уменьшает ожидаемое участие в торгах – число эффективных участников ниже, чем число поставщиков на рынке, которые могли бы выполнить контракт, – но (2) вызывает более агрессивную стратегию ведения торгов участвующими поставщиками. Далее, в разделе 11.3, мы исследуем, как на оптимальную резервную цену покупателя влияют некоторые особенности закупочного рынка. Вероятно, что поставщики нередко будут отличаться друг от друга по многим другим параметрам: размерам компании, опыту в качестве подрядчика в предыдущих закупочных контрактах, возможности доступа к кредитному рынку. С учетом подобных обстоятельств покупатель может преследовать иные цели, чем минимизация цены. Содействие входу на рынок новых поставщиков и поддержка участия малых и средних предприятий (МСП) требуют принятия дискриминационной политики в интересах поставщиков, объективно находящихся в невыгодном положении. Эти цели не обязательно вступают в конфликт с минимизацией цены присуждения контракта, как мы увидим в разделе 11.4.

11.2. Организация тендерного процесса и участие

В этом разделе мы исследуем связь между организацией конкурентных торгов и участием в них поставщиков. В большинстве случаев такие аспекты организации торгов, как наличие и уровень резервной цены, размер затрат на участие, количество заключаемых контрактов на поставку и формат торгов, определяют как уровень участия, так и особенности участвующих поставщиков. В этом смысле участие в целом следует рассматривать как эндогенное решение, принимаемое конкурирующими поставщиками.

Связь между организацией торгов и участием в них поставщиков помогает найти ответ на более фундаментальный вопрос: какими должны быть эффективные решения закупщика для привлечения конкретного типа участников, таких как малые и средние предприятия, или новых участников на закупочном рынке с устойчивым количеством предположительно сильных действующих компаний?

11.2.1. Форматы конкурентных торгов и участие поставщиков

Насколько выбор между динамическим аукционом и закрытыми торгами (конкурсом) влияет на участие в них поставщиков? По общепринятым представлениям, процедуры закрытых торгов в целом стимулируют более высокое участие относительно динамических торгов (с понижением цены или повышением скидок, относительно резервной цены, или с использованием баллов), когда вероятна асимметрия участников. Асимметрия может возникать из различных источников. На аукционах на продажу нефтяных арендных договоров, где количество нефти – значимый (общий) неопределенный компонент, компании не обязательно имеют доступ к одной и той же информации (сейсмические исследования, образцы выбуренной породы и т. д.) до начала торгов. Подобная ситуация складывается с закупочными контрактами на поставку продуктов питания и напитков в государственные школы, где стоимость транспортировки – значимый (частный) компонент оценки контракта. Крупные поставщики с более широкой распределительной сетью несут, в среднем, более низкие транспортные расходы, чем мелкие поставщики.

Независимо от того, от общего или частного компонента стоимости исходит асимметрия, она может стать препятствием для участия мелких (слабых) поставщиков в случае проведения динамических торгов. Аргумент достаточно прост. В динамическом (скажем, с повышением скидок) формате торгов слабый участник ожидает, что контракт в любом случае будет присужден более сильному поставщику и, следовательно, он обязательно выйдет из торгов в какой-то момент до окончания аукциона. Действительно, на таком аукционе сильный поставщик, увидев предложение от более слабого конкурента, всегда может сделать чуть более выгодное предложение и в конечном счете победить.

Имея в виду убежденность, что участие в динамическом аукционе всегда влечет за собой некоторую положительную сумму затрат для участников торгов, заданную суммой как организационных расходов, так и возможно платой за вход, слабый потенциальный участник может потерять энтузиазм и предпочесть просто не участвовать в торгах. Это происходит потому, что из-за очень низких шансов на победу в аукционе ожидаемые преимущества от участия могут оказаться ниже общей стоимости издержек участия[266].

Закрытые торги[267], напротив, привносят элемент неопределенности конечного результата, который может дать преимущество слабым поставщикам. Рассмотрим, к примеру, процедуру закупочных торгов, в которой на торги выставляется контракт на обслуживание центрального отопления и электрического оборудования больницы. Если такой же контракт присуждался в прошлом, вероятно, что пул потенциальных участников будет включать некоторых (если не всех) прошлых «победителей» («действующих поставщиков») и других поставщиков («новых участников»). Такой контракт, безусловно, включает в производственные издержки (частный) специфический для фирмы компонент (эффективность отдельной фирмы в выполнении задачи), но также требует точных знаний о водопроводных трубах, электрических проводах, конструкции здания и т. д. Поставщики могут быть подобны друг другу относительно частного компонента, но, скорее всего, они не будут таковыми по второму компоненту. Если в торгах участвует, по крайней мере, один «действующий поставщик», он имеет доступ к более подробной информации о важных особенностях задачи. В формулировку своего предложения «действующий поставщик» будет включать положительную надбавку, которая, однако, оставляет «новым участникам» возможность для более агрессивной заявки. Формат закрытых торгов, действительно, делает результат конкурентных торгов неизвестным, не гарантируя сильным участникам способность систематически превосходить более слабых. Такая неизвестность создает радужную перспективу положительной прибыли даже для слабых участников, что склоняет к участию поставщиков данного типа.

Подводя итоги, отметим, что процедуры закрытых торгов, по всей видимости, в большей мере подходят для поддержания участия слабых поставщиков, как правило, не препятствуя участию со стороны более сильных поставщиков. Это приводит нас к следующему практическому заключению.

Практический вывод 1.

Закрытые торги, как правило, способствуют большему участию поставщиков, чем динамический аукцион, когда участники неоднородны по своим характеристикам или по степени их осведомленности относительно закупаемых товаров/ услуг.

Замечательным примером, иллюстрирующим вышеприведенное заключение, является упомянутый выше знаменитый британский аукцион 3G частот. Если вначале казалось, что на продажу будут выставлены только четыре лицензии при четырех действующих компаниях, П. Клемперер, один из правительственных советников Соединенного Королевства, предложил провести финальную, закрытую сессию аукциона после первой, динамической (с повышением ставок) фазы торгов: так называемый англо-голландский формат[268]. В частности, первоначально предлагалось, что на данном 3G аукционе первым пяти участникам, предлагающим самую высокую цену на фазе повышения, будет разрешено сделать закрытые ставки относительно четырех лицензий на второй и финальной стадиях торгов. В то время как первая динамическая фаза должна была помочь поставщикам узнать больше о сетевых преимуществах лицензий, финальная закрытая стадия торгов была задумана так, чтобы выполнить две функции: компенсировать возможное поведение, обусловленное сговором, а также предоставить новым участникам реальную возможность выиграть одну лицензию, при условии, что они смогли достичь финальной стадии. В основе этого лежала убежденность в том, что такой формат должен был стимулировать вход новых компаний, таким образом увеличив конкуренцию среди участников. В конечном счете от англоголландского решения отказались, потому что лицензий стало пять, и было решено проводить одновременный аукцион на повышение (simultaneous ascending auction, SAA) (см. Главы 8 и 9).

11.2.2. Резервные цены, затраты входа, вступительные взносы и финансовые гарантии

Резервные цены, затраты входа, вступительные взносы и финансовые гарантии представляют собой другие параметры организации закупочных конкурентных торгов, которые могут оказать существенное влияние на участие поставщиков. В дальнейшем мы обсудим, как эти аспекты могут затронуть состав пула поставщиков, готовых участвовать в торгах на закупочный контракт.

11.2.2.1. Резервная цена

Рассмотрим процедуру закрытых торгов с самой низкой ценой с целью присуждения одного контракта на услуги по уборке. Покупатель несет очень высокие альтернативные издержки в случае незаключения контракта. Эти издержки включают, к примеру, вариант вступления закупщика в двусторонние переговоры с известным, но не очень эффективным подрядчиком, который не принадлежит к конкурентному пулу поставщиков. Альтернативные издержки могут также включать в себя возможность организации закупщиком собственной поставки данных услуг. В любом случае допуск пула поставщиков к участию в конкурсе на проект подразумевает, что покупатель ни при каких обстоятельствах не пожелает принять предложение выше своих альтернативных издержек, так как он всегда может отказаться от такого ценового предложения и найти компанию, которая выполнит проект по более низкой стоимости. Хотя покупатель и не способен отличить более эффективных поставщиков от менее эффективных, он имеет основания быть уверенным в том, что все частные затраты поставщиков (по которым определяется уровень их эффективности) ниже его альтернативных издержек. Такая убежденность укрепляет покупателя в решении назначить процедуру торгов по присуждению контракта, нежели чем вступать в переговоры с известным неэффективным подрядчиком (или обращаться к внутреннему производству).

Покупатель публично объявляет резервную цену, определяя самую высокую цену приемлемого предложения (максимальную цену); таким образом, предложения выше резервной цены отклоняются. Следовательно, те фирмы, чьи производственные издержки превышают резервную цену, не могут участвовать в торгах. Если бы одна из них сделала приемлемое предложение и победила, она бы понесла убытки. Таким образом, любой поставщик, достаточно эффективный, чтобы быть в состоянии представить приемлемое предложение, знает, что его конкуренты будут принадлежать пулу участников с ожидаемыми затратами ниже резервной цены. В то время как численность и неоднородность конкурирующих фирм пула снижаются, подаваемые предложения обычно становятся более агрессивными, чем в отсутствие резервной цены. Это происходит по той простой причине, что резервная цена «сообщает» каждому поставщику, участвующему в торгах, что его конкуренты, в среднем, более эффективны, чем могли бы быть в других случаях. Таким образом, каждый активный поставщик должен компенсировать достаточно низкие шансы на победу из-за большого количества эффективных конкурентов, представляя более агрессивные (т. е. более низкие) ценовые предложения[269]. Этот простой пример вынуждает нас добавить серьезную оговорку к нашей дискуссии во введении о желательности для покупателя большого участия поставщиков. С точки зрения покупателя заявление резервной цены повышает вероятность неучастия каждой отдельной компании. Однако степень конкуренции среди тех поставщиков, которые все-таки участвуют, увеличивается, таким образом, покупатель ожидает лучшие экономические предложения и более низкую ожидаемую цену присуждения контракта. Такая сложная цепь рассуждений заставляет нас задаться вопросом, как участники реальных торгов интерпретируют наличие резервной цены. Достойный внимания пример представляет серия торгов по продаже карт игры «Magic: The Gathering»[270], которыми манипулировали с целью изменения резервной цены. Как обычно при продаже, ценовые предложения шли на повышение, а не на понижение. Одной из сильных сторон такого «полевого эксперимента» был пул участников, которые имели гетерогенный демографический фон, но проявили одинаково повышенный интерес к пунктам, выставленным на продажу. Они были в этом случае ценными объектами для проверки наличия стратегического поведения во время торгов. Помните, что на аукционе продаж покупатель сокращает ожидаемое количество действительных ценовых предложений, поднимая резервную цену. Результаты этого эксперимента полностью подтвердили приведенный выше прогноз: увеличение резервной цены сократило количество полученных предложений и возможностей продажи товара, но увеличило доход от карт, которые были проданы. Что еще более интересно, участники стратегически реагировали на существование резервной цены, т. е. делали ставки более агрессивно, когда повышалась минимальная цена.

Имеет смысл обобщить природу конкурентной основы торгов, которую мы рассматривали до настоящего момента. Фиксированное количество конкурентов захватывает закупочный рынок, вход на который, в основном, ограничен по времени[271], в то время как специфические частные затраты – значимый источник неопределенности (например, относительно управленческих навыков) среди фирм. Тогда, понижая уровень максимального предложения[272], покупатель понижает (ожидаемое) участие, но повышает свою экономию благодаря более низкой ожидаемой цене присуждения контракта. Факторы, влияющие на «оптимальный» выбор резервной цены, будут исследованы далее в разделе 12.3.

Существуют различные обстоятельства, при которых покупатель может увеличить участие, просто объявляя резервную цену. Рассмотрим ситуацию, в которой производственные издержки поставщиков на выполнение контракта зависят от неизвестного компонента, присущего всем поставщикам, такого как неопределенность (неуверенность) по поводу состава различных задач при выполнении контракта[273]. Если неуверенность по поводу фактических производственных издержек такова, что неопытные компании опасаются навлечь на себя возможное «проклятие победителя», т. е. реализовать потери де-факто, участие может быть серьезно сдержано. Однако открыто заявленная резервная цена может передать часть информации покупателя о стоимости выполнения контракта, тем самым помогая поставщикам составить более точную оценку данной стоимости. Это может стимулировать вход, следовательно, и участие.

11.2.2.2. Затраты входа и вступительные взносы

Теперь обратим наше внимание на затраты участия, которые состоят из затрат входа и вступительных взносов. Затраты входа, как правило, включают в себя все расходы, понесенные поставщиком в ходе «подготовки» предложения. Сюда входит работа специализированного персонала, от технического штата до юристов, но также и ресурсы, затраченные на оценивание стоимости контракта, как в случае геологической съемки для конкурентных торгов на право бурения нефтяных скважин. Рассмотрим сначала те затраты входа, которые необходимы, чтобы сформулировать предложение. Они оказывают влияние на участие, подобное эффекту, производимому резервной ценой. В последнем рассматриваемом случае круг потенциальных поставщиков делится на две подгруппы: поставщики, чей уровень эффективности гарантирует положительную ожидаемую прибыль от участия в торгах, и менее эффективные поставщики с производственными издержками выше резервной цены. Аналогично, при наличии существенных вступительных взносов потенциальные поставщики станут активными участниками, только если их ожидаемая прибыль на этапе торгов компенсирует затраты входа. Поскольку менее эффективные компании ожидают, в среднем, более низкую прибыль, чем их более эффективные конкуренты, те, кто не способен компенсировать затраты входа, не станут активными участниками.

Другие виды затрат входа, например, связанные с получением информации о стоимости контракта, могут произвести дополнительное воздействие на решение поставщика относительно его участия или неучастия. На аукционах на продажу нефтяных арендных договоров количество нефти под землей, определяющее стоимость контракта, может быть оценено только путем проведения дорогостоящей геологической съемки. До ее проведения едва ли у кого-то из потенциальных участников есть представление о стоимости контракта. Предварительного вложения ресурсов, однако, недостаточно для того, чтобы оценить рентабельность договора аренды, так как это также зависит от цены присуждения контракта, которая, в свою очередь, зависит от количества компаний, которые готовы сделать подобные инвестиции. При таких обстоятельствах потенциальный участник не уверен, сколько конкурентов в конечном счете подадут предложения. Таким образом, продолжая аналогию, отметим, что, тогда как установка резервной цены снижает вероятность того, что каждый потенциальный участник будет достаточно эффективен для участия, сама резервная цена позволяет каждому участнику оценить уровень эффективности и агрессивности тех, кто будет участвовать.

Подобные оценки, впрочем, становятся еще более неточными, когда приходится нести затраты входа для того, чтобы получить информацию о стоимости контракта. В этом случае каждый участник, прежде чем решить, стоит ли ему нести такие расходы, должен оценить несколько сценариев, различающихся по числу конкурентов, которые заплатили аналогичную стоимость и стали активными участниками.

Затраты участия могут также включать вступительные взносы, а именно, невозмещаемую плату, причитающуюся покупателю, который позволяет потенциальным поставщикам подавать заявки. Каждый потенциальный участник будет готов подать заявку, если уровень его эффективности гарантирует ожидаемую прибыль, достаточно высокую, чтобы компенсировать сумму, выплаченную покупателю. Вступительные взносы, таким образом, исключают всех потенциальных участников, производственные издержки которых выше порогового значения.

Затраты участия (например, вступительные взносы и затраты входа в форме расходов на подготовку предложения) и резервная цена производят сходный эффект на участие. Однако есть существенные различия, которые стоит подчеркнуть. Во-первых, вступительные взносы являются платежами от участников покупателю, в то время как затраты входа – просто безвозвратные потери. Резервная цена напрямую не затрагивает прибыль участников, хотя существует косвенное воздействие, так как участники становятся более агрессивными, чем в отсутствие резервной цены, ожидая, таким образом, более низкую прибыль. Во-вторых, затраты участия отличаются от резервной цены относительно последствий, возникающих после того, как состоялся конкурс на контракт.

Предположим, что мелкий поставщик понес значительные организационные расходы, чтобы подать свою заявку, но обнаружил, что ему не присудили контракт. Этот поставщик, вместе со всеми другими проигравшими, несет фактические потери, хотя все они ожидали положительную прибыль до того, как подать свои предложения. Когда затраты участия незначительны, проигрывающий поставщик не несет потери, если покупатель установил резервную цену. Проигрывающие поставщики, по сути, находятся в одинаковом положении и до конкурентных торгов, и по их завершении. Потери из-за наличия или затрат входа, или вступительных взносов, хотя и становятся невозместимыми, как только заканчиваются торги, могут оказать значительное влияние на участие в будущих закупочных конкурентных торгах. Малые и средние предприятия, которые несут существенные затраты участия, но практически не выигрывают контракты, могут решить в какой-то момент уйти с рынка закупок.

Всякий раз, когда участие рассматривается в динамической перспективе, значительные затраты входа и вступительные взносы могут иметь потенциально опасный недостаток. Вероятность, что некоторые мелкие поставщики покинут рынок закупок, может оправдать, когда это возможно, сокращение затрат входа и вступительных взносов, чтобы увеличить долгосрочную конкуренцию посредством поддержания участия. Поскольку электронные закупки часто уменьшают затраты участия, это могло бы быть частью политики поощрения участия. Этот вопрос будет далее развиваться в разделе 11.4.

Мы завершаем этот раздел кратким обсуждением роли финансового гарантийного обеспечения. Финансовые депозиты, и более общие гарантии, обычно используются закупщиками для отбора финансово надежных, занимающих прочное положение поставщиков. Эти депозиты, как правило, ограничивают количество финансовых ресурсов, которые поставщики могут ассигновать на конкурентные торги. Финансовые депозиты могут приравниваться к вступительным взносам, но некоторые из их особенностей требуют отдельного краткого обсуждения.

Финансовые депозиты, в случае необходимости, могут как доказать надежность поставщика, так и служить сигналом принятых обязательств. На рынках закупок они часто используются для предотвращения таких явлений, как аномально низкие предложения, поданные поставщиками, которые могут быть в финансово бедственном положении[274]. Если один из таких поставщиков выигрывает контракт, он старается убедить покупателя пересмотреть наиболее важные условия договора, чтобы остаться «на плаву» на рынке. Такой вариант возможен благодаря ограниченной ответственности менеджеров, а также из-за потенциально высоких затрат покупателя по замене подрядчика, который не выполняет согласованную работу. Снижая риск аномально низких предложений, финансовые гарантийные обеспечения могут уменьшить и участие МСП, так как они обычно страдают от ограниченного, в сравнении с более крупными поставщиками, доступа к кредитному рынку.

Практический вывод 2.

Резервные цены, затраты входа и вступительные взносы, как правило, сокращают ожидаемое участие поставщиков, в целом, увеличивают интенсивность ценовой конкуренции среди тех поставщиков, которые решили участвовать в торгах, и могут уменьшить ожидаемую цену присуждения контракта в одной конкурентной процедуре торгов.

Закупщику следует, однако, принять эффективные меры по снижению вступительных взносов и затрат входа, поскольку они могут серьезно затруднить участие малых фирм при повторении конкурентных закупок с течением времени.

11.2.2.3. Количество контрактных лотов

Хотя большинство вопросов относительно однолотовых торгов в сравнении с многолотовыми уже было затронуто в Главах 7 и 8, здесь мы сосредоточимся на взаимосвязи между количеством лотов и участников. Контракты обычно отличаются по множеству параметров, таких как количество, географическое положение и особенности продукции.

8 сфере закупок контракты, как правило, относятся к одному и тому же типу продукции и могут различаться в зависимости от географического положения и/или количества.

Начнем с рассмотрения простого утверждения, что для закупочного контракта установленной стоимости чем больше количество лотов – скажем, географических лотов, – тем выше ожидаемое число участников. Непосредственный аргумент в пользу этого состоит в том, что большее количество мелких поставщиков будет обладать возможностью выполнить контракт в конкретном лоте (т. е. в конкретном географическом районе). Существуют, однако, обстоятельства, при которых увеличение числа лотов может не увеличить участие. Так может произойти, когда производственные издержки на выполнение контракта содержат компонент, общий для всех поставщиков, но неизвестный им во время конкурентных торгов. Например, контракт включает в себя задачи, одни из которых требуют низких затрат, а другие – высоких, но их относительный вес в конечном требовании заранее неизвестен. «Действующие поставщики», т. е. те, кто был активен в отношении подобных закупочных контрактов в прошлом, вероятно, будут лучше информированы об общей неопределенности, чем поставщики, участвующие впервые. «Действующие поставщики» в таком случае имеют возможность подавать заявки с большей точностью, чем новые участники, поэтому последние, особенно самые мелкие из них, могут не захотеть вступать в торги, даже если покупатель разделит контракты на большее количество лотов. Участие можно увеличить, если покупатель выпустит ценную информацию о составе конечного требования, чтобы «уровнять правила игры» между «действующими поставщиками» и «новыми участниками».

Наконец, отметим, что есть еще одно исключение из правила положительной связи между количеством лотов и участием. В определенных секторах число квалифицированных претендентов ограничено, поэтому увеличение числа лотов выше определенного порога не может увеличить участие, а, фактически, может даже повлечь за собой, в некоторых случаях, больший сговор[275]. Например, дробление контрактов на большое число лотов в фармацевтической промышленности вряд ли увеличит участие в конкурентных торгах, по крайней мере, в ближайшее время.

Практический вывод 3.

Во многих случаях чем больше количество контрактов/лотов, тем выше участие в конкурентных торгах.

11.3. Оптимальная резервная цена

В предыдущем разделе мы подчеркнули, что установка закупщиком резервной цены производит два противоположных эффекта. Резервная цена повышает вероятность того, что не каждый отдельно взятый поставщик сможет участвовать в торгах. Однако степень конкуренции среди тех поставщиков, которые все-таки участвуют, увеличивается; таким образом, покупатель ожидает лучшие экономические предложения и более низкую ожидаемую цену награждения.

Цель текущего раздела состоит в том, чтобы проанализировать, какие факторы влияют на выбор покупателем «оптимальной» резервной цены. Оптимальность требует точной спецификации постановки цели. Здесь, продолжая наше рассуждение, мы будем исходить из того, что основная мотивация покупателя – минимизировать ожидаемую стоимость выполнения контракта. В государственных закупках такая исходная посылка кажется разумной. Тем не менее покупатель может столкнуться с другими ограничениями, такими, например, ограничениями, как политические, когда контракт должен быть назначен местному поставщику из-за проблем занятости; или срока, за который контракт должен быть размещен. Эти ограничения могут аннулировать некоторые практические выводы, которые мы ожидаем. Существуют, кроме того, другие процессы конкурентных торгов, такие как последовательные и комплексные (многолотовые) торги, а также другие нисходящие взаимодействия между поставщиками, например, случай субподряда, для которого оптимальная политика резервной цены покупателя еще неизвестна. Следовательно, мы будем освещать те обстоятельства, при которых у нас есть возможность установить ясные руководящие принципы для государственного закупщика или частной компании.

Основная идея оптимальной резервной цены – это компромисс между предыдущими сделками, совершенными по низкой резервной цене, и выгодами, связанными с повышением давления на участников торгов с целью извлечения прибыли. Точное вычисление оптимальной резервной цены потребовало бы знания основного распределения уровней эффективности поставщиков (которые крайне важны для определения производственных издержек), а также других характерных особенностей тех же поставщиков. В целом, у покупателя может быть примерное представление о степени неоднородности поставщиков с точки зрения эффективности, но очень маловероятно, что он будет в состоянии провести точное распределение уровней эффективности поставщиков. Из-за этого расчет оптимальной резервной цены становится принципиально трудной задачей.

Недавние достижения в разработке статистических методов, однако, делают такое вычисление реально выполнимым[276]. Например, покупатель теперь может использовать данные (т. е. заявки) предыдущих подобных закупочных торгов, чтобы вычислить оптимальную резервную цену[277]. Эти методы сейчас интегрируются в некоторые пакеты инструментов решений. Любая фирма, заинтересованная в участии или разработке для себя процесса конкурентных торгов, должна соответствовать ряду параметров, касающихся закупочной среды; пакет будет включать оптимальную резервную цену и предполагаемую вероятность незаключения сделки, т. е. возможности, при которых все предложения будут выше, чем резервная цена. Тем не менее эти пакеты стоят дорого и требуют определенных навыков владения компьютером.

Как объяснялось выше, для покупателя выгодно исключить фирмы с высокой стоимостью из процесса закупок. Чтобы достигнуть этой цели[278], закупщик устанавливает резервную цену ниже альтернативных издержек выполнения контракта. Один из самых знаменитых результатов, полученных в экономическом анализе конкурентных закупок, следующий: оптимальная резервная цена не зависит от числа поставщиков, когда уровни эффективности поставщиков определяются спецификой фирм, т. е. независимы друг от друга. Следовательно, покупателю не нужно беспокоиться о количестве активных поставщиков на рынке закупок, так как эта информация не входит в соответствующее вычисление.

Этот результат уже не действует, когда ожидается незначительная корреляция, или, в более широком смысле, некоторая зависимость между ценами поставщиков. Рассмотрим, например, группу поставщиков, собирающих компьютеры и оказывающих услуги технической поддержки. Стоимость выполнения контракта включает стоимость комплектующих компьютеров и затраты на создание и поддержание службы поддержки. Разумно ожидать, что поставщики не знают размер затрат, связанных со службой поддержки, так как они будут зависеть от компьютерных навыков конечных пользователей; впрочем, поставщики могут произвести оценку, изучив предыдущие подобные контракты. В этом сценарии производственные издержки поставщиков, безусловно, взаимосвязаны. При такой зависимости (или корреляции) остается неясно, как оптимальная резервная цена должна меняться в зависимости от количества участников, хотя некоторые результаты показывают, что она должна возрастать с увеличением числа поставщиков[279] на соответствующем рынке закупок. Когда эта зависимость сильная, для закупщика оптимально принять менее агрессивную стратегию с резервной ценой, а именно, установить ее на уровне, равном его альтернативным издержкам. Принцип исключения, изложенный во введении, при этом не нарушается, так как прибыль от предложений при наличии более низкой резервной цены превышает прибыль предыдущих сделок. Это происходит из-за разницы стоимости сделок, совершенных по самой низкой резервной цене и резервной цене, равной альтернативным издержкам закупщика. При сильной зависимости между затратами поставщиков это различие становится очень незначительным, оставляя мало возможностей для того, что оптимальная резервная цена будет ниже, чем альтернативные издержки покупателя.

Практический вывод 4.

Для покупателя оптимально установить резервную цену ниже своих альтернативных издержек, когда затраты поставщиков можно считать независимыми друг от друга. Если затраты поставщиков предположительно взаимозависимы, оптимальная резервная цена приближается к альтернативным издержкам покупателя.

Рассмотрим теперь закупочную среду, где на производственные издержки поставщиков в значительной мере влияет общий компонент, т. е. фактическая стоимость выполнения контракта неизвестна поставщикам во время конкурентных торгов, и эта стоимость, как предполагается, будет одной и той же, независимо от конкретного подрядчика. Как мы подробно объясняем в главе 6, эта ситуация, как правило, возникает в случае, когда закупочный контракт включает дорогостоящие задачи (такие как уборка медицинских лабораторий) и задачи с низкой стоимостью (такие как уборка больших залов), но поставщики не знают вес каждой задачи в конечном требовании[280]. При таких обстоятельствах оптимальная резервная цена выше, чем в среде, где поставщики отличаются только относительно частного компонента производственных издержек[281].

Причина довольно проста. В среде общих издержек победа в конкурентных торгах оказывается «плохой новостью», поскольку вероятно, что победитель недооценивает реальную стоимость выполнения работ. Этот эффект известен как «проклятие победителя»[282]. Чтобы нейтрализовать «проклятие победителя», конкурирующие поставщики должны корректировать свои ставки на повышение. Оптимальная резервная цена следует той же стратегии. Действительно, сильный общий компонент в производственных издержках поставщиков эквивалентен сильной корреляции среди затрат поставщиков. Таким образом, мы можем использовать обсуждение, предшествующее Практическому выводу 4, чтобы сделать следующее заключение.

Практический вывод 5.

Когда в конкурентных торгах ожидаются некие общие издержки, резервная цена должна быть установлена в большем размере, чем в случае, когда нормой являются частные издержки.

Поставщики, столкнувшись со значительной неопределенностью, могут предпочесть определенный результат неопределенному. Неопределенность очень распространена в сфере закупок. Это неотъемлемая часть стадии торгов, когда претенденты не знают, будет ли им присужден контракт; она также возникает после этапа торгов, так как на затраты на исполнение контракта могут повлиять внешние события. Как мы утверждали в разделе 4.2 Главы 4, поставщик может предпринять действия, которые обеспечивают некую «страховку» от страха наступления риска. Хотя страховые рынки не предлагают страхование от непредсказуемости закупочных контрактов, любой поставщик может прибегнуть к «внутренней политике страхования», учитывающей такие факторы, как стоимость контракта, составляющая лишь крайне незначительную часть товарооборота подрядчика; высокая степень диверсификации его действий; и, более широко, доступность для поставщика кредитного рынка. Например, чем выше уровень централизации в государственных закупках, тем большую значимость имеет каждый отдельный контракт для общего товарооборота поставщика, соответственно, тем менее диверсифицирована деятельность поставщика и тем выше страх последнего перед риском. Принимая решение об участии в конкурентных торгах, такой поставщик ожидает, что получение (по крайней мере доли) контракта может оказать существенное влияние на его способность оставаться на рынке.

Неопределенность на стадии торгов может заставить такого поставщика согласиться заплатить премию, или, другими словами, уменьшить свой доход, чтобы избежать риска незаключения контракта. Страх поставщиков перед риском заставляет их подавать заявки более агрессивно (т. е. предлагать более низкую цену), чем в случае, когда они нечувствительны к риску. Поэтому закупщику нет необходимости оказывать то же давление на поставщиков, чтобы извлечь их доход или прибыль. Действительно, поставщики готовы отказаться от части ожидаемой прибыли, так как им не нравится риск, возникающий на стадии подачи заявок. Следовательно, оптимальная резервная цена может быть установлена на более высоком уровне, чем в случае, когда поставщики безразличны к риску.

Практический вывод 6.

Когда поставщики опасаются риска неприсуждения контракта, резервная цена должна устанавливаться в большем размере, чем в случае, когда этот риск не имеет значения.

Контракты закупок часто включают существенные затраты на транспортировку тяжелых материалов. Это дает поставщикам, расположенным в непосредственной близости, явное преимущество с точки зрения затрат. Таким образом, к поставщикам нельзя относиться как к подобным друг другу, их следует рассматривать как гетерогенных или асимметричных. В этом случае закупщик может в дальнейшем воспользоваться преимуществом такой асимметрии, используя дискриминационную политику, например, дискриминационные резервные цены в пользу поставщиков, находящихся в невыгодном положении, или дорогостоящих поставщиков; а именно, более высокая резервная цена может быть установлена для поставщиков, находящихся в невыгодном положении. Необходима наблюдательность, чтобы удостовериться, что ни один из поставщиков не станет злоупотреблять дискриминационной политикой, которая в принципе не направлена на то, чтобы дать ему преимущество. Аналогично, ценовая привилегированная политика может использоваться для предоставления скидки[283] на заявки находящихся в невыгодном положении участников, как объясняется подробнее в следующем разделе.

Практический вывод 7.

Когда поставщики асимметричны или гетерогенны и их недостатки нельзя объективно определить, закупщик должен использовать дискриминационную политику в пользу находящихся в невыгодном положении поставщиков, например, различные резервные цены или ценовое предпочтение.

Сговор, как известно, является скрытой проблемой в закупках. «Аукционный ринг» или картель препятствуют конкуренции, так как «ринг», как правило, подает только одно серьезное предложение[284]. Использование резервных цен может смягчить отрицательные эффекты сговора, который имеет тенденцию увеличивать ожидаемую от закупщика цену присуждения контракта. Когда есть подозрение, что среди большинства поставщиков имеет место сговор, закупщик должен установить резервную цену на более низком уровне, чем в отсутствие сговора. Эта простая политика вынуждает «аукционный ринг» подавать более низкое предложение.

Практический вывод 8.

Когда есть подозрение о сговоре среди поставщиков, резервную цену нужно устанавливать в меньшем размере, чем в отсутствие сговора.

Объявление резервной цены подразумевает серьезную ответственность покупателя. Обсуждение «принципа исключения» оптимальной резервной цены в начале текущего раздела косвенно предполагало, что покупатель принимает возможность того, что сделка не состоится. Таким образом, покупатель может выполнить работу или заключить контракт самостоятельно и/или может отложить размещение такого контракта. В случае слабой ответственности, т. е. если покупатель будет открыт для переговоров после конкурентных торгов, на которых контракт не был присужден, потому что ни одно предложение не было ниже резервной цены, рациональные поставщики будут ждать перспективы получения лучшей сделки в дальнейшем и откажутся участвовать в конкурентных торгах.

Практический вывод 9.

Слабая ответственность закупщика относительно резервной цены вызовет более низкое участие и поднимет ожидаемую от покупателя цену присуждения контракта.

Аналогичным образом обычно лучше объявлять резервную цену, чем держать ее в секрете. В среде закупок, где производственные издержки поставщиков зависят, главным образом, от компонентов, специфических для каждой фирмы, тайная резервная цена становится фактором, который «случайно» определяет, будет ли отклонено предложение поставщика. Скорее всего, поставщики будут реагировать на такую дополнительную неопределенность, подавая более высокие заявки и таким образом поднимая ожидаемую для покупателя цену присуждения контракта.

Существуют, однако, некоторые обстоятельства, при которых тайная резервная цена может позволить покупателю понизить ожидаемую цену присуждения контракта. Когда известно, что поставщики чувствительны к закупочному риску, неизвестная резервная цена действительно представляет дополнительный фактор неопределенности на торгах. Мы видели ранее в этом разделе, что поставщики, которые не хотят рисковать, склонны подавать заявки более агрессивно, так как они готовы заплатить премию, чтобы уменьшить влияние неопределенности. Тайная резервная цена усиливает воздействие неопределенности на процесс торгов и побуждает поставщиков снижать ставки, принося, таким образом, выгоду покупателю.

Тайная резервная цена может также стимулировать участие или вход поставщиков, увеличивая предполагаемую вероятность того, что им будет присужден контракт. Когда поставщики сталкиваются с определенными (невозвратными) затратами входа для оценивания выполнимости контракта, они могут счесть участие невыгодным, поскольку заявленная резервная цена слишком низка ввиду ожидаемых от них действий. Когда такая информация не раскрыта, неизвестная резервная цена увеличивает ожидания поставщиков и склоняет их к участию. Наконец, тайная резервная цена может дать некоторую свободу действий покупателю для отказа от самой низкой предлагаемой цены. Это рационально для покупателя, если он ожидает, что отклонение самого низкого предложения сегодня побудит поставщиков подавать заявки более агрессивно в будущих конкурентных закупках.

Практический вывод 10.

Когда поставщики опасаются риска или сталкиваются с определенными затратами входа, тайная резервная цена может быть более предпочтительным вариантом, чем открыто объявленная резервная цена.

11.4. Методы увеличения участия

В предыдущих разделах мы исследовали обстоятельства, при которых большее количество участников не обязательно приводит к результату, желательному для покупателя, а именно, к более высокой экономии на торгах. Однако в ряде случаев покупатель заинтересован в стимулировании более высокого уровня участия, сравнительно с уровнем, который возникает без стимулирования. Например, когда затраты участия значительны или когда крупные действующие поставщики имеют информационные преимущества, МСП могут ожидать низкие шансы на победу. Таким образом, вход мелких поставщиков может быть затруднен, если покупатель не предпримет соответствующие меры.

В дальнейшем мы обсудим, как можно способствовать участию более слабых поставщиков, воздействуя на дизайн аукциона[285]. Главный общий принцип, лежащий в основе этих методов, состоит в поощрении входа более слабых участников, увеличивая их шансы на победу, иногда даже резервируя для них некоторые лоты. Принятие дискриминационной политики в пользу более слабых поставщиков может вынудить более сильных поставщиков подавать заявки более агрессивно, что в конечном счете приводит к снижению цены присуждения контракта.

11.4.1. Лимиты присуждаемых контрактов и ограничения заявок в многолотовых конкурентных торгах

Правила проведения торгов могут определять максимальное количество контрактов, которые поставщик имеет право заключить (лимиты присуждаемых контрактов), или на которые участникам разрешается подавать заявки (ограничения заявок). Очевидно, поведение участников на торгах может быть очень восприимчиво к этим различиям и, в свою очередь, привести к достаточно разным конечным результатам[286].

При поощрении входа мелких поставщиков ограничение числа лотов, которые вправе выиграть любой отдельно взятый поставщик, может побудить более сильных поставщиков использовать селективную стратегию в выборе лотов, на которые они будут подавать заявки. Следовательно, «лимиты присуждаемых контрактов» могут уменьшить конкуренцию и поднять ожидаемые цены присуждения контрактов.

Дискриминационная политика этого типа включает резервирование подмножества лотов/контрактов для МСП. Самый известный стратегический эксперимент по установлению государственных резервов для компаний малого бизнеса был предпринят в 1953 г. в США в рамках Закона о малом бизнесе, цель которого описана в его первых строках:

«Сутью американской экономической системы частного предпринимательства является свободная конкуренция. Только полная и свободная конкуренция может обеспечить свободные рынки, свободное вступление в бизнес и возможности для выражения и роста личной инициативы и собственного суждения. Сохранение и расширение такой конкуренции являются ключом не только к экономическому благосостоянию, но и к безопасности этой Страны. Такие безопасность и благосостояние не могут быть реализованы, если не поощрять и не развивать действительные и потенциальные возможности малого бизнеса. Конгресс заявляет о государственной политике предоставления помощи, консультирования, поддержки и защиты, в той мере, насколько это возможно, интересов малого бизнеса, с тем чтобы сохранить свободное конкурентоспособное предпринимательство, чтобы гарантировать, что справедливая доля от общего объема закупок, контрактов и субконтрактов на недвижимость и услуг для правительства (включая контракты и субконтракты на обслуживание, ремонт и строительство, но не ограничиваясь ими) будет осуществляться предприятиями малого бизнеса, чтобы гарантировать, что справедливая доля общего объема продаж правительственной собственности будет предназначаться таким предприятиям, и чтобы поддержать и усилить общую экономику Страны».

Цель Закона о малом бизнесе[287] состоит в том, чтобы способствовать развитию и конкурентоспособности малых компаний также через увеличение их участия и конкуренции в государственных закупках, ограничивая – когда возможно и выгодно – пакетирование услуг по контракту. Ограничение пакетирования контракта считают выгодным, если оно не приносит следующие скидки: для контрактов стоимостью ниже 75 тыс. долл. – по крайней мере 10 % договорной стоимости, и для контрактов стоимостью выше 75 тыс. долл. – по крайней мере 5 % стоимости контракта.

Что касается долей, назначенных для контрактов в сфере закупок за счет средств федерального бюджета, целью является достижение не менее 23 % от общей закупки за счет участия предприятий малого бизнеса. Есть также автоматическая квота, резервируемая для малых компаний на контракты, стоимость которых между 2,5 тыс. долл. и 100 тыс. долл., кроме случая, когда невозможно найти две или более малые компании, которые конкурентоспособны с точки зрения цены и качества.

В Европе такие доли запрещены директивами ЕС. Тем не менее некоторые наднациональные агентства, на которые не распространяются директивы, чувствительны к этому вопросу. Европейское космическое агентство (ЕКА), например, имеет четырехуровневую закупочную политику, которую оно применяет для технологических контрактов:

• контракты C1: деятельность в открытой конкуренции, ограниченная небольшими системными интеграторами;

• контракты C2: деятельность в открытой конкуренции, где требуется значительное участие небольшого системного интегратора;

• контракты C3: деятельность, ограниченная МСП и научно-исследовательскими организациями, предпочтительно в сотрудничестве;

• контракты C4: деятельность в открытой конкуренции в соответствии со статьей о МСП договора субподряда.

Стоит отметить, что цель контрактов C3 состоит в том, чтобы увеличить эффективность и гибкость системы посредством облегчения доступа для интересных и инновационных партнеров из индустриальной и научно-исследовательской сфер.

На аукционах продаж, таких как аукционы частот UMTS в Великобритании и США, принятие подобных мер было вызвано рядом причин, среди которых можно выделить необходимость способствовать входу новых поставщиков (недействующих претендентов) и влияние аукционов на характер взаимодействий на рынке сбыта. В частности, согласно правилам на SAA-торгах (одновременных аукционов на повышение цены), которые были в конечном счете приняты правительством Великобритании, для пяти лицензий, выставленных на продажу, ни одному из участников не было разрешено получить более одной лицензии, и одна из крупнейших лицензий (с точки зрения размера частот) была отложена для новых участников. За таким правилом можно было легко усмотреть обеспокоенность и уровнем участия в торгах, и рыночной структурой, в смысле ухода от доминирующего положения на рынке. Наличие отложенной лицензии, зарезервированной для новых участников, стимулировало вход. Более того, это вынудило четырех «действующих поставщиков» конкурировать только за четыре лицензии, вместе с новыми участниками, которым было разрешено подавать заявки на все лицензии. Конкурентное поведение на торгах по четырем лицензиям, предназначавшимся для «действующих поставщиков», объяснялось, вероятно, вступлением новых участников, подающих предложения по всем лицензиям, тем самым вынуждая всех участников действительно конкурировать. Присутствие новых участников было вызвано, по-видимому, зарезервированной под новых участников лицензией.

В более общем смысле, резервируемые для новых участников лицензии могут увеличить уровень конкуренции среди «действующих участников» благодаря снижению числа контрактов, за которые они могут конкурировать. Хотя менее крупные участники, возможно, будут генерировать более низкие доходы на таких отложенных лицензиях, более агрессивная конкуренция среди сильных участников может означать увеличение дохода на лицензиях, которые не отложены в резерв, в результате чего в данном случае совокупные доходы будут выше[288].

В качестве альтернативы британское правительство могло бы зарезервировать две лицензии, не обязательно две самые крупные, таким образом еще более увеличив конкуренцию среди действующих поставщиков, при условии, что их количество строго превышало бы число доступных контрактов на поставку (три).

Отметим, однако, что государственное резервирование как таковое не обязательно означает, что за резервные лоты возникнет достаточная конкуренция. Говоря конкретнее, предположим, что, при остальных равных условиях, в 3G аукцион в Великобритании вступили бы лишь немногочисленные и слабые участники вместо девяти фактически участвовавших. В случае такого сценария конкуренция могла бы быть слабой по всем лицензиям. С учетом того, что одной из главных целей была максимизация ожидаемого дохода, конечный результат при таком развитии событий, вероятно, был бы хуже, чем без резервируемых лицензий. Действительно, если бы эти немногочисленные участники были слишком слабы, торги по резервной лицензии, возможно, генерировали бы более низкий доход, чем если бы действующим поставщикам также разрешили участвовать в торгах по всем лицензиям.

Резервирование контрактов в закупках и тем самым сокращение количества лотов, доступных сильным участникам, могут также иметь дальнейшие последствия защиты слабых участников, таких как МСП, где сильные участники могут манипулировать угрозой ухода с рынка в случаях не получения своей значительной доли закупочных контрактов. По причинам экономического и политического характера можно иногда предположить, что такая перспектива нежелательна для закупок, и, таким образом, рекомендуемой политикой может стать использование государственного резервирования лотов[289].

11.4.2. Тендерные кредиты

Чтобы стимулировать вступление мелких поставщиков, закупщик может ввести тендерные кредиты[290]. Механизм очень прост. Он состоит в применении денежных скидок к предложениям мелких поставщиков в случае заключения контракта. Это ясно подразумевает, что те участники, которые могут получить выгоду от денежных скидок, должны быть четко идентифицированы до начала торгов. На динамических торгах это право может, в принципе, быть назначено также и в ходе торгов, но в таком случае процедура может пострадать из-за целого ряда сложностей и предположительно будет неспособна принести те же результаты. Говоря конкретнее, если тендерные кредиты предназначены для стимулирования входа, то объявление о предоставлении или непредоставлении таких кредитов в ходе торгов должно быть сделано до начала торгов. Очевидно, что без такого объявления цель стимулирования более высокого участия не будет достигнута.

Возможность получения скидки в размере, скажем, 100 t %, где 0 ≤ t ≤ 1, от выигравшей заявки на конкурентных торгах продаж, с исключительно частным компонентом, позволяет претенденту со стоимостью v поднять свою цену до v/(1t). В закупочных конкурентных торгах скидки становятся кредитами. Если победителю торгов присуждают контракт по цене p, он получает плату p(1 + t) от покупателя. Чтобы увидеть возможные последствия тендерных бонусов в закупочных конкурентных торгах, рассмотрим в качестве примера формат закрытых торгов с самой низкой ценой по единственному контракту. Есть две компании, 1 и 2, при затратах на обслуживание контрактов, равных c_1 > c_2 соответственно. Таким образом, компания 1 является «слабым» участником, в то время как компания 2 – «сильным». Если c_1/(1 + t) < c_2, а именно, t > (c_1 – c_2) / c_2, то слабый участник может, в принципе, обойти сильного. Поскольку покупатель, как правило, не знает затраты участников и, следовательно, самую низкую цену, которую они готовы предложить, проблема состоит в правильной калибровке t, т. е. размера кредита. Тогда возникает необходимость фундаментального компромисса. Если уровень t слишком высок, у слабого участника есть все шансы перебить цену сильного. Однако в результате распределение будет неэффективным в том смысле, что контракт будет присужден не самому эффективному (с наименьшей стоимостью) поставщику. Тем не менее если уровень t слишком мал, слабые участники могут счесть вероятность перебивания цены сильных участников слишком низкой и, таким образом, принять решение об уходе с рынка закупок.

Одним из значимых примеров эффекта увеличения конкуренции благодаря тендерным кредитам является «региональный узкополосный» аукцион на тридцать лицензий, состоявшийся в 1994 г. в США. Полагаясь на уставный мандат Конгресса, Федеральное агентство по связи (ФАС) предоставило существенные тендерные привилегии компаниям, которыми управляют женщины и меньшинства («назначенным претендентам»). Общий эффект тендерного кредита состоял в том, что привилегированные претенденты должны были заплатить только 50 % стоимости выигравшей заявки. На первый взгляд, могло бы показаться, что разрешение назначенным претендентам иметь 50‑процентную скидку с выигравшей заявки должно было обязательно уменьшить доход правительства. Стоит, однако, принять во внимание, что субсидирование назначенных фирм создало дополнительную конкуренцию на торгах и побудило признанные, несубсидируемые фирмы делать более высокие ставки. Фактически было подсчитано, что позитивные действия ФАС увеличили доход правительства на 12 %, что увеличило общий доход почти на 45 млн долл.[291]

В многолотовых торгах тендерные кредиты могут произвести эффект, подобный влиянию, оказываемому контрактами с государственным резервированием лотов[292].

Чтобы проиллюстрировать этот тезис, рассмотрим динамические торги на повышение (в скидках относительно резервной цены) с двумя лотами и тремя участниками, одним сильным и двумя слабыми, A и Б. Кроме того, предположим, что сильный участник готов предложить скидку за каждый лот, равную 10 %, в то время как A готов предложить 3‑процентную скидку за первый объект, и 8-процентную за второй. Если t = 0,05 (а именно, 5 %), претендент А не может перебить цену сильного участника на первом лоте, но он, в принципе, способен выиграть второй лот. Очевидно, во время торгов участники не знают стратегии друг друга в отношении скидок. Однако сильный участник предвидит, что и у A, и у Б больше шансов стать победителем, поэтому он вынужден подавать заявки более агрессивно по обоим лотам. Если в конечном счете A присуждается второй лот, результат этих торгов с тендерными кредитами тот же, что и на торгах без тендерных кредитов, но где второй лот зарезервирован для двух слабых участников.

11.4.3. Англо-голландский формат торгов

Англо-голландский формат торгов был вкратце затронут нами в разделе 11.2; более подробно он исследовался в Главе 6. Здесь наша цель состоит в том, чтобы подчеркнуть, что последняя стадия закрытых торгов может поощрить участие более слабых поставщиков. Действительно, даже если предложения слабого поставщика систематически перебивает в динамической фазе более сильный конкурент, слабый участник может воспользоваться неопределенностью, возникающей в последней сессии закрытых торгов, при условии, что он в состоянии достичь этой стадии. Как подробнее объяснялось в Главе 6, главная причина для проведения первой динамической фазы состоит в том, чтобы стимулировать изучение участниками потенциально значимого общего компонента в производственных издержках на выполнение контракта.

Конкретные правила англо-голландского формата торгов могут зависеть от множества факторов. Таким образом, мы завершаем главу описанием некоторых из потенциальных проблем, которые могут возникнуть, когда покупатель выбирает англо-голландский формат.

Предположим, покупатель хочет закупить 900 мониторов для персональных компьютеров. Для начала рассмотрим случай, когда все мониторы одинакового размера, скажем, 15 дюймов, и затем случай с мониторами трех различных размеров. В обеих ситуациях мы имеем 3 лота по 300 мониторов каждый; однако эти два случая отличаются относительно состава лотов. В первом каждый из трех контрактов состоит из 300 15‑дюймовых мониторов, в то время как во втором эти три лота включают соответственно 300 мониторов 15‑ти дюймов, 300 17‑ти дюймов и 300 19‑ти дюймов. Следовательно, в первом случае лоты полностью взаимозаменяемы, тогда как во втором случае это не так.

Рассмотрим первым случай полностью взаимозаменяемых лотов. Заявки выражаются в форме скидок за каждый отдельный лот относительно резервной цены. Вследствие полной взаимозаменяемости лотов резервная цена одинакова для всех лотов. Число участников строго больше трех, а именно, строго выше количества лотов.

В рамках данного многолотового контекста первая открытая фаза торгов на повышение заканчивается, когда заранее назначенное число участников по всем трем лотам остается на аукционе, в то время как все остальные уже выбыли. Выход может наблюдаться в случае, когда участники перестают подчиняться регламенту. Предположим, что, скажем, четыре претендента на все три лота допускаются во вторую фазу. Тогда в этой фазе закрытых торгов англо-голландского формата участники представляют скидки относительно резервной цены, которые должны быть выше предложений, поданных ими в динамической фазе. Три участника, предложивших самые большие скидки относительно резервной цены, выигрывают эти три лота и получают цену, равную резервной цене минус представленные скидки в соответствии с дискриминационным критерием. Существуют, однако, варианты формата торгов, которые могут оказывать различное влияние на участие. Например, покупатель может допустить более четырех участников к фазе закрытых торгов, где победители (подрядчики) получают цену, равную резервной цене минус самая высокая отклоненная ставка (т. е. ставка четвертого участника), согласно критерию единых цен[293].

Во второй ситуации, а именно, когда эти три лота отличаются по размеру мониторов, покупатель обычно устанавливает разные резервные цены, и участники подают отдельные заявки по каждому из них. Предположим, участники, представившие две самые высокие скидки по каждому лоту, допущены в закрытую фазу. Обратите внимание, что если во вторую фазу допускается менее четырех разных участников, необходимо внести некоторые корректировки, чтобы уменьшить риск сговора среди участников. Для иллюстрации этого тезиса рассмотрим табл. 11.1, где цифры 1, 2, 3 и 4 в столбцах означают соответственно самое высокое, второе самое высокое и т. д. предложения по соответствующим лотам, которые обозначены в строках. Заглавные буквы в ячейках указывают на личности участников.

Таблица 11.1.

Согласно информации табл. 11.1, в закрытой фазе участники А и В должны конкурировать за лот 15‑ти дюймовых мониторов, C и В за лот 17‑ти дюймовых мониторов, и В и А за лот 19‑дюймовых. В итоге, только субъекты A, В и C будут участвовать в финальной закрытой фазе торгов, что может дать явный потенциал для сговора и соответствующего поведения участников, координирующих низкие предложения по всем трем лотам. Возможным средством против риска сговора может быть разрешение третьему самому высокому предложению по этим трем лотам участвовать в закрытой фазе торгов, если первые три позиции не заняты одними и теми же тремя субъектами по всем лотам. В этом случае четвертому, самому высокому, предложению разрешается участвовать в торгах по существующим лотам. В табл. 11.1 в 17– и 19‑дюймовых лотах появляются новые участники, а именно, D и E. Хотя в 15‑дюймовом лоте нет третьего конкурента, присутствие третьего претендента в двух других лотах, вероятно, уменьшит риск обусловленного сговором поведения.

11.4.4. Конкурентные торги с премией

Как инструмент поощрения входа и агрессивного поведения участников премия в некотором отношении аналогична тендерным кредитам[294]. В однолотовых конкурентных торгах, например, премирование может состоять в предоставлении проигрывающим участникам денежной премии, соответствующей, в процентном отношении, разнице между проигравшим предложением и предложением, которое следует непосредственно за ним. Возможная премиальная структура представлена в итоговом виде в табл. 11.2, где показаны предложения самой низкой цены в закрытых конкурентных торгах.

Таблица 11.2.

В табл. 11.2 в верхней строке представлены четыре заявки в евро, тогда так в нижней строке дана премиальная схема. Это значит, что лучший проигравший, т. е. участник, который представил вторую самую низкую цену, награждается 30 процентами разницы между третьей и второй проигравшей ценой, в то время как второй лучший проигравший получает 30‑процентную долю разницы между четвертым и третьим самыми высокими ценовыми предложениями.

Следовательно, премия, предоставляемая за второе лучшее предложение, составляет 0,30 (80–70) = 3 евро, где 70 евро – второе самое низкое предложение и 80 евро – третье самое низкое предложение. Подобным образом премия, выплачиваемая за третье наилучшее предложение, равна 1,5.

Конкурентные торги с премией и торги с тендерными кредитами отличаются тем, что в первом случае премия присуждается проигравшим, тогда как во втором кредит присуждается победителю, при условии его принадлежности заранее определенному подмножеству (находящихся в невыгодном положении) участников. Однако как премии, так и кредиты дают претендентам в невыгодном положении дополнительный стимул подавать заявки более агрессивно. Сильные участники вынуждены на это реагировать, также подавая заявки более агрессивно. Следовательно, может иметь место тот случай, когда ожидаемое количество переводов, которые произведет покупатель, будет перекрыто его дополнительными сбережениями, ставшими результатом более агрессивного поведения и слабых, и сильных участников. В этом случае покупатель может преследовать две кажущиеся противоположными цели: использование дополнительных финансовых ресурсов, чтобы способствовать входу находящихся в невыгодном положении поставщиков, и минимизирование ожидаемой стоимости услуг по выполнению контракта.

Краткий обзор литературы

Положение о том, что продавец, максимизирующий доход, и покупатель, минимизирующий затраты, должны использовать обязательную резервную цену, является вехой в теории торгов. Первые плодотворные идеи прослеживаются в работах [Myerson, 1981; Riley, Samuelson, 1981]. Кришна [Krishna, 2002] предлагает превосходный аналитический обзор теории аукционов.

Организация аукционов частот в Европе и США подняла новые проблемы, такие как участие фирм в торгах на продажу, находящихся в невыгодном положении и/или имеющих ограниченный бюджет, и вход новых компаний на рынок. Наше обсуждение методов поощрения участия вдохновлено работами [Klemperer, 2004; Milgrom, 2004].

Источники

Asker J., Cantillon E. Properties of Scoring Auctions: CEPR Working Paper № 4734. London, 2004.

Ayres I., Cramton P. Deficit Reduction Through Diversity: How Affirmative Action at the FCC Increased Auction Competition // Stanford Law Review. 1996. 48. Р. 761–815.

Flambard V., Perrigne I. Asymmetry in Procurement Auctions: Some Evidence from Snow Removal Contracts // The Economic Journal. 2005. Forthcoming.

Guerre E., Perrigne I., Vuong Q. Optimal Nonparametric Estimation of First-Price Auctions // Econometrica. 2000. 68. Р. 525–574.

Klemperer P. Auctions: Theory and Practice. Princeton University Press, 2004.

Krishna V. Auction Theory. Academic Press, 2002.

Li T., Perrigne I., Vuong Q. Semiparametric Estimation of the Optimal Reserve Price in First-Price Auctions // Journal of Business and Economic Statistics. 2003. 21. Р. 53–64.

Milgrom P. Putting Auction Theory to Work. Cambridge University Press, 2004.

Myerson R. Optimal Auction Design // Mathematics of Operations Research. 1981. 6. Р. 58–73.

Reiley D.H. Field Experiment on the Effects of Reserve Prices in Auctions: More Magic on the Internet // The RAND Journal of Economics. 2005. Forthcoming.

Riley J.G., Samuelson W.F. Optimal Auctions // American Economic Review. 1981. 71. Р. 381–39.

12 Правила оценки (начисления баллов)

Федерико Дини, Риккардо Пачини, Томмазо Валлетти

12.1. Введение

Широко признано, что конкуренция за контракты закупок имеет многомерный характер. Покупателя часто заботит как цена, так и другие, неденежные атрибуты, включая различные показатели качества. Типичным механизмом, который может использоваться при таких обстоятельствах, являются конкурентные торги с начислением баллов[295]. В этом формате конкурентных торгов участники подают заявки по цене и по неценовым атрибутам (качество). Покупатель затем выбирает победителя, используя правило начисления баллов, которое соизмеряет цену и качество, с целью достижения лучшего соотношения цены и качества. Следовательно, конкурентные торги с начислением баллов включают выбор правила, которое позволяет покупателю оценивать заявки (предложения) и определять конечного подрядчика (победителя торгов). Организация конкурентных торгов по баллам и их проведение могут быть более дорогостоящими, чем в случае только ценовых торгов, так как здесь требуется оценка потенциально сложных атрибутов качества. Однако такие торги также гарантируют бóльшую гибкость при достижении компромисса между ценой и качеством.

В этой главе будут рассмотрены несколько практических вопросов, касающихся правил начисления баллов, которые должны определять выбор поставщика частными и государственными закупщиками. Во-первых, мы исследуем, как закупщик должен выбирать правила начисления баллов в соответствии со своими предпочтениями. Объясним, как разрешить возможное противоречие между низкими ценами и высоким качеством. Во-вторых, мы опишем различные правила начисления баллов и проанализируем их свойства, обращая особое внимание на такие их особенности, как простота, предсказуемость и возможности для развития конкуренции. Идентифицируем ситуации, в которых определенные правила начисления баллов, как мы полагаем, будут работать лучше, чем другие, и представим некоторые практические выводы. В-третьих, мы кратко коснемся проблемы аномально низких предложений, которая подробнее будет рассматриваться в Главе 13, и покажем, как правила начисления баллов могут применяться для предотвращения рисков, связанных с чрезвычайно низкими ценовыми предложениями.

12.2. Что представляют собой правила подсчета баллов?

Когда качество является важнейшим компонентом контракта закупок и необходима гибкость для достижения компромисса между ценой и качеством, механизмы начисления баллов приобретают особенную значимость. В этом случае контракты на закупку товаров и услуг присуждаются с учетом некоторых неценовых атрибутов, которые включают различные показатели качества. Мы называем эти атрибуты просто «техническими аспектами», чтобы подчеркнуть тот факт, что их довольно легко измерить и включить в договор[296]. Например, в закупках персональных компьютеров жесткий диск, размер экрана, вес и т. д. являются техническими аспектами, ценными для конечного пользователя, и покупатель, вероятно, примет их во внимание при разработке закупочной стратегии. Оценка соответствующих технических аспектов в контракте закупок включает схему «взвешивания»[297], позволяющую покупателю заключать контракт не просто по самой низкой цене, но по лучшему соотношению цена-качество[298].

Взвешивание технических аспектов подразумевает установление правила начисления баллов, т. е. механизма присвоения баллов по каждому измерению контракта. Сумма этих баллов определяет общий балл претендента. Общий балл – это критическое «число», которое позволяет составить рейтинг предложений поставщиков по соотношению цена-качество для определения победителя (т. е. подрядчика).

В качестве иллюстрации предположим, что покупатель хочет закупить мониторы для персональных компьютеров, принимая во внимание только цену и размер экрана. Естественное правило начисления баллов в этом двумерном закупочном контексте будет следующим:

Общий балл = ценовой балл + балл за размер экрана.

Общий балл складывается из двух подмножеств баллов, по одному для каждого измерения контракта. Подмножество баллов – это, по существу, вес, который покупатель придает оцениваемым атрибутам.

Правило начисления баллов должно отражать предпочтения покупателя, а именно, относительный вес каждого аспекта, оцениваемого в контракте. В продолжение примера, приведенного выше, если размер экрана (качество) воспринимается как очень важный атрибут контракта, покупатель придает этому атрибуту больший вес (например, он присудит больший технический балл большим экранам).

Напротив, если цена будет иметь большее значение, например, по причине того, что главный интерес покупателя – экономия в расходах, покупатель придаст большой вес цене и снизит относительную важность оценки качества.

12.2.1. Компромисс соотношения цены и качества в закупках

Предположим, что одна заявка стала первой по всем параметрам контракта, т. е. участник предложил и самую низкую цену, и лучшие технические характеристики. Этот участник выиграет контракт по разным правилам начисления баллов, даже если они будут отличаться по механизмам взвешивания. Однако эта ситуация нетипична, поскольку велика вероятность существования компромисса в соотношении цена-качество. Действительно, высококачественные товары и услуги обычно связаны с более высокими затратами, следовательно, хорошие с технической точки зрения предложения, вероятнее всего, будут ассоциироваться с высокими ценовыми предложениями. Низкокачественные товары и услуги означают противоположную ситуацию и, вероятно, будут предложены по низкой цене. Так как покупатель хочет закупить качественный товар по самой низкой цене, качество и цена являются, в целом, конфликтующими целями. Поэтому покупатели ищут компромисс соотношения цена-качество между дешевым – низкокачественным и дорогим – высококачественным товаром, и ожидается, что различные правила начисления баллов определяют различный рейтинг одной и той же комбинации цена-качество и, соответственно, различных победителей. Это показано на следующем примере.

Пример 12.1.

Три участника, А, B и C, хотят участвовать в торгах на контракт закупок. Резервная цена контракта составляет 100 евро. Ценовые предложения выражаются в процентной скидке на резервную цену. В общей сложности возможны 100 доступных пунктов: 50 для ценовых предложений и 50 для технических аспектов. Ценовой балл задан правилом: «(скидка) × 50». Предположим, что участники предлагают следующие скидки: 10 % (A), 15 % (B) и 35 % (C) и что полученные ими технические баллы 20 (A), 10 (B) и 7 (C)[299]. Эти предложения приводят к следующему конечному рейтингу: A становится первым (25 итоговых баллов), C – вторым (24,5 баллов) и B – третьим (17,5 баллов)[300].

Теперь предположим, что правило начисления баллов за цену изменено на «(самое низкое ценовое предложение/оцениваемое предложение) × 50»[301] и что участники подают те же заявки, что и прежде. Легко проверить, что с новым правилом начисления баллов C будет первым (57 итоговых пунктов), A – вторым (56,1 пунктов) и B третьим (48,2 пунктов). Следовательно, разные правила начисления баллов могут дать разный конечный рейтинг.

Чтобы найти компромисс соотношения цены и качества, покупатель должен изучить свои предпочтения и в соответствии с ними установить правило начисления баллов. В следующих разделах мы дадим некоторые полезные указания для решения данной проблемы. С этой целью рассмотрим следующие вопросы: какую денежную сумму покупатель готов заплатить за качество; какие комбинации цены-качества можно считать эквивалентными с точки зрения покупателя; какая цена со скидкой необходима покупателю для присуждения дополнительного балла? Покупатель отвечает на эти вопросы именно в ходе процесса выбора и калибровки правила начисления баллов.

12.2.2. Денежная стоимость пункта и денежный эквивалент покупателя

Какое количество денег покупатель готов заплатить за качество? Какой ценовой скидки требует покупатель для присуждения дополнительных баллов? Это ключевые вопросы, с которыми сталкивается покупатель при проектировании механизма многомерных закупочных стратегий. Мы покажем, как ответы на эти два вопроса – а именно, как определяются денежный эквивалент покупателя относительно качества (buyer’s monetary equivalent, далее – BME) и денежная стоимость балла (monetary value of a point, далее – MVP) – позволяют достичь компромисса между ценой и качеством. Начнем с понятия MVP, которое рассмотрим на следующем простом примере.

Пример 12.2.

Покупатель должен выбрать подрядчика для предоставления товара/услуги, оценив экономические предложения (ценовые предложения) и качество (технические предложения). Он устанавливает в общей сложности 100 доступных баллов, 50 для ценового предложения и 50 для технических аспектов. Предположим, что участник А получает 50 баллов за цену 100 тыс. евро, в то время как участник В получает 40 баллов за цену 110 тыс. евро (мы пока не рассматриваем технические аспекты). Участник А награждается 10 дополнительными баллами за скидку в 10 тыс. евро на заявку В: так, как если бы каждый балл стоил 1 тыс. евро. Таким образом, 1 тыс. евро – денежная стоимость балла в этом примере.

MVP представляет собой денежную скидку, необходимую для того, чтобы участник мог получить один дополнительный балл. Следовательно, понятие MVP имеет несколько важных значений. Во-первых, покупатель раскрывает размер скидки в баллах. Во-вторых, MVP показывает предпочтения покупателя, так как позволяет вычислить денежную стоимость, которую покупатель придает неценовым атрибутам. В примере выше MVP (1 тыс. евро) мог бы быть умножен на все баллы, назначенные для неценовых атрибутов (максимум 50 баллов), дойдя до 50 тыс. евро. Эта стоимость является денежным эквивалентом покупателя (BME) всех технических аспектов, принимаемых во внимание на торгах. Как мы увидим, знание BME – первый шаг, необходимый покупателю для установления правила начисления баллов, так как это позволяет оценивать комбинации цены-качества и определять MVP для правила начисления баллов.

Практический вывод 1.

Когда есть возможность оценить априори неценовые атрибуты, учитываемые в торгах, можно установить правило начисления баллов таким образом, чтобы каждый пункт, присуждаемый участникам на ценовой стороне, был денежно эквивалентен пункту, присуждаемому по техническим аспектам.

Процедура, которой нужно следовать для применения Практического вывода 1, проста:

1) установите общее количество доступных баллов (для простоты, например, 100) и разделите их между ценой и неценовыми аспектами согласно относительной важности, которую вы им придаете;

2) оцените BME для каждого неценового атрибута;

3) назначьте баллы, которые вы установили для неценовых аспектов в шаге 1, каждому неценовому атрибуту пропорционально его BME;

4) разделите BME всех неценовых атрибутов на баллы, назначенные для неценовых аспектов, чтобы получить MVP;

5) установите правило начисления баллов за цену так, чтобы каждый балл стоил участникам одинакового MVP (постоянство).

Эта процедура позволяет для всех технических аспектов иметь один и тот же MVP. Ценовой балл таков, что денежная скидка, необходимая, чтобы получить один дополнительный балл от снижения цены, равняется сумме, необходимой, чтобы получить (в оценке покупателя) один дополнительный балл от технических усовершенствований.

На любом закупочном конкурсе всегда можно определить MVP, как только покупатель получил все заявки и назначил им баллы (т. е., фактически, как мы сделали в примере 12.2); тем не менее не все правила начисления баллов позволяют нам устанавливать MVP, как рекомендовано выше в шаге 5, чтобы у участников была возможность узнать его априори. Действительно, возможность априорного знания MVP зависит от правила начисления баллов.

Практический вывод 2.

Отдавайте предпочтение правилам начисления баллов, позволяющим вычислять MVP априори, чтобы дать поставщикам возможность заранее рассчитать свой балл.

Когда правило начисления баллов позволяет вычислить MVP априори[302], участникам показывают ясную, четко определенную взаимо

связь между ценовым предложением и баллами (предсказуемость): если балл, присуждаемый за какое-либо ценовое предложение, известен прежде, чем начнется фаза подачи заявок, участники легко могут вычислить MVP и делать заявки с учетом этой стоимости. Сравнивая денежную стоимость своего технического пункта с MVP, участник может оптимально распределить свой бюджет, выделенный на контракт, между всеми атрибутами, которые подвергаются оценке. Рассмотрим следующий пример.

Пример 12.3.

Пусть покупатель, желает закупить монитор для персонального компьютера, с неценовым измерением касательно размера экрана. Предположим, что покупатель принимает правило начисления баллов, согласно которому до 30 пунктов награждаются за неценовой атрибут и до 70 пунктов за предлагаемую цену. Первые (баллы) присуждаются техническим усовершенствованиям следующим образом: 0 пунктов 14-дюймовым мониторам, 10 пунктов 15-дюймовым, 20 пунктов 16-дюймовым и 30 пунктов 17-дюймовым мониторам. Последние (баллы) присуждаются ценовым скидкам таким образом: один балл дается за каждое сокращение ценовой заявки на 50 евро. Данное распределение далее предполагает, что денежный эквивалент покупателя (BME) для одного дополнительного дюйма составляет 500 евро. Таблица 12.1 иллюстрирует вышеприведенную схему взвешивания.

Таблица 12.1. Распределение баллов между ценовыми и неценовыми атрибутами: пример с персональными компьютерами

Максимальное количество пунктов = 70 + 30 = 100.

Мы предполагаем, что участники определяют свою стратегию подачи заявок, распределяя бюджет между неценовыми атрибутами и ценой. Рассмотрим «среднестатистического» поставщика А. Предположим, что в отчете о внутрифирменных издержках А сообщается, что каждый дополнительный дюйм, начиная с 14‑го, стоит 400 евро, и что главный офис A выделяет менеджеру по продажам бюджет в 1000 евро на получение контракта[303]. Цель менеджера состоит в распределении бюджета таким образом, чтобы достичь самого высокого суммарного балла для A. Предположим, менеджер стратегически решает потратить весь бюджет. В этом случае он обнаружит, что наилучшее предложение для A состоит в ценовой скидке в 200 евро плюс 16‑дюймовый монитор, так как внутренняя стоимость 10‑ти дополнительных технических пунктов – 400 евро, что меньше, чем 500 евро (стоимость получения 10 дополнительных баллов с ценовой стороны). Если бы вместо 400 евро каждый дополнительный дюйм стоил более 500 евро, то менеджер по продажам обнаружил бы, что наилучшее предложение для А состоит в ценовой скидке в размере 1000 евро, таким образом потратив весь бюджет на ценовые скидки, а не на технические усовершенствования.

Предсказуемость приносит выгоду также и покупателю, так как она уменьшает риск потери потенциально лучшего соотношения цены и качества, как показано в следующем примере.

Пример 12.4.

Рассмотрим ситуацию в примере 12.3, когда у покупателя есть два предложения, которые отличаются по цене на 500 евро и на 1 дюйм по размеру монитора: т. е. предложение A 14‑дюймового монитора за 2000 евро и предложении B 15‑дюймового монитора за 2500 евро эквивалентны для покупателя. Покупатель должен придерживаться правила начисления баллов в вышеизложенной ситуации, если и только если его фактический денежный эквивалент (BME) для одного дополнительного дюйма составляет 500 евро. Иначе это правило начисления баллов не отражало бы предпочтения покупателя, таким образом, увеличивая риск потери потенциально лучшего соотношения цены и качества. Фактически, если бы его «истинный» BME для одного дополнительного дюйма был 300 евро вместо 500, и победивший участник был бы среднестатистическим поставщиком А из примера 12.3 с бюджетом в 1000 евро и внутрифирменными издержками 400 евро за дюйм, покупатель потерял бы 200 евро. Так происходит потому, что если правило начисления баллов подразумевает MVP в 50 евро, таким образом неявно приводя к BME в 500 евро, то А предлагает 200 евро ценовой скидки плюс 16‑дюймовый монитор, что означает 800 евро для покупателя (200 + 300 + 300). Если бы при начислении баллов вместо этого использовался правильный BME в 300 евро, то A предложил бы ценовую скидку в 1000 евро за 14‑дюймовый монитор (следовательно, потенциально потерянные сбережения 1000 – 800 = 200 евро).

Наконец, в следующем примере мы показываем, почему правила начисления баллов, которые не позволяют вычислять априори MVP[304], могут нанести ущерб как участникам, так и покупателю.

Пример 12.5.

Рассмотрим ту же ситуацию, что и в примере 12.3, когда покупатель должен сделать выбор между двумя предложениями, которые отличаются по цене на 500 евро и на 1 дюйм по размеру монитора (т. е. он оценивает каждый дополнительный дюйм в 500 евро), но с другой схемой начисления баллов относительно ценовых предложений. Предположим, что есть два участника, A и B, у которых бюджет на получение тендера составляет соответственно 1050 и 900 евро и производственные издержки при добавлении одного дюйма монитора равны 550 евро и 350 евро (таким образом, десять технических пунктов стоят 550 евро A и 350 евро B). Теперь допустим, что ценовой балл зависит от «состояния мира» (меняющихся обстоятельств), которое возникает ex post, например, потому, что принятое правило начисления баллов зависит от ценовых заявок обеих фирм. Это подразумевает, что MVP неизвестен априори, поскольку он зависит от сложившегося по факту состояния мира. Таким образом, стратегии ведения торгов поставщиками могут полагаться только на «ожидания» относительно «состояния мира». Предположим, например, что есть только два возможных варианта изменения обстоятельств, скажем, MVP высокой стоимости (H) и MVP низкой стоимости (L), и MVP составляет 50 евро и 25 евро соответственно (таким образом, десять дополнительных баллов могут стоить 500 евро или 250 евро с ценовой стороны). Неизвестность MVP может повредить и участникам, и покупателю. Допустим, после открытия заявок возникает состояние мира, согласующееся с BME, т. е. H. Если бы у обоих поставщиков были правильные ожидания (т. е. H), то A предложил бы 1050 евро в ценовых скидках, B предложил бы 200 евро в ценовых скидках плюс 16‑дюймовый монитор, и покупатель выбрал бы B, поскольку 1050 евро < 1200 евро (500 + 500 + 200). Но если бы оба поставщика ожидали L, A все равно предложил бы 1050 евро в ценовых скидках, а B теперь предложил бы 900 евро в ценовых скидках, и покупатель выбрал бы А, поскольку 1050 евро > 900 евро. Следовательно, из-за неизвестности MVP покупатель может потерять потенциально лучшее соотношение цены и качества, если участники ожидают L вместо H. Кроме того, если состояние мира, которое возникнет, будет L, т. е. несовместимым с BME, нам не удастся осуществить то, что описано в примере 12.4.

12.2.3. Оценка неценовых атрибутов ex post

Существуют обстоятельства, когда покупатель может также выбрать оценку ex post некоторых или всех неценовых атрибутов. Оценка ex post применима всякий раз, когда автоматическое начисление баллов невозможно, т. е. точный способ присуждения баллов техническим усовершенствованиям и неценовым атрибутам не определен полностью до начала фазы подачи заявок. Этот метод может быть целесообразным, когда покупатель недостаточно информирован о стоимости (или особенностях) некоторых неценовых атрибутов, чтобы придать им точный вес в процессе разработки правил начисления баллов. В этом случае может быть предпочтительнее ждать предложений участников, поскольку они могут показать покупателю ex post существование особых решений, технические особенности и т. д., которые, вероятно, будут полезны для реальных закупок, хотя их нельзя было конкретно предвидеть. Участники могут также получить некоторые преимущества, когда неценовые атрибуты только обозначены в более общих чертах. Действительно, в этом случае они имеют больше свободы, чтобы обогатить и ясно сформулировать свои предложения, особенно при закупках особо сложных товаров/услуг. Недостаток этого варианта в том, что гибкость создает возможности для дискреционного поведения.

Прогнозируемые (ex ante) технические характеристики увеличивают предсказуемость закупочного конкурса, минимизируя риски дискреционного поведения и злоупотребления оценочной комиссии (например, коррупцию). Это происходит за счет потери некоторой гибкости. Следовательно, покупатель должен рассмотреть отдельно каждый случай, тщательно оценив и сравнив затраты и выгоды как гибкости, так и предсказуемости. Когда проблема коррупции не так актуальна[305] и участники могут предложить различные ценовые решения касательно закупаемого товара или услуги, более вероятно, что перевесят выгоды от гибкости. В этом случае можно извлечь значительную пользу из оценки ex post. Напротив, если проблема коррупции в ходе оценочного процесса вызывает обеспокоенность, гибкость ex post должна быть минимизирована принятием ex ante BME (автоматическое начисление баллов) или, в случае если это невозможно, уменьшением веса, придаваемого техническим атрибутам.

Практический вывод 3.

Выбирая оценку неценовых атрибутов ex post, исследуйте компромисс между гибкостью и предсказуемостью. Если коррупция в ходе процесса оценки представляет потенциальную проблему, более уместно уменьшить или гибкость оценки ex post посредством автоматического начисления баллов, или вес, придаваемый техническим аспектам.

Оценка неценовых атрибутов после подачи заявок (ex post) не позволяет следовать механической процедуре, которую мы предложили в Практическом выводе 1. При отсутствии проблем коррупции все же возможно назначать участникам пункты на ценовой стороне, которые будут денежно эквивалентны пунктам, назначаемым по техническим аспектам, если действовать следующим измененным способом. Технические аспекты нужно оценивать, в первую очередь, до вскрытия запечатанных конвертов с ценовыми предложениями, которые, следовательно, должны помещаться отдельно от технических предложений. После изучения технических предложений комиссия определяет порядковый рейтинг всех технических предложений, т. е. устанавливает, кто стал «первым, вторым, третьим… последним» на чисто технических основаниях. В этом случае можно сказать, что технические предложения оценены фундаментально; другими словами, им присвоена денежная стоимость. Предположим для простоты, что есть только два предложения, скажем, А и B, и качество А считается выше качества B. Поэтому, если и А, и B были предложены по одной и той же цене, контракт будет присужден А. Как быть в случае, если B предложил цену P, тогда как А предложил более высокую цену P + Х? Если значение Х достаточно мало, А все равно будет отдано предпочтение перед B, так как его лучшие технические характеристики несомненно компенсируют более высокую цену. Однако, поскольку Х увеличивается, возникает стоимость Х = Х*, при которой А и B эквивалентны, т. е. Х* – денежный эквивалент, который ставит А и B в равное положение. Х* обеспечивает денежный показатель качественного дифференциала двух предложений. Учитывая свои предпочтения, покупатель может определить денежный эквивалент для любого технического атрибута, предлагаемого участником. На данном этапе оценочная комиссия рассматривает ценовые заявки. Если цена, предложенная А, окажется более высокой, чем цена, предложенная B + Х*, то контракт выиграет B, в противном случае контракт получит А.

12.2.4. Предсказуемость правил начисления баллов и сговор: есть ли взаимосвязь?

Мы утверждали, что простота и предсказуемость – положительные свойства правил закупок, так как предпочтения покупателя показаны на рынке, и участники могут лучше определить свои стратегии подачи заявок. Эти цели достигаются в случае, когда участникам ясно дают понять отношение между предлагаемой ценой и полученным баллом, т. е. когда поставщики заранее знают MVP. В примере 12.5 показаны некоторые отрицательные воздействия, возникающие в результате неопределенности по поводу пунктов, присуждаемых заявками: участники могут основываться в своих стратегиях ведения торгов только на ожиданиях. От неопределенности может пострадать как покупатель (меньше сбережений), так и участники (риск потери контракта). Особое беспокойство относительно предсказуемости, однако, связано со сговором (подробнее по этой теме см. Главы 14 и 15). Вообще, прозрачные процессы имеют тенденцию поощрять обусловленное сговором поведение, так как в этом случае более вероятно, что картели будут жизнеспособны. Основной аргумент заключается в том, что, если правила закупок предсказуемы, картель может всегда наблюдать за действиями своих участников и наказывать любое поведение, отклоняющееся от согласованного (обусловленного сговором) поведения. Следовательно, бóльшая предсказуемость может способствовать поддержанию стабильности основанных на сговоре соглашений. Это представляет проблему для закупщика. Неясно, однако, может ли степень предсказуемости, связанная непосредственно с правилами начисления баллов, содействовать сговору и если может, то как. Такой вопрос ставится, в частности, потому, что в закупочном конкурсе есть несколько важных аспектов, которые могут повлиять на решение участников вступить в сговор (например, число лотов; информация, раскрытая участникам в ходе фазы подачи заявок; структура рынка и т. д.). Эти аспекты рассматриваются в других главах и имеют очень мало отношения к правилам начисления баллов.

Мы рассмотрим простой случай, чтобы проследить взаимосвязь (если она есть) между предсказуемостью в правилах начисления баллов и сговором. Представим конкурс закупок, где участвующие поставщики соглашаются вступить в сговор, один поставщик выигрывает контракт и выплачивает вознаграждение другим за то, что они вышли из конкурса. Сравним два альтернативных правила начисления баллов с различными степенями предсказуемости, а именно, правило с априорным знанием MVP и без него. Чрезвычайно простое и предсказуемое правило начисления баллов, которое здесь можно применить, – правило, по которому пункты назначаются пропорционально снижению цены: линейное начисление баллов. Напротив, менее предсказуемое правило – правило начисления баллов по самой низкой цене, где балл всех участников зависит от самой низкой заявки: например, «(самая низкая заявка)/(заявка участника i)»[306].

Что мы можем сказать о влиянии на сговор этих двух правил начисления баллов? Можно ли утверждать, что первое из них дает больше стимулов для сговора, чем второе, из-за более высокой предсказуемости?

Предположим, что покупатель хочет закупить один ноутбук и что он устанавливает резервную цену в 1000 евро. N участников хотят участвовать в торгах на этот контракт и сговариваются следующим образом: один из участников N, скажем, «1», выигрывает контракт, предлагая 999 евро, тогда все другие участники «N – 1» делают ставки по резервной цене. Затем происходит распределение прибыли. Более того, все участники договариваются предлагать ноутбуки одинакового качества (например, одинаковый размер экрана, оперативная память и т. д.) так, чтобы получить одно и то же количество технических пунктов. Сговор касается цены. И в случае линейного начисления баллов, и в случае начисления баллов по самой низкой заявке проигрывающие участники могут легко разрушить картель, предложив 998 евро. Стоимость разрушения картеля одна и та же для всех участников и не зависит от предсказуемости принятого правила начисления баллов: снизив цену на 1 евро, любой участник может эффективно нарушить соглашение и выиграть контракт. Картель может быть разрушен при обоих правилах начисления баллов, и предсказуемость не играет в этом важной роли. Следовательно, в данном простом случае степень предсказуемости правила начисления баллов не оказывает никаких эффектов на сговор. Более подробно о сговоре см. Главу 14.

12.3. Правила начисления баллов для ценовых заявок: некоторые общие особенности

В этом разделе мы анализируем свойства некоторых правил начисления баллов за цену, которые позволяют покупателю преобразовывать ценовые предложения в баллы. Мы сосредоточимся на пяти правилах начисления баллов:

• линейное начисление баллов (Linear scoring – Ls);

• параболическое начисление баллов (Parabolic scoring – Ps);

• начисление баллов по самой низкой заявке (Lowest bid scoring – Lo);

• начисление баллов по самой высокой заявке (Highest bid scoring – Hs);

• начисление баллов по средней заявке (Average scoring – As).

Мы рассмотрим эти правила с точки зрения предсказуемости, сложности и возможного воздействия на конкуренцию. Прежде чем перейти к подробному анализу, разделим правила начисления баллов на две группы, у которых есть общие черты. Группировка правил начисления баллов может быть выполнена на основе многих различных критериев (например, способность стимулирования конкуренции). Здесь мы предлагаем критерии простоты и предсказуемости.

1. Простые правила начисления баллов: балл любого участника зависит только от его ценовой заявки.

В правилах этого типа отношения между баллом, ценой и MVP известны априори. Эта особенность делает правила начисления баллов, принадлежащие данной группе, предсказуемыми и простыми. Однако их выполнение возможно, только если некоторые параметры могут быть заранее определены (например, если используется резервная цена). Этой группе принадлежат правила линейного и параболического начисления баллов.

2. Альтернативные правила начисления баллов: балл любого участника зависит также от ценовых предложений других участников.

В этой группе отношения между балом, ценой и MVP не известны заранее. Начисление баллов по самой низкой заявке, самой высокой заявке и средней заявке принадлежит этой группе. Эти правила начисления баллов чувствительны к распределению заявок. В пределах этой группы решение принять/отклонить аномально низкое предложение может повлиять на балл, полученный каждым из участников, и изменить рейтинг.

12.3.1. Простые правила начисления баллов: линейное и параболическое начисление

Линейное начисление баллов, Ls[307]. Правило линейного начисления баллов – очень простой способ преобразования ценовых заявок в баллы. Это правило выражается следующей формулой:

Ценовой балл = nn x [резервная цена – цена заявки]/ /[резервная цена – ценовой порог],

где nn – максимальное количество пунктов (как правило, из 100), доступных участникам для ценовых предложений. Оставшиеся (100 – nn) пункты отводятся для технических аспектов. Резервная цена – цена, выше которой участники не получают баллы. Ценовой порог – нижняя граница: участник не может улучшить свой балл при дальнейшем снижении цены[308].

В отсутствие ценового порога (ценовой порог = 0) это правило начисления баллов становится очень простым линейным правилом, которое начисляет максимальный балл пп, только если товар предлагается бесплатно (ценовая скидка 100 %).

Правило линейного начисления баллов имеет следующие особенности:

• балл, присуждаемый отдельной ценовой заявке, не зависит от распределения заявок. Это позволяет всем участникам знать априори балл, начисляемый их заявкам;

• оно позволяет знать априори MVP;

• MVP постоянен;

• резервная цена должна быть предопределена;

• балл, присуждаемый ценовому предложению, не чувствителен к отклонению аномально низких предложений;

• может быть введен и отрегулирован для оптимизации ценовой конкуренции ценовой порог;

• максимальный балл (пп) начисляется (присуждается) ценовому предложению, равному ценовому порогу; минимальный балл 0 присуждается ценовому предложению, равному резервной цене.

Благодаря этим особенностям правило линейного начисления баллов очень просто и предсказуемо, что позволяет и покупателю, и участникам лучше определять свои стратегии. MVP получаем непосредственно из предыдущей формулы:

MVP = [резервная цена – ценовой порог]/nn.

Рис. 12.1. Правила линейного начисления баллов: роль ценового порога

Пример 12.6.

Рассмотрим закупку товара с резервной ценой в 1000 евро, без порога, где 70 пунктов зарезервированы для ценовых предложений. MVP в этом случае 1000/70 ≈ 14,3 евро. Например, чтобы получить 20 баллов, участник должен предложить скидку размером приблизительно 286 евро ниже резервной цены.

Отметим, что чем выше MVP, тем дороже должно стоить получение одного пункта за любое снижение данной цены; таким образом, участник будет менее склонен сосредотачиваться в своей стратегии подачи заявок на снижении цены, в сравнении с улучшением качества. Напротив, невысокий MVP подразумевает, что ценовая скидка может гарантировать много пунктов, таким образом делая участников более агрессивными в подаче заявок. Из вышеупомянутой формулы следует, что агрессивная подача заявок тем более вероятна, чем выше nn, чем ниже резервная цена и чем выше ценовой порог. Ниже мы подробно рассматриваем последний случай, но сходные аргументы также применимы к роли nn и резервной цены.

Рисунок 12.1 показывает форму двух гипотетических правил линейного начисления баллов, одно из которых без ценового порога, другое с ценовым порогом, равным 50 % резервной цены. В этом примере мы снова принимаем резервную цену в 1000 евро, и 70 и 30 пунктов, отводимых соответственно цене и техническим аспектам. Сразу заметно, что, при прочих равных условиях, введение порога увеличивает угол наклона кривой правила начисления баллов и понижает MVP. Угол наклона имеет особое значение: он показывает, насколько увеличивается балл при уменьшении цены. Другими словами, наклон позволяет измерить стимул участников для подачи ценовых заявок. Чем ниже MVP, тем больше наклон кривой правила начисления баллов и тем выше стимул снижать цену.

Практический вывод 4.

Линейное начисление особенно актуально в условиях конкуренции. Как только установлена резервная цена и максимум доступных баллов, можно использовать ценовой порог, чтобы точно регулировать интенсивность ценовой конкуренции.

Отметим, что ценовой порог разделяет линию начисления баллов на две зоны с разными уровнями ценовой конкуренции. Цены, располагающиеся между нулем и порогом, не вызывают ценовой конкуренции, так как максимальный балл достигается, когда предлагаемая цена равна порогу. Напротив, интенсивная конкуренция возникает в промежуточном диапазоне между порогом и резервными ценами. Следовательно, чем выше ценовой порог, тем интенсивнее ценовая конкуренция, но тем меньше область, в которой существует такая конкуренция. Таким образом, покупатель должен был осторожен, чтобы не выбрать пороговый уровень, который будет «слишком высок», поскольку так он может лишиться конкурентных заявок.

Параболическое начисление баллов, Ps. Параболическое на числение можно считать расширением линейного начисления, в котором балл увеличивается, но все меньше и меньше, с дальнейшим снижением цен. Параболическое начисление баллов в случае, когда ценовой порог равен нулю, определяется следующим выражением:

Ценовой балл = nn × [1 – (ценовая заявка/резервная цена)2].

Это самый простой способ описания Ps. Также возможно ввести ценовой порог, немного изменив формулу[309].

Это правило имеет те же свойства, что и правило линейного начисления, за исключением того, что:

• MVP не постоянен, точнее, он уменьшается в цене. Это делает данное правило немного более сложным, по сравнению с линейным. Поставщики должны вычислить MVP для любой ценовой заявки и определить свою стратегию подачи заявок соответственно, в то время как в линейном начислении MVP постоянен;

• это правило стимулирует агрессивную подачу заявок на цены, близкие к резервной цене. По мере того, как уменьшается предлагаемая цена, ценовой балл также увеличивается, но все меньше. Таким образом, стимул для дополнительных скидок уменьшается (кривая стремится к прямой, и MVP становится относительно больше).

Рис. 12.2. Параболическое начисление баллов

Эти особенности позволяют покупателю точно регулировать ценовую конкуренцию, более умеренно награждая высокие скидки и таким образом все более поощряя подачу заявок с высокими техническими параметрами.

Практический вывод 5.

Отдавайте предпочтение параболическому начислению, если ожидается, что участники будут агрессивно подавать заявки на цену, пренебрегая качеством.

Рисунок 12.2 иллюстрирует пример параболического начисления с ценовым порогом, равным 70 % резервной цены[310]. Линия начисления баллов показывает, что нет стимулов уменьшать заявки ниже 30 евро, как и при линейном начислении с тем же порогом. Однако стимулы уже достаточно низки для заявок ниже 50 евро; таким образом, появление дополнительных скидок становится маловероятным.

12.3.2. Альтернативные правила начисления баллов

Правила начисления баллов, которые мы рассмотрим здесь, более сложны и менее предсказуемы по сравнению с правилами линейного и параболического начисления баллов. Эти правила не позволяют участникам знать априори точное соотношение между предлагаемой ценой и баллом, что, в свою очередь, предполагает неуверенность по поводу MVP. Мы обсуждали в подразделе 12.3.1, что и правилам линейного начисления баллов, и правилам параболического начисления нужен «якорь», представленный резервной ценой. При некоторых обстоятельствах установление резервной цены может быть трудной задачей. Например, покупатель может быть плохо информирован о рыночной стоимости сложного проекта (к примеру, IT-архитектура или услуги управления производством), поэтому может быть предпочтительнее не устанавливать резервную цену, позволив рыночным силам определить окончательную цену контракта. Резервную цену также трудно установить, когда рыночная стоимость закупаемого товара или услуги неустойчива (например, энергоснабжение), так как цена, преобладающая в фазе подачи заявок, может сильно отличаться от цены, используемой для вычисления резервной цены в более ранней фазе закупок. Ниже мы рассмотрим некоторые правила начисления баллов, для которых не требуются предварительно установленные параметры, за исключением показателя пп.

Начисление баллов по самой низкой заявке, Lо. Lo можно выразить общей формулой:

Ценовой балл = nn × [самая низкая заявка/ценовая заявка].

Это правило начисления баллов имеет следующие особенности:

• разница между самым высоким и самым низким баллами всегда ниже, чем максимальный балл nn;

• балл, присуждаемый каждому участнику, полностью зависит от лучшего ценового предложения;

• если обнаруживается, что лучшее ценовое предложение аномально низко, и оно отклоняется, новый рейтинг может непредсказуемо измениться, имея мало общего с изначальным рейтингом;

• это правило начисления баллов может вызвать агрессивное снижение цены, так как участники, предлагая низкую цену, увеличивают для себя вероятность получения самого высокого балла, одновременно уменьшая балл, полученный всеми другими конкурентами.

Начисление баллов по самой высокой заявке (разнице между самой высокой и самой низкой заявками), Hs. Hs можно выразить общей формулой:

Ценовой балл = nn x [самая высокая заявка – ценовая заявка]/[самая высокая заявка – самая низкая заявка].

Это правило начисления баллов имеет следующие главные особенности:

• балл, назначаемый за каждое ценовое предложение, зависит и от самого низкого, и от самого высокого ценовых предложений;

• это «агрессивная стратегия»: независимо от ценового распределения самая низкая заявка награждается максимальным баллом, в то время как самой высокой заявке присуждается нулевой балл.

Hs независимо от распределения всех заявок, т. е. его наклон и положение на графике определяются только самой высокой и самой низкой заявками, в то время как все промежуточные заявки не имеют значения. Hs определяет максимально возможную разность баллов между самой низкой и самой высокой заявками, всем другим заявкам присуждая балл пропорционально. Это в действительности прямая линия, соединяющая самую низкую и самую высокую заявки.

Начисление баллов по средней заявке, As. As можно выразить общей формулой:

Если заявка < средняя заявка, то ценовой балл = nn.

В противном случае:

Ценовой балл = nn × [самая высокая заявка – ценовая заявка]/[самая высокая заявка – средняя заявка].

Это правило начисления баллов имеет следующие особенности:

• когда предложенная цена уменьшается, балл растет линейно, достигая своего высшего уровня, как только ценовое предложение сравняется со средней заявкой;

• все заявки ниже средней получают максимальный балл;

• особенно низкие цены не вознаграждаются баллами относительно других лучших предложений, так как они получают тот же тендерный балл, что и предложения, которые лишь немного ниже средней заявки;

• балл, назначаемый любому ценовому предложению, зависит от всех представленных ценовых предложений.

Если рыночная стоимость товара/услуги неизвестна и изменчива, это правило начисления баллов гарантирует, что контракт будет присужден средней заявке, которая, вероятно, будет представлять действительную рыночную стоимость товара/услуги на тот момент. Это правило препятствует низким предложениям, так как предложения ниже средней заявки не получают никаких дополнительных баллов. Начисление баллов по средней заявке использовалось в нескольких странах, таких как Италия, Перу и Тайвань, чтобы противостоять аномально низким предложениям (краткое обсуждение правил начисления баллов и низких предложений см. в подразделе 12.4.1). Однако, как будет разъясняться в Главе 13, As не нужно использовать для этой цели, так как попытка предотвратить низкие предложения может обойтись весьма дорого, спровоцировав высокие цены. Цены ниже средней не увеличивают шанс получения контракта. Следовательно, участники не будут мотивированы предлагать самую низкую цену; скорее, они попытаются предсказать среднюю цену и подать заявку на ту же сумму. Это разрушает ценовую конкуренцию и может привести к существенной потере средств закупщика. Покупатели должны знать о таких отрицательных воздействиях, используя As и другие подобные правила начисления баллов.

Практический вывод 6.

Когда трудно установить резервную цену, можно с осторожностью использовать одно из альтернативных правил начисления баллов по самой низкой заявке, Lo, или по самой высокой заявке, Hs.

12.3.3. Анализ сценария

Теперь мы сравним вышеупомянутые правила начисления баллов на основе различных предположений о распределении ценовых заявок. Этот сравнительный анализ – попытка показать, как, при различном распределении заявок, данные правила начисления баллов ведут себя с точки зрения: (1) баллов, полученных участниками; (2) разницы в баллах среди участников; (3) стимулов конкурировать по цене и (4) окончательного рейтинга; технические пункты при этом принимаются как данность. Заметьте, что данный анализ не принимает во внимание, что заявки зависят от правила начисления баллов. Действительно, различные правила начисления баллов дают участникам различный набор стимулов. Следовательно, мы ожидаем, что распределение заявок будет в какой-то мере отличаться в зависимости от принятого правила начисления баллов. Этот аспект здесь не рассматривается. Однако данный вид сравнительного анализа позволяет покупателю собрать полезную информацию, необходимую для выбора и установления правила начисления баллов, так как он показывает, как изменяются стимулы участников для конкурирования по цене в ответ как на различные параметры правила начисления баллов, так и на распределение заявок. Эта информация, возможно, поможет покупателю оптимально балансировать согласно его предпочтениям, потенциально конфликтующие цели закупок – высокое качество и низкая цена. Благодаря такого рода анализу покупатель может также понять, какая скидка необходима «дешевому» – низкокачественному – предложению для того, чтобы обойти «более дорогое» – более высококачественное – предложение.

Мы сосредоточимся на двух возможных способах распределения заявок, которые представляют два альтернативных вида рынков.

1. Однородное распределение (асимметричные участники).

Ценовые предложения поставщиков однородно распределяются вдоль ценовой линии. Это распределение характеризуется большим расхождением предложений, указывающим, что участники неоднородны относительно некоторых важных характеристик. Например, участники могут иметь существенные различия в структуре издержек.

2. Концентрированное распределение по высоким ценам и очень низкому предложению (все участники симметричны, кроме одного).

Ценовые предложения поставщиков сконцентрированы в одной и той же зоне, кроме одной очень низкой ценовой заявки. В этом контексте участники, по существу, симметричны, но есть один «независимый» участник, подающий очень агрессивную заявку, которая может соответствовать аномально низкому предложению (АНП).

Мы предполагаем, что резервная цена, максимальное количество баллов, присуждаемых ценовым предложениям (nn), и пороговая цена равны 1 млн, 30 и 0 евро соответственно для правил и линейного, и параболического начисления баллов.

12.3.3.1. Однородное распределение

При сравнении правил начисления баллов (см. табл. 12.2 и рис. 12.3) мы обнаруживаем следующее:

• при As, Hs и Ls балл растет линейно по мере уменьшения цены; при As балл растет до средней заявки, тогда как при Hs балл растет до самой низкой заявки и при Ls он растет до нулевой ценовой заявки;

• Lo и Ps нелинейны;

• при As и Ls назначается вся доступная разность баллов; при As назначается нулевой балл самой высокой заявке и самый высокий балл – равным ей заявкам и заявкам ниже средней; при Ls нулевой балл назначается самой высокой заявке, а максимальный балл только самой низкой заявке;

• при Lo, Ls и Ps не назначается вся доступная разность баллов.

Вообще, при Lo никогда не назначается вся разность баллов, потому что при Lo всегда присуждает строго положительный балл самой высокой заявке, тогда как при Ls и Ps присуждаются вся разность баллов, только когда самая высокая заявка равна резервной цене и самая низкая заявка равна ценовому порогу.

Таблица 12.2. Равномерное распределение

При однородном распределением заявок эти правила начисления баллов являются довольно гетерогенными относительно обеспечиваемого ими стимула для ценовой конкуренции. Следовательно, когда участники асимметричны, стимулы конкурировать по цене могут претерпеть значительные изменения в зависимости от принятого правила начисления баллов.

Рис. 12.3. Равномерное распределение

12.3.3.2. Концентрированное распределение по высоким ценам и аномально низкому предложению

Когда распределение заявок сконцентрировано в зоне высоких цен, но есть одно аномально низкое предложение (см. табл. 12.3 и рис. 12.4), мы имеем следующее:

• при As, Lo и Hs по-прежнему назначается максимальный доступный балл, тогда как при Ps и Ls, соответственно, назначается балл, немного меньший максимального и составляющий примерно 2/3 от него;

• разность баллов между аномально низким предложением и второй лучшей заявкой равна нулю при As, подобна при Ls, Ps и Lo и очень значительна при Hs;

• аномально низкое предложение не меняет разность баллов среди всех других заявок при Ls и Ps, но влияет на них при альтернативных правилах начисления баллов, особенно при Hs.

Таблица 12.3. Концентрированное распределение по высоким ценам и аномально низкому предложению

Рис. 12.4. Свод графиков распределения по высоким ценам и АНП (ALP)

12.3.4. Начисление ценовых баллов, поведение поставщиков и стимулы

Стимул подавать заявки на цену меняется при различных правилах начисления баллов. Стимулы конкурировать по цене и, таким образом, по эффективно поданным ценовым заявкам могут в значительной степени различаться: при прочих равных условиях мы ожидаем более низкие цены от «конкурентных» правил начисления баллов. В таблице 12.4 мы представляем в суммарной форме результаты, полученные путем относительного сравнения правил начисления баллов. Каждое правило начисления баллов сравнивается по четырем характеристикам: простота, предсказуемость, конкуренция и чувствительность к распределению заявок. Сравнение проводится в относительном, но не абсолютном выражении. Шкала оценки колеблется от 0 до 3. Ls и Ps, которые мы рекомендуем закупщикам, являются самыми простыми и самыми предсказуемыми, главным образом потому, что они не чувствительны к распределению заявок. Хотя они имеют тенденцию давать более слабый стимул для ценовой конкуренции относительно Lo и Hs, мы напоминаем закупщикам, что ценовая конкуренция может быть точно отрегулирована при использовании ценового порога и максимального количества баллов (nn).

Таблица 12.4. Сравнение правил начисления баллов на основе некоторых ключевых особенностей

Примечание: ноль обозначает минимальный уровень; три обозначает максимальный уровень.

12.3.5. Правила начисления баллов и договорные неустойки

Правила начисления баллов играют ключевую роль в определении штрафов, которые покупатель налагает в случае нарушений контракта. Здесь, как и в других случаях, особенно большое влияние оказывает свойство предсказуемости. Представьте подрядчика, который обязался поставить товар определенного качества, X (например, 15-дюймовые мониторы для персональных компьютеров), но поставил товар, по качеству уступающий X, скажем, Y (например, 14-дюймовые экраны). Какой штраф следует наложить? Ответ зависит от MVP. Если разница между Х и Y соответствует баллам Ζ в правиле начисления баллов, то штраф должен равняться MVP × Ζ. Таким образом, покупатель получает компенсацию за снижение качества поставленного товара в виде соответствующей денежной стоимости. В примере 12.3 (см. подраздел 12.2.2) правильный штраф будет 500 евро за дюйм. Штрафы и правила начисления баллов должны быть установлены в согласованном порядке, а такая согласованность может быть четко обеспечена, только если MVP известен априори.

Другой важный момент состоит в том, что штрафы, налагаемые за различные технические аспекты, должны отражать свою относительную важность. Например, если вес технических параметров «размер экрана» 60 баллов и «оперативная память» 30 баллов, то штраф за экран должен быть в два раза выше, чем за аспект оперативной памяти, иначе «номинальная» предварительная стоимость пункта технических аспектов 2:1 будет отличаться от «реальной» стоимости штрафа де-факто, что может создать неверные стимулы для участников. Например, если отношение стоимости экрана и оперативной памяти составляет 3:1, то относительная стоимость штрафа оперативной памяти «слишком низка» по сравнению со стоимостью штрафа экрана. Участник мог бы склониться к тому, чтобы предварительно взять на себя обязательство поставить очень мощный персональный компьютер, получив за это много баллов в относительном выражении, но затем по факту поставить менее мощный компьютер, поскольку соответствующий штраф необременителен. Такая ситуация имеет отрицательные последствия и для покупателя, и для поставщиков. Один из участников, особенно эффективный в производстве больших экранов, штрафуется по неверному штрафному правилу. Это может иметь негативное воздействие на результаты торгов, так как покупатель фактически не вознаграждает заявки, которые больше всего соответствуют его предпочтениям. Глава 4 посвящена анализу проблем заключения контракта и штрафов.

12.4. Связь с другими главами

Проблема аномально низких предложений (АНП) может представлять особый интерес в контексте закупок по двум основным причинам. Во-первых, фирмы, которые предлагают очень низкие цены, чтобы выиграть контракт, могут подвергнуться рискам невыполнения обязательств во время осуществления поставки, в результате чего ущерб понесет как покупатель (незавершение поставки), так и подрядчик (банкротство). Проблемы АНП и пути их решения подробно рассматриваются в следующей главе: усеченные аукционы и поручительские гарантии – некоторые инструменты, предлагаемые нами для предотвращения АНП. Во-вторых, агрессивное снижение цены может привести к тому, что фирмы снизят неконтрактуемое качество де-факто, таким образом ухудшая общее качество поставки и уменьшая удовлетворенность потребителя. В Главе 4 речь идет о неконтрактуемом качестве.

12.4.1. Правила начисления баллов и аномально низкие предложения

Мы кратко обсудим, можно ли использовать правила начисления баллов в качестве дополнительного инструмента в борьбе с низкими ценами заявок, и если можно, то как. Простой и общий принцип состоит в том, что жесткая ценовая конкуренция не особенно помогает предотвратить АНП, а, напротив, может усилить подачу таких заявок. Следовательно, форматы конкурентных торгов и правила начисления баллов, которые придают меньшее значение ценовому аспекту, могут в некоторой степени помочь в этом вопросе. Явный недостаток этого варианта в том, что покупатель теряет возможность потенциальной экономии затрат, если ценовая конкуренция ослаблена. Например, правила начисления баллов по средней заявке (As) могут предотвратить аномально низкое предложение, поскольку ни у кого из участников нет стимула отклоняться от средней цены. Но это полностью исключает какую бы то ни было конкуренцию среди участников, и покупатель может не иметь возможности отбирать участников, если они все подают одинаковые ценовые заявки. Соответственно, такие правила начисления баллов, как As, в целом не рекомендуются.

Другие правила начисления баллов лучше подходят для ограничения АНП, без отказа от положительных аспектов, являющихся результатом ценовой конкуренции. В частности, параболическое начисление (Ps) и линейное начисление (Ls) с ценовым порогом – два правила начисления баллов, которые могут быть точно настроены покупателем без потери их полезных свойств простоты и предсказуемости. Ценовой порог – это нижняя граница по цене, так как он не позволяет участникам увеличивать свой балл с дальнейшим снижением цены. Вводя ценовой порог, покупатель может достигать цели ухода от слишком низких предложений, если он полагает, что есть критический уровень цены, ниже которого маржа прибыли недостаточна, чтобы подрядчик мог обеспечить выполнение последующих приемлемых действий[311].

Параболическое начисление баллов (Ps) также может быть приспособлено для ограничения дополнительных баллов, которые получает один участник посредством предельного сокращения цены. Покупатель может установить параболическое правило начисления баллов таким образом, чтобы ниже определенного уровня цены, скажем, P, кривая начинала стремиться к прямой, с тем чтобы с уменьшением цены балл возрастал еще медленнее. Это гарантирует, что дальнейшие скидки на цену ниже P дадут участнику незначительный дополнительный балл (или, симметрично, чтобы увеличить балл, участник должен снизить цену значительно ниже P). Действительно, при параболическом начислении денежная стоимость пункта уменьшается в цене. Далее для поставщика становится более затратным подавать заявки на ценовой стороне с уменьшением цены, в то время как ему относительно более удобно подавать заявки на технической стороне. Так как параболическое начисление делает предельное снижение цены более дорогостоящим по более низким ценам в сравнении с более высокими ценами, это может быть одним из способов препятствования агрессивной подаче заявок на низкие цены.

12.4.2. Неконтрактуемое качество

Правила начисления баллов используются для управления контрактуемым качеством, а именно, аспектами качества, которые могут быть определены в контракте и проверены по факту. Например, гигабайты и размер экрана персонального компьютера – это технические аспекты, которые могут быть указаны и оценены в контракте закупок персональных компьютеров. Решающую роль играет то, что они поддаются проверке ex post, так как агентство по закупкам может непосредственно проверить и доказать в суде, что закупленные компьютеры отвечают обещанным техническим характеристикам. Качество неконтрактуемо, когда покупатель не может определить в контракте некоторые важные аспекты, потому что их слишком затратно или слишком трудно контролировать или проверить третьим лицам. Например, в закупках консультационных услуг, если консультанты менее квалифицированы и опытны, чем было обещано/ожидаемо, покупателю трудно продемонстрировать это несоответствие в суде. Во второй части Главы 3 эти проблемы рассматриваются более подробно с примерами.

К сожалению, неконтрактуемым качеством нельзя управлять через правила начисления баллов. Предусмотренные правила начисления баллов позволяют покупателю эффективно следить только за контрактуемым качеством. Мы упоминали ранее, что правила начисления баллов могут быть приспособлены (например, при помощи ценовых порогов) для ограничения риска неисполнения обязательств подрядчиками. Однако они не гарантируют удовлетворительные фактические действия по неконтрактуемым измерениям качества. Независимо от полученной оплаты подрядчик всегда может увеличить прибыль, минимизируя уровень качества товаров/услуг, если такое качество является неподдающимся проверке. Ценовой порог призван препятствовать банкротству подрядчиков вследствие чрезвычайно низких заявок, но он неэффективен для гарантирования адекватных фактических действий, когда качество неконтрактуемо. Глава 3 показывает, что достаточная динамика (например, двойной сорсинг, репутация) и/или стимулы в пределах контракта (например, обновления, премии, штрафы) могут эффективно уменьшить стимул для невыполнения поставщиками своих обязательств в полном объеме по неконтрактуемым аспектам качества. Проблема неконтрактуемого качества также обсуждается в Главе 18 в контексте оптимальной разработки механизмов репутации (обратной связи) для электронных платформ (электронных торговых площадок).

12.4.3. Правила начисления баллов в сравнении с минимальными стандартами качества

Основанные на баллах конкурентные торги (конкурсы) используются, когда качество является важным компонентом контракта закупок. Тем не менее качество может также приниматься во внимание при проведении конкурентных торгов на основании только цены, когда введены минимальные стандарты. Минимальные стандарты позволяют участникам конкурировать по цене, только если они удовлетворяют некоторые минимальные требования к техническим аспектам/уровню качества. Торги проходят в два этапа. На первой стадии оцениваются технические требования. Участники, не отвечающие требованиям на первой стадии, выбывают, тогда как всем участникам, удовлетворяющим требованиям, разрешается конкурировать по цене на второй стадии.

Минимальные стандарты (ценовой аукцион) рекомендуются всякий раз, когда покупатель может определить заранее все необходимые технические параметры, которые представляют для него большую важность, и если он в действительности не сталкивается с компромиссом между ценой и качеством. Если, наоборот, стоит проблема компромисса соотношения цена-качество, то торги на основе баллов будут более гибким форматом, который агентство по закупкам может использовать в своих интересах[312].

12.5. Заключительные замечания

Закупочные контракты часто присуждаются с учетом не только цены, но и других атрибутов. Присуждение этих контрактов предполагает использование торгов на основе баллов и определение точного правила начисления баллов. Правила начисления баллов позволяют покупателю найти нужный баланс между ценой и неценовыми атрибутами (качество) согласно своим предпочтениям.

В этой главе рассматривались выбор и механизмы правил начисления баллов. Мы обсудили, как покупатель может установить правило начисления баллов, с тем чтобы решить типичную проблему соотношения цена-качество, возникающую в любом контексте закупок. Один из эффективных способов такого решения состоит в том, чтобы определить простое и предсказуемое линейное правило начисления баллов. Мы представили некоторые практические выводы для сравнения различных общих типов правил начисления баллов. Анализ сценария может помочь в понимании того, какое правило начисления баллов может лучше действовать в конкретном контексте.

Краткий обзор литературы

В работе [Laffont, Tirole, 1987], содержащей плодотворные идеи, изучалась проблема закупок на основе частной информации с учетом только цены (предельные производственные издержки известны фирме/поставщику, но не покупателю). Авторы установили, что при стандартных условиях оптимальный конкурентоспособный механизм (с точки зрения максимизирования выгоды покупателя) принимает форму конкурентных торгов, в которых каждая фирма подает денежную заявку с целью стать единственным поставщиком; победителем является участник, предложивший самую высокую цену, и он получает вторую самую высокую цену. Кроме того, авторы показывают результат «разделения между фильтрацией[313] и отбором[314]». Эффект конкуренции состоит в том, чтобы уменьшить (но не устранить) чистую сумму платежей, выплачиваемую победителю; в частности, усилия фирмы-победителя, предпринимаемые для поставки товара, будут такие же, как если бы у нее не было конкурентов. Авторы работ [Dasgupta, Spulber, 1990; Che, 1993] дополняют эти результаты, обращая главное внимание на то, как реализовать оптимальный механизм через систему, основанную на баллах.

В статье [Dasgupta, Spulber, 1990] рассматривается проведение аукционов с заявками на единицу товара, где фирмы подают заявки на единицу против данного количества. Че [Che, 1993] анализирует случай, когда фирмы делают заявки как на цену, так и на качество, и заявки оцениваются по правилу начисления баллов. Он рассматривает три схемы конкурентных торгов, «первый балл», «второй балл» и «второе привилегированное предложение». В первой схеме с использованием баллов каждый участник подает запечатанную заявку и, победив, предоставляет предлагаемое качество по предлагаемой цене. В двух других схемах победителем является участник, получивший самый высокий балл, и при этом требуется, чтобы он соответствовал самому высокому отклоненному баллу (в случае второго привилегированного предложения победитель должен соответствовать точной комбинации цены-качества самой высокой отклоненной заявки, тогда как никакие подобные ограничения не налагаются во второй схеме с баллами). Схемы, подобные этим, связаны с методами, применяемыми Министерством обороны США. Че [Che, 1993] подчеркивает, что важную роль играет степень приверженности покупателя правилу начисления баллов, которое, возможно, не соответствует его истинным предпочтениям. Если такой приверженности не существует и единственное выполнимое и надежное правило начисления баллов – это перечень истинных предпочтений покупателя, то все три схемы, предложенные автором, для покупателя равноценны. Это двумерный (цена/качество) эквивалент теоремы эквивалентности дохода. Автор также находит, что аукционы с первым и вторым баллом дают лучший уровень качества, который оказывается чрезмерным с точки зрения покупателя, так как покупатель несет расходы в связи со своим невыгодным положением в плане информированности. Если, напротив, покупатель станет придерживаться правила начисления баллов, ему нужно будет «недовознаградить» качество относительно своих истинных предпочтений. Действуя так, как будто его не очень заботит качество, покупатель может увеличить конкуренцию среди поставщиков в ценовом измерении и в итоге заплатить уменьшенную цену. Это результат «предубеждения против качества». В работе [Branco, 1997] распространяется результат, полученный Че [Che, 1993], на случай аффилированных затрат для поставщиков.

В исследовании [Asker, Cantillon, 2005] рассматриваются оптимальные закупки, когда у каждого поставщика есть частная информация о двух компонентах его структуры издержек (установленная и предельная стоимость обеспечения качества). Многомерность значительно усложняет проблему. Авторы показывают, что многие результаты одномерных торгов изменяются в многомерной схеме. Например, результат «разделения» [Laffont, Tirole, 1987][315] более недействителен. Результат «предубеждения»[316] [Che, 1993] также меняется в многомерном контексте[317], потому что оптимальная схема теперь иногда требует, чтобы поставщик с высокими предельными издержками чаще выигрывал торги, как диктуется эффективностью. Авторы также сравнивают действие оптимальной схемы с действием двух закупочных процедур, используемых на практике: «квазилинейное» правило начисления баллов и переговоры. Балл квазилинеен, когда для его начисления используется правило, линейное по цене (о применении квазилинейного правила начисления баллов, используемого для закупок резервного запаса электричества в США, см.: [Chao, Wilson, 2005]). Аскер и Кантийон [Asker, Cantillon, 2005] считают, что эффект переговоров обычно неудовлетворителен, и покупателю вы годнее использовать конкурентный механизм, чем вступать в переговоры. Они также находят, что оптимальный квазилинейный конкурентный механизм – лучший заменитель для оптимального механизма, чем другие механизмы, при увеличении числа поставщиков.

В статье [Burguet, Che, 2004] рассматривается вариант, когда закупками управляет коррумпированный агент, который может манипулировать оценкой предложений в обмен на взятки. Оптимальное правило начисления баллов для покупателя в этом контексте должно преуменьшать роль качества относительно цены, чтобы смягчить искажающие эффекты коррупции. Случай аномально низких предложений и меры по их предотвращению рассматриваются в работе [Calveras et al., 2004].

Источники

Asker J., Cantillon E. Optimal Procurement When Both Price and Quality Matter. Mimeo. 2005.

Branco F. The Design of Multi-dimensional Auctions // Rand Journal of Economics. 1997. 28 (1). Р. 63–81.

Burguet R., Che Y.-K. Competitive Procurement with Corruption // Rand Journal of Economics. 2004. 35 (1). Р. 50–68.

Calveras A., Ganuza J., Hauk E. Wild Bids. Gambling for Resurrection in Procurement Contracts // Journal of Regulatory Economics. 2004. 26. Р. 41–68.

Chao H.-Po, Wilson R. Incentive-Compatible Evaluation and Settlement Rules: Multidimensional Auctions for Procurement of Ancillary Services in Power Markets // Journal of Regulatory Economics. 2002. 22 (2). Р. 161–183.

Che Y.-K. Design Competition through Multi-dimensional Auctions // Rand Journal of Economics. 1993. 24 (4). Р. 668–680.

Dasgupta S., Spulber D.F. Managing Procurement Auctions // Information Economics and Policy. 1990. 4. Р. 5–29.

Laffont J.-J., Tirole J. Auctioning Incentive Contracts // Journal of Political Economy. 1987. 95 (5). Р. 921–937.

13 Управление рисками заявок

Андреас Энгель, Хосе Гануса, Эстер Хаук, Ахим Вамбах

13.1. Введение

Государственные закупки «страдают» от банкротства. В Соединенных Штатах в период между 1990 и 1997 гг. обанкротилось более 80 тыс. подрядчиков, оставив незавершенными частные и государственные строительные проекты с долгами, превышающими 21 млрд долл.[318]. Банкротство очень затратно для покупателя: прямые издержки банкротства (например, административные расходы или расходы на юристов) варьируются между 7,5 и 20 % поступлений от ликвидации; косвенные издержки (например, задержки и другие потери), по оценкам, значительно превышают прямые[319]. Банкротство может возникнуть, когда платеж (и, следовательно, выигравшая заявка) ниже возможной стоимости реализации проекта. Почему поставщики готовы подавать заявки ниже возможной стоимости реализации проекта? На этот вопрос есть три основных ответа: (1) победивший поставщик недооценивает расходы и подает заявку слишком оптимистично; это явление известно как «проклятие победителя» и изучается в Главе 6; (2) выбранный поставщик планирует пересмотреть контракт позже, когда для покупателя замена действующего подрядчика будет очень дорогостоящей; этот пересмотр создает перерасход средств для покупателя и прибыли для действующего подрядчика, которые не учитываются в заявке и обсуждаются в Главе 5[320]; и (3) агрессивные заявки могут также быть связаны с поставщиками в тяжелом финансовом положении, которые борются за выживание, принимая рискованную стратегию. Возможность объявления себя банкротом предполагает, что фирмы-поставщики имеют ограниченную ответственность. Если дела идут слишком плохо, фирма просто закрывается. Таким образом, возможные потери поставщика ограничены, в то время как возможные выгоды не ограничены. Это влияет на поведение поставщика на торгах и приводит к рискованным для покупателя заявкам. В данной главе мы сосредоточим внимание на третьем источнике агрессивного поведения на торгах: ограниченной ответственности. Мы подробно опишем влияние ограниченной ответственности на подачу заявок и обсудим и предложим возможные средства защиты.

13.2. Влияние ограниченной ответственности на подачу заявок

Логическая схема, согласно которой ограниченная ответственность приводит к увеличению вероятности банкротства, следующая: поскольку, когда подрядчики включаются в процесс закупок, стоимость проекта неясна, они сталкиваются с риском того, что реализация стоимости будет выше или ниже рассчитанной[321]. Вследствие возможности объявления банкротства потери выигравшего поставщика ограничены в случае высокой стоимости. Однако, если проект идет хорошо, подрядчик принимает в нем активное участие. Ограниченная ответственность, следовательно, изменяет отношение к риску[322]. В большинстве видов экономической деятельности фирмы отвергают риск. Как мы видели в Главе 5, в данном случае покупатель создает контракт так, чтобы учесть страх поставщиков перед риском. Тем не менее в области закупок с ограниченной ответственностью «хорошие новости» (низкая стоимость реализации) – всегда хорошие новости, в то время как «плохие новости» могут не иметь такого значения. Таким образом, поставщики склонны больше рисковать, подавая заявки более агрессивно. Следовательно, победившая заявка и также ожидаемые выплаты будут ниже, чем выплаты в варианте с неограниченной ответственностью. Это ведет к еще более высокой вероятности банкротства[323].

Примечание 1. Эффект ограниченной ответственности: ограниченная ответственность ведет к более агрессивной подаче заявок, чем неограниченная ответственность, поскольку потери поставщика ограничены, а доходы не ограничены.

Теперь мы рассмотрим это явление и последствия ограниченной ответственности в простой ситуации конкурентных торгов на закрытом аукционе со второй ценой (далее SPSB)[324].

Рассмотренный ниже пример 13.1 очень прост, особенно с учетом того, что все фирмы имеют одну и ту же стоимость. В целом, фирмы гетерогенны. Одно из главных преимуществ использования конкурентных торгов для проектов закупок, помимо сокращения оплаты, состоит в том, что конкуренция помогает покупателю выбрать наиболее эффективного поставщика для реализации проекта. Мы внесем изменение в предыдущий пример, чтобы показать, что ограниченная ответственность может свести на нет это преимущество.

Пример 13.1.

Покупатель использует формат конкурсных торгов SPSB для закупки проекта с 50‑процентной вероятностью того, что проект будет иметь низкую стоимость 2 или высокую стоимость 4. В торгах участвует много идентичных потенциальных поставщиков. Если проблема ограниченной ответственности не стоит, так как у поставщиков «глубокие карманы» (большие бюджеты), с тем чтобы они могли в полной мере учесть потери без риска банкротства, то каждый поставщик подаст заявку на ожидаемую стоимость 3. В случае низких издержек подрядчик получит положительную прибыль в размере 1, в случае высоких расходов поставщик понесет потери в размере 1. Если, напротив, поставщики не располагают бюджетом и поэтому не могут понести потери, существует 50‑процентная вероятность, что при выплате в размере 3 они обанкротятся. Тем не менее при выплате в размере 3 поставщик может получить положительную прибыль: существует 50‑процентная вероятность, что затраты будут низкими, и поставщики получат прибыль в размере 1, тогда как в случае высокой стоимости они объявят о банкротстве и не понесут никаких потерь. Конкуренция между поставщиками приведет к понижению заявок до уровня 2. Заметьте, что это снижение цен не будет хорошей новостью для покупателя, так как неисполнение повлечет за собой дополнительные расходы (в дополнение к прямым и косвенным расходам, упомянутым выше, это могут быть расходы на пересмотр условий или повторное приобретение контракта): если стоимость реализации низка, покупатель просто оплачивает эту стоимость следующему поставщику. Однако, если фактические издержки высоки, покупателю придется искать нового поставщика, которому он будет вынужден заплатить в размере 4, чтобы иметь возможность завершить проект. Следовательно, расходы покупателя в рамках ограниченной ответственности всегда выше, чем в рамках неограниченной ответственности.

Примечание 2. Если поставщики имеют приблизительно одинаковый бюджет, но различные затраты, ограниченная ответственность может лишить конкурентные торги способности выбора наиболее эффективного поставщика.

В примере 13.2 неэффективный поставщик с риском банкротства имеет такие же шансы выиграть контракт, как и эффективный поставщик без риска банкротства. Если мы рассмотрим случай, когда поставщики отличаются относительно бюджета, ситуация может быть гораздо хуже: конкурентные торги могут не только потерпеть неудачу в отборе лучшего поставщика; фактически, мы покажем, что так можно выбрать худшего поставщика, а именно, поставщика с наибольшей вероятностью банкротства[325].

Пример 13.2.

Представим такую же ситуацию, как в примере 13.1, со следующими изменениями. Теперь есть один поставщик с другой структурой расходов: а именно, с той же нижней стоимостью в размере 2, но с верхней стоимостью в размере 6. Если проблема ограниченной ответственности не стоит, этот неэффективный поставщик никогда не выиграет контракт. Допустим, все поставщики имеют бюджет в размере 1. Для простоты предположим, что конкурентные торги проходят в форме SPSB. Эффективные поставщики заявят ожидаемую стоимость в размере 3: в случае высоких затрат они смогут компенсировать потери в размере 1 бюджетом в размере 1. Неэффективные поставщики будут также заявлять стоимость в размере 3: при низких затратах они получат прибыль в размере 1, при высоких затратах потери ограничатся их бюджетом, а именно, 1. Поскольку все поставщики подают одинаковые заявки, неэффективный поставщик получает некоторую возможность выиграть контракт. В этом случае ограниченная ответственность разрушает способность конкурентных торгов производить отбор, в то же время допуская возможность банкротства.

Пример 13.3.

Рассмотрим пример 13.1 со следующим изменением: все поставщики имеют бюджет 1, но один поставщик имеет бюджет 0. Как объяснялось ранее, поставщик с бюджетом 1 будет подавать заявку на 3 без риска банкротства. Однако поставщик с бюджетом 0 будет подавать более агрессивную заявку, так как его потери будут меньше в случае реализации высокой стоимости. По сути, он сделает заявку на 2: с 50-процентной вероятностью стоимость будет низкой, и поставщик получит прибыль 1 (поскольку все остальные заявят 3, оплата будет 3); с 50-процентной вероятностью затраты будут высокими, и поставщик объявит банкротство, потеряв бюджет, равный нулю.

Примечание 3. Если поставщики имеют различные бюджеты, но почти одинаковые затраты, поставщик с самым низким бюджетом и, следовательно, самым высоким риском банкротства, вероятнее всего, станет тем поставщиком, который выиграет контракт.

Пример 13.3. описывает ситуацию, которая очень распространена в закупках: с одной стороны, есть ряд «здоровых» поставщиков (те, кто в примере заявляет 3), которые всегда могут завершить проект и подают заявки в районе ожидаемой стоимости. С другой стороны, существуют некоторые потенциально неплатежеспособные поставщики, которые могут выиграть контракт, подавая заявки явно ниже ожидаемой стоимости. Эти низкие заявки называют аномально низкими предложениями (АНП)[326].

13.3. Управление рисками заявок

Естественным средством от многих экономических проблем является увеличение конкуренции. Однако для АНП и других ситуаций, где имеет значение риск в условиях ограниченной ответственности, девиз «чем больше конкуренция, тем лучше» не работает. Поскольку увеличение конкуренции сократит платеж, естественным образом увеличится вероятность банкротства. Так как стоимость банкротства является потенциально очень высокой, такое снижение цены может нанести вред покупателю. Более того, в ситуации, когда поставщики имеют разные бюджеты (финансовые потенциалы) и конкурентные торги приводят к неблагоприятному выбору наименее платежеспособной фирмы, чем интенсивнее конкуренция, тем более вероятно, что выбранный подрядчик – фирма в очень плохом финансовом положении. Таким образом, конкуренция может даже усугубить проблему АНП. Тем не менее, если поставщики отличаются по эффективности, то конкуренция – главный инструмент для отбора более эффективного поставщика в противовес менее эффективным. Следовательно, необходим компромисс. Существует, в целом, три стратегии противодействия проблеме АНП: (1) ослабление конкуренции с целью увеличить закупочный платеж; (2) разработка механизма за купочного процесса таким способом, чтобы вероятность присуждения тендера более платежеспособным поставщикам была выше, чем вероятность его присуждения менее платежеспособным поставщикам; и (3) снижение воздействия несостоятельных подрядчиков. Далее мы обсудим некоторые основанные на этих стратегиях средства для предотвращения аномально низких предложений.

13.3.1. Выбор правильного формата конкурентных торгов

Поскольку поставщики склонны к риску в условиях ограниченной ответственности, стандартные форматы конкурентных торгов уже не эквивалентны доходу[327], они приведут к разным платежам и, соответственно, разным вероятностям банкротства. Для иллюстрации этого тезиса мы сравним поведение участников на английском и голландском аукционах[328]. На голландском аукционе цена устойчиво увеличивается, и первый поставщик, который принимает названную цену, получает контракт. На обоих аукционах поведение участников будет зависеть от альтернативных издержек осуществления проекта. Эта стоимость включает ожидаемую стоимость завершения проекта – в случае, если он будет завершен, и ожидаемые потери бюджета в случае банкротства. Заметьте, что эти альтернативные издержки будут «оптимистичны» для потенциально неплатежеспособных поставщиков, так как они ниже ожидаемой стоимости проекта в отсутствие банкротства. Однако эти аукционы отличаются по способу установления оплаты. Английский аукцион останавливается на цене на момент выбывания участника, предложившего вторую самую низкую цену. Следовательно, с точки зрения прогнозирования оплата неизвестна и обусловлена победой. На голландском аукционе оплата равна заявке победившего участника; следовательно, оплата известна и обусловлена победой. Поскольку эффект ограниченной ответственности склоняет поставщиков к риску, меньший риск значит меньшую прибыль, и, следовательно, голландский аукцион вызовет меньшую конкуренцию. Таким образом, поставщики будут подавать более агрессивные заявки на английском аукционе, и по мере снижения цены ожидаемая оплата также будет понижаться. По этой причине вероятность банкротства на английском аукционе, в целом, по меньшей мере столь же высока, или еще выше, чем на голландском аукционе[329]. Поскольку эффект ограниченной ответственности склоняет поставщиков к риску, английский аукцион (аукцион SPSB – закрытый аукцион со второй ценой) ведет к более агрессивной подаче заявок, чем голландский аукцион (аукцион FPSB – закрытый аукцион с первой ценой) потому что оплата на английском аукционе (аукционе SPSB) предполагает больший риск. Это наблюдение можно экстраполировать за пределы сравнения английских и голландских аукционов. Закупочные процессы, которые ведут к высокой неопределенности со стороны участников, вынуждают их вести себя более агрессивно, что увеличивает риск банкротства.

Практический вывод 1.

Избегайте закупочных процессов, которые увеличивают неопределенность для поставщиков.

Таким образом, голландский аукцион ведет к более высокой оплате и более низкому риску банкротства, чем английский аукцион. Однако в закупочном процессе есть другие факторы, которые могут влиять на выбор формата конкурентных торгов. Например, в случае наличия компонентов общей стоимости в структуре издержек и неопределенности и возникающего в результате проблемы «проклятия победителя» английский аукцион, как правило, превосходит голландский[330]. Что еще более важно, рейтинг фирм в этих двух форматах одинаков.

Другими словами, победивший поставщик всегда будет поставщиком с самыми низкими альтернативными издержками, который может оказаться участником как с самым низким бюджетом, так и с самой высокой вероятностью банкротства. Оба аукционных формата терпят неудачу в отборе здоровых фирм.

13.3.2. Изменение стандартных форматов конкурентных торгов: усеченный английский аукцион

Можно адаптировать стандартные форматы конкурсных торгов специально для предотвращения проблемы АНП. Одна из возможностей состоит в том, чтобы использовать усеченный английский аукцион, который работает следующим образом: закупочный процесс проходит в две стадии. На первой стадии определяется закупочный платеж. Это осуществляется посредством английского аукциона, который проводится до тех пор, пока не останется m (m > 1) поставщиков. Аукцион прекращается, когда выбывает поставщик с m + 1 самым низким предложением. Следовательно, закупочный платеж будет выше, чем на английском аукционе. На второй стадии выбирается конечный подрядчик. Поскольку дальнейшая ценовая конкуренция во втором раунде увеличила бы вероятность банкротства, покупатель должен – не вступая в дальнейшие переговоры – проверить предложения предварительно отобранных поставщиков m более тщательно (например, посредством дальнейшего отбора или комплексной экспертизы) и присудить контракт наиболее подходящему поставщику. В этом случае покупатель должен инвестировать средства в проверку лишь небольшого количества поставщиков, в результате получая больше информации о них. Довольно простой процедурой отбора (с теми же последствиями для платежа) могла бы стать «лотерея» среди оставшихся поставщиков. Лотерея – это особая форма нормированного распределения, где по данной цене спрос на контракты (поставщики) превышает предложение (единственный награждаемый контракт)[331]. Тогда как лотерею часто называют справедливым процессом распределения, она может также смягчить проблему АНП. Следуя логике вышеприведенного рассуждения, английский аукцион с нормированным распределением ведет к более высокой цене и более низкой вероятности банкротства, чем просто английский аукцион.

Пример 13.4.

Пять поставщиков с нулевым бюджетом и разными затратами вступают в английский аукцион по одному входному фактору. Каждый поставщик располагает или стоимостью c, или стоимостью c + Δ для предлагаемого товара, как показано в таблице ниже. Реализация каждой стоимости имеет 50-процентную вероятность.

Каждый поставщик готов оставаться на аукционе, пока не будет достигнута более низкая реализация стоимости. На английском аукционе поставщик А победит с платежом 2,8. Поскольку реализация стоимости поставщика А может быть 2,5 или 3,0, вероятность его банкротства составляет 50 %. Теперь рассмотрим усеченный английский аукцион при m = 2. Аукцион прекращается, как только поставщик с третьей самой низкой заявкой выбывает из аукциона. В этом случае поставщики А и B пройдут во второй раунд, и платеж будет 3,1. Если процедурой распределения будет лотерея, вероятность победы А составляет 50 %. Вероятность банкротства А равна нулю, поскольку платеж всегда выше, чем реализация стоимости. Поставщик B побеждает с вероятностью 50 % и имеет вероятность банкротства 50 % (стоимость выше, чем платеж). Таким образом, усеченный английский аукцион приводит к меньшей вероятности банкротства (25 % против 50 %) и более высоким ценам (3,1 против 2,8), чем английский аукцион. Недостаток этого метода в том, что второй раунд можно расценивать как произвольный. Механизм теряет прозрачность, являющуюся главным преимуществом любых конкурентных торгов. Кроме того, в то время как этот механизм уменьшает вероятность победы менее платежеспособного поставщика, он не дает преимущество более платежеспособным поставщикам.

13.3.3. Мультисорсинг

Диверсификация рисков означает, что покупателю не следует класть все яйца в одну корзину. Используя тот же принцип, покупатель может уменьшить риск банкротства посредством сорсинга более одного подрядчика. К примеру, производители автомобилей часто используют более одного подрядчика для производства узлов и деталей. Когда применяется мультисорсинг (также называемый дроблением присуждаемого (награждаемого) контракта), контракт делится на m подрядов (m > 1), и подрядчики получают доли контракта. Преимущество мультисорсинга с точки зрения закупочного риска состоит в гибкости, позволяющей платежеспособному подрядчику закончить лот несостоятельного подрядчика. Его недостаток в том, что цена в общем становится выше, чем в случае с одним подрядом. Мультисорсинг имеет и другие преимущества и недостатки, которые обсуждаются в Главах 4, 7 и 17. Например, если покупатель закупает, скажем, две равные доли, два победителя контракта должны превзойти третью лучшую фирму. Между двумя победителями нет никакой конкуренции[332].

Есть несколько вопросов, которые нужно решить при мультисорсинге. Необходимо определить, позволяет ли среда действительно сократить риски посредством мультисорсинга. В этом контексте мы обсуждаем ограничение возможностей и соотношение между рисками. Еще один вопрос относится к степени конкуренции и компромиссу между ценой и риском. Здесь мы даем рекомендации относительно того, какого правила следует придерживаться при делении контракта на доли, а именно, сколько делать долей и в каком размере.

Главное преимущество мультисорсинга с точки зрения риск-менеджмента – гибкость, позволяющая платежеспособному подрядчику закончить часть контракта, отданную несостоятельному подрядчику. Итак, первый шаг должен состоять в исследовании возможности такой замены подрядчиков. Замена могла бы быть невозможной (или очень дорогостоящей) из-за ограничения возможностей со стороны подрядчиков. Если из двух подрядчиков каждый получает заказ на 50 % от всего контракта, но и один, и другой могут обеспечить, скажем, максимум только 70 %, то эффект снижения риска посредством мультисорсинга сильно сокращается. Еще одна проблема возникает в случае, когда риски подрядчиков соотносятся друг с другом. Например, риски банкротства фирм в одной стране до некоторой степени взаимосвязаны, поскольку эти фирмы сталкиваются с одними и теми же политическими рисками, имеют одинаковые бизнес-циклы, возможно, подвергаются одинаковому риску в случае землетрясения и т. д. Таким образом, когда один подрядчик становится банкротом, вполне вероятно, что другой также окажется несостоятельным. Как следствие, если известно соотношение риска внутри группы (например, фирмы из одной страны), покупатель должен искать подрядчиков по другим критериям (например, фирмы из разных стран).

Как только принимается решение в пользу мультисорсинга, покупателю нужно определить количество и размер долей. В примере выше (50/50) ожидаемая оплата равна третьей самой низкой заявке. Но покупатель может добиться лучших результатов, т. е. может заключить контракт по более низкой цене примерно с той же вероятностью банкротства. Если покупатель закупит две неравные доли, скажем, 70/30, то ожидаемая цена всего контракта будет ниже, в то время как два подрядчика-победителя также будут конкурировать друг с другом. С правилом разделения 50/50 подрядчики конкурируют за то, чтобы войти в число тех двух участников, которые предложат самую низкую цену. С правилом разделения 70/30 подрядчики не только конкурируют за то, чтобы стать одним из двух участников с самой низкой ценой, но также и за то, чтобы получить бо́льшую долю. Следовательно, (теоретически) лучший сценарий мультисорсинга состоит в награждении согласно следующему правилу: победитель получает 100 % доли, все другие участники получают 0 % доли, и если победитель обанкротится, участник со второй самой низкой ценой может закончить проект, и т. д. В этом случае цена будет самой низкой возможной ценой, поскольку все подрядчики конкурируют максимально агрессивно за 100‑процентную долю. Кроме того, вероятность банкротства также минимизируется, поскольку существует много потенциальных подрядчиков, которые могут подключиться и закончить проект в случае необходимости[333]. Этот крайний случай демонстрирует компромисс, с которым сталкивается закупщик. Если затраты на замену подрядчика невысоки, закупщику выгоднее разделить большие доли контракта на меньшие с целью содействия конкуренции.

13.3.4. Вступительные взносы

Покупатель может также внести в процесс закупок дополнительные функции, такие как вступительные взносы. Вступительные взносы использовались, например, на большинстве европейских аукционов на продажу лицензий на частоты UMTS[334]. Чтобы увидеть, как вступительные взносы работают в структуре с ограниченной ответственностью, рассмотрим следующий момент: относительно эффективности затрат поставщики с высокой стоимостью и ожидаемой прибылью ниже, чем вступительный взнос, не вступают в процесс конкурсных торгов. Однако в него вступают поставщики с низкой стоимостью и более высокой ожидаемой прибылью. Таким образом, менее эффективные поставщики исключаются, и оплата, из-за меньшей конкуренции, в среднем становится выше (при прочих равных условиях), что уменьшает вероятность банкротства. Но вступительные взносы влияют также на поведение участников: участники с меньшим капиталом не будут вступать, если взнос превышает бюджет. Однако другие участники, которые вступают в торги, вынуждены заплатить взнос, неся некоторые убытки. Это приведет к более агрессивной подаче заявок и более высокой вероятности банкротства. Таким образом, воздействие вступительных взносов на вероятность банкротства неоднозначно. Поскольку вступительные взносы оплачиваются заранее, они подобны инструментам, которые мы обсудим в этом разделе, а именно, аккредитивам.

13.3.5. Поручительства третьих сторон: сравнительный анализ аккредитивов и поручительских гарантий

Еще одна возможность противодействия риску банкротства состоит в том, чтобы потребовать у поставщиков гарантии третьих лиц. Эти гарантии предназначены для того, чтобы обеспечить компенсацию покупателю в случае неплатежа, и предоставляются только конечным отобранным подрядчиком. Тем не менее все потенциальные поставщики знают заранее, какой тип гарантии требует покупатель, и договариваются о потенциальной плате за необходимую гарантию до того, как фактическая подача заявок будет иметь место. Только победитель торгов в действительности производит эту плату и вносит гарантию при присуждении ему проекта. Во время строительства победитель узнает истинные затраты проекта. Либо он завершает проект самостоятельно (если затраты не слишком высоки), либо покупатель получает компенсацию согласно гарантии.

Аккредитив (как правило, выдаваемый банком) является денежной гарантией владельцу. Аккредитив обеспечивается передачей в залог достаточных активов фирмы. Если аккредитив предъявляется владельцем на законных основаниях до истечения срока действия, владелец получает сумму, указанную в аккредитивном письме, в виде наличного платежа. Стоимость, которую должна внести фирма для получения аккредитива, зависит от размера аккредитива, но одинакова для всех фирм.

Поручительская гарантия (как правило, выдаваемая компанией-гарантом) является гарантией того, что фирма выполнит обязательство, заявленное в поручительстве. Поручительские гарантии обеспечиваются финансовым потенциалом (активами) компании-гаранта. Никакие активы фирмы не закладываются. В случае неплатежа поручитель, выписавший поручительскую гарантию (компания-гарант), действует одним из двух способов: он может или взять на себя обязательства по контракту (завершить проект), или уплатить сумму, указанную в поручительстве, покупателю. Стоимость, которую должна внести фирма для получения поручительской гарантии, зависит от конкретной фирмы. Наиболее распространенными формами гарантий, используемыми на практике, являются гарантии наличными, или аккредитивы, и поручительские гарантии. Конкретная природа аккредитива и поручительской гарантии изменяется в зависимости от страны. Таким образом, для облегчения дискуссии мы определим, что подразумевается под каждым типом гарантии. Будем использовать определения, которые делают эти два инструмента для борьбы с АНП как можно более отчетливыми.

Согласно этим определениям, выдача аккредитивов является безрисковой деятельностью для банка. Задача банка заключается в том, чтобы принять в залог достаточные активы фирмы и, в случае предъявления аккредитива, проверить законность его предъявления. Выдача поручительской гарантии рискованна: компания-гарант ставит под угрозу свои собственные активы и, следовательно, имеет стимулы для проверки поставщика, т. е. она попытается навести справки об эффективности поставщика и его финансовом потенциале. Преимущество проведения этой проверки фирмой-гарантом, а не покупателем состоит не только в том, что это в рамках ее специализации, но также и в возможности использования случайной информацию для оценки качества поставщика. Чтобы выдать гарантию, компания-гарант потребует от поставщика плату, которая определяется индивидуально для каждого поставщика и зависит от риска банкротства поставщика. Чем выше риск, тем выше вероятность, что поручительство будет использовано и, следовательно, тем выше плата[335].

Как эти различные гарантии влияют на поведение поставщика на торгах? Аккредитивы предполагают залог активов фирм и тем самым исключают поставщиков с бюджетом ниже требуемого для участия в торгах. Но в то же время аккредитивы уменьшают финансовый потенциал оставшихся поставщиков: для завершения проекта доступно меньше активов[336]. Снижая финансовую ликвидность, аккредитивы могут сделать из хороших фирм потенциально неплатежеспособных поставщиков с определенным риском банкротства. Кроме того, если требуется аккредитив фиксированного размера, то среди поставщиков, которые могут позволить себе аккредитив, самая низкая заявка по прежнему будет подана фирмой с самым низким бюджетом и, следовательно, самым высоким риском банкротства. Чтобы это увидеть, предположим, что все поставщики одинаково эффективны. Покупатель требует аккредитив определенного размера. Также предположим, что заложенные активы не могут использоваться в производстве. В этом случае все поставщики с активами меньше L не будут допущены к конкурентным торгам, в то время как доступные активы каждого оставшегося поставщика будут уменьшены на L, и все поставщики будут подавать более агрессивные заявки в соответствии с этими доступными активами. Так как поставщик с наименьшими активами может потерять меньше всех остальных, его заявка будет самой низкой.

Напротив, поручительская гарантия снижает риск банкротства, делая компанию-гаранта также ответственной за завершение контракта. Компания-гарант влияет на поведение поставщика на торгах, определяя размер платы, требуемой для поручительства в его финансовой ситуации. Худшее финансовое положение подразумевает более высокие альтернативные издержки для выдачи поручительства и, следовательно, более высокую плату. Так как плата передается покупателю, цена заявки будет выше. Но из-за более высокой цены заявки менее платежеспособных поставщиков будет больше, чем более платежеспособных. Это частично уравновешивает эффект того, что менее платежеспособные поставщики подают более агрессивные заявки, так как они могут меньше потерять. Логически, поставщики с ограниченным финансовым статусом (более низкий бюджет) должны внести более высокую плату, так как поручитель больше рискует, выдавая им гарантии. Следовательно, поставщики с более низким бюджетом должны поднимать цену заявки, чтобы покрыть внесенную плату и получить некоторую прибыль. Это уменьшает вероятность АНП. Это также подразумевает, что вероятность банкротства уменьшается и иногда даже полностью устраняется. Кроме того, некоторые потенциально неплатежеспособные поставщики становятся платежеспособными поставщиками с точки зрения покупателя. Поручитель закончит проект, если подрядчик будет испытывать финансовые затруднения, во всех случаях, когда гарантия превышает недостающий для завершения проекта бюджет.

Тогда как поручительские гарантии смягчают и иногда даже устраняют проблему аномально низких предложений, аккредитивы имеют тенденцию ее усугублять[337].

Практический вывод 2.

Страхование неплатежеспособности/поручительские гарантии (включающие принятие рисков, проверки и индивидуальную плату): ДА; гарантийные депозиты/аккредитивы (включающие непринятие рисков и одинаковую плату для всех): НЕТ.

Если поставщикам разрешается выбрать гарантию самостоятельно, маловероятно, что они выберут социально эффективный вариант, так как у них нет стимулов интернализировать «внешние эффекты», действие которых испытает на себе правительство из-за сделанного ими выбора. В странах, где поручительские гарантии недостаточно развиты, плата за поручительство может быть очень высокой, и строительная фирма, возможно, предпочтет предоставить аккредитив, так как он имеет более низкую стоимость и, следовательно, позволяет подать более агрессивную заявку. Покупателю, следовательно, нужно не просто требовать от подрядчиков какую-либо гарантию, но именно поручительство. Однако, поскольку цена поручительства передается покупателю, возникает вопрос, как устанавливать цену поручительства и как она зависит от организации рынка поручительских гарантий. Более того, аргумент в пользу поручительских гарантий предполагает, что компании-гаранты действительно выполняют свои обязательства в случае неплатежа подрядчика.

Это требует определенного регулирования вопроса о том, кто может действовать как гарант и об организации обеспечения поручительства.

Практический вывод 3.

Используйте поручительские гарантии, только если нормативная база гарантирует, что компании-гаранты имеют достаточный финансовый потенциал для выполнения своих обязательств.

Каким должно быть это регулирование? Данная ситуация очень похожа на регулирование банковских и других финансовых учреждений. Конкуренция – желательная цель, но защита прав менее информированной стороны (клиенты банка или покупатель в нашем случае) является необходимостью. Следовательно, нормативная база должна гарантировать, что поручительские гарантии не несут никакого риска для покупателя. Эта дискуссия ведет нас к более общему вопросу о том, почему регулирование гарантий предпочтительнее, чем регулирование непосредственно участников.

Регулировать гарантии легче, чем участников, по нескольким причинам: (1) число гарантий меньше, чем количество участников и (2) финансовый потенциал гарантии легче наблюдать. Расчет гарантии охватывает большую часть необходимой информации, в то время как в случае с участником также необходимо учитывать сложность технологии и уже существующие обязательства. Следовательно, при проверке участников приходится опираться на случайную информацию, и охарактеризовать эффективные регулирующие правила затруднительно. Наконец, учитывая комплементарность бизнес-поручительства с финансовым бизнесом, в целом, в этих двух видах бизнеса должно присутствовать нормативное взаимодействие.

Чтобы проиллюстрировать предыдущее обсуждение, мы кратко опишем организацию рынка поручительских гарантий в США, где поручительские гарантии широко используются, являясь юридически обязательными для всех федеральных контрактов на строительные работы стоимостью выше 100 тыс. долл. (закон Миллера).

В Соединенных Штатах Министерство финансов одобряет список корпоративных поручительских гарантий. Для каждой корпоративной гарантии Министерство определяет свой финансовый потенциал и устанавливает предельную гарантийную сумму, также называемую лимитом поручительства. Этот предел заявляет максимальную денежную сумму, которую компания может подвергнуть риску в поручительских гарантиях, и тем самым гарантирует финансовую устойчивость фирмы. Однако лишь немногие фирмы могут выдавать крупные поручительские гарантии, следовательно, конкурентоспособность рынка поручительства уменьшается с увеличением размера поручительской гарантии. Для смягчения этой проблемы принимается три меры: (1) разрешается совместное поручительство, т. е. для очень крупных проектов поручительства в меньшем размере выдаются несколькими компаниями-гарантами; (2) корпоративная компания-гарант может конкурировать за слишком большую поручительскую гарантию, так как она может превысить свой лимит поручительства, заключив контракты на поручительские гарантии с другими компаниями-гарантами; и (3) конкуренция увеличивается за счет разрешения частным лицам и неутвержденным компаниям действовать в качестве поручителя. Чтобы выступить гарантом, им необходимо представить в качестве залога определенные активы (наличные денежные средства, легко реализуемые на рынке активы или безотзывные аккредитивы) на сумму, равную поручительской гарантии. Данная мера имеет недостаток, состоящий в том, что частные лица могут не располагать опытом, необходимым для проверки поставщиков, и, следовательно, неверно оценить риск банкротства поставщика. Проверку нужно поручать специализированным фирмам, чей опыт позволяет уменьшить затраты на проверку и улучшить эффективность проверочных инструментов.

Лимиты поручительства или гарантии наличными необходимы, чтобы избежать невыполнения поручительских обязательств, но они, безусловно, уменьшают до определенной степени конкуренцию за крупные поручительские гарантии, тем самым увеличивая их цену. Это ведет к вопросу об оптимальном размере поручительства. Этот вопрос важен, даже если бы была полноценная конкуренция за поручительства любого размера. Мы предполагаем, что есть некоторые альтернативные издержки выдачи поручительства. Это подразумевает, что даже полностью платежеспособный поставщик должен будет внести некоторую плату за получение поручительства. Следовательно, для покупателя затратно увеличивать размер поручительства[338]. Тем не менее более высокая поручительская гарантия улучшает уровень платежеспособности выбранного подрядчика в двух отношениях: (1) если поручительство очень большое, поручитель всегда скорее предпочтет закончить проект, чем выплатить поручительство; и (2) потенциально неплатежеспособный подрядчик должен вносить более высокую плату для получения поручительской гарантии. Чем больше поручительство, тем больше эта плата: следовательно, тем больше вероятность, что подрядчик будет платежеспособной фирмой. Оптимальный размер поручительства для покупателя представляет собой компромисс между увеличением цены и увеличением ожидаемой платежеспособности выбранного подрядчика. На основании этого компромисса мы можем заключить, что оптимальный размер поручительства будет зависеть от рискованности проекта: он увеличивается при возрастании скрытой неопределенности и издержек банкротства и уменьшается с уровнем платежеспособности данной отрасли промышленности, так как фирмы становятся сильнее в финансовом отношении.

Практический вывод 4.

Увеличивайте размер поручительской гарантии с ростом рискованности проекта, где рискованность выражается в скрытой неопределенности и издержках банкротства покупателя.

В целом, может быть затруднительно получить точную оценку скрытой неопределенности проекта, и, следовательно, может быть трудно установить размер оптимальной поручительской гарантии. Тем не менее должна существовать возможность широкой классификации проектов по критерию их неопределенности. Например, покупатель должен требовать более низких поручительских гарантий для проектов, которые многократно предпринимались сходным образом ранее, и больших гарантий для инновационных проектов, исторический опыт осуществления которых мал. Такая широкая классификация улучшит существующий регулятивный механизм установления размера поручительской гарантии. Например, американская система требует поручительства, равного цене проекта. Эта система имеет свои слабости, так как она связывает размер поручительства с ожидаемыми затратами проекта. Данный недостаток легко можно исправить. Представьте, например, два проекта: один очень дорогостоящий, но в основе безрисковый, и второй с большой неопределенностью, но значительно более дешевый. Американская система предписывает более высокую поручительскую гарантию первому проекту, в то время как оптимальная система потребовала бы противоположного: второй проект более рискован, и поэтому поручительство для второго проекта должно быть выше.

13.4. Как не нужно предотвращать аномально низкие предложения

В этом разделе мы обсудим некоторые часто используемые правила противодействия непредусмотренным отрицательным последствиям АНП. Сначала мы обсудим способы идентификации АНП и их исключения из конкурсных торгов. Затем мы обратимся к методу средней заявки и способам открытой поддержки более слабых поставщиков[339].

13.4.1. Механизмы идентификации аномально низких предложений

Рабочая группа по АНП Европейской комиссии (1999 г.) предложила статистический метод для идентификации АНП. Он состоит в статистическом анализе прежних заявок, подававшихся на подобных проектах. Идея в том, чтобы на основании прошлых проектов со сходными характеристиками сделать заключение о размере АНП для данных торгов. Мы не рекомендуем этот механизм, главным образом, из-за двух недостатков. Во-первых, то, что было эффективно или возможно в прошлом, необязательно будет эффективно сегодня. Кроме того, многие общественные проекты в высшей степени уникальны, и, следовательно, будет трудно найти проекты, которые могут служить ориентиром. Второй недостаток менее очевиден: если такое правило ведет к другой обработке подаваемых заявок, фирмы, вероятно, будут подавать заявки по-другому, что, в свою очередь, меняет представление о том, что нужно считать АНП. Возьмем, например, метод, используемый во многих странах[340], который определяет предложение как аномально низкое, если оно на определенный процент ниже среднего значения всех заявок или ниже второй самой низкой заявки. Такие предложения или исключаются автоматически, или подвергаются тщательной проверке перед исключением[341]. Однако этот механизм не может быть успешным, так как он имеет стратегическое влияние на поведение участников. Предвидя исключение, фирмы будут предлагать более высокую цену. Также нет гарантии, что будет выбран финансово здоровый поставщик. Действительно, менее платежеспособные поставщики не будут исключаться из конкурентных торгов. Это означает, что менее платежеспособные поставщики всегда могут воспроизвести заявки финансово здоровых поставщиков (поскольку их минимальная заявка выше) и, следовательно, стать неотличимыми от финансово здоровых поставщиков. В то время как вероятность банкротства уменьшается из-за более высокой оплаты, конкуренция не исключает поставщиков с более высокой вероятностью банкротства из конкурентных торгов. Эта мысль развивается более подробно в следующем разделе.

13.4.2. Присуждение контракта по средней заявке

Исключение самых низких заявок из конкурсных торгов подобно методу средней заявки, где участник со средней ценой выигрывает контракт. Такой метод, или подобные методы, использовались в Италии, Перу и Тайване. В качестве альтернативы можно было бы предположить, что принятие второй самой низкой заявки как выигрышной является надлежащим правилом закупок (используемым, насколько нам известно, в Швейцарии). В этом случае поведение поставщиков на торгах опять будет затронуто данным изменением в правилах. В среде закупок это правило означает, что если правила определяют, что в конкурсе побеждает вторая самая низкая заявка (или средняя заявка), никто не захочет подавать низкую заявку. Поскольку все участники это предвидят, каждый будет поднимать свою заявку еще больше, что может привести к очень высоким заявкам. Таким образом можно устранить банкротство, но очень высокой ценой[342].

Аргументы относительно метода средней заявки сходны с вышеизложенными. Предположим, что каждый поставщик предлагает одну и ту же высокую цену; в этом случае все участники делают среднюю заявку, и все имеют одинаковые шансы получить контракт. И если один из них победит, он получит приличную прибыль, поскольку цена будет достаточно высока. Предложение любой другой цены значит удаление от средней заявки, и таким образом поставщик наверняка проиграет на торгах. Следовательно, предложение этой цены сохраняет равновесие. Поскольку все участники будут пытаться соответствовать только среднему значению, торги будут лишены конкуренции. Такие попытки предотвращения АНП приводят к нежелательным результатам, поскольку участникам выгодно не входить в число поставщиков с самой низкой ценой. Вообще, эти механизмы приводят к более низким (или нулевым) уровням банкротства, но за счет очень высоких цен.

Практический вывод 5.

Откажитесь от тех механизмов закупок, в которых участникам выгодно не входить в число первых.

Одной из проблем, еще более усложняющих этот анализ, является возможность ложных заявок. В некоторых случаях покупатель не контролирует, кто предлагает заявку и сколько заявок подал участник. Если действует правило победы средней заявки, подрядчику может быть выгодно предложить одну чрезвычайно высокую заявку, чтобы поднять среднее значение, и затем вторую заявку, близкую к ожидаемой средней. Подачу ложных заявок, также известных как подставные заявки, очень трудно проанализировать теоретически. Однако, поскольку стратегическое поведение в конкурсных торгах с ложными заявками очень сложно определить, видимо, лучше рекомендовать не разрабатывать механизм закупок с возможностью того, что ложные заявки могут стать привлекательными.

13.4.3. Субсидирование слабых фирм

Покупатель может располагать некоторой информацией о том, кто, возможно, является слабым поставщиком (например, местный подрядчик, малое или среднее предприятие и т. д.), имеющим меньше финансовых средств. Предположим, что покупатель хочет привлечь слабого поставщика к участию в торгах или по политическим причинам, или с целью развития конкуренции. Можно утверждать, что для того, чтобы снизить риск банкротства, следовало бы субсидировать более слабого претендента. Эта субсидия может принимать форму ценового предпочтения, премии или скидки. Такая схема используется, например, в некоторых странах, которые поддерживают национальные компании путем предоставления им скидок (например, закон «Покупайте американское» в государственных закупках США дает национальным фирмам скидку 6 % и мелким национальным фирмам скидку 12 %). Это правило, на первый взгляд, сокращает риски – благодаря субсидированию слабые участники будут банкротиться реже. Однако более внимательное рассмотрение последствий показывает, что субсидия имеет три эффекта, воздействующих на результат, два из которых могут увеличить риск для покупателя. Положительный эффект состоит в том, что, поскольку субсидия выплачивается в случае победы слабому поставщику, субсидируемая фирма должна будет покрыть меньше расходов. Таким образом, субсидируемые поставщики банкротятся реже. Два отрицательных эффекта следующие. Во-первых, поскольку субсидируемый поставщик может подать более низкую заявку, чем в отсутствие субсидии, на торгах будет больше конкуренции, и цены в целом будут ниже[343]. Следуя логике раздела 3.1 (ослабляйте конкуренцию, чтобы уменьшить риск), использование субсидий для развития конкуренции увеличит риск банкротства. Таким образом, этот эффект положителен с точки зрения более низких цен, но он не улучшает результат с точки зрения риска. Во-вторых, поскольку субсидия делает слабого поставщика более агрессивным, может так случиться, что слабый поставщик победит только благодаря скидке. В этом случае менее эффективный и менее платежеспособный поставщик обходит более эффективного и более платежеспособного поставщика, что опять же плохая новость для покупателя. Поскольку два отрицательных эффекта могут перевесить один положительный эффект, субсидирование более слабых участников не помогает уменьшить риск банкротства[344].

Поскольку субсидирование слабых участников склоняет их к подаче еще более агрессивных заявок, это увеличивает риск банкротства.

Практический вывод 6.

В случае ограниченной ответственности не субсидируйте более слабых участников.

13.5. Заключение

В этой главе мы выяснили, почему низкие цены могут быть плохой новостью для покупателя. Потенциально неплатежеспособные фирмы, защищенные ограниченной ответственностью, подают очень агрессивные заявки на проекте с неопределенными затратами, так как им нечего терять в случае банкротства. Если стоимость оказывается низкой, они получают прибыль; однако, если стоимость оказывается высокой, их убытки ограничены, так как они закрывают фирму. Такая агрессивная подача заявок известна как проблема аномально низких предложений, которая приводит к высокому риску банкротства, а также разрушает основную идею конкурентных торгов, основанную на выборе наиболее компетентного поставщика. Более того, сильная конкуренция может даже ухудшить результат. Тем не менее некоторая конкуренция все же может быть необходима для того, чтобы отобрать более эффективного поставщика и удержать цены под контролем. Потенциальные средства для решения этой проблемы заключаются в попытке уменьшения риска банкротства путем увеличения закупочного платежа и разработки механизма закупок таким образом, чтобы был выбран более платежеспособный поставщик. Эти средства также пытаются уменьшить воздействие банкротства на покупателя.

Увеличение платежа[345] является легкой задачей: такие меры, как минимальная заявка или формат конкурентных торгов, ослабляющий конкуренцию (например, усеченный английский аукцион), могут подойти для этой цели. Разработка механизма для выбора правильного поставщика более затруднительна. В то время как при использовании типичных форматов конкурентных торгов, вероятно, будет выбран поставщик с самым низким бюджетом, большинство мер (вступительные взносы, усеченный английский аукцион) устраняют смещение в пользу менее платежеспособного поставщика, но не позволяют гарантированно выбрать здоровую фирму. Для покупателя стоимость в случае банкротства может быть уменьшена посредством аккредитивов или мультисорсинга. Но эти инструменты также имеют недостатки. Мультисорсинг не всегда возможен и, в случае ограниченных возможностей или взаимозависимости между поставщиками, может не вести к сокращению риска. Аккредитивы имеют тенденцию ухудшать финансовое положение конкурирующего поставщика и могут сделать из некоторых хороших поставщиков потенциально неплатежеспособных поставщиков.

Тогда как не существует идеального средства от аномально низких предложений, поручительская гарантия, по-видимому, достаточно действенная мера: проверка делегируется частному сектору (некой компании-гаранту), который несет совместную ответственность в случае банкротства. Компания-гарант основывает плату за гарантию на финансовом положении фирмы и может отказать в поручительстве менее платежеспособным фирмам. Плата за поручительство выше для менее платежеспособных фирм, чьи заявки в результате значительно увеличиваются. Следовательно, смещение конкурентного механизма к менее платежеспособным поставщикам уменьшается. Более того, если выбранный подрядчик сталкивается с финансовыми трудностями, это не обязательно подразумевает стоимость банкротства для покупателя, потому что компания-гарант может закончить проект. В противном случае затраты банкротства уменьшаются на размер поручительской гарантии. Поручительские гарантии, таким образом, комбинируют три потенциальных способа уменьшения проблемы аномально низких предложений.

Краткий обзор литературы

Эффект ограниченной ответственности рассматривается в различных условиях в работах [Zheng, 2001; Calveras et al., 2002, 2004; Parlane, 2003; Board, 2005; Engel, Wambach, 2006a]. В исследованиях [Calveras et al., 2002, 2004] на аукционах закупок и в [Zheng, 2001] на стандартных аукционах на продажу анализируется поведение участников с различными бюджетами при подаче заявок и показывается, что самым агрессивным участником является участник с самым низким бюджетом. Действие различных аукционных форматов при ограниченной ответственности оценивается в работах [Parlane, 2003; Board, 2005; Engel, Wambach, 2006a]. Более подробная информация об аккредитивах и поручительских гарантиях содержится в статье [Calveras et al., 2004]. Функционирование поручительских гарантий на практике (главным образом, в Соединенных Штатах) описано в работе [Donohue, Thomas, 1996] или на информационном сайте о поручительствах (http://www.sio.org/). Регулирование методов предотвращения аномально низких предложений в Европе и в особенности в Испании обсуждается в статье [Calveras et al., 2002]. Об усеченном английском аукционе, мультисорсинге, вступительных взносах и дальнейший мерах по ослаблению конкуренции см.: [Engel, Wambach, 2006a]. Анализ национальной дискриминации (поддержка более слабых подрядчиков) и ее последствия, приводящие к банкротству подрядчиков, представлены в исследовании [Engel, Wambach, 2006b].

Источники

Arditi D., Koksal A., Kale S. Business Failure in the Construction Industry // Engineering, Construction and Architectural Management. 2000. 7 (2). Р. 120–132.

Arvan L., Leite A. Cost Overruns in Long-Term Projects // International Journal of Industrial Organization. 1990. 8 (3). Р. 443–467.

Bajari P., Tadelis S. Incentives Versus Transaction Costs: A Theory of Procurement Contracts // RAND Journal of Economics. 2001. 32 (3). Р. 287–307.

Board S. Bidding into the Red: A Model of Post Auction Bankruptcy: Working Paper. University of Toronto, 2005.

Calveras A., Ganuza J., Hauk E. Wild Bids. Gambling for Resurrection in Procurement Contracts // Journal of Regulatory Economics. 2004. 26 (1). Р. 41–68.

Calveras A., Ganuza J., Hauk E. Las bajas temerarias en las subastas de obras públiucas. Un análisis de la regulación española // Hacienda Pública. 2002. 162 (3). Р. 135–153.

Donohue D., Thomas G. Surety Bond Basics, Construction Briefings. Federal Publications, Inc., 1996.

Engel A., Wambach A. Insuring Abnormally Low Bids: Working Paper. Univerisity of Cologne, 2005.

Engel A., Wambach A. Public Procurement under Limited Liability. Forthcoming in the Journal (this year!): Rivista di Politica Economica. 2006a.

Engel A., Wambach A. A Note on National Discrimination in Procurement: Working Paper. University of Cologne, 2006b.

European Commission, Working Group on Abnormally Low Tenders. Prevention, Detection and Elimination of Abnormaly Low Tenders in the European Construction Industry, Resport. 1999.

Ganuza J. Los sobrecostes en las obras publicas. Un analisis economico del caso español // Economia Industrial. 1997. 318. Р. 111–122.

Ganuza J. Competition and Cost Overruns. Optimal Misspecification in Procurement Contracts: Working Paper 471. Universitat Pompeu Fabra, 2000.

Gilbert R., Klemperer P. An Equilibrium Theory of Rationing // RAND Journal of Economics. 2000. 31. Р. 1–21.

Gresik J. Rationing Rules and European Central Bank Auctions // Journal of International Money and Finance. 2001. 20. Р. 793–808.

Klemperer P. Auctions: Theory and Practice. Princeton, NJ: Princeton University Press, 2004.

Krishna V. Auction Theory. San Diego, CA: Academic Pres, 2002.

Lewis T. Reputation and Contractual Performance in Long-Term Projects // RAND Journal of Economics. 1986. 17. Р. 141–157.

McAfee P., McMillan J. Government Procurement and International Trade // Journal of International Economics. 1989. 26. Р. 291–308.

Milgrom P. Putting Auction Theory to Work. Cambridge, UK: Cambridge University Press, 2004.

Parlane S. Procurement Contracts under Limited Liability // The Economic and Social Review. 2003. 34. Р. 1–21.

Peck M., Scherer F.M. The Weapons Acquisition Process: an Economic Analysis. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1962.

Wambach A. A Simple Result for Revenue in Share Auctions // Economics Letters. 2002. 75. Р. 405–408.

White M.J. The Corporate Bankruptcy Decision // Journal of Economic Perspectives. 1989. 3 (2). Р. 129–151.

Zheng C.Z. High Bids and Broke Winners // Journal of Economic Theory. 2001. 100. Р. 129–171.

Часть V. Предотвращение сговора и коррупции

14. Предотвращение сговора в закупках

Джан Луиджи Альбано, Паоло Буччиросси, Джанкарло Спаньоло, Маттео Занза

Система закрытых заявок, с публичным раскрытием полной информации о цене и условиях каждого участника на торгах, является идеальным средством для выявления факта снижения цены [Stigler, 1964, р. 48].

14.1. Введение

Механизм конкурентных закупок обычно разрабатывается с целью выбрать наиболее эффективного подрядчика в пуле фирм-конкурентов и максимизировать экономию покупателя. Тем не менее фирмы не относят конкуренцию к приоритетным сценариям развития. Ожесточенная конкуренция ими отвергается. Скорее они предпочтут действовать в кооперации и смягчить таким образом ценовую конкуренцию, одновременно повысив общую прибыль. Такая координация действий, явная или скрытая, не только привлекательна, но и вполне осуществима, поскольку большинство закупок производится на регулярной основе. На олигополистических рынках она принимает довольно простые формы. Фирмы устанавливают высокую цену и поддерживают ее на стабильном уровне продолжительное время, если только ни одна из фирм-конкурентов не начнет сбивать цены. Такое «нечестное» поведение обычно пресекается благодаря угрозе перманентной ценовой войны. Формирование «аукционных рингов» при закупках, т. е. ценовых соглашений в процессе участия в торгах, вызывается теми же причинами, что и формирование картелей на олигополистических рынках. Как заметил Стиглер, прозрачность в сфере закупок может облегчать сговоры, поскольку картель своевременно выявляет и наказывает переметнувшиеся «нечестные» фирмы.

Успешные «аукционные ринги» значительно повышают цены поставок или снижают качество поставляемых товаров до необходимой цены, представляя таким образом основную проблему при организации закупок. По выражению Джона Викерса, председателя Управления законной торговли Великобритании (UK Office of Fair Trade, OFT), сговоры при участии в торгах лишают покупателей преимуществ, предоставляемых конкуренцией[346].

Формирование картелей не является предметом лишь академических дискуссий. Франция недавно оштрафовала двадцать одну строительную компанию на 17,3 млн евро за скоординированное участие в торгах с целью дальнейшего строительства магистрали. В Нидерландах 344 компании были оштрафованы за нечестное предложение цены в связи с договорами на строительство высокоскоростной железнодорожной магистрали общественного значения в Бельгию и Францию. В Великобритании OFT объявило 12 июля 2005 г. о наложении штрафов на шесть подрядчиков-кровельщиков в западно-центральной Шотландии за установление цены посредством тайного сговора участников торгов в нарушение раздела 1 Закона о конкуренции. В декабре 2005 г. эксперты OFT доложили о раскрытии убедительных свидетельств более чем 1000 подозрительных случаев аукционных рингов среди строительных компаний, включающих контракты на 500 млн фунтов стерлингов, лишь за предыдущие одиннадцать месяцев[347].

В 2004 г. финские и шведские антимонопольные органы раскрыли картель на асфальтовом рынке, действовавший в течение почти десяти лет. Согласно данным Шведского антимонопольного комитета, после раскрытия асфальтового картеля Государственное дорожное управление, которое стало основной «жертвой» картеля, зарегистрировало 25–30‑процентное снижение цен в некоторых регионах. В 2001 г. Итальянский антимонопольный комитет (Italian Competition Authority, ICA) наложил штраф в связи с соглашением, основанным на сговоре между некоторыми участниками конкурентных торгов за предоставление «талонов на питание». Восемь из десяти фирм были осуждены за формирование «аукционных рингов». Расследование показало, что участники картеля договорились о создании, применительно к разным лотам, аукционных объединений по заявкам, которые должна была подавать каждая группа, и согласовали в каждой группе выбор фирмы, которая единственная должна была быть активным участником торгов. Все это лишь немногие примеры недавних случаев сговора в конкурентных закупках.

Что означает «сговор»? Для практических целей сговор можно рассматривать как любые действия, совершаемые группой фирм, которые направлены на воспроизведение или приближение к рыночному результату, к которому стремится единственная доминантная фирма. Для достижения этой цели фирмы должны явно или тайно согласовывать свои стратегии. При этом они сталкиваются с нестандартной проблемой выбора общей линии согласованных стратегий. Такое согласование в конкурентных закупках может принимать различные формы.

1. Установление цены или создание «аукционного ринга», посредством чего фирмы в сговоре определяют победителя торгов и заявку, которой будет присужден контракт. Всем другим членам картеля дается указание предлагать более высокие цены или менее выгодные условия (ложные заявки). Сговор по такой схеме требует установления правил распределения части полученного дохода победившим участником в пользу других членов картеля. Это возможно сделать благодаря сценарию регулярных конкурентных торгов, например, по принципу ротации, на основе которого на каждую дату отбирается новый победитель.

2. Соглашения по разделу рынка, которые делят клиентов в соответствии с определенными признаками (например, расположение) и относят к заранее определенному победителю торгов. Все члены картеля, кроме назначенного победителя, соглашаются подавать ложные заявки.

3. «Плата за участие в торгах», в соответствии с которой торговое объединение (или консорциум) взимает плату с претендентов за право подачи заявки. Участники прибавляют стоимость этой «платы» к цене своего предложения. Средства, накопленные из «плат за участие в торгах», позднее распределяются между участниками картеля в соответствии с заранее установленным правилом распределения.

Даже если фирмы способны договориться о механизме «раздела пирога», сговор влечет и другую основополагающую проблему – обеспечение следования схеме сговора. Хотя прибыль от координации действии в сговоре очевидна, каждая отдельная фирма (или по крайней мере некоторые из них) могут повысить свои поступления в краткосрочном периоде, уклоняясь в одностороннем порядке от согласованной линии поведения и захватывая бизнес у своих конкурентов, состоящих в сговоре. Разумеется, фирмы не могут рассчитывать на правовую систему для принудительного исполнения своих схем в противоправных сговорах. Поэтому они вынуждены полагаться на самодисциплину, т. е. на рыночный механизм, который наказывает за нарушения. Если поставщики являются долгосрочными конкурентами, то эффективный механизм обеспечения следования схеме сговора состоит во взаимном мониторинге рыночного поведения. Любое отклонение от согласованной стратегии, как правило, наказывается этапами ценовых войн, обычно захватывающих все фирмы, состоящие в сговоре. Таким образом, если текущая стоимость краткосрочной прибыли при отклонении от сговора ниже, чем текущая стоимость в перспективе долгосрочных убытков, вызванных последующим этапом жесткой конкуренции, каждая фирма посчитает разумным присоединиться к схеме сговора и никогда не отклонится от него.

В качестве общего заключения можно сказать, что фактор способствует сговору, если (1) он помогает фирмам решить проблему координации с помощью установления простого принципа «раздела пирога»; или (2) он сокращает краткосрочную прибыль, которую фирма может получить, отклоняясь от условий сговора; или (3) он делает наказание более скорым или более суровым; или (4) он повышает уровень прибыли от сговора. Противоположное утверждение верно, если условия (1) – (4) сформулированы наоборот. Это краткое рассуждение показало, что некоторые факторы могут оказывать двойной эффект на сговор. Например, они могут упростить проблему координации, но сократить возможности для обеспечения исполнения сговора, или повысить как прибыль от сговора, так и от его неисполнения. Оценка воздействия этих факторов на сговор должна включать в себя анализ каждого отдельного случая.

Эта глава построена следующим образом. В разделе 14.2 мы исследуем, как структурные факторы рынка закупок влияют на устойчивость сговора. Мы выдвигаем некоторые положения, разработанные экономическим анализом для стандартных олигополий, и рассматриваем частный случай их применения к закупкам. В разделе 14.3 рассматриваем, как надлежащий выбор закупщиком формата торгов, правил присуждения контракта (оценки предложений), допустимости аукционных объединений и субподряда может снизить риск успешно проведенного мошенничества на торгах. Приложение 14.1 содержит подробное описание того, как Итальянский антимонопольный комитет раскрыл активный картель (и доказал его виновность) в закупках талонов на питание, в Приложении 14.2 рассматриваются характеристики директивы Европейского союза 2004/18/ЕС о рамочных соглашениях в закупках, которые могут потенциально способствовать заключению сговоров.

14.2. Структурные факторы, влияющие на сговор

14.2.1. Число конкурентов

На олигополистическом рынке число конкурентов оказывает влияние на сговор по двум основным причинам:

1) чем выше число конкурентов на рынке, тем сильнее затруднена координация между ними. Достигнуть соглашения о рыночных долях и ценах сложнее с ростом числа фирм;

2) чем выше число фирм в сговоре, тем меньше доля «пирога», которую они получат. Это означает, что прибыль за отклонение от картельного соглашения повышается, так как «остаточный рынок», который фирма может захватить, сбивая цены, установленные по сговору, растет относительно доли фирмы, нарушающей сговор.

Указанные факторы действуют также и в конкурентных закупках.

По общему правилу, высокое число участников ставит под угрозу сговор, поскольку затрудняет как координацию, так и обеспечение следования схеме сговора[348].

14.2.2. Входные барьеры

Вопрос входных барьеров непосредственно связан с числом участников. Фактическое и потенциальное вхождение новых конкурентов на рынок является, возможно, наиболее значимым фактором, который сдерживает формирование сговоров. Вхождение затрудняет сговоры, поскольку потенциальные конкуренты, привлеченные уровнем рентабельности выше среднего, будут стремиться нарушить существующую схему сговора. Только в случае наличия входных барьеров фирмы-участники рынка могут получать сверхконкурентный доход, не опасаясь новых конкурентов. Более того, вход на рынок уменьшает пространство для ответных мер, что, в свою очередь, ограничивает устойчивость сговора. Говоря конкретнее, даже если будущий вход не влияет на краткосрочные преимущества отклонения от схемы сговора, он сокращает потенциальную стоимость отклонения в отношении ожидаемых будущих доходов, делая, таким образом, ответные действия в отношении фирмы – «нарушителя» сговора менее эффективными.

Это относится как к стандартным олигополиям, так и к рынкам закупок. Существует много способов, облегчающих вхождение на рынок закупок, таких как упрощение процедур торгов, сокращение платы за вход или использование онлайн-аукционов[349]. Закупщик также может способствовать участию в рынке, увеличивая число лотов и, следовательно, снижая экономическую стоимость каждого из них (таким образом понижая потенциальный барьер для вхождения); в этом случае для малых предприятий участие в конкурентных торгах должно быть более простым[350]. Другим фактором, который может ограничить вход, является стратегическое преимущество, которое со временем приобретает участник благодаря владению дополнительными активами[351]. Например, местные органы здравоохранения в Италии проводят серию торгов для приобретения приборов, которые измеряют уровень глюкозы в крови. Приборы сделаны из двух дополняющих друг друга продуктов, индикаторной полоски и оптического считывателя, которые несовместимы с другими приборами. Хотя торги требовали от участников подачи заявок на системный прибор, «действующие поставщики» обладали сильным преимуществом, заключавшимся в том, что они уже поставили свои оптические считыватели в местные органы здравоохранения. Как сообщил Итальянский антимонопольный комитет, этот аспект помог основным производителям приборов для измерения уровня глюкозы в крови координировать свои действия в ответ на меры в области конкуренции, принятые местными органами здравоохранения[352].

14.2.3. Частота взаимодействия

Чем чаще взаимодействует одна и та же группа конкурентов, тем более устойчивым становится сговор, поскольку нарушения наказываются более своевременно. Если, например, фирмы конкурируют реже, то их способность к поддержанию сговора ниже, поскольку нарушения наказываются только в отдаленном будущем[353]. В закупках частоту взаимодействия можно приравнять к частоте торгов, проводимых закупщиком. Обычно частота взаимодействия отрицательно сказывается на продолжительности договора закупки: чем больше продолжительность контрактов, тем менее часты контакты между фирмами. Эта зависимость вполне может оказать влияние на склонность участников на торгах к формированию сговора. Краткосрочные контракты не стимулируют фирмы к отклонению от политики картеля, поскольку наказание за это будет наложено в ближайшем будущем; долгосрочные контракты могут блокировать сговор, поскольку его нарушение становится более выгодным.

Организуя торги, поставщику следует рассматривать рынок закупок как единое целое, нежели выделять отдельные рынки по соответствующим товарам и услугам. Основная причина этого в том, что многие поставщики поставляют различную продукцию и регулярно взаимодействуют, когда проводятся закупки различных товаров.

Практический вывод 1.

При высоком риске составления сговора отдавайте предпочтение долгосрочным контрактам.

14.2.4. Рыночная прозрачность: раскрытие информации и сговоры

Рыночная прозрачность способствует формированию сговоров, делая нарушения соглашения о вступлении в сговор более легко выявляемыми конкурентами, которые быстро наносят ответный удар. Как следствие, сговор становится более устойчив, если цены легко наблюдаемы. Характер информации, извлекаемой из рыночных данных, является принципиальным фактором в определении степени рыночной прозрачности.

Прозрачность в конкурентных закупках по серийным контрактам, в основном, относится к объему информации, открытой для участников торгов на различных этапах одного тендерного процесса. Совершенно непрозрачная политика раскрытия информации (вся информация скрывается от участников торгов) сделает поддержание сговора труднореализуемым. Практически невозможно поддерживать сговор, если ни одна из фирм не может следить за стратегией конкурентов. Если мошенничество нельзя выявить, то оснований для определения того, стоит ли и когда наказывать «нарушителя», нет, поскольку фирмы не знают, имело ли место нарушение. Та же логика действует и в отношении конкурентных закупок, в которых несколько товаров или услуг покупаются последовательно. Если риск сговора высок, то единственной действенной политикой раскрытия информации является ее нераскрытие, т. е. сохранение всей информации о заявках и победителях по каждому лоту в секрете от всех участников торгов[354]. Но, поскольку закупочные агентства обычно функционируют от лица общественности, они просто не могут позволить себе проводить полностью непрозрачную политику раскрытия информации из-за риска коррупции. Очевидные соображения заставляют закупщика сообщить победителю торгов, что его выбрали, уведомив остальных участников о проигрыше. Таким образом, степень прозрачности затрагивает объем информации, раскрываемой проигравшим участникам торгов. В числе всех возможных стратегий частичного раскрытия информации публичное раскрытие только лишь продажной цены (цен) может повлиять на возможности картеля по выявлению и наказанию внутренних нарушений. Все прочие стратегии частичного раскрытия информации практически аналогичны полному раскрытию[355].

Повторимся, стратегия частичного раскрытия информации с обнародованием только закупочных цен оказывается слишком непрозрачной с точки зрения риска коррупции, которую она может создавать. Следовательно, если покупатель вынужден принять прозрачный формат, все же возможно затруднить сговор, изменив временные условия раскрытия информации. Откладывая опубликование информации на максимально долгий срок и таким образом скрывая как можно дольше личность потенциального «нарушителя» установленных картелем стратегий подачи заявок, можно увеличить выгоду от «подрыва» картелей и в перспективе дестабилизировать некоторые из них.

Практический вывод 2.

Откладывание раскрытия информации затрудняет сговор среди участников. Стратегии частичного раскрытия информации часто малоэффективны.

14.2.5. Рост спроса

Закупки товаров и услуг часто имеют место на стремительно развивающихся рынках, например, компьютерном и энергетическом. В какой мере расширяющийся рынок влияет на способность фирм создавать сговоры? Очевидно, что для постоянного числа участников легче поддерживать сговор на растущих рынках. Поскольку будущая прибыль будет гораздо выше текущей, выгода от соблюдения условий сговора растет со временем, а соблазн выхода из картеля становится менее сильным. Эта логика, однако, не учитывает того, что растущие рынки привлекают новых участников, присутствие которых подрывает работу картеля. Следовательно, растущие рынки создают две силы: одна направлена на формирование сговора, другая против. Конечный итог обычно непредсказуем. Уровень входных барьеров является наиболее важным фактором для оценки относительной силы двух противоборствующих сил. Если входные барьеры низкие, то растущие рынки могут привлекать большое количество новых фирм сравнительно с теми, что уже активно действуют (в том числе в сговоре). Высока вероятность того, что негативный для сговора эффект более чем компенсирует позитивный, создаваемый растущим рынком. Если же входные барьеры высоки, то существующие фирмы защищены от новых участников и перспектива более высокой выгоды от сговора в будущем приводит в целом к благоприятному для сговора результату.

14.2.6. Колебания спроса и бизнес-циклы

Считается, что сговор в общем труднее поддерживать, если рынки подвержены колебаниям спроса. Идея проста. Когда рынок находится на пике, отклонение от картельных условий приносит максимальные выгоды, тогда как потенциальная стоимость ответных мер минимальна. Это значит, что если спрос выше среднего, то идти против картеля более привлекательно и потому сговор труднее поддерживать. Та же закономерность действует и в отношении сезонности и бизнес-циклов.

14.2.7. Асимметрия в рыночных долях

Часто утверждается, что асимметрия в рыночных долях затрудняет сговор, поскольку менее крупные фирмы получают больше выгоды от его разрушения (и более высокую долю рынка для захвата). Однако этому доводу можно противопоставить тот факт, что рыночные доли эндогенны, так как зависят от более основополагающих асимметрий, таких как себестоимость, производительность, ассортимент товаров или их качество. Более того, менее крупные фирмы находятся в более уязвимом финансовом положении, и, следовательно, их более легко удержать от противодействия картелю угрозой ценовой войны. Как следствие, рыночные доли, по всей видимости, не являются значимым фактором для более детального изучения. В закупках же рыночные доли могут играть важную роль в устойчивости соглашений, определяющих сговор. Действительно, рыночные доли часто определяют способность поставщика конкурировать за закупочные контракты и, следовательно, способность картеля распределять лоты среди своих членов[356].

14.2.7.1. Координация

Договоры поставок обычно разбиваются на несколько лотов. Решение поставщиков относительно того, за какой лот следует конкурировать, обычно зависит от их предпочтений, но ограничивается их производительностью, которая, в свою очередь, может определять их рыночные доли. Если контракты разбиваются на небольшие лоты и в торгах может участвовать потенциально большое число крупных и мелких фирм, координация по вопросу согласования при разделе конкретного «пирога» может стать слишком сложной. Следовательно, если фирмы асимметричны, т. е. обладают различными рыночными долями, симметричные (т. е. сходной стоимости) лоты могут стать инструментом против сговора[357].

14.2.7.2. Обеспечение соблюдения условий сговора

Рыночные доли определяют число активных участников и, таким образом, размер потенциального картеля. Следовательно, сильная асимметрия в рыночных долях может означать невысокое участие мелких фирм. Это, в свою очередь, может упростить формирование сговора, предотвратив угрозу со стороны мелких фирм в адрес более крупных.

14.2.8. Издержки асимметрии

Издержки асимметрии делают поддержание сговора более трудным по трем взаимосвязанным причинам.

1. Согласование общей ценовой политики может оказаться сложным для фирм. Фирмы с низкими издержками будут склонны к выбору более низкой цены, чем та, которую хотели бы поддерживать фирмы с высокими издержками. Это делает выбор цены в сговоре («фокальной точки») затруднительным.

2. Если даже фирмы способны преодолеть проблему согласования цены в сговоре, тем не менее гораздо сложнее принудить к дисциплине фирмы с низкими издержками, так как они получают больше выгоды от «подрыва» картеля и меньше озабочены ценовыми войнами.

3. Поскольку стимул к противодействию картелю связан с прибылью от сговора, для предотвращения сбивания картельных цен фирмами с невысокими издержками фирмы в сговоре должны договориться о распределении прибыли асимметрично: фирмы с низкими издержками должны получить более высокую долю прибыли от сговора. Впрочем, фирмы с высокими издержками получат менее крупные доли в прибыли по сговору, что, в свою очередь, повысит их стимулы к нарушению картельного соглашения.

Следовательно, асимметрия издержек снижает вероятность устойчивых картельных соглашений по сравнению с симметричными издержками. В закупках асимметрия издержек может произвести дополнительный эффект, который затрудняет сговор. Поскольку договор закупки не является идеально делимым объектом, асимметричные фирмы могут счесть невозможным выполнение соглашения по асимметричному разделу рынка, если договор разбит на несколько однородных лотов.

14.2.9. Асимметрия в производительности

Когда поставщики имеют симметричные ограничения производительности, воздействие этих ограничителей на сговор в общем неоднозначно. С одной стороны, ограниченная в производительности фирма выиграет меньше от сбивания картельной цены, поскольку она обеспечивает спрос только в рамках своей производительности (положительный для сговора эффект); с другой стороны, ограниченная в производительности фирма ограничена и в средствах наказания нарушителей сговора (отрицательный для сговора эффект).

Асимметрия в производительности имеет менее неопределенный эффект. Фирма с более высокой производительностью, чем у ее конкурентов, имеет более высокий стимул для сбивания картельной цены, поскольку ее соперники ограничены в средствах ответного реагирования. В этом смысле асимметрия в ограничениях производительности имеет тенденцию к смягчению сговора как на олигополистических рынках, так и в закупках.

Асимметрии, рассмотренные в этом и предыдущем подразделах (рыночные доли, издержки и производительность), обычно не зависят от организации конкретных торгов и, следовательно, не могут испытывать прямого воздействия со стороны закупщика. Тем не менее закупщик может принимать их во внимание при организации торгов для уменьшения риска сговора.

Практический вывод 3.

Если потенциальные участники торгов имеют асимметричные рыночные доли, издержки или производительность, разделение договора на однородные лоты может воспрепятствовать сговору.

Если потенциальные участники торгов имеют симметричные рыночные доли, издержки или производительность, разделение договора на разнородные лоты может воспрепятствовать сговору.

14.2.10. Дифференциация продукции

На большинстве рынков поставщики производят товары и услуги, которые потребители не рассматривают в качестве полноценных заменителей. Товары могут различаться по внутренним характеристикам (качество). Так, потребители готовы платить более высокую цену за более качественный товар. Обычно это называют «вертикальной дифференциацией». Другой источник дифференциации возникает, если товары предлагаются – возможно, по сравнимым ценам – в различных сочетаниях характеристик (цвет, форма, расположение). Эта форма товарной дифференциации, называемая «горизонтальной дифференциацией», направлена на создание приверженности бренду. Эффект горизонтальной товарной дифференциации на сговор в целом не ясен. Горизонтально дифференцированные фирмы выигрывают меньше от нарушения соглашения по сговору, поскольку они могут привлечь потенциально незначительную долю клиентов конкурента. В то же время они менее уязвимы для ответных мер, поскольку не все их клиенты будут привлечены конкурентными предложениями. Снижение выгоды от противодействия картелю может сделать сговор более устойчивым, тогда как менее суровое наказание подрывает сговор. В целом, воздействие горизонтальной дифференциации представляется достаточно неоднозначным.

Эффект вертикально дифференцированных товаров на сговор выражен более четко. Вертикальная дифференциация создает асимметрии, которые могут нарушать сговор. До определенной степени верно, что фирма, которая предлагает лучшее качество, находится в таком положении, как если бы она пользовалась преимуществом в отношении издержек. Поэтому вертикальную дифференциацию можно приравнять к асимметриям издержек, и некоторые из выводов, сделанных в подразделе 14.2.8, также верны здесь. Однако в то время как поставка низкокачественного товара – субститута (заменителя) приводит к экономической неэффективности, она может рассматриваться как повышающая благосостояние, если допускает ценовую дискриминацию. То есть некоторые потребители, не желающие платить высокую цену за высококачественный продукт, могут покупать низкокачественный по цене, которая ниже их готовности платить и выше экономической себестоимости. Следовательно, производитель должен решить, желает ли он покупать низкокачественные товары для удовлетворения той части спроса, которой не будет отвечать высококачественная фирма, или не желает. В первом случае разделение контракта на лоты соответственно качеству товара может служить цели эффективности закупок, но и может серьезно повысить риск сговора.

14.2.11. Контакт с различными рынками

Хорошо известно, что контакт с различными рынками может способствовать сговору в условиях олигополии. Два основных соображения объясняют это утверждение.

1. Фирмы, которые сталкиваются на большем числе рынков, взаимодействуют более часто и потому могут вести координацию более легко.

2. Эти фирмы могут уравнивать асимметрии, которые возникают на одном рынке. Например, применение угрозы выхода из сговора на одном рынке для обеспечения выполнения условий сговора на других, где он не будет устойчивым в отсутствие этой дополнительной угрозы.

То же верно и в отношении закупочной деятельности. Именно поэтому мы говорили в разделе о частоте взаимодействия, что при оценке частоты в конкурентных закупках важно обращать внимание на каждый рынок, на котором активны крупные поставщики, а не только на отдельные рынки по каждому из товаров.

В следующих разделах мы рассмотрим некоторые конкретные факторы тендерного процесса, которые могут способствовать либо препятствовать сговорам. Это тендерный формат, одновременный или последовательный процесс торгов, некоторые связанные с ними правила проведения торгов, допустимость объединений участников торгов и субподряд.

14.3. Тендерные форматы

Поставщик может выбирать из нескольких тендерных форматов, которые в основном определяются в зависимости от возможности для участников торгов улучшать свои заявки (динамические торги против торгов с «запечатанными» заявками (закрытыми ставками)) и от способа установления закупочной цены (конкурентные торги с самой низкой ценой против торгов со второй самой низкой ценой). Прочие тендерные правила рассматриваются в подразделе 14.3.4.

14.3.1. Сравнительный анализ динамических торгов и закрытых конкурентных торгов (торгов с запечатанными заявками)

Динамические торги повышают вероятность сговора, так как нарушитель сталкивается с непосредственной угрозой ответных мер, проводимых назначенным картелем победителем[358].

Действительно, если некоторые фирмы формируют аукционный ринг и определяют наиболее эффективную фирму в качестве победителя контракта, то никакой участник ринга не может предложить более низкую цену (или более высокую скидку), не вызывая непосредственных ответных мер со стороны назначенного картелем победителя. Такое предложение повлечет дальнейшее снижение цены, поэтому фирма-«нарушитель» ничего не выиграет от своего поведения. В закрытых конкурентных торгах (с закрытыми предложениями (ставками) от других участников) как только аукционный ринг определяет назначенного победителя, все прочие участники тендера[359] должны отозвать свои заявки от участия в конкурентных торгах или же подать ложные заявки, тогда как назначенный победитель подает заявку выше собственной оценки. В таком случае назначенный проигравший, уклоняясь от решения картеля, имеет шанс выиграть, поскольку назначенный победитель не может сразу же отреагировать на его отклонение. Более подробный анализ и практический вывод см. в Главе 15.

14.3.2. Самая низкая цена против второй самой низкой цены

Активный картель будет стремиться применять различные стратегии в конкурентных торгах с самой низкой и второй самой низкой ценой, чтобы обеспечить тот же объем прибыли от сговора. В конкурентных торгах с самой низкой ценой картельное соглашение предписывает наиболее эффективной в сговоре фирме подать предложение, равное резервной цене, тогда как другие члены картеля не будут участвовать. Или же наиболее эффективная фирма может подать заявку едва ниже резервной цены, а другие члены картеля могут подать предложения, равные резервной цене. В конкурентных же торгах со второй самой низкой ценой наиболее эффективная фирма подаст заявку, равную производственным издержкам, тогда как другие члены сделают предложения, равные резервной цене. Таким образом, в конкурентных торгах со второй самой низкой ценой для члена картеля невыгодно отклонение от стратегии сговора, поскольку это потребует сбивания цен наиболее эффективной фирмы и приведет к отрицательной прибыли для «нарушителя», так как цена награждения совпадает с маргинальными издержками наиболее эффективной фирмы[360]. В конкурентных торгах с самой низкой ценой наиболее эффективная фирма платит цену, равную резервной цене (или едва ниже резервной цены), и поэтому все еще возможно, что нарушитель незначительно собьет сговорную цену и добьется положительной прибыли.

Практический вывод 4.

Конкурентные торги со второй самой низкой ценой в высшей степени подвержены риску сговора.

Конкурентные торги со второй самой низкой ценой в закупках почти всегда принимают форму конкурентных торгов на понижение цены (если заявки являются абсолютными ценами; в противном случае они становятся скидками и торги идут на повышение). Такие механизмы также могут способствовать сговорам применительно к закрытым тендерам с запечатанными заявками, в которых отклонения легко выявляются и наказываются[361].

14.3.3. Сравнительный анализ конкурентных торгов с одновременной продажей и последовательных торгов

Последовательные конкурентные торги с самой низкой ценой, проводящиеся в отношении ряда товаров, весьма распространены в государственных закупках. Договоры поставок различных, но связанных друг с другом товаров (комплементарных товаров; например, принтеров, мониторов, ноутбуков и серверов) обычно присуждаются отдельно, т. е. скорее последовательно, чем одновременно. Для заявителей по нескольким товарам, закупаемым покупателем, закупочный процесс становится последовательными торгами различных предметов с самой низкой ценой.

Существует два способа, с помощью которых последовательный формат может способствовать сговору среди участников относительно одновременного формата[362]. Во многих последовательных конкурентных закупках в реальном мире полное раскрытие информации происходит после присуждения каждого контракта на поставку товара, поэтому мы будем придерживаться этого предположения в данном обсуждении[363]. Первый очевидный недостаток сговора в последовательных конкурентных закупках связан со способностью участников «аукционного ринга» выявлять нарушения и быстрее реагировать в пределах той же последовательности. Это ограничивает краткосрочную выгоду, которую участник может получить сбиванием цен своего картеля, способствуя обеспечению соблюдения сговора в отношении одновременного формата. В случае закупок связанных товаров этот эффект проявляется как увеличение частоты взаимодействия. Он усиливается при увеличении числа последовательно закупаемых связанных товаров (или когда лоты невелики).

Второй эффект связан с возможной асимметрией внутри круга поставщиков, находящихся в сговоре. Жизнеспособность картелей часто ограничена присутствием так называемых «одиночек-бунтарей», т. е. фирм, которые трудно привести к дисциплине, поскольку они выигрывают больше от сбивания цен в картеле (или меньше от участия в нем)[364]. Если фирмы асимметричны, последовательные конкурентные торги могут способствовать сговору, позволяя аукционному рингу смягчить агрессивность бунтаря посредством назначения ему последнего предмета(ов) в данной последовательности. Это минимизирует стимул бунтаря к нарушению и повышает устойчивость «аукционного ринга».

Практический вывод 5.

Последовательные конкурентные закупочные торги способствуют сговорам. Если сговор представляет серьезную проблему, попытайтесь одновременно закупить все контракты на поставку, в отношении которых активны одни и те же участники.

14.3.4. Альтернативные правила для динамических торгов

Динамические торги по множественным контрактам особенно подвержены так называемому «внутриаукционному» сговору. Динамическая черта конкурентных закупок этого вида заключает в себе особенную форму повторяемого взаимодействия, которое позволяет участникам торгов принимать более сложные стратегии, чем при одновременном формате торгов. Чем более прозрачны динамические торги, т. е. чем больше информации раскрывает покупатель о поведении участников, тем легче возникают различные формы скрытого взаимодействия, поскольку отклонение легко выявляется и наказывается. Тем не менее прозрачность процесса подачи заявок также благоприятна для широкого раскрытия информации, содействующей эффективному объединению предметов участниками. Зависимость между эффективностью и формированием скрытого сговора отмечается в оценке продолжительных серий аукционов FCC (Федеральной комиссии по связи), которые были организованы в США с 1995 г. Далее мы подводим итоги по основным коммуникационным инструментам, используемым участниками на различных аукционах FCC, и делаем выводы, которые могут снизить вероятность возникновения такой координации.

Кодовые торги. Кодовые торги были одной из наиболее явных форм системы сигналов. Поскольку заявки выражались в долларах и поскольку, по крайней мере на аукционах FCC, большинство предметов обозначали шестизначные цены, участники торгов могли использовать три последние цифры для шифровки сообщений. Кодовые заявки имели различный характер. Некоторые участники использовали три последние цифры для «раскрытия» себя. Например, в конкурентном тендере АВ (аукцион 4), компания GTE часто использовала сочетание 483 в качестве трех последних цифр; это число соответствует буквам GTE на телефонной клавиатуре. В других обстоятельствах кодовые торги имели рефлекторную природу. Последние три цифры использовались участником как для того, чтобы обозначить предмет своего особого интереса, так и предмет, в отношении которого тот же участник наказывал конкурентов за игнорирование первого рынка[365]. Такие коммуникационные инструменты могут стать неэффективными, если закупщик (1) публикует только часть набора анонимных заявок (например, пять самых высоких из десяти) и (2) ограничивает степень свободы участников в выборе последних трех цифр.

Торги с резкими изменениями. На динамических торгах понижение цены до минимального шага, требуемого аукционными правилами, не всегда действует в интересах участника. Участник может получить выгоду, используя заявки с резкими изменениями в качестве сигнала низкой цены (или высокой оценки стоимости), что, возможно, заставит других участников раньше выйти из игры. Это может привести к более низким сбережениям для покупателя[366]. Использование такой стратегии можно ограничить, устанавливая верхний предел на повышение заявок. Интересно, что FCC приняла сходное решение в конкурентных торгах по услугам локального многоканального распределения (аукцион 17)[367].

Отзывы заявок. Если изначально FCC допускала неограниченное число отзывов заявок для того, чтобы сделать объединение предметов более эффективным, то вскоре было замечено, что отзывы могут использоваться в качестве сигнальных средств. Отзывные заявки использовались на аукционах FCC[368] в качестве стратегий предупреждения или принятия картелем ответных мер, а также как часть стратегий сотрудничества, когда участники пытались разделить предметы между собой. Чтобы ограничить использование такой стратегии, закупщик может либо установить предел для числа отзывов заявок, либо сделать это дорогостоящим. Решение FCC ограничить их число до двух, скажем, на конкурентных торгах по услугам локального многоканального распределения (аукцион 17), может служить примером первого варианта.

Правила закрытия. С целью обеспечить раскрытие цен и эффективное объединение пакетов лицензий аукционные правила FCC определили, что торги будут открыты по всем предметам, пока не будет новых заявок хотя бы на один из них. Это правило одновременного закрытия позволяет каждому проигравшему участнику переключиться в любое время с проигранного предмета на его субститут (заменитель) или прекратить торги в отношении второго предмета. Тем не менее было замечено, что это правило уязвимо в отношении сговора[369]. Участники могут «разделить рынок», активно действуя только в отношении небольшого набора предметов. В ситуации с двумя участниками и двумя контрактами на заключение такая стратегия означает, что только поставщик 1 подает самую высокую заявку на контракт А и поставщик 2 делает то же применительно к контракту В. Любое отклонение от схемы, произведенное любым из участников, наказывается тем, что другой переходит к конкурентным торгам по обоим контрактам. Результат сговора состоит в том, что оба контракта присуждаются по наивысшей цене.

Стратегия сговора сильно зависит от правила одновременного закрытия. Таким образом, ранее обозначенного сценария снижения экономии на торгах можно будет избежать, если закрытие не будет одновременным, а будет производиться отдельно по каждому предмету. В соответствии с таким правилом закрытия торги по предмету прекратятся, если в новом раунде нет заявок на этот предмет.

Вышеизложенное обсуждение подводит нас к следующему практическому выводу, который может предотвратить сговор в динамических аукционах.

Практический вывод 6.

Если сговор является серьезной проблемой при организации динамических торгов, могут быть приняты следующие меры предосторожности:

• публикация анонимных заявок;

• ограничение числа опубликованных заявок;

• ограничение заявок по последним цифрам;

• повышение цены отзыва заявки;

• ограничение шага ставки (т. е. стоимость разового изменения цены);

• принятие правила закрытия отдельно по каждому предмету.

14.3.5. Правила присуждения баллов

Простота и прозрачность в целом рассматриваются как хорошие качества тендерных правил. Если предпочтения закупщика четко донесены до рынка, участники могут легче сформулировать свои стратегии подачи заявок. Прозрачность является важнейшим свойством правил начисления баллов, в соответствии с которыми баллом награждается каждый участник на основе оценки технического и экономического аспектов его предложения. Прозрачные правила начисления баллов – это правила, которые позволяют участникам рассчитать свой балл до подачи заявок. В частности, участники способны рассчитать денежную стоимость технического балла (MVP), которая показывает стоимость компромисса между качеством и ценой. Если же участники не могут прогнозировать свой балл, то правило начисления баллов не является прозрачным. Глава 12 посвящена возможной взаимосвязи между степенью прозрачности правила начисления баллов и способностью картеля поддерживать сговорную схему. Здесь мы подчеркиваем, что группа непрозрачных правил начисления баллов, а именно правило начисления по средней заявке, имеет благоприятное для сговора качество, которого нет у прочих прозрачных и непрозрачных правил начисления баллов. Группа правил начисления баллов по средней заявке включает в себя ряд правил присуждения баллов, в которых балл поставщиков зависит от разницы по сравнению со средним баллом. Чтобы представить это более подробно, рассмотрим договор на поставку 10 тыс. идентичных ноутбуков, с резервной ценой в 1 тыс. евро за каждый. Предположим, ради простоты, что конкуренция касается только цены ноутбуков, поэтому баллы за технические характеристики, соответствующие различным измерениям качества, не присуждаются. В конкурентной закупке участвуют N > 2 фирм, принимающих простую схему сговора: фирма 1 выигрывает контракт, подавая заявку 999 евро за ноутбук, тогда как все другие фирмы (N – 1) делают заявки в размере резервной цены[370]. Остаток затем делится. Используется как линейное начисление, так и начисление по самой низкой заявке[371], проигрывающие участники торгов могут разрушить картель, просто предложив 998 евро. Цена разрушения картеля одна для всех участников и не зависит от прозрачности применяемого правила начисления баллов; снижая цену на один евро за каждый ноутбук, любой участник вполне способен нарушить соглашение и выиграть контракт.

Рассмотрим теперь форму начисления баллов по средней заявке[372], в соответствии с которой контракт присуждается поставщику, предложение которого ближе всего к среднему значению, но ниже его. Картель снова избирает участника «1», чтобы тот выиграл, подав заявку в размере 999 евро. Остальные участники N – 1 делают заявки, равные резервной цене. Какую сумму должен предложить участник, отклоняющийся от общей стратегии, чтобы выиграть контракт? Во сколько обойдется ему его отклонение? Для начала заметьте, что участник 1 действительно является победителем, так как 999 евро – это единственная заявка ниже средней, где последняя равняется (1/N) × 999 + [(N – 1)/N] × 1000. Чтобы выиграть конкурентную закупку, участник-отступник, скажем, участник 2, должен предложить такую цену, что все прочие цены превысят среднее значение. Достаточно очевидно, что 998 евро не настолько низкая цена, как при линейной системе или системе начисления баллов по самой низкой заявке. Чтобы увидеть это более ясно, рассмотрим ситуацию, где N = 5. Если участник 2 предложит 998 евро, среднее значение будет высчитываться по формуле (998 + 999 + 3(1000))/5 = 999,4 евро. Даже с такой средней ценой участник 1 все равно будет победителем. В итоге 998 евро недостаточно для второго участника, чтобы выиграть контракт в конкурентных закупках. Чтобы стать победителем, второй участник должен сделать среднее значение меньше 999 евро. Затем ему следует предложить такую цену bdef, что (bdef + 999 + 3(1000))/5 ≤ 999, что означает bdef ≤ 996 евро. В более общем смысле, если число фирм в сговоре равно N, то bdef ≤ (N – 1) × 999 – (N – 2) × 1000.

Простое благоприятное для формирования сговоров качество системы начисления баллов по средней заявке исходит из более высоких издержек, которые несет участник, отступающий от общей стратегии, чтобы нарушить схему сговора относительно правил линейного начисления баллов и начисления по самой низкой заявке. Цена отступления является высокой, если число фирм в сговоре также высоко, поскольку участник-нарушитель должен уравновесить другие идентичные заявки (N – 2), чтобы стать единственным заявителем цены ниже среднего. Наш вывод противоречит основной силе, действующей в картелях на олигополистических рынках. На таких рынках, при прочих равных условиях, чем больше размер картеля, тем выше стимул к отклонению (от стратегии сговора. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой), так как выгоды от отклонения обычно растут вместе с величиной картеля. Здесь же больший размер картеля создает условия для более низкого стимула к отклонению по причине более высоких издержек отклонения.

14.3.6. Объединения участников и субподряд

Участники торгов могут создавать объединения (ОУ) для участия в каких-либо конкурентных закупках или же могут передавать часть выигранного контракта иному (не победившему или не участвовавшему) поставщику (субподрядчику). Оба типа договорных взаимоотношений производят неоднозначный эффект в отношении сговора. С одной стороны, они могут решить проблему эффективности и стимулировать конкуренцию, или позволяя участвовать фирмам, которые в противном случае были бы исключены, или же допуская более агрессивную манеру подачи заявок некоторыми участниками, либо то и другое вместе. С другой стороны, эти контракты могут служить средством координации, поскольку благодаря им происходит распределение прибыли, которое было бы невозможно реализовать другим образом. Сложная задача закупщика заключается, таким образом, в том, чтобы разработать правила допустимости таких контрактов, которые ограничивают их использование в целях сговора, одновременно не затрудняя их принятия в целях эффективности.

Одно простое правило состоит в том, чтобы допускать ОУ или субподрядчиков только при том условии, что они привлекут фирмы, которые не имели возможности индивидуально принимать участие в тендерном процессе. Это правило требует уточнения. Невозможность для индивидуальных фирм участвовать в конкурентных торгах может объясняться как формальной дисциплиной тендерного процесса, в соответствии с которой определяются условия допустимости участников, так и фактическими экономическими возможностями, требуемыми для предоставления закупаемых товаров. Эти два условия могут не совпадать. В таком случае может иметь место противоречие между правилами допуска участников и правилами в отношении ОУ и субподрядчиков. Если закупщик в целях стимулирования участия смягчает условия, то некоторые фирмы могут каждая в отдельности удовлетворять формальным требованиям, даже если их масштаб не позволяет справиться с объемом и типом закупаемых товаров. Если применять правило ОУ формально, эти фирмы будут исключены из конкурентных торгов де-факто, поскольку они не могут индивидуально участвовать в тендерном процессе из-за нехватки экономических характеристик. Более того, не допускается их объединение в группы из-за правил ОУ, определяющих допуск участия в конкурентных закупках.

Практический вывод 7.

Объединение участников может считаться недопустимым только тогда, когда каждая отдельная фирма имеет экономические возможности для поставки закупаемых продуктов.

Это заключение определяет необходимое, но недостаточное условие. Если две или более фирмы экономически способны поставлять закупаемые товары, объединение участников может побудить их конкурировать более эффективно. Рассмотрим, например, рынок, на котором активными являются четыре фирмы: две крупные и равно эффективные и две, которые функционируют с меньшим масштабом и сталкиваются с растущими маргинальными издержками. Предположим, что две менее крупные фирмы не представляют эффективного конкурентного ограничителя для более крупных. Две последние, таким образом, располагают возможностью создавать механизм сговора для максимизации их общей ожидаемой прибыли, не предоставляя компенсации менее крупным фирмам. Если две менее крупные формируют ОУ, то они могут объединить свои производственные мощности и, возможно, выйти на тот же уровень эффективности, что и крупные фирмы. В такой ситуации сговор труднее сформировать, поскольку крупные фирмы сталкиваются с конкурентной угрозой ОУ и должны включить его членов в «аукционный ринг» для сохранения сговора. Следовательно, к предыдущему правилу мы должны добавить следующее.

Практический вывод 8.

Объединение участников не должно рассматриваться как допустимое, только если оно не повышает эффективность менее эффективных участников.

Суммируя оба правила, можно утверждать, что объединение участников может допускаться, если оно либо:

• состоит из фирм, каждая по отдельности из которых не располагает экономическими возможностями для исполнения договора закупки; либо

• способствует эффективности участников.

Реализация этого правила может оказаться крайне сложной, поскольку это ставит перед закупщиком (или другим административным органом) трудную задачу по оценке характеристик эффективности ОУ. Тем не менее можно попытаться приблизиться к этому результату, приняв более простые правила. Например, закупщик может объявить недопустимым ОУ, участники которого являются:

• «действующей компанией» («действующими компаниями»)[373];

• лидерами рынка (определяемыми по пороговой рыночной доле); или

• победителями в конкурентных торгах такого же объема и по тем же товарам.

Антимонопольные органы (по крайней мере в Европе) применяют более строгий подход к допущению ОУ. Поскольку ОУ представляет собой соглашение, в котором участники договариваются по всем аспектам своей коммерческой стратегии, по крайней мере применительно к четко определенному клиенту, оно нарушает такие антимонопольные нормы, как статья 81 Соглашения ЕС, если только оно не касается фирм, которые не являются фактическими конкурентами. Второе условие удовлетворено, если только две фирмы не могут индивидуально участвовать в конкурентных торгах. Это должно означать, что Практический вывод 7 предоставляет необходимую и достаточную информацию, чтобы определить допустимость ОУ. Однако, если мы примем эту точку зрения, все же следует уточнять, достаточно ли в целях исключения ОУ того, что одна фирма может участвовать самостоятельно, или же по меньшей мере две фирмы должны находиться в той же позиции. Если мы пренебрежем соображениями эффективности и ограничим наше внимание статическим анализом, то ОУ из одной фирмы, способной действовать самостоятельно, и другой фирмы (других фирм), которые не могут участвовать по отдельности, может показаться вполне нейтральным. Предположим, что, как в предыдущем примере, на рынке существуют четыре фирмы, две крупные и две мелкие, и что две мелкие не могут участвовать в тендерном процессе. Если крупная фирма формирует ОУ с одной из мелких, конкуренция (и сговор) обязательно возникнет между двумя крупными. Если две мелкие фирмы не могут также участвовать объединяясь, ОУ между крупной и мелкой фирмами не влияет на степень конкуренции, существующей на рынке и на условия для возникновения сговора. Однако, если две мелкие фирмы могут конкурировать, образуя ОУ друг с другом, то ОУ, которое привязывает одного из мелких конкурентов к крупной фирме, исключает образование третьего соперника и способствует сговору между двумя оставшимися. Эта ситуация имела место в деле, которое расследовал Итальянский антимонопольный комитет (ICA)[374]. Расследование было вызвано жалобой, поданной муниципалитетом Милана после неудачного тендера на заключение договоров по страховому покрытию ряда зон, организованного муниципалитетом. Муниципалитет утверждал, что существует картельное соглашение между страховыми компаниями, приглашенными участвовать в торгах. После бойкота двух открытых тендерных процессов и третьего неофициального муниципалитет приступил к негласным переговорам с группой компаний во главе с Assitalia, которые были единственными принимавшими участие в торгах. ICA обнаружил, что после открытия торгов некоторые из крупнейших страховых компаний образовали объединение для того, чтобы предложить муниципалитету заявку на совместное страхование. ICA отметил, что эта заявка на совместное страхование, сделанная ОУ, кроме того, что устраняла конкуренцию между членами ОУ, была прежде всего направлена на исключение других конкурентных заявок. Эти страховщики, благодаря условиям совместного страхования, приняли участие в торгах на основе сотрудничества, заменив конкуренцию сговором и лишив муниципалитет возможности принять прочие конкурентные заявки и выбрать из них наиболее подходящую.

14.4. Что происходит после раскрытия картеля?

Чрезвычайно важным инструментом в предупреждении сговоров является сильное противодействие им по факту установления. Последние успешные антимонопольные расследования, такие как обсуждаемые во введении, показывают, что поставщики часто способны разрабатывать и реализовывать картельные схемы в целях ограничения конкуренции. Они так действуют, когда ожидаемая прибыль от участия в сговоре превышает ожидаемые убытки, связанные с раскрытием антимонопольного сговора. Следовательно, угроза суровых санкций может устранить желание участников, прежде всего, образовывать «аукционные ринги». Оказывающий сдерживающее воздействие эффект санкции зависит от двух факторов: ее абсолютного предела и вероятности ей подвергнуться. Поскольку закупщики не могут повлиять на предел государственных санкций, они могут увеличить ожидаемые потери, которые понесут участники картеля, когда их незаконная схема будет открыта и от них потребуют уплаты убытков. Второй способ для закупщиков повлиять на ожидаемые потери членов картеля состоит в повышении вероятности раскрытия и признания виновным картеля. Поэтому закупщики должны всегда сообщать антимонопольным органам о своих подозрениях относительно поведения фирм при подаче заявок. Некоторые примеры подозрительного поведения приведены в разделе ниже. Создавая репутацию непримиримого борца с картелями, покупатель может существенно снизить риск попадания в ситуацию сговора.

Другой вопрос состоит в том, должен ли закупщик добавлять «частные санкции» к тем, что обеспечиваются реализацией антимонопольного законодательства со стороны государства, когда антимонопольное расследование выявляет существующий картель. В частности, следует ли признанные виновными фирмы исключать из участия в будущих конкурентных закупках? Следует ли наказывать их, налагая дополнительные расходы или ограничения по баллам? Эти меры могут иметь высокий сдерживающий эффект. Однако они влекут необоснованные издержки, связанные с нарушением будущей конкуренции. Следовательно, закупщик должен рассматривать их, только если менее сдерживающие средства (например, судебные иски в связи с убытками) недоступны и только если преимущество от меньшего ожидаемого уровня сговора не перекрывается социальными издержками дезорганизованного рынка. Мы полагаем, что в большинстве развитых стран эти условия редко бывают удовлетворены, особенно если антимонопольный комитет не установил эффективной программы смягчения конкуренции[375].

Практический вывод 9.

Закупщик всегда должен требовать возмещения убытков, когда картель раскрыт и его вина доказана.

Закупщик должен всегда сообщать антимонопольным органам о подозрительном поведении в связи с подачей заявок.

14.4.1. Примеры подозрительного поведения в связи с подачей заявок

В 2000 г. ICA оштрафовал пять фармацевтических компаний за мошенничество в связи с подачей заявок на итальянском рынке радионепроницаемых веществ. Эти вещества представляют собой специализированные фармацевтические препараты, которые закупаются почти полностью итальянскими государственными больницами и местными органами здравоохранения (МОЗ) для их использования в радиологических обследованиях. Расследование было инициировано жалобой от МОЗ, в которой сообщалось о подозрительном сходстве цен, взимаемых всеми компаниями за неионные радионепроницаемые вещества для радиологического использования.

Таблица 14.1. Предоставленные скидки в тендерах с закрытыми заявками по радионепроницаемым веществам, 2000 г.

Довольно интересный пример этого подозрительного поведения приведен в табл. 14.1. В соответствии с итальянским законодательством, фармацевтические компании должны предлагать больницам и другим государственным учреждениям здравоохранения минимальную скидку в 50 % от розничной цены лекарства. В одном закупочном тендере, организованном МОЗ, пять компаний, некоторые из которых имели несколько видов продукции под различными коммерческими наименованиями, предложили очень разные скидки, которые варьировались от минимально требуемых законом (50 %) до более чем 66 %. Скидка в 50 % была предложена компанией с наименьшей розничной ценой, тогда как другие компании предложили более высокую скидку. Достаточно странно, что, применяя различные скидки, все компании в итоге запросили идентичную цену, которая фактически была максимальной ценой, которую они могли установить.

Несколькими годами ранее, в 1996 г., ICA раскрыл еще один сговор между четырьмя основными охранными компаниями, действующими в провинции Кальяри (Сардиния). Доказательства, собранные ICA, подтверждали, что ни одна из этих компаний не оказывала конкурентного давления в процессе торгов по контрактам, присужденным в период между 1990 и 1995 гг. Однако, когда две менее крупные компании попытались поколебать позицию двух из четырех действующих компаний, те слаженно ответили на это подачей заявок ниже себестоимости с целью подавления возникающих конкурентов. Пример такого поведения при подаче заявок приведен в табл. 14.2. В ней представлены две уже действующие компании (Sicurezza Notturna, SN и Vigilanza Sardegna, VS) и те, что относятся к новым участникам рынка (Sant’ Elena, SE). Выделенные жирностью предложения цен означают победившие заявки. В 1991 г. SN подала заявку в размере 22,184 итальянских лир[376] по некоторым лотам и заявку в размере 22,358 лир по всем остальным лотам. Эта компания выиграла все лоты, по которым она предложила меньшую из этих двух цифр, и проиграла все прочие лоты, за исключением лота F, по которому ее «конкурент» не подал заявки. VS вела себя сходным образом. Она выиграла все лоты, где она предложила низкую цену (22,177 итальянских лир) и проиграла все лоты, где предложила высокую цену (22,477 итальянских лир), кроме одного, где SN не сделала никакого предложения. То же распределение лотов имело место в 1992 г. В том году, однако, две компании разработали другую схему, в соответствии с которой VS подавала одни и те же идентичные заявки по всем лотам (25,477 итальянских лир) и SN предлагала низкую цену (25,200 итальянских лир) по лотам, выигранным в предыдущем году, и высокую (25,800 итальянских лир) по всем остальным лотам. В 1993 г. эти две компании решили разделить рынок, как обычно, но посчитали, что представление ложных заявок не стоило того, и поэтому назначенный проигравший не затруднил себя подачей заявок. Тем не менее новый участник, SE, нарушил их планы, по крайней мере частично, и смог захватить два лота у «действующих компаний». Обратите внимание, что, не считая этого случая, перераспределение лотов, выигранных двумя компаниями, было точно таким, как и в тендерах предыдущих лет. В 1994 г. SN и VS устроили ответную меру SE. Они обе сбили цены нового участника, предлагая цену, которая, по данным ICA, была ниже себестоимости. Они повторили ту же схему в 1992 г., в соответствии с которой VS сделала однородное предложение в размере 8,950 итальянских лир и SN сделала низкое предложение в размере 8,900 итальянских лир по всем своим «историческим» лотам и высокое, 9,000 лир, по всем лотам, «принадлежащим» SN. Поступая таким образом, они смогли добиться распределения лотов, возникшего в итоге предыдущих тендеров до агрессивного вхождения SE.

Таблица 14.2. Повторяемые координированные торги в Сардинии (1990–1995 гг.)

14.5. Выводы

Экономическая теория, эмпирический анализ и обычные наблюдения свидетельствуют, что сговор легче возникает в стабильной и предсказуемой обстановке. Какие бы специальные правила закупщик ни принимал для предотвращения сговоров, они должны сочетаться с правилом более фундаментальным: не позволять организации торгов со временем застывать, чтобы не создавать надежных условий для потенциальных заговорщиков. Изменение организации конкурентных торгов со временем может оказаться весьма полезным с точки зрения создания неопределенности, что должно дестабилизировать существующие картели.

В качестве афоризма это можно выразить так: как бы ни подходило правило для противодействия сговору, его следует часто изменять!

Приложение 14.1. Правило начисления баллов и сговор в закупках талонов на питание

Здесь мы представим практический анализ проблемы, связанной с первыми закупками талонов на питание, произведенными компанией Consip в марте 2001 г. В этих конкурентных торгах восемь из десяти участвовавших компаний вступили в картель для защиты своих рыночных долей, как указывается в решении Итальянского антимонопольного комитета (ICA). Этот анализ направлен на выявление возможных благоприятных для сговора последствий определенных типов правил присуждения баллов.

Черты тендерной процедуры

Купоны на питание очень часто используются частными компаниями и государственными учреждениями, которые не могут или не желают напрямую предоставлять обеды сотрудникам. Целью этих закупок было предоставление талонов итальянским государственным учреждениям, включая центральные, региональные и муниципальные органы. Предметом конкурентных торгов был контракт на предоставление в течение двух лет талонов на питание всем итальянским государственным учреждениям. Победитель торгов заключал рамочный договор с Consip, т. е. договор, регулирующий ключевые условия поставки (цену, количество и другие детали контракта).

Талоны были номинальной единой стоимостью 4,65 евро на общую сумму примерно 418 млн евро (35 % общей рыночной стоимости). Контракт был разбит на пять географических лотов равного объема и присуждался в соответствии с критерием наиболее экономически выгодного предложения. Цене и техническим аспектам был придан равный вес (по 50 баллов каждому). В частности, технические баллы присуждались в зависимости от:

• количества аффилированных магазинов поставщика (до 40 баллов) в крупных городах;

• количества крупных городов, в которых поставщик аффилирован по меньшей мере с одним магазином (до 6 баллов);

• предложений поставщика в отношении обработки электронных заказов.

Правило начисления баллов

Правило начисления баллов, принятое применительно к цене, было следующим.

Если заявка < средняя заявка, то балл за цену = 50 × самая низкая заявка/ценовая заявка.

В противном случае:

Балл за цену = 50 × (самая низкая заявка/ценовая заявка) × [1 – (ценовая заявка – средняя заявка)//резервная цена – средняя заявка)],

где 50 – максимальное число баллов, которое можно набрать на предложениях цен, тогда как резервная цена равняется номинальной единой стоимости талонов (4,65 евро).

Правило работает следующим образом: самая низкая заявка получает наивысший ценовой балл (50). Все ценовые заявки ниже средней заявки получают балл, пропорциональный наименьшей заявке, тогда как все остальные заявки получают балл, который зависит от средней и самой низкой заявки.

Технические баллы присуждались в соответствии с нелинейным алгоритмом начисления баллов. Мы взяли за основу начисления баллов с расчетом балла для аффилированных магазинов, поскольку оставшиеся пункты (4) прибавляются на произвольной основе.

Технический балл 1 = 40 × (Uk/Umax)1/2;

Технический балл 2 = 6 × (Ak/Amax)1/2,

где Uk – число аффилированных магазинов типичного поставщика к; Umax – наивысшее число аффилированных магазинов поставщика; 40 – максимальное число баллов, которые поставщик может получить в отношении аффилированных магазинов; Ак – число крупных городов, в которых типичный поставщик к аффилирован по меньшей мере с одним магазином; Amax – наивысшее число крупных городов поставщика по меньшей мере с одним магазином; 6 – максимальное число баллов, которое поставщик может получить в отношении аффилированных магазинов.

В этом правиле есть две ключевые черты. Первая состоит в том, что ценовая конкуренция довольно интенсивна в отношении ценовых заявок ниже средней. Сокращения цен выше средней приносят очень незначительный прирост в баллах. Именно это важное соображение привело к использованию такого правила начисления баллов: стимулировать достаточно высокую ценовую конкуренцию, но избегать низкого качества, потенциально порождаемого агрессивными заявками. Во-вторых, заявки являются взаимозависимыми, а средняя играет решающую роль. Это происходит по той причине, что всякий участник способен влиять на среднюю заявку и потому не только на свой балл, но и на балл других участников. Как мы увидим, эта последняя черта правила начисления баллов может быть определяющей для динамики сговора.

Итальянская отрасль талонов на питание

Таблица 14.3 показывает некоторые данные о компаниях, действующих в отрасли талонов на питание. Отрасль состоит из одиннадцати установленных компаний и некоторых других участников с очень незначительными рыночными долями (менее 3 %). Рынок довольно сильно концентрирован, причем одна компания, GEMEAZ, имеет более 45 % рыночной доли в отношении прибыли и свыше 60 тыс. аффилированных магазинов. Обратите внимание, что десять компаний из одиннадцати участвовали в конкурентных торгах.

Таблица 14.3. Рыночная доля в секторе талонов на питание, 1999 г.

Источник: финансовая отчетность La Cascina SRL, 2000 г.

Результаты тендерного процесса и сговора

Решение ICA установило, что сговор имел место с целью сохранения рыночных долей компаний, участвовавших в картеле. Как показано в последнем столбце табл. 14.4, все компании картеля, за исключением Ristochef и Qui! повысили или сохранили рыночные доли относительно предыдущих конкурентных закупок талонов на питание, проводимых Consip в 1996 г. Две ведущие компании в основном удержали свои позиции, тогда как рыночные доли компаний, не участвовавших в сговоре – Pellegrini and Repas, – были значительно сокращены, на 7,4 и 3,2 % соответственно. Таблица 14.5 показывает победившие компании по каждому лоту. Фирмы, которые не могут участвовать как самостоятельные заявители по одному или более лоту, имеют право, в соответствии с итальянским законодательством, объединяться для создания более крупного и конкурентоспособного «участника» – группы. Этот объединительный механизм допускается во всех конкурентных торгах для упрощения участия небольших фирм.

Таблица 14.4. Рыночные доли в аукционе по талонам на питание

Источник: данные, относящиеся к 1996 г., взяты из соответствующего балансового отчета Gemeaz SRL. Данные, относящиеся к 2001 г., взяты из соответствующего балансового отчета La Cascina SRL.

Объединение участников сговора было таково, что каждая фирма должна была быть включена по меньшей мере в одну группу, которой предназначалась победа. Таблица 14.5 представляет информацию о составе групп и о результатах тендерного процесса. Сговор вовлек восемь компаний из десяти участвовавших. Картель представлял собой практически весь рынок талонов на питание. Документы антимонопольного комитета точно описывают процесс координации фирм. Три наиболее крупные компании (Gemeaz, Sedexho и Ristoservice), изначально желая создать простую конкурентную группу, решили заключить более крупное неконкурентное соглашение между всеми остальными участниками (за исключением Pellegrini и Repas). Соглашение было сформировано в несколько этапов. Первой проблемой было максимальное повышение вероятности победить по каждому лоту, при том, что Pellegrini и Repas, единственные компании, которые не участвовали в картеле, будут вести себя соответственно условиям конкуренции. Решение этой проблемы было найдено в создании одной сильной группы по каждому лоту, как показано в табл. 14.5. Вторая проблема состояла в определении того, как следует делить доходы. Соответственно, картель адекватным образом выбрал состав групп и распределение прибыли внутри победившей группы по каждому лоту для того, чтобы позволить каждой фирме в значительной мере сохранить свою позицию на рынке.

Пример координации: случай лота 1

Определение пяти групп-победителей по каждому лоту было напрямую связано с координацией цены и технических предложений. Мы сосредоточимся здесь на ситуации с лотом 1, поскольку координация по остальным лотам происходила по сходному принципу.

Лот 1 был присужден группе из трех фирм: Ristochef-Ristomat-Qui!. Как видно из табл. 14.5, эта группа предложила скидку в 6,75 %, тогда как все другие участники сговора (Gemeaz, Ristoservice и Sedexho) предложили очень невысокие (и проигравшие) скидки (0,33, 0,89 и 0,56 % соответственно). Pellegrini делала заявки на условиях конкуренции со скидкой на цену, равной 9,5 %. Итоговая средняя скидка равнялась 3,59 %. Компании в сговоре координировали свои предложения, создавая видимость конкурентных торгов в отношении еще более агрессивного предложения Pellegrini (12 % скидки). Такая скидка соответствовала ценовому пределу, ниже которого, если предполагать разумно, никакая компания не пошла бы. Имея в виду это допущение, группа координировала ценовые предложения. Скидка в 6,75 % была рассмотрена как хорошее (конкурентное) ценовое предложение, которое в сочетании с другими скидками по сговору определило ограниченную разность в баллах между агрессивной заявкой Pellegrini (12 %) и заявкой участников победившей группы. Это объясняется тем, что скидка в 6,75 % равна цене в 4,33 евро, что ниже средней цены в 4,48: поскольку все предложения цен ниже средней заявки получили балл, равный 50 × (самая низкая заявка/заявка), то разница между ценовыми баллами Pellegrini и группы в сговоре была достаточно ограниченной. Более того, разница в баллах по техническому предложению была с сильным перевесом в пользу победившей группы. Техническая сторона сыграла ключевую роль в динамике сговора. Эта роль была усилена тем обстоятельством, что фирмы в сговоре располагали хорошей оценкой числа аффилированных магазинов двух конкурирующих фирм. Таким образом фирмы в сговоре смогли с достаточной точностью создать видимость результатов конкурентных торгов и определить стратегии подачи заявок в целях минимизации риска поражения.

Заметьте следующее. Вначале победившая по первому лоту группа состояла только из Ristochef and Qui! тогда как Ristomat должна была бы быть включена в победившую по другому лоту группу. При включении Ristomat первой группе пришлось бы пойти на явный компромисс. В качестве исключения Ristomat представила бы свою заявку, сделанную в соответствии со сговором, способствуя поддержанию низкой средней скидки (высокое среднее значение ценовых предложений) и таким образом ограничивая разницу в баллах между Pellegrini и самой группой. Тем не менее, будучи включенной в группу, Ristomat никак не повлияла бы на ценовые предложения, но прибавила бы значительное число аффилированных магазинов. ICA показал, что группа выиграла гораздо больше благодаря включению Ristomat в картель, так как выигрыш от увеличения пунктов больше зависел от технической стороны, чем от ценовой.

Таблица 14.5. Участвовавшие поставщики и предложенные скидки

Несмотря на сложность правила начисления баллов, большинству участников удалось скоординировать свои предложения, чтобы разделить закупочный контракт и сохранить рыночные доли. И хотя сговор мог бы возникнуть, несмотря на применение правила начисления баллов, вполне естественно, что взаимозависимый характер конкретного принятого правила способствовал координации фирм, находящихся в сговоре, и исключению конкурирующих фирм.

Приложение 14.2. Рамочное соглашение ЕС и сговор

Первая статья директивы 2004/18/EC гласит, что «рамочное соглашение – это соглашение между одним или более органом, заключающим договор, и одним или более экономическим оператором, целью которого является установление условий, регулирующих договоры, которые должны быть присуждены в течение определенного периода, в особенности в отношении цены и, если это необходимо, предполагаемого качества». Данное утверждение ясно показывает, что такое договорное решение позволяет присуждать контракт более чем одному экономическому оператору. Органы, заключающие договор, могут выбрать поставщика (экономического оператора), который предлагает наиболее выгодные товары или услуги. Когда договоры, составленные согласно рамочным соглашениям, подписаны с несколькими экономическими операторами (по меньшей мере с тремя), статья 32, параграф 4 директивы 2004/18/EC устанавливает, что они могут быть присуждены либо путем применения условий, заложенных в рамочном соглашении, без повторного открытия конкурса, либо (если не все условия прописаны в рамочном соглашении) путем открытия нового этапа конкурса на основе тех же самых и, если необходимо, более точно сформулированных условий, а также, если это требуется, других условий, определенных в спецификациях рамочного соглашения.

Рамочные соглашения (framework agreements; далее – FAs) ЕС обеспечивают возможность двухэтапного отбора подрядчиков. На первом этапе закупщик (орган, заключающий контракт) может выбрать подгруппу поставщиков. На втором этапе последним может быть предложено по возможности внести изменения или обновить свои предложения в соответствии с более точно сформулированными экономическими условиями.

Ниже мы попытаемся выдвинуть некоторые пробные идеи по поводу характеристик FAs, потенциально способствующих сговору или же препятствующих ему. Говоря более конкретно, мы рассмотрим одну из самых распространенных схем, используемых действующими картелями в закупках, посредством которых картель выбирает одного поставщика для подачи заявки едва ниже резервной цены, тогда как все другие участники картеля подают заявки, равные резервной цене. Какое влияние будет оказано на жизнь «заговорщиков» в случае реализации отборочного процесса, который 1) допускает более одного победителя и 2) предполагает вероятность второго этапа конкурса?

Чтобы оценить воздействие FAs ЕС на устойчивость картельных схем, может быть полезно изучить, как FAs способны изменить мотивы участников картеля относительно присоединения к сговорной схеме.

Согласно FAs, если на первом этапе выбирается более одного поставщика, то их должно быть не меньше трех. Это означает потенциально более высокую степень взаимодействия между поставщиками, допущенными до второго этапа конкурса, по поводу стандартного рамочного договора, который разделяется на несколько лотов и присуждается разным победителям. В такой ситуации поставщик, скажем, высококачественных ноутбуков будет поставлять тот же самый товар на весь период действия контракта. То же относится к поставщикам средне– и низкокачественных ноутбуков. В соответствии же с FAs, отобранных поставщиков можно, в принципе, обязать[377] удовлетворять спрос на ноутбуки любого качества на последующих этапах конкурса.

Последствия следующих этапов взаимодействия между отобранными поставщиками можно проиллюстрировать на простом примере. Предположим, что группа поставщиков, допущенных до второго этапа, включает фирмы A, B и C и что фирма А выбрана картелем в качестве победителя трехгодичного контракта. Если закупщик организует, скажем, три новых раунда торгов среди выбранных поставщиков[378], то отклонения от схемы сговора со стороны фирм B и C будут выявлены и наказаны более оперативно, чем при стандартном рамочном договоре, в котором один победитель выбирается на стадии торгов и которому присуждается трехгодичный контракт. Другими словами, множественные раунды торгов среди поставщиков, допущенных до второго этапа, означают меньшую выгоду отклонения от схемы сговора, чем при рамочном контракте. Более того, множественные раунды конкурса могут быть полезными для осуществления дополнительных переводов от фирмы А всем другим членам картеля. Если, например, выбранные поставщики не вынуждены (или же не взяли на себя таких обязательств) удовлетворять спрос, у них есть полная свобода при распределении рыночных долей. Следовательно, фирма А способна вознаградить фирмы B и С за неотклонение от сговорной схемы. В этом отношении рамочные соглашения ЕС могут способствовать сговорам. Если же фирмы A, B и C вынуждены взять на себя обязательство удовлетворять спрос, когда бы он ни возникал, соглашения по разделу рынка уже не могут исполняться в точности. В таком случае фирма А будет вынуждена разработать дополнительные переводы, схожие с теми, что используются при рамочном договоре. Описанная ситуация, таким образом, иллюстрирует благоприятный для сговоров характер FAs применительно к рамочным договорам.

Имеется, однако, дополнительный эффект FAs в отношении существующих картелей. Если отклонение от схемы сговора имеет место на первом этапе торгов, те поставщики, которые допущены до второго, могут попытаться избежать ценовой войны и скооперироваться по новой картельной схеме. Это искушение новых переговоров более вероятно, когда поставщики, конкурирующие на втором этапе, являются наиболее эффективными внутри группы участников торгов. Если более эффективные фирмы имеют стимул для отклонения с целью повторного обсуждения «новой» сговорной схемы, то первоначальный картель может быть дестабилизирован двухэтапными конкурентными торгами, предполагаемыми FAs.

Содержание директивы 2004/18/EC не позволяет более детально изучить позитивные и негативные с точки зрения сговора эффекты.

Основная причина этого, однако, не в том, что фактическое проведение процедуры отбора, установленной директивой, описано недостаточно подробно, а скорее в трудности прогнозирования на данном этапе возможных изменений сговорных схем в ответ на принятие директивы на всей территории Европы.

Краткий обзор литературы

Классическим трудом по сговору на олигополистических рынках является статья [Stigler, 1964]. Недавний доступный обзор того, как молчаливый сговор может подорвать конкуренцию, представлен в работе [Ivaldi et al., 2003]. Более ранний анализ сговоров в области аукционов и закупок можно найти в статьях [Robinson, 1985; Graham, Marshall, 1987], тогда как более поздний представлен в работах [Pesendorfer, 2000; Albano, Spagnolo, 2005]. Общий анализ сговоров и конкурентных торгов дан в книге [Klemperer, 2004]. Другие источники см. в Главе 15.

Источники

Albano G.L., Spagnolo G. The Collusive Drawbacks of Sequential Auctions. University College London, 2005. Mimeo.

Antitrust Division. United States Department of Justice. Annual Report FY. 1999.

Aubert C., Kovacic W., Rey P. The Impact of Leniency and Whistleblowers Programs on Cartels’ // International Journal of Industrial Organization. 2005. Forthcoming.

Blume A., Heidhues P. Private Monitoring in Auctions № SP II 2003–14, CIC. Working Papers. Wissenschaftszentrum Berlin. 2004.

Graham D., Marshall R. collusive Bidder Behavior at Single-Object Second-price and English Auctions // Journal of Political Economy. 1987. 95. Р. 1217–1239.

Klemperer P. Auctions: Theory and Practice. Princeton University Press, 2004.

Ivaldi M., Jullien B., Rey P., Seabright P., Tirole J. The Economics of Tacit Collusion; Final Report for DG Competition, European Commission. 2003.

Pesendorfer M. A Study of Collusion in First-Price Auctions // Review of Economic Studies. 2000. 67. Р. 381–411.

Rey P., Tirole J. The Logic of Vertical Restraints // American Economic Review. 1986. 76. Р. 921–939.

Robinson M. Collusion and the Choice of Auction // Rand Journal of Economics. 1985. 16. Р. 141–145.

Spagnolo G. Leniency and Whistleblowers in Antitrust. Forthcoming // P. Buccirossi (ed.) Handbook of Antitrust Economics. Cambridge, MA: MIT Press, 2006.

Stigler G.J. A theory of Oligopoly // Journal of Political Economy. 1964. 72. Р. 44–61.

Vickers J. 2004. www.oft.gov.uk

15 Аукционные ринги и разработка мер противодействия сговору при организации аукционов продаж и закупок

Уильям Ковачич, Роберт Маршалл, Лесли Маркс, Меттью Рэйфф[379]

15.1. Введение

С середины 1990‑х годов для обеспечения исполнения законов о конкуренции, направленных против картелей, значительное внимание уделяется тем средствам, благодаря которым покупатели или продавцы организуют картельные схемы и оперируют ими[380]. Крупные иски против картелей в области пищевых добавок и витаминов сделали достоянием общественности невероятный объем информации о функционировании картелей[381].

Расширение этого потока информации составляет суть современного исследовательского процесса, который благодаря активной работе с опубликованными судебными решениями и другими материалами сформировал информативную картину методов координации картелей[382].

В основном, дискуссии под воздействием научных исследований и современных разработок по обеспечению следования правилам коснулись оптимальной организации государственной политики против картелей[383]. Основные моменты обсуждения включили в себя формулировку стратегий повышения выявляемости картелей (например, поощрение информирования властей участниками картелей или их сотрудниками о существовании картеля)[384]; введение и расширение частного права на иск с целью дополнения антикартельных мер, принимаемых государственными органами[385]; выбор средств правовой защиты (например, взыскание гражданско-правовых убытков и уголовное наказание, включая тюремное заключение для физических лиц)[386].

В данной главе мы рассмотрим основу современной информации и литературы о координации картелей различных направлений. Оценке действенности государственных мер в правоприменительной сфере мы предпочитаем анализ возможных мер предосторожности, которые договаривающиеся стороны могут принимать самостоятельно, противодействуя сговору участников торгов, без обязательного обращения к государственным законам, направленным на осуждение картелей. Сильная тенденция к подчеркиванию значимости ответных действий со стороны государства на сговор уменьшает масштаб, до которого успешная антикартельная компания может привлечь усилия потенциальных жертв картеля по предупреждению или противодействию успешной координации действий картеля[387].

Контекст, в котором мы рассматриваем возможные антикартельные меры, принимаемые закупщиками и поставщиками, является составной частью внедрения картельной схемы – это конкретные торги или закупки. В конечном итоге картельные соглашения реализуются в деятельности участников картеля в ежедневных эпизодах покупки и продажи, посредством которых стороны обычно ведут бизнес.

Эти отдельные операции по аукционам и закупкам обеспечивают условия, в которых участники картеля могут преобразовать свои стремления к координации в практичные и действенные механизмы ограничения конкуренции. Способность участников картеля использовать в своих целях и направлять результат аукционов и закупок определяет успех всего сговорного предприятия.

При изучении функционирования торгов и закупок мы опишем некоторые распространенные форматы, применяемые аукционными рингами для поддержания сговора, с целью предоставить рекомендации для организаторов торгов касательно противодействия сговору. Понимая типы механизмов, которые аукционные ринги обычно используют для подавления конкуренции и повышения своей прибыли, организаторы торгов и закупок смогут принимать решения, которые будут сдерживать сговор. Некоторые виды решений усложняют эффективное управление сговором аукционным рингам, тогда как другие упрощают выявление и судебное преследование сговора постфактум.

Мы начнем данную главу с вводной информации об истории аукционных рингов, в отношении которых проводилось расследование в прошлом, и о различных видах организации картелей, применяемых в рассматриваемых случаях. Для ясности изложения мы сосредоточимся на аукционах, хотя закупки, если это будет необходимо, также будут обстоятельно рассмотрены[388].

В целом предмет нашего интереса составляют схемы распределения контрактов, в которых предложения рассматриваются одновременно. Сделки с недвижимостью не относятся к этому контексту, так как предложения обычно рассматриваются последовательно и без возможности их отзыва. Рынки с объявленными ценами – также. Тем не менее многие сделки относятся именно к этому контексту.

15.2. Роль закупок в сговорах

Для участников торгов естественно подавлять конкуренцию и таким образом захватывать часть дохода, который бы в противном случае был передан продавцу (или покупателю в закупках).

Исключительно крупный корпус прецедентного права США полон примеров нарушения закона Шермана касательно аукционных рингов [American Bar Association, 2002, р. 89–91], и последние примеры его принудительного применения в других юрисдикциях недостаточно подчеркивают масштаб и очевидную повсеместность этого явления[389]. Сведения из опубликованных судебных решений и процессов по государственному принуждению к исполнению законодательства не охватывают всех измерений проблемы, так как эти источники включают только эпизоды сговора, участники которого были выявлены и в отношении которых было проведено расследование[390].

Кроме того, многие промышленные картели занимаются деятельностью, которая может быть не связана с мошенничеством при подаче заявок, как, например, распределение рыночных долей. Но для многих из этих картелей покупатели получают товары от фирм, состоящих в картеле, посредством «конкурентных» закупок, в которых участники картеля уже распределили заявки нечестным образом. Другими словами, картели часто характеризуются тем, как его участники распределяют прибыль от сговора (распределение рыночных долей, географические разделы, распределение клиентов и т. д.), но на уровне сделок участники картеля получат выгоду от предотвращения конкуренции между собой при взаимодействии с покупателями. Когда покупатели прибегают к конкурентным закупкам, фирмы в картеле склонны к мошенничеству с заявками.

С 1940 г. суды США четко дали понять, что формирование картелей будет рассматриваться как самостоятельное правонарушение в соответствии с разделом 1 закона Шермана[391]. Но только в последние десятилетия антимонопольные угрозы для участников картеля стали по-настоящему суровыми.

В данный период, среди прочих мер, США повысили санкции и усилили сдерживающие механизмы, которые дали стимулы участникам картелей для сообщения о своем противоправном поведении[392]. В таблице 15.1 сравниваются основные черты режима санкций в США в 1970 и 2005 гг. Эти реформы совпали со значительными улучшениями эффективности адвокатов частных истцов во взыскании убытков в тройном объеме с участников картелей, нарушивших законодательство[393]. Значительные достижения в последние годы включают девятизначные компенсации от крупных аукционных домов и витаминных картелей[394].

Таблица 15.1. Санкции в США против нарушителей – участников картелей: сравнение 1970 и 2005 гг.

[395]

[396]

В последнее десятилетие другие многочисленные юрисдикции взяли на вооружение правило, которое устанавливает жесткие меры для противодействия картелям. С поддержкой США и различных транснациональных организаций растущее число конкурентных систем рассматривают в настоящее время картели как чрезвычайно серьезное правонарушение[397]. Опыт США с усиленным режимом сдерживания, введенным в 1990‑е годы, сподвиг многие юрисдикции – среди них Австралия, Бразилия, Канада, Управление по конкуренции Европейского союза и многие государства-члены ЕС – на принятие или усиление собственных сдерживающих мер[398]. Одна крупная юрисдикция (Великобритания) внесла поправки в собственное законодательство, чтобы рассматривать картели как преступление, и во многих странах принимают разнообразные меры для усиления веса частных исков по взысканию убытков в пользу жертв картелей [Global Competition Review, 2004].

Несмотря на эти изменения, многие участники торгов все еще могут рассматривать возможность преследования в соответствии с антимонопольными законами США или других юрисдикций всего лишь как приемлемую цену ведения бизнеса. Когда бы ни были предложены или разработаны новые аукционные механизмы, все же весьма немного внимания уделяется вопросу сговоров между участниками. И это при том, что применительно к упущенному доходу сговор между участниками торгов является, возможно, наиболее серьезной реальной угрозой для дохода[399].

На первый взгляд, масштаб и очевидный успех картельной деятельности в США – несмотря даже на серьезное законодательное противодействие – и в других юрисдикциях за прошедшую половину столетия может показаться удивительным в свете литературы, которая каталогизировала преграды для эффективной координации среди покупателей или продавцов. Редкий адвокат по вопросам конкуренции или экономист не изучал статью [Stigler, 1964] о задачах формирования и функционирования картеля. Стиглер заметил, что для того, чтобы добиться успеха, картели должны достичь консенсуса по условиям своего сотрудничества, выявлять отклонения от своего соглашения и наказывать нарушителей. К этому списку может быть добавлена проблема вовлечения или противодействия новым участникам рынка, привлеченным ценами, установленными картелем[400]. Согласно мнению Стиглера, выполнение этих задач при многих условиях может быть трудным. Поэтому многие картели потенциально – возможно, быстро – распадаются, так как центробежные силы, порожденные усилиями по формированию и поддержанию согласия, отдаляют участников.

Возможной подразумеваемой идеей этой литературы являлось то, что типичный картель был слишком неустойчив и недолговечен даже в отсутствие антимонопольных законов, которые подрывали такую координацию с помощью конкурентов, чтобы представлять серьезную проблему для сторон или же для публичного порядка в целом. Сосредоточившись на вопросах формирования картеля и его функционирования, комментаторы и разработчики стратегий могли упустить из виду отдельный вопрос для изучения, который, по крайней мере косвенно, предполагает, что рассматриваемые проблемы не были так серьезны, как это представлялось. Во многих эпизодах, связанных с контрактом, стороны могут испытывать большой соблазн по отступлению от первоначальных обязательств. По многим причинам обращение к средствам судебной защиты может не обеспечить исполнение обязательств эффективными способами. Таким образом, стороны экспериментировали с разнообразными механизмами для улучшения отслеживания исполнения и улучшения стимулов для выполнения изначально оговоренных условий соглашений[401].

Можно ожидать, что при столкновении с препятствиями, обозначенными Стиглером, та же изобретательность, проявленная фирмами при решении контрактных проблем в законных сделках, будет применена и для обеспечения успеха незаконных предприятий[402]. Такие ожидания могут быть вполне оправданными. Обнародование в последние годы подробных сведений о сговорах, как в ситуации с витаминным картелем, показывают изобретательность и настойчивость участников в нахождении способов преодоления проблем, связанных с координацией. Жизнестойкость и успех этих видов неявного сотрудничества подчеркивают эффективность выбранных способов скрытой координации[403].

Ниже мы проведем различие между двумя видами конкурентных механизмов: динамическими торгами и закрытыми торгами с первой ценой[404]. На динамических торгах с целью продажи товара участники торгов собираются на время проведения торгов обычно в одном помещении, но возможно и онлайн. Каждый участник может подать несколько заявок, и текущая цена продолжает расти (падать в случае закупок) до тех пор, пока ни один из участников не пожелает поднимать ее дальше. Участники могут наблюдать наивысшую текущую цену. Участник, подающий заявку последним, выигрывает предмет и уплачивает цену по своей заявке. В случае с закрытыми торгами с первой ценой каждый участник подает только одну заявку, обычно в письменной форме и обычно тайно от других участников. Собранные заявки оцениваются аукционистом, и участник, предложивший наивысшую заявку, побеждает и уплачивает по ней цену[405].

На первый взгляд динамические аукционы более подвержены риску формирования сговора, чем закрытые торги с первой ценой. На динамическом аукционе картель может применять очень простое правило: если член картеля активно подает заявки, никто другой из картеля не может делать заявки. Если член картеля воздерживается от подачи заявок, то другой член картеля может их подавать, но никто уже не может перебивать его заявки. Таким образом картель подавляет любую внутрикартельную конкуренцию на торгах. Более того, нет необходимости в предварительных договоренностях между членами картеля о стоимости, и потому не возникает никакого беспокойства из-за неверного представления информации. Обратите внимание, что член картеля с наивысшей стоимостью готов делать заявки вплоть до нее (стоимости), что как раз предполагается при отсутствии взаимодействия. Что наиболее важно, отметим, что здесь нет стимулов для членов аукционного ринга обойти картельное соглашение. Даже если член ринга нанимает подставного участника, чтобы действовать от его лица[406], он не может с выгодой для себя перебить участника ринга с наивысшей ценой[407].

Тем не менее в случае с закрытыми торгами с первой ценой картель может для гарантирования прибыли от сговора опустить заявку своего члена с наивысшей стоимостью ниже уровня, который бы он обозначил, не взаимодействуя с другими членами. Снижение этой заявки открывает путь для отклоняющегося поведения и неверного представления информации другими участниками. В целом, немного перебивая эту сниженную заявку, участник аукционного ринга может получить выгоду, которую он никогда бы не получил, если бы участник с наивысшей стоимостью не действовал во взаимодействии с другими. Таким образом, сговор более сложен в случае с закрытыми торгами с первой ценой, чем с динамическими аукционами. Он почти непременно требует предварительного взаимодействия, которое не нужно в сговоре на динамическом аукционе, и, кроме того, здесь есть возможность выгоды отклоняющегося поведения, которое не может легко вывести на след нарушителя.

Практический вывод 1.

Если сговор между участниками торгов представляет собой потенциальную проблему, используйте закрытые торги с первой ценой.

Есть также другой важный вопрос, относящийся к принуждению соблюдения правил. Во многих картелях персоны, которые предпринимают активные действия для реализации тайного соглашения на практике, являются владельцами фирм. Тем не менее, если сговор вовлекает крупные корпоративные объединения и эти компании участвуют в торгах по сотням поставок во всем мире, то менеджеры высшего звена, управляющие сговором, не могут подавать все заявки по всем поставкам. Они должны поручить это своим специалистам по продажам, которые, разумеется, обычно не уведомляются о том, что в этой ситуации действует явный картель. До проявления явного картеля для специалистов по продажам, весьма вероятно, могли использоваться схемы поощрения, способствующие расширению рыночной доли.

Как только картель заработал, эти поощрения, вероятнее всего, изменятся, подчеркивая вопрос увеличения цены для поддержания рыночной доли. Могут иметь место прямые указания специалистам по продажам не делать заявки в отношении некоторые счетов, если их заявку ожидают, поскольку конкурент попытался поднять цену. Хотя прямых заявлений руководства о том, что явный картель действует, нет, эти заявления должны рассматриваться специалистами по продажам как серьезный признак того, что характер конкуренции между фирмами существенно изменился и что весьма вероятен явный сговор.

Или может произойти так, что специалисты по продажам неожиданно выигрывают крупный счет (выгодно продают лот) и руководство не реагирует на это позитивно, но даже рассматривает это событие как ошибку. Это тоже показатель того, что действует явный картель[408].

Практический вывод 2.

К сведению лиц, проводящих частное или государственное антимонопольное расследование: проверьте, не изменилась ли схема поощрений специалистов по продажам в подозрительных фирмах с целью подчеркивания значимости цены над рыночной долей (иногда называемой «ценой до тоннажа» или «ценой до объема»).

На практике до подачи заявок, основанных на сговоре, картель часто считает необходимым сделать объявление цен, чтобы подготовить покупателей к более высоким предложениям и уменьшить сопротивление покупателей по отношению к грядущим повышениям[409]. Разумеется, объявления о повышении цен делаются также, когда затраты на факторы производства или резкие изменения в структуре спроса оправдывают это. Ключ к пониманию того, проводится ли сотрудничество в рамках сговора или нет, дает объяснение объявлению цен посредством связанных с рынком событий. Если нерыночные факторы, такие как время между объявлениями цен, имеют большее значение, возможно, отражая обычные картельные встречи, сговор может служить возможным объяснением (влияния этих факторов).

Практический вывод 3.

К сведению лиц, проводящих частное или государственное антимонопольное расследование: проанализируйте взаимодействие между поставщиками, используемое для реализации повышения цен.

Исследуйте, объясняют ли факторы издержек и цен наблюдаемые повышения цен или же это лучше объясняет время между объявлениями цен.

15.3. Расследованные аукционные ринги

Сначала мы рассмотрим аукционные ринги, функционирующие на динамических аукционах, и затем на закрытых торгах с первой ценой. Мы сосредоточимся на отборе аукционных рингов, в отношении которых проводилось расследование в США и юридические документы дают описание организации ринга.

Далее мы изучим степень, до которой картели, как, например, картели по рыночным долям, могут также мошенничать с заявками.

15.3.1. Аукционный ринг при проведении динамического аукциона

Одним из способов управления аукционным рингом на динамическом аукционе является проведение встречи между членами ринга до аукциона и определение того из участников торгов, кто станет победителем. Те участники торгов, которые не определены в качестве победителей, не подают предложения (ставки) на аукционе (или же они могут подавать очень низкие ставки с целью скрыть существование аукционного ринга). Участники торгов могут также согласовать платежи или другие механизмы для возмещения участия проигравшим участникам.

Одним из случаев, в которых был применен такой вид механизма, является дело Finnegan vs. Campeau Corp.[410] В 1988 г. R.H. Macy & Co., Inc. и Campeau Corp. участвовали в аукционной войне с целью покупки компании Federated Department Stores, Inc. Согласно опубликованному решению по делу, «Macy и Campeau договорились о том, что Macy прекратит подачу заявок и позволит Campeau стать покупателем, после чего между ними будет произведен раздел прибыли от такой стратегии»[411]. Это может служить примером подавления подачи аукционных ставок, которую Министерство юстиции США (US Department of Justice (DoJ) определяет как схему, в которой один или более конкурентов, которые должны были бы участвовать в торгах или уже участвовали, договариваются о воздержании от участия или же отзывают ранее поданную заявку для того, чтобы заявка определенного в качестве победителя участника была принята[412].

Другой способ управления аукционным рингом на динамическом аукционе состоит в том, что члены ринга определяют одного участника ринга, который должен подавать заявки на аукционе от лица всего ринга, и затем (предположим, он выиграет предмет аукциона) ринг проведет встречу, на которой решит, кто из членов ринга должен получить предмет и сколько полагается компенсационных платежей каждому участнику ринга за его участие в ринге.

Теперь перейдем к трем примерам, в которых механизм сговора, примененный аукционным рингом, не включал предварительного взаимодействия перед аукционом, за исключением возможного установления участников картеля или, как в деле District of Columbia vs. George Basiliko (описано ниже), определения участника картеля, который должен подавать заявки от имени всего картеля.

Затем участники картеля встретились после проведения аукциона для окончательного урегулирования деталей распределения и перевода платежей.

Первый пример представляет дело US vs. Pook[413], в котором аукционный ринг действовал на аукционах по антиквариату. Как гласит решение по делу, «Когда объединение дилеров действовало на публичном аукционе продаваемых предметов антиквариата, те дилеры, которые желали участвовать в объединении, согласились не подавать заявок против других участников объединения. Если участнику объединения удавалось приобрести предмет на публичном аукционе, то участники объединения, заинтересованные в этом предмете, могли подавать в отношении него свои заявки на последовавшем тайном частном аукционе („частные незаконные торги“). Участники объединения, подавшие наивысшую заявку на частном аукционе, получали право на предмет, уплачивая каждому участнику объединения долю разности между ценой на публичном аукционе и успешной частной заявкой. Объем, уплачиваемый каждому участнику объединения („раздел в объединении“) рассчитывался исходя из объема, который каждый участник готов был уплатить по своей заявке на частном аукционе»[414].

Рассмотрим пример другого вида схемы сокрытия заявок. В схеме, использованной дилерами по антиквариату, дилеры не стали бы конкурировать друг с другом на одном аукционе, и затем, если бы дилер – участник ринга выигрывал бы предмет, то его предложили бы на вторичном тайном аукционе участникам ринга. Если бы участник ринга предложил более высокую цену, чем та, что была уплачена на первом аукционе, то разность между двумя ценами делилась бы между участниками ринга. В случае отсутствия сговора разность между двумя ценами составляют деньги, которые были бы получены организатором аукциона.

Наш второй пример аукционного ринга, участники которого не взаимодействовали до проведения аукциона, – это ситуация картеля, закупающего промышленное оборудование, в деле US vs. Seville Industrial Machinery[415]. Механизм, использованный картелем в деле Seville, схож со схемой в деле Pook. Участники ринга договорились не делать предложения друг против друга на аукционе и затем обратились ко второму аукциону для распределения выигранных предметов и определения платежей между участниками. До 1970 г. участники картеля, закупающего промышленное оборудование, проводили предварительные встречи до аукциона, но на них они лишь обозначали в общем свой интерес к тем или иным предметам, выставленным на продажу. Поэтому только организатор картеля делал предложения на аукционе, основанные на его предположениях относительно вероятной высокой стоимости предмета для участников картеля. Окончательное распределение предмета и денежные переводы между участниками картеля снова определялись вторым аукционом.

Третий пример – это дело District of Columbia vs. George Basiliko[416], в котором фигурировал картель по недвижимости. Между этим примером и двумя предыдущими много общих черт. Опубликованное решение по делу Basiliko гласит:

«Ответчики и участники сговора обсудили и договорились… не конкурировать друг с другом для того, чтобы добиться выигрыша заявки; определили назначенного участника для действия в их пользу; обсудили и договорились о конкретных компенсационных выплатах, которые присутствующие участники получат за отказ от заявок или обсудили и договорились провести частный тайный аукцион между собой после того, как назначенный ими победитель выиграет аукцион по недвижимости… во многих случаях проводили тайный аукцион, на котором участники сговора делали заявки только в своем кругу с целью приобретения имущества по цене более высокой, чем цена, уплаченная назначенным участником публичного аукциона по недвижимости, и договорились разделить разницу между ценой публичного аукциона по недвижимости и тайного посредством компенсационных выплат между участниками аукциона; организовали посредством договора или иным способом возможность для победителя на тайном аукционе приобрести право или собственность на имущество; и произвели компенсационные выплаты, о которых они условились»[417].

Эти примеры показывают, что на динамических аукционах некоторые аукционные круги решают использовать механизмы сговора, которые действуют до аукциона, а другие используют механизмы, которые включают встречи после завершения аукциона. С каждым из видов механизма связаны свои преимущества и недостатки (с точки зрения аукционного ринга). Одной из целей аукционного ринга является выигрыш предмета во всех случаях, в которых какой-нибудь участник ринга оценивает его стоимость выше, чем неучастник, а также определение предмета в пользу участника ринга, который оценивает его стоимость максимально.

В общем, достичь этой цели, используя постаукционный механизм, невозможно[418]. Чтобы понять почему, заметим, что если ринг применяет ex post механизм, он должен предоставить два набора стимулов для участников ринга. Во-первых, стимулы для того, чтобы делать заявки на аукционе надлежащим образом. Обычно это означает запрет на встречные заявки в отношении участников одного ринга, т. е. предложение цен только в отношении цен неучастников, если участник ринга оценивает предмет выше, чем неучастники. Во-вторых, ринг должен обеспечить стимулы для того, чтобы участники ринга правдиво раскрывали свою стоимость предметов при применении постаукционного механизма. В целом, невозможно построить механизм, который бы обеспечивал оба вида стимулов. Таким образом, постаукционный механизм приведет к определенного рода неэффективности картеля – либо неучастники будут выигрывать иногда предмет, если есть участник ринга, который оценивает его более высоко, либо ринг будет выигрывать предмет, но предназначит его не тому участнику, который оценит его максимально высоко, либо возможна комбинация обеих возможностей.

Все же ринг может избежать проблемы неэффективности, используя pre-auction (предаукционный) механизм, но и этот механизм обладает своими недостатками. Предаукционный механизм требует проведения встреч и переводов денежных средств до каждого аукциона, а потому его более легко выявить. Аукционный же ринг, применяющий постаукционный механизм, требует проведения встречи только тогда, когда участник картеля выигрывает предмет, переводы денежных средств могут быть обязательными не во всех случаях. Кроме того, аукционный ринг, применяющий предаукционный механизм, должен либо быть способным контролировать заявки своих участников, например, прямо предотвращая участие некоторых членов ринга в аукционе, либо должен действовать в качестве «банкира», который бы держал и выплачивал деньги участникам ринга[419], нахождение же лица на роль банкира в незаконном аукционном механизме может представлять трудности.

Другим вариантом для ринга является абсолютное избежание перевода денежных средств, но в этом случае у ринга немного возможностей, кроме как согласовать схему ротации заявок. Министерство юстиции США (DoJ) описывает схему ротации заявок как схему, в которой участники сговора по очереди становятся победителями[420]. Согласно DoJ, «Условия ротации могут варьироваться; например, конкуренты могут по очереди обращаться к контрактам в зависимости от размера контракта, определяя равный объем каждому участнику сговора или распределяя объемы, которые соответствуют размеру компании каждого участника сговора». Но, как можно ожидать, жесткая схема ротации влечет определенную модель участия в торгах, которая не может возникнуть случайно и потому может быть достаточно легкой для выявления и расследования.

15.3.2. Аукционный ринг при проведении закрытых торгов с первой ценой

В отсутствие заранее обговоренной схемы ротации предложений аукционным рингам на закрытых торгах с первой ценой ничего не остается, кроме как встречаться до аукциона, поскольку ринг должен определить, какие заявки подаст каждый участник ринга. Обычно это означает расчет того, кто из участников оценивает максимально предмет, и определение того, сколько именно каждый из участников должен предлагать, а также распределение проигрышных заявок между остальными членами ринга.

В данном разделе мы приведем шесть примеров аукционных рингов на закрытых торгах с первой ценой. Три из примеров – US vs. Addyston Pipe, US vs. Lyons, и US vs. Inryco – включали регулярное взаимодействие между фирмами в сговоре, незаконная же деятельность, описанная в трех других примерах – US vs. A-A-A Electrical, US vs. Brinkley & Son, и US vs. Metropolitan – включала только единичную покупку или продажу.

В деле US vs. Addyston Pipe & Steel Co.[421] производители чугунных труб, находящиеся в сговоре, встретились до закупки, определили, кто из фирм в сговоре будет участвовать в аукционе и согласовали перевод платежей:

«Если предложения рекламируются муниципальной корпорацией, водной или газовой компанией, исполнительный комитет определяет цену, по которой будет сделана заявка какой-либо компанией из объединения, и вопрос, к какой компании будет отнесена эта заявка, решается благодаря наиболее высокому бонусу, который одна из компаний внутри ринга согласится уплатить или в размере которого ею будет подана заявка. Когда объем установлен таким образом, компания, которой определено право делать заявку по работе, направляет свою оценку или заявку в город или компанию, которой требуется труба, и так обозначенный объем „защищается“ заявками от тех членов объединения, которые приглашаются к подаче заявок, посредством подачи заявок во всех случаях немного выше того, которое сделано компанией, к которой должен отойти контракт… Урегулирование производится в установленное время, когда счет с бонусом дебетируется против каждой компании, где они в целом погашают друг друга, поэтому небольшие суммы фактически уплачиваются любой компанией при сведении счетов»[422].

Защитные заявки, описанные выше, иногда называются дополнительными, покрывающими или «этикетными» заявками[423]. Они создаются не с целью выигрыша, а с целью создания видимости конкуренции. В отношении закупок, согласно DoJ, «схемы дополнительных заявок являются наиболее часто встречающимися формами мошенничества с заявками, и они вводят в заблуждение покупателей, создавая видимость конкуренции для скрытия тайно раздуваемых цен»[424].

Другой вопрос, касающийся аукционного круга в деле US vs. Addyston Pipe, – это вопрос того, как следует организовать переводы платежей среди членов круга, не создавая подробных документальных свидетельств деятельности ринга. В данном деле аукционный круг действовал в течение продолжительного периода и принимал участие во многих закупках, поэтому его члены смогли разрешить проблему, ведя записи о подлежащих оплате платежах и только время от времени закрывая счета. Как указано выше, многие из требуемых платежей погашают друг друга взаимозачетом, так что фактически сделанные платежи весьма невелики[425].

В аукционном ринге в следующем примере все платежи производились единому организатору ринга. В деле US vs. Lyons[426], когда проект листового железа был выставлен на торги, Lyons организовала встречу с другими подрядчиками. «Группа выбрала участника с самой низкой заявкой и определила объем его заявки. Это было рассчитано путем усреднения оценок издержек заинтересованных подрядчиков и последующим прибавлением наценки и дополнительного объема, известного как „нагрузка“, которая представляла платеж наличными в пользу (Lyons). Системой предусматривалось финансовое стимулирование воздержания подрядчиков от участия в подлинно конкурентных торгах в отношении конкретного вида работ благодаря гарантированию того, что верность плану сговора поставит их в ряды тех, кто вправе рассчитывать на распределение будущих выгод». Участники Lyons стремились разделить часть прибыли, связанной с участием в ринге, с организатором (Lyons), чтобы обеспечить свой допуск к участию в аукционном ринге в будущем. Таким образом, продолжительный характер взаимодействия между участниками ринга представлял важный аспект в этом деле.

С другой стороны, следующее дело относится к единичному взаимодействию между подрядчиками по электротехнике. (Разумеется, может так быть, что стороны вели и другое взаимодействие, которое не было расследовано.) В деле US vs. A-A-A Elec. Co.[427] подрядчики, соревнующиеся за работу в аэропорту Raleigh-Durham, обсудили свои заявки, прежде чем представлять их, и назначили А-А-А в качестве того, кто предложит наименьшую цену. После получения итогового платежа за работу А-А-А произвел платежи своим товарищам по сговору. В этом примере картель встретился до аукциона для обсуждения заявок, но перевод платежей назначенным победителем в пользу участников торгов, которые согласились «подавить» свои заявки, был произведен только в самом конце. Готовность участников ожидать перевода платежей может означать, что между ними было регулярное взаимодействие, иначе можно было бы ожидать, что фирмы будут обеспокоены отказом А-А-А от своего обещания заплатить им.

Другая проблема аукционного ринга состоит в том, будут ли участники торгов, которые договорились представить проигрышные заявки, фактически делать это. В деле US vs. W.F. Brinkley & Son Construction Company, Inc.[428] конкуренты Brinkley в отношении перекачивающей станции и договора о трубопроводе обсудили свои заявки до закупки, договорившись о том, что Brinkley подаст выигрышную заявку. Ринг решил проблему контроля за заявками конкурентов Brinkley по крайней мере в одном случае, благодаря возмещению заявок и предоставлению их Brinkley для встречного действия для него. Угроза того, что участники ринга, которые договорились до торгов о подаче заведомо проигрышных заявок, могут фактически так не поступить, играет важную роль в том, как экономисты рассматривают разницу между функционированием сговора на динамическом аукционе и на закрытых торгах с первой ценой. Тем не менее в деле Brinkley эту проблему, как представляется, аукционному рингу удалось преодолеть.

В заключение DoJ описывает механизмы субподряда как потенциально важную часть схем с нечестным представлением заявок (см. также Главу 14). В частности, участники, которые договорились не подавать заявок или подавать заведомо проигрышные, могут получить возмещение посредством получения субподряда от победившего участника. В деле US vs. Metropolitan Enterprises, Inc.[429] Broce Construction Company встретилась с группой других компаний по строительству магистралей до открытия аукциона по ряду контрактов на ремонт дорог в Оклахоме. Эти компании договорились не подавать заявок против Broce, которая таким образом перебила заявки прочих участников. В качестве компенсации Broce заключила договор субподряда с одной из компаний, которая согласилась не подавать заявку против Broce. Механизм субподряда также описан в деле US vs. Inryco, Inc.[430], в котором фирма по строительству бетонных сооружений Inryco заключила договор субподряда со своим конкурентом Western, в обмен на то, что Western подавала искусственно завышенные заявки в некоторых закупках[431].

Практический вывод 4.

Субподряды могут способствовать сговорам. Если возможно, заявки должны быть свободны от механизмов субподряда.

Резюмируя, можно сказать, что аукционные ринги на закрытых торгах с первой ценой проводят встречи до аукциона, чтобы обсудить заявки, которые представит каждый участник ринга. Ринг может принять меры, чтобы гарантировать, что члены ринга, которые должны подать заведомо проигрышные заявки, поступят именно так. И платежи между членами ринга (в качестве компенсации тем членам ринга, которые соглашаются подать заведомо проигрышные заявки) могут быть обговорены как до, так и после аукциона, но могут также и производиться посредством механизмов субподряда.

15.3.3. Мошенничество с заявками, совершаемое «стандартными» картелями

Проанализированные выше аукционные ринги не имеют никаких более общих соглашений, кроме соглашений, связанных со сговором на индивидуальных аукционах. Некоторые же картели заключают более широкие соглашения, например, соглашения о разделе рынка или распределении клиентов, хотя покупатели приобретают товары благодаря конкурентным закупкам.

Например, недавний витаминный картель[432] основывался на соглашении о разделе рынка, в соответствии с которым каждый картель получал твердую относительную процентную долю от всего рынка, охваченного картелем. Продукция каждой фирмы в картеле тщательно контролировалась картелем. Если фирмы отклонялись от согласованных рыночных долей, то внутрикартельное распределение проводилось в соответствии с «настоящими» долями по картельному соглашению[433]. Но несмотря на уровень организации и координации, члены картеля все же должны были повышать заявки в конкурентных закупках для получения прибыли от сговора.

Хотя сговор участников торгов может не казаться важной частью картелей, использующих соглашения по разделу долей рынка или распределению клиентов, тем не менее большинство участников сговора продолжают участвовать в конкурентных торгах закупок. Неважно, что делает картель в плане организации и координации перед взаимодействием с отдельными покупателями, заговорщики должны повышать свои ставки для получения прибыли от сговора. Но тут возникает вопрос: если все заявки повышаются, то зачем нужны соглашения о разделе рынка, контроль за продукцией и перераспределением контрактов?

В случае с витаминным картелем рынок для товара был весьма обширным и покупатели многочисленными. Иногда некоторые покупатели решали продлить контракты с крупнейшими поставщиками, а не проводить конкурентные закупки, и, кроме того, имелись продавцы в качестве третьей стороны, которые могли поставлять товар на регулярной основе. Эти особенности рынка означают, что каждая фирма, участвующая в картеле, находится в состоянии неуверенности относительно того, не продают ли тайно их коллеги по сговору товары брокерам по сниженным ценам, секретно предлагая скидки клиентам для того, чтобы гарантировать продление контракта, или не мошенничают ли они с их номинальными заявками в закупках, так что даже сделав заявку относительно крупного размера, они все равно получают контракт под предлогом более важной неценовой характеристики. Другими словами, тайное снижение цен будет всегда предметом постоянного беспокойства одних участников сговора в отношении других[434].

Одним из способов устранения этого беспокойства является заключение соглашения о разделе всего рынка между участниками сговора, контроль за выпуском продукции участниками сговора и проведение необходимых внутрифирменных перераспределений. Соглашение о разделе всего рынка между участниками сговора и контроль за выпуском продукции участниками сговора позволит выявить попытку мошенничества со стороны конкретного участника сговора (превышение определенной ему доли), если таковая будет предпринята, и соответствующие перераспределения будут произведены. При таких условиях – если фирмы достигли соглашения о цене по сговору – сговор при закупках становится относительно простым делом. Фирмы просто пытаются получить объемы, выигранные при каждой закупке, для их объединения таким образом, чтобы каждый участник картеля получил назначенную ему рыночную долю.

В витаминной отрасли закупки проводились регулярно. Каждая конкретная закупка была мало связана с рынком. Реальной возможности задействовать подставного участника не было. Все отклонения нейтрализовались в конце года посредством перераспределения, которое возвращало членов картеля к их соответствующим долям. Таким образом, хотя закупки проводились на закрытых торгах, т. е. сговор в этом случае был более сложным, регулярность, контроль, соглашение о рыночных долях и перераспределения позволили сделать сговор выполнимым, прибыльным и устойчивым.

15.4. Влияние форматов торгов на аукционные ринги

В данном разделе мы рассмотрим ряд параметров, форматов торгов продаж или закупок, которые влияют на аукционные ринги. Мы начнем с замечания о том, что может быть легче расследовать сговор на закрытых торгах, чем на динамическом аукционе. Затем мы обсудим, как различные форматы – закрытые и динамические торги – влияют на способность ринга побуждать своих участников следовать указаниям ринга о порядке подачи предложений. После этого мы обсудим роль информации, предоставляемой организатором аукциона, для упрощения сговора, и того, как аукционный формат влияет на стимулирование участников торгов, прежде всего, принимать участие в ринге. В заключение мы обсудим воздействие подставных участников торгов на аукционные ринги и влияния более или менее частого проведения торгов на аукционные ринги.

15.4.1. Расследование сговора

В случае с закрытыми торгами по первой цене обычно все участники подают заявки и аукционист должен иметь письменный (или электронный) протокол всех этих предложений. Наличие числа конкурентов, меньшего чем обычно, которые подают заявки, означает возможность сговора, поэтому участники сговора на закрытых торгах с первой ценой могут сделать так, что члены ринга, не назначенные победителями, подадут дополнительные заявки, чтобы скрыть существование картеля. Поэтому на закрытых торгах по первой цене аукционист ведет запись всех участников и всех заявок. Этот документ может помочь проведению расследования сговора на закрытых торгах по первой цене.

На динамическом аукционе такого документа обычно не существует. Во-первых, сами заявки могут подаваться устно, поэтому никакой формальной записи поданных заявок может просто не быть. Во-вторых, в зависимости от аукционного формата, многие участники торгов могут совсем не подавать заявок, даже в условиях отсутствия сговора, если цена повысится (упадет в случае закупок) до уровня, который превышает их готовность платить, до того, как у них появится возможность сделать ставку[435]. Поэтому факт того, что только небольшое число участников фактически делают заявки на динамическом аукционе, вовсе не означает вероятного сговора, как в случае с закрытыми торгами. Невозможно даже установить всех участников динамического аукциона, поскольку известны только те, кто фактически делали ставки. Эти вопросы означают, что расследовать сговор на динамическом аукционе может быть более сложно, чем на закрытых торгах.

15.4.2. Подверженность сговорам различных аукционных форматов

Обычно считается, что динамические торги более подвержены сговору, чем закрытые. Например, Лесная служба США придерживалась этой позиции и санкционировала переход к большему числу закрытых торгов с целью выявления сговора среди участников своих аукционов по древесине[436]. Теоретические модели в исследовательской литературе установили, что во многих контекстах аукционные ринги легче организовать, и они могут быть более прибыльными на динамических аукционах, чем на закрытых торгах[437].

Причина, по которой динамический аукцион более подвержен сговору, чем закрытые торги с первой ценой, объясняется простым примером. Предположим, есть четыре участника торгов – А, B, С и D, – которые имеют следующие частные цели, известные им, относительно одного продаваемого предмета[438]:

A:80, B:60, C:40 и D:20.

Действуя несогласованно на устном аукционе на повышение, D будет делать заявки до 20, пока не прекратит своего участия, C до 40, B до 60 и А до 80. Таким образом, А выиграет предмет за цену в 60. На закрытых торгах с первой ценой участники вынуждены ставить свои предложения ниже своих целей, чтобы получить положительную отдачу. Предположим, они делают предложения следующим образом:

bА = 60, bВ = 45, bС = 30, bD = 15.

Участник А выигрывает предмет за цену в 60.

Теперь рассмотрим сговор в соответствии с другой схемой. На динамическом аукционе ринг может подавлять предложения всех членов, кроме участника с самой высокой стоимостью. Участник ринга с самой высокой стоимостью записывается на аукцион и делает заявки так, как если бы он действовал без взаимодействия с другими. Если в рассмотренном выше примере А, B и C состоят в сговоре, а D нет, то В и С подавляют свои предложения, тогда как А готов делать заявки вплоть до 80. Ринг выигрывает предмет за цену в 20. Любой член ринга, который пытается нарушить порядок и конкурировать на аукционе, столкнется с участником ринга с наивысшей стоимостью и неучастником ринга с наивысшей стоимостью, каждый из которых подает заявки, как если бы они не действовали организованно. Таким образом, нет никакой выгоды от отклоняющегося поведения. В нашем примере поведение потенциального нарушителя В не приведет к выигрышу им предмета, так как А готов подавать заявки вплоть до 80, что превышает стоимость, которую В готов приписать предмету.

Ситуация на закрытых торгах с первой ценой совершенно иная. Чтобы гарантировать прибыль от сговора, член ринга с наивысшей стоимостью должен понизить свое предложение за уровень, который бы он обозначил в своей заявке, действуя неорганизованно, и другие члены ринга должны подавить свои предложения. В нашем примере, где А, B и C состоят в сговоре, а D нет, предположим, что В и С снова подавляют свои заявки и А подает заявку на 20. Эта заявка перевесит заявку D[439]. Но когда член ринга с самой высокой стоимостью снижает свое предложение, возникает возможность для члена ринга с не самой высокой стоимостью обеспечить выигрыш предмета, представив предложение на аукционе либо самостоятельно, либо через подставное лицо (например, член ринга может сделать заявку через другое лицо или фирму от своего имени, таким образом скрыв свое участие и потенциально избегая санкций, которые может наложить ринг на него в случае раскрытия нарушения указаний ринга). Эта возможность ставит под угрозу исполнимость плана участия картеля в закрытых торгах с первой ценой. Другими словами, если бы В отклонился от соглашения и предложил 30, они выиграли бы предмет и обеспечили относительно высокий положительный баланс. Противодействовать данному отклоняющемуся поведению для ринга означает необходимость такой аукционной стратегии, которая бы уменьшала прибыль от сговора. В этом состоит принципиальное различие между устным аукционом на повышение и закрытыми торгами с первой ценой[440].

Здесь мы вновь подчеркиваем нашу предыдущую рекомендацию о том, что следует использовать модель закрытых торгов с первой ценой вместо динамического аукциона, если сговор представляет собой потенциальную проблему.

Кроме того, аукционист или лицо, отвечающее за закупки, может противодействовать сговору посредством некоторых стратегических действий. Во многих обстоятельствах можно использовать резервную цену, более агрессивную, чем в случае, когда участники торгов подозреваются в сговоре[441]. Угроза использования такого резерва послужит сдерживающим для сговора механизмом. Это приводит нас к следующей дополнительной рекомендации.

Практический вывод 5.

Аукционист или лицо, отвечающее за закупки, может использовать стратегию резервной цены, чтобы увеличить экономическую отдачу и одновременно способствовать сдерживанию сговора.

15.4.3. Роль информации

Другим аспектом аукционных форматов, который влияет на способность участников торгов формировать сговор, является объем информации, предоставляемый аукционистом касательно итогов аукциона. Например, если аукционист раскрывает данные победителя и цену, уплаченную на аукционе, то, используя эту информацию, аукционный ринг может действовать с большей эффективностью или, по крайней мере, с меньшим риском выявления[442]. Если аукционист на закрытых торгах с первой ценой раскрывает объем предложений всех участников торгов, то проблема, с которой сталкивается аукционный ринг при контроле за заявками своих членов, становится более простой. В целом, чем меньше информации предоставляется относительно результатов торгов, тем труднее функционировать аукционному рингу. К сожалению, во многих ситуациях невозможно скрыть данные победителя, но, разумеется, весь набор предложений на закрытых торгах с первой ценой раскрывать не обязательно.

Практический вывод 6.

Не следует раскрывать проигравшие заявки на закрытых торгах с первой ценой.

Хотя возможно сдерживать сговор, не раскрывая информации о торгах, с точки зрения выявления и расследования сговора важно, чтобы аукционисты сохраняли всю доступную информацию о проведенных аукционах. В частности, следует хранить полную информацию по всем представленным заявкам. Это особенно актуально, если аукционный ринг не включает всех участников торгов, поскольку заявки членов ринга не могут быть наивысшими представленными предложениями, но все же эти заявки можно использовать для определения присутствия ринга и раскрытия данных о его членах[443].

Практический вывод 7.

Когда это возможно, каждый аспект торгов продаж/закупок должен быть задокументирован и записи должны храниться в течение продолжительного срока. Записи и документы должны включать, но не ограничиваться объявлением торгов продаж/закупок; лиц, приглашенных к участию в торгах; лиц, фактически сделавших заявки; всех обсуждений и разговоров; и всех предложений. Все участники торгов должны заблаговременно уведомляться о том, что полная запись торгов продаж/закупок будет доступна государственным правоохранительным органам и/или частным сторонам в процессе, если будет иметь место расследование торгов в рамках сговора.

Проигравшие заявки на закрытых торгах с первой ценой могут содержать информацию, связанную со сговором. Хотя аукционный ринг всегда старается подавить ставки[444], для того чтобы сговор был эффективным на закрытых торгах с первой ценой, ринг может помешать своим собственным членам мошенничать в отношении соглашения по сговору. Стимул к мошенничеству для членов ринга уменьшается, если участники незначительно повышают свои заявки, но для того чтобы сделать эти заявки обоснованными, у картеля может возникнуть необходимость в том, чтобы член картеля подал заявку, которая была бы немного меньше самого высокого предложения участника. Это означает, что последовательные заявки могут быть очень близкими одна к другой, даже если они проигравшие. Предложения такого рода являются показателем потенциального сговора[445].

В условиях закупок распространен случай, когда крупному поставщику предоставляется право последнего отказа[446]. Другими словами, перед закрытием закупок крупная компания уведомляется о ведущем конкурирующем предложении и ей предлагается сравняться с этим предложением, чтобы сохранить бизнес. Уведомление крупного поставщика о заявках других участников до окончания закупок дает ему возможность отслеживать аукционную стратегию потенциальных участников одного сговора и реагировать в режиме реального времени на отклонения от согласованной в сговоре аукционной схемы. Это сдерживает отклонение со стороны членов ринга.

Практический вывод 8.

Если издержки от смены поставщиков не очень велики, следует избегать практики «права последнего отказа», поскольку это способствует сговору.

Наконец, есть условия торгов/закупок, в которых участники торгов имеют значительный опыт, связанный с оценкой предмета или проекта. Например, дилеры по антиквариату имеют опыт в определении подлинности предмета той или иной эпохи, а лесозаводы – опыт в определении качества древесины на корню в конкретной дренажной зоне. В таких случаях у участников торгов будет дополнительный стимул для сговора, так как их конкурентная аукционная стратегия перенесет все издержки по определению качества на продавца/покупателя. Аукцион или лицо, отвечающее за закупки, может уменьшить этот стимул, предоставив подробную и высококачественную информацию всем участникам торгов до открытия торгов/закупок. Предоставление этой информации также дает дополнительное преимущество, смягчая «проклятие победителя»[447]. Смягчение «проклятия победителя» ведет к более агрессивной аукционной стратегии, особенно применяемой менее информированными участниками, которые обычно не являются членами картеля[448].

Практический вывод 9.

Вся важная информация, известная аукционисту/закупщику о предмете, выставляемом на продажу/закупку, должна быть раскрыта до начала торгов всему сообществу участников.

15.4.4. Участие

Чтобы на закрытых торгах с первой ценой сговор принес прибыль, назначенный в качестве победителя член ринга должен представить более низкую заявку (более высокую – в закупках), чем он бы сделал в противном случае. Если член ринга представляет ту же заявку, которую он бы подал и в отсутствие сговора, то выгоды от сговора нет. Но если есть участники торгов, не включенные в ринг, то выбранный член ринга должен не слишком исказить размер заявки, поскольку она должна быть конкурентной в сравнении с заявками участников торгов, не принадлежащих к рингу.

Аукционный ринг на динамических торгах не сталкивается с такой проблемой, поскольку в этом случае назначенный член ринга может отреагировать в реальном времени на все заявки, сделанные членами ринга. На закрытых торгах с первой ценой назначенный член ринга должен придерживаться заявки, не зная заявок других участников вне ринга. Это потенциально сокращает прибыль от сговора на закрытых торгах с первой ценой по сравнению с динамическими. Такое сокращение прибыли может означать в случае закрытых торгов с первой ценой, что некоторые участники предпочтут не участвовать в ринге – и скорее делать заявки самостоятельно, чем участвовать в ринге и в перспективе быть вынужденными переводить деньги другим членам ринга в обмен на подавление конкуренции. Это особенно верно применительно к участникам торгов с очень высокой стоимостью предмета, выставленного на продажу (поставщикам закупаемого предмета с очень низкими издержками). Именно эти участники с очень высокой стоимостью предмета скорее всего откажутся от участия в аукционном ринге на закрытых торгах с первой ценой[449]. В динамическом же аукционе даже участники с высокой стоимостью скорее всего охотно войдут в аукционный ринг.

15.4.5. Роль подставных участников торгов

Как было указано выше, если члены ринга, действующие на закрытых торгах с первой ценой, способны подать заявки под вымышленными именами, то это усложнит контроль аукционного ринга на таких торгах за заявками, поданными его членами. В частности, те члены ринга, которые получили указания от ринга о подаче заведомо проигрышных предложений, могут иметь стимул для попытки выиграть предмет под вымышленным именем, таким образом избежав всяких ответных действий со стороны ринга. На динамических торгах существуют механизмы сговора, которые не зависят от способностей членов ринга использовать подставные лица[450]. Поэтому способность или неспособность использовать «маски» не затрагивает аукционные ринги на динамических торгах.

Из-за потенциально дестабилизирующего влияния подставных лиц на аукционные ринги, особенно на закрытых торгах с первой ценой, аукционист может иметь стимул для упрощения использования подставных лиц. Например, аукционист может сохранять в секрете данные об участниках, возможно, обозначая только номера участников. Аукционист может позволить сообщать о заявках по телефону или почте, не требуя личного присутствия участников в определенное время в определенном месте, где все открыто для наблюдения. Наконец, аукционист может позволить участнику представлять более одной заявки под разными номерами участников или под разными именами.

15.4.6. Частота аукционов

Как было рассмотрено выше, некоторые аукционные ринги могут производить перевод средств между собой после проведения аукциона, ради которого они сформировали сговор, или же вести записи сумм, подлежащих уплате, и только время от времени производить платежи для сведения счетов. Такое поведение упрощается, если аукционный ринг знает о существовании в будущем цепочки регулярных торгов, в которых он сможет принимать участие (более подробно об этом см. в разделе 14.4). Когда торги происходят с регулярными интервалами, аукционный ринг может более легко ввести схему ротации заявок и может угрожать наказать членов ринга на будущих аукционах, если они не следуют данным указаниям. Если стоимость предметов, продаваемых на каждом отдельном аукционе, невелика, то у членов ринга несильный стимул нарушать указания ринга, так как выгода от этого относительно невелика сравнительно с угрозой будущего наказания.

По этим причинам аукционист, обеспокоенный проблемой сговора, может предпочесть проводить меньшее число аукционов, на каждом из которых будет продано большее число предметов. Или же аукционист может предпочесть создать предметы с более высокой стоимостью, объединяя число предметов с меньшей стоимостью. Аукционист может предпочесть также не разглашать постоянное расписание будущих торгов, выставляя предметы на продажу через нерегулярные интервалы. Более продолжительные интервалы между аукционами могут стимулировать членов ринга покинуть его, поскольку вероятность ответных мер со стороны других членов ринга будет отнесена в более далекое будущее.

15.5. Заключение и анализ: механизм аукциона и ответные меры

Схемы сговора обычно воплощаются на практике посредством отдельных торгов продаж и закупок. Способ, который используют продавцы для проведения аукциона продаж и покупатели для проведения процедур закупок, может повысить или понизить их зависимость от сговора, несмотря на доступность антимонопольных законов или других юридических предписаний, которые запрещают такие формы координации. Таким образом, организация аукционов продаж и процедур закупок предоставляет фирмам важную возможность для дополнения частными средствами защитных механизмов против сговоров, предусмотренных публичным правом.

Как рассмотрено в этой главе, современный опыт в расследовании картелей породил ценный объем информации, которая может быть использована при организации ответных действий против сговоров на аукционах. Среди прочих шагов аукционисты могут принимать следующие меры для сдерживания сговоров.

1. Если сговор представляет серьезную проблему для организаторов аукциона, то следует использовать модель закрытых торгов с первой ценой, а не модель динамического аукциона. Аукционисты и лица, ответственные за закупки, должны использовать агрессивную стратегию резервной цены во всех возможных случаях.

2. Аукционисты и занимающиеся закупками лица должны вести запись всех заявок, и не только победивших, а также запись всех других аспектов торгов/закупок. До проведения торгов следует распространить информацию о том, что эти записи будут доступны правоохранительным органам и/или частным сторонам, если возникнет антимонопольное расследование.

3. Насколько возможно, аукционисты и лица, организующие закупки, должны ограничить объем информации, предоставляемой участникам торгов в отношении результатов аукциона или заявок их конкурентов. Кроме того, если только нет серьезной на то причины, право последнего отказа не должно предоставляться крупному поставщику. Тем не менее аукционисты и лица, организующие закупки, должны предоставлять подробную информацию всем участникам торгов о предмете, который выставляется на продажу или закупается, до проведения аукциона.

4. Насколько возможно, аукционисты должны позволять участникам торгов делать множественные заявки, некоторые под вымышленными именами.

5. Насколько возможно, аукционисты должны проводить торги с продолжительными нерегулярными интервалами.

Эти шаги имеют потенциальные преимущества для всех категорий аукционистов и учреждений, производящих закупки, но особенное значение они имеют для государственных закупочных органов. Поразительное число дел с картелями, расследуемых антимонопольными органами в последние десятилетия, включали сценарии, в которых жертвой схемы сговора становился государственный закупочный орган[451]. Очевидная привлекательность государственных аукционов и закупок в качестве цели для сговора означает выгоду для государственных органов вследствие усиления антикартельных контрмер, включая предложенные защитные механизмы.

В дополнение к пунктам, рассмотренным выше, существует ряд других способов, благодаря которым аукционист или лицо, организующее закупки, могут уменьшить угрозу сговора. Несмотря на то, что это выходит за рамки обсуждения в настоящей статье, мы проведем ниже их общий анализ.

Ряд тактических способов для смягчения угрозы сговоров включает использование рыночной власти и/или усмотрения аукциониста или лица, организующего закупки. Примеры включают использование агрессивной резервной цены или права не продавать. Последнее может быть применено благодаря неоднозначно определенному принципу начисления баллов, который затем используется рассудительным организатором закупок для оценки не связанного с координацией характера заявок, с применением санкций в отношении аукционной стратегии, порожденной сговором. Хотя позитивное усмотрение распространено, но если оно зависит от аукциониста или закупщика, который действует как агент собственника или конечного покупателя, то могут приниматься нерациональные решения вследствие нарушения агентских отношений. Многие из Правил закупок для федеральных нужд США касаются контроля за усмотрением государственных должностных лиц-закупщиков. Мы признаем, что сохранение дискреционных полномочий государственными должностными лицами для противодействия аукционированию в рамках сговора противоречит некоторым особенностям существующих норм, регулирующих закупки, в США и других странах.

Один тактический способ, используемый аукционистами и закупщиками для уменьшения вероятности сговора, включает использование «защиты участников торгов». Эти участники находятся в распоряжении аукциониста или закупщика на привилегированной основе. Фирмы, проявлявшие агрессивность в прошлом и иногда называемые участниками-бунтарями, – потенциально хорошие кандидаты на эту роль.

Часто случается, что закупщики стремятся к разделению выигрышей и сравнительному анализу в качестве защитных механизмов их закупочного процесса. В целом, каждый участник не только не может противостоять, но, напротив, весьма подвержен по своей природе манипулированию со стороны картеля. Сравнительный анализ, посредством которого фирма получает информацию от третьей стороны о том, сколько другие фирмы на рынке обычно платят за приобретаемые товары, позволяет выявить несоответствия у должностного лица-закупщика или некоторые другие характерные недостатки практики закупок в конкретной фирме, но не позволяет заказчику выявить сговор, так как картель поднимет заявки для всех покупателей в отрасли. Другими словами, сравнительный анализ очень скудно дает информацию о весьма связанных событиях, которые сходным образом влияют на производящие закупки фирмы.

Разделение выигрышей также страдает от значительных недостатков. А именно, разделение выигрышей или привлечение разных исполнителей в контексте закупок может привести к результатам, которые похожи на сговор, что противоречит здравому смыслу[452]. Поддержание нескольких источников поставок одновременно означает, что один поставщик может использоваться для неявного контроля за другим. Но изначальная стратегия участия в торгах может быть резко искажена разделением выигрышей. Рассмотрим две фирмы, А и В, каждая из которых может произвести три единицы продукции. Производство двух первых единиц для обеих обходится в маргинальную стоимость 5, тогда как третья единица производится по маргинальной стоимости в 100. Предположим, покупателю нужно только две единицы. Если он организует закупки у одного поставщика, то участники торгов в целом уплачивают 10 за два предмета. Разделение выигрыша также приводит к закупочной цене в 10 за два предмета. Возникает вопрос, может ли каждый из поставщиков произвести на один предмет меньше, так, чтобы маргинальная стоимость производства первого предмета равнялась 5, а второго 100 для каждой из фирм. В данном случае закупки у одного поставщика приведут к тому, что покупатель уплатит 105 за каждый из двух предметов. Однако разделение выигрышей приведет к тому, что покупатель заплатит 200 за оба предмета. Этот результат не имеет смысла и похож на сговор, но мы приходим к нему через абсолютно свободный от сговора аукционный процесс. Сговор формируется до закупок посредством ограничения поставок на рынок. Таким образом, два защитных механизма, которые часто используются на практике – сравнительный анализ и разделение выигрышей, – имеют свои ограничения.

Краткий обзор литературы

Теорема об эквивалентности доходов является результатом анализа теории аукционов. Основополагающими в данной области являются работы [Riley, Samuelson, 1981; Myerson, 1981]. Отклонения от основных гипотез исследовались в последние два с половиной десятилетия. Одним направлением исследования было ослабление гипотезы о действиях, свободных от координации. Первые работы в этой области: [Robinson, 1985; Graham, Marshall, 1987; McAfee, McMillan, 1992; Mailath, Zemsky, 1991]. Интерес был особенно подогрет важностью мошенничества с заявками на торгах и сговора в отношении стратегии конкуренции. Относительная устойчивость различных аукционных схем к сговору привлекает внимание как тех, кто связан со стратегией конкуренции, так и тех, кто организует аукционы и закупки. В работе [Marshall, Meurer, 2004] приводится обзор основных вопросов. Последние теоретические разработки, посвященные противоположному предмету, особенно если сговор не включает всех участников торгов, содержатся в книге [Marshall, Marx, 2006].

Источники

American Bar Association, Section of Antitrust Law. Antitrust Law Developments (5th ed.) 2002.

Anderson M.R. Settle or Roll the Dice? // Litigation. Fall 2001. 28 (1). Р. 37–41.

Anton J, Yao D. Coordination in Split Award Auctions // Quarterly Journal of Economics. 1992. 57. Р. 681–707.

Aubert C., Rey P., Kovacic W.E. The Effect of Leniency and Whistleblowing Programs on Cartels // International Journal of Industrial Organization. Forthcoming. 2005.

Ausubel L.M., Cramton P., Milgrom P. The Clock-Proxy Auction: A Practical Combinatorial Auction Design. Forthcoming. // P. Cramton, Y. Shoham, R. Steinberg (eds.) Combinatorial Auctions. MIT Press, 2006.

Baker D.I. The Use of Criminal Law Remedies to Deter and Punish Cartels and Bid-Rigging // George Washington Law Review. 2001. 69. Р. 663–720.

Baker J.B. Mavericks, Mergers, and Exclusion: Proving Coordinated Effects Under the Antitrust Laws // New York University Law Review. 2002. 77. Р. 135–203.

Bernheim D. Expert Report of B. Douglas Bernheim, M.D.L. № 1285 // Re: Vitamins Antitrust Litigation, Misc. № 99–0197 (TFH), 24 May 2002.

Breit W., Elzinga K.G. Antitrust Penalty Reform – An Economic Analysis. Washington and London: American Enterprise Institute, 1986.

Calkins S. Corporate Compliance and the Antitrust Agencies’ Bi-Modal Penalties // Law & Contemporary Problems. 1997a. 60 (3). Р. 127–167.

Calkins S. An Enforcement Official’s Reflections on Antitrust Class Actions // Arizona Law Review. 1997b. 39. Р. 412.

Chen J., Harrington J.E. The Impact of the Corporate Leniency Program on Cartel Formation and the Cartel Price Path // V. Ghosal, J. Sennek (eds.) Political Economy of Antitrust forthcoming. North-Holland, 2005.

Coase R.H. The Nature of the Firm // Economica. 1937. 4. Р. 386–405.

Connor J.M. Price-Fixing Overcharges: Legal and Economic Evidence: Working Paper № 04–05. American Antitrust Institute, 2005.

Connor J.M. Global Price Fixing: Our Customers Are the Enemy. Series: Studies in Industrial Organization. Vol. 24. Boston: Kluwer Academic Publishers, 2001.

Cooter R. Unity in Tort, Contract, and Property: The Model of Precaution // California Law Review. 1985. 73. Р. 1–51.

Eichenwald K. The Informant: A True Story. N.Y.: Broadway Books, 2000.

Evenett S.J., Levenstein M.C., Suslow V.Y. International Cartel Enforcement: Lessons from the 1990s, OECD Global Forum on Competition. 2002.

European Commission. The Commission of the European Communities Decision of 21 November 2001, Case COMP/E-1/37.512-Vitamins // Official Journal of the European Communities. 1 October 2003.

First H. The Vitamins Case: Cartel Prosecution and the Coming of International Competition Law // Antitrust Law Journal. 2001. 68. Р. 711–734.

Fuller J.G. The Gentleman Conspirators: The Story of the Price-Fixers in the Electrical Industry. N.Y.: Grove Press, 1962.

Gavil A.I., Kovacic W.E., Baker J.B. Antitrust Law in Perspective: Cases, Concepts and Problems in Competition Policy. St. Paul: West Group, 2002.

Genesove D., Mullin W.P. Rules, Communication and Collusion: Narrative Evidence from the Suger Institute Case // American Economic Review. 2001. 91. Р. 379–398.

Global Competition Review. 2004. Cartel Regulation. (www.globalcompetitionreview.com)

Graham D.A., Marshall R.C. Collusive Bidder Behavior at Single-Object Second Price and English Auctions // Journal of Political Economy. 1987. 95. Р. 1217–1239.

Grossman P.Z. (ed.) How Cartels Endure and How They Fail: Studies of Industrial Collusion. Northhampton, MA: Edward Elgar, 2004.

Guersant O. European Commission Adopted Ten Decisions Imposing Heavy Fines on Hard Core Cartels in 2001, Directorate for Competition, European Commission. 2002.

Haberbush K.L. Limiting the Government’s Exposure to Bid Rigging Schemes: A Critical Look at the Sealed Bidding Regime // Public Contract Law Journal. 2000. 30. Р. 97–122.

Hendricks K., Porter R.H. An Empirical Study of an Auction with Asymmetric Information // American Economic Review. 1988. 78. Р. 865–883.

Herling J. The Great Price Conspiracy: The Story of the Antitrust Violations in the Electrical Industry. Washington: R. B. Luce, 1962.

Hirshleifer J., Riley J.G. The Analytics of Uncertainty and Information. Cambridge: Cambridge University Press, 1993.

International Competition Policy Advisory Committee (ICPAC) to the Assistant Attorney General for Antitrust. Final Report, US Department of Justice, 2000.

Klemperer P. What Really Matters in Auction Design // Journal of Economic Perspectives. Winter 2002. 16. Р. 169–189.

Kolasky W.J. Antitrust Compliance Programs: The Government Perspective, Antitrust Division, US Department of Justice. 2002. (http://www.usdoj.gov/atr/public/speeches/11534.htm)

Kovacic W.E., Shapiro C. Antitrust Policy: A Century of Economic and Legal Thinking // Journal of Economic Perspectives. 2000. 14. Р. 43–61.

Kovacic WE. Private Monitoring and Antitrust Enforcement: Paying Informants to Reveal Cartels // George Washington Law Review. 2001. 69. Р. 766–797.

Kovacic W.E. The Modern Evolution of US Competition Policy Enforcement Norms // Antitrust Law Journal. 2003. 71. Р. 377–478.

Lopomo G., Marshall R.C., Marx L.M. Inefficiency of Collusion at English Auctions // Contributions to Theoretical Economics. 2005. 5 (1). Article 4.

Mailath G., Zemsky P. Collusion in Second Price Auctions with Heterogeneous Bidders // Games and Economic Behavior. 1991. 3. Р. 467–486.

Marshall R.C., Marx L.M. Bidder Collusion. Forthcoming // Journal of Economic Theory. 2006.

Marshall R.C., Marx L.M., Raiff M.E. Cartel Price Announcements: The Vitamins Industry: Working Paper. Duke University, 2005.

Marshall R.C., Meurer M.J. Bidder Collusion and Antitrust Law: Refining the Analysis of Price Fixing to Account for the Special Features of Auction Markets // Antitrust Law Journal. 2004. 72. Р. 83–118.

McAfee R.P., McMillan J. Bidding Rings // American Economic Review. 1992. 82. Р. 579–599.

Motta M., Polo M. Leniency Programs and Cartel Prosecution // International Journal of Industrial Organization. 2003. 21. Р. 347–379.

Myerson R.B. Optimal Auction Design // Mathematics of Operations Research. 1981. 6. Р. 58–73.

Organization for Economic Cooperation and Development (OECD). Cartels: Sanctions Against Individuals. 2005. (http://www.oecd.org/dataoecd/61/46/34306028.pdf)

Riley J.G., Samuelson W.F. Optimal Auctions // American Economic Review. 1981. 71. Р. 381–392.

Robinson M.S. Collusion and the Choice of Auction // RAND Journal of Economics. 1985. 16. Р. 141–145.

Scott S. Cartel Enforcement: International and Canadian Developments // B. Hawk (ed.) International Antitrust Law and Policy, Fordham Corporate Law Institute. 2005. Р. 33–56.

Spagnolo G. Leniency and Whistleblowers in Antitrust. Forthcoming // P. Buccirossi (ed.) Handbook of Antitrust Economics. MIT Press, 2005.

Spratling G.R. Detection and Deterrence: Rewarding Informants for Reporting Violations // George Washington Law Review. 2001. 69. Р. 798–823.

Stigler G.J. A Theory of Oligopoly // Journal of Political Economy. 1964. 72. Р. 44–61.

Vann D.E., Jr., Litwan E.E. Recent Developments in International Cartel Enforcement // Getting the Deal Through: Cartel Regulation (Global Competition Review). 2004.

Williamson O.E. Markets and Hierarchies: Analysis and Antitrust Implications. N.Y.: The Free Press, 1975.

Wils W.P.J. Is Criminalization of EU Competition Law the Answer? // World Competition. 2005. 28 (2). Р. 117–159.

Wils W.P.J. Should Private Antitrust Enforcement Be Encouraged in Europe? // World Competition. 2003. 26. Р. 473–488.

16 Коррупция на торгах закупок

Иван Ленгвилер, Эльмар Вольфштеттер[453]

16.1. Введение

Торги являются эффективным механизмом для закупки товаров. Именно поэтому их используют уже в течение многих веков и стали еще более активно использовать в настоящее время. Но нельзя сказать, что они не подвержены манипуляциям через механизмы сговора и коррупции. Сговор означает, что участники торгов координируют свои действия с целью повышения цены. Коррупция означает, что лицо, которое проводит аукцион, т. е. аукционист, искажает правила аукциона в пользу участника(ов) в обмен на взятки. Сговор и коррупция иногда взаимосвязаны. В этой главе, однако, мы сосредоточим наше внимание исключительно на коррупции.

Под термином «коррупция» мы понимаем все виды поведения, когда лицо, находящееся на ответственной должности, злоупотребляет ею для собственной выгоды. В своем руководстве по вопросам коррупции Всемирный банк определяет «коррупционную практику» как «предложение, дачу, получение или вымогательство прямым или косвенным образом любых предметов, представляющих ценность, с целью оказания влияния на действия должностного лица в процессе закупок или исполнения договора[454]. Конкретно же в условиях торгов лицом, находящимся на ответственной должности, является аукционист, который действует от имени закупщика, и участники торгов, которые обязались играть по правилам. Разумеется, что если закупщик и аукционист являются одним и тем же лицом, то здесь нет возможности для коррупции[455]. Однако если закупщик является фирмой с широкой системой собственности (котируемой на бирже компанией, например), то обязательно будет агент, который примет на себя роль аукциониста от лица закупщика. То же относится и к государственному учреждению. Не имеет значения, представляет ли аукционист независимого эксперта или государственного служащего. В обоих случаях аукционист и закупщик не тождественны, и коррупция является потенциальной проблемой.

Коррупция является широко распространенной проблемой в закупках во всем мире. Недавно Всемирный банк оценил объем взяток только лишь в сфере государственных закупок в примерно 200 млрд долл. в год[456]. Поэтому закупщики должны быть предупреждены обо всех формах коррупции, и следует создавать механизмы, которые исключают или по меньшей мере затрудняют коррупцию. В области закупок имеют место различные формы коррупции:

• мошенничество с заявками,

• координация заявок и

• нарушение уровня качества.

В каждом из этих видов коррупции аукционист может быть как уже связан отношениями с привилегированным участником торгов, так и не связан, и тогда он устанавливает коррупционные отношения с тем участником торгов, который предложит самую высокую взятку. Ниже мы рассмотрим основные виды коррупции и способы их сдерживания.

16.2. Мошенничество с заявками

Мошенничество с заявками осуществляется, когда аукционист позволяет привилегированному участнику торгов скорректировать свою заявку после получения информации о заявках конкурентов.

16.2.1. Отбор привилегированного участника торгов, производящийся независимо от заявок

Предположим, что аукционист уже установил определенные отношения с одним из участников до начала торгов. Затем аукционист позволяет предпочтительному для него участнику сравняться с самой низкой заявкой его конкурентов.

Это может означать одно из двух:

• в той ситуации, когда привилегированный участник представил самую низкую заявку, аукционист позволяет ему повысить свою заявку и все же победить в торгах, таким образом увеличив свое вознаграждение;

• если привилегированный участник не представил самой низкой заявки, то аукционист позволяет ему сравнять свою заявку с самой низкой и все равно победить.

Во всех случаях уплаченная цена является самым низким предложением непривилегированных участников. Привилегированный участник побеждает всегда, когда у него есть стимул скорректировать свою заявку, что происходит, если и только если самая низкая заявка непривилегированного участника превышает его собственную.

Разумеется, что изначальная заявка привилегированного участника не имеет значения, так как она может быть скорректирована в обоих направлениях. Поэтому аукцион с привилегированным участником является аналогом последовательного аукциона, на котором сначала подают заявки непривилегированные участники, а затем привилегированный может подать ответную заявку и сравнять свое предложение с наименьшим предложением конкурента. Другими словами, привилегированному участнику дается право первого отказа.

В общем, если имеет место этот вид коррупции, на торгах не всегда будет избираться в качестве победителя участник с наименьшей ценой; поэтому в целом это неэффективно. Более того, этот вид имеет тенденцию к сокращению вознаграждения закупщику[457].

Этот вид коррупции может быть нейтрализован посредством открытых торгов[458] или закрытых торгов со второй ценой (аукцион Викри)[459]. Действительно, на аукционе Викри каждый представляет заявку, равную своей настоящей стоимости; аналогично, на «английском» аукционе каждый остается активным до тех пор, пока цена не достигнет его стоимости. Поэтому с привилегированным участником торгов обращаются, как со всеми прочими, и результат аукциона тот же, что и на торгах без коррупции.

Проблема коррупции встает под другим углом, если отбор привилегированного участника основывается на конкурсе взяток. Предположим, аукционист просит участников предложить взятки и представить свои заявки одновременно с намерением принять самую высокую взятку в обмен на наделение участника привилегированным статусом.

На аукционе с первой ценой соблюдается равновесие: участники торгов представляют максимальные заявки и одновременно взятки, которые таковы, что выгода от них такая же, как на обычном аукционе с первой ценой, не затронутом коррупцией. Результат эффективен в том смысле, что участник с наименьшей стоимостью получает контракт, но весь излишек достается аукционисту. С точки зрения закупщика эта ситуация является наименее удовлетворительной.

И снова проблема коррупции может быть нейтрализована посредством проведения открытых торгов или закрытого аукциона со второй ценой (Викри), так как в этом случае статус привилегированного участника не дает никаких преимуществ, как выше, и, следовательно, создается равновесие между отсутствием взяток и подачей заявки, равной стоимости, которую участник ей действительно придает.

Практический вывод 1.

Отдавайте предпочтение закрытому аукциону со второй ценой (аукциону Викри) или открытым торгам, если вы подозреваете, что аукционист установил привилегированные отношения с одним из участников или поощряет дачу взяток во время торгов.

16.2.2. Отбор привилегированного участника, основанный на оценке заявок

В уже рассмотренных нами ситуациях отбор привилегированного участника не связан с использованием информации, доступной аукционисту благодаря наблюдению аукционных стратегий участников. Тем не менее для аукциониста-коррупционера может быть более выгодным отложить отбор, пока он не рассмотрел заявки, по следующим причинам:

• аукционист может извлечь максимум выгоды от коррупции благодаря сравнению заявок и затем выбрать наиболее «выгодного» участника в качестве привилегированного;

• обращаясь только к одному или нескольким участникам торгов, аукционист минимизирует число незаконных контактов и потому – риск их выявления.

Как и выше, коррупционная сделка на торгах с первой ценой может принять одну из двух форм[460]. Аукционист может поощрить участника с наименьшей заявкой поднять свою заявку до уровня второй наименьшей в обмен на взятку. Или же аукционист может поощрить участника со второй самой высокой ценой понизить свою заявку до самой низкой (т. е. аукционист предоставляет участнику право первого отказа) снова в обмен на взятку. Так как аукционист располагает надежными сведениями о готовности участников платить (выводя их настоящую стоимость из представленных заявок), он может выбрать ту форму коррупции, которая дает возможность извлечь максимальный доход от взяточничества. Эту форму коррупции очень трудно выявить – поскольку риск коррупционного объединения невысок, так как только две стороны имеют серьезные доказательства его существования.

На торгах со второй ценой коррупционное объединение, состоящее только из одного участника и аукциониста, не может изменить цены, уплачиваемой продавцу, и потому они не извлекают никакой выгоды от коррупции, которую могли бы разделить между собой. Минимальное число участников коррупционного объединения включает аукциониста и двух участников с наименьшими заявками. Они могут договориться о том, чтобы участник со второй наименьшей ценой отозвал свою заявку, и тогда участник с наименьшей ценой побеждает на торгах, но должен оплатить продавцу всего лишь третье наименьшее предложение. Поэтому мы заключаем, что аукцион Викри, предложенный в Практическом выводе 1, не достаточен для предотвращения этой формы коррупции.

Более крупные объединения также возможны, и они делают вероятной более высокую выгоду от коррупции. Но, разумеется, риск их выявления увеличивается с увеличением числа лиц, знающих о коррупции.

Коррупционные схемы, построенные по этому принципу, основаны на способности сторон менять заявки после их представления. Если это невозможно, эта форма коррупции неосуществима. Один из способов сделать это невозможным – это сделать аукционный процесс публичным. Как следствие, открытый аукцион, затронутый в Практическом выводе 1, работает в качестве антикоррупционного инструмента, поскольку он просто разрушает секретность, необходимую для этого вида коррупции.

Практический вывод 2.

Отдавайте предпочтение открытым торгам, если подозреваете, что аукционист пытается совершить тайную сделку с небольшим числом участников после проведения аукционного раунда с целью собрать сторонние платежи.

Открытый аукцион может быть нежелателен по другой причине, такой как опасение сговора. В этом случае следует обезопасить закрытые торги от коррупции. Это требует технологии, которая бы сделала мошенничество с заявками невозможным.

Можно потребовать, чтобы аукционист ломал печати закрытых заявок публично, по истечении времени подачи заявок[461]. Но и у участников есть интерес в том, чтобы информировать аукциониста о своих заявках, так как они тоже извлекают выгоду от коррупции. Поэтому аукционист может пригласить прийти каждого отдельного участника в свой офис с незапечатанной заявкой. Аукционист решит, которому из участников будет позволено изменить свою заявку, и свяжется с ним. Первоначальная заявка этого участника уничтожается и заменяется новой, мошеннической[462]. Поэтому устоявшаяся практика запечатывания заявок и публичного ломания печатей не достаточна для того, чтобы исключить мошенничество с заявками. Дополнительно необходимо, чтобы ни одна заявка не могла быть уничтожена и заменена другой.

Часто полагают, что можно решить проблему коррупции, наняв держателя заявок, как, к примеру, государственного нотариуса, которому платят достаточно высокое «вознаграждение за доверие»[463] и которому подаются все заявки. Тем не менее это неверно, так как заявку можно заменить, не оставив никаких следов этой замены[464].

Это последнее свойство может быть реализовано благодаря электронной системе подачи заявок. Такая система должна содержать журнал учета тех, кто подал заявки, с указанием времени подачи, и тех, кто смотрел их и в какое время. Это требует использования электронных подписей и временных отметок. Из-за журнала учета аукционист больше не сможет заменять заявки, не оставляя никаких следов. В итоге раз поданная заявка не может быть в дальнейшем изменена.

Практический вывод 3.

Если вы подозреваете аукциониста в том, что тот берет взятки в обмен на благоприятный режим по отношению к участникам торгов, но все-таки хотите использовать формат закрытых торгов, проводите торги по системе электронной подачи заявок с использованием надежного журнала учета. Это средство также действует, если особые отношения уже существуют до открытия торгов (случай Практического вывода 1).

16.2.3. Координация заявок

Даже если заявки не могут быть изменены после их подачи, коррупция все же может иметь место в форме координации заявок. В таком случае аукционист выступает в качестве «менеджера по заявкам» картеля в сговоре, объединяющего участников торгов, и координирует заявки до их подачи.

Широко известен пример страхового скандала, произошедшего в США в 2004 г. Генеральный прокурор Нью-Йорка Элиот Спитцер подал иск против страховой компании, утверждая, что она «направляла ничего не подозревающих о том клиентов страховщикам, с которыми заключила выгодные соглашения о вознаграждении за это» и что «компания навязывала мошеннические заявки в отношении договоров о страховании»[465].

По всей видимости, обвиненные страховые агенты собирали компенсацию за перенаправление бизнеса своим партнерам в лице страховых компаний, и некоторые даже навязывали поддельные предложения, благодаря чему клиенты считали, что имела место настоящая конкуренция.

Крупнейшие страховые компании США были указаны в исковой жалобе в качестве участников направления клиентов и мошенничества с заявками. Непосредственными жертвами этой незаконной практики стали клиенты страховых агентов.

16.3. Нарушение уровня качества (коррупция при проведении конкурсов)

Во многих закупках товаров и услуг заявка может иметь несколько измеряемых критериев. Помимо цены, различные качественные характеристики имеют значение и требуют оценки. В этих случаях обычной процедурой является «отбор по качеству и цене» („Quality-and-Cost-Based Selection“, QCBS). При этом участников просят представить две заявки в двух отдельных запечатанных конвертах: в одном указана цена («финансовое предложение»), а в другом – поставляемый товар или оказываемая услуга («техническое предложение»). Техническое предложение затем рассматривается оценочной комиссией, которая выставляет баллы за качество, не зная о финансовом предложении. Финансовое предложение остается запечатанным на хранении у государственного аудитора или независимого органа до публичного открытия всех финансовых предложений, которое производится только после оценки технических предложений, при этом баллы за качество и цену объединяются на основе заранее определенного правила. В итоге выбирается предложение с наиболее высоким общим баллом[466].

Обычным правилом начисления баллов, используемым на практике, является следующее: каждый член оценочной комиссии оценивает технические предложения от 0 до 100; балл за качество заявки затем высчитывается как среднее арифметическое баллов, выставленных каждым членом комиссии; на второй стадии открываются финансовые предложения, и затем обозначенные участниками торгов цены трансформируются в баллы за цену в соответствии со следующей формулой:

Таким образом, самое дешевое предложение оценивается в 100 баллов за цену; все другие предложения получают меньшее число баллов за цену. В итоге баллы за качество и цену складываются в общий балл посредством конвексной[467] линейной комбинации обоих, например, 80 % за качество и 20 % за цену, как в следующей формуле:

Общий балл = 80 % × балл за качество + 20 % × балл за цену.

В итоге выбирается предложение с наивысшим общим баллом[468]. Победителю обычно уплачивается цена, которую он потребовал в своем финансовом предложении. При другом подходе, который аналогичен упомянутому ранее правилу Викри, победителю может быть уплачена цена, при которой его общий балл приравнивается к баллу проигравшего участника с наивысшим предложением[469].

Рассматривая проблему коррупции, прежде всего мы должны обратить внимание на мошенничество с заявками, которое было проанализировано в предыдущих разделах. Оно связано как с финансовым, так и техническим предложениями. Заметьте, что использование открытых торгов (Практический вывод 2) в общем неприменимо к техническому предложению, поскольку оно обычно представляет собой составной документ, а не отдельную единицу. Следовательно, техническое предложение должно использоваться на закрытом аукционе с электронной защитой (Практический вывод 3), как объясняется выше.

В отношении финансового предложения вариантов больше. Можно либо также использовать систему электронной подачи заявок с применением журнала учета, либо использовать формат открытых торгов. Открытые торги на понижение следует проводить после оценки технических предложений и публикации баллов за качество. Наилучшим способом его проведения являются торги с фиксированной ценой, на которых, правда, обычный ценовой показатель заменяется на показатель баллов. Имея данные о балле за качество, каждый участник может затем высчитать цену, которая соответствует данному баллу.

Практический вывод 4.

Обезопасьте технические предложения от изменения, используя систему электронной подачи заявок с применением журнала учета. Финансовые предложения следует представлять либо в той же форме, либо использовать открытый формат раундов по баллам, при котором предложения цен делаются после оценки технических предложений[470].

Даже после того, как заявки сделаны неуязвимыми для изменения, мошенничество все еще может представлять проблему при оценке технических предложений. Участники торгов могут пытаться подкупить членов оценочной комиссии в обмен на искаженные баллы за качество. Подкупив одного или более оценщиков, участник торгов может запрашивать более высокую цену.

Полагаем, нет идеального средства, которое бы позволило решить эту проблему. Но есть способы, усложняющие этот вид коррупции, делающие его более дорогостоящим и рискованным для участвующих в нем сторон.

Один способ состоит в том, чтобы уменьшить значение качества на основании того, что его показатель менее надежен из-за возможности манипуляции[471]. Другой способ – выбирать случайным порядком (наугад) оценщиков из большой группы после представления заявок. Это уменьшит влияние каждого отдельного члена группы оценщиков и сделает «покупку» высокой оценки качества более дорогой.

Практический вывод 5.

Если возможно, выбирайте оценщиков наугад из большой группы потенциальных оценщиков после того, как заявки поданы. Разумеется, всегда следует устанавливать, что оценщики не конфликтуют с прошлыми или настоящими обязательствами кого-либо из участников.

Следует также проанализировать распределение баллов за качество, чтобы выявить предубеждение в оценке отдельных оценщиков. Если оценщики согласны в отношении уровня качества, то маловероятно, что кто-то из них был подкуплен[472]. Если оценщик был подкуплен, то он представит оценку, искаженную в пользу своего клиента. В принципе, такое искажение может быть выявлено с помощью статистического теста. Однако на практике значимость этого теста будет незначительной, так как число оценщиков обычно невелико.

Есть простой способ сократить значение посторонних факторов. Обычно рассчитывают балл за качество как среднее арифметическое оценок всех оценщиков. «Среднее» означает, что баллу каждого оценщика придается одинаковое значение. Тем не менее мы придадим небольшое или не придадим вовсе никакого значения посторонним величинам.

Это можно сделать благодаря использованию метода усеченного среднего. Процент – усеченное среднее – это среднее, рассчитанное после исключения крайних верхних и нижних значений процента показаний, относящихся к наборам данных[473]. Например, простое x применение этой идеи заключается в том, чтобы исключить для каждого предложения наиболее высокий и наиболее низкий баллы за качество, данные всеми оценщиками, и затем рассчитать среднее от баллов остальных оценщиков.

Можно пойти дальше и рассчитать медиану баллов за качество, данных всеми оценщиками. Эта медиана представляет балл за качество оценщика «в середине»: половина оценщиков выставляет более высокий балл, чем он, половина – более низкий. Но в отличие от среднего значения, медиана не учитывает посторонних факторов. Поэтому крайняя оценка отдельного необъективного оценщика (который, возможно, был подкуплен) не влияет на медиану.

Таблица 16.1 показывает действие этого альтернативного агрегированного метода. Есть три предложения и семь оценщиков. Оценщики не могут точно измерить объективное качество предложений, поэтому их баллы за качество не совсем точны. Мы моделируем эту ситуацию, добавляя шумы при моделировании баллов за качество, выставляемых оценщиками[474]. Как следует из истинных баллов за качество, предложение А обладает наиболее высоким качеством. Оно также самое дорогое, но оно же является предложением, которое, в соответствии с правилом начисления баллов, должно быть выбрано. Предложение В более низкого качества, но оно также и дешевле. В соответствии с правилом начисления баллов, оно становится вторым. В примере оценщик 1 был подкуплен поставщиками предложения В: он повышает свой балл за качество в отношении В и искажает свой балл за качество в отношении сильнейшего конкурента – предложения А с целью переломить решение в пользу В.

Средние баллы за качество трех предложений при применении среднего арифметического по всем семи оценщикам равны 56,1 для А, 58,1 для В и 48, 4 для С соответственно. Общие баллы равны 56,9, 60,0 и 58,7 соответственно, и, таким образом, выбрано предложение В. Необъективность оценщика 1 нарушила равновесие, достигнутое при оптимальном выборе А. Если бы, однако, агрегированный балл за качество рассчитывался по медиане, а не по среднему значению, то оценщик 1 не смог бы изменить результат, как это видно из таблицы. В этом случае агрегированные баллы за качество равны 58,0, 53,0 и 45,0 соответственно, и предложение А побеждает с общим баллом в 58,4 против 55,9 предложения В.

Таблица 16.1. Среднее агрегирование в сравнении с агрегированием по медиане на торгах с использованием баллов

Мы оценили надежность этого вывода с помощью моделирования методом Монте-Карло[475]. Нам удалось установить, что применительно к выбранным нами параметрам агрегирование баллов за качество с использование среднего арифметического правильно выбирает предложение А только с вероятностью в 23 %. Эта вероятность повысится до 47 % при использовании медианы[476]. Обратной стороной этого, однако, является то, что агрегирование по медиане также приводит с высокой вероятностью к выбору наименее привлекательного предложения С, что, разумеется, нежелательно[477].

Практический вывод 6.

На торгах с использованием баллов (scoring auctions) рассмотрите возможность применения медианы баллов за качество, выставляемых оценщиками, а не обычного среднего.

Даже если статистический тест недоступен, изучение баллов в табл. 16.1 показывает, что оценщик 1 является подозрительным. В таких условиях очевидным вариантом действий является расследование обстоятельств. Кроме того, возможно запросить второе заключение у независимой группы оценщиков. Расследование может включать опрос оценщиков и, как вариант, проверку их последних банковских операций. Вызвав подозрение, оценщик должен быть занесен в черный список. Более того, второе заключение следует запрашивать произвольно, даже если нет признаков необъективности. Разумеется, в качестве сдерживающего средства следует информировать все вовлеченные стороны о применении такой политики.

Как оказывается, некоторые агентства не фиксируют баллы, выставленные отдельными оценщиками, и их оценочные комиссии сообщают только об общем балле. Разумеется, это скрывает важную информацию, что нецелесообразно.

Практический вывод 7.

Проверьте отдельные баллы за качество и посмотрите, нет ли признаков посторонних факторов. Если есть подозрение, что была проведена манипуляция, рассмотрите возможность обращения за вторым заключением или начала уголовного расследования. В качестве сдерживающего средства об этой политике также рекомендуется сообщить всем участвующим сторонам до открытия торгов.

16.4. Особый случай объективного измерения качества

В некоторых редких случаях относительное качество легко измеряется без проведения сложной оценочной процедуры. В этих случаях можно провести аукцион с использованием баллов по тому же принципу, что и стандартный аукцион с одним параметром, на котором аукционирование по баллам заменяет торги по цене, поэтому все вопросы и рекомендации, помещенные в разделе 16.2, применимы и здесь с небольшой корректировкой.

Примером этого может служить так называемое «предложение А + В» – процедура, применяемая федеральными управлениями и управлениями штатов по магистралям в США для отбора подрядчиков по ремонту магистралей[478]. В данных условиях основной проблемой является продолжительность строительных работ, которые влекут дорогостоящие задержки в транспортном сообщении.

«Предложение А + В» требует от участников торгов представлять финансовые предложения (оценочную стоимость) и оценку срока окончания работ. При этом используется следующая линейная формула:

Общий балл за стоимость = оценочная стоимость + оценочное время окончания работ × стоимость единицы времени,

основанная на указанной единице времени окончания работ, после чего контракт присуждается участнику, предложение которого набирает наименьший общий балл за стоимость работ[479].

На таких торгах подача предложений может (и фактически так и происходит) производиться по типу аукциона с одним параметром, когда каждый участник представляет определенный балл и выигрывает предложение с наименьшим баллом, но по тому принципу, однако, что победитель может свободно выбрать предпочтительное для него сочетание стоимости и времени для завершения работ, если оно представляет обещанный общий балл. Разумеется, предложение баллов может производиться как в закрытом формате, так и в открытом. И правило определения цены может основываться как на первом, так и на втором по порядку балле, причем «второй» означает, что победитель должен сравняться с наименьшим из всех общих проигравших баллов (обобщенное правило определения цены по Викри). Манипуляции в области оценки качества не представляют потенциальной угрозы, поэтому коррупция может принять форму только мошенничества с заявками, рассмотренную нами в разделе 16.2.

16.5. Перспективы

В закупках по типу «отбора по качеству и цене» (QCBS) обычно требуется краткий итоговый список определенного размера, обычно из шести участников торгов в независимости от того, сколько участников выразили свой интерес[480]. Это строгое требование установлено в целях обеспечения прозрачности, честности и конкуренции. Однако часто оно приводит к обратному результату, поскольку допускает участников торгов с низким качеством до торгов.

Участник торгов с низким качеством – это участник, технический опыт которого незначителен, и который неспособен представить высококачественный товар или услугу. Если в торгах принимают участие участники с высоким качеством, то у участника с низким мало или нет шансов победить без обращения к коррупции. Поэтому он особенно склонен к тому, чтобы подкупать оценщиков в обмен на положительную оценку качества или в обмен на внутреннюю информацию относительно неоговоренных, но желательных характеристик товара. Таким образом, участники с низким качеством становятся «паршивыми овцами», и жесткое правило итогового списка может способствовать появлению коррупции в процессе закупок.

Возможным средством разрешения данной проблемы является изменение размера итогового списка в сторону большей гибкости и допущение составления еще более краткого списка, если участники с недостаточно высоким качеством выразили свой интерес к участию в аукционе.

Практический вывод 8.

В закупках QCBS следует предусмотреть гибкий состав итогового списка участников, допущенных к представлению своих технических и финансовых предложений. В этот список не стоит включать участников, низкое качество которых известно или подозревается, поскольку велика вероятность того, что они прибегнут к коррупции в процессе закупок.

Допущение определенной гибкости в выборе размера итогового списка противоречит той философии, которая в настоящее время доминирует в ЕС и различных международных учреждениях. Они твердо верят в строгие регламенты конкурсов как наилучшее средство против коррупции. Тем не менее практический опыт показывает, что эти правила часто открывают дорогу участникам, которые особенно склонны к коррупции.

Естественно, следует принимать следующую меру предосторожности.

Практический вывод 9.

Краткий итоговый список не должны составлять те, кто потом будет выступать в качестве оценщиков технических предложений. В противном случае оценщики могут поддаться искушению включить в него «паршивых овец» в надежде, что те с большой вероятностью предложат им взятку.

Меры, направленные на сдерживание коррупции, были усилены в последнее время благодаря новому законодательству, которое устанавливает ответственность компаний за подкуп, произведенный их филиалами и зависимыми от них обществами, а также за подкуп третьих лиц. Другой важной вехой на этом пути стал Закон США об иностранной коррупционной практике (US Foreign Corrupt Practices Act, FCPA), принятый Конгрессом в 1977 г. и впоследствии ратифицированный рядом других стран. Этот закон предписывает преследование компаний, занимающихся коррупционной практикой внутри и за рубежом их страны регистрации[481].

В прошлом многие страны позволяли учрежденным в них компаниям производить вычет взяток, уплаченных за рубежом, как деловые расходы. В свете подобной практики разработка и распространение таких законодательных актов, как FCPA, представляют значительное изменение общего курса.

В заключение мы укажем, что коррупция часто распространяется за пределы присуждения контракта – т. е. на срок исполнения работ. В таком случае коррупция происходит в форме предоставления подрядчику «щедрых» заказов на изменение объема работ, которые раздувают цену выше уровня, обозначенного в изначальном финансовом предложении. Возможности для этого вида коррупции открыты, если технические условия (ТУ), которые устанавливают технические особенности и оценочную стоимость работ, являются неточными. Следовательно, всегда необходимо настаивать на тщательной разработке и детализации технических условий.

Разумеется, определить необходимость изменения условий закупки невозможно. Более или менее общепризнано, что в зависимости от характера предоставляемого товара или услуги техническое задание подрядчика должно корректироваться в связи с непредвиденными обстоятельствами[482]. Вследствие этого отношения между подрядчиком и закупщиком нуждаются в постоянном контроле.

Практический вывод 10.

Убедитесь в том, что техническое задание закупки хорошо изучено и проработано в деталях.

Рассмотрите возможность мониторинга изменения условий закупки по запросу исполнителя в ходе исполнения контракта.

Без этих мер предосторожности возможно чрезмерное изменение условий закупки и последующего перерасхода средств.

Краткий обзор литературы

В теоретической литературе коррупция на аукционах рассматривается как манипуляция оценкой качества в составных заявках или же как мошенничество с заявками, и проводится различие между коррупцией, основанной на заранее обусловленных отношениях между закупщиком и привилегированным участником, и спонтанным отбором привилегированного участника. Первый теоретический вклад в эту область представляет, вероятно, работа [Laffont, Tirole, 1991]. Авторы предполагают, что аукционист располагает некоторой свободой в оценке сложных многопараметровых заявок и склонен к выделению конкретного участника. Эта позиция была принята и разработана несколькими авторами, например: [Celantani, Ganuza, 2002; Burguet, Che, 2004].

Второе направление в литературе рассматривает особенную форму мошенничества с заявками, в которой аукционист предоставляет право первого отказа привилегированному участнику. Это право дает привилегированному участнику возможность сравнять свою заявку с самой высокой и победить в аукционе (см., например: [Burguet, Perry, 2003; Arozamena, Weinschelbaum, 2004; Koc, Neilson, 2005]). Эта схема предполагает, что все участники знают о коррупции, что поэтому влечет высокий риск ее выявления. Аукционист, которого тревожит риск выявления коррупции, должен рассмотреть вариант ее предложения только небольшому числу участников.

Это подводит нас к третьему направлению в литературе, которое принимает в качестве тезиса, что мошенничество с заявками организуется аукционистом после рассмотрения всех заявок. Такая тактика позволяет ему вступить в контакт с минимумом участников и выбрать участника(ов), сотрудничество с которыми принесет наибольшую выгоду (см.: [Lengwilerand, Wolfstetter, 2005; Menezes, Monteiro, 2003]). В другой работе, посвященной мошенничествам с заявками [Compte, Lambert-Mogiliansky, Verdier, 2005], предполагается, что взятки не могут превышать невысокой предельной суммы. Это имеет смысл для определенных ситуаций; тем не менее часто взятки принимаются, только если они достаточно высоки, чтобы компенсировать риск выявления и наказания.

Практические трудности противодействия коррупции в закупках отражены в многочисленных публикациях таких международных учреждений, как Всемирный банк, Банк азиатского развития, ВТО и Европейское сообщество (см., например: [Aguilar, Gill, Pino, 2000; Trepte, 2004]). Осознание проблемы коррупции и меры по борьбе с ней – от «горячих линий» и наград за сообщения о ее присутствии до включения уличенных в ней подрядчиков в черные списки и ротации сотрудников – усилились как в частном, так и в государственном секторах. Интересный сборник примеров из частной и государственной практики, включая рассмотрение замечательного примера реформы государственного сектора в Сингапуре [Lee, 1999], представляют работы [Stapenhurst, Kpundeh, 1999; Arvis, Berenbeim, 2003].

Источники

Aguilar M., Gill J., Pino L. Preventing Fraud and Corruption in World Bank Projects. A Guide for Staff. Washington, DC: The World Bank, 2000.

Arozamena L., Weinschelbaum F. The Effect of Corruption on Bidding Behavior in First-Price Auctions: Discussion Paper. Universidad de San Andre´s, 2004.

Arvis J.-F., Berenbeim R. Fighting Corruption in East Asia: Solutions from the Private Sector. Washington, DC: The World Bank, 2003.

Asker J., Cantillon E. Properties of Scoring Auctions: Working Paper. Harvard Business School, 2004.

Bajari P., McMillan R., Tadelis S. Auctions vs. Negotiations in Procurement: An Empirical Analysis: Working Paper. Department of Economics, Stanford University, 2002.

Bikhchandani S., Lippman S.A., Ryan R. On the Right-of-First-Refusal. Advances in Theoretical Economics. 2005. 5. Р. 1–42.

Bryan M.F., Cecchetti S.G. Measuring Core Inflation // N.G. Mankiw (ed.) Monetary Policy. Chicago: University of Chicago Press, 1994. Р. 195–215.

Burguet R., Che Y.-K. Competitive Procurement with Corruption // Rand Journal of Economics. 2004. 35. Р. 50–68.

Burguet R., Perry M. Bribery and Favoritism by Auctioneers in Sealed-Bid Auctions: Discussion Paper. Institute of Economic Analysis, UAB, Barcelona, 2003.

Celantani M., Ganuza J.-J. Corruption and Competition in Procurement // European Economic Review. 2002. 46. Р. 1273–1303.

Che Y.-K. Design Competition through Multidimensional Auctions // Rand Journal of Economics. 1993. 4. Р. 669–680.

Compte O., Lambert-Mogiliansky A., Verdier T. Corruption and Competition in Public Market Auctions // Rand Journal of Economics. 2005. 36. Р. 1–15.

Kaufmann D. Six Questions on the Cost of Corruption with World Bank Institute Global Governance Director Daniel Kaufmann, in News. Washington, DC: The World Bank, 2005.

Koc S., Neilson W. Bribing the Auctioneer in First-Price Sealed-Bid Auctions: Discussion Paper. Texas A&M University, 2005.

Laffont J.-J., Tirole J. Auction Design and Favoritism // International Journal of Industrial Organization. 1991. 9. Р. 9–42.

Lee T.A. The Experience of Singapore in Combating Corruption // R. Stapenhurst, S. Kpundeh (eds.) Curbing Corruption. Toward a Model for Building National Integrity, Economic Development Institute of Washington, DC: The World Bank, 1999. Р. 59–66.

Lengwiler Y., Wolfstetter E. Bid Rigging. An Analysis of Corruption in Auctions: Discussion Paper. Humboldt University at Berlin, 2005.

Menezes F., Monteiro P. Corruption and Auctions: Discussion Paper. Australian National University, 2003.

Moldovanu B., Tietzel M. Goethe’s Second-Price Auction // Journal of Political Economy. 1998. 106. Р. 854–859.

Smith A. The Wealth of Nations. Cannan Edition. Modern library. N.Y., 1776/1937.

Stapenhurst R., Kpundeh S.J. (eds.) Curbing Corruption. Toward a Model for Building National Integrity. EDI Development Studies. Washington, DC: The World Bank, 1999.

State of Arizona. Arizona Department of Transportation AþB Bidding, Performance Audit, Discussion paper report № 99–22, Office of the Auditor General, 1999.

The Asian Development Bank. Handbook for Users of Consulting Services: Procedures and Practices. Manila: The Asian Development Bank, 2002.

The World Bank. Guidelines: Procurement of Goods and Services by World Bank Borrowers. The International Bank for Reconstruction and Development. Washington, DC: The World Bank, 2004a.

The World Bank. Guidelines: Selection and Employment of Consultants by World Bank Borrowers. The International Bank for Reconstruction and Development. Washington, DC: The World Bank, 2004b.

Trepte P. Regulating Procurement. Oxford: Oxford University Press, 2004.

Wolfstetter E. Procurement of Goods and Services. Scope and Government // S. Qi, X. Li (eds.) Corporate Governance, Firm Performance, and Economic Growth. Beijing: Economic Science Press, 2006.

Часть VI. Динамические силы и инновации

17. Управление динамическими закупками

Трейси Льюис, Хусейн Илдирим[483]

17.1. Введение

Недавно мы рассматривали, какой тип ноутбуков закупить для нового и постоянного профессорско-преподавательского состава нашей бизнес-школы. Выбор был между старым проверенным брендом, который мы использовали до этого, и новой маркой, доступной по привлекательной цене, но незнакомой нашим сотрудникам. Старый бренд был надежен, но он почти не обновлялся в последнее время, тогда как новый бренд использовал передовые технологии и привлекательные черты дизайна. В целом, новый бренд казался лучшей покупкой, чем старый. Но переход от старого бренда к новому тоже имел свою цену. Нам пришлось бы овладеть новыми навыками для работы на новых ноутбуках, и нашим техническим специалистам потребовалось бы дополнительное обучение для ремонта и обслуживания новых машин. После долгих размышлений мы решили остаться со старым брендом. Стоимость переключения на новые компьютеры была слишком высока. Мы осознали, что университет стал настолько зависим от старой технологии, что мы попали в ловушку. Переключение на новый бренд было невыполнимо, по крайней мере в краткосрочной перспективе. Но это оказалось лишь верхушкой айсберга. Мы обнаружили, что было еще много других «ловушек» – товаров и услуг, которые мы не могли не покупать, включая программное обеспечение, копировальное оборудование, услуги связи и информационные технологии. В каждом случае нам было бы нужно переобучать сотрудников и корректировать наши рабочие процессы, чтобы перейти на другой продукт. Мы были не готовы нести эти расходы и потому продолжали использовать старые продукты.

Из этого опыта мы поняли важность формулирования динамической закупочной стратегии для покупки продуктов, которые влекут за собой затраты на переключение. Затраты на переключение возникают в связи со многими из продуктов высоких технологий, включая программное обеспечение, компьютерные комплектующие, услуги связи и информационные технологии, от которых сформировалась устойчивая зависимость. Издержки всего срока службы закупленного продукта можно уменьшить, понимая, как конкурируют поставщики высокотехнологичных товаров в целях формирования и сохранения своей клиентской базы и как можно минимизировать возникающие при этом затраты на переключение.

В этой главе мы излагаем некоторые из лучших практических правил закупок для товаров с затратами на переключение. Эти рекомендации основаны на исследованиях в области управления динамической конкуренцией, проводившихся нами в течение последних пяти лет и представленных в итоговом виде в статьях [Lewis, Yildirim, 2002, 2005]. В анализе, приводимом ниже, мы сначала описываем факторы, которые необходимо рассмотреть при закупках услуг с затратами на переключение. Мы показываем, как разрабатываются оптимальные процедуры закупочных торгов в целях управления динамической конкуренцией, в разделе 17.2. В разделе 17.3 мы определяем необходимый компромисс между сохранением затрат на переключение и диверсификацией поставок. Сохранение принуждает нас вновь обращаться к услугам действующего поставщика, чтобы избежать затрат на переключение. Покупка у нового поставщика поддерживает будущие варианты диверсификации услуг независимых провайдеров. В разделе 17.4 мы обсуждаем долгосрочные стратегии обучения сотрудников и организации производства для управления долгосрочными закупками товаров с затратами на переключение. Мы идентифицируем случаи, когда затраты на переключение в пределах одной организации могут действительно уменьшить издержки за весь срок службы закупленного товара, вынуждая поставщиков более конкурентно устанавливать цены для сохранения преимуществ, которыми пользуются действующие поставщики. Раздел 17.5 завершается несколькими итоговыми наблюдениями.

17.2. Закупочная среда

Чтобы быть конкретнее, предположим, что государственному или частному агентству по закупкам нужно покупать компьютерное оборудование или программное обеспечение на регулярной основе. Для агентства есть выбор из нескольких компетентных поставщиков, но их продукты необязательно совместимы друг с другом. Эффективное использование продукта может потребовать формирования сотрудниками ряда новых навыков, реконфигурации аппаратного и программного обеспечения в целях совместимости и приобретения других дополнительных услуг. Все это занимает много времени и стоит дорого. Навыки, приобретенные сотрудниками для работы на новом оборудовании, вероятно, не будут утрачены, если организация продолжит закупать тот же продукт. Однако эти навыки могут распадаться, если продукт не будет использоваться в течение некоторого времени или будет заменен альтернативным продуктом[484]. В результате, при замене действующего поставщика сотрудники могут нести краткосрочные и долгосрочные затраты на переключение. В краткосрочной перспективе сотрудникам необходимо инвестировать средства в изучение новых навыков для работы на новом оборудовании. В долгосрочной перспективе им придется повторно приобретать навыки работы на старом оборудовании, поскольку операционные навыки ухудшаются, если их не использовать. Задача закупщика состоит, таким образом, в том, чтобы оптимально управлять краткосрочными и долгосрочными затратами на переключение, минимизируя при этом цену приобретения с течением времени.

Закупщик может приобретать оборудование, такое как компьютерные комплектующие или программное обеспечение, различными путями. Один способ, возможно идеальный, заключается в том, чтобы объединиться с поставщиками и производить продукты собственными силами. В этом случае «интегрированный покупатель» минимизирует затраты на переключение и сможет выбирать эффективный продукт в каждый период, поскольку покупная цена не будет включать надбавки над производственными издержками. Единственная причина, по которой закупщик перейдет на другой продукт, – если переключение будет оправдано изменением производственных издержек или улучшением эффективности других продуктов. Несмотря на очевидную действенность этого метода, самообеспечение товарами и услугами, как правило, невыполнимо для государственного учреждения из-за затрат на создание источников поставок[485]. Тем не менее мы сохраним случай интегрированного покупателя в качестве отправной точки для сравнения с другими стратегиями закупок.

Когда самостоятельные поставки невозможны, закупщик должен привлекать внешние ресурсы для приобретения продукта. Внешний поставщик (outsourcer) вряд ли будет знать точную стоимость производства, поскольку мониторинг затрат производителя затруднителен. Это дает внешним поставщикам стимул для преувеличения своих затрат производства с целью увеличения прибыли. Чтобы уменьшить затраты на закупку, внешнему поставщику необходимо тщательно обсудить условия закупочных цен, отражающие также и стоимость переключения на другого поставщика. Одна из возможных стратегий состоит в том, чтобы договориться о долгосрочном бесконкурентном контракте с одним поставщиком, регулирующим условия обмена в течение длительного периода времени. Поставки на неконкурентной основе минимизируют затраты на переключение, но ограничивают гибкость закупщика в принятии новых продуктов по мере необходимости. Кроме того, для государственного учреждения крайне затруднительно составлять долгосрочные договоры закупок. Административные и правовые нормы, как правило, ограничивают должностных лиц в принятии на себя обязательств по закупке товаров и услуг вне срока их полномочий. Сходные проблемы также присутствуют в сфере частных закупок. Неполнота контрактов и проблемы обеспечения соблюдения их условий делают долгосрочные контракты трудными для составления с точки зрения как покупателя, так и продавца. Когда долгосрочные соглашения недоступны, поставки на неконкурентной основе работают хуже, потому что поставщик не готов снижать цену без гарантии будущих закупок.

Лишенный способности брать на себя долгосрочные обязательства закупщик должен обратиться к краткосрочным механизмам конкурентных торгов, чтобы управлять своими поставками. К рассмотрению этой темы мы сейчас и приступим.

17.2.1. Процедуры закупочных торгов

Представьте среду, в которой закупщик разрабатывает ряд тендерных процедур для закупки товаров и услуг. Здесь наша цель состоит в том, чтобы описать оптимально выполнимый формат торгов, поэтому мы не будем ограничивать наше внимание конкретной формой торгов, такой как динамические торги на повышение (в скидках). В начале каждой тендерной процедуры поставщикам конфиденциально сообщается об их производственных издержках. Закупщик хочет купить продукт по самой низкой стоимости, но он также должен учитывать затраты на переключение, которые он понесет, если обратится к новому поставщику. Закупщик просит конкурирующих производителей одновременно представить цену поставки. Продавцы независимо и без консультирования выбирают цену поставки, основываясь на своей осведомленности о навыках покупателя в использовании их продукта и о любых затратах на переключение, которые могут иметь место[486]. На основе представленных цен и последующих затрат на переключение покупатель выбирает одного поставщика для получения желаемого товара. Когда победивший поставщик определен, продукт поставляется по заявленной цене, после чего процесс переходит к следующей тендерной процедуре, которая проводится во время следующего цикла закупок.

17.3. Факторы в выборе поставщиков

Цель закупщика состоит в том, чтобы минимизировать общую дисконтированную сумму, состоящую из расходов на переключение на другой продукт и закупочных цен. Существуют два противоречивых фактора, которые регулируют оптимальный выбор закупщиком поставщика в каждой тендерной процедуре и которые мы называем сохранением и диверсификацией. Фактор сохранения говорит в пользу того, чтобы закупщик продолжал производить закупки у действующего поставщика, с тем чтобы сохранить навыки сотрудников в использовании этого продукта. Это важно, когда квалификацию в области эксплуатации сложного оборудования легко потерять во время периодов его неиспользования. Фактор диверсификации говорит в пользу закупок у альтернативных поставщиков с целью предоставления сотрудникам возможности приобретения навыков работы с другими продуктами. Диверсифицирование позволяет сотрудникам с большей готовностью переключаться между поставщиками, чтобы использовать в своих интересах продукты более низкой стоимости в будущие периоды. Когда закупщик диверсифицирует свои покупки, он также увеличивает будущую конкуренцию среди поставщиков.

Оптимальная закупочная политика формируется под влиянием этих двух факторов: сохранение и диверсификация. Озабоченность закупщика диверсификацией обычно уступает его беспокойству о сохранении[487]. Это означает, что закупщик должен противостоять затратам на переключение в каждой тендерной процедуре, которую он проводит. Итак, мы подходим к нашему первому практическому заключению.

Практический вывод 1 показывает, что, при прочих равных условиях, более вероятно, что закупщик произведет закупку у «действующего поставщика»[488].

Практический вывод 1.

Отдавайте предпочтение «действующему поставщику» в любой данной тендерной процедуре. То есть закупщику в целом следует производить закупки у «действующего поставщика», пока кто-то из других поставщиков не предложит значительно более низкую цену, чтобы компенсировать стоимость переключения на нового поставщика.

Чтобы оценить степень преимущества «действующего поставщика», следующим шагом мы сравним эту ситуацию со стратегией закупок интегрированного покупателя. Напомним, что интегрированного покупателя, организующего самопоставки, не беспокоит покупная цена, так как он знает стоимость производства. Как и закупщик, интегрированный покупатель также озабочен сохранением и диверсификацией. В отличие от интегрированного покупателя, однако, закупщик желает способствовать ценовой конкуренции. Это означает, что закупщик имеет более сильный стимул для диверсификации, чем интегрированный покупатель, и поэтому дисконтирует часть стоимости переключения, чтобы способствовать большей ценовой конкуренции среди конкурирующих поставщиков. Это приводит нас ко второму практическому заключению.

Практический вывод 2.

При аутсорсинге игнорируйте часть стоимости переключения в целях увеличения ценовой конкуренции.

Для логического обоснования Практического вывода 2 напомним, что внешний поставщик озабочен ограничением ценовых надбавок поставщиков. Эти надбавки особенно высоки у «действующего поставщика», который знает, что покупатель отчасти пойман в «ловушку» его продукта (Практический вывод 1). Покупатель готов игнорировать часть стоимости переключения, с тем чтобы сигнализировать, что лидерство «действующего поставщика» не является непреодолимым. Это позволяет внешнему поставщику противостоять (частичной) монополистической власти «действующего поставщика». Практический вывод 2 подразумевает, что внешний поставщик меняет поставщиков слишком часто по сравнению с интегрированным покупателем, который принимает во внимание полную стоимость переключения[489].

17.4. Организация работы потребителя для уменьшения издержек переключения

Закупщик может принимать различные предварительные меры, чтобы уменьшить затраты на переключение. Во-первых, он может использовать гибкую технологию производства, чтобы приспособиться к различным ресурсам по небольшой стоимости, или потребовать, чтобы поставщики поставляли совместимые продукты. Во-вторых, он может подготовить своих сотрудников к изучению новых технологий и сохранению полученных знаний в организационной памяти посредством документирования лучших практических процедур в целях уменьшения утери навыков во время периодов неиспользования.

Прежде чем мы обсудим стимулы закупщика для инвестирования в эти меры, давайте разъясним, как затраты на переключение влияют на многоэтапные закупки. Закупщик склоняется в пользу продуктов действующего поставщика при наличии затрат на переключение (Практический вывод 1). Это создает асимметрию между «действующими» и новыми поставщиками, которая приносит двойную пользу закупщику. С одной стороны, «недействующие» поставщики предоставляют скидку со своей цены, чтобы начать производство, в то время как «действующий» поставщик уменьшает цену, чтобы сохранить свою позицию в качестве основного поставщика. Оба стимула для предоставления скидки с цены возрастают со стоимостью переключения и возникающим в результате уклоном в пользу «действующего» поставщика.

Таким образом, в то время как увеличение стоимости переключения оказывает отрицательное прямое влияние на полную стоимость закупки, оно в определенной степени компенсируется выгодным стратегическим воздействием на создающуюся конкуренцию. Чтобы определить, как эти компенсационные эффекты затрат на переключение влияют на закупочные расходы, отметим, что данный стратегический эффект отсутствует для интегрированного покупателя и закупщика, работающего с единственным поставщиком, и, вероятно, будет очень мал для закупщика, привлекающего в качестве внешних подрядчиков многочисленных поставщиков[490].

Практический вывод 3.

Старайтесь избегать затрат на переключение всякий раз, когда (1) продукты производятся собственными силами,

(2) возможны поставки из единственного источника или

(3) среди многочисленных поставщиков существует сильная конкуренция.

Согласно Практическому выводу 3, закупщик будет стремиться уменьшить затраты на переключение всякий раз, когда среди поставщиков существует эффективная конкуренция. Например, закупщик может установить гибкую технологию производства, которую будет легко приспособить к ресурсам различных поставщиков. Он может совершать закупки у поставщиков, имеющих продукты-заменители, или потребовать, чтобы поставщики производили совместимые продукты.

Когда покупатель не в состоянии производить закупки у конкурентной группы поставщиков, стратегическая выгода от стоимости переключения может перевесить его прямые затраты. Закупщик будет стремиться снизить стоимость переключения в таких случаях. Например, закупщик может использовать специализированную производственную технологию, являющуюся дорогостоящей, чтобы приспособиться к другим входным ресурсам. Он может закупать у поставщиков, продукты которых не совместимы друг с другом. Что касается организации производства, закупщик может не документировать лучшие методы работы для различных типов оборудования или не удерживать квалифицированных сотрудников, которые способны переключаться между разными производственными процессами.

Практический вывод 4.

Если закупщик, использующий аутсорсинг, сталкивается с небольшим количеством не конкурирующих между собой поставщиков, вложение средств в уменьшение стоимости переключения может быть невыгодным.

Практический вывод 4 может показаться парадоксальным. В итоге существующая литература по экономике относительно стоимости переключения[491] приходит к выводу, что затраты на переключение в целом приносят вред потребителям, которые должны по возможности их избегать. Важное предположение, ведущее к такому заключению, состоит в рассмотрении потребителей как незначительных пассивных участников рынка, не оказывающих влияния на цены. Наш анализ показывает, что эту исходную посылку можно заменить на обратную, когда покупатели крупные и влиятельные и обладают способностью воздействовать на цены, как в случае государственного агентства по закупкам, министерства обороны, университета или крупной корпорации. Действительно, стоимость переключения может быть полезным стратегическим инструментом для влиятельного покупателя при ведении переговоров о цене, когда поставщиков мало и они не конкурируют друг с другом напрямую. Покупатель, который может, например, регулировать степень совместимости между конкурирующими продуктами, постарается сохранить некоторую несовместимость, чтобы обеспечить наличие затрат на переключение от действующего поставщика. Это устанавливает преимущество для действующего поставщика, которое другие поставщики будут стремиться получить путем конкуренции и которое действующий поставщик попытается защитить, уменьшая цену[492].

Еще одно следствие Практического вывода 4 заключается в том, что внешний поставщик будет менее озабочен текучестью квалифицированных кадров по сравнению с интегрированным покупателем. Уход квалифицированных сотрудников для «действующего» поставщика служит сигналом того, что он теряет свое высокое положение как привилегированный производитель, если только он не дисконтирует свою цену, чтобы поддержать интерес покупателя. Хотя есть прямая стоимость потери квалифицированных работников, сигнальное значение этой стратегии очень ценно для внешнего поставщика. Далее мы проиллюстрируем этот тезис цифровым примером.

Пример 17.1.[493]

Рассмотрим закупочное решение, которое нужно принять нашей бизнес-школе относительно бренда ноутбуков, закупаемых для нового и постоянного штата. Это решение, которое бизнес-школа (покупатель) должна принимать почти ежегодно. Предположим, что есть два поставщика. Хотя поставщики производят разные бренды, оба служат цели покупателя. Допустим, стоимость единицы производства для каждого поставщика меняется из года в год, и это независимый выбор из двух значений, 800 и 1200 долл., с равной вероятностью. Каждый поставщик в частном порядке знает свою текущую стоимость, но ему неизвестна стоимость конкурента и его собственные будущие затраты. Наконец, все стороны дисконтируют будущие затраты и прибыль с общим коэффициентом дисконтирования δ є [0,1]. Чтобы подчеркнуть стратегическую роль переключения затрат, мы начнем с эталонного случая, когда затраты на переключение при смене поставщиков отсутствуют. В этом случае, при отсутствии преимуществ долгосрочных контрактов, лучшее, что может сделать покупатель, – это проводить тендерную процедуру каждый год, и простой тендерный формат со второй ценой достигнет желаемой цели. Ожидаемая стоимость покупателя будет [800 + 3 × 1200]/4 = 1100. Это означает, что ожидаемая дисконтированная стоимость покупателя для закупок с учетом срока службы продукта составит 1100/(1 – δ).

Теперь рассмотрим случай с затратами на переключение. В частности, предположим, что покупатель несет одинаковые затраты на переключение в размере 200 долл. каждый раз, когда переходит на новый продукт. В любой момент времени покупатель имеет навык использования продукта «действующего» поставщика, в то же время не имея навыков в использовании продукта другого поставщика, которого мы назовем потенциальным участником. Отметьте, что для покупателя переключение на новый бренд оптимально только тогда, когда новый участник предлагает в действительности более низкую стоимость поставки, чем «действующий» поставщик, что происходит с вероятностью 1/4. Это единственный случай, когда стоимость переключения оправдана. В остальных трех случаях покупатель совершает закупку у «действующего» поставщика. Отсюда непосредственно следует, что покупатель заплатит ожидаемую дисконтированную стоимость переключения в размере

(1/4)[200/(1 – δ)] = 50/(1 – δ)

и производственные издержки в размере

(3/4)[800/(1 – δ)] + (1/4)[1200/ (1 – δ)] = 900/(1 – δ)

за срок службы закупленных товаров. Это, однако, не все платежи, которые должен произвести покупатель. Так как реальные затраты поставщиков нельзя наблюдать, эти затраты могут быть преувеличены. Впрочем, такой вариант возможен только для «действующего» поставщика с реальной стоимостью 800 долл. Этот действующий поставщик будет склоняться к тому, чтобы запросить цену в 1200 долл. и выиграть торги с вероятностью 1/2[494]. Следовательно, «действующий» поставщик получает ожидаемую прибыль в размере 1/2 (1200 – 800) = 200, тогда как новый участник получает 0. В результате покупатель платит полную дисконтированную стоимость 50/(1 – δ) + 900/(1 – δ) + 200 = 950/(1 – δ) + 200. Сравнивая полную стоимость закупки в этих двух случаях, мы видим, что покупателю выгоднее иметь стоимость переключения, если δ ≥ 0,25, т. е. если покупатель, так же как и поставщики, в достаточной мере заботится о будущих затратах и прибыли. Нарушая симметрию между поставщиками, затраты на переключение создают доход для «действующего» поставщика, что вызывает жесткую конкуренцию вначале.

17.4.1. Частота закупок и решение «производить или покупать»

Решение о том, производить продукт собственными силами или же его закупать, важно для всех организаций. Самообеспечение требует дорогостоящих инвестиций в производственные мощности, но позволяет фирме контролировать цену приобретения товара. Аутсорсинг продуктов, как правило, предпочтительнее, когда поставщик может эффективно контролировать цену покупки с помощью тщательно разработанной схемы процесса закупки. «Действующие» поставщики будут устанавливать более конкурентную цену в случае опасения, что их могут заменить конкурирующим производителем. Вероятность такой замены тем выше, чем короче закупочный цикл. Если договоры на поставку повторно выставляются на торги более часто, скажем, ежегодно, нежели чем каждые пять лет, давление на «действующего» поставщика увеличивается, вынуждая его снижать цену, с тем чтобы сохранить свой бизнес.

Практический вывод 5.

Чем чаще закупается продукт, тем более предпочтительно привлекать внешние ресурсы для его приобретения.

Практический вывод 5 подчеркивает важность переключения затрат в установлении границ организации. В литературе по организациям[495] обсуждается, как покупатели могут объединяться с поставщиками, чтобы преодолеть производственную неэффективность. Наш анализ, напротив, предлагает идею о том, что затраты на переключение ведут к меньшей интеграции, когда закупки многократно повторяются. При частой замене товаров стимулы для самопоставок уменьшаются, а выгоды от аутсорсинга увеличиваются.

17.5. Заключение

В этой главе даются некоторые рекомендации по разработке успешных процедур закупочных торгов для приобретения продуктов с затратами на переключение. Хотя и внешний поставщик, и интегрированный покупатель будут время от времени принимать решение о переходе на новый продукт, внешний поставщик будет менять поставщиков менее часто (Практический вывод 1). Покупатель – внешний поставщик сознательно игнорирует часть стоимости переключения, чтобы способствовать большей ценовой конкуренции между действующими и конкурирующими поставщиками (Практический вывод 2). Тогда как интегрированный покупатель пытается избежать затрат на переключение, покупатель – внешний поставщик может использовать стоимость переключения для усиления конкуренции при повторных закупках (Практические выводы 3 и 4). Преимущество «действующего» поставщика нестабильно в этой среде и требует постоянных ценовых скидок от текущего производителя во избежание его вытеснения конкурентами. В отличие от интегрированного покупателя, внешний поставщик имеет мало стимулов для снижения затрат на переключение путем стандартизирования источников поставок, использования гибкой технологии или расширения организационной памяти с целью документирования лучших методов. Наконец, мы находим, что затратами на переключение тем легче управлять, чем выше частота закупок (Практический вывод 5). «Действующий» поставщик должен снижать цену с каждым циклом приобретения для поддержания своего особенного положения в сфере поставок. Частая замена продуктов склоняет выбор закупщика при принятии решения «производить или закупать» в пользу аутсорсинга, поскольку затраты на переключение создают меньше трудностей в этой среде.

Мы можем расширить этот анализ, обратившись к другим важным концептуальным вопросам и вопросам стратегии. Текущий анализ не учитывает возможности того, что конкурирующие поставщики могут вступить в сговор – главная проблема в многократных закупках, как обсуждалось в Главах 14 и 15. Темой для будущего исследования станут способы оптимальной разработки закупок внешним поставщиком в условиях, когда поставщики могут тайно сговориться об установлении цены. Текущий анализ также предполагает, что производственный контракт присуждается единственному поставщику. Дальнейшее развитие темы должно включить в наш анализ тендерные процедуры с разделением награждения. Двойной сорсинг становится привлекательным вариантом поставок при наличии небольших фиксированных расходов на производство различных товаров и быстром ухудшении операционных навыков по причине неиспользования. Третий способ расширения нашей работы состоит в определении стандартных тендерных форматов, включая процедуры английских и голландских торгов, которые можно бы было применять для управления многопериодными закупками товаров с переключением затрат.

Краткий обзор литературы

Рекомендации по оптимальным процедурам закупочных торгов, которые мы даем в этой главе, основаны на двух наших работах [Lewis, Yildirim, 2002, 2005]. Эти работы содержат формальную модель и тщательный анализ следствий пяти практических выводов, представленных здесь. Анализ близкой темы, в котором предполагается, что закупщики являются незначительными пассивными участниками рынка, не влияющими на цены, дан в статье [Cabral, Riordan, 1994].

Наш анализ находится на пересечении двух подходов к рассмотрению многократных закупок – с крупным покупателем и экономики затрат на переключение с небольшими пассивными покупателями. Классическим источником по теории закупок является книга [Laffont, Tirole, 1993]. В работах [Klemperer, 1995; Farrell, Klemperer, 2004] дан превосходный обзор литературы по затратам на переключение. Также экономический анализ «ловушек», обучения на практике и связанных с этими процессами вопросами политики приводятся в статьях [Benkard, 2000; Darr et al., 1995; Dudley, 1972; Greenstein, 1995, 1997].

Анализ тендерных процедур с разделением награждения и двойного сорсинга представлен в работе [Anton, Yao, 1987].

Источники

Alchian A. Reliability of Progress Curve in Airframe Production // Econometrica. 1963. 31 (4). Р. 679–693.

Anton J., Yao D. Second Sourcing and Experience Curve: Price Competition in the Defense Procurement // RAND Journal of Economics. 1987. 18 (1). Р. 57–76.

Appelyard M. Cooperative Knowledge Creation: The Case of Buyer – Supplier Co-Development in the Semiconductor Industry: Working Paper. University of Virginia, 2002.

Argote L., Beckman S., Epple D. The Persistence and Transfer of Learning in Industrial Settings // Management Science. 1990. 36. Р. 140–154.

Asher H. Cost – Quantity Relationships in the Airframe Industry. Report 291. Santa Monica, CA: RAND Corporation, 1956.

Benkard L. Learning and Forgetting: The Dynamics of Aircraft Production // American Economic Review. 2000. 90 (4). Р. 1034–1054.

Cabral L., Greenstein S. Switching Costs and Bidding Parity in Government Procurement of Computer Systems // Journal of Law, Economics, and Organizations. 1990. 6 (2). Р. 453–469.

Cabral L., Riordan M. The Learning Curve, Market Dominance, and Predatory Pricing // Econometrica. 1994. 62 (5). Р. 1115–1140.

Darr E., Argote L., Epple D. The Acquisition, Transfer, and Depreciation of Knowledge in Service Organizations: Productivity in Franchises // Management Science. 1995. 41(11). Р. 1750–1762.

Dudley L. Learning and Productivity Changes in Metal Products // American Economic Review. 1972. 62. Р. 662–669.

Farrell J., Klemperer P. Coordination and Lock-in: Competition with Switching Costs and Network Effects // M. Armstrong, R. Porter (eds.) Handbook of Industrial Organization. Vol. 3. Ch. 31. North Holland, 2007. P. 1968–2072.

Greenstein S. Sole Source Versus Competitive Bidding: US Government Agencies’ Procedural Choice for Mainframe Computer Procurement // Journal of Industrial Economics. 1995. XLIII (2). Р. 125–140.

Greenstein S. Lock-in and the Costs of Switching Mainframe Computer Vendors: What Do Buyers See // Industrial and Corporate Change. 1997. 6 (2). Р. 247–273.

Gruber H. Learning by Doing and Spillovers: Further Evidence for the Semiconductor Industry // Review of Industrial Organization. 1998. 13 (6). Р. 697–711.

Hirsch W. Manufacturing Progress Functions // Review of Economics and Statistics. 1952. 34 (2). Р. 143–155.

Klein B., Crawford R., Alchian A. Vertical Integration, Appropriable Rents, and the Competitive Contracting Process // Journal of Law and Economics. 1978. 21 (2). Р. 297–326.

Klemperer P. Competition When Consumers Have Switching Costs: An Overview with Applications to Industrial Organization, Macro Economics, and International Trade // Review of Economic Studies. 1995. 62. Р. 515–539.

Laffont J.J., Tirole J. A Theory of Incentives in Procurement and Regulation. Cambridge, MA: The MIT Press, 1993.

Lewis T., Yildirim H. ‘Managing Dynamic Competition’ // American Economic Review. 2002. 92 (4). Р. 779–797.

Lewis T., Yildirim H. Managing Switching Costs in Multiperiod Procurements with Strategic Bugers // International Economic Review. 2005. 46 (4). Р. 1233–1269.

Nye W. Firm-Specific Learning by Doing in Semiconductor Production: Some Evidence from the 1986 Trade Agreement // Review of Industrial Organization. 1996. 11 (3). Р. 383–394.

Taylor C. Supplier Surfing: Competition and Consumer Behavior in Subscription Markets // RAND Journal of Economics. 2002. 34 (2). Р. 223–246.

Thompson P. How Much Did the Liberty Shipbuilders Learn? New Evidence for an Old Case Study // Journal of Political Economy. (2001). 109 (1). Р. 103–137.

Williamson O. Markets and Hierarchies: Analysis and Antitrust Implications. N.Y.: The Free Press, 1975.

18 Разработка механизмов репутации

Хрисантос Делларокас, Федерико Дини, Джанкарло Спаньоло

18.1. Введение

Общей проблемой в сфере закупок является наличие значимых аспектов обмена, которые не могут быть полностью указаны в формальном контракте, потому что они, например, не поддаются проверке третьей стороной (такой как суд или арбитр) без неоправданно больших судебных и/или иных издержек[496]. Неконтрактуемость открывает двери для двух известных форм оппортунизма: ex ante оппортунизм (доконтрактный) и ex post (постконтракный – post-contracting) оппортунизм, возникающий после заключения контракта. Ex ante оппортунизм имеет место на этапе выбора поставщика, когда оценка товара или услуги закупщиком зависит от некоторых не поддающихся наблюдению характеристик продавца или товара/услуги, которые он поставляет. Это часто приводит к нежелательным отношениям между покупателем и продавцом, т. е. к ситуациям, где закупщик (покупатель) в конечном итоге может вступить во взаимодействие с поставщиком (продавцом) или купить товар, который не обладает желаемыми характеристиками (например, качество), несмотря на то, что продавцы (и товары) с желаемыми характеристиками присутствуют на рынке. Постконтрактный оппортунизм относится к возможному оппортунистическому поведению одной торговой стороны во время закупочной трансакции, которое уменьшает благосостояние другой стороны; например, подрядчик или продавец, который, будучи выбранным, снижает уровень качества услуги (или прилагаемых усилий), по сравнению с согласованным, по тем аспектам поставляемого товара/услуги, контроль которых является затруднительным или дорогостоящим.

Должным образом составленные положительно выраженные поощрительные контракты[497] могут отчасти способствовать преодолению этих проблем в случае, когда существуют индикаторы, коррелирующие с неконтрактуемыми особенностями. Закупаемые товары и услуги часто описываются такими параметрами качества, которые трудно определить и реализовать посредством контракта, и закупщики имеют ограниченные договорные инструменты для контроля оппортунизма.

Беспокойство по поводу качества поставок и оппортунизма может быть особенно серьезным на электронных рынках из-за пониженных договорных гарантий, обусловленных географическим разделением и относительной анонимностью торговых партнеров. Большие расстояния делают разрешение договорных споров намного более сложным и дорогостоящим, чем в традиционных трансакциях лицом к лицу; это может увеличить стимулы для оппортунистического поведения второй стороны.

Более того, торговые отношения на больших электронных рынках часто случайны и не являются частью повторных отношений поставки, где обещание прибыли от будущего сотрудничества может победить искушение «схитрить».

Эти проблемы привели к тому, что несколько электронных рынков приняли механизмы сбора информации о прошлом поведении отдельных поставщиков и ее распространения через сообщество потенциальных будущих торговых партнеров[498]. Такие механизмы обратной связи или репутации нацелены на раскрытие оппортунистического поведения поставщика потенциальным будущим партнерам и на то, чтобы позволить каждому поставщику создавать публично наблюдаемую репутацию кредитоспособности и таким образом иметь возможность быть признанным надежным торговым партнером. Цель таких механизмов состоит в том, чтобы препятствовать оппортунистическому поведению, вытеснять разоблаченных нечестных поставщиков и развивать доверие и сотрудничество в рамках торгового (виртуального) сообщества.

Вышеназванной цели на удивление сложно достичь. В этой главе мы обсуждаем самые важные вопросы, имеющие практическое отношение к разработке эффективных механизмов обратной связи для электронных платформ, и поднимаем некоторые новые проблемы, которые еще не получили достаточного внимания, но которые, по нашему мнению, станут важными элементами будущих механизмов обратной связи.

Мы также обращаем особое внимание на специфические черты приобретающих все большую значимость государственных электронных платформ[499], некоторые из которых (как, например, особые юридические ограничения) могут увеличить или уменьшить сложность разработки механизмов обратной связи. Большинство поднятых нами проблем и предложенных решений оказываются, однако, в равной степени относящимися к частным и государственным системам электронных закупок.

Эта глава организована следующим образом. В разделе 18.2 обсуждаются общие особенности механизмов обратной связи. В разделе 18.3 описываются и сравниваются механизмы обратной связи компаний eBay и Amazon – два самых известных примера использующихся сегодня механизмов обратной связи. В разделе 18.4 мы обсуждаем главные вопросы, связанные с разработкой известных нам эффективных механизмов обратной связи, и излагаем некоторые «практические выводы» относительно электронных платформ. Заключительные комментарии приводятся в разделе 18.5. В приложении изучается конкретный пример механизма обратной связи, предложенного для рынка органов государственного управления, которым управляет Consip, Итальянское агентство государственных закупок.

18.2. Механизмы обратной связи для частных электронных рынков

Несколько электронных рынков в настоящее время используют механизмы обратной связи в качестве основных средств создания доверия и облегчения эффективных трансакций. В таблице 18.1 приводится несколько заслуживающих внимания примеров таких механизмов, используемых на сегодняшний день.

Таблица 18.1. Примеры онлайн-механизмов обратной связи (в использовании на июнь 2005 г.)

Источник: обработка результатов, представленных в работе [Dellarocas, 2006].

Основная цель механизмов обратной связи на электронных рынках состоит в том, чтобы обеспечить возможность совершения эффективных трансакций в среде, где сотрудничество ставится под угрозу из-за оппортунизма торговых партнеров. Механизмы обратной связи могут сдерживать постконтрактный оппортунизм, действуя как средства санкционирования. Если сообщество следует норме, налагающей наказание на продавцов, замеченных в недобросовестном поведении (отказываясь производить у них закупки или уменьшая цену, которую члены сообщества готовы платить за их продукты), и если текущая стоимость наказания превышает прибыль от обмана, то угроза публичного раскрытия недобросовестного поведения продавца в текущем раунде дает рациональным продавцам достаточные стимулы для честного поведения в отношении своих партнеров.

Ex ante оппортунизм встречается в ситуациях, когда поставщики (продавцы) обладают информацией о каком-либо аспекте неотъемлемых свойств, качества своего продукта и т. д., недоступной покупателям[500].

Такие ситуации часто возникают на рынках «экспериментальных благ», т. е. товаров и услуг, качество которых можно оценить только после их использования. Рассмотрим, например, сайт бронирования гостиниц онлайн, где отели различного качества рекламируют свои номера. Потребители не могут быть уверены в истинном качестве услуг, предлагаемых каждой гостиницей, пока они фактически там не остановятся. Тем не менее у отелей нет стимула рекламировать какие бы то ни было свои недостатки. Зная это, потребители полагают, что все отели имеют «среднее» качество, и не будут готовы платить больше «средней» цены. Такая ситуация в конечном счете вытеснит с рынка всех, кроме продавцов самого низкого качества. Требовательные потребители, ищущие высококачественные отели, не готовы тратить деньги на гостиницы более низкого качества и, следовательно, откажутся участвовать в рынке.

Механизмы обратной связи смягчают проблему ex ante оппортунизма, действуя как сигнальные средства. Например, запрашивая и публикуя отзывы потребителей, которые останавливались в рекламируемых отелях, они помогают сообществу узнать истинное качество каждого отеля. Это, в свою очередь, способствует лучшему подбору покупателей и продавцов и более эффективному рынку.

Обе формы оппортунизма одновременно присутствуют при многих обстоятельствах. Продавцы отличаются по свойственным им уровням квалификации, но, кроме того, они имеют выбор моделей поведения (который частично обусловлен их квалификацией). Например, определенные атрибуты обслуживания клиентов (местоположение, размер номеров и т. д.) можно рассматривать как часть неизменного «типа» отеля, тогда как другие атрибуты (чистота ванных комнат, профессионализм и вежливость персонала и т. д.) являются результатом уровня «усилий» гостиницы и могут стратегически варьироваться ежедневно. При таких условиях механизмы обратной связи играют как санкционирующую, так и сигнальную роль, показывая истинные неизменные атрибуты гостиницы и одновременно обеспечивая стимулы для отеля прилагать разумные усилия[501].

При других обстоятельствах одна из этих двух ролей становится доминирующей. Например, обзоры на Amazon играют прежде всего сигнальную роль: они распространяют информацию (первоначально известную конфиденциально, но по сути «неизменную») о качестве продуктов (книги, компакт-диски, DVD-диски и т. д.), рассматриваемых в обзоре. eBay, с другой стороны, является примером механизма, который прежде всего действует как средство санкционирования. Исходя из того, что все продавцы на eBay одинаково способны действовать честными и нечестными способами, проблема eBay состоит в том, чтобы сдерживать ex post оппортунизм. Соответственно, пользователи eBay оценивают продавцов не по абсолютному качеству их продуктов, а скорее по тому, насколько хорошо им удалось поставить то, что было обещано в описании продукта. Роль механизмов обратной связи eBay скорее заключается в продвижении честной торговли, нежели чем в проведении различия между теми продавцами, которые продают высококачественные продукты, и теми, кто продает низкокачественный товар.

Начальные сведения свидетельствуют, что хорошо разработанный механизм обратной связи может оказать существенное положительное воздействие на торговлю. Например, несколько исследований показали, что механизм обратной связи eBay, по-видимому, влияет как на цены, так и на и спрос на широкий спектр товаров, таких как офисное оборудование (увеличение на 1 % положительных отзывов увеличивает продажные цены на 36 % выше их среднего уровня), электрогитары (10‑процентное увеличение положительных отзывов увеличивает продажные цены на 17 %, в то время как 10‑процентное увеличение отрицательных отзывов уменьшает продажные цены на 24 %), коллекционные марки (20 дополнительных положительных рейтингов определяют 5-процентное увеличение аукционной цены) и коллекционные куклы (продавцы с хорошей репутацией имеют цены на 5 % выше по сравнению с продавцами, не получившими отзывов). Также было показано, что темп роста сделок продавца может значительно понизиться после первых отрицательных отзывов (от приблизительно 7 % в неделю до приблизительно –7 %)[502], и то же происходит с продажной ценой (1‑процентное увеличение уровня отрицательных отзывов пропорционально сопровождается 9-процентным уменьшением цены)[503].

18.3. Механизмы обратной связи в действии: сравнительный анализ eBay и Amazon

В этом разделе описываются и сравниваются два самых известных механизма обратной связи, используемых на сегодняшний день: механизм, применяемый eBay, и механизм аукционов Amazon.

Имея более чем 190 млн зарегистрированных пользователей, покупающих и продающих товары, eBay сегодня является самым популярным онлайн-посредником в мире, поглотившим 14 % глобальной электронной торговли. В 2005 г. число позиций листинга eBay превысило 1,9 млрд, и валовый объем товаров достиг в денежном эквиваленте более чем 44,3 млрд долл. США[504].

Как и во многих других онлайн-сообществах, сделки eBay не подкрепляются типичными юридическими/договорными гарантиями. Сотрудничество и доверие между торговыми сторонами, главным образом, основывается на их честности и на простом механизме обратной связи[505]. Система обратной связи eBay является двусторонним (или обоюдным) механизмом, посредством которого пользователи могут оценивать друг друга в конце любой сделки. Рейтинг может быть положительным (1), нейтральным (0) или отрицательным (– 1) и обычно сопровождается кратким текстовым комментарием.

Рейтинги суммируются в индикатор репутации, балл обратной связи. Этот индикатор представляет собой сумму положительных рейтингов за вычетом суммы отрицательных рейтингов, с предупреждением, что многократные оценки, полученные от одного и того же пользователя, считаются только один раз (более подробно об этом аспекте см. в разделе 18.4). Например, как видно на скриншоте 18.1, пользователь достиг балла 20163, с процентом успешных сделок 98,7 %. Несмотря на 23393 полученных положительных отзыва, только 20438 засчитаны в балл, поскольку «только» 20348 разных участников опубликовали положительные отзывы.

Скриншот 18.1 показывает типичный идентификатор пользователя и профиль участника (по данным на сентябрь 2005 г.).

Amazon был основан в 1995 г., первоначально как книжный интернет-магазин. В финансовом 2005 г. чистая сумма его продаж составила 8,49 млн долл., и число активных клиентов достигло 57 млн[506]. Amazon предлагает миллионы уникальных новых, восстановленных и бывших в употреблении товаров в следующих категориях: книги, продукты питания, товары для спорта и отдыха, музыка, DVD-диски, электроника и офисная техника, игрушки и детские товары, ювелирные украшения и часы[507]. Товары можно приобрести у amazon.com или у частных продавцов, которые реализуют свою продукцию через интернет-магазины на веб-пространствах Amazon. Поэтому, в отличие от eBay, Amazon одновременно продавец и маркет-мейкер.

Скриншот 18.1. Пример профиля пользователя eBay

После любой трансакции Amazon позволяет пользователям оценить друг друга посредством рейтинговой системы с использованием звезд: от 5 (лучшая оценка) до 1 (худшая оценка) звезды. По заявлению Amazon, «как покупатели, так и продавцы могут ставить оценки обратной связи. Все записи с отзывами отображаются на сайте, но только оценки обратной связи, поставленные покупателями, включаются в итоговое вычисление обратной связи для продавца». На eBay, напротив, все рейтинги включаются в окончательный балл участника независимо от того, были ли они выставлены, когда участник действовал как покупатель или же как продавец.

Репутация продавца – это среднее арифметическое всех его оценок. Например, скриншот 18.2б показывает, что пользователь получил 60 оценок, и его средняя оценка 4,7.

Покупателям и продавцам на Amazon разрешается оставить текстовый комментарий без числовой оценки. Это не разрешено на eBay, где комментарии должны всегда сопровождаться оценкой.

Скриншот 18.2a показывает информацию, отображаемую в профиле пользователя Amazon (по данным на сентябрь 2005 г.).

Скриншот 18.2а. Пример профиля пользователя Amazon

Скриншот 18.2б. Пример вкладки обратной связи пользователя Amazon

Между механизмами обратной связи eBay и Amazon есть два основных отличия. Во-первых, рейтинговая шкала Amazon более детализирована, чем шкала eBay (1–5 против – 1, 0, 1 соответственно), хотя Amazon также суммирует оценки по шкале eBay для облегчения обработки информации. Как мы увидим в следующем разделе, степень детализации рейтинговой шкалы – одно из ключевых измерений разработки механизма обратной связи. Выбор Amazon обрабатывать оценки также в режиме «положительно, нейтрально, отрицательно», как делает eBay, может указывать на то, что пользователи считают его применение более легким.

18.4. Разработка онлайн-механизмов обратной связи

Прежде чем продолжить обсуждение различных аспектов, связанных с разработкой механизмов обратной связи, мы хотели бы подчеркнуть, что на большинстве государственных и частных электронных рынков информационные проблемы стоят менее остро, чем в контексте eBay и Amazon, в определенном смысле экстремальном, и других (использующих анонимную торговлю) онлайн-сообществ. Официальные договоры, стандартные гарантии, ограничение или улучшение контроля участия, так же как законы о закупках, гарантируют отсутствие определенных проблем, например, анонимности партнеров, и не вызывают особой озабоченности у маркет-мейкеров. Несмотря на менее серьезные информационные проблемы, механизмы обратной связи, очевидно, могут помочь в работе с неконтрактуемыми измерениями качества сделок в государственных закупках, с тем чтобы достичь более высокого уровня удовлетворенности потребителя. Как подробно обсуждалось в Главе 4, во многих ситуациях с закупками удовлетворенность потребителя в значительной степени зависит от неизмеряемых аспектов качества. Эти аспекты качества невозможно регулировать формально изложенными техническими требованиями договора, но они могут быть выявлены при помощи хорошо разработанного механизма обратной связи, который способен стимулировать стороны прилагать больше усилий к выполнению договоров на поставку.

18.4.1. Анонимность торговых партнеров

Частично неуверенность по поводу закупок и торговли в целом на электронных рынках, таких как eBay, происходит из-за «анонимности» торговых партнеров. Люди, торгующие онлайн, не знают, кем являются их контрагенты, так как все действуют под «никами» (или псевдонимами). Анонимность может быть серьезной проблемой, потому что нечестные участники имеют возможность избегать последствий отрицательных отзывов, зарегистрировавшись повторно под другим «ником». Это, конечно, препятствует тому, чтобы рынок наказывал «плохих» участников, и подрывает эффективность механизмов обратной связи. К счастью, существуют некоторые возможные решения для преодоления этой проблемы[508]. Первое решение – потребовать от пользователей раскрытия своей истинной личности. Несомненно, это лучшее решение, но это не всегда выполнимо. Второе решение заключается в требовании вступительных взносов[509]. Взносы будут препятствовать частому входу на рынок оппортунистически настроенных участников, преследующих цель избежать плохой репутации. В то же время, однако, вступительные взносы могут создать препятствия для участия в рынке в целом, что является критическим моментом для успеха любой электронной платформы (см. Главу 10). Третий метод состоит в назначении «начальной» низкой репутации новым участникам рынка, которые затем должны будут «отработать свой долг» (т. е. пройти период низкой прибыли и спроса), прежде чем стать уважаемыми участниками. Такой подход также препятствует оппортунистическим изменениям идентификаторов, поскольку участники понимают, что с каждым изменением идентификатора им придется «отрабатывать свой долг» еще раз. Это решение имеет свою цену: очень низкая репутация на входе может также помешать привлечению новых потенциальных участников (см. подраздел 18.4.9).

Доступ к государственным электронным рынкам, как правило, не бесплатен, как вход на eBay или Amazon, которые требуют лишь бесплатной и быстрой регистрации. В то время как покупатели (государственные учреждения) обязаны только регистрироваться, как на eBay, продавцы (поставщики), вероятно, должны соответствовать ряду конкретных требований. Государственные и некоторые частные платформы, действительно, отбирают участников на основе определенных критериев, именно с целью избегания участия «ненадежных» продавцов. Эти особенности делают анонимность и все связанные с ней проблемы значительно менее значимыми. В то время как государственный маркет-мейкер обычно обязывает покупателей и продавцов быть опознаваемыми зарегистрированными пользователями в силу юридических предписаний, частный маркет-мейкер может сделать выбор в пользу такого требования в целях увеличения безопасности, не ставя при этом под угрозу участие в платформе и ее функции.

18.4.2. Предоставление обратной связи

Обеспечение обратной связи имеет решающее значение для механизма воздействия на репутацию. Эта ситуация относится к проблеме «безбилетника» («бесплатной езды»), возникающей для отдельных видов товаров, а именно общественных благ. Общественные блага относятся к такой категории товаров, где потребление блага одним лицом не исключает (условие неисключаемости) и не уменьшает (условие неконкурентности) его потребление другим лицом. Примерами общественных благ служат дороги (строительство новых дорог). Проблема «безбилетника» происходит тогда, когда человек («безбилетник») знает, что хотя он и не участвует в финансировании строительства дороги, ему не запрещена езда по ней. Если каждый, кто должен участвовать в финансировании строительства дороги, рассуждает таким образом, очевидно, что шансы построить дорогу будут невелики. В общем, общественная природа блага определяет недостаточное предоставление этого блага. Предоставление достаточной обратной связи крайне важно для того, чтобы механизм оказывал влияние на репутацию.

В большинстве случаев участие в обратной связи не приносит непосредственной пользы тому, кто ее предоставляет, – этот человек и так знает, как действовал его партнер, независимо от того, возьмет ли он на себя труд оставить отзыв или нет. Только другие лица получают выгоду от решения агента оставить обратную связь[510], используя эту информацию при принятии торговых решений в будущем. Обратная связь, следовательно, производит исключительно положительные внешние эффекты, принося пользу всем агентам кроме того, кто ее предоставляет; таким образом, обратная связь – экстремальный вид общественного блага.

Что касается других общественных благ, или даже не только их, у человека нет никаких экономических стимулов предоставлять обратную связь, учитывая, что он платит за это свою цену, но не пользуется ее преимуществами; таким образом, следует ожидать недостаточность предоставления обратной связи и «бесплатную езду». Несмотря на «бесплатную езду», на eBay уровень предоставления обратной связи на удивление высок: 52 % покупателей отправляют обратную связь после сделки, в то время как среди продавцов это делают 60 %. Тем не менее обратная связь в большем объеме (и более правдивая) улучшила бы работу механизма, тогда как остается неясным, предоставляются ли наблюдаемые 52 % обратной связи по причинам альтруистического или же стратегического характера (см. подраздел 18.4.3)[511]. «Бесплатная езда» может препятствовать накоплению участником достаточной обратной связи, необходимой для воздействия на репутацию. Эта проблема особенно серьезна для новых пользователей, так как действующие пользователи могут быть не заинтересованы во вступлении в торговые отношения с новым пользователем, надежность которого абсолютно неизвестна рынку. Отсутствие репутации приводит в этом случае к барьеру входа для новых операторов, которые наверняка столкнутся с большими трудностями в торговле по сравнению с действующими участниками. Это может также ограничить общий уровень конкуренции на рынке.

18.4.2.1. Возможные решения

В новейших работах[512] предлагаются возможные решения проблемы «бесплатной езды». Одно из них заключается в том, чтобы платить тем, кто предоставляет обратную связь, и взимать налог с тех, кто ее не предоставляет. Сходный метод, который также нацелен на разрешение проблемы надежности обратной связи, вознаграждает обратную связь в зависимости от того, насколько хорошо она предсказывает обратную связь других покупателей. Идея в том, что отзывы, относящиеся к одному продавцу, как правило, взаимосвязаны (хорошие продавцы получат в среднем положительные оценки, плохие же продавцы получат отрицательные), и любую обратную связь, резко отличающуюся от других отзывов, следует считать несправедливой и потому подлежащей взысканиям. При использовании этой системы можно ожидать, что рациональные участники будут предоставлять честные (а также частые) отзывы, потому что таким образом они будут максимизировать свою ожидаемую оплату[513].

Системы, основанные на оплате, по-видимому, трудно осуществимы, особенно в общественных контекстах, поэтому в новейших механизмах обратной связи не используются такие побудительные механизмы. Тем не менее факты до сих пор не подтверждают (довольно пессимистические) предсказания относительно «бесплатной езды». Участие потребителей в онлайн-механизмах обратной связи удивительно высоко, от 50 до 60 % на eBay, как упоминалось выше. Сайты могут стимулировать добровольное предоставление обратной связи за счет максимального удобства своих механизмов обратной связи и использования проактивных IT-решений, таких как запрос обратной связи по электронной почте.

18.4.3. Двусторонние механизмы обратной связи: взаимный обмен и репрессалии (меры возмездия)

Механизмы обратной связи очень часто являются двусторонними (или двунаправленными), в том смысле, что продавцам и покупателям дается шанс оценить друг друга. В теории двустороннее оценивание используется для обеспечения выполнения обязательств обеими сторонами. На практике, однако, двусторонние механизмы могут произвести отрицательное воздействие на информационное содержание отправленной обратной связи, поскольку они допускают репрессалии и взаимообмен отзывами. Эти эффекты являются результатом возможности для пользователей отвечать на обратную связь после ее получения.

18.4.3.1. Репрессалии (меры возмездия)

Даже после неудовлетворительной сделки сторона, которая ценит собственную репутацию, может отказаться отправить «отрицательную» обратную связь (первой) из опасения, что партнер примет ответные меры, оставив отрицательный отзыв в ответ, даже если он будет необоснован. Меры возмездия могут также использоваться стратегически, чтобы препятствовать будущим отрицательным отзывам: сторона может создать себе репутацию участника, всегда принимающего ответные меры против отрицательной обратной связи, и таким образом не допустить, чтобы будущие партнеры, заботящиеся о своей репутации, оставляли отрицательные отзывы, когда выполнение обязательств неудовлетворительно. Недавние работы[514] показывают, что страх перед репрессалиями присутствует на eBay, являясь наиболее вероятной причиной скудного количества отрицательной обратной связи, и побуждает стороны, которые все-таки оставляют отрицательные отзывы, делать это в «последний момент», с тем чтобы уменьшить вероятность отрицательных репрессалий. Репрессалии, безусловно, ставят под угрозу надежность информации: нейтральная и потенциально недостающая обратная связь засчитывается как «нейтральная», даже когда она является результатом неудовлетворительных сделок, которые не были оценены отрицательно из страха перед репрессалиями.

18.4.3.2. Взаимообмен отзывами

Быстрый положительный отзыв от продавца после не слишком проблематичной сделки может создать в сознании покупателя простое взаимное обязательство ответить такой же обратной связью, даже если действия продавца были не столь безупречны. В конце сделки партнеры могут также неявно или явно договориться об обмене положительной обратной связью, даже при том, что ни один из них не был идеален в выполнении своих обязательств (к счастью, такие соглашения, вероятно, будет трудно провести в жизнь, так как как только первая сторона оставляет отзыв, вторая может свободно вести себя, как пожелает). Например, на eBay обычная практика – провести предварительные переговоры, прежде чем оставить отрицательный отзыв. Это может побуждать участников сообщать только о действительно плохой производительности[515].

Агент может выбрать такую линию поведения, согласно которой он всегда дает взаимную положительную обратную связь, чтобы создать репутацию участника, неизменно отвечающего взаимностью, и стимулировать будущих партнеров первыми отправлять положительные отзывы. Какова бы ни была мотивация партнеров, взаимный обмен ставит под угрозу эффективность механизмов обратной связи, несправедливо завышая репутацию пользователей. Недавние исследования показывают, что эта проблема эмпирически актуальна[516].

18.4.3.3. Возможные решения

Вышеизложенное обсуждение, по-видимому, указывает, что односторонний механизм обратной связи мог бы быть более предпочтительным, чем двусторонний, поскольку в этом случае не может быть репрессалий/взаимного обмена.

Выбор одностороннего механизма обратной связи поддерживается на том основании, что репутация, как правило, более важна для стороны, производящей поставки. Частные компании и государственных закупщиков, использующих платформы электронных закупок, вероятно, будет больше заботить выполнение обязательств продавцами, чем «производительность» их локальной структуры. К eBay это не относится, так как там многие участники – одновременно и покупатели, и продавцы, а eBay – просто третья сторона (маркет-мейкер).

Основная роль репутации состоит в корректировке продажных цен и возможности ведения дел в соответствии с производительностью продавцов. В то время как прошлое поведение продавцов может иметь на них влияние, прошлое поведение покупателей часто не влияет на их текущее поведение. Окончательная цена товаров, продаваемых с аукциона на eBay, наверняка, будет зависеть от репутации продавцов, но едва ли от репутации покупателей. Репутация покупателей не оказывает значительного влияния на рыночные цены на платформах, работающих в формате аукциона (но не вообще).

Создание репутации со стороны спроса представляется в целом менее актуальным, хотя для этого могут быть определенные основания, поскольку покупатели (подразделения частной компании и, более вероятно, государственные учреждения) могут задерживать оплату и иногда делать неточные заказы онлайн, что затратно для продавца. В этом случае односторонние механизмы обратной связи могут повлечь определенные потери: рынок не оценивает производительность покупателей, таким образом упуская возможность их «дисциплинировать»[517].

Альтернативной политикой, которая избегает недостатков взаимного обмена и репрессалий, не отступая от двустороннего механизма, является «анонимность обратной связи» (см. также подраздел 18.4.10.1). Это решение может потребовать случайного выбора времени раскрытия обратной связи и значительного расширения периода, в течение которого можно дать обратную связь. Анонимность обратной связи, тем не менее, допустима за счет невозможности оставлять комментарии, а также невозможности знать характеристики бывшего партнера (например, уровень опыта), который оставил данную обратную связь, и размер и тип сделки, к которой относится отзыв (о значении этой информации см. в подразделе 18.4.8).

Самый эффективный способ решить проблемы репрессалий/взаимного обмена, вероятно, тот, что был предложен недавно: он состоит просто в нераскрытии обратной связи, пока не истечет период, в который может быть дана/изменена/удалена обратная связь. По его истечении агенты не могут ничего больше предпринять, и отзывы (если они есть) можно обнародовать[518]. Это решение также подразумевает некоторые издержки. Поведение продавцов в период ожидания обратной связи непосредственно ненаблюдаемо. Таким образом, продавцы могут прибегнуть к недобросовестному поведению во время ожидания, когда покупатели еще не могут наблюдать отрицательные отзывы.

В результате покупатели не могут учесть недавние отрицательные отзывы (если они есть) при принятии своих текущих торговых решений. Отметьте, однако, что лишение агентов возможности реагировать на полученную обратную связь имеет свой недостаток: это значительно сокращает их возможности выражения недовольства и сдерживания «несправедливой» обратной связи.

18.4.4. Входной аспект механизмов обратной связи

Когда мы задаемся целью надлежащим образом разработать механизм обратной связи, возникает ряд вопросов. Например: обратная связь должна быть числовой (оценки), качественной (текстовые комментарии), или и то, и другое? Следует ли оценивать сделку в целом или же оценки нужно ставить по определенным аспектам (транспортировка, качество и т. д.)? Какова должна быть степень детализации шкалы (1–5, 1 – 10 и т. д.) числовой обратной связи?

Ответы на эти вопросы частично получены из опыта наиболее значительных электронных рынков, таких как eBay, Amazon, Yahoo! и Citysearch. Есть два основных подхода. На eBay, например, участники коллективно оценивают все аспекты сделки по единственному рейтингу. Другие веб-сайты, такие как Citysearch, позволяют пользователям ставить (качественные) оценки по нескольким аспектам услуги, таким как «полезно», «не полезно», «удобно», «неудобно», «за» и «против» и т. д.

Выбор между этими двумя подходами может быть сделан согласно характеру услуги, предоставляемой платформой. Когда товар/услуга более сложны (например, оценка гостиниц в Citysearch) и состоят из многих различных аспектов (комфорт, эффективность, польза и т. д.), может быть уместно разделять различные аспекты и оценивать их отдельно. Когда же продукт не такой сложный, выбор eBay – учитывать только одну оценку – является, вероятно, лучшим.

Выбор между качественной и количественной обратной связью не вызывает особого беспокойства. Если задача заключается в оценке выполнения обязательств, качественным аспектам можно присвоить численные значения.

Относительно детализации шкалы оценок, как показано в разделе 18.3, eBay принимает шкалу – 1, 0, 1, в то время как Amazon использует шкалу 1–5, Yahoo! шкалу 1 – 10. Однако некоторые работы по этой теме[519] выдвигают предположение, что бóльшая степень детализации не улучшает эффективность механизма: бинарные механизмы обратной связи (1, (–1)) могут быть эффективны и очень просты.

Разрабатывая механизм обратной связи, государственные закупщики могут быть ограничены некоторыми факторами. Например, наличие законодательных ограничений по закупкам и скептицизм продавцов относительно оценки результатов их деятельности – продавцы могут отказаться от механизмов, учитывающих отрицательные отзывы, и прибегнуть к угрозам судебного преследования в случае получения плохого рейтинга – предполагает, что нужно сосредоточиться на особых видах механизмов (как мы увидим при анализе случая, представленного в разделе 18.6, так обстоит дело с итальянским законодательством по регулированию государственных закупок). Кроме того, сама природа механизма может быть потенциальным источником конфликта: механизмы обратной связи обеспечивают «субъективное» измерение репутации, направленное на то, чтобы зафиксировать неподдающийся проверке аспект качества, который невозможно определить в формальном контракте. Продавцы, возможно, будут отвергать идею о том, что на бизнес может влиять субъективное измерение их работы, даже при том, что это каждый день происходит в рыночных сделках.

Если эти проблемы воспринимаются как важные, агентство по закупкам может разработать механизмы с только положительными оценками. Чтобы избежать потенциального падения уровня участия, агентства должны максимизировать восприятие, что механизмы обратной связи могут быть деловой возможностью для фирм, а не инструментом «наказания». Этот выбор может помочь агентству достичь одновременно двух важных целей: увеличения участия путем привлечения «надежных» продавцов и повышения качества.

Практический вывод 1.

Отдавайте предпочтение простым положительным шкалам обратной связи, таким как (0, 1) или (0, 1, 2), когда «отрицательные отзывы» могут привести к уменьшению участия.

18.4.5. Вычисление репутации

eBay вычисляет репутацию как сумму оценок, поставленных другими пользователями (балл отзывов). Однако, как упоминалось в разделе 18.3, обратная связь, предоставленная одним и тем же пользователем, засчитывается только однажды. Причина в следующем. Предположим, что некто совершает многократные покупки у одного и того же продавца и всегда остается доволен сделкой. Со временем между сторонами могут развиться доверительные долговременные отношения. Поэтому высока вероятность, что обратная связь, публикуемая покупателем о продавце, будет положительной. Обратная связь засчитывается только один раз во избежание раздувания репутации за счет получения многочисленных отзывов в контексте долговременных отношений между сторонами. Долгосрочные отношения поддерживаются перспективой будущей прибыли от дальнейшего сотрудничества с конкретным партнером и не должны рассматриваться как часть репутации, в чем eBay совершенно прав. Действительно, механизмы обратной связи направлены на измерение того, как участник выполняет свои обязательства, когда он вступает в единственные случайные взаимодействия, а не тогда, когда он находится в самодостаточных долгосрочных отношениях.

18.4.5.1. Средняя репутация

Репутация, которую пользователи приобретают на eBay, зависит от числа совершенных ими сделок. Здесь возникают две проблемы. Во-первых, это ставит в выгодное положение старых пользователей, которые имеют более долгую историю. Во-вторых, механизм не позволяет сравнивать профили репутации пользователей. Одним простым решением для преодоления этих проблем может быть измерение репутации следующим показателем:

Репутация (1) = сумма оценок, поставленных отдельными пользователями в последних (N) трансакциях.

Это простая сумма оценок, и ее можно интерпретировать как неявное измерение (средней) репутации, поскольку набор (N) сделок, по которым она вычисляется, фиксирован и одинаков для всех пользователей. Эта сумма не меняется согласно истории, что автоматически решает вторую проблему. Такая сумма оценок может быть основным инструментом для измерения репутации: ее просто вычислить, и пользователям легко с ней работать.

Рассмотрим теперь следующий показатель средней репутации:

Репутация (2) = сумма последних оценок, поставленных отдельными пользователями в последних N трансакциях / N.

Этот показатель, по сравнению с предыдущим, явно подчеркивает отношение хороших отзывов к общему количеству отзывов, таким образом немедленно предоставляя пользователям информацию об относительном уровне производительности конкретного участника.

Предложенные показатели могут быть далее усовершенствованы, чтобы достичь более точного и специализированного измерения репутации[520].

18.4.5.2. Медиана репутации

Как обсуждалось в предыдущем разделе, репутация, измеренная через среднее арифметическое (или соответствующие суммы) оценок, может быть хорошим показателем репутации. Тем не менее он все еще далек от преодоления уклона репутации, производимого незаслуженными оценками, и стратегических манипуляций обратной связью. К счастью, существуют альтернативы, которые можно противопоставить этой проблеме[521]. Например, репутация может быть измерена с использованием медианы рейтинга вместо средней оценки. Как известно, одно важное статистическое свойство медианы состоит в том, что она менее чувствительна к крайним значениям по сравнению со средним арифметическим. Как пример возьмем шкалу оценок eBay и предположим, что один пользователь сталкивается со следующей последовательностью оценок: (–1, 0, 1, 1, 1). Эта последовательность имеет среднее арифметическое, равное 0,4, и медиану, равную 1. Друзья пользователя («свои люди», отправляющие ложные отзывы) могут искусственно улучшить профиль при помощи «потока» положительной обратной связи, чтобы создать лучшую последовательность оценок, такую как (–1, 0, 1, 1, 1, 1, 1, 1, 1). Эта новая последовательность имеет медиану, равную 1, и среднее арифметическое, равное 0,67. Таким образом, в то время как репутация, измеренная по медиане, не изменяется, когда «свои люди» несправедливо оценивают партнеров, репутация, измеренная по среднему арифметическому, увеличивается до 0,67, таким образом создавая уклон репутации. Подобные аргументы применимы также в случае «недоброжелателей», т. е. пользователей, желающих испортить репутацию конкурентов.

Измерение репутации посредством медианы должно воздействовать на стратегическое поведение манипуляторов обратной связью. Если манипуляторы будут знать заранее, что репутация основана на медиане, а не на среднем арифметическом, у них будет меньше стимулов для того, чтобы ставить несправедливые оценки, потому что такие оценки не будут оказывать влияние на репутацию. В результате следует ожидать снижения уровня манипулирования.

Заметьте, что манипуляции могут осуществляться несколькими другими способами (некоторые из которых обсуждаются в подразделе 18.4.10.1). Например, на Usenet – дискуссионном форуме, где люди делятся информацией о товарах и услугах – конкурирующие фирмы влияют на мнения потребителей относительно качества предоставляемых ими продуктов путем размещения дорогих «подложных» рекламных сообщений в группах Usenet. Такая манипуляция может поставить под серьезную угрозу информативность форума. Однако это не так в более общих ситуациях, где имеет значение как ex ante (доконтрактный), так и ex post (постконтрактный) оппортунизм (на Usenet главное беспокойство вызывает ex ante оппортунизм). Стратегическая манипуляция может повысить информативность форума. Присутствие честных мнений потребителей может побудить фирмы раскрыть свои, более точные, знания о качествах продукта посредством манипулирования форумами с относительной интенсивностью, пропорциональной их фактическому качеству. Воздействие манипуляции в этом случае состоит в том, чтобы еще более отделить публикуемый рейтинг фирм с высоким качеством от рейтинга фирм с низким качеством, благодаря чему потребителям будет легче делать выводы об истинном качестве каждой фирмы[522].

18.4.5.3. Сравнение средней оценки и медианы рейтинга

Как и среднее арифметическое, медиана может быть вычислена по недавним N оценкам, чтобы устранить дискриминацию по новым/ старым оценкам и создать условия для сравнения репутации. Хотя медиана преодолевает проблему искусственных оценок, она дает менее точное измерение репутации – медиана может быть равна только –1, 0, 1 и может отображать необъективную информацию, как и среднее арифметическое. Предположим, что в примере, приведенном выше, «друзья» – честные торговцы и что они создали «поток» обратной связи. Среднее арифметическое отображает это (справедливое) улучшение репутации, тогда как медиана этого не делает. С этой точки зрения два данных подхода идут в противоположных направлениях. В то время как медиана совсем не учитывает дальнейшие улучшения репутации (дополнительная обратная связь считается несправедливой), среднее арифметическое засчитывает такие улучшения в полной мере (дополнительная обратная связь считается справедливой). Поскольку обе эти меры не устойчивы к потенциальному информационному уклону, удобно использовать среднее арифметическое.

Практический вывод 2.

Простое и эффективное измерение репутации – сумма оценок, поставленных отдельными покупателями в последних N трансакциях.

18.4.6. Какое количество информации следует публиковать?

Тип и количество информации, раскрываемой на рынке, являются ключевыми элементами разработки механизма обратной связи. В этом разделе мы обсуждаем, какую информацию следует раскрывать, чтобы оптимизировать механизм обратной связи. Большинство известных электронных рынков обычно раскрывают много подробной информации. Однако пользователям нелегко ее обрабатывать. Опубликование меньшего объема, но информативных данных может быть более эффективной политикой раскрытия информации. eBay публикует репутацию пользователей и многие другие статистические данные, касающиеся оценок. Высказывалось мнение, что для eBay может быть оптимальным «скрыть» подробности и включить в процесс медиатора обратной связи[523]. Медиаторы обратной связи предоставляют чрезвычайно точную информацию и удовлетворяют потенциально гетерогенные информационные потребности пользователей. Нам представляется недостатком, что политика раскрытия информации на eBay (и также на Amazon) не предусматривает отображения количества сделок, совершенных пользователем. Эта информация могла быть очень полезной, чтобы оценить, сколько участников активно на рынке и сколько сделок не получают обратной связи.

Интересно, что практика государственных электронных платформ дает примеры другой потенциально полезной информации, которую можно раскрыть. Например, с 1995 г. GSA – федеральная закупочная платформа США – имеет EPLS (систему ведения списка исключенных сторон), размещая в открытом доступе на веб-сайте GSA список продавцов, исключенных из федеральных закупок. Веб-сайт также раскрывает причины исключения и соответствующие исправительные меры. Любой человек имеет свободный доступ к «черному списку» поставщиков, которым не разрешается иметь деловые отношения с федеральным правительством. Публикация такой информации может иметь значительное (отрицательное) воздействие на репутацию, и она должна стать дальнейшим сдерживающим фактором для недобросовестного поведения фирм.

Другой важный аспект относительно политики раскрытия – оптимальная продолжительность истории обратной связи. На eBay у каждого пользователя есть история обратной связи, сообщающая об обратной связи и комментариях начиная с самой давней сделки до самой последней. Вопрос, которым мы задаемся здесь, следующий: лучше ли для платформы публиковать всю историю или же ограничить ее недавним прошлым? Споры по поводу «правильной» продолжительности истории обратной связи показывают, что существует компромисс между эффективностью механизмов обратной связи и полнотой раскрываемой информации. Публикация всей истории обратной связи дает полную информацию о прошлом поведении участников, но подразумевает, что последняя обратная связь имеет незначительное влияние на репутацию: наличие только одного или нескольких отрицательных отзывов за долгую историю не может быть определяющим для торгового решения. Напротив, сокращение истории до последних отзывов предоставляет неполную информацию о прошлом поведении пользователя, но увеличивает силу механизма, так как воздействие отдельных оценок на репутацию теперь возрастает. Как крайний случай, публикация только последней оценки минимизирует количество раскрытой информации, но максимизирует силу механизма. Действительно, это усиливает стимулы к сотрудничеству и исключает искушение «почивать на лаврах», когда участники эксплуатируют хорошую репутацию, приобретенную в прошлом[524].

Практический вывод 3.

Раскрывайте следующую ключевую и легко обрабатываемую информацию:

• показатель репутации;

• общее количество полученных оценок;

• число завершенных сделок.

18.4.7. Мобильность репутации

Широко признается, что эффективность механизмов обратной связи кардинально зависит от массы пользователей, среди которых распространяется информация. Сила механизмов обратной связи может быть ограничена, если информация недостаточно распространена[525]. Мобильность, а именно, возможность для поставщиков использовать репутацию на рынках помимо того, на котором она была приобретена, может привести к дальнейшим усовершенствованиям механизмов обратной связи.

Несмотря на важность мобильности, два самых больших частных электронных рынка, Amazon и eBay, решили отказаться от взаимной мобильности репутации. eBay угрожал предъявить иск Amazon, претендовавшему на использование принадлежавшей eBay репутации его пользователей. Этот эпизод подчеркивает, что отсутствие мобильности или ее ограниченность приводит к значительным барьерам выхода. Ограничение использования репутации только рынком, на котором она была приобретена, имеет два основных отрицательных последствия. На индивидуальном уровне это препятствует свободному вхождению честных продавцов на другие рынки, так как такое вхождение возможно только за счет потери репутации и создания новой. На совокупном уровне такие рынки упускают шанс привлечь новых хороших продавцов, которые могут улучшить общее качество торговли.

Мобильность может также поощрять многократное возвращение пользователя на рынок, стимулируя участников использовать большее количество платформ для покупки/продажи нескольких товаров (см. Главу 10 по бизнес-стратегиям для электронных платформ).

Мобильность может принимать различные формы:

• она может применяться в рамках агентств электронных закупок со множественными платформами, например, управляющими электронным рынком и проводящими традиционные (бумажные) конкурентные торги; или работающими в разной юрисдикции или с разными подразделениями фирмами, имеющими общих поставщиков;

• она может действовать параллельно на различных электронных рынках: продавцы могут экспортировать репутацию, приобретенную на одном (частном или государственном) электронном рынке, на другой (государственный или частный) электронный рынок;

• она может быть дискреционной, с тем чтобы агенты имели выбор относительно раскрытия/использования на других рынках своей репутации, приобретенной на первом рынке;

• или же она может быть автоматической, в том смысле, что любое лицо вне платформы может легко проверить репутацию агента на платформе.

Практический вывод 4.

Увеличение мобильности имеет тенденцию увеличивать эффективность механизмов репутации.

18.4.8. Стоимость трансакций

Полезно ли участникам знать стоимость сделки, на которую оставлен отзыв?[526] Информация о стоимости сделки может быть важной для обнаружения/предотвращения асимметричного поведения относительно сделок разного масштаба. Искушение «наживы» на необычно дорогой сделке имеет тенденцию быть более сильным, следовательно, удовлетворительные результаты в более дорогих сделках должны иметь большее значение для репутации. Однако если в более дорогих сделках в качестве посредника участвует третья сторона, например, предоставляя услугу условного депонирования, то возможностей для «наживы» может в действительности быть меньше. Тогда механизмы обратной связи вполне могут принимать во внимание стоимость сделок и факт их гарантирования условным депонированием или подобными дополнительными механизмами. Простой способ это сделать – придавать обратной связи вес, пропорциональный стоимости оцениваемой сделки, но соответственно уменьшаемый для продавца, если использовалось условное депонирование, так, чтобы при прочих равных условиях вес обратной связи касательно больших трансакций был больше, чем вес отзывов по небольшим трансакциям. Тем не менее недавние экспериментальные работы по этой теме выдвигают предположение, что стоимость трансакции играет ограниченную роль[527].

18.4.9. Репутация новых поставщиков

Участники могут быть настроены скептически относительно взаимодействия с (новыми) партнерами, у которых нет истории обратной связи. Поскольку рынок знает только «действующего участника», новички могут столкнуться с ограничением возможностей для бизнеса. Это приводит к барьеру входа, который может препятствовать участию, ограничивать конкуренцию и вынуждать новых участников к вхождению с более низкими ценами, чтобы заполнить «пробел репутации». Более того, в государственном контексте присутствие барьеров входа может вступать в противоречие с законодательством по закупкам, например, потому, что платформы обязаны гарантировать равные торговые возможности всем продавцам[528].

Чтобы смягчить барьер входа, новых участников можно наделять начальной репутацией, или репутацией входа, – бесплатный актив, который они могут потратить на рынке[529]. Но какова оптимальная репутация входа? Мы обсуждаем три возможные (не единственные) альтернативы: (1) самая низкая репутация на рынке; (2) средняя репутация на рынке; и (3) самая высокая репутация на рынке.

Нужно рассматривать несколько аспектов для определения оптимального уровня репутации из этих трех альтернатив. Во-первых, низкая начальная репутация поощряет всех продавцов к вхождению на рынок, следовательно, привлекая также продавцов с низким качеством (ex ante оппортунизм). Более того, чем выше репутация входа, тем выше вероятность возникновения оппортунистического поведения: продавцы сталкиваются с более сильными стимулами увеличить прибыль посредством снижения производительности (постконтрактный оппортунизм). Во-вторых, в среде, где нельзя избежать смены имен, высокая репутация входа обеспечивает стимулы для изменения продавцом своего идентификатора, как только он получит единственную отрицательную оценку. В-третьих, чем выше репутация входа, тем большее относительные «издержки» действующих участников. Усилия, которые действующий участник приложил для приобретения хорошей репутации, становятся как будто «потраченными впустую», так как новый участник может получить ее бесплатно. Далее, чем выше репутация входа, тем выше средняя репутация в целом по рынку. Предоставление новым участникам самой высокой репутации увеличивает среднюю репутацию на рынке: это далее сыграет против действующих участников, потому что их фактическая репутация будет даже ниже, чем (увеличенная) средняя репутация. Эта проблема кажется особенно острой на начальных этапах развития платформы. Когда же платформа достаточно развита и имеет большое число участников, новые участники производят незначительный эффект на среднюю репутацию и не затрагивают относительные позиции действующих. Однако негативное воздействие на действующих участников можно ограничить, установив репутацию входа равной средней репутации на рынке или не допуская, чтобы репутация входа выше средней учитывалась при вычислении средней репутации на рынке.

18.4.9.1. Преимущества и последствия средней репутации входа

Идея о предоставлении новым участникам средней репутации вместо самой высокой находит поддержку в исследованиях и на практике[530].

По сравнению с высокой репутацией, средняя репутация менее привлекательна для продавцов с низким качеством, потому что они не извлекают особой пользы, эксплуатируя ее, в то время как она привлекательна для продавцов с высоким качеством, потому что они могут улучшить ее благодаря низким ценам, учитывая их (хорошие) характеристики.

Низкая репутация хуже, чем средняя, потому что она привлекает только продавцов с низким качеством. Продавцы с высоким качеством не заинтересованы в низкой репутации, потому что ее слишком дорого повышать. Таким образом, средняя репутация предпочтительна в сравнении с крайней репутацией, потому что она привлекает продавцов с высоким качеством и минимизирует ex ante оппортунизм.

С точки зрения закупщика/маркет-мейкера высокая репутация входа кажется более подходящей на ранних стадиях рынка, т. е. когда выгода от привлечения пользователей перевешивает затраты неэффективного назначения репутации. Долгосрочная оптимальная стратегия состоит в приближении репутации входа к нулю, когда ожидаемая выгода от привлечения новых пользователей будет превышена затратами неэффективности.

С точки зрения поставщиков новые электронные рынки привлекательны, только если ценность входа высока, так как риски уравновешиваются активом высокой репутации. Тем не менее со временем электронные рынки, вероятно, будут заполнены многими участниками и продавцами, которые будут считать вход намного более ценным, независимо от репутации входа.

Практический вывод 5.

Предъявляйте новым участникам платформы средний уровень требований к репутации на рынке, когда участников торгов на платформе все еще недостаточно.

Сокращайте требования к репутации новых участников (стремясь к нулю) по мере того как число пользователей будет расти.

18.4.10. Прочие вопросы

В этом разделе мы обсуждаем два вопроса, которые, по-видимому, еще не стали объектом внимания при разработке механизмов обратной связи, но которые, как оказалось, имеют практическую ценность в таких разработках. Эти вопросы – взятки за репутацию и отзыв обратной связи.

18.4.10.1. Взятки за репутацию

Рейтинги, отзывы и индикаторы репутации, создаваемые на их основе, улучшат функционирование платформы электронных закупок, если они будут содержать информацию о реальном прошлом поведении агентов, т. е. если обратная связь «правдива». К сожалению, есть несколько причин, по которым обратная связь участников часто может быть неправдивой; одной из них является возможность того, что недостоверная положительная обратная связь получена в обмен на деньги или одолжение.

Как объяснялось в подразделе 18.4.2, публикация обратной связи сама по себе, в общем, не влечет за собой непосредственной выгоды для агента, поскольку у агента, который дает обратную связь, уже есть информация, которую он передает другим участникам[531]. Отправление правдивой обратной связи – в значительной степени альтруистический акт. Тем не менее если система репутации работает, хорошая обратная связь имеет экономическую ценность для стороны, которая ее получает (правдивые отзывы, конечно, представляют экономическую ценность также для других будущих потенциальных торговых партнеров оцениваемой стороны). Учитывая, что оцениваемый агент ценит обратную связь больше, чем тот, кто ее предоставляет, существует потенциальный «выигрыш от торговли» (от «сговора» против будущих торговых партнеров): оцениваемая сторона может быть готова заплатить за дополнительную, неправдивую хорошую оценку, и оценивающая сторона может быть готова продать неправдивую положительную оценку.

Предположим, что один положительный отзыв стоит продавцу X долларов. Продавец может разделить часть X долларов с покупателем, чтобы убедиться, что он получит положительную обратную связь. Но если платить за обратную связь будет легко, репутация постепенно будет терять свою ценность. Покупка обратной связи сегодня понижает ее информационное содержание, а следовательно, и ценность репутации завтра, так как все будут знать, что некоторые отзывы куплены, а не «завоеваны». Дополнительная ценность репутации понижается относительно X долларов на следующей стадии и с течением времени стремится к нулю. Измерение репутации в конце концов начинает нести мало информационного содержания и иметь низкую рыночную ценность для всех, кроме «наивных» агентов. Когда возникает, или может возникнуть, «рынок» для обратной связи, вероятное информационное содержание измерений репутации падает, подрывая функционирование первоначального рынка, который механизм репутации должен был поддерживать[532]. Следовательно, нужно проявлять большую осторожность при проектировании механизма обратной связи, с тем чтобы отзывы нельзя было с легкостью покупать/обменивать.

Практический вывод 6.

Разрабатывайте механизм репутации так, чтобы торговля ложной обратной связью в обмен на деньги или одолжения была максимально трудной/дорогостоящей.

Возможные меры. Когда сделки по покупке за деньги (или одолжение) отзывов касательно репутации дешевы и легко осуществимы? Разумеется, когда продавец и покупатель должны встретиться лично, чтобы завершить сделку, начатую онлайн (фаза выставления счета). Например, в случае услуг или товаров, которые нуждаются в установке/обслуживании, покупатель и продавец многократно встречаются и могут в то же время без труда обменять деньги на репутацию, не неся никаких затрат, пока осуществляется установка/обслуживание. Когда различные фазы покупки (от заказа до выставления счетов) не поддерживаются онлайн полностью или это невозможно, потому что продавцу и покупателю нужно встретиться, по крайней мере, однажды, вероятность возникновения «рынка для репутации» возрастает[533].

Когда же сделка полностью проводится онлайн, как это часто бывает, удаленными партнерами, для сторон более сложно провести в жизнь контракт, цель которого – деньги за репутацию. В этом случае возникновение рынка для репутации менее вероятно. Все же на глобальных платформах, таких как eBay, с очень удаленными торговцами и умеренной ценностью обратной связи есть несколько других способов, при помощи которых обратная связь может быть куплена (и в настоящее время покупается) за счет управляемой репутацией эффективности. Например, на eBay пользователи продают менее чем за 1 долл. книгу под названием «Получи 100 % положительную обратную связь быстро». Книга распространяется в формате pdf; поэтому может бесплатно пересылаться по электронной почте. Это всего лишь цепь, посредством которой пользователи получают положительные отзывы, просто покупая и перепродавая книгу в обмен на положительную обратную связь. За несколько центов один пользователь может купить книгу и получить очень дешевую положительную обратную связь. Перепродавая книгу, продавец может получить еще один положительный отзыв. Любой пользователь может купить и перепродать книгу столько раз, сколько он пожелает получить положительных отзывов. В результате это ведет к абсолютно искусственному способу приобретения репутации[534].

Рождение «рынка для репутации» более затруднительно, когда большее число участников принимают решение дать обратную связь. Покупка репутации является более дорогостоящей, когда больше людей берут на себя ответственность оценить действия продавца, так как продавец должен подкупить их всех. Очевидно, что труднее убедить более чем одного человека принять взятку в обмен на ложный отзыв, и дополнительная ценность обратной связи должна разделяться среди нескольких человек, таким образом уменьшая взятку на участника. Это снижает выгоду продавца, подкупающего агента по закупкам, и выгоду агентов по закупкам, подкупаемых за небольшую сумму.

Более обобщенно, средства борьбы с «торговлей обратной связью» включают следующие меры.

• Запретите все формы продажи оценок (многие из них очень легко обнаружить).

• Когда торговые партнеры – организации, используйте большое количество отдельных участников в качестве совместных оценщиков и рекламируйте выбранную оценку среди всех пользователей оцененного товара или продукта; это увеличивает число людей, которых оцениваемая сторона должна «подкупить», и тех, кто может подать жалобу касательно неправдивых отзывов.

• Сделайте оценки анонимными для продавцов, так, чтобы оцениваемый никогда не мог быть уверен, кто его оценил; это может потребовать придания случайного характера времени раскрытия оставленной обратной связи и сильного расширения периода предоставления обратной связи (подробнее об этом см. ниже). Информационные издержки этого возможного решения состоят в том, что определенные комментарии, которые объясняют, что было хорошо или плохо в каждой сделке, – часто содержащие важные пояснения, – нельзя будет оставить; и в том, что другие стороны не смогут проверить «тип» бывшего партнера (например, опытен он или нет), оставившего обратную связь потенциальному возможному партнеру.

18.4.10.2. Крайние сроки предоставления и отзыва обратной связи

eBay позволяет пользователям предоставлять обратную связь в течение 90 дней после завершения сделки[535]. Это время считается достаточным для того, чтобы пользователи закончили обмен предметами потребления (отгрузка и оплата) и оценили действия второй стороны.

Для любой платформы важно решить, должна ли обратная связь предоставляться в пределах определенного промежутка времени (крайний срок). Это особенно относится к закупкам услуг долгой продолжительности. В случае долгосрочных услуг можно позволить покупателю оценивать поставщика неоднократно, в ходе выполнения контракта и по его завершении, при условии, что можно избежать торговли обратной связью. Установка крайнего срока обратной связи по отгрузке и оплате может быть довольно затруднительна, так как эти два параметра могут изменяться согласно категории поставки и типу закупки[536].

Отметьте, впрочем, что в двусторонних механизмах тщательно подобранный и четко установленный крайний срок в совокупности с правилом о том, что обратная связь публично раскрывается сторонам только по истечении крайнего срока и не может быть отозвана, имеет тенденцию уменьшать торговлю обратной связью на взаимной основе и стимулировать правдивое предоставление отрицательных отзывов, лишая агентов возможности принимать ответные меры, т. е. наблюдать обратную связь друг друга и реагировать на нее[537].

Вопрос отзыва обратной связи, по всей видимости, не вызывает озабоченности при разработке механизмов обратной связи. Это, вероятно, происходит потому, что отправленная обратная связь обычно необратима. Тем не менее eBay недавно изменил свою систему, предоставив возможность отзывать обратную связь. Для этого обе стороны должны быть согласны удалить свои отзывы. Если они это делают, обратная связь удаляется из индекса репутации, хотя надпись «отзыв удален» продолжает отображаться в истории пользователя.

Вообще, внесение изменений в обратную связь может быть желательным. Например, покупатель может признать, что отрицательная обратная связь, отправленная продавцу, несправедлива. Покупатель может решить удалить отрицательный отзыв после того, как продавец заменит бракованный товар, или после того, как ему будет предоставлена справедливая скидка с цены. В этих случаях удаление обратной связи имеет положительный эффект, так как оно сопровождает улучшения в ходе сделки.

Тем не менее не всегда обратная связь отзывается по справедливым причинам. Например, продавец может сначала отправить несправедливый отрицательный отзыв, чтобы предложить в дальнейшем соглашение о его удалении, увеличив тем самым свою прибыль. По всей вероятности, это будет доминирующим поведением, когда обратная связь отображается только после истечения крайнего срока ее предоставления, но может быть отозвана, если оба претендента придерживаются того мнения, что лучше иметь что-то в запасе на случай, если их партнер вдруг будет неудовлетворен. Однако если покупатель будет это предвидеть и вести себя так же, то от торговли не будет никакой прибыли, так как это приведет только к невыгодному взаимному удалению обратной связи. Первоначальная отрицательная обратная связь, мотивированная потенциальной прибылью в дальнейшем, не представляется оптимальной стратегией, потому что информация о ней не удаляется полностью из профилей участников. Вариант отображения удаленной обратной связи может быть просто мотивирован потребностью минимизировать нежелательную торговлю обратной связью после ее отправления на eBay. В любом случае, чтобы минимизировать эту проблему, мы предлагаем следующее.

Практический вывод 7.

В двусторонних механизмах обратной связи:

• по возможности назначайте четкий крайний срок предоставления обратной связи;

• публично раскрывайте обратную связь только после того, как крайний срок истек;

• не допускайте отзыва обратной связи.

18.5. Заключительные замечания

Практика электронных закупок и многие из недавних исследований показывают важность механизмов обратной связи в генерировании эффективного обмена и сотрудничества между торговыми партнерами. Международные электронные рынки, такие как eBay, Amazon и Yahoo, используют по-разному разработанные механизмы обратной связи, чтобы создать доверие и облегчить обмены в онлайн-сообществах, где доступные договорные инструменты немногочисленны. В отсутствие формальных контактов или когда они являются неполными, репутация, созданная механизмами обратной связи, может играть ключевую роль в привлечении хороших поставщиков и в смягчении оппортунистического поведения на электронных платформах.

В этой главе обсуждались основные вопросы, затрагивающие оптимальную разработку механизмов обратной связи. В ходе обсуждения этих вопросов мы давали практические указания разработчикам относительно платформ электронных закупок различных типов.

18.6. Пример: механизмы обратной связи для Consip

Здесь мы представляем предложение относительно итальянского рынка государственных и муниципальных закупок (далее – IPAM) и рамочных договоров, регулируемых Consip. Предложения, изложенные ниже, могут вообще применяться к любой государственной (а также и частной) закупочной платформе.

18.6.1. Предложения для итальянского рынка государственных и муниципальных закупок

Цель механизмов обратной связи состоит в том, чтобы позволить органам государственного управления предоставлять добровольную и субъективную обратную связь о действиях продавцов в каждой сделке.

Мы предлагаем односторонний механизм обратной связи, основанный на необратимой обратной связи. Заранее составленные варианты ответов органы госуправления будут направлять для предоставления обратной связи. С этой целью мы рассмотрели три возможных формата.

Мы предлагаем:

1) использовать формат B;

2) измерять репутацию как среднее арифметическое последних K оценок, поставленных разными госучреждениями в случае формата B;

3) измерять репутацию как среднее арифметическое последних K оценок, поставленных разными госучреждениями относительно последних N сделок в случае формата C;

4) раскрывать следующую информацию о продавцах: репутация, число завершенных сделок, общее количество оценок;

5) позволять госучреждениям объяснять оценки в кратких комментариях;

6) награждать каждого нового продавца «репутацией входа», равной средней репутации на рынке;

7) создавать карточки-идентификаторы продавцов, раскрывающие информацию, обозначенную в четвертом пункте.

Чтобы стимулировать предоставление обратной связи, мы предлагаем установить «активную» систему связи, посредством которой госучреждениям напоминают отправить обратную связь. Напоминание представляет собой электронное письмо со ссылкой на карточку-идентификатор продавца, содержащей, для удобства органов госуправления, краткий обзор по всем совершенным закупкам, как оцененным, так и неоцененным.

18.6.2. Обсуждение

Форматы А и В предлагают государственным учреждениям более градуированную шкалу в сравнении с форматом С[538]. Таким образом, они могут дифференцировать оценку выполнения работы очень детально. В форматах A и B органам госуправления дается возможность отправить отрицательную обратную связь, хотя отрицательные отзывы в B неявные и намного более мягкие, чем в A. Как уже было показано в подразделе 18.4.4, несмотря на эффективность механизмов, предусматривающих отрицательную обратную связь, они могут вызывать нежелание продавца участвовать в платформе, а также правовые проблемы (см. подраздел 18.4.4). Если эти проблемы актуальны, по крайней мере на первой стадии, использование формата B или C представляется более предпочтительным.

В случаях B и С возможны искажения в оценках из-за невозможности отправить (явную) отрицательную обратную связь, которые могут быть вызваны простым бездействием или желанием госучреждения вообще не отправлять обратную связь (независимо от производительности продавца). В отличие от C, формат B дает возможность отправлять отрицательные отзывы. По этой причине более вероятно, что искажения в формате C скрывают отрицательную обратную связь, сравнительно с форматом B. С этой точки зрения B может быть лучше, чем C. По крайней мере на первой стадии мы предлагаем Consip принять формат B, потому что он столь же эффективен, как C и A, но в большей степени согласуется с законодательством, регулирующим закупки.

В формате B репутация измеряется иначе, чем в C. В формате B (но также и в A) репутация основана только на отправленной обратной связи, потому что госучреждения могут (мягко) сигнализировать, поставив ноль, о неудовлетворительной работе продавца. В формате C, напротив, существует необходимость рассмотрения всех тех отрицательных, но информативных отзывов, которые являются частью массы неоцененных сделок. По этой причине в формате C при измерении репутации принимаются во внимание последние сделки. Эффект в следующем: любые дополнительные сделки, оставшиеся неоцененными, понижают репутацию, так как неотправленная обратная связь считается по преимуществу отрицательной.

Как в формате B, так и в формате C строго отрицательные отзывы можно, тем не менее, собирать с целью мониторинга. Это позволит отследить проблематичные трансакции и установить некоторые допустимые пределы для возможных напоминаний продавцам. Заметьте, что мониторинг трансакций без использования собранной информации может быть рискованным; репутация завышается, если отрицательные отзывы собирать, но не подсчитывать. Также это может создать дискриминацию относительно всех продавцов, которые признаны хорошими подрядчиками.

18.6.3. Механизмы обратной связи и рамочные договоры

Consip уполномочен Министерством экономики и финансов заключать рамочные договоры национального значения. Рамочные договоры позволяют всем государственным учреждениям в Италии покупать широкий диапазон товаров и услуг по фиксированной цене заключенного рамочного соглашения и в объеме, не превышающем установленный максимум. Рамочный договор регулирует отношения между Consip и подрядчиком и другие общие условия, при которых органы государственного управления могут получить право на заключение такого договора и которые должен выполнять подрядчик (длительность контрактов, графики отгрузки, минимальная покупка и т. д.).

Как отмечалось во введении, закупочные договоры поставок, как и многие другие, могут быть неполными и содержать несколько неподдающихся проверке качественных измерений. В очень конкурентных средах продавцы могут подавать агрессивные заявки и впоследствии возмещать потерянную прибыль, минимизируя неконтрактуемое качество. Когда контракты долговременны и включают большое количество товаров или услуг, проблемы качества стоят более остро, потому что продавцы могут плохо выполнять свои обязательства в большом масштабе и в течение длительного времени.

Эти аргументы предполагают, что в рамочных контрактах механизмы обратной связи могут также играть ключевую роль: стимулировать продавцов «прибегнуть к качеству». Один простой и эффективный способ достижения этой цели состоит в том, чтобы обеспечить перенос информации с рынка в рамочные договоры. Это достигается напрямую путем предоставления доступа к информации о репутации пользователям платформы и лицам, не являющимся ее участниками. Если репутация будет отображаться на веб-странице Consip, очевидно, что продавцы будут вынуждены прилагать больше усилий к выполнению своих договорных обязательств с целью создания хорошего имиджа.

Приобретенная репутация может также использоваться продавцом в частных коммерческих отношениях. Мобильность информации будет действовать автоматически. Продавец может увеличить свои бизнес-возможности, используя хорошую репутацию, приобретенную в государственном секторе, чтобы сохранить имеющихся клиентов и убедить новых вступить с ним в сотрудничество.

Краткий обзор литературы

Литература по онлайн-механизмам обратной связи значительно расширилась в последние годы. Экономисты, а также программисты внесли большой вклад в развитие исследований и прикладных разработок в этой области. Деларокас [Dellarocas, 2003, 2006] дает интересный обзор теоретических и практических вопросов разработки механизмов обратной связи, а в работе [Dellarocas, 2005] представляет формальный анализ механизмов обратной связи типа eBay и их надежности при отсутствии обратной связи и манипуляциях. Фридман и Резник [Friedman, Resnick, 2001] сосредотачиваются на проблеме анонимности и смены имен.

Авторы работы [Resnick, Zeckhauser, 2002] представляют интересный взгляд на систему репутации eBay и некоторые эмпирические результаты ее исследования, обращая особое внимание на проблему предоставления обратной связи и взаимного обмена отзывами. Эмпирический анализ эффективности систем репутации, с особым акцентом на eBay, проводится в работах [Bajari, Hortacsu, 2004; Cabral, Hortacsu, 2004; Klein et al., 2005]. Вклад исследования [Mailath, Samuelson, 2001] весьма полезен для решения проблемы входной репутации. Дини и Спагноло [Dini, Spagnolo, 2005a, 2005b] сосредотачиваются на разработке механизма обратной связи с упором на государственные платформы электронных закупок, также обсуждая несколько новых вопросов, которых и мы коснулись в этой главе. Авторы работ [Avery et al., 1999; Miller et al., 2005] представляют механизмы ценообразования и субсидирования, имеющие целью стимулировать достаточное и честное предоставление оценок.

Reputation Research Network, сеть онлайн-обсуждений в области исследования и разработки механизмов обратной связи, на своем вебсайте предоставляет доступ ко многим из работ, на которые мы ссылались в сносках этой главы.

Источники

Akerlof G.A. The Market for Lemons: Quality Uncertainty and the Market Mechanisms // The Quarterly Journal of Economics. 1970. 84 (3). Р. 488–500.

Avery C., Resnick P., Zeckhauser R. The Market for Evaluations // American Economic Review. 1999. 89 (3). Р. 564–584.

Ba S., Pavlou P. Evidence of the Effect of Trust Building Technology in Electronic Markets: Price Premiums and Buyers Behaviour // MIS Quarterly. 2002. 26 (3). Р. 243–268.

Bajari P., Hortacsu A. Economic Insight from Internet Auctions // Journal of Economic Literature. 2004. 62. Р. 457–492.

Bolton G.E., Katok E., Ockenfels A. How Effective are Online Feedback Mechanisms? An Experimental Investigation: Discussion Paper 25.2002, Max Plance Institute for Research into Economic Systems, Jena, Germany, 2004.

Cabral L., Hortacsu A. The Dynamics of Seller Reputation: Theory and Evidence from eBay (April 2004): CEPR Discussion Paper № 4345. (http://econ.eller.arizona.edu/downloads/Seminars/CabralHortacsu_Feb04.pdf)

Cheng A., Friedman E. Sybilproof Reputation Mechanisms, Proceedings of 3d Workshop on the Economics of Peer-2-Peer Systems (P2PECON), Philadelphia, PA, 2005.

Chwelos P., Dhar T. Caveat Emptor: Differences in Online Feedback Mechanisms, Manuscript. Sauder School of Business, University of British Columbia, 2005.

Chwelos P., Brydon M., Benbasat I. Fooling Most of the People Most of the Time: Combating Reputation Manipulation on eBay: Working Paper, Sauder School of Business, University of British Columbia. 05-MIS-001. 2005.

Cripps M., Mailath G., Samuelson L. Imperfect Monitoring and Impermanent Reputations // Econometrica. 2004. 72 (2). Р. 407–432.

Dellarocas C. Immunizing Online Reputation Reporting Systems against Unfair Ratings and Discriminatory Behavior. Proceedings of the 2nd ACM Conference on Electronic Commerce, Minneapolis, MN. October. 2000. Р. 17–20.

Dellarocas C. The Digitization of the Word of Mouth: Promise and Challenges of Online Feedback Mechanisms // Management Science. 2003. 49 (10). Р. 1407–1424.

Dellarocas C. Building Trust On-Line: The Design of Robust Reputation Mechanisms for Online Trading Communities // G. Doukidis, N. Mylonopoulos, N. Pouloudi (eds.) Information Society or Information Economy? A Combined Perspective on the Digital Era. Idea Book Publishing, 2004. Р. 95–113.

Dellarocas C. Reputation Mechanism Design in Online Trading Environments with Pure Moral Hazard // Information Systems Research. 2005. 16 (2). June. Р. 209–230.

Dellarocas C. Feedback Mechanisms // T. Hendershott (ed.) Handbook of Information Systems and Economics. Elsevier Publishing, 2006а.

Dellarocas C. Strategic Manipulation of Internet Opinion Forums: Implications for Mailath G.J., Samuelson L. (2001). Who Wants a Good Reputation? // Review of Economic Studies. 2006b. 68. Р. 415–441.

Consumers and Firms // Management Science. 52 (10). October.

Dewan S., Hsu V. Addverse Selection in Reputations-Enabled Electronic Markets: Evidence form Online Stamp Auctions // Journal of Industrial Economic. 2001. 52(4). Р. 497–516.

Dini F., Spagnolo G. Meccanismi Reputazionali per Mercati Elettronici: Problematiche Economiche e Possibili Soluzioni per il Public Procurement // Quaderno Consip № 2, Novembre, 2004. (http://www.consip.it/on-line/Home/Pressroom/QuaderniConsip/ QuaderniConsip2004/documento825. html)

Dini F., Spagnolo G. Feedback Mechanisms and Electronic Markets: Economic Issues and Proposals for Public Procurement, ch. 12 // Khi Thai et al. (eds.) Challenges in Public Procurement: An International Perspective. PrAcademic Press, 2005. Р. 227–247.

Dini F., Spagnolo G. Manipulating Soft Performance Indicators in Procurement, Procerding of the 2nd International Public Procurement Conference. 2006.

Douceur J. The Sybil Attack. Proceedings of the 1st International Workshop on Peerto-Peer Systems (IPTPS ’02), Cambridge, MA, 2002.

Eaton D.H. Valuing Information: Evidence from Guitar Auctions on eBay: Working Paper 0201, Department of Economics, Murray State University, Murray, KY, 2002.

Friedman E., Resnick P. The Social Cost of Cheap Pseudonyms // Journal of Economics and Management Strategy. 2001. 10 (2). Р. 173–199.

Gazzale R. Giving Gossips Their Due: Information Provision in Games with Private Monitoring: Williams College Working Paper. 2005. (http://128.118.178.162/eps/game/papers/0508/0508002.pdf)

Holmstrom B. Managerial Incentive Problems: A Dynamic Perspective // Review of Economic Studies. 1999. 66 (1). Р. 169–182.

Houser D., Wooders J. Reputation in Auctions: Theory and Evidence from eBay // Journal of Economics and Management Strategy. 2006. 15(2). Р. 353–396.

Jin G.Z, Kato A. Blind Trust Online: Experimental Evidence from Baseball Cards: Working Paper. University of Maryland, 2004.

Jurca R., Faltings B. CONFESS: Eliciting Honest Feedback without Independent Verification Authorities. Sixth International Workshop on Agent Mediated Electronic Commerce (AMEC VI 2004), N.Y., USA, 19 July 2004.

Kalyanam K., McIntyre S. Returns to Reputation in Online Auction Markets: Retail Workbench Working Paper W-RW01.02. Santa Clara University, Santa Clara, CA, 2001.

Kauffman R.J., Wood C. Running up the Bid: Modelling Seller Opportunism in Internet Auctions, Proceedings of The American Conference on Information System (AMCIS 2000). Association for Information Systems, Long Beach, CA, 2000. Р. 929–935.

Klein T., Lambertz C., Spagnolo G., Stahl K. Last Minute Feedback. Manuscript. University of Mannheim and Stockholm School of Economics, 2005.

Mayzlin D. Promotional Chat on the Internet // Marketing Science. 2006. 25 (2). Р. 157–165.

McDonald C.G., Slawson V.C. Reputation in an Internet Auction Market // Economic Inquiry. 2002. 40. Р. 633–650.

Melnik M.I., Alm J. Does A Seller’s eCommerce Reputation Matter? Evidence from eBay Auctions // Journal of Industrial Economics. 2002. 50. Р. 337.

Miller N., Resnick P., Zeckhauser R. Eliciting Honest Feedback: The Peer-Prediction Method // Management Science. 2005. 51 (9). Р. 1359–1373.

Papaioannou T., Stamoulis G.D. An Incentives Mechanism Promoting Truthful Feedback in Peer-to-Peer Systems // Proceedings of IEEE/ACM CCGRID 2005 (Workshop on Global P2P Computing), May 2005.

Resnick P., Zeckhauser R., Friedman E., Kuwabara K. Reputation Systems // Communications ACM. 2000. 43 (12). Р. 45–48.

Resnick P., Zeckhauser R. Trust Among Strangers in Internet Transaction: Empirical Analysis from eBay Reputation Systems // M.R. Baye (ed.) The Economics of the Internet and E-Commerce // Advances in Applied Microeconomics. Vol. 11. JAI Press, 2002.

Yin P. Information Dispersion and Auctions Prices: Working Paper, Harvard Business School, 2003.

19 Закупка инноваций

Луис Кабраль, Гвидо Коцци, Винченцо Дениколо, Джанкарло Спаньоло, Маттео Занза[539]

19.1. Введение

Инновации являются основным источником конкурентного преимущества как для фирм, так и для государств[540]. Хотя внутренние научно-исследовательские разработки (R&D) широко признаны в качестве главного источника инноваций, отмечается, что фирмы могут закупить инновационный продукт у своих поставщиков. Инновационные закупки мало затрагиваются в популярной прессе, но профессионалы отлично знают, что тщательно разработанная закупочная политика часто является ключом к успеху на самых инновационных рынках. Недавняя история чемпионата Формула 1 хорошо демонстрирует, насколько решающей может быть роль поставщиков и закупок инновационных товаров в определении конечного успеха или неудачи фирмы[541]. В наш «век аутсорсинга», когда все неосновные виды деятельности все чаще передаются внешним подрядчикам, фирмы должны знать, как наилучшим образом приобретать инновационные продукты у стратегических поставщиков. Это предполагает отбор поставщиков, выбор способа их поощрения, разработку прав собственности на запрашиваемые инновации и гарантирование того, что поставщики не получат слишком сильную рыночную власть, создавая проблемы задержек.

Тем не менее государственные закупки могут сильно повлиять на прибыльность компаний в инновационных отраслях. Хорошо известно, например, что оборонные закупки правительства США были основной движущей силой в развитии таких новшеств, как большие пассажирские самолеты[542], полупроводники[543] и Интернет[544]. Эти примеры показывают, что механизмы государственных закупок могут сыграть решающую роль в стимулировании или препятствовании частной инновационной деятельности[545]. Поскольку правительственные крупномасштабные закупки могут быть ориентированы на продукцию с различным содержанием R&D, правительства должны принимать во внимание влияние своих закупочных решений на инвестиции в R&D в частном секторе экономики. Хотя надлежащая разработка закупочных конкурсов может повлечь за собой существенные выгоды с точки зрения статической эффективности, любой вклад, который такая разработка может внести в ускорение технического прогресса, усилится со временем и потенциально может привести к выгодам гораздо более широкого масштаба.

В этой главе мы используем передовые экономические исследования с целью предложить практические ответы на эти важные вопросы. В частности, мы рассматриваем различные способы стимулирования потенциальных поставщиков к производству и продаже инновационных продуктов. Многие наши аргументы и практические выводы в равной степени действительны как для государственных, так и для частных закупщиков, но некоторые применимы только для государственных или только для частных.

Мы также попытаемся ответить на важные вопросы макроэкономики по использованию государственных закупок в целях стимулирования совокупных расходов на R&D и мотивирования формирования человеческого капитала в секторе или в стране. Заметьте, что на частном уровне крупные фирмы часто являются наиболее важными покупателями нескольких специализированных поставщиков, что поднимает на промышленном или на региональном уровнях вопросы, которые аналогичны анализу эффекта роста государственных закупок.

Инновационное знание представляет собой особый товар, и его закупки возможны, но довольно сложны, в равной мере на государственном или частном уровнях. Раздел 19.2 описывает способы приобретения такого особенного товара, как знания.

Другие товары, которые покупатели стремятся закупить, зачастую также новые или инновационные. Для производства этих товаров должны быть получены новые знания, и поэтому покупатель должен убедиться в том, что поставщики имеют достаточно стимулов для инвестирования в новые знания, которые впоследствии будут использованы при создании товаров, необходимых покупателю. В разделе 19.3 мы обсудим, какие изменения в структуре оптимальных закупочных решений вытекают из этой дополнительной цели, к достижению которой нужно стремиться.

Политика закупок может иметь важное косвенное воздействие на инновационную деятельность, например, путем расширения рынка для новых товаров, облегчения принятия новых стандартов, изменения рыночной структуры затрат выпуска и преобладающих цен таким образом, чтобы они способствовали более быстрому внедрению инноваций и т. д. В разделе 19.4 обсуждается влияние на гонку за инновациями действий по установлению стандартов, предпринимаемых крупными, часто государственными, закупщиками. В нем также рассматривается, как оптимизировать степень конкуренции между поставщиками, и другие, более практические косвенные способы стимулирования инноваций. В разделе 19.5 обсуждается, как закупки государственных и крупных частных фирм могут стимулировать инновации и рост на национальном, промышленном или сетевом уровнях, оказывая влияние на входные рыночные цены и вызывая возврат к инвестициям в человеческий капитал. В разделе 19.6 исследуется, как нужно изменить методы риск-менеджмента, используемые в закупках, когда инновации представляют главный интерес для покупателя.

19.2. Закупка знаний

Инновационные знания, в принципе, могут быть закуплены как любой другой товар. Безусловно, знания «неконкурентны»; как только они создаются, их может одновременно использовать множество людей практически бесплатно: любое количество людей может одновременно применять теорему Пифагора, не «потребляя» ее. Точно так же, как только возникает и проходит успешную проверку какая-либо новая идея о том, что есть возможность и целесообразность произвести (новый продукт), или о том, как что-то произвести (инновация процесса), эту идею можно применять в производстве неограниченного количества продуктов. Например, имея химическую формулу нового препарата, фирма может использовать ее для производства неограниченного числа лекарств; при наличии проекта нового двигателя его можно применить в неограниченном количестве автомобилей и т. д.

В отсутствие прав на интеллектуальную собственность, конфиденциальности или других средств присвоения инновационные знания также имеют тенденцию быть «не подлежащими исключению», т. е. контролировать, кто имеет или использует определенные инновационные знания, трудно или невозможно. Это означает, что знания, как правило, представляют собой явление, которое экономисты называют «общественным благом»[546], что, однако, не препятствует государственным закупкам инновационных знаний. Даже частные закупки знаний возможны, либо по филантропическим причинам – в этом случае знания становятся общественным достоянием сразу после приобретения, – либо же когда покупатель может так или иначе не допустить других к инновационным знаниям, которые он приобрел у оригинального изобретателя или автора, и может, таким образом, получать прибыль от монопольного владения ими. В этом разделе рассматриваются главные инструменты для закупки знаний и проводится сравнение закупок с другими средствами поощрения инновационной деятельности, примером которых является интеллектуальная собственность.

Общество приобретает инновационные знания различными способами. Во-первых, инновационные знания часто предоставляются государством: например, значительное количество фундаментальных исследований проводится в государственных университетах и лабораториях. Тем не менее существует, как правило, сильный разброс идей среди отдельных исследователей[547]. Это означает, что эффективное предоставление инновационных знаний государством может быть очень дорогостоящим, так как для этого требуется, чтобы правительство наняло большое количество исследователей во избежание риска того, что какие-то ценные идеи не будут разрабатываться. Хотя затраты могут быть несколько уменьшены при использовании различных побудительных механизмов, имеющих целью добиться приложения достаточных усилий в исследованиях, – таких как предоставляемые по результатам работы исследовательские гранты и поощрения, – государственное обеспечение инновационных знаний, как правило, оправдано с практической точки зрения только в случае, если число потенциальных инноваторов ограничено, так как компетенция, необходимая для вклада в инновационные знания, трудно достижима.

Основная альтернатива государственного предоставления – интеллектуальная собственность. При помощи прав на интеллектуальную собственность или конфиденциальности торговли авторы и изобретатели получают временную монополию на коммерческое использование инновационных знаний, которые они создали. Перспектива пожинать плоды монополистической прибыли, хотя и в ограниченный период времени, стимулирует инновационную деятельность. Хотя интеллектуальная собственность и защита коммерческой тайны могут рассматриваться как особые формы закупок, в которых денежная оплата заменяется правом временно осуществлять монополистическую власть, оптимальная разработка прав на интеллектуальную собственность выходит за рамки данной книги и будет затронута лишь вскользь.

Другой механизм поощрения инновационной деятельности, который к тому же сродни стандартным закупкам, состоит в предоставлении денежных призов новаторам; любое инновационное знание, полученное благодаря перспективе выигрыша приза, в дальнейшем становится общественным достоянием. Можно выделить призы ex ante и ex post. Призы ex ante объявляются заранее, и на них может заявить права первый, кто решит четко поставленную задачу; например, докажет теорему Ферма. Призами ex post награждают открытия, которые нельзя было сформулировать до того, как они были сделаны. Тем не менее, если призы ex post систематически и единообразно присуждаются при появлении полезных инноваций, перспектива завоевания таких призов может вызвать существенную научно-исследовательскую работу. В обоих случаях природа инновации должна быть ясно и объективно определена, будь то ex ante или ex post, чтобы присуждение приза было возможно, если и только если было открыто нечто инновационное.

Частные фирмы могут закупать знания практически теми же способами, что и общество: они могут проводить внутренние исследования, получать лицензии от независимых держателей прав на интеллектуальную собственность или коммерческую тайну и предлагать призы. Как призы ex ante, так и призы ex post могут использоваться частными фирмами: например, фармацевтические фирмы обычно награждают премиями своих исследователей, которые находят решения относительно предварительно указанных потребностей рынка здравоохранения[548], тогда как компания IBM в прошлом вознаграждала денежным призом любой патент, полученный одним из его сотрудников. Ясно, что объявление призов может быть выгодным для частного сектора, только если фирма может присвоить результат исследования, например, посредством интеллектуальной собственности. Хотя мы главным образом сосредоточимся на государственных закупках знаний, многие выводы, затрагиваемые в этом разделе, вполне распространяются на случаи частных закупок.

19.2.1. Призы ex ante

Денежные призы, финансируемые из общих налоговых поступлений, иногда используются для награждения новаторов. В частности, призы ex ante объявляются заранее и могут быть затребованы любым человеком, который первый сделает изобретение. Они отличаются от призов ex post тем, что последние предоставляются дискреционным образом в качестве награды за достижения, которые нельзя было предвидеть заранее. В обоих случаях перспектива получения приза стимулирует определенную научно-исследовательскую работу. Известные примеры призов ex ante включают приз за прибор для определения географической долготы в восемнадцатом веке[549], приз за «самый энергосберегающий холодильник Америки»[550] и приз фонда X-Prize за развитие космических технологий[551].

В некоторых случаях инновации, первоначально поощренные перспективой денежного приза, оказывались запатентованными[552]; в других случаях правительство приобретало недавно выданные патенты в обмен на денежный приз[553] (такой выкуп патентов напоминает призы ex post и будет позднее обсуждаться более полно).

19.2.1.1. Проблемы призов ex ante

Призы ex ante непрактичны, за исключением случая, когда изобретение, которое хочет закупить общество, легко поддается описанию, как, к примеру, «вакцина против СПИДа, которая эффективна по меньшей мере для 70 % населения», и когда можно проверить, было или нет сделано изобретение, например, посредством контролируемых клинических тестов[554]. Даже если предположить, что эти условия соблюдены, три недостатка призов по сравнению с интеллектуальной собственностью – патентами в примере с вакциной – сразу становятся очевидными.

1. Когда закупки инноваций финансируются из общих налоговых поступлений, может оказаться, что определенные лица будут платить за что-то, что они не используют или что не представляет для них ценности. Напротив, в случае с патентами никто не платит больше, чем стоимость выгоды, которую человек извлекает из того, что он покупает.

2. Отдельным странам нужно достигнуть международного соглашения, чтобы разделить между собой бремя финансирования приза. С патентами могла бы также возникнуть подобная проблема (т. е. каждая страна могла бы поддаться соблазну «бесплатной езды» за счет стимулов для исследований, предоставляемых другими странами), но эта проблема была уже рассмотрена и решена с помощью различных международных соглашений, таких как Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (TRIPS) (Вероятно, с патентами соглашения было проще достичь именно потому, что с полностью согласованной патентной системой каждая страна платит пропорционально выгоде, получаемой ею от инновации.)

3. «Присуждаемая [патентам] награда зависит от того, насколько полезным признано изобретение; чем оно более полезно, тем выше награда»[555]. Располагая неполной информацией о ценности инновации, напротив, трудно выбрать «правильный» приз, т. е. приз, который приравнивает стимулы частного сектора к инвестированию в инновацию ее социальной ценности; следовательно, система призов вынуждена чрезмерно стимулировать одни инновации и недостаточно стимулировать другие.

19.2.1.2. Преимущества призов ex ante

Однако система призов имеет два важных преимущества перед системой патентов. Прежде всего, как правило, безвозвратные потери от монополии цен на новые товары превышают дополнительное бремя оптимально разработанной системы налогообложения – и, наверное, большинства существующих систем налогообложения. Например, в случае вакцины против СПИДа монопольная цена на запатентованную вакцину может привести к тому, что некоторым людям лечение будет недоступно, и социальные издержки могут составить тысячи, если не миллионы смертельных случаев. В случае приза вакцина была бы немедленно оценена по предельной стоимости и стала бы недоступна для гораздо меньшего числа людей. Во-вторых, как правило, частная ценность запатентованной инновации не соответствует ее социальной ценности[556], и, следовательно, патентная система может предоставлять недостаточные стимулы для инвестиций в научные исследования, тогда как верхней границы размера денежного приза, в принципе, не существует.

19.2.1.3. Выбор между призами ex ante и правами на интеллектуальную собственность

Не принимая во внимание проблемы распределения, предполагая, что международные соглашения легко достижимы, и допуская, что оптимальный срок действия патента конечен[557], сравнение патентов с призами сводится к сравнению искажений, создаваемых асимметричной информацией, с одной стороны, и искажений, связанных с монопольными ценами, с другой стороны. Отметьте, что в той степени, в какой потенциальные новаторы не уверены в ценности инновации, неполная информация исказит решение инвестировать в исследования также и при патентной системе. Дополнительная стоимость системы призов имеет место из-за асимметрии информации между правительством (которое учреждает приз) и новаторами и исчезает, когда информация симметрична – даже если она неполна. Следовательно, в мире симметричной информации будет предпочтительно награждать новаторов посредством денежных призов. Этот вывод также имеет силу, если информационная асимметрия ограничена и безвозвратные потери монополии (социальные потери, вызванные осуществлением рыночной власти, с повышением цен и снижением производства) велики, например, спрос на новый товар очень эластичен. Патентная система будет предпочтительна, если асимметрия информации существенна и/или спрос неэластичен[558].

Практический вывод 1.

Закупка инноваций посредством денежных призов, как правило, предпочтительна в сравнении с интеллектуальной собственностью, когда инновация легко поддается предварительному описанию, ожидаемые расходы на монопольные цены высоки, появление инновации поддается проверке и информационная асимметрия относительно ценности инновации незначительна.

Когда закупщик – частная фирма, может возникнуть похожий компромисс. Рассмотрим частную фирму, являющуюся единственным потенциальным пользователем инновации, которая может быть поставлена единственным независимым изобретателем. Частная фирма может подождать, пока изобретатель откроет и запатентует эту инновацию, и затем договориться о получении лицензии на нее, или же она может объявить приз, который обязуется выплатить успешному изобретателю, сохраняя любые права интеллектуальной собственности, которые могут быть получены в связи с данной инновацией. Переговоры о получении лицензии после совершения открытия, впрочем, дорогостоящи, и лицензионное соглашение может включать пункты, содержащие искажения, такие как положение об авторских правах. Тем не менее закупщик может не знать ценность инновации, которая будет в конечном счете предоставлена независимым изобретателем. Повторим, компромисс возникает, и закупки инновационных знаний посредством объявления денежных призов ex ante предпочтительны, как правило, в случае, если информация симметрична или информационная асимметрия ограничена.

Возвращаясь к случаю государственных закупок, рассмотрим следующие механизмы самостоятельного выбора, которые сочетают призы и интеллектуальную собственность. Один из таких механизмов – система необязательного патентования, при которой поставщик (который лучше осведомлен о ценности своей инновации, чем правительство) может выбирать между патентом и денежным призом[559].

Награда, полученная успешным поставщиком, будет постоянной, если он выберет приз, но будет увеличиваться с ценностью инновации, если он выберет патентную защиту. Следовательно, более ценные инновации в конечном счете будут запатентованы, и только новаторы, обладающие менее ценными инновациями, будут требовать денежный приз. Такой расклад означает, что поставщики сохранят некоторую информационную прибыль. Тем не менее должным образом разработанная система необязательного патентования доминирует над чистой патентной системой и может быть более предпочтительной, чем чистая призовая система[560].

Система необязательного патентования может быть далее улучшена путем добавления возможности для новатора получить и приз, и патент. В частности, правительство может предложить выбор между денежным призом и, альтернативно, более низким (и возможно отрицательным) призом, дополненным патентом положительного срока. Если такое предложение оптимально разработано, данный выбор из двух вариантов более предпочтителен, чем системы необязательного патентования. Более того, оказывается, что предложения новаторам двух вариантов достаточно для достижения условного оптимума при слабых условиях регулярности[561].

Практический вывод 2.

Когда инновацию можно легко описать заранее и ее появление поддается проверке, поставщик должен предложить выбор из двух вариантов: денежный приз и более низкий приз в сочетании с патентной защитой.

19.2.2. Призы ex ante при последовательных инновациях

До сих пор мы рассматривали случай, когда каждая инновация независима от других. Однако инновации совокупны по своей природе: как правило, каждая инновация основывается на предыдущих и, в свою очередь, составляет основу для последующих открытий. В случае совокупных инноваций с правами на интеллектуальную собственность возникают проблемы, что потенциально увеличивает целесообразность призов ex ante.

В частности, совокупная природа технического прогресса имеет два важных следствия. Во-первых, с последовательными инновациями социальная ценность инновации теперь включает также ценность возможности инвестирования для получения последующих улучшений. Во-вторых, появление инновации следующего поколения, как правило, уничтожает рынок для используемой на тот момент инновации. Это означает, что, когда новаторы, сделавшие революционные открытия, защищены интеллектуальной собственностью, вместо получения компенсации за ценность созданной ими возможности, они страдают от конкуренции со стороны новаторов второго поколения.

Основные инновации, следовательно, нуждаются в форвардной защите, потому что иначе будущие новаторы могут лишить прибыли оригинальных новаторов путем конкуренции, и также потому, что первый новатор должен быть вознагражден за открытие пути к последующим усовершенствованиям[562]. Патентная система обеспечивает форвардную защиту двумя способами: во-первых, любая заявка на патент должна отвечать определенным требованиям к открытиям; во-вторых, даже патентоспособные усовершенствования могут представлять собой нарушение оригинального патента, в зависимости от ведущей сферы действия патента первого поколения. Как требования к открытиям, так и ведущая сфера действия, однако, влекут за собой социальные издержки, состоящие в том, что они препятствуют достижению усовершенствований второго поколения, которые могут быть существенными и социально ценными[563].

Система призов, в принципе, свободна от этих недостатков, потому что призы могут быть рассчитаны с учетом возможной ценности базовых инноваций и потому что воровство бизнеса у новаторов второго поколения не представляет проблемы, когда любые инновационные знания немедленно становятся общественным достоянием. Однако призы ex ante должны быть надлежащим образом разработаны, чтобы они согласовывались с последовательной природой инновационной деятельности. Например, когда для совокупной инновации важно, чтобы отдельные инновации раскрывались на ранней стадии, так, чтобы их могли использовать другие исследователи, возможно, будет оптимально отказаться от классической схемы «победитель получает все», отобрать группу новаторов и гарантировать, что призы, которые выиграет каждый из них, будут разделены с другими членами группы[564].

19.2.3. Призы ex post

Когда инновация не поддается простому и точному описанию или даже не может быть задумана заранее, призы ex-ante неосуществимы. Однако, если изобретение инновации поддается проверке по факту ее появления, в принципе, закупщик может взять на себя обязательство награждения успешных новаторов призами ex post. В системе призов ex post вопрос описания инновации больше не стоит, но остается проблема предположительной оценки значения инновации и, следовательно, соответствующего приза.

19.2.3.1. Неопределенность и дискретное награждение призами

С призами ex post, фактически, возникают две различные проблемы: неопределенность относительно ценности инновации, из-за которой встают вопросы, подобные обсуждаемым в предыдущем подразделе, и тот факт, что ценность инновации, как правило, ненаблюдаема. Вообще говоря, в случае государственных закупок, как только открытие инновации состоялось, у правительства появляется стимул отказаться от своего обещания, будь то награждение призом или права на интеллектуальную собственность. Тогда как в случае призов ex ante и интеллектуальной собственности легко можно наблюдать, сдержало ли правительство свои обещания, и потому простые механизмы репутации[565] могут предоставить достаточные стимулы для того, чтобы правительство выполнило свои обязательства, с призами ex-post правительство не обязуется выплатить приз конкретного размера. Как следствие, если ценность инновации не наблюдаема третьими лицами, механизмы репутации работают неэффективно, так как не побуждают правительство сдерживать свои обещания. Предлагая призы ex post, правительство будет систематически сталкиваться с соблазном недостаточного вознаграждения новаторов; такой соблазн будет предвиден потенциальными новаторами, что в результате приведет к недостаточному инвестированию исследований.

Тот факт, что ценность инновации ненаблюдаема или не поддается проверке, также означает, что закупщик может установить приз достаточно дискреционно, имея в виду, что у новаторов могут быть стимулы для оппортунистического поведения и лоббирования. Как следствие, вся система призов ex post может быть подвержена коррупции. Эти причины объясняют, почему призы ex post редко наблюдаются на практике. Нобелевские премии и другие подобные призы в действительности присуждаются в заранее определенные даты и имеют заранее определенный размер; таким образом, они более напоминают исследовательские конкурсы (обсуждаемые ниже), нежели чем призы ex post[566]. Примеры призов ex post – это медали, официальные благодарности и подобные им знаки признания, которыми главы государств награждают время от времени успешных людей.

19.2.3.2. Механизм Кремера и сговор

Эти проблемы с призами ex post можно, однако, преодолеть, если будет найден механизм, который оставит закупщику мало свободы действий или не оставит вообще. Недавно предложенный механизм «выкупа патента» может достигнуть этой цели и в то же время решить проблему информационных асимметрий, которая преследует даже призы ex ante[567]. Предложение состоит в том, чтобы поставщики первоначально полагались на защиту, обеспечиваемую интеллектуальной собственностью, но на последующей стадии правительство приобретало права на интеллектуальную собственность, которые оно только что предоставило, используя соответствующим образом разработанные конкурентные закупки, и затем делало инновационные знания достоянием общественности.

Фундаментальная предпосылка механизма выкупа патента Кремера заключается в том, что даже если правительство плохо осведомлено о ценности инноваций, конкуренты патентообладателя, как правило, лучше информированы. Чтобы извлечь эту информацию при низких социальных затратах, правительство проводит стандартный тендерный процесс закрытых торгов с первой ценой на получение патента с условием, что победитель почти никогда не будет получать патент, который будет вместо этого приобретен правительством по цене, определенной тендерным процессом. Чтобы, однако, сохранить стимулы для предоставления корректных заявок, в небольшом количестве случаев победитель конкурентных торгов должен действительно получить патент и заплатить предложенную им цену.

Главная проблема с механизмом выкупа патента Кремера в том, что он практически не защищен от сговора. Хотя почти любые конкурентные закупки подвергаются риску того, что участники вступят в тайный сговор (см. Главы 14 и 15), как правило, некоторая конкуренция среди участников сохранится, за исключением случая, когда все претенденты будут участвовать в картеле. Конкурентные торги Кремера, напротив, могут быть подорваны соглашениями, вовлекающими только двух участников, даже если общее число участников довольно большое; кроме того, сговорное соглашение всегда самоисполнимо, даже если игроки в большой степени обесценивают будущее.

Чтобы убедиться в этом, предположим, что фирмы A и B вступают в двустороннее соглашение, согласно которому фирма B систематически предлагает цену сверх ценности патентов А, и A делает то же в отношении конкурентно закупаемых патентов В. Даже если в торгах будет много участников и ни одна другая фирма не примет участия в соглашении, (завышенные) заявки фирмы В определят цену, которую правительство заплатит за патенты А, и подобным образом A определит цену, которую B получает за свои патенты. В редком случае, когда B должен действительно купить патент А, этот патент может быть перепродан A; альтернативно, B может подождать, пока А переплатит за один из патентов В, чтобы получить компенсацию. Поскольку таких двусторонних соглашений легче достигнуть по сравнению с многосторонними соглашениями, они самоисполняются независимо от размера коэффициента дисконтирования (нет соблазна нарушить сговор) и может быть несколько двусторонних соглашений одновременно, в результате чего правительство очень часто может платить чрезмерную цену за патенты, которые оно выкупает.

Из-за этой слабости механизма выкупа патента Кремера было бы благоразумно не применять данный механизм систематически, особенно в тех отраслях промышленности – как, например, фармацевтическая промышленность, – в которых существует относительно небольшая группа игроков, остающихся активными в течение долгого времени. Тем не менее механизм выкупа патента обладает хорошими свойствами, если участники не кооперируются, и, таким образом, он может быть полезен, когда сговорные соглашения можно так или иначе предотвратить – например, если этот механизм используется достаточно редко, вероятность, что фирма-победитель должна будет приобрести патент, нельзя игнорировать, когда перепродажа патента запрещена.

Практический вывод 3.

Механизм выкупа патента Кремера должен использоваться с осторожностью, при условии принятия мер против его частого применения в одной и той же отрасли; существования достаточно большой вероятности того, что победивший поставщик должен будет приобрести патент; и запрета на перепродажу патентов.

Таблица 19.1 суммирует эффекты призовых систем ex ante и ex post.

Таблица 19.1. Эффекты призовых систем ex ante и ex post

19.2.4. Исследовательские конкурсы

Часто результат инновационной деятельности не поддается ни предварительному описанию, ни проверке по факту рождения инновации[568].

Поскольку минимальное требование для использования системы призов состоит в том, что появление инновации должно поддаваться проверке, при таких обстоятельствах закупщик должен обратиться к другим механизмам, чтобы получить инновационные знания.

19.2.4.1. Простота проведения

Исследовательские конкурсы информативно менее требовательны, чем и призы ex ante, и призы ex post, и таким образом часто представляют собой реально осуществимый вариант. В исследовательском конкурсе закупщик назначает как приз, так и крайний срок и обязуется выплатить приз тому, кто достиг наибольших успехов по наступлении крайнего срока. Следовательно, здесь нет необходимости устанавливать, была достигнута предписанная цель или нет; единственное, что имеет значение, – то, что приз присуждается какому-либо участнику по завершении исследовательского конкурса. Стимул для присуждения приза может быть обеспечен механизмами репутации, или же обязательства закупщика могут быть проведены в жизнь судом. В любом случае нет необходимости обращаться в суд для решения вопроса о том, был ли победитель отобран должным образом, так как у закупщика мало стимулов манипулировать результатами конкурса, учитывая, что кому-то он должен выплатить приз[569].

Основное различие между исследовательскими конкурами и призами за изобретения состоит в том, что исследовательские конкурсы оканчиваются в указанную дату, тогда как состязание за инновационный приз заканчивается тогда, когда происходит открытие инновации. Как следствие, в исследовательских конкурсах временные рамки фиксированы, но объем представляемых инновационных знаний непостоянен, тогда как в состязаниях за инновационные призы объем R&D фиксирован, но время изобретения инновации изменяемо[570].

Поскольку исследовательские конкурсы информативно нетребовательны и легко осуществимы, они часто используются как частными, так и общественными закупщиками. Приз может быть денежной суммой, закупочным контрактом и так далее. За прошедшие годы конкурсы часто играли основную роль в приобретении инноваций. Один из самых известных исследовательских конкурсов был спонсирован в 1829 г. железной дорогой Ливерпуль – Манчестер с целью выбрать двигатель для первого пассажирского поезда, курсировавшего между этими двумя городами. Были предложены два разных двигателя. Один из них достиг рекордной скорости 51,5 км в час, но сломался. Таким образом, железной дорогой был выплачен приз за другое предложение в размере 500 фунтов стерлингов. Тем не менее оба двигателя имели впечатляющие коэффициенты полезного действия, и это породило взрыв инноваций в локомотивах[571]. Системы оценки относительной производительности лабораторных исследователей, благодаря которым ежегодные премии выплачиваются исследовательским группам с наилучшей производительностью, являются другой распространенной формой исследовательских конкурсов.

19.2.4.2. Исследовательские конкурсы в сравнении со спортивными соревнованиями

Исследовательские конкурсы на удивление подобны спортивным соревнованиям, которые были проанализированы в обширной литературе, продолжающей активно развиваться[572]. Однако в исследовательском конкурсе закупщика, как правило, интересует максимизирование производительности победившего поставщика, т. е. инновационное знание, предоставленное проигравшими, дублирует сведения, которые предоставил победитель, являясь, таким образом, бесполезным для закупщика, тогда как в спортивных соревнованиях представляются целесообразными более сложные цели, например, максимизирование средней производительности поставщиков или гарантирование достаточного уровня спортивных мероприятий. Эти различия могут иметь заметные последствия для оптимальной разработки спортивных соревнований по сравнению с исследовательскими конкурсами, означая, что нужно проявлять осторожность в применении к исследовательским конкурсам выводов, сделанных на основе богатого опыта, полученного при разработке спортивных соревнований.

Разработка исследовательского конкурса требует принятия нескольких тщательно взвешенных решений.

• Сколько поставщиков должен пригласить закупщик для участия в конкурсе?

• Следует ли присуждать приз полностью победителю или его следует разделить между несколькими поставщиками (предположительно, лучшими исполнителями)?

• Должны ли поставщики конкурировать на равной основе, или закупщик должен уравновесить условия для сильных участников?

Хотя однозначных ответов на эти вопросы не существует, из богатого опыта спортивных соревнований и строгого экономического анализа этих проблем следует несколько общих принципов.

19.2.4.3. Оптимальное количество участников

На спортивных соревнованиях число участников часто ограничивается. На Олимпийских играх только одна команда на страну допускается в командных видах спорта, и только три участника на страну допускаются в индивидуальных спортивных состязаниях. В большинстве европейских стран около двадцати футбольных команд допускаются в национальную премьер-лигу. Менее двухсот велосипедистов участвуют в Тур де Франс или Джиро д'Италия. Сразу вспоминается много подобных примеров; часто существуют сложные правила для определения тех, кто должен быть приглашен к участию в таких элитных спортивных соревнованиях.

Некоторые причины, по которым ограничивается участие в спортивных соревнованиях, не имеют непосредственного соответствия в исследовательских конкурсах. Например, участие в Тур де Франс двух тысяч велосипедистов было бы нецелесообразным или даже опасным, тогда как в исследовательских конкурсах добавление одного участника едва ли препятствует производительности других.

На спортивных соревнованиях отбор ограниченного числа самых способных спортсменов гарантирует, что игра будет проведена на более ровном уровне, чем при свободном участии, но закупщика в исследовательском конкурсе редко интересует одинаковый уровень участников конкурса как таковой.

Другие причины ограничения участия, однако, все же распространяются на исследовательские конкурсы. Рассмотрим гонку на время, где выступление каждого спортсмена зависит от его способностей, усилий и случайного компонента и где никто из участников не информирован в полной мере о результатах своих соперников во время гонки. В такой гонке предельное значение усилия – это приз за первое место, умноженный на увеличение вероятности победы в гонке, связанной с увеличением единицы усилия. Поскольку эта вероятность уменьшается с увеличением числа участников, стимул прилагать усилия также уменьшится с увеличением числа участников. Как следствие, если закупщик хочет максимизировать лучший результат, он может извлечь выгоду из ограничения участия в гонке только самых способных спортсменов. По той же логике, в исследовательском конкурсе стимул любого отдельного участника инвестировать в исследования может уменьшиться с увеличением объема исследований, проводимых другими. В этом случае, если закупщик хочет максимизировать общий объем исследований (т. е. ожидаемое качество инновации, которая выиграет конкурс), он может быть готов ограничить число участников[573].

Тем не менее два компенсационных эффекта могут подорвать этот результат ограничения участия. Во-первых, представим исследовательский конкурс с двумя поставщиками, 1 и 2, и рассмотрим эффект вхождения поставщика 3 в конкурс, начавшийся с равновесия двух поставщиков. Если поставщик 3 победит с достаточно высокой вероятностью, его вход уменьшит стоимость инвестиций, сделанных поставщиками 1 и 2. Однако именно предельная стоимость, а не общая стоимость научно-исследовательских работ, определяет лучшие ответные действия поставщиков 1 и 2; предельная же стоимость вполне может повыситься. Это особенно ясно, когда каждый участник может наблюдать успехи, сделанные его конкурентами. Допустим, что фирма 3 победила бы с небольшим отрывом, если бы фирмы 1 и 2 не изменили уровень своих усилий после вхождения фирмы 3. В этом случае, вероятно, поставщики 1 и 2 были бы готовы приложить больше усилий после вхождения поставщика 3. Если бы, однако, поставщик 3 победил с большим отрывом, это вполне могло бы побудить поставщиков 1 и 2 уменьшить свои усилия. Аналогично, в спортивных соревнованиях более интенсивная конкуренция может заставить участников выступать с большей отдачей при тесном соперничестве, в то время как она может также побудить отстающих полностью отказаться от участия, если один соперник имеет очень большое преимущество перед другими[574].

Во-вторых, инновационные идеи широко распределены среди отдельных поставщиков и изобретателей[575], что означает, что бóльшие усилия, прилагаемые любой отдельной фирмой, возможно, не компенсируют недопущение к конкурсу другого поставщика. Кроме того, ограничение участия в исследовательском конкурсе влечет за собой риск исключения очень перспективных направлений исследований. Фактически, исследовательские конкурсы редко требуют существенных вступительных взносов, поскольку закупщики часто обеспокоены тем, что в исследованиях не будет достаточной конкуренции. Например, Министерство обороны США часто субсидирует поставщиков, отобранных для участия в исследовательских конкурсах, с тем чтобы гарантировать их финансовую стабильность[576].

Предполагая, что ограничение участия, однако, желательно, число участников может быть ограничено введением вступительного взноса, нежели чем посредством санкций. Использование вступительных взносов дает закупщику преимущество, позволяя извлекать некоторый (или даже весь) доход, который иначе был бы получен участниками, но может привести к чрезмерному входу или, что еще хуже, к вхождению только одной фирмы, – если закупщик не в полной мере проинформирован. Чтобы решить эту проблему, можно совершать закупки путем проведения конкурентных торгов с входными взносами[577]. Конкурентные закупки, например проведение закупки с помощью конкурсов, имеют низкие информационные требования и, при условии, что они разработаны должным образом, с большой вероятностью завершаются отбором самых эффективных участников. Кроме того, как и вступительные взносы, они позволяют закупщику собрать некоторый доход.

19.2.4.4. Деление приза

При проведении конкурса следует ли присуждать приз полностью победителю или же его следует разделить между несколькими участниками? На спортивных соревнованиях принцип «победитель получает все» скорее исключение, чем правило, хотя обычно размер приза быстро уменьшается в зависимости от занимаемого спортсменом места. В случае с интеллектуальной собственностью, напротив, только первый изобретатель имеет права на инновацию.

Есть две основные причины, по которым в спортивных соревнованиях, как правило, победитель не получает все. Во-первых, если способности соперников будут главным фактором, определяющим их результаты, то вознаграждение одного победителя, вероятно, побудит менее способных спортсменов не прилагать особых усилий. Это не соответствует целям закупщика, спонсирующего соревнование, если он стремится максимизировать совокупное усилие. Во-вторых, во многоэтапной гонке принцип «победитель получает все» может привести к тому, что большая часть усилий будет прилагаться на первых стадиях; как только начинают определяться места участников и возможности отстающих обогнать лидера уменьшаются, усилия могут резко сократиться, особенно если лидер может наблюдать результаты отстающих.

Практический вывод 4.

Во многоэтапных исследовательских конкурсах важно обеспечить эффективную конкуренцию даже на поздних стадиях. Этого можно достичь путем разделения приза между участниками.

19.2.4.5. Создание препятствий сильным участникам

Сильные шахматисты часто уступают пешку или даже ладью, когда они играют против более слабого противника. Это делает партию более ровной и, следовательно, более приятной для обоих игроков, у которых появляются сильные стимулы играть более внимательно, чем если бы они соревновались на равных. Тот же принцип распространяется на исследовательские конкурсы: если участники асимметричны, будет оптимально создать препятствия самому эффективному[578]. Причина снова заключается в том, что участники выкладываются больше, когда создается тесное соперничество; если они отличаются по способностям, препятствование самым эффективным приводит к более ровной борьбе. Отметьте, что закупщика не интересует одинаковый уровень участников как таковой; скорее он хочет, чтобы между поставщиками было тесное соперничество, с тем чтобы они проявляли больше усилий. Тем не менее этот инструмент нужно использовать с большой осторожностью: крайне важно не создавать поставщикам слишком больших препятствий. Нужно убедиться, что более ровное соперничество эффективнее, несмотря на уменьшение средней производительности исследования, которое оно неизбежно повлечет за собой. Предположим, например, что в экономике было бы две фирмы, такие как ACER и DELL, соперничающие с большим количеством сильно отстающих конкурентов. Значительное препятствование самым эффективным участникам с целью выравнивания «поля сражения» было бы, вероятно, чрезвычайно вредным для совокупной инновационной деятельности.

Практический вывод 5.

Когда участники отличаются по способностям, препятствуйте самым эффективным участникам с целью гарантирования более ровного соперничества, если и только если результирующий уровень не слишком низок.

Вставка 19.1. Призы ex ante, призы ex post и исследовательские конкурсы

Призы ex ante объявляются заранее, и права на них может заявить тот, кто первым решит четко поставленную задачу, такую как доказательство теоремы Ферма. Призы ex ante непрактичны, за исключением случая, когда изобретение, которое хочет закупить общество, легко поддается описанию, как, к примеру, «вакцина против СПИДа, которая эффективна по меньшей мере для 70 % населения», и когда можно проверить, было или нет сделано изобретение, например, посредством контролируемых клинических тестов. Они отличаются от призов ex post тем, что последние предоставляются дискреционным образом в качестве награды за достижения, которые нельзя было предвидеть заранее.

Призами ex post награждают открытия, которые нельзя было сформулировать до того, как они были сделаны. Если изобретение инновации поддается проверке по факту ее появления, в принципе, закупщик может взять на себя обязательство награждения успешных новаторов призами ex post. В системе призов ex post вопрос описания инновации больше не стоит, но остается проблема предположительной оценки значения инновации и, следовательно, соответствующего приза.

Исследовательские конкурсы информативно менее требовательны, чем и призы ex-ante, и призы ex post, и, таким образом, часто представляют собой реально осуществимый вариант. В исследовательском конкурсе закупщик назначает как приз, так и крайний срок и обязуется выплатить приз тому, кто достиг наибольших успехов по наступлении крайнего срока. Следовательно, здесь нет необходимости устанавливать, была достигнута предписанная цель или нет; единственное, что имеет значение, – то, что приз присуждается какому-либо участнику по завершении исследовательского конкурса.

Основное различие между исследовательскими конкурами и призами за изобретения состоит в том, что исследовательские конкурсы оканчиваются в указанную дату, тогда как состязание за инновационный приз заканчивается тогда, когда происходит открытие инновации. Как следствие, в исследовательских конкурсах объем представляемых инновационных знаний непостоянен, тогда как в состязаниях за инновационные призы он предуказан.

19.3. Закупки инновационных товаров

Мы уже отмечали, что в исследовательском конкурсе приз для победителя может представлять собой денежную сумму, закупочный контракт, положительную рекламу, связанную с самим фактом победы в конкурсе, и так далее. Когда приз предопределен заранее, любой выгоде, связанной с победой в конкурсе, может быть дана денежная оценка; суммарный итог этой выгоды, таким образом, составляет приз победителю.

Однако, когда победитель исследовательского конкурса вознаграждается через закупочный контракт на поставку инновационного товара или услуги, закупщик располагает другим инструментом, который можно использовать для улучшения результата конкурса, а именно, ценой товара. Представьте двухэтапный конкурс, в котором на первой стадии поставщики делают инвестиции, чтобы получить инновационный товар переменного качества, и затем на второй стадии участвуют в торгах на право продать инновационный товар закупщику. По сравнению с простым исследовательским конкурсом с заранее определенным призом здесь есть два основных отличия. Во-первых, приз не указывается заранее, но определяется в результате второго этапа конкурентных торгов. Во-вторых, новатор, который изобрел товар высшего качества, не обязательно получит приз; победителем же конкурса будет поставщик, предложивший самую низкую цену за единицу качества поставляемого товара[579].

Поскольку сквозная тема предыдущего раздела состояла в том, что разрешение закупщику устанавливать приз после открытия инновации оставляет возможности для оппортунистического поведения, может показаться удивительным, что теперь закупщик не хочет брать на себя обязательства по выплате заранее установленного приза, когда такие обязательства возможны. Обратите, однако, внимание, что в предложенном механизме приз является результатом конкурентных торгов и, таким образом, не оставлен на усмотрение закупщика. Это означает, что никаких возможностей для оппортунистического поведения со стороны закупщика нет.

Важно отметить, что эта способность проводить различие между хорошими и плохими инновациями имеет свою цену: конкурентные торги неизбежно уменьшают приз, присуждаемый за победу в конкурсе, таким образом уменьшая выгоду от инвестиций в R&D. Если R&D реагирует на стимулы, это может понизить инновационные усилия всех поставщиков, участвующих в конкурсе. По этой причине, если поставщики однородны, исследовательские конкурсы, дополненные конкурентными торгами, в меньшей степени содействуют научному развитию, чем исследовательские конкурсы с одним и тем же заранее определенным призом. Тем не менее с неоднородными поставщиками они могут быть предпочтительны, несмотря на эффект отрицательных стимулов к расходованию средств на R&D.

Почему исследовательские конкурсы, дополненные конкурентными торгами, могут быть более предпочтительны, чем исследовательские конкурсы с заранее определенными призами? Есть по меньшей мере три ответа на этот вопрос[580].

1. Одно из преимуществ конкурсных торгов состоит в том, что они требуют мало информации: когда поставщики симметричны, закупщик не нуждается ни в какой информации относительно затрат поставщика, чтобы должным образом разработать механизм конкурса. В стандартном исследовательском конкурсе, напротив, закупщик нуждается в некоторой информации о технологии исследования, чтобы определить оптимальный размер приза. (Когда поставщики отличаются по своим возможностям, и желательно препятствовать самым эффективным участникам, некоторая информация о возможностях фирм все же потребуется.)

2. С гетерогенными поставщиками разрыв в эффективности между самым эффективным участником и вторым самым эффективным участником может быть настолько большим, что результат конкурса в значительной мере не зависит от исследовательских усилий, что снижает стимулы к инвестированию для всех поставщиков. Разрешение менее эффективным поставщикам подавать заявки на более низкую цену в случае, если они производят инновацию низкого качества, увеличивает конкурентное давление на эффективную фирму и делает конкурс более похожим на состязание в тесном соперничестве. (Это также интуитивная причина того, что с гетерогенными фирмами самым эффективным фирмам нужно препятствовать.)

3. Исследовательские конкурсы, дополняемые конкурентными торгами, позволяют достигать лучшего согласования общественных и частных стимулов к инвестированию в инновационную деятельность.

Суммируем наши результаты в табл. 19.2 и в следующем практическом выводе.

Практический вывод 6.

Когда поставщики могут сообщить закупщику о качестве своего результата исследований, не раскрывая все инновационные знания, желательно использовать исследовательский конкурс, дополненный конкурентными торгами, в котором поставщики сначала делают инвестиции в исследования и затем участвуют в торгах, предлагая цену на инновационный товар, который хочет приобрести закупщик.

Таблица 19.2. Исследовательские конкурсы, дополненные конкурентными тогами, в сравнении со стандартными исследовательскими конкурсами

19.4. Использование закупок для стимулирования инноваций

Разработка механизма закупок может иметь косвенные воздействия на инновационную деятельность, увеличивая рынок для новых товаров, облегчая принятие новых стандартов[581] или изменяя структуру рынка таким образом, чтобы он в большей мере способствовал скорейшему внедрению инноваций. В этом разделе мы анализируем эти более косвенные пути, посредством которых закупки могут стимулировать инновации.

19.4.1. Закупки и установление стандартов

Многие инновационные товары и услуги демонстрируют сетевые эффекты: ценность каждого пользователя увеличивается, когда число других пользователей также увеличивается. Иногда эти эффекты проистекают из «физических» сетей, таких как телефонная сеть (ценность телефона тем выше, чем большему числу людей я могу позвонить). В большинстве случаев, однако, мы сталкиваемся с эффектами «виртуальных сетей». Например, чем большее число пользователей покупает операционную систему Windows, тем больше дополнительных продуктов и услуг (например, программное обеспечение) будет доступно пользователям Windows.

Сильные сетевые эффекты могут потенциально вести к несостоятельности рынка, которую государственные закупки могут помочь скомпенсировать[582]. Две особенно важные формы несостоятельности рынка на рынках инновационных товаров, которые демонстрируют сетевые эффекты, – это чрезмерная инерция и неэффективное замыкание. Чрезмерная инерция относится к ситуации, когда новые, передовые технологии не могут вытеснить старые, более отсталые из-за сетевых эффектов.

Неэффективное замыкание относится к ситуации, когда динамика рынка приводит к принятию худшей версии новой технологии или стандарта.

Механизм, лежащий в основе избыточной инерции, таков: пользователи старой технологии или стандарта боятся, что они окажутся среди немногих, кто переключится на новую технологию. Если сетевые эффекты очень сильны, новая технология с немногими последователями хуже, чем старая с хорошей, прочно устоявшейся базой пользователей, особенно при наличии затрат на переключение на новую технологию или стандарт. Исторические примеры избыточной инерции включают неудачную попытку перехода с частот AM на частоты FM в радиовещании в 1950‑е годы и неудавшийся запуск квадрафонической технологии звукозаписи в 1970‑е.

Неэффективное замыкание, как правило, следует из динамики самоусиления (или «снежного кома») сетевых эффектов. Классический пример представляют видеокассетные магнитофоны (видеомагнитофоны). Многие эксперты отрасли согласны с тем, что система Sony Betamax превосходила стандарт VHS компании JVC (фактически, до появления технологии цифровой записи Betamax оставалась технологией, которую использовали профессионалы на телевидении). Однако стандарт VHS оказался во главе угла, когда в 1980‑е годы видеопрокаты и потребителей нужно было скоординировать по одному стандарту. Когда большинство видеопрокатов стало предлагать главным образом кассеты VHS, даже пользователи, которые при других обстоятельствах предпочли бы систему Betamax, уступили, выбрав стандарт, спонсируемый JVC.

Всякий раз, когда происходит сбой рыночного механизма, возникает потенциал для использования государственной политики вмешательства в целях улучшения благосостояния. В контексте сетевых эффектов это может принимать различные формы. Правительства могут предоставить мандат на стандарт или технологию. Например, несколько правительств установили крайние сроки переключения на цифровое телевизионное вещание. Альтернативно правительства могут субсидировать инвестиции в определенный стандарт или технологию. В этом разделе нас особенно интересует государственная политика, проводимая посредством закупок.

Когда органы государственного управления закупают значительное количество инновационных товаров и услуг, выбор новой технологии или же особой версии/стандарта новой технологии может оказать существенное влияние на конечный результат процесса внедрения этой технологии.

Внедрение новой технологии государственным сектором в целом может также стимулировать частный спрос за счет снижения риска изоляции. Внедряя новые технологии более широко, государственный сектор может играть ключевую роль в координировании спроса и уходе от замыканий. При увеличении базы установленного оборудования, закупаемого госсектором, действия государственного сектора увеличивают ценность данного оборудования, таким образом приводя к его большему принятию другими пользователями. Более того, выбор, сделанный таким крупным агентом, как правительственное учреждение, может действовать как важный фокус координации всякий раз, когда есть несколько доступных вариантов.

Есть множество примеров того, как государственные закупки оказывали влияние в направлении стандартизации процессов регулирования. Ядерные реакторы – один из таких примеров. К концу 1950‑х годов было более десяти значимых альтернативных технологий. Согласно статье [Cowan, 1990], «легкая вода, как считают, уступает другим технологиям, и все же она [в настоящее время] доминирует на рынке ядерных реакторов». Причина этого неэффективного замыкания может быть прослежена вплоть до крупномасшабных закупок ВМС США в 1950‑е годы.

Широкофюзеляжный самолет является случаем косвенной сетевой промышленности. Авиалиния (типичный покупатель) имеет стимул закупать тот же тип самолета, что и другие покупатели. В противном случае обслуживание и другие дополнительные услуги могут стать предельно дорогостоящими. В середине 1970‑х возникла серьезная опасность вытеснения McDonnell Douglas DC‑10 самолетами Boeing 747 (и, до некоторой степени, Lockheed 1011). Однако, когда ВВС США заказали шестьдесят единиц KC‑10 (военная версия DC‑10), программе дали новую жизнь, и она смогла конкурировать в течение еще нескольких лет[583].

Заключительный пример представлен компьютерными операционными системами, которые, как показано выше, подвергаются сильным эффектам «виртуальных сетей». Правительство Бразилии недавно решило расширить использование общедоступного программного обеспечения в государственном секторе. В сентябре 2004 г. соглашение с IBM привело к учреждению научно-технологического центра для продвижения и развития открытых источников информации и GNU/LINUX решений в Бразилии. Бразильское правительство – лишь последнее в длинном списке правительственных учреждений, которые активно продвигают GNU/LINUX через свои закупочные решения. Другие примеры включают: в США – ВВС, Федеральное управление гражданской авиации, почтовую службу и министерства обороны, сельского хозяйства и энергетики; в Европе: Европейскую комиссию, различные правительственные учреждения в Германии и министерства культуры, обороны и образования во Франции; и почтовую службу Китая[584].

В целом, государственный сектор, вероятно, будет крупным покупателем на любом рынке, где он организует закупочный процесс[585]. И в этой мере его выбор поставщика, в особенности выбор стандарта, неизбежно окажет влияние на показатели рынка. Каким руководящим принципам должен следовать государственный сектор, чтобы учитывать это потенциальное влияние?

Кэбрэл и Кретчмер[586] анализируют ситуацию, когда две различные версии данной технологии борются за господство на рынке, иногда называемую «конкуренцией стандартов» или «войной стандартов». Рассматриваются два полярных случая. В одном крайнем случае ожидается, что жизненный цикл инновационного стандарта будет относительно долгим. Это означает, что цена ошибки в процессе выбора стандарта, вероятно, будет очень высока. Из этого следует, что длительная фаза экспериментирования будет оптимальной, поскольку уменьшение вероятности выбора худшего стандарта перевесит более высокие затраты на эксперименты. В исследованиях это называют случаем «терпеливого планирования», и анализ показывает, что лучшая политика состоит в поддержании отстающей технологии (примерно как поступили ВВС США в соперничестве широкофюзеляжных самолетов в 1970‑е годы и как многие правительства в настоящее время поступают относительно конкурирующих операционных систем).

В другом крайнем случае, когда ожидается, что жизненный цикл инновационного стандарта/технологии будет коротким, затраты на длительную войну стандартов не оправдываются преимуществами лучшего выбора. Это случай «нетерпеливого планирования». Оптимальная политика теперь будет состоять в раннем вмешательстве и в поддержке уже ведущего стандарта.

Этот анализ игнорирует проблему инвестиций в технологические усовершенствования: в его основе лежит предположение о том, что оба технологических проекта доступны и цель состоит в стандартизировании оптимального из них. Однако многие (большинство?) ситуации связаны с развивающимися технологиями. Цель тогда не только в выборе соответствующей технологии, но также и в создании стимулов для инвестирования в ее усовершенствование. Если потенциал для усовершенствования технологии достаточно существенен, то отсрочка процесса стандартизации может дать определенные преимущества[587]. В общих чертах интуитивно складывается ощущение, что ранняя стандартизация может привести к своего рода «трагедии ресурсов общего пользования», в которой ключевые игроки имеют более низкие стимулы к инвестированию в технологические усовершенствования, чем в случае, если бы война стандартов все еще велась.

Практический вывод 7.

Если ожидается, что жизненный цикл инновационного стандарта будет относительно продолжительным, и если потенциал для технологический усовершенствований достаточно существенен, отдавайте предпочтение долгой фазе экспериментирования, поддерживая отстающие технологии.

В противном случае вмешайтесь на ранней стадии и в поддержку уже ведущего стандарта.

19.4.2. Закупки, конкуренция и инновации

Закупки можно разработать таким образом, чтобы создать большую или меньшую конкуренцию среди потенциальных поставщиков. Например, контракты могут присуждаться посредством переговоров, презентационных конкурсов и многих других видов конкурентоспособных механизмов и тендерных процессов. Степень конкуренции, вызванная выбранной схемой закупок, может оказывать влияние на стимулы поставщиков к инвестициям в R&D и внедрению инноваций.

Взаимосвязь между степенью конкуренции на рынке и стимулами фирм к внедрению инноваций является сложным вопросом. Традиционный экономический анализ предполагает, что существует положительная корреляция между инновациями и рыночной властью: более жесткая конкуренция разрушает предполагаемый монополистический доход новатора и, следовательно, отрицательно сказывается на его стимулах к инвестированию в инновационные исследования[588].

Тем не менее в олигополистических отраслях промышленности соотношение между конкуренцией и стимулами к внедрению инноваций в целом не монотонное. Хотя в литературе представлены различные результаты, основанные на всякого рода предположениях о природе технического прогресса (конкурентный или неконкурентный) и о том, кто проводит исследования («действующий поставщик» или внешняя фирма), возникают два несомненных эффекта. С одной стороны, почти любое определение конкуренции связано с представлением о том, что более интенсивная конкуренция уменьшает равновесную цену, таким образом оказывая нисходящее давление на предполагаемый доход новатора и стимулы к инвестированию. С другой стороны, в более высококонкурентных отраслях технологический лидер имеет большую долю на рынке, что подразумевает, что конкуренция имеет тенденцию благоприятствовать инновациям. Эффект доли на рынке может перевесить или же не перевесить отрицательное воздействие более интенсивной конкуренции на равновесную цену.

Чтобы почувствовать специфику тонких вопросов, затрагиваемых здесь, рассмотрим одно из широко используемых измерений степени конкуренции, а именно, число действующих фирм. Увеличение числа конкурентов относительно данного общего размера рынка, как правило, будет вести к[589]:

• снижению цены и производительности отдельных фирм. Этот эффект будет иметь тенденцию уменьшать усилия, направляемые на R&D, потому что снижение стоимости единицы продукции будет благоприятствовать сокращению производства (эффект размера);

• увеличению торгового оборота, который фирма может захватить у конкурентов за счет экономии в расходах благодаря инновации (в результате эффекта эластичности). Этот эффект увеличения конкуренции будет, напротив, иметь тенденцию увеличивать усилия, направляемые на R&D, потому что сокращение затрат на единицу продукции позволит фирме увеличить производство в большем объеме, чем при слабой конкуренции.

Существование противоположных эффектов означает, что общее воздействие более интенсивной конкуренции на стимулы к использованию инноваций в целом неоднозначно, что, вероятно, делает соотношение между интенсивностью конкуренции и инновациями неоднообразным. Некоторые недавние исследования показывают, что отношение между конкуренцией и инновациями принимает, в действительности, форму перевернутой кривой U: при прочих равных условиях эффект доли на рынке (посредством которого конкуренция стимулирует инновации) имеет тенденцию к доминированию при более низких уровнях конкуренции, тогда как «эффект Шумпетера» (конкуренция разрушает ожидаемую прибыль от инновации, следовательно, и стимулы к инвестированию в R&D) имеет тенденцию к доминированию при высоких уровнях конкуренции[590]. Когда закупки могут быть разработаны так, чтобы создать большую или меньшую конкуренцию среди поставщиков, в свете вышеизложенного обсуждения мы можем заключить следующее.

Практический вывод 8.

Если в прошлом закупки были не очень конкурентны, стимулирование конкуренции в закупках имеет тенденцию к увеличению инноваций поставщиков.

Если закупки уже высококонкурентны и ведущий поставщик имеет сильное преимущество относительно остальных, дальнейшее увеличение конкуренции может уменьшить стимулы поставщиков к использованию инноваций.

19.4.3. Закупки и спрос на инновационные товары

Чем больше рынок для инновационного товара, тем сильнее стимул инвестировать в него. Недавнее эмпирическое исследование воздействий размера рынка на выпуск новых препаратов и фармацевтические инновации ясно показывает, что появление инновационных препаратов оказывает значительное влияние на размер рынка[591]. Например, лишь очень небольшое количество из 1400 новых лекарственных средств, одобренных за прошедшие сорок лет, предназначаются для так называемых «тропических» болезней, таких как малярия или туберкулез, хотя эти заболевания вызывают смерти миллионов людей каждый год[592].

Воздействуя на размер рынка, механизм закупок может, следовательно, оказывать значительное влияние на развитие инновационных продуктов. Централизованные закупки больших контрактов на комплекты инновационных продуктов или услуг обеспечивают перспективу достаточно большого гарантированного спроса, чтобы возвратить крупные инвестиции в R&D. Кроме того, чем больший спрос производитель может удовлетворить своей инновацией, тем более интенсивно можно использовать эффект масштаба (этот эффект касается структуры промышленных издержек)[593]. Эти воздействия предполагают, что закупочные контракты с разделением награды могут быть неблагоприятны для инноваций.

Тем не менее, когда исследовательский конкурс объединен с закупочным контрактом на поставку инновационного товара, такой крупный связанный контракт затрудняет участие в конкурсе мелких фирм. Это плохо, поскольку идеи, как правило, широко распределены среди отдельных фирм, и важные инновации часто достигаются малыми и средними предприятиями (МСП) и фирмами «стартап» (startup)[594]. Когда МСП проводят бóльшую часть исследования, крупные пакеты могут затруднить их участие в исследовательском конкурсе и таким образом фактически уменьшить совокупную инновацию. Использование больших связанных контрактов, в которых победитель получает все, дает крупным, опытным действующим поставщикам конкурентное преимущество и затрудняет вход небольших инновационных фирм. В конечном итоге сложившаяся ситуация может также вызвать чрезмерный выход с рынка. Помимо воздействия на конкуренцию (рассматриваемого в Главах 7 и 17 данного руководства), это может:

• уменьшить «разнообразие» путей исследования, тем самым понижая совокупную вероятность успеха. Хорошо диверсифицированный портфолио исследований важен, как признается также при вложении венчурного капитала, часто финансирующего несколько стартапов, которые работают над сходными проектами, в целях поддержания высокого технологического разнообразия и способствования выбору лучшей фирмы[595];

• уменьшить конкурентное давление на действующего поставщика (действующих поставщиков), что может побудить его (их) почивать на лаврах прошлых успехов и сократить инвестиции в будущие инновации;

• увеличить расстояние между технологическим лидером и его конкурентами. Это снижает конкуренцию в тесном соперничестве, что плохо для инноваций, поскольку как вознаграждение отстающего поставщика по достижении уровня технологического лидера, так и стимулы последнего для уклонения от конкуренции могут упасть.

Эти проблемы усиливаются, когда размер фирмы или опыт используются как критерии вхождения в закупочный конкурс, что часто и происходит по множеству причин.

Лицензионные соглашения могут обеспечить решение этой проблемы. В принципе, у новатора, который не участвует в закупочном конкурсе, все равно может быть стимул к использованию инновации, если он может приобрести лицензию на нее у одной или всех участвующих фирм. Если бы лицензионный рынок был совершенен, стимул к использованию инноваций не зависел бы от механизма закупок. Однако множество трансакционных издержек препятствует лицензионным соглашениям. Во-первых, знание инновационной технологии может быть трудно зашифровать и передать другим. Далее, лицензирование авторских прав возможно только в случае, если продукция поддается проверке; когда отдельный продукт не поддается проверке, осуществимо только лицензирование с фиксированной платой, но лицензирование с фиксированной платой выгодно только тогда, когда размер инновации достаточно небольшой. Более того, неполная информация о размере инновации может привести к тому, что стороны включат неэффективные условия в лицензионное соглашение. Эти трансакционные издержки с большой степенью вероятности могут в результате создать такое равновесие, при котором лицензирование не позволяет новатору присвоить ценность своей инновации в полном объеме. При таких обстоятельствах имеет значение закупочный механизм.

Когда трудно достигнуть лицензионных соглашений, спонсор может, как следствие, пожелать разделить поставку на меньшие лоты, чтобы привлечь к участию небольшие инновационные фирмы, даже если это может ослабить стимул к инновационной деятельности. Тот же результат может быть достигнут через косорсинг, двойной сорсинг и т. д. Кроме того, закупщик может пожелать отложить выбор победителя, чтобы сохранить разнообразие и поддержать конкурентную ситуацию тесного соперничества фирм.

Еще одна стратегия, которая используется для увеличения доли правительственных R&D контрактов, присуждаемых МСП, состоит в сохранении для них части этих контрактов. В 2001 г., например, Министерство торговли и промышленности Великобритании запустило программу под названием «Инициатива поддержки научных исследований малых предприятий» (SBRI). Цель программы была в том, чтобы закупить по крайней мере 2,5 % R&D контрактов у МСП к маю 2004 г. На данный момент для участия в программе зарегистрировано более 230 компаний, с предоставлением им информации о контрактах, соответствующих их возможностям.

Однако эта стратегия уменьшает размер рынка, захваченного победителем, и поэтому ослабляет стимулы к внедрению инноваций. Необходимо, следовательно, найти компромисс между, во-первых, допущением к участию мелких инновационных фирм, во-вторых, использованием более одного подрядчика и технологического разнообразия, и, в-третьих, усилением конкуренции; все вышеперечисленное может потребовать множества мелких лотов, в результате чего будет использоваться более низкая экономия на масштабе и большее дублирование затрат из-за мелких лотов, что вызовет объединение поставок (поскольку производство разделено или может быть разделено между бóльшим числом фирм).

Оптимальный размер контрактов на поставку и число отобранных подрядчиков, следовательно, трудно выбрать, поскольку они зависят от нескольких экономических переменных, которые трудно оценить (см. Главу 7). Учитывая ограниченность наших сведений об интенсивности различных задействованных сил, один из выходов состоит в том, чтобы позволить конкурирующим фирмам эндогенно определять оптимальный размер спроса. Это может быть достигнуто путем разбиения конкурентных закупок на множество мелких лотов, но с разрешением «пакетного представления заявок». Пакетное представление заявок означает, что участники могут обусловливать свои заявки числом и, возможно, типом присужденных лотов (Глава 8 предлагает краткий обзор пакетного представления заявок в закупках). Небольшой размер лотов позволяет мелким и, возможно, более инновационным фирмам участвовать в конкурсе, тогда как крупные поставщики могут использовать экономию на масштабе в научных исследованиях и производстве, если они существенны. Повторим, что конкурентные торги – информативно нетребовательный механизм в том смысле, что он позволяет закупщику полагаться на информацию, удерживаемую поставщиками, для достижения эффективного решения.

Практический вывод 9.

При закупках инноваций, если относительная важность наличия мелких разнообразных новаторов в сравнении с использованием экономии на масштабе в научных разработках неясна, разделите общую поставку на большее количество мелких лотов и разрешите пакетное представление заявок.

19.4.4. Другие методы закупок для стимулирования инноваций

До сих пор мы обсуждали, как стимулировать инновации и R&D посредством различных закупочных инструментов. В этом разделе мы описываем некоторые закупочные инициативы, продвигаемые правительствами или закупочными агентствами в целях стимулирования инноваций. Рассмотрение опыта закупок и лучших закупочных методов показывает, что некоторые из важнейших европейских и американских централизованных закупочных ведомств разделяют общие руководящие принципы, имеющие целью продвижение инноваций и стимулирование поставщиков к инвестированию R&D.

19.4.4.1. Вовлечение поставщиков в закупочный процесс

Поставщиков иногда вовлекают в закупочный процесс в его начале, с тем чтобы способствовать творчеству посредством взаимодействия между разработчиками торгов и поставщиками, определить требования формы, обеспечить обратную связь относительно выполнимости и допустимости определенных параметров и, наконец, подготовить поставщиков к тому, чтобы они могли реагировать на будущие закупки[596]. Министерство торговли и промышленности Великобритании (DTI) применяет эту практику в строительной промышленности. DTI и Национальная служба здравоохранения (NHS) осуществляют проект по строительству лечебных учреждений, Pro-Cure21. Цель Pro-Cure21 состоит в том, чтобы поощрить отдаленное сотрудничество между закупщиком и строителями в целях соответствия потребностям пользователей. Программа нацелена на улучшение качества и безопасности, снижение затрат и приближение дат поставки.

Новая директива ЕС по закупкам товаров и услуг (2004) вводит новую процедуру закупок, называемую «конкурентный диалог», предназначающуюся для государственных контрактов, которые считаются «особенно сложными». Благодаря этой процедуре орган государственной власти может вести диалог с предварительно отобранными оферентами для нахождения итогового решения (которое может быть комбинацией решений). Цель диалога будет в идентифицировании и описании средств, наиболее подходящих для удовлетворения потребностей государства. В ходе этого диалога госучреждение может обсудить все аспекты контракта с выбранными кандидатами. Заказчик может не раскрывать другим участникам предложенные решения или другую конфиденциальную информацию, сообщенную кандидатом, участвующим в диалоге, без его/ее согласия. Наконец, существует тендерный процесс, ограниченный по крайней мере тремя участниками, исключающий дальнейшие переговоры и основанный на требованиях, полученных из диалога.

19.4.4.2. Требование «функциональных возможностей» вместо заранее определенных решений

Чтобы побудить поставщиков к предложению инновационных решений, должно существовать хорошо составленное подробное описание продукции или результата. Четко определенный результат может иметь большое значение для стимулирования поставщиков к генерированию идей. Хорошо составленное описание продукции определяет требования скорее к продукции на выходе, чем на входе. Описание результата идет на шаг дальше и указывает только конечный результат, которого нужно достичь. Это эквивалентно изложению проблемы и приглашению предлагать решения.

Предоставляя поставщикам свободу в подаче инновационных заявок, закупщики должны указывать необходимые стандарты, когда это целесообразно, например, для обеспечения совместимости[597].

В целях стимулирования инновационных решений (процесс, интеграция, производство или поставка), требования, а также критерии оценки должны быть основаны на ряде функциональных возможностей, которые подрядчик должен обеспечить независимо от технологии, используемой для их реализации (разумное использование стандартов).

Конечно, хорошее управление тендерным процессом должно обеспечить поставщикам достаточно времени и возможностей для разрабатывания инновационных предложений. Часто предложения должны быть представлены в очень короткий срок, и это не позволяет поставщикам находить инновационные решения. Продолжительность процесса закупок должна быть точно рассчитана с учетом роли, которую играют инновационные решения.

19.5. Другие воздействия крупных покупателей на инновации

Когда количество инновационных товаров, необходимых крупному закупщику, является большим, как в случае повторяемых правительственных закупок или закупок крупных фирм, это может иметь важные косвенные воздействия на рынки ресурсов, необходимых для научно-исследовательской деятельности: такая ситуация может влиять на заработную плату ученых и технического персонала, а также других сотрудников, обладающих специализированными знаниями, и, создавая межотраслевое перераспределение рабочей силы и изменения в выборе образования выпускниками школ, это может вызвать приток новых квалифицированных сотрудников в регионе, отрасли промышленности или экономике в целом. В данном разделе мы используем теоретический и эмпирический анализ инноваций и роста для получения практических рекомендаций в более широкой и долгосрочной перспективе, чем в большей части этой главы. Есть ряд сходств между крупными покупателями в экономике и проведением различия между «государственным» и «частным» – часто это лишь игра слов, хотя, чтобы не затруднять читателя, мы будем приводить соответствующие практические выводы формально отдельно друг от друга, в двух разных подразделах – 19.5.1 по государственном закупкам и 19.5.2 по частным закупкам[598].

19.5.1. Государственные закупки и инновации

Фирмы инвестируют в R&D и инновации, пока это выгодно. Учитывая вероятность инновации на единицу инвестиций в R&D и затраты на R&D на входе, математическое ожидание такой прибыли является основной движущей силой инновационной деятельности. Так как государственные расходы могут влиять на прибыль в огромном масштабе, они имеют потенциал для косвенного воздействия на макроэкономическом уровне на общую сумму частных расходов на R&D, а также на их направление, просто путем изменения объема государственных закупок и секторов, в которые они направлены.

В некоторых случаях инновационные секторы могут легко привлечь капитал от частных инвесторов (фондовые рынки, банки, венчурные капиталисты и т. д.) для финансирования расходов на R&D. В других случаях фирмы находят затруднительным получение денег из внешних источников и вынуждены полагаться на собственные внутренние средства (денежные потоки). Чтобы оценить воздействие государственных закупок на R&D, важно различать эти два случая – финансово не ограниченные и финансово ограниченные R&D фирмы. В отраслях промышленности, где инновационные фирмы строго ограничены в финансовом отношении, инвестиции в R&D, возможно, не будут положительно реагировать на стимул более высокой будущей прибыли, из-за трудностей с увеличением внутренних фондов, хотя, конечно, они будут отрицательно реагировать на ожидание более низкой будущей прибыли. R&D таких фирм обычно положительно реагирует на увеличение не будущей, а текущей прибыли, потому что это позволяет немедленно увеличить собственное внутреннее финансирование.

Наоборот, в отраслях, где инновационные фирмы не ограничены в финансовом отношении, инвестиции в R&D положительно ответят на перспективу более высокой будущей прибыли, потому что у них нет необходимости увеличивать внутренние фонды, и будут отрицательно реагировать на ожидание более низкой будущей прибыли. При этом R&D таких фирм обычно никак не реагирует на увеличение текущей прибыли.

Заметьте, что, увеличивая текущую прибыль посредством государственных закупок, правительство поддержало бы инновационную деятельность фирм («действующих поставщиков»), которые уже производят текущую версию товара, – следовательно, тех фирм, которые меньше всего заинтересованы в изобретении его лучшей версии. В то время как «действующие поставщики» менее мотивированы в улучшении своих продуктов, чистые R&D фирмы («аутсайдеры») больше всех заинтересованы в инвестировании в резкое улучшение существующих продуктов. Однако при наличии несовершенства кредитного рынка практически ничего нельзя сделать, чтобы помочь аутсайдерам выйти на рынок посредством государственных закупок.

Так как агрегирование государственных расходов часто воздействует на релевантный размер рынка для инновационных товаров, это может оказать большое влияние на прибыль инновационных фирм. Поскольку прибыль – главный сигнал для расходов на R&D, государственные закупки косвенно затрагивают спрос на такие ресурсы для R&D, как высококвалифицированные работники. Следовательно, может произойти так, что увеличение прибыли за счет повышения спроса на ресурсы для R&D окажет непосредственное существенное влияние на входные цены на R&D, оставив занятость в сфере R&D почти неизменной. Это происходит потому, что увеличение штата квалифицированных сотрудников требует времени: годы получения высшего образования и обучения на рабочем месте, месяцы переподготовки квалифицированных работников, специализировавшихся в других областях, и т. д. Таким образом, ресурсы рабочей силы в сфере R&D неэластичны, если незанятых квалифицированных работников в нужном секторе мало или если трудно привлечь квалифицированных сотрудников из других секторов, как это часто случается во время экономического бума. В таких случаях может быть невыгодно пытаться стимулировать R&D посредством закупок, за исключением варианта, когда правительство назначает более высокую первоначальную заработную плату в качестве сигнала для производства будущих ресурсов для R&D, например, путем стимулирования выбора высшего образования будущими когортами студентов.

Мы можем подвести итог дискуссии на данном этапе.

Практический вывод 10.

Чтобы стимулировать R&D и инновации в финансово ограниченных секторах, правительству следует увеличить текущие потоки денежной наличности инновационных фирм, закупая больше по более высоким ценам.

Чтобы стимулировать R&D и инновации в секторах, которые легко привлекают внешний капитал, правительству следует придерживаться политики увеличения будущей ожидаемой прибыли инновационных фирм, например, обязуясь закупить большее количество будущих инновационных товаров и по более высоким ценам.

Государственные расходы должны увеличить ожидаемую прибыль в секторах, в которых поставка R&D ресурсов более эластична, и уменьшить ее, где эти ресурсы менее эластичны.

Государственные закупки должны увеличить ожидаемую прибыль в инновационных секторах в периоды экономического спада или, более широко, когда возникает избыточная мощность R&D ресурсов (например, человеческого капитала).

Во многих случаях способность покупателя понять, какой новый продукт является для него лучшим, ограничена, и информация о качестве продукта, как правило, распространяется слишком медленно. Решение фирм об инвестировании в инновационную деятельность становится менее мотивированным на рынках, где покупатели не сразу реагируют на появление новых товаров, но, напротив, продолжают в течение некоторого времени по привычке покупать устаревшие продукты по причине приверженности марке и недостаточной осведомленности. Помимо агрегирования спроса, государственные закупки могут также объединить поисковые усилия нескольких отдельных покупателей, таким образом позволяя им экономить на затратах на поиск единицы продукции и быстро выделять наилучшие из имеющихся продуктов. Более чутко реагирующий государственный спрос вознаграждает фирмы, которые разрабатывают инновации, в большей мере и немедленно штрафует отстающих, таким образом вызывая бóльшие R&D усилия. Такая политика будет стимулировать постоянные инновационные усилия фирм, которые будут стремиться выиграть будущие выгодные возможности и не потерять текущую прибыль.

Часто происходит так, что при последовательных инновациях в некоторых секторах возможности для инновационной деятельности все более сокращаются. Фактически, трудности с R&D имеют тенденцию к увеличению в результате предыдущих инновационных усилий фирм: самые легкие идеи обычно открывают первыми, и далее в некоторых зрелых секторах происходит постепенное выуживание оставшихся хороших идей. Несмотря на более высокие затраты на будущие инновации, фирмы могут полагать, что им все равно стоит инвестировать в R&D, в ожидании, что в случае успеха их следующая инновация подвергнется меньшему устареванию. Как следствие, при достаточно ограниченном горизонте времени частной фирмы, частные инвестиционные R&D решения не в состоянии учесть повышенную сложность будущих научно-исследовательских работ, которые будут проводиться в результате их текущей научной деятельность. Поэтому может быть целесообразным препятствовать R&D в таких секторах и стимулировать перераспределение R&D ресурсов в другие, более многообещающие сектора, где сложность увеличивается с меньшей интенсивностью.

Практический вывод 11.

Государственные закупки должны проводиться так, чтобы цены и количество закупаемого товара чутко реагировали на изменения рейтинга качества: за продукты высшего качества нужно гарантировать непосредственную прибыль, тогда как за устаревшие товары государственный закупщик должен предлагать очень конкурентные (с нулевой прибылью) цены.

Государственные расходы должны уменьшать ожидаемую прибыль в секторах, где будущие инновационные перспективы незначительны, и перенаправлять R&D в недостаточно технологически используемые сектора.

19.5.2. Крупные фирмы

В ряде отраслей промышленности существуют крупные фирмы, наделенные определенной степенью монополистической власти и противостоящие большому количеству мелких потенциально инновационных поставщиков. Каждая крупная фирма может быть заинтересована в развитии инновационной деятельности своих поставщиков, а также в стимулировании приобретения специализированных навыков новыми работниками, входящими в соответствующий сектор. Рассматриваемые в таком свете, как крупные закупщики, крупные фирмы обладают некоторым сходством с правительствами в национальном и международном контекстах. Подобно правительствам они имеют значительную рыночную власть при закупке ресурсов, макроскопическое видение всей своей отрасли и интертемпоральные резоны. Учитывая это, крупная фирма может создать себе репутацию закупщика, выборочно использующего рыночную власть, с тем чтобы стимулировать инновации посредством множества эксклюзивных поставщиков, а также поощрять непрерывное обновление и расширение поставок человеческого капитала своим инновационным поставщикам.

Следовательно, предыдущим практическим выводам можно легко дать иное толкование в этом контексте, заменив слово «государство» на «крупные фирмы» и внеся другие очевидные изменения. Например, крупным фирмам следует стараться не использовать свою рыночную власть для резкого сокращения прибыли финансово ограниченных, но потенциально инновационных поставщиков: это снизило бы их официальные и неофициальные расходы на R&D и поэтому ограничило бы их будущие возможности для приобретения высокоинновационных ресурсов (компонентов, приборов для проведения исследований и т. д.) у эксклюзивных поставщиков, таким образом ослабляя будущее конкурентное преимущество самих крупных фирм и ставя под угрозу их первенство.

Сходным образом в периоды экономического спада крупным фирмам следует взять на себя обязательство в большем объеме закупать высокотехнологичные ресурсы, потому что текущие расходы на R&D потенциально инновационных поставщиков увеличатся в реальном исчислении, а не просто будут раздуты более высокими затратами. Заметьте, что при эффективных рынках капитала – на которых поставщики в финансовом отношении не ограничены – такое контрциклическое обязательство не обязательно подразумевает контрциклические расходы: весьма вероятно, что к тому времени, когда инновационные ресурсы наконец будут введены, экономика будет в процессе восстановления после спада, если не на подъеме, с превосходными результатами для крупной фирмы, поощряющими R&D ее эксклюзивных поставщиков.

Практический вывод 12.

Чтобы стимулировать R&D и инновации в секторах, финансово ограниченных в ресурсах, крупная фирма должна защищать текущие денежные потоки своих инновационных поставщиков, соглашаясь покупать больше продукции и по высоким ценам.

Чтобы стимулировать R&D и инновации в секторах, которые легко привлекают внешний капитал, крупная фирма должна придерживаться политики увеличения будущей ожидаемой прибыли инновационных фирм, например, обязуясь закупить большее количество будущих инновационных товаров и по более высоким ценам.

Закупки крупных фирм должны увеличить ожидаемую прибыль во входных секторах, где поставка R&D ресурсов более эластична, и уменьшить ее, где эти ресурсы менее эластичны.

Закупки крупной фирмы должны увеличить ожидаемую прибыль в инновационных секторах в периоды экономического спада или, более широко, когда возникает избыточная мощность R&D ресурсов (например, человеческого капитала).

Кроме того, крупные фирмы должны быстро реагировать на качественные улучшения на своих входных рынках, штрафуя отстающих поставщиков в пользу самых инновационных. Однако в этом случае покупатель должен также быть обеспокоен выживанием – или по крайней мере быстрым потенциальным входом – достаточного количества фирм-поставщиков R&D, чтобы не попасть в зависимость от очень небольшого количества эксклюзивных поставщиков.

Наконец, крупные фирмы должны не только контролировать качество существующих ресурсов, чтобы купить лучшие по достаточно высоким ценам, но также и рассматривать инновационные перспективы каждой категории ресурсов. Если для некоторых ресурсов дальнейшие инновации, становясь все более и более трудными, развиваются в отклоняющемся от нормы темпе, фирма должна пересмотреть свой межотраслевой баланс, чтобы попытаться стимулировать инвестиции своих эксклюзивных поставщиков в категории ресурсов, с большей легкостью поддающиеся улучшению.

Практический вывод 13.

Закупки крупных фирм должны проводиться так, чтобы цены и количество закупаемого товара чутко реагировали на изменения рейтинга качества: за продукты высшего качества нужно гарантировать непосредственную прибыль, тогда как за устаревшие товары государственный закупщик должен предлагать очень конкурентные (с нулевой прибылью) цены.

Закупки крупных фирм должны уменьшать ожидаемую прибыль в секторах, где будущие инновационные перспективы незначительны, и перенаправлять R&D в недостаточно технологически используемые сектора.

19.6. Инновации и управление рисками в закупках

Как подробно обсуждалось в Главе 13, риск-менеджмент – важный компонент успешных закупок. Цепочка поставок может разорваться, если подрядчик прерывает поставку, скажем, потому что сталкивается с финансовыми трудностями, следовательно, – в обычных ситуациях – хороший закупщик должен выбирать более надежных поставщиков/предложения и исключать более ненадежных/сомнительных.

Когда стимулирование инновационной деятельности вызывает обеспокоенность, управление рисками закупок остается важной задачей, но она должна выполняться несколько иначе. Согласно Розенбергу, «существенная особенность технологических инноваций состоит в том, что они представляют собой деятельность, которая сопряжена с большой неопределенностью. Эта неопределенность, под которой мы подразумеваем неспособность предсказать результат процесса поиска или предопределить самый эффективный путь к некой конкретной цели, имеет очень важное последствие: такая деятельность не может быть спланирована» [Rosenberg, 1994]. В частности, есть три стратегических вопроса относительно политики инновационных закупок. Во-первых, поскольку для инновационных проектов вероятность неудачи выше и ее намного труднее оценить, стимулирование инноваций предполагает больший риск. Существует, следовательно, компромисс между инновациями и риском отбора ненадежных поставщиков: больше инноваций против менее безопасных закупок. Кроме того, методы риск-менеджмента, обсуждаемые в Главе 13, вероятно, придется адаптировать с учетом необходимости обеспечения стимулов для инновационной деятельности.

Во-вторых, неопределенность, сопровождающую инновационную деятельность, можно разрешить только на поздних стадиях многоэтапного исследовательского конкурса. Это означает, что существует компромисс между выбором победителя на ранней стадии с целью сэкономить затраты на исследования и ожиданием разрешения большей неопределенности, во многом как обсуждалось в разделе 19.4 касательно стандартной регулирующей деятельности.

В-третьих, рынок может иметь уклон в пользу или против рискованных научно-исследовательских проектов. Из-за природы инновационных гонок, согласно которой «победитель получает все», рынок может создать исследовательскую стратегию, слишком рискованную с социальной точки зрения. В контексте закупок это означает, что участники конкурса могут выбрать стратегии исследования, которые более рискованны, чем предпочитаемые покупателем.

Среди инструментов, используемых для управления рискованными заявками в государственных закупках, которые обсуждались более подробно в Главе 13, выделяют отслеживание «аномально низких предложений», проверку финансового здоровья фирм и выбор «менее конкурентных» правил начисления баллов, с тем чтобы оставить больше ресурсов подрядчикам и уменьшить риск перерасходов, банкротства и так далее. Давайте рассмотрим их по порядку.

19.6.1. Действия в отношении «аномально низких предложений» (АНП)

Участника, который предлагает цену ниже определенного порогового уровня – процента от средней предлагаемой цены, – можно попросить представить доказательства того, что его заявка реалистична. Например, во многих европейских странах такая информация требуется, когда предложение на 10–15 % ниже среднего арифметического предлагаемых цен[599]. Однако при закупках высокоинновационных продуктов легче получить высокогетерогенные предложения, и самые эффективные новшества, вероятно, будут теми, которые предлагают желаемый результат по самой низкой стоимости. Возможно, впрочем, что будет трудно продемонстрировать, как инновационные, никогда не применявшиеся технологии могут быть поставлены по предполагаемой низкой цене. По этой причине велика вероятность того, что более инновационное и конкурентное предложение будет принято за АНП. Следовательно, исключение АНП, т. е. неприсуждение закупочных контрактов самому низкому ценовому предложению, может исключить как раз более инновационные (и сомнительные) фирмы!

19.6.2. Правила начисления баллов

Чтобы смягчить ценовую конкуренцию, которая может усугубить вероятность банкротства подрядчиков, имеющих долги, иногда принимаются правила начисления баллов, которые вознаграждают контрактами не наилучшие предложения, а предложения, наиболее близкие к средней заявке. Например, среди правил начисления баллов, применяемых во всем мире, есть следующие:

• победа присуждается предложению, наиболее близкому к среднему арифметическому всех представленных предложений;

• победа присуждается предложению, наиболее близкому к среднему арифметическому предложений ниже среднего.

Повторим, эти методы содержат потенциальный уклон против инноваций, помимо увеличения стоимости закупки. Неприсуждение контрактов самому низкому ценовому предложению может исключить самые инновационные (и сомнительные) фирмы! Первый способ, «конкурентные закупки по средней цене», является, очевидно, худшим: он устраняет всю конкуренцию, так как каждый участник стремится предложить цену ближе к ожидаемой средней заявке. Выбор победителя фактически случаен. Это противоречит тому, для чего созданы конкурентные закупки: различению эффективных и неэффективных поставщиков. Второй способ в какой-то мере «не столь плох», но взаимозависимость заявок дает простор для некорректной подачи заявок и возможных манипуляций (см. Главы 12 и 13 о недостатках этих правил начисления баллов).

19.6.3. Отбор поставщиков через системы страхования

Лучший способ избежать нежизнеспособных предложений, согласно Главе 13, состоит в использовании систем страхования, которые отбирают поставщиков, проводя различие между фирмами в зависимости от их финансового состояния и способности выполнить проект. Существует два основных инструмента, которые обычно применяют для решения этой проблемы.

• Поручительские гарантии. Победивший подрядчик должен иметь поручительскую гарантию, чтобы произвести поставку, но он может приобрести ее после победы на конкурентных торгах. Если подрядчик не выполняет своих обязательств, то фирма-гарант должна завершить проект или покрыть расходы на нахождение другого поставщика. Фирмы-гаранты проверяют участников и проекты, и премия фирме-поручителю увеличивается с увеличением риска. Ожидается, что фирмы, подверженные большему риску, будут вносить более высокую плату за поручительскую гарантию и подавать заявки менее агрессивно, побеждая не так часто.

• Аккредитивы. Подрядчики допускаются к участию в торгах, если имеют гарантию в виде банковского аккредитива. Если подрядчик не выполняет своих обязательств, банк закладывает его актив. Аккредитивы исключают участников с очень плохим финансовым положением, но подвергают других большему риску банкротства[600].

Оба инструмента имеют свойство предотвращать участие самых сомнительных, но инновационных фирм или существенно снижают их шансы на победу. Если основной объект закупок инновационен, важно не создавать априори слишком большую дискриминацию в отношении фирм, представляющих инновационные и рискованные проекты. Закупщики располагают другими, лучшими инструментами для увеличения вероятности присуждения контракта инновационным подрядчикам или проектам, одновременно обеспечивая некоторую защиту от риска. В частности, мы предлагаем мультисорсинг и измененную версию поручительских гарантий без проверки.

Мультисорсинг: наличие нескольких поставщиков, активных параллельно, и нескольких в резерве уменьшает риск прерывания поставки. Более того, поскольку составление рейтинга инновационных продуктов, как правило, очень затруднительно вначале, отбор более одной инновации-заменителя для проведения в жизнь продлевает период «тестирования», отсрочивает окончательное решение относительно того, какая из инноваций-заменителей лучше, и, следовательно, чаще позволяет сделать выбор в пользу лучшей инновации. Среди затрат на это решение обычные расходы на мультисорсинг: уменьшение экономии на масштабе, дублирование фиксированных расходов и так далее. (Подробнее об этом см. Главы 7 и 13.)

Поручительские гарантии, оплачиваемые закупщиком: чтобы уменьшить закупочный риск, но взять на себя риск выбора инновационных фирм, стоимость поручительской гарантии фирмы-победителя может быть оплачена закупщиком. Это позволяет закупщику быть застрахованным от не выполняющих свои обязательства подрядчиков, но не исключать самых рискованных и инновационных.

Практический вывод 14.

Когда инновации – приоритетный путь развития, как мультисорсинг, так и поручительские гарантии, оплачиваемые закупщиком, могут быть полезными инструментами для увеличения вероятности присуждения контракта инновационным подрядчикам или проектам, одновременно обеспечивая защиту от риска.

Поскольку инновационная деятельность, как правило, очень рискована, управление рисками в определенном смысле противоречит введению инноваций и осуществлению рискованных инновационных действий. Заключительная, очевидная альтернатива, когда инновации вызывают озабоченность, – это, конечно, тот вариант, когда закупщик решает не управлять рисками заявок. Закупщик может просто принять риск возможного банкротства подрядчика. Эта альтернатива может быть особенно привлекательна, если закупщиком является правительство, чрезвычайно разноплановый закупщик, который обычно в состоянии брать на себя риски по низкой стоимости. Конечно, эта стратегия требует затрат, но, будучи крупнейшим учреждением в стране, правительство, безусловно, наиболее дифференцировано, следовательно, лучше всех способно объединять риски от различных действий; и остальные расходы вполне могут быть компенсированы преимуществами большего количества инноваций.

19.7. Заключение

В этой главе мы представили фирмам и государственным агентствам ряд практических предложений относительно того, как лучше всего управлять закупками инновационных товаров и как использовать закупки для стимулирования инноваций. Неопределенность, сопровождающая инновационную деятельность, и динамическая перспектива, которую она обязательно влечет за собой, делают закупки инноваций одним из самых сложных вопросов в теории и практике закупок. Читатель заметит, что достоинства и недостатки каждого инструмента, который можно использовать для закупки инновационных ресурсов, зависят от ряда переменных. В реальной жизни каждый закупщик должен принимать неизбежно сложные решения, и мы можем только предупредить читателя, что ответственность за смешивание различных ингредиентов, которые мы благоразумно разложили на столе, лежит исключительно на нем. Например, оценка закупщиком своей способности описать инновационный продукт заранее может склонить его предпочтения к призам ex ante или призам ex post.

Диапазон возможного применения предложений этой главы очень широк: он охватывает мелкие и крупные лоты, частных и государственных закупщиков, симметричные и асимметричные отношения между закупщиком и поставщиком и различные степени конкуренции и риска. Мы подчеркиваем, что закупки в реальном мире часто предполагают сочетание стилизованных гипотез, которые мы выдвинули в тексте, и, таким образом, закупщику необходимо создать свою смесь из наших рецептов. Любое механическое и некритическое применение наших практических предложений может привести к ошибкам. Наши руководящие принципы предназначены для проницательных и ответственных читателей, которым они могут дать вдохновение и почву для размышлений. Тем не менее оптимальный выбор остается за закупщиком, и делать верные предположения – скорее активное творчество, чем пассивная техника.

Краткий обзор литературы

Превосходный, современный и доступный источник, охватывающий многие из тем, рассматриваемых в этой главе, и дающий ссылки на дальнейшие, более технические исследования – книга [Scotchmer, 2004]. Подробнее о роли государственной политики в стандартных процессах регулирования см. готовящуюся к выходу книгу под редакцией Гринстейна и Станго (в печати). Авторы работ [Branscomb, Florida, 1998; Hart, 1998] предлагают интересные обсуждения некоторых связанных с этой главой вопросов политики в отношении технологий с точки зрения США. Общие размышления о практической политике закупок для стимулирования инноваций можно найти в докладе экспертной группы ЕС (2005) и в книге [Maurer, Scotchmer, 2004].

Источники

Acemoglu D., Linn J. Market Size in Innovation: Theory and Evidence from the Pharmaceutical Industry // Quarterly Journal of Economics. 2004. 119. Р. 1049–1090.

Aghion P., Bloom N., Blundell R., Griffith R., Howitt P. Competition and Innovation: An Inverted U Relationship // Quarterly Journal of Economics. 2005. 120 (2). Р. 701–728.

Aiginger K., Falk M. The Inverted U: New Evidence on the Relationship Between Innovation and Competition: Working Paper, WIFO (Austrian Institute for Economic Research). 2005.

Allen F., Gale D. Diversity of Opinion and Financing of New Technologies // Journal of Financial Intermediation. Elsevier, 1999. 8 (1–2). Р. 68–89.

Arrow K. Economic Welfare and the Allocation of Resources for Invention // R. Nelson (ed.) The Rate and Direction of Inventive Activity: Economic and Social Factors. Princeton, NJ: Princeton University Press, 1962.

Branscomb L., Florida R. Challenges to Technology Policy in a Changing World Economy // L. Branscomb, J. Keller (eds.) Investing in Innovation: Creating a Research and Innovation Policy That Works. Cambridge, MA: MIT Press, 1998.

Cabral L., Kretschmer T. Standards Battles and Public Policy: Working Paper. Forthcoming. S. Greenstein, V. Stango (eds.) Standards and Public Policy. Cambridge UK: Cambridge University Press, 2004.

Cabral L., Salant D. Evolving Technologies and Standardization. Mimeo. New York and Columbia Universities, 2006.

Che Y., Gale I. Optimal Design of Research Contests // American Economic Review. 2003. 93 (3). Р. 646–671.

Chiesa G., Denicoló V. Patents, Prizes and Optimal Innovation Policy. Mimeo. University of Bologna, 2005.

Cowan R. Nuclear Power Reactors: A Study of Technological Lock-In // Journal of Economic History. 1990. 50 (Sept.) Р. 541–566.

Cozzi G., Impulitti G. Technology Policy and Wage Inequality. Mimeo. Rome and New York Universities, 2004.

Day J.R. Trains. N.Y.: Bantam Books, 1971.

Denicoló V., Zanchettin P. How Should Forward Protection be Provided? // International Journal of Industrial Organization. 2002. 20. Р. 801–827.

EC On the coordination of procedures for the award of public works contracts, public supply contracts and public service contracts, Directive 2004/18/EC of the European Parliament and of the Council, 31 March. 2004.

EU Expert Group. Public Procurement for Research and Innovation, Report of an Expert Group on measures and actions to assist in the development of procurement practices favourable to private investment in R&D and innovation. 2005. (http://ec.europa.eu/invest-in-research/pdf/download_en/edited_report_18112005_on_public_procurement_for_research_and_innovation.pdf)

Fullerton R.L., Linster B.G., McKee M. Using Auctions to Reward Tournament Winners: Theory and Experimental Investigations // RAND Journal of Economics. 2002. 33 (I). Р. 62–84.

Fullerton R.L., McAfee R.P. Auctioning Entry into Tournaments // Journal of Political Economy. 1999. 7 (3). Р. 573–605.

Gompers P., Lerner J. The Venture Capital Cycle. Cambridge, MA: MIT Press, 1999.

Greenstein S., Stango V. (eds.) Standards and Public Policy. Forthcoming. Cambridge: Cambridge University Press.

Hart D. US Technology Policy: New Tools for New Times // NIRA Review. 1998. Summer. Р. 3–6.

Holbrook D. Government Support to Semiconductor Industry: Diverse Approach and Information Flows // Business and Economic History. 1995. 24 (2). Winter.

Kremer M. Patent Buyouts, A Mechanism for Encouraging Innovation // Quarterly Journal of Economics. 1998. 113 (4). Р. 1137–1167.

Langreth R. The $30 Million Refrigerator // Popular Science. 1994. 244. Р. 65–67, 87.

Lee T., Wilde L. Market Structure and Innovation: A Reformulation // Quarterly Journal of Economics. 1980. 94. Р. 429–436.

Lewis T.R., Talley E. Discovery Auctions and Optimal Cumulative Innovation. Mimeo. Fuqua School of Business, Duke University, 2005.

Liebowitz S.J., Margolis S.E. The Fable of the Keys // Journal of Law & Economics. 1990. 33 (1). Р. 1–26. (April).

Litan R.E., Rivlin A.M. The Economic Payoff from the Internet Revolution. Washington DC: Brookings Institution, 2001a.

Litan R.E., Rivlin A.M. Beyond the Dot.coms: The Economic Promise of the Internet. Washington: Brookings Institution, 2001b.

Loury O. Market Structure and innovation // Quarterly Journal of Economics. 1979. 93.

Maurer S., Scotchmer S. Procuring Knowledge // G. Libecap (ed.) Intellectual Property and Entrepreneurship: Advances in the Study of Entrepreneurship, Innovation and Growth. Vol. 15. Р. 1–31. The Netherlands: JAI Press (Elsevier), 2004.

Menell P., Scotchmer S. Intellectual Property // M. Polinsky, S. Shavell (eds.) Handbook of Law and Economics. Vol. 1. Amsterdam: Elsevier, 2006.

Mill J.S. Principles of Political Economy with Some of Their Applications to Social Philosophy. Boston: Lee & Shephard, 1872.

Rosenberg N. Exploring the Black Box. Cambridge Mass., 1994.

Ruttan V. Military Procurement and Technology Development: Working Paper, Department of Applied Economics College of Agricultural, Food, and Environmental Sciences University of Minnesota. 2005.

Scotchmer S. Standing on the Shoulders of Giants: Cumulative Research and the Patent Law // Journal of Economic Perspectives. 1991. 5. Р. 29–41.

Scotchmer S. On the Optimality of the Patent Renewal System // Rand Journal of Economics. 1999. 30 (2). Р. 181–196.

Scotchmer S. Innovation and Incentives. Cambridge, MA: MIT Press, 2004.

Sobel D. Longitude: The True Story of a Lone Genius Who Solved the Greatest Scientific Problem of His Time. N.Y.: Penguin, 2005.

Глоссарий

Аккредитив (letter of credit) – финансовый инструмент, обычно выпускаемый банком, который действует в качестве гарантии в форме наличных денежных средств для собственника. Эмитент получает обеспечение за счет финансовых активов поставщика.

Аномально низкая заявка/предложение (abnormally low bid/tender) – на закрытых или динамических торгах особенно низкая цена, представленная с целью победы на торгах. Обычно предложение определяется как аномально низкое, если оно ниже, на заранее определенный процент, среднего значения всех цен, предложенных поставщиками. Такие крайне низкие предложения могут быть сделаны и весьма успешным поставщиком, и участниками торгов, которые неправильно оценили неопределенные издержки по выполнению контракта, и потенциально неплатежеспособными поставщиками, которые поступают так из стратегических соображений. При совершении государственных закупок участники торгов, представившие аномально низкие предложения, должны объяснить свои предложения покупателю, который в зависимости от обоснования может либо принять, либо отвергнуть предложение.

Асимметричные фирмы (asymmetric firms) – в конкурентных закупках фирмы рассматриваются как асимметричные, если у них значительно отличаются структуры издержек в отношении выполнения контракта и/или если у них нет доступа к качественно сходным источникам информации о договоре поставки. Другими возможными источниками асимметрии могут быть прибыль или число сотрудников.

Аукцион (auction) – см. динамический аукцион.

Аукцион (торги) на понижение (descending auction) – см. обратный аукцион.

Аукцион (торги) с самой низкой ценой (lowest-price auction) – динамический обратный аукцион, на котором поставщик, предлагающий наименьшую цену, получает договор и оплату закупщиком своей заявки. Это «английский аукцион», используемый в продажах, который приспособлен для закупок. Одна из основных черт аукциона с самой низкой ценой – правило его окончания.

Аукцион Викри (Vickrey auction) – конкурентный механизм, применяемый в продажах, посредством которого победивший поставщик оплачивает не свою заявку, т. е. наивысшую цену, а вторую самую высокую заявку.

Аукционный консорциум (bidding consortium) – группа поставщиков, подающих одну заявку.

Аукционный ринг (bidding ring) – группа поставщиков, которые незаконным образом координируют свои аукционные стратегии для смягчения ценовой конкуренции и представления более высоких ценовых заявок, чем они бы представили в условиях эффективной конкуренции.

Аукционы (торги) в несколько раундов (multi-round auctions) – динамический аукцион на понижение, на котором каждый раунд включает стадию закрытых торгов; после каждого раунда и перед каждым следующим покупатель публично объявляет полученные предложения. Обычно наивысшая приемлемая (резервная) цена понижается на каждой стадии.

Аукционы (торги) с множественными лотами (multiple-lot auctions) – см. многоконтрактные торги.

«Бесплатная езда» (free riding) – происходит, когда одна фирма (или лицо) извлекает выгоду от действий и усилий другой, не оплачивая или не разделяя расходы.

Внешний эффект (экстерналия) (externality) – любое воздействие от потребления или производства на людей, не задействованных в процессе.

Гетерогенные (разнородные) участники торгов (heterogeneous bidders) – см. асимметричные фирмы.

«Голландский аукцион» (Dutch auction) – используется для продажи легко портящихся товаров, как, например, цветы или рыба, и почти отсутствует в закупках. Приспособленный к закупкам, представляет собой формат динамического аукциона, на котором заказчик начинает с назначения очень низкой цены за договор и увеличивает ее до тех пор, пока поставщик не прекратит повышение. Участнику торгов, который поступает таким образом, присуждается договор и уплачивается цена, которую он обозначил в своей заявке. «Голландские аукционы» идут в течение весьма непродолжительного времени, благодаря чему возможно провести ряд таких аукционов в ограниченный период.

Действующий поставщик (incumbent) – фактический подрядчик.

Динамический аукцион (динамические торги) (dynamic auction) – аукционные торги, на которых участники могут наблюдать за предложениями конкурентов в продолжение всего аукциона.

Договор закупки (procurement contract) – см. договор поставки.

Договор поставки (supply contract) – договор, который юридически оформляет отношения между покупателем и поставщиком, определяя условия поставки. Обычно договор устанавливает временные рамки его действия и точное количество товаров или же максимальный/минимальный объем денежных средств, которые должны быть предоставлены в обмен на закупаемые товары. Цена за исполнение договора может быть как указана в самом договоре, так и определена как итог конкурентных торгов.

Закрытые торги с самой низкой ценой (lowest-price sealed-bid tendering) – процесс конкурентных торгов, в котором участники конкурируют между собой из-за договора поставки, представляя цену заказчику в запечатанном конверте. Заказчик публично открывает конверты и присуждает договор тому поставщику, который предложил самую низкую цену. Подрядчик получает плату, равную его заявке. Это сходно с закрытыми торгами с первой (самой высокой) ценой, используемыми в продажах. Закрытые торги могут также проводиться онлайн.

Закрытые торги со второй самой низкой ценой (second-lowest-price sealed-bid tendering) – аукцион Викри со второй ценой, который используется в продажах и приспособлен к закупкам. Это процедура конкурентных торгов, участники которых конкурируют за договор поставки, представляя закупщику цену в закрытом конверте. Заказчик публично открывает конверты и присуждает договор поставщикам, которые предложили самую низкую цену. В отличие от закрытых торгов с самой низкой ценой, цена, которую уплачивает покупатель подрядчику, является второй наименьшей ценой, полученной закупщиком. В этом формате, если издержки по исполнению договора известны поставщику, то, представляя минимальную цену, участник торгов выражает готовность получить оплату, что может быть предпочтительным вариантом по сравнению с любой иной ценой, которую он может предложить. Процедура закрытых торгов может быть проведена онлайн.

Заявка (bid) – предложение, сделанное поставщиком на закрытых или динамических торгах. Предложение может состоять как из экономического, так и из технического компонентов.

Издержки переключения (switching costs) – издержки, понесенные заказчиком в связи со сменой им подрядчика.

Комбинаторные конкурентные торги (combinatorial competitive tendering) – многоконтрактные торги, на которых поставщики могут предлагать цены как в отношении отдельных лотов (контрактов), так и в отношении пакетов контрактов.

Комбинационные конкурентные торги (combinational competitive tendering) – см. комбинаторные конкурентные торги.

Комплементарность (complementarities) – группа лотов (контрактов) представляет для поставщика положительную (отрицательную) комплементарность, если издержки по выполнению их всех ниже (выше), чем сумма издержек по выполнению каждого отдельного договора.

Конкурентные торги (competitive tendering) – торги, на которых поставщики представляют свои тендерные предложения (включающие цену и технические характеристики) с целью получить контракт на поставку.

Контракт (договор) (contract) – см. контракт (договор) поставки.

Коррупция (corruption) – незаконная деятельность заказчика, направленная на извлечение выгоды, осуществляемая при закупках от лица третьей стороны, как, например, государственный орган или фирма.

Лот (lot) – закупаемый контракт (договор) на поставку.

Многоконтрактные конкурентные торги (multi-contract competitive tendering) – конкурентные торги в области закупок, на которых закупается более одного договора на одних закрытых или динамических торгах.

Наиболее экономически выгодное предложение (most advantageous offer) – лучшее сочетание цены/качества, представленное закупщику. В процессе конкурентных торгов наиболее экономически выгодное предложение обычно выбирается с помощью правила начисления баллов.

Обратный аукцион (reverse auction) – динамический аукцион, на котором поставщики делают заявки в отношении договора, который присуждается тому из участников торгов, кто предложил наименьшую цену.

Ограниченные процедуры (restricted procedures) – конкурентные торги, на которых покупатель выбирает группу отвечающих определенным требованиям потенциальных поставщиков, которые могут представлять предложения.

Одновременные конкурентные торги (simultaneous competitive tendering) – многоконтрактные конкурентные торги, на которых поставщики конкурируют за группу договоров, которые закупаются одновременно.

Открытые процедуры (open procedures) – аукционные торги, на которых все заинтересованные поставщики могут представлять свои предложения при условии, что они удовлетворяют определенным предварительным требованиям.

Пакетирование (bundling) – практика объединения двух или более договоров в единый крупный договор на поставку.

Пакетное представление заявок (package bidding) – механизм конкурентных торгов, посредством которого поставщики могут представлять заявки как по ряду договоров, так и по отдельным договорам.

Переговоры (negotiation) – процедура для присуждения договора, посредством которой заказчик вступает в индивидуальное взаимодействие с потенциальными поставщиками, чтобы добиться наилучших условий.

Подрядчик (contractor) – поставщик, которому присудили договор.

Поручительская гарантия (surety bond) – трехсторонний инструмент между поручителем, подрядчиком и собственником проекта. Соглашение обязывает подрядчика выполнять условия договора. Если подрядчик неспособен успешно исполнить договор, поручитель принимает на себя обязательства подрядчика и обеспечивает завершение проекта.

Последовательные конкурентные торги (sequential competitive tendering) – последовательность аукционных торгов по отдельным договорам, которая используется для закупки определенного числа договоров.

Правило активности (activity rule) – на динамических торгах правило, определяющее, как участники должны представлять свои заявки (делать ставки) для того, чтобы быть допущенными к продолжению участия в аукционе.

Правило начисления баллов (scoring rule) – математическая формула, в соответствии с которой начисляется некое число (балл) цене и другим составляющим многомерного предложения, представленного поставщиком. Согласно правилу начисления баллов, договор будет присужден поставщику, который получил наиболее высокий балл.

Проклятие победителя (winner’s curse) – ситуация, при которой победитель, получивший договор, представляет слишком низкую цену, недооценив неопределенные издержки поставок.

Процедура присуждения (awarding procedure) – процедура, принятая заказчиком для присуждения контракта; в закупках двумя основными процедурами присуждения являются переговоры и конкурентные торги.

Резервная цена (reserve price) – в процедурах конкурентных торгов максимальная цена, приемлемая закупщиком.

Ринг (ring) – см. аукционный ринг.

Сговор (collusion) – явное или молчаливое соглашение между членами группы поставщиков, направленное на смягчение конкуренции в отношении цены и качества, которое таким образом моделирует действия одной доминирующей фирмы.

Сговорный картель (collusive cartel) – см. аукционный ринг.

Совместное представление заявок (joint bidding) – заявка, сделанная группой поставщиков, действующих как единый участник конкурентных торгов.

Субподряд (subcontracting) – соглашение между подрядчиком (генеральным подрядчиком) и другим поставщиком (субподрядчиком) о разделе договора поставки, по которому генеральный подрядчик несет ответственность за его окончательное выполнение.

Тендерное предложение (tender) – предложение поставщика, которое может включать как цену, так и техническое предложение.

Усеченный английский аукцион (truncated English auction) – применительно к закупкам это формат двухэтапного аукциона, на котором поставщики, предлагающие наименьшие цены k > 1, выбираются на первом этапе. Среди них закупщик выбирает победившую фирму(ы) на втором этапе.

Экономия на масштабе (эффект масштаба) (economies of scale) – черта производственного процесса, которая заключается в том, что издержки по производству одной единицы продукции уменьшаются с увеличением производства.

Электронные закупки (e-procurement) – закупки, которые проводятся онлайн.

Электронные платформы (e-platforms) – веб-порталы, которые работают как посредники на двустороннем рынке.

Электронный аукцион (e-auctions) – аукцион, который проводится онлайн.

notes

Сноски

1

См.: http://europa.eu.int/comm/internal_market/publicprocurement/index_en.htm

2

То есть формирования закупочных планов, планов-графиков, обоснований, требований документации о закупке и условий контракта. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

3

Путаница усугубляется тем, что в российской закупочной практике и законодательстве закрытыми называются не торги, на которые поставщики подают закрытые (запечатанные в конвертах) предложения (заявки), а совсем иные торги, на которые приглашаются не все участники рынка, а только те, кому направлено специальное приглашение. Указанные авторами закрытые конкурентные торги в России называются открытым конкурсом. Понятие «тендер» в законодательстве о государственных закупках и публичном праве России отсутствует, в связи с чем на практике это понятие, в обход использующимся в ГК РФ понятиям «конкурс» и «аукцион», как безотзывной оферты, используется в корпоративном секторе как тот же конкурс, аукцион или запрос предложений, но с отзывной офертой, дающей возможность заказчику на любом этапе процедуры до заключения контракта отказаться от проведения торгов и не заключать контракт даже с победителем. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

4

Подробнее о видах закрытых торгов см. в Глоссарии.

5

Английский термин «reverse auction» («обратный» аукцион) означает закупочные торги, в которых ставки на понижение цены делает не покупатель, а продавец, в отличие от аукционов продаж.

6

Simultaneous descending auctions – аукционы с одновременным снижением цен по всем лотам представляют собой новый вид аукционов, где после объявления текущей цены на лоты участники аукциона делают свои ставки. После этого аукционист снижает цены на каждый лот с целью распределения лотов среди всех участников, сделавших на них ставку, таким образом, каждый участник аукциона получает не более одного лота. Особенности этого вида аукциона: лоты продаются одновременно по ценам, которые устанавливают рыночное равновесие; каждые два подобных лота продаются по одинаковой цене; аукцион устанавливает окончательную цену лота исходя из максимально конкурентоспособной цены рыночного равновесия.

Simultaneous clock auctions – тип проведения торгов, при котором одновременно с объявлением цен на лоты участники аукциона указывают только количество желаемых лотов. Таким образом, цена на каждый лот корректируется в соответствии с избыточным спросом. Процесс повторяется до тех пор, пока цена не достигнет рыночного равновесия. – Примеч. Густаво Пига.

7

Расчет и объявление начальной максимальной цены контракта. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

8

См.: [Thai, 2004].

9

IFPMM – федерация 42 региональных и национальных закупочных ассоциаций частного и государственного секторов. Ее целью является облегчение развития и распространения знаний с целью продвижения закупок как профессиональной дисциплины. Улучшая практику ведения бизнеса, Федерация старается благотворно повлиять на общий уровень жизни граждан по всему миру.

10

IPSERA – междисциплинарная сеть исследователей и практиков, целью которой является развитие базы знаний по закупкам и управлению поставками.

11

PPN – международная ассоциация сотрудничества в области госзакупок, включающая официальных представителей европейских стран. Целью ассоциации является увеличение опыта применения правил закупок, распространенных в ЕС, за счет совместного обмена опытом, а также решение проблем межгосударственных закупок. Особый интерес представляет отчет PPN «Госзакупки в Европе».

5 См.: [Piga, Zanza, 2004].

12

См.: [EU Public Procurement Learning Lab, 2005].

13

В этой главе не рассмотрены вопросы Части V Руководства, так как они не входили в соответствующие опросники проводимого исследования.

14

FAR 9.104–1 (d).

15

Поставщики подают заявки в закрытых конвертах; участник, подавший лучшую заявку (лучшую скидку или наиболее привлекательное предложение), выигрывает контракт и получает плату согласно заявке; как объясняется в подразделе 2.3.1.4, закрытые одноэтапные торги (открытый конкурс в России) могут также проводиться онлайн (заявки подаются в защищенных файлах). Электронные закрытые торги обладают теми же преимуществами, что и бумажные.

16

См. Глоссарий.

17

Здесь не анализируются предусмотренные Директивой случаи, когда 1) после первого этапа остается только один участник, и второй этап не проводится; 2) на первом этапе закупщик фиксирует параметры цены и качества для всех участников, и необходимость во втором этапе отпадает.

18

Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

19

Описание GSA приводится в Приложении 2.2.

20

См.: www.gsaauctions.gov

21

См. Глоссарий. В частности, одна из организаций проводила онлайн-торги с ограниченным и неограниченным числом этапов: в многоэтапных торгах количество этапов может определяться либо предварительно, либо в зависимости от активности участников. Во втором случае важно заранее установить шаг понижения ставок для уменьшения количества этапов. Детальный анализ проблемы приведен в Главе 6.

22

См.: [Moon, 2005].

23

Три организации проводили электронные торги как выше, так и ниже порогового значения, указанного в Официальном журнале ЕС; немецкая организация проводила торги только ниже порогового значения. (Закупки ниже пороговой стоимости не подлежат регулированию Директивами ЕС. – Примеч. переводчика.)

24

Примером продуктов, подлежащих экспертной оценке, являются услуги консалтинга и общие услуги. Однако Группе Всемирного банка удалось разработать техническое решение для электронного тендера на выбор консультантов [Leipold, Klemow, Holloway et al., 2004].

25

Две организации присуждают 50 % контрактов на основе многоконтрактных конкурентных торгов; Consip разделяет 40 % рамочных закупочных контрактов на лоты; одна организация обычно делит на лоты только крупные закупки.

26

Меньшие лоты дают поставщикам возможность подавать заявку на часть общего контракта.

27

См. Главы 7 и 11.

28

С более подробной информацией по доступу малого и среднего бизнеса к государственным закупочным контрактам можно ознакомиться в отчете, выполненном голландской независимой исследовательской организацией EIM Business and Policy Research по заказу Комиссии ЕС.

29

При сговоре поставщики договариваются между собой о распределении лотов. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

30

Первые два лота содержали заказ на чистую бумагу формата А4, а лоты 3 и 4 – формата А3. Географический принцип относился к «региону Лиссабона» и «остальным регионам Португалии».

31

FAR 5.002.

32

Эта же организация признает обратный эффект публикации информации о малом количестве участников. В этой ситуации поставщики имеют тенденцию завышать свои цены, поэтому рассмотренная организация не всегда раскрывает данную информацию.

33

Данный опросный лист был заполнен 13 организациями: ABA (Бельгия), BBG (Австрия), BESCHA (Германия), Consip (Италия), Department of Contracts (Мальта), MINEFI (Франция), Ministry of Development (Греция), Department of Finance (Ирландия), PMB (Латвия), PPD (Кипр), PPO (Сербия), SKI (Дания), UMIC (Португалия).

34

FAR 8.401: «MAS – контракты, присужденные GSA или Министерством по делам ветеранов для закупки схожих товаров и услуг нескольким поставщикам по различным ценам».

35

Рамочное соглашение – соглашение между одним или несколькими закупщиками и одним или несколькими субъектами экономической деятельности, целью которого является утверждение условий будущих контрактов к присуждению в течение определенного срока в отношении цены и количества (если применимо). Присуждение контрактов на основе рамочных соглашений более гибко, чем на основе рамочных контрактов; если в рамочных контрактах заранее оговариваются все условия, рамочные соглашения предусматривают выбор между несколькими субъектами и/или дополнительный конкурс по одной или нескольким экономическим переменным. Согласно Директиве ЕС 18/2004, дополнительный конкурс (second-stage competition) для рамочных соглашений должен соответствовать следующим требованиям: если рамочное соглашение заключается с одним субъектом, все контракты, основанные на этом соглашении, должны присуждаться согласно его условиям. Для присуждения данных контрактов закупщик может запросить в письменной форме у второй стороны соглашения любые необходимые дополнения к тендерному предложению. Контракты, основанные на рамочных соглашениях, заключенных с несколькими субъектами хозяйствования, могут присуждаться либо согласно утвержденным условиям без дополнительных конкурсов, либо по усложненной процедуре. Усложненная процедура применяется, когда рамочное соглашение не оговаривает всех условий присуждаемых контрактов и стороны должны участвовать в новых торгах на основе прежних и более точно сформулированных условий и, при необходимости, других условий, оговоренных в спецификации рамочного соглашения. В этом случае конкурс проводится по следующей процедуре: 1) для каждого присуждаемого контракта закупщик должен в письменной форме обратиться к субъектам, способным исполнить контракт; 2) закупщик должен установить временной промежуток, достаточный для подачи тендерных предложений по каждому контракту и рассчитанный с учетом сложности поставки и времени на отправку предложения; 3) тендерные предложения должны быть представлены в письменном виде, и их содержание должно оставаться конфиденциальным до истечения означенного срока подачи заявок; 4) закупщик должен присуждать контракт участнику, подавшему заявку, лучшую с точки зрения обозначенных в рамочном соглашении критериев.

36

Датская закупочная организация обычно выбирает от трех до десяти поставщиков, а в Швеции это число строго зависит от закупаемого продукта. К примеру, для закупки компьютеров выбирается шесть-семь поставщиков, а для IТ-услуг – до пятидесяти. В случае Франции для закупки компьютеров на каждый лот было выделено три поставщика. Каждые три месяца между ними вновь проводится конкурс. Французское агентство не проводит закупок для госадминистрации. Рамочные соглашения, применяемые этой организацией, описаны в подразделе 2.3.1.

37

Статья 53.

38

Рассмотренные организации, в основном, закупают товары и услуги. Контракты на коммунальные услуги обычно длятся более пяти лет.

39

FAR не дают определения понятию «честный и разумный», но кабинет замминистра обороны США по закупкам, технологиям и логистике считает «честными» те предложения, которые находятся на уровне (или ниже) либо 1) справедливой рыночной цены исполняемого контракта, либо 2) общей допустимой заказчиком стоимости исполнения контракта разумным и эффективным закупщиком, использующим экономические методы повышения эффективности и разумную прибыль. «Разумными» называются те предложения, за которые покупатель готов заплатить, имея доступ к существующей информации по основным рыночным силам – спросу, предложению, общим экономическим условиям и конкуренции.

40

Методы, применяемые для оценки нереалистичных предложений, описаны в работе [Engel, Wambach, 2005]. К примеру, в Перу закупочное агентство рассчитывает среднее арифметическое ценовых предложений и отклоняет все заявки, выходящие за 10-процентный коридор. Затем рассчитывается среднее арифметическое оставшихся заявок, и контракт присуждается поставщику, предложившему цену ниже, но максимально приближенную ко второму среднему показателю.

41

См. пример выше. – Примеч. переводчика.

42

Статья 6.202: «Закупочное агентство имеет право исключить определенного поставщика из тендера для утверждения или поддержания альтернативного источника или источников закупаемых товаров и услуг, если, по мнению главы агентства, это послужит…». (В книге дана неполная цитата статьи; в статье 6.202 далее перечисляется 6 случаев, когда разрешается вводить ограничения. – Примеч. переводчика.)

43

В теории, ограничение количества лотов, которые может выиграть один участник, предотвращает риск получения всего контракта одним крупным поставщиком. Соответственно, малые и средние предприятия получают больше шансов выиграть контракт, что способствует их привлечению к конкурентным торгам. В результате, участие малого и среднего бизнеса увеличивает конкуренцию за счет повышения числа участников. Снижение шансов на победу заставляет участников вести себя более агрессивно, снижая ставки, что в конечном итоге может благоприятно сказаться на тратах покупателя.

44

1 января – 30 июня 2003 г. – Примеч. переводчика.

45

По некоторым оценкам, на частные закупки приходится около 50 % доходов. См.: http://www.purchasing.com/article/CA605712.html. В Европе и США на госзакупки приходится около 16 и 20 % ВВП соответственно (см. Главу 2). Более подробно об этом см.: [Moon, 2005; Thai, Grimm, 2000; Jones, 2002; Andersen et al., 2003].

46

Считается, что централизованные закупки позволяют экономить до 15–20 % при покупке сырья и услуг. См.:http://www.purchasing.com/article/CA273586.html.

47

Авторы работы [McCue, Pitzer, 2000] предлагают определение централизованных и децентрализованных закупок. Крайний случай представлен единым центральным закупочным институтом, в который конечные потребители посылают свои запросы. Институт рассматривает запросы, выбирает подрядчиков, обсуждает цены и принимает решение о закупке. В противоположном случае, для крайне децентрализованной системы, решение по всем перечисленным элементам принимается конечными потребителями.

48

Подразделений, филиалов компании или дочерних компаний. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

49

См.: http://www.atkearney.de/content/misc/wrapper.php/name/file_aep_2004_s_1224156603d570.pdf/download/1

50

Эти организации централизуют закупки в объемах от 0,04 до 1,84 % от всех госзакупок. На Мальте и в Венгрии на центральные организации приходится 10 и 67 % соответственно. Подобная неоднородность объясняется, безусловно, различием законодательства. См.: [Piga, Zanza, 2004, ch. 2].

51

См. Главу 2 данной книги.

52

Государственная закупочная служба PPS – корейское закупочное агентство. Оно является центральной администрацией, ответственной за закупку и поставку товаров и услуг для нужд различных правительственных служб и госорганов.

53

В работе [Brickley et al., 2004] представлен подробный анализ ситуации компании Honda и обсуждаются многие вопросы, связанные с оптимальной организацией компаний.

54

См.: [Bernauer, Caduff, 2004].

55

Социальный эффект эффективных закупок противомалярийных вакцин и явные преимущества централизованной структуры стали основными предпосылками для проведения авторами исследования, изложенного в конце главы.

56

Разновидность гибридной системы может возникнуть, если закупка различных продуктов централизуется в различных локациях, что ведет к созданию смешанных закупочных условий, где ответственность за принятие закупочных решений делится между местными и центральным подразделениями; эта модель проиллюстрирована случаем General Motors (см. подраздел 3.2.4.1). Еще одним примером являются так называемые «гибкие закупки» компании TBS (Turner Broadcasting System Inc.), проводимые менеджером по стратегическому снабжению Шейлой Джонсон (Sheila Johnson). По идее, эта модель совмещает преимущества двух подходов, так как ни полная централизация, ни полная децентрализация не удовлетворяют закупочным нуждам компании.

57

См.: http://www.oracle.com/us/industries/automotive/018918.pdf

58

Исследование 2004 г. «Оценка эффективности закупок» является пятым в серии отчетов, начавшимся в 1992 г. Акцент в исследовании сделан на управлении издержками и снабжением как средстве снижения затрат и создания стоимости на рынке поставок. В исследовании приняли участие руководители закупочных отделов ведущих международных компаний. Целевая группа состояла из 275 компаний со средним доходом около 10 млрд долл. США в 2003 г. Подробнее об исследовании см.: http://www.atkearney.de/content/misc/wrapper.php/name/file_aep_2004_s_1224156603d570.pdf/download/1

59

Этот феномен также известен под названием «мультирыночных контактов» (multimarket contact). Одной из стандартных проблем, связанных с этим феноменом и впервые описанных в работе [Bernheim, Whinston, 1990], является повышенный риск возникновения сговора между фирмами. Компании, «встречающиеся» на разных рынках, имеют много возможностей договориться и эффективно (с их точки зрения) разделить сферы влияния. Предотвращение сговора и снижение риска неэффективной процедуры торгов является одним из ключевых элементов при планировании закупки. Таким образом, распространение информации по этому вопросу между подразделениями компании может быть очень важно.

60

Производство компьютеров IBM было полностью выкуплено в 2005 г. китайской компанией Lenovo. – Примеч. переводчика.

61

Некоторые агентства (Comprasnet, GSA, Consip) также закупают менее стандартизованные продукты – недвижимость и услуги здравоохранения. Тем не менее подобные централизованные закупки могут быть эффективными в плане крупной экономии на масштабе, которая возникает, если весь пакет услуг предоставляется одним подрядчиком, в отличие от случая, когда покупатель обращается к множеству разных специализированных поставщиков.

62

Интересно отметить, что часто рамочные контракты и соглашения на госзакупки устанавливают минимальный объем заказа. Это делается для гарантии покрытия постоянных издержек поставщика и его использования экономии на масштабе и предотвращает ситуацию заказа одной или немногих единиц продукта, когда поставщик вынужден продавать товар многим разрозненным местным покупателям.

63

См.: [Celentani, Ganuza, 2002].

64

См.: [Vagstad, 2000].

65

К примеру, см.: [Aghion, Tirole,1997; Dessein, 2002].

66

Многие крупные компании разных отраслей по всему миру работают с моделью франчайзинга, среди них Accor, McDonald’s, Midas, Merle Norman Cosmetics, Allegra Print & Imaging, Frannet. Посетите сайт World Franchising для информации по основным франчайзерам по всему миру. Обсуждение франчайзинга и централизации приводится в работе [Macho-Stadler, Perez-Castillo, 1998].

67

В Дании, как и во многих странах Европы, очень серьезно относятся к вопросам экологии, и практика «зеленых» госзакупок там ведется с 1994 г. Центральный датский закупочный орган SKI создал сайт Greennet, посвященный вопросам и политике «зеленых» закупок.

68

См.: [Aghion, Tirole,1997; Dessein, 2002; Brickley et al., 2004].

69

Местные источники информации очень важны при сегментации рынка. Такие рынки, как услуги клининга или продукты питания, обычно сильно сегментированы и на них действует множество мелких компаний. В таких случаях динамика рынка различается географически.

70

В любом из двух случаев вероятность коррупции или подобных нарушений, часто сопровождающих экстренные закупки, одинакова.

71

См. обсуждение экстренных ситуаций и военных закупок в работе [Bolton, Farrell, 1990].

72

Подробней см. в следующей статье: http://www.tpsgc-pwgsc.gc.ca/biens-property/sngp-npms/bi-rp/conn-know/approv-procure/manuelga-pmmanual-10-eng.html

73

См. сайт GSA Disaster Recovery and Relief Support. Для ликвидации последствий урагана Катрина были привлечены несколько государственных агентств США. Среди прочих были GSA, Минобороны, Министерство госбезопасности и Министерство транспорта. Подробней см.: [Pool, Welch, 2005].

74

Определение «стоимость информации для принятия решений» (decision information cost) впервые упомянуто в работе [Gurbaxani, Whang, 1991].

75

См.: [Meyer, 1998].

76

См.: [Somasundaram, 2003] для обсуждения информационных издержек в централизованных и децентрализованных интернет-закупочных системах.

77

См.: [Brickley et al., 2004].

78

Подробней о коммуникации и централизации см.: [Melumad, Reichelstein, 1987; Aghion, Tirole, 1997; Dessein, 2002].

79

Коммуникации также являются важным фактором стимулирования местных закупщиков. По мнению многих исследователей, коммуникации – не только источник издержек для компании, но и важный инструмент для руководства деятельности местных закупщиков и передачи им целей и ценностей компании. См.: [Melumad, Reichelstein, 1987].

80

Данная проблема актуальна для всех закупщиков, старающихся максимально сгруппировать контракты.

81

Этот случай и связанные с ним темы широко обсуждаются в работе [Fumagalli, Motta, 2001].

82

См.: http://ec.europa.eu/dgs/competition/economist/buyer_power.pdf

83

Однако, как сказано в Главе 4, крупные и длительные закупочные контракты обычно не дают подрядчику серьезных стимулов к должному исполнению не подлежащих проверке аспектов качества, особенно в случае отсутствия необходимых контрактных договоренностей (бонусы, вознаграждения и т. д.) или закупочной стратегии (дублирование источников). Покупатель может оказаться в безвыходной ситуации. Подробнее об этой проблеме см. в Главах 7 и 17.

84

Согласно FAR, оценивать прошлую деятельность подрядчиков необходимо только при присуждении контракта на соответствующий товар или услугу. В этом случае на данную оценку должен приходиться достаточный вес (не менее 5–10 %). Если же фактор прошлой деятельности имеет основополагающее значение, то на него должно приходиться не менее 25 % оценки, или же вес, равный другим неденежным факторам.

85

См.: [Somasundaram, 2004].

86

Этот важный вывод сделан в работе [Subramaniam, Shaw, 2003].

87

См. обсуждение преимуществ электронных закупок в работах [Moon, 2005; Neef, 2001]. Мун [Moon, 2005] указывает, что данные исследований подтверждают положение о том, что инновационная политика скорее проводится в крупных организациях, обладающих достаточными финансовыми ресурсами и сильным политическим влиянием для поиска альтернативных путей предоставления коммунальных услуг. Чанг и Шоу [Chang, Shaw, 2005] описывают дорожную карту, подготовленную для применения передовых технологий в электронной торговле. По их мнению, на начальных этапах, когда использование электронных технологий еще ограничено, планирование производства, логистики и закупок децентрализовано и невзаимосвязано, что ведет к дублированию действий и их общей неэффективности по организации. Согласно этому утверждению, переход к более централизованной системе не только возможен благодаря технологиям, но и необходим для обеспечения эффективной коммуникации и процессов между независимыми субъектами хозяйствования и поставщиками (к примеру, через систему электронного обмена данными).

88

См.: [Moon, 2005].

89

В книге сказано: «Срок годности препарата артемизинина невелик и составляет около двух лет. В связи с этим закупочное агентство должно рассматривать возможность прямой поставки артемизинина от производителя к потребителю за как можно меньший срок. Это исключает возможность хранения препарата закупщиком и его последующей поставки».

90

Слово «контракт» происходит от латинского contractis, от contrahere – связывать; при этом словарные определения звучат как «письменное и регулируемое законом соглашение между двумя и более сторонами» и «соглашение между двумя или более сторонами, налагающее на каждую сторону обязательства что-либо сделать или не сделать и предоставляющее право оценивать исполнение обязательства другой стороной, или защиту в случае нарушения другой стороной обязательства» (см. сайт Dictionary.com)

91

Подробное исследование экономического эффекта заключения формальных закупочных контрактов представлено в книге [Laffont, Tirole, 1993]. Столь же глубокий анализ достижений теории контрактов представлен в книге [Bolton, Dewatripont, 2004]. Оба этих труда носят технический характер. Более общее и нетехническое обсуждение вопросов составления договоров приводится в интересном труде [McMillan, 1992]. Что касается практической стороны составления договоров закупки, авторы рекомендуют обратиться к FAR (2005, ч. 16) и Руководству Департамента правительственной торговли (Office of Government Commerce). Данные документы будут рассмотрены в следующей части.

92

Концепция уклонения от риска описывается в следующем примере. Предположим, что перед компанией стоит выбор между двумя возможностями инвестирования, А и Б. Вариант А гарантированно приносит 100 евро, а вариант Б не приносит ничего с вероятностью 1/2 или 200 евро с той же вероятностью 1/2. Считается, что компания опасается (или уклоняется от) риска, если она выбирает вариант А вместо Б, т. е. если она предпочитает безрисковое вложение, (точная) денежная ценность которого равна ожидаемой денежной ценности рискового вложения. Последний показатель при этом является средневзвешенным рисковых событий, вероятность наступления которых и является весом (1/2 × 0 + 1/2 × 200 = 100 евро). Безразличие (нейтральность) к риску, наоборот, возникает, когда для компании безразличен выбор между А и Б. Другими словами, фирме все равно, выбрать ли безрисковое вложение средств или рискованные инвестиции, ожидаемая денежная ценность которых равна ценности безрискового вложения.

93

В конкурентных торгах на получение закупочных контрактов часто участвуют малые и средние компании, которые из-за своего размера подвергаются большему риску, чем крупные компании. Дополнительный потенциальный риск в государственных закупках возникает из-за обычных для государственных структур задержек в платежах. В отличие от крупных компаний, обладающих высокой степенью диверсификации деятельности и стабильным финансовым положением, небольшие компании несут высокие издержки, если покупатель не платит вовремя, так как их текущая деятельность и процесс инвестирования напрямую зависят от данных денежных потоков. Подобная ситуация является не только прямым и явным источником риска, но также и потенциальным препятствием для выхода на рынок закупочных контрактов. Возможным источником неопределенности также является тот факт, что зачастую мелкие поставщики подают групповую заявку для участия в контракте госзакупок (либо для получения субподряда на часть закупки), но подобное группирование приводит к возникновению зависимости производительности каждого поставщика от эффективности всех остальных участников группы. Низкое качество исполнения контакта одним из подрядчиков компрометирует остальных и снижает общее качество закупки.

94

В этом заключается принцип «ликвидации убытков», предусмотренный в контрактном законодательстве Великобритании. Интересное обсуждение этой проблемы приведено в работе [Anderlini, Felli, 2005].

Предположим, что неустойка за нарушение обещанных условий по определенному параметру качества составляет 100 евро, и всего присутствует три конкурирующих поставщика, А, Б и В, которые могут сэкономить 20, 90 и 150 евро соответственно, снизив качество исполнения контракта. А и Б всегда предпочтут выполнить обещанное, но В поступит иначе, поскольку выиграет 50 евро в случае нарушения контракта. Вместе с тем, если каким-либо образом закупщику удастся получить информацию об этих затратах, он может установить размер штрафа на уровне 160 евро и таким образом вынудить всех поставщиков следовать обещанным условиям качества.

95

Например, в случае предоставления услуг консалтинга, даже если подрядчик обязуется нанять высококвалифицированных специалистов с большим опытом работы, его способность выполнить необходимые условия может оказаться ниже, чем ожидается. Подобный аспект сложно или невозможно рассмотреть в рамках контракта.

96

В статье [Iossa, Legros, 2004] в качестве примера показано, как иногда бывает разумно выбрать формат закупочного контракта, который принудит будущего потенциального подрядчика к раскрытию полной информации о процессе его исполнения условий договора.

97

Практические рекомендации четко оговаривают сферу применения контрактов с возмещением затрат, например, «когда неопределенность, связанная с исполнением контракта, не позволяет определить с достаточной точностью уровень затрат и использовать любой вид контракта с фиксированной ценой». См.: FAR (2005, 16.301-3).

98

Это простое наблюдение соответствует руководству OGC, согласно которому контракт с установленным потолком цены никогда не должен заключаться только на основе согласованной ежедневной (или другой регулярной) комиссии, но должен также включать потолок времени или общих затрат на исполнение контракта.

99

В работе [Ewerhart, Fieseler, 2003] анализируются последствия выбора поставщиками конкурентной стратегии в торгах на получение контракта с ценовой спецификацией.

100

См.: [McAfee, McMillan, 1986].

101

Авторы предлагают читателю обратиться к Главе 5 для глубокого анализа обстоятельств, при которых закупщику предпочтительней использовать процедуру переговоров, нежели конкурентных торгов, при выборе подрядчика (подрядчиков).

102

В Италии, к примеру, размер штрафа не может превышать 10 % от общей стоимости контракта.

103

FPCPA может быть эффективным решением в условиях неуверенности в стабильности рыночных и трудовых условий в период исполнения контракта, а также когда «чрезвычайные обстоятельства, иначе включаемые в контрактную цену, могут быть определены и отдельно покрыты в договоре». См.: FAR (2005, 16.203-2).

104

Практика составления контрактов в США соответствует нашему основному выводу. FAR рекомендуют ответственным за заключение контрактов сотрудникам применять контракты с фиксированной ценой для «приобретения коммерческой продукции или иных товаров и услуг на основе функционального или подробного описания, когда закупщик на начальном этапе может определить честную и разумную цену, как то: «…если существующая информация о затратах и ценообразовании позволяет реалистичную оценку возможных издержек исполнения контракта; либо если неопределенность в исполнении договора может быть идентифицирована и проведена разумная оценка ее воздействия на общие затраты…» (16.202-2).

105

«Большинство поощрительных контрактов содержит лишь механизм влияния на затраты, выраженный в виде формулы корректировки прибыли или комиссии; целью этого механизма является мотивация подрядчика к эффективному контролю издержек. В поощрительном контракте не должно содержаться иных механизмов мотивации при отсутствии механизма контроля затрат». См.: FAR (2005, 16.402-1).

106

В книге [McMillan, 1992] приводятся интересные и изложенные простым языком примеры стимулирующих механизмов.

107

См.: [Weitzman, 1980].

108

В закупочных контрактах оборонной промышленности США параметр b обычно варьируется между 0,1 и 0,3, см.: [Laffont, Tirole, 1993, ch. 1].

109

Данная идея связана с принципом информативности, согласно которому любой измеримый аспект исполнения контракта, несущий информацию о действиях подрядчика, должен быть учтен в поощрительном контракте [Holmstrom, 1979]. К примеру, в случае контракта на предоставление услуг технической поддержки эффективность действий подрядчика может быть измерена скоростью ремонта или исправления неполадки. Обычно этот показатель не составляет труда отследить и посчитать.

110

Важность обеспечения равных усилий подрядчика по всем аспектам стимулирования подчеркивается в правилах федеральных закупок США (FAR, 16.402-4), которые устанавливают, что «правильно составленный поощрительный контракт должен мотивировать подрядчика применить максимум усилий во всех сферах, подлежащих стимулированию».

111

Следует отметить, что разделение на лоты должно также учитывать такие важные факторы, как конкуренция и структура рынка, см. Главу 6.

112

См.: [Rogerson, 1992].

113

Этот результат получен в работе [McAfee, McMillan, 1986].

114

Данное заключение выведено аналитическим путем в статье [McAffee, McMillan, 1987] и с небольшими изменениями в статье [Laffont, Tirole, 1987]. Авторы работы [Riordan, Sappington, 1987] независимо пришли к тем же выводам.

115

Полномочия закупщика отдавать преимущество определенному подрядчику и учитывать его интересы при составлении контракта. – Примеч. переводчика.

116

Подобная информация часто называется «мягкой» (soft) в экономической литературе. Преимущества и издержки повышения гибкости в закупках рассмотрены в работах [Banfield, 1975; Kelman, 1990].

117

См. Главу 12 по вопросу правил оценки и оптимальному соотношению ценовых и неценовых атрибутов.

118

См.: [Rob, 1986], где представлены схожие аргументы в отношении закупок в оборонной промышленности.

119

Иногда ограничение конкуренции принимает форму двухэтапной процедуры отбора. Первый этап открыт для всех поставщиков; затем покупатель проводит переговоры с наиболее достойным (предпочитаемым) поставщиком на втором этапе. Двухэтапные процедуры пользуются все большей популярностью в государственных закупках. К примеру, в FAR (14-502) указано, что двухэтапная процедура «может быть использована в первую очередь по отношению к процедуре переговоров», если закупка требует получения технических предложений и относится к комплексным проектам. С точки зрения FAR на первом этапе предложения отсеиваются на основе качественных показателей, а на втором этапе – на основе цены. Также, недавно принятая Директива ЕС вводит исключительное понятие «онлайн-аукционов», которые могут следовать за стадией предварительного отбора поставщиков по цене и качеству.

120

Управление открытой конкуренцией подробно рассматривается в Главе 17; в этом же разделе основной упор сделан на оценку стоимости перехода к новому поставщику после «естественного» прекращения контракта.

121

Известным примером является компания Toyota, которая использует двойное присуждение контрактов (dual-sourcing awards), т. е. присуждает контракты на одни и те же запчасти (например, колеса) разным компаниям для разных моделей автомобилей (например, Toyota Corolla, Toyota Carina).

122

Это может быть и открытый тендер, и закрытая процедура, и любой процесс переговоров с несколькими поставщиками.

123

Безусловно, новые торги могут быть эффективны, если речь идет о продуктах, быстро устаревающих морально и технически, например, IT-продуктах, а срок действия соответствующего контракта почти истек. В этом случае новые конкурентные торги позволяют закупщику приобрести, возможно, более продвинутые и дешевые продукты по сравнению с теми, которые предлагались на «устаревших» условиях вторым поставщиком.

124

Данное определение снабжения из второго источника приведено в работе [Lyon, 2006]. Оно согласуется с идеей перехода ко второму по привлекательности поставщику. Вместе с тем снабжение из дополнительных источников может принимать разные формы. В основополагающем труде [Anton, Yao, 1987] дополнительное снабжение происходит, когда покупатель объявляет, что он будет проводить новые торги между текущим подрядчиком и конкурирующим поставщиком на одной из стадий исполнения контракта.

125

Этот метод досрочного расторжения контракта и перехода ко вторым поставщикам уже установлен итальянским законодательством для коммунальных услуг, когда закупка не предусматривает дискреционной оценки предложений; также этот метод был предложен для закупок товаров и услуг, проводимых Consip, итальянским агентством государственных закупок. Теоретическое обсуждение представлено в работе [Guriev, Kvasov, 2005]. Также см.: [Ellman, 2005].

126

Тем не менее в начале процедуры закупки покупатель может спросить второго поставщика, будет ли он готов работать на условиях, предложенных первым поставщиком, если последнему будет отказано в продолжении поставки. Поставщики могут отказаться от этого предложения, если они сочтут требования к первому поставщику слишком высокими.

127

Более подробно см.: [Lyon, 2006], а также о двухканальном снабжении см. в Главах 6 и 17.

128

Тем не менее двухканальное снабжение с успехом применяется государственными и частными закупочными агентствами. Consip применяло двухканальное снабжение в контракте на поставку сложных IТ-инфраструктур (мейнфреймов), заключенном по заказу Министерства экономики и финансов Италии. Другими примерами агентств, применяющих двухканальное снабжение, являются Министерство обороны США, для закупки ракет, Solectron, ведущий производитель электронного оборудования и услуг интегрированных каналов поставок, а также Toyota. Стоит отметить, что хотя двухканальное снабжение может свободно применяться и частными компаниями, закупочное законодательство многих стран ограничивает его применение государственными агентствами.

129

См.: [Neeman, Orosel, 2004].

130

Несмотря на то, что оба понятия относятся к конкурентной среде, «оспоримость» и «конкуренция» являются разными концепциями. Рынок считается оспоримым (т. е. конкурентным), даже если на нем присутствует только одна (или небольшое количество) компания (компаний), которая, тем не менее, находится под постоянным давлением угрозы входа на рынок нового конкурента. Угроза появления нового участника, совместно с отсутствием входных барьеров, делает рынок настолько же конкурентным, как и рынок, состоящий из множества действующих компаний. Более подробно о концепции оспоримости см. основополагающее исследование [Baumol et al., 1986].

131

Оценка прошлой эффективности широко используется в частных закупках. Несмотря на методическую разницу в разных странах, вызванную законодательными причинами, оценке прошлой эффективности поставщиков уделяется все больше внимания также и государственными закупщиками. К примеру, статья 48 Директивы ЕС 2004 г. устанавливает, что поставщик имеет право доказать свою способность качественного исполнения контрактов, предоставив референс-лист с перечнем наиболее важных работ, выполненных за последние пять лет. Международный банк исследований и развития (IBRD) считает прошлую эффективность и опыт выполнения схожих работ одним из ключевых элементов оценки поставщика, особенно в случае крупных комплексных проектов (согласно руководству, выдаваемому организациям, использующим финансирование Банка, 2004). В Австралии Министерство финансов и администрации также дает руководство для австралийских государственных агентств. В разделе «Принципы соотношения цены и качества» Руководство Содружества по закупкам (Commonwealth Procurement Guidelines, 2005) утверждает, что при оценке поставщика должны рассматриваться и другие факторы, помимо затрат. Одним из этих факторов является «история исполнения контрактов каждого рассматриваемого поставщика». В США FAR уделяют особое внимание вопросу прошлой эффективности для всех федеральных агентств США. В частности, FAR дают рекомендации агентствам по типу и способам сбора информации для оценки прошлой эффективности поставщиков.

132

Анализ оценки прошлой производительности в госзакупках США приведен в работе [Guerrero, Kirkpatrick, 2001]. Обсуждение прошлой эффективности и обзор недавних изменений в госзакупках США представлены в исследовании [Kelman, 2002].

133

Большее количество примеров приведено в работе [McMillan, 1992]. В этой книге также проводится интересное обсуждение инструментов стимулирования производительности подрядчика и методов планирования механизмов стимулирования.

134

См.: [Kim, 1998; Doni, 2005; Calzolari, Spagnolo, 2005].

135

См. также [Calzolari, Spagnolo, 2005]. Покупатель также может запросить у подрядчика финансовую гарантию (залог), которая не возвращается в случае ненадлежащего исполнения контракта. Такой метод может быть эффективным только в случае, если покупатель имеет репутацию честных сделок; однако добиться подобной репутации тяжело, так как качество честной сделки тяжело проверить вне договорных отношений.

136

Этот пункт проиллюстрирован формальной моделью в работе [Calzolari, Spagnolo, 2005].

137

В статье [Fehr et al., 2004] экспериментально показано, как в динамической среде, когда особую значимость приобретают неконтрактуемые аспекты, закупочные агентства не стараются каждый раз искать (новое) наилучшее предложение, а скорее сотрудничают с одним партнером как можно дольше.

138

Зачастую механизмы обратной связи (репутации) используются на торговых площадках и платформах электронных закупок для повышения эффективности торговли. eBay, Amazon, Yahoo и многие другие известные электронные площадки используют систему отзывов и обратной связи для контроля высокого уровня неконтрактуемости (или даже полного отсутствия формальных договоренностей) и оппортунизма в контрактах. Более глубокий анализ механизмов обратной связи приведен в Главе 18.

139

Стоит также отметить, что стимулы репутационного механизма работают, когда поставщики не обладают уверенностью относительно будущих взаимоотношений с покупателем. Простая возможность получения будущей прибыли в результате данных взаимоотношений является достаточной для мотивации поведения поставщика, в частности, для обеспечения NCQ. Также отметим, что поставщик, планирующий прекратить свою деятельность, может предпочесть продать свою деловую репутацию, так называемую «репутацию предприятия», вместо того, чтобы уничтожить ее, начав экономить на качестве исполнения контракта.

140

См. также Главы 1 и 3 для большей информации по практике закупок.

141

Существует огромное количество управленческих и стратегических рекомендаций касательно аукционов на покупку («обратных аукционов») и онлайн-аукционов на покупку (online reverse auctions). Простой поиск этого термина в Интернете даст слишком много сайтов, чтобы их можно было перечислить.

142

Прекрасный обзор литературы по данному вопросу приведен в работе [Laffont, Tirole, 1993]. Анализ этого аспекта закупок также проводится в Главе 19 настоящего Руководства.

143

См.: [Bartholomew, 1998; Clough, Sears, 1994; Hinze, 1993; Sweet, 1994].

144

См.: [Getting to the Top… 1994; Getty Center… 1997].

145

Большой Бостонский туннель – проект строительства восьмиполосной автомагистрали. – Примеч. переводчика.

146

Согласно Boston Globe, «примерно 1,1 млрд долл. всех потерь может быть отнесено на счет несовершенства проектной документации; согласно учетным записям: 357 млн долл. – из-за того, что реальные условия участка не совпали с проектами подрядчиков, 737 млн долл. – затраты на труд и материалы из-за неполноты проектной документации». Ответственность за этот перерасход до сих пор является предметом горячих споров. См.: http://www.boston.com/news/specials/bechtel/part_1/

147

Подробнее о контрактных решениях и типах см. первую часть Главы 19. В этой главе большое внимание уделено простым условиям закупок (стандартизованных товаров и услуг), когда любые случайности можно предусмотреть и контролировать с помощью контракта.

148

Вильямсон выражал мысль о том, что слабые стимулирующие механизмы хорошо подходят для внедрения изменений, и писал, что «у механизмов слабого стимулирования есть преимущество, касающееся их гибкости. Именно это является сильной стороной контрактов „издержки плюс“. Однако и эти преимущества сопровождаются затратами; поэтому к данной форме контрактов прибегают редко» [Williamson, 1985, р. 140]. Однако оказывается, что во многих случаях закупщики действительно предпочитают «издержки плюс».

149

Вторая часть Главы 19 описывает влияние неконтрактуемого качества на закупочную проблему.

150

Промежуточным типом контракта являются поощрительные (стимулирующие) контракты (см., например, обсуждение в разделе 2 статьи [Bajari, Tadelis, 2001]). Такие контракты возмещают только долю общих затрат подрядчика и иногда включают механизмы стимулирования качества. Подробнее об особенностях и преимуществах подобных контрактов см. в Главе 19.

151

Подробнее об этом в разделе 5.3.

152

Такой же результат приводится и в Главе 19. Действительно, данный вывод является достаточно очевидным, что к нему можно прийти разными способами.

153

Эта проблема широко обсуждалась в статье [Kerr, 1975] и более подробно в работах [Holmstrom, Milgrom, 1991; Baker, 1992]. Проблема также поднимается в первой части Главы 19.

154

См.: [Ibbs et al., 1986]. Авторам удалось подсчитать влияние 96 различных условий контракта на исполнение проектов строительства зданий путем опроса закупщиков и подрядчиков в 36 строительных проектах. Результаты этого исследования подтверждают рассматриваемые ниже аспекты контрактов с фиксированной ценой и контрактов «издержки плюс».

155

Более того, если размер комиссии составляет процент от затрат, то внедрение дорогостоящих изменений должно включать дополнительную сумму для компенсации подрядчику альтернативных издержек и накладных расходов. Это, безусловно, повышает риск того, что у подрядчика появятся стимулы к увеличению затрат и получению более высокой комиссии. С этой точки зрения фиксированная цена предпочтительнее. С фиксированным размером комиссии закупщик и подрядчик могут оказаться перед необходимостью переговоров по установлению «справедливой» комиссии для покрытия альтернативных издержек времени, но чаще всего эта комиссия является долей затрат труда и материалов, необходимых для внесения изменений. В контракте «издержки плюс» торговли по этому вопросу не предусматривается.

156

Цит. по: [Hinze, 1993, р. 144; Clough, Sears, 1994, р. 10] соответственно.

157

Как указано в работе [Sweet, 1994], «разделение проектной части и строительства лишает владельца проекта опыта подрядчика во время проектирования, особенно в области таких вопросов, как анализ рынков труда и материалов, знание техники строительства, преимущества, недостатки и стоимость разных методов строительства. Подрядчик также будет иметь возможность оценить полноту проекта и, что самое важное, стоимость предложенного проекта».

158

В исследовании [Ye, 2006] описывается проблема затратной подготовки тендерного предложения и показывается, как ограничение числа участников может помочь закупщику.

159

См.: [Bajari, McMillan, Tadelis, 2006].

160

См. обсуждение структуры контрактов для многократных закупок в Главе 16.

161

См.: [Sweet, 1994, р. 379].

162

Подробнее о коррупции см. в Главе 16.

163

Эта фраза задокументирована в письме двух членов конгресса Г. Ваксмана и Д. Динджела директору Агентства аудита контрактов оборонной промышленности В. Риду. Копию этого письма см.: http://www.halliburtonwatch.org/news/waxman_briefing_memo.pdf

164

Это пример контракта с фиксированной ценой. Условия, по которым данная форма контракта может являться оптимальной, рассмотрены в Главе 4. Для упрощения объяснений по ходу главы будет принята предпосылка о независимости спроса на услугу от цены присуждения контракта.

165

Мы исходим из предпосылки, что открытые торги происходят по правилам японского, а не английского аукциона. Подробнее об этих формах см. в разделе 6.5.

166

Это значит, что участники пула конкурирующих фирм обладают схожими затратами на производство единицы продукции, лежащими в интервале от 40 до 80 евро/м^2 для обоих типов помещений соответственно. Таким образом, неопределенность общего компонента влияет на тендерные предложения участников больше, чем частный компонент.

167

Проблема впервые описана в статье [Capen, Clapp, Campbell, 1971]. Более подробный анализ «проклятия победителя» в общей модели конкурентных торгов представлен в работе [Milgrom, Weber, 1982].

168

В Главе 13 рассмотрены проблемы взаимодействия с подрядчиками, испытывающими финансовые трудности.

169

Вычисление оптимального размера надбавки является сложным процессом. Интуитивно компания PROPER должна повысить размер надбавки для увеличения прибыли в случае выигрыша; вместе с тем, чем больше надбавка, тем меньше вероятность победы в торгах, так как с увеличением надбавки повышается вероятность более низкой ставки со стороны конкурента.

170

По мнению авторов работы [Kagel, Levin, 2002], влияние «проклятия победителя» растет с количеством участников закрытых торгов в общественных аукционах продаж. Объяснение заключается в высоком уровне конкуренции и вероятности того, что многие участники будут опираться на частную информацию, далекую от «истинной» величины.

171

См.: [Kagel, Levin, 2002]. В частности, в этой главе под термином «опытность» подразумевается наличие знания о «проклятии победителя», хорошая информированность; «менее опытный» поставщик хуже информирован, но знает о «проклятии победителя»; «неопытный» поставщик плохо информирован и не знает о «проклятии победителя». Соответственно, по мнению авторов, опытный участник (т. е. CLEANFAST) должен слегка завысить свою ставку, менее опытный (CHIEF) – завысить, а неопытный (PROPER) – занизить ставку. Таким образом, объяснение завышения и занижения ставки зависит от трактовки понятия опытности. К примеру, несмотря на доступность большого количества информации о прошедших тендерах, хорошо информированный участник может неверно истолковать данные и не поднять свою ставку до должного уровня. Подобного поставщика можно обвинить в наивности. Плохо информированный и неопытный в исполнении закупочных контрактов поставщик может, тем не менее, завысить свою ставку, зная из внешних источников о «проклятии победителя». Подобного поставщика можно назвать рациональным. Вместе с тем авторы уверены, что их определение опытности является достаточно достоверным и может свободно применяться для объяснения проблемы завышения и занижения ставок в практике закупок.

172

В нашем иллюстративном примере на спрос на услуги клининга влияет непредсказуемый шок, повторяющийся с определенной периодичностью. Таким образом, динамика спроса за последние 10 лет помогает CLEANFAST с большей вероятностью предсказать будущие потрясения.

173

Это является упрощенной иллюстрацией понятия «аффилированной» информации среди участников – т. е. формы статистической корреляции. В основополагающем труде по аукционам с аффилированной информацией [Milgrom, Weber, 1982] демонстрируется, как продавец (или покупатель в закупках) выигрывает в результате английского аукциона, а не закрытого аукциона второй цены (sealed bid second-price auction).

174

Динамический формат, рассматриваемый здесь, является разновидностью не закупочного английского обратного аукциона, а аукциона, нисходящего по часам (descending clock auction), в котором цена постепенно понижается с шагом, к примеру, 0,5 евро/сек. Участники считаются активными до тех пор, пока они держат специальную кнопку в нажатом состоянии. Отключение кнопки означает, что участник безвозвратно покидает торги. Контракт присуждается последнему активному участнику по цене, после установления которой последний участник покидает торги. В разделе 6.5 обратный английский и японский форматы аукционов описаны более подробно.

175

Этот вопрос рассмотрен более детально в Главах 14 и 15.

176

См.: [Fishman, 1988; Avery, 1998].

177

В нашем примере с клининговыми услугами резервная цена будет установлена для помещений типа А и Б.

178

Такова, к примеру, практика в Италии.

179

См.: [Klemperer, 1998, 2004].

180

См., например: [Fujishima, McAdams, Shoham, 1999; Kagel, Pevnitskaya, Ye, 2004].

181

В принципе, количество раундов может быть меньше этого значения, если в одном из них сразу два участника подадут максимальные предложения и выбудут из торгов.

182

Для получения более подробного анализа рекомендуется обратиться к работе [Fujishima et al., 1999].

183

Одним из значимых примеров является приватизация государственного промышленного конгломерата ENI в Италии.

184

Технические детали см.: [Perry, Wolfstetter, Zamir, 2000].

185

См.: [Ye, 2006].

186

См., например, раздел II в Теории аукционов [Krishna, 2002] или часть II [Milgrom, 2004].

187

Это соответствует общей рекомендации, см.: [Klemperer, 2004].

188

См.: [Binmore, Klemperer, 2002].

189

Оптимальные многоконтрактные торги анализируются в работах [Armstrong, 2000; Avery, Hendershott, 2000; Jehiel et al., 2003].

190

Эта проблема детально изучена в работе [Milgrom, 2004].

191

См.: [Palfrey, 1983; Chakraborty, 1999].

192

Это может быть примером рынка, на котором присутствуют две сильные компании и некоторое количество неэффективных фирм, чье присутствие не влияет на уровень конкуренции.

193

См.: [Palfrey, 1983; Chakraborty, 1999].

194

При наличии множества мелких компаний на рынке.

195

См.: [Grimm, 2006].

196

На основе стандартного анализа рынка можно определить его тип – высоко конкурентный или с распространенными ценовыми сговорами. Анализ должен включать историю рынка, концентрацию и дополнительные характеристики, описанные в Главе 14.

197

Отметим, что количество лотов, на которые компания может поставить, отлично от количества, которое она может выиграть.

198

Факторы, которые следует принимать во внимание при оценке сговора, рассмотрены в Главах 14 и 15.

199

PR повышается с 3/4 до 1, однако ранее уже объяснялось, что этот коэффициент не должен приниматься во внимание, если лотов больше, чем участников.

200

Более подробный анализ координации и сговоров представлен в разделе 7.5.

201

См., например: [Ivaldi et al., 2003].

202

См.: [Klemperer, 2004; Competition Policy… 1999].

203

Данные затраты возникают, если закупщик должен заплатить определенную цену за переход от одного поставщика к другому.

204

К примеру, при покупке компьютера Х покупатель также приобретет принтер, специальное программное обеспечение и другое дополнительное периферийное оборудование, несовместимое с компьютером Y.

205

В отличие от сказанного, термин «снабжение из второго источника» (second sourcing) используется, когда поставки переводятся от первого поставщика ко второму, более эффективному. Обычно это происходит в результате процесса вторичной закупки (re-procurement), сначала проходят конкурентные торги на присуждение контракта на стадии развития. Система считается готовой к вторичной закупке, если используемая технология достигла такой стабильности дизайна, что дальнейшее ее развитие становится минимальным. Тогда технология передается второму источнику, и проводится новая стадия конкурентных торгов [Anton, Yao, 1987]. Еще одним примером использования конкурирующих источников снабжения являются японские автопромышленники: Toyota, например, использует несколько поставщиков [Richardson, 1993].

206

Шепард, Фаррел и Галлини стали одними из первых экономистов, рассмотревших методы ограничения оппортунистического поведения поставщиков после торгов с применением двухканального снабжения [Shepard, 1987; Farrel, Gallini, 1988].

207

Министерство обороны США рекомендует использование двухканального снабжения для снижения стоимости закупки. По закону, руководители министерских программ должны «в любой подходящей ситуации внедрять методы эффективной конкуренции при приобретении оружейных систем».

208

См.: [Anton, Yao, 1989].

209

Более того, присуждение контракта нескольким поставщикам (вместо двух) имеет преимущество в виде постоянства поставок. Авторы статьи [Kranton, Minehart, 2001] проанализировали случай покупателя, использующего сеть поставщиков для устранения риска прекращения поставок. Наличие многих поставщиков, так же как поддержание высокого уровня конкуренции, защищает компанию от провала.

210

В исследовании [Lyon, 2000] рассматривается случай закупок модемов для панелей управления тактическими ракетами и акцентируется внимание на ценовых преимуществах конкуренции.

211

В подобных торгах все производство присуждается одному поставщику. Таким образом, устанавливается единственная цена и заключается один контракт.

212

Данная часть заимствована из эмпирического исследования [Lewis, Yildirim, 2002].

213

Отметим, что ротация поставщиков не предполагает отказа от аукциона как метода присуждения контрактов. К примеру, возможно присудить контракт на базе лучшей цены, но при условии, что определенные поставщики не могут выигрывать дважды (или трижды, четырежды) подряд.

214

См.: [Lewis, Yildirim, 200]).

215

Дополнительным способом контроля скорости и продолжительности аукциона является установление дневного лимита на количество раундов.

216

Более того, иногда участникам позволяется отозвать ставку, заплатив комиссию в размере разницы между финальной выигравшей и отзываемой ставками (если эта разница положительна).

217

Другими словами, цена, получаемая победителем торгов, равна разнице между (1) ценой суммы ставок, которые могли бы победить, если бы участник (победитель) не принял участие в аукционе, и (2) ценой итоговой суммы фактически поданных ставок.

218

См., например: [Milgrom, 2004].

219

Когда закупаемые лоты идентичны, даже если участники 1 и 2 не пытаются стать «безбилетниками», им все равно может не удаться координировать свои ставки на разные лоты, что приведет к неэффективному распределению.

220

Вместе с тем данный формат торгов обладает той же проблемой, что и стандартные пакетные торги «стратегий» «по меню», описанные в подразделе 8.2.2.2, т. е. с теоретической точки зрения он еще не был полностью рассмотрен.

221

Хотя это и очевидно, следует отметить еще раз, что из вышесказанного нельзя делать вывод об абсолютной предпочтительности дискриминационных торгов перед торгами единой цены просто потому, что победивший участник торгов получает плату, равную своей ставке, которая ниже минимальной проигравшей (по которой платили бы участникам при единой цене). Это происходит потому, что различные дизайны торгов приводят к разному поведению участников. К примеру, в торгах единой цены участники будут стремиться предложить более низкие цены, что может благотворно повлиять на экономию закупщика.

222

См.: [Wilson, 1979; Ausubel, Cramton, 1998].

223

См.: [Kagel, Levin, 2001; List, Lucking-Reiley, 2000; Wolfram, 1998; Wolak, 2003].

224

См.: [Wilson, 1979].

225

Поскольку эта работа посвящена закупкам, мы рассмотрим динамический аукцион на закупку, на котором аукционер является покупателем, участниками торгов являются поставщики, а цена обычно понижается. Аналогичные результаты относятся к аукционам на продажу (т. е. стандартным аукционам, изучаемым теорией аукционов), на которых аукционер является продавцом, участниками торгов являются покупатели, а цена обычно повышается.

226

См.: [Compte, Jehiel, 2002].

227

Такие аукционы еще называют голландскими, отличительная особенность их в том, что цена понижается для товаров, относительно которых предложение превышает спрос. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

228

См.: [Ausubel, Cramton, 2002].

229

См.: [Ausubel, 2004].

230

Именно такой формат аукциона используется в России в рамках государственных закупок (94-ФЗ). – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

231

Проблема уязвимости заключается в риске выиграть некоторые, но не все лоты из комплементарного набора в аукционе без пакетных ставок. Участник «уязвим» в связи с возможными финансовыми потерями, если его ставка включала эффект синергии, который не будет достигнут.

232

Отзыв ставок в российском электронном аукционе не применяется. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

233

См.: [Milgrom, 2004].

234

См.: [Milgrom, Weber, 1982].

235

См. более детально: [Cramton, 2006].

236

Участник обязан делать ставки в каждом раунде, иначе перестанет считаться участником. Ставка либо подтверждает установленную шагом цену заказчика (минимальная активность), либо снижается относительно этой установленной шагом цены – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

237

Банковская гарантия обеспечения контракта. Тендерная гарантия (облигация) выпускается в рамках процесса торгов поручителем для того, чтобы гарантировать, что победитель тендера выполнит договор в соответствии с установленными условиями контракта. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

238

См. подраздел 8.2.1.

239

См.: http://www.cramton.umd.edu/papers2005-2009/cramton-new-england-forward-capacity-auction.pdf

240

Внутрираундовые ставки, правила активности, таблицы индифферентности и прочие аспекты практического применения одновременных clock-аукционов подробно описываются в работе [Ausubel, Cramton, Jones, 2002].

241

Одной из причин, по которой участник может использовать стратегию блефа, является попытка сокрытия информации от конкурентов в среде, где затраты участников взаимозависимы. Если оценка затрат участников частично основана на информации конкурентов, участник, предлагающий большой объем поставки, может вынудить конкурентов понизить оценку затрат и играть более агрессивно. Второй причиной является ограничение мощностей производства определенных товаров. Участник не спешит ставить на тот товар, который хочет поставить сам, но ставит на товары, интересные его конкурентам, в надежде истощить их ограниченную производственную мощность. Затем под конец аукциона участник переключается обратно на тот лот, который ему действительно интересен; при этом он действует в условиях уже ослабленной конкуренции.

242

В ряде аукционов EDF предлагалось до пяти товарных групп. В некоторых случаях в дополнение к основным контрактам на базовую и пиковую нагрузки прилагалось Соглашение о поставке электроэнергии. Кроме того, в некоторых аукционах контракты с разной датой начала действия предлагались как разные товарные группы. Более детально об этом можно узнать на сайте EDF (www.edf.fr), а также на сайтах, указанных в Источниках.

243

См.: [Cramton, Schwartz, 2002; Brusco, Lopomo, 2002; Grimm, Riedel, Wolfstetter, 2002].

244

См.: [Ausubel, Cramton, 2004b; McAdams, 2005].

245

См.: [Ausubel, Cramton, 2002].

246

См.: [Ausubel, 2004, 2006].

247

См.: [Vickrey, 1961].

248

См.: [Ausubel, Milgrom, 2002, 2006a].

249

См.: [Porter, Rassenti, Roopnarine, Smith, 2003].

250

См.: [Ausubel, Milgrom, 2002, 2006a].

251

См.: [Hoffman et al., 2006; Day, Raghavan, 2004] для описания практических методов внедрения фазы удаленных ставок. Удаленно-часовой аукцион более детально описан в работах [Ausubel et al., 2006; Ausubel, Milgrom, 2006b].

252

Пузырь доткомов – экономический пузырь акций интернет-компаний, существовавший с 1995 по 2001 гг. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

253

Очевидно, что может быть более двух вовлеченных сторон. Фокус на двух сторонах выбран для простоты объяснения, но соответствующие принципы применимы и к многосторонним рынкам.

254

Цит. по: Leadership Online: Barnes & Noble vs. Amazon.com. Harvard Business School, 1998. Р. 11.

255

См.: www.acquistinretepa.it

256

Если переносить эту ситуацию на закупочные электронные площадки, то они должны быть максимально «настроены» создавать стимулы для участия в закупках поставщиков, тем самым увеличивая конкуренцию и эффективность закупок. В этом случае требовать плату за участие с поставщиков нелогично. Следовательно, доходы площадки должны создавать покупатели, а не поставщики, как на электронной площадке продаж (eBay). – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

257

Сюда можно также добавить взносы за каждый товар, выставляемый на продажу поставщиками, или товары, на которые оставляют заявки покупатели.

258

Портал, запущенный в ноябре 2000 г., первоначально представлял собой интернет-рынок для мировой автомобильной промышленности. После расширения, платформа предлагает услуги также в сфере здравоохранения, поставок нефти и газа, а также в других отраслях промышленности. См.: www.covisint.com

259

Электронный портал для покупателей и продавцов промышленного оборудования. См.: www.partsforindustry.com

260

Например, антимонопольные иски против корпорации Microsoft касались привязки различных программ к Windows (Internet Explorer, Media Player).

261

Для программного обеспечения, распространяемого онлайн, переменные издержки близки к нулю. Для платформ существуют затраты, связанные с вычислительной способностью, перегруженностью и задержками, электроэнергией.

262

См.: [Bakos, Brynjolfsson, 1999].

263

Отмечая, что с точки зрения рациональности компания не должна устанавливать цены ниже предельных затрат, П.Э. Арида и Д.Ф. Тёрнер предложили рассматривать цену ниже средних переменных издержек как незаконную. См.: Areeda P.E., Turner D.F. Predatory Pricing and Related Practices under Section 2 of the Sherman Act // Harvard Law Review. 88. Р. 697–733.

264

eBay создал форум, на котором торговые партнеры могут оценивать друг друга после завершения трансакции и оставлять комментарии. Каждый потенциальный покупатель, таким образом, видит сводную таблицу оценок продавца, который его заинтересовал, и может прочесть комментарии; то же верно для продавцов. Это работает как механизм создания репутации, при котором неудовлетворительная работа поставщиков наказывается посредством низких оценок. Заинтересованный читатель может обратиться к работе: Dellarocas C. Sanctioning Reputation Mechanisms in Online Trading Environments with Moral Hazard: MIT Sloan WP 4297-03. 2004.

265

Авторы выражают благодарность В. Кришна (Vijay Krishna) за интересные идеи об «оптимальных резервных ценах», и Р. Каладруццио и Р. Пацционе (R. Calandruccio, P. Pacchione) из энергетической группы Итальянского агентства по закупкам (Consip S.p.A.) за познавательное общение по практике установления резервных цен в энергетических конкурентных тендерных процессах.

266

Следует иметь в виду, однако, что преимущества от участия не всегда ограничиваются только прямым доходом (таким как ожидаемый доход поставщика), но также и косвенным. Например, на динамическом аукционе, даже если поставщик прав, полагая, что его шансы на победу равны нулю, он мог бы все равно принять решение участвовать в торгах (и заплатить за это участие), с тем чтобы заставить более сильных конкурентов заплатить больше, чем они заплатили бы в случае его неучастия. Общий принцип, однако, состоит в том, что участник должен проявлять осторожность и не предлагать цену ниже ожидаемой стоимости выполнения контракта, чтобы избежать потерь де-факто. В итоге участие можно оправдать также в случае, когда ожидаемые экономические затраты, перекладываемые на противников, выше, чем собственные затраты. Наконец, участие слабых поставщиков с незначительными шансами на победу можно также интерпретировать как способ заявить о своем присутствии и готовность проявлять активность на соответствующем рынке.

267

Конкурс (в российской закупочной практике) или аукцион с закрытыми ставками. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

268

Более детально об англо-голландском формате см. Главу 6. Клемперер (2004) очень подробно останавливается на вопросах организации торгов, поднятых британским аукционом частот.

269

Авторы работы [Asker, Cantillon, 2004] показывают, что оптимальная стратегия ведения торгов (конкурсов) с использованием баллов наследует те же черты, которые свойственны аукционам с использованием только цены, при условии, что правило начисления баллов квазилинейно и уровни эффективности участников независимы друг от друга. Квазилинейное правило начисления баллов может быть записано как v(Q)p, где v(Q) является возрастающей функцией качества поставки, и p – цена, предложенная поставщиком.

270

См.: [Reiley, 2005] для получения дальнейшей информации об игре и для более подробного анализа результатов полевого эксперимента, кратко изложенного в тексте.

271

Это может быть, например, случай, когда необходимо конкретное ноу-хау, чтобы сформулировать действительное предложение относительно проекта.

272

За счет снижения резервной цены. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

273

Дальнейшее развитие и анализ данной структуры представлены в Главе 6.

274

Эта проблема, по-видимому, остро стоит в строительной промышленности. Подробнее об этом см. Главу 13.

275

О взаимосвязи между количеством лотов и риском сговора среди поставщиков см. Главу 7.

276

См.: [Guerre, Perrigne, Vuong, 2000].

277

См.: [Li, Perrigne, Vuong, 2003].

278

Финансовые гарантии, широко используемые в закупках, могут играть сходную роль.

279

Неопределенность касательно общей составляющей стоимости обслуживания контракта имеет значение, поскольку поставщик может обнаружить, что «истинная» стоимость исполнения контракта отличается от его первоначальной оценки. Чем больше группа, тем больше вероятность, что в ней окажутся неопытные поставщики. У такой группы поставщиков имеет место неуверенность по поводу фактических производственных издержек, таким образом, они опасаются навлечь на себя возможное «проклятие победителя», т. е. реализовать потери де-факто. Если поставщики опасаются понести дополнительные издержки после подписания контракта, они вынуждены подавать более осторожные предложения, что, в свою очередь, приводит к увеличению стоимости контракта. Следовательно, оптимальная резервная цена, действительно, возрастает с увеличением количества участников. Подробнее см. Главу 6, подраздел 6.2.2.

280

Это очень стилизованное описание основной особенности «рамочного договора».

281

См. в Главе 6 более подробный анализ частного и общего компонентов в производственных издержках поставщиков.

282

Заинтересованный читатель может обратиться к Главе 6, где стилизованный контракт закупок показывает, как может возникнуть «проклятие победителя» и какие меры предосторожности может принять закупщик, чтобы ограничить его отрицательные последствия на стратегии участия в торгах поставщиков на этапе определения формата торгов.

283

Эта практика широко используется в закупках, когда правительство хочет поддержать местные компании, национальные компании или компании, принадлежащие меньшинствам. См.: [Flambard, Perrigne, 2005] для моделирования дискриминационной политики в закупках снегоочистительного оборудования.

284

Это наиболее часто наблюдаемый механизм сговора в конкурентных торгах. Он станет основной темой Главы 15.

285

Основные источники, из которых мы заимствуем некоторые из развиваемых здесь идей: [Klemperer, 2004, Milgrom, 2004].

286

См.: [Ayres, Cramton, 1996; Milgrom, 2004].

287

См.: http://www.sba.gov

288

В работе [Ayres, Cramton, 1996] обсуждается этот случай в варианте исключительно частной стоимости.

289

Связь между количеством лотов и степенью конкуренции более глубоко исследуется в Главе 7.

290

См.: [Ayres, Cramton, 1996; Milgrom, 2004].

291

В работе [Ayres, Cramton, 1996] содержатся все подробности, относящиеся к этому аукциону.

292

См.: [Ayres, Cramton, 1996].

293

См. Главу 8, подразделы 8.3.2.1 и 8.3.2.2.

294

См.: [Milgrom, 2004].

295

Конкурс в российской закупочной теории и практике. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

296

В этой главе мы называем неценовые атрибуты «техническими аспектами», имея в виду те показатели качества, которые наблюдаются договаривающимися сторонами и поддаются проверке третьей стороной (суд). Так как эти показатели качества могут легко регулироваться и их соблюдение обеспечивается в рамках контракта, экономисты часто называют их «контрактуемыми». Глава 3 посвящена анализу неконтрактуемых аспектов качества, таких как оригинальность предложения, репутация подрядчика и т. д.

297

Кроме того «взвешивание» подразумевает еще и определение удельного веса начисляемых баллов. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

298

В Директиве ЕС 2004/18 о государственных закупках для этого явления используется термин «наиболее экономически выгодное» предложение.

299

Имеется в виду технический балл с учетом значимости технических аспектов, определяющих качество товара. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

300

Ценовой балл с учетом значимости (веса) рассчитывается как скидка, умноженная на 0,5, поскольку речь идет все время о процентах – скидки трех участников: 10 % (A), 15 % (B) и 35 % (C). Соответственно А: 10 × 0,5 = 5; В: 15 × 0,5 = 7,5; С: 35 × 0,5 = 17,5. Тогда итоговые баллы будут для А: 20 + 5 = 25; для В – 10 + 7,5 = 17,5; для С – 17,5 + 7 = 24,5 соответственно. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

301

В данном случае ценовой балл рассчитывается как цена самой низкой заявки, так что стартовая цена принимается за 100 %, (100 – 35=65), цена предложений А соответственно 100 – 10 = 90, В – 100 – 15 = 85. Тогда итоговый балл по цене равен для А: 65/90 × 50 = 36,1; для В: 65/85 × 50 = 38,2; С: 65/65 × 50 = 50 (максимальный ценовой балл) соответственно. Тогда итоговые баллы будут для А: 36,1 + 20 = 56,1; для В соответственно 38,2 + 10 = 48,2; для С соответственно 50 + 7 = 57 баллов. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

302

Так происходит в случае всех правил начисления баллов, где балл участника не зависит от заявок, представленных другими участниками.

303

Здесь мы резюмируем дискуссию об оптимальном стратегическом поведении касательно форматов конкурентных торгов (подробнее об этом см. Главу 6).

304

Например, это происходит, когда правило начисления баллов зависит от минимальной (максимальной, средней или любой другой) поданной заявки.

305

Например, в частных закупках проблема коррупции, по-видимому, стоит менее остро, чем в государственных закупках. Этим можно объяснить то, почему частный сектор обычно имеет (и использует) больше дискреционных полномочий и гибкости при отборе поставщиков. Подробнее о коррупции см. Главу 4. См. также Главу 16, в которой представлен анализ методов, способных предотвратить коррупцию.

306

Мы обсудим свойства этих правил начисления баллов более подробно в разделе 12.3.

307

В недавней работе [Asker, Cantillon, 2005] авторы утверждают, что покупателю было бы довольно сложно обеспечить выполнение оптимального правила начисления баллов. По этой причине они предлагают, как предлагаем и мы в этой главе, использовать простые правила начисления баллов. Далее авторы утверждают, что относительно других правил начисления баллов правило, которое линейно в ценах, хорошо соответствует оптимальному правилу начисления баллов, когда число поставщиков, конкурирующих за контракт закупок, достаточно высоко.

308

Ценовой порог может быть важным инструментом покупателя для управления интенсивностью ценовой конкуренции и предотвращения аномально низких предложений (см. рис. 12.1).

309

Стандартное уравнение правила параболического начисления баллов: Ценовой балл = nn × [а × (ценовая заявка)² + b × (ценовая заявка) + с], где параметры а, b и с установлены должным образом, с тем чтобы получить правило начисления баллов, согласующееся с выбранным ценовым порогом.

310

Заметьте, что ценовой порог достигается достаточно плавно в параболическом начислении, в то время как в линейном начислении он определяется резким изломом линии.

311

Как показано в подразделе 12.3, MVP зависит от ценового порога. В частности, чем выше ценовой порог, тем ниже денежная стоимость пункта и тем выше стимул конкурировать по цене до порога.

312

Распространено заблуждение, что качество всегда низко в ценовых конкурентных торгах с минимальными стандартами качества. Наоборот, такие торги могут обеспечить очень высокие стандарты качества, в этом случае все цены, вероятнее всего, будут высокими, поскольку покупатель отказывается от компромисса соотношения цена-качество, типичного для механизмов начисления баллов.

313

Заявки ранжируются (фильтруются) только по цене. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

314

Заявки оцениваются по соотношению цены и качества. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

315

В работе [Laffont, Tirole, 1987] рассмотрен принцип, при котором контракт победителя зависит только от цены, без учета качества.

316

«Предубеждение против качества» [Che, 1993] – схема в которой покупатель, придерживаясь правила начисления баллов, несет расходы в связи со своим невыгодным положением в плане информированности качества, где покупатель недовознаграждает качество относительно своих истинных предпочтений. Таким образом, он предпочитает действовать в процессе отбора поставщика исходя из цены, как будто его не очень заботит качество, чтобы в итоге заплатить меньшую цену.

317

Контекст с учетом цены и качества.

318

Цит. по: [Calveras et al., 2004].

319

См.: [White, 1989].

320

Более 60 % неудач в строительной промышленности США обусловлено перерасходом средств, которые не покрываются контрактными платежами и финансовыми активами подрядчика [Arditi et al., 2000]. 77 % самых крупных проектов общественных работ в Испании привели к перерасходу средств со средним перерасходом в размере 22 % от рассчитанного бюджета [Ganuza, 1997]. Средний перерасход средств в отдельной программе обороны США составлял более 120 % бюджета [Peck, Scherer, 1962]. Теоретические модели перерасхода средств изложены в работах [Lewis, 1986; Arvan, Leite, 1990; Ganuza, 2000; Bajari, Tadelis, 2001].

321

Это может быть вызвано неопределенностью в отношении проекта в целом, ошибками в расчетах или потенциальной потребностью в финансовых ресурсах для покрытия потерь от других проектов, которые еще находятся в процессе реализации.

322

Это сходно с так называемой проблемой замены активов или смещения рисков в корпоративных финансах и банковском деле.

323

Известным примером такого поведения в контексте аукциона на продажу была продажа лицензий на частоты C-блока в 1996 г. Федеральной комиссией по связи (ФКС) в Соединенных Штатах. Для привлечения более мелких фирм победителям было разрешено задерживать выплаты со ставкой процента по займам ниже рыночной. Оказалось, что (продажные) цены аукциона были в три раза выше, чем на предыдущих аукционах, что привело к доходу в размере 10,2 млрд долл. США. Однако вскоре после аукциона многие покупатели заявили, что лицензии были переоценены. Еще бóльшим ударом для ФКС было то, что эти покупатели не произвели обещанные выплаты и объявили себя банкротами. После банкротства наиболее агрессивного подрядчика Nextwave ФКС сократила обязательства компании с 4,74 до 1,02 млрд долл. Это постановление было отменено апелляционным судом в 1999 г. В 2004 г., через восемь лет после аукциона, дело было наконец урегулировано, и Nextwave получила примерно 1/6 часть частот по контракту за 504 млн долл. США.

324

На конкурентных торгах SPSB контракт выигрывает поставщик с самой низкой заявкой и производит выплату, равную второй самой низкой заявке. В этом формате конкурентных торгов лучшей стратегией («слабо доминирующей», на жаргоне экономистов) для каждого поставщика будет подача заявки в размере альтернативных издержек создания проекта.

325

См.: [Zheng, 2001; Calveras et al., 2004].

326

Интуитивная причина, по которой менее платежеспособные поставщики подают более агрессивные заявки, в сравнении с более платежеспособными поставщиками, подобна той, которая приводится в литературе по корпоративным финансам, где ограниченная ответственность вынуждает акционеров «безразличных к риску» (или нейтральных в отношении риска) фирм, находящихся в финансово бедственном положении, выбирать более рискованные проекты. Это явление называют азартной игрой на стратегию восстановления.

327

«Стандартные» конкурентные форматы торгов – это все форматы, в которых контракт присуждается поставщику, предложившему самую низкую цену (или самую выгодную комбинацию цена-качество). Почти все форматы конкурентных торгов принадлежат этому типу; только особые и редкие правила начисления баллов «нестандартны» (об этом см. Главу 14). При определенных условиях стандартные форматы торгов приводят к той же ожидаемой оплате для покупателя. Подробнее об этом см.: [Milgrom, 2004; Klemperer, 2004; Krishna, 2002].

328

Английский аукцион начинается с очень высокой цены, которая постепенно снижается, пока не останется только один поставщик, готовый принять предлагаемую цену. Последнему оставшемуся поставщику присуждается контракт по цене последнего выбывшего поставщика. На голландском аукционе цена устойчиво увеличивается, и первый поставщик, который принимает названную цену, получает контракт.

329

Подробнее см.: [Board, 2005: Engel, Wambach, 2006a; Parlane, 2003].

330

Подробнее см.: [Board, 2005: Engel, Wambach, 2006a; Parlane, 2003]

331

Лотерея как средство нормированного распределения является общепринятым методом в среде с избыточным спросом, возьмите, к примеру, первичное размещение акций и тендеры Центрального банка. См.: [Gresik, 2001; Gilbert, Klemperer, 2000].

332

Об этом и других результатах воздействия на конкуренцию в закупках с дроблением контракта на доли см.: [Wambach, 2002].

333

Безусловно, этот крайний случай нелегко осуществить, но иногда он имеет место. Подробнее о заключении контрактов и качестве см. также Главу 4.

334

В буквальном смысле вступительные взносы представляют собой денежные взносы, которые поставщики должны внести для получения права участвовать в конкурентных торгах. Однако вступительные взносы могут также рассматриваться как стоимость подготовки к процессу торгов. Примерами могут служить создание опытного образца, инвестиции в повышение квалификации для получения контракта или внутренние расходы на вычисление затрат на проект.

335

Как говорилось ранее, существуют промежуточные инструменты, такие как аккредитивы, для которых банки не требуют гарантийного обеспечения, выступая скорее как компании-гаранты. В этом случае аккредитив будет близок к поручительской гарантии и достигнет примерно того же результата.

336

Этот аргумент предполагает, что по крайней мере часть заложенных активов не может использоваться в производстве. Как правило, эти активы ликвидны и остаются на депозите в банке.

337

Это резкое утверждение сделано в соответствии с вышеприведенными определениями аккредитива и поручительских гарантий.

338

Альтернативные издержки поручительской гарантии находятся в пределах между нулевой и безрисковой процентными ставками. Эти два крайних сценария анализируются в работах [Engel et al., 2005; Calveras et al., 2004] соответственно.

339

Некоторые обсуждения касательно правила начисления баллов по средней заявке см. также в Главе 12.

340

Например, Италия, Бельгия, Франция, Португалия, Румыния и Испания. Подробнее о методах, используемых агентствами по государственным закупкам, см. также в Главе 2.

341

Обычно фирма автоматически исключается, но имеет возможность оправдать свою заявку и быть допущенной к торгам повторно, если оправдание удовлетворительно. На практике повторное допущение происходит очень редко.

342

Следующая история из велоспорта хорошо иллюстрирует данный тезис. В четвертьфинале чемпионата мира по велоспорту в Милане в 1955 г. голландский велосипедист Ян Дерксен должен был соревноваться с итальянцем Антонио Маспесом в индивидуальной гонке преследования. После первого раунда Маспес был на первом месте, а Дерксен имел преимущество ветрозащитного ограждения, благодаря которому он мог сэкономить около 20 % энергии. Будучи на невыгодном первом месте, Маспес остановился и попытался вынудить Дерксена пойти на обгон, но Дерксен также остановился. Через 32 минуты и 20 секунд, в течении которых участники не сдвинулись с места, судьи остановили гонку. После повторного старта гонку выиграл Маспес. Как оказалось, желание быть вторым, а не первым, вынуждало велосипедистов двигаться очень медленно.

343

Этот аргумент используют авторы работы [McAfee, McMillan, 1989], чтобы оправдать использование закона «Покупайте американское», поскольку он ведет к снижению цен.

344

Подробнее см.: [Engel, Wambach, 2006b].

345

Обеспечение заявки, вступительные взносы, обеспечение контракта.

346

См.: http://www.oft.gov.uk/News/Press+releases/2005/126-05.htm

347

См.: The Times. 2005. December 2.

348

В этом правиле есть, однако, исключения. При определенных обстоятельствах увеличение числа участников торгов может привести к упрощению координации их действий. Например, одним из наиболее часто приводимых доводов в пользу разделения закупочных контрактов на меньшие лоты является вовлечение большего числа участников. Тем не менее абсолютное число участников только частично может служить показателем ожидаемого уровня конкуренции. Принципиальный момент, который должен учитывать каждый поставщик, – это взаимосвязь между числом участников и количеством лотов. Более подробно об этом см. в Главе 7.

349

Набор инструментов для упрощения участия рассмотрен в Главе 11.

350

Эту рекомендацию следует, однако, дополнить предупреждением. Более высокое число более мелких лотов может стимулировать участие, но если число участников не увеличится значительно, оно может упростить сговор. По этой причине стоит, используя индексы конкуренции, разработанные в Главе 7, рассчитывать воздействие различного дробления на лоты применительно к участию и сговорам.

351

Более подробно проблемы фиксации цен рассмотрены в Главах 7 и 17.

352

См. Решение Итальянского антимонопольного комитета № 19946 от 30 апреля 2003 г., бюллетень № 18/03.

353

Та же логика применяется при корректировке цены: чем чаще корректировка, тем проще поддерживать сговор, так как не нарушающие сговора фирмы могут быстро ответить на нарушение по факту его совершения.

354

Благоприятные с точки зрения возможности создания сговора особенности последовательных аукционов исследуются в работе [Albano, Spagnolo, 2005], где также рассматривается, как продавец (покупатель на аукционе закупок) может погасить такого рода эффекты, варьируя степень прозрачности аукционного механизма.

355

См. также: [Blume, Heidhues, 2004].

356

Агентство по госзакупкам Италии (Consip S.p.A.), например, выдает подряды только поставщикам с достаточно высокими рыночными долями (измеряемыми по годовому обороту поставщика в аналогичном бизнесе).

357

Более глубокий анализ этого вопроса см. в Главе 7.

358

См.: [Klemperer, 2004].

359

Здесь, ранее и далее термин «тендер» – синоним термина «торги» и не является частным случаем каких-либо торгов, т. е. может употребляться применительно к любым торгам. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

360

См.: [Graham, Marshall, 1987].

361

Этот тезис более подробно раскрывается в Главе 15.

362

См.: [Albano, Spagnolo, 2005].

363

Политика раскрытия информации, которая может нейтрализовать этот эффект, рассматривается в подразделе 14.2.4.

364

См., например: [Baker, 2002].

365

В работах [Cramton, 1997; Cramton, Schwartz, 1999, 2000] см. более подробное описание поведения при сговоре на проведенных FCC аукционах. См. также Отчет FCC 1A 1997 г.

366

См.: [Gunderson, Wang, 1998]. В работе [Avery, 1998] автор также конструирует баланс с включением заявок с резкими переходами в контексте английских аукционов с одним предметом со связанными ценностями.

367

См.: [Cramton, Schwartz, 2000].

368

См.: [Cramton, Schwartz, 2000].

369

См.: [Milgrom, 2000].

370

Предполагается, что цены формируются как множитель 1 евро.

371

См. формальное определение этих двух правил начисления баллов в Главе 12. Линейное правило начисления баллов является прозрачным, тогда как правило начисления баллов по самой низкой заявке непрозрачно.

372

Поскольку технических баллов нет, этот механизм следует обозначить как торги по средней заявке.

373

В закупках термин «действующая компания» (incumbent operator) означает компанию, участвовавшую ранее в аналогичных закупках этого либо другого закупщика, а также поставщика, который уже имеет крупнейшие существующие коммерческие отношения с эмитентом торгов (покупателем). – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

374

См.: Решение ICA № 5333 от 25 сентября 1997 г., бюллетень № 39/97.

375

Относительно роли программ смягчения конкуренции в предупреждении мошенничества с заявками см.: [Aubert et al., 2005; Spagnolo, 2006].

376

Эта стоимость относится к почасовой оплате охранника.

377

Это в действительности весьма теоретическое допущение, так как, насколько нам известно, в содержании директивы 2004/18/EC ничто как ни регулирует, так и не исключает такой ситуации.

378

Это означает, что трехгодичный контракт разбит на три одногодичных.

379

Уильям Ковачич – комиссар Федеральной торговой комиссии США. Взгляды, выраженные здесь, являются только его взглядами и не обязательно взглядами Федеральной торговой комиссии или ее отдельных членов.

Эта глава была завершена во время посещения Лесли Маркса Федеральной комиссии США по связи (FCC), но выраженные в ней взгляды не обязательно отражают позицию FCC, ее сотрудников или комиссаров.

380

См.: [Grossman, 2004] (сборник эссе, в которых рассматривается функционирование сговорных соглашений); [Marshall, Meurer, 2004] (обсуждение того, как политика конкуренции в отношении картелей должна обусловливать формы аукционов закупок и продаж, а также средства, применяемые фирмами для координации своих действий).

381

См.: [Evenett et al., 2002]. Важная информация содержится в позициях и общедоступных протоколах суда по поводу преследования физических и юридических лиц, состоящих в картеле. См., например, дело United States vs. Andreas, 216 F .3d 645 (7th Cir. 2000) (подтверждение осуждения членов правления Archer Daniels Midland, которые помогали оперировать картелем по пищевым добавкам; описание функционирования картеля); [Gavil et al., 2002, p. 1017–1021] (заявление, представленное Департаментом юстиции в связи с осуждением Hoffmann-La Roche за участие в витаминном картеле). Публичные заявления прокуроров (например: [Guersant, 2002; Kolasky, 2002] также снабжают информативными отчетами о тех или иных картелях. Дальнейшее понимание проблемы можно получить из общедоступных заявлений, подготовленных свидетелями, выступавшими в частных процессах с тройным увеличением присуждаемых убытков, которые проводились против участников витаминного картеля (например: [Bernheim, 2002]. Недавняя вспомогательная литература по судебному преследованию в области поставок пищевых добавок и витаминов разнообразна и объемна. См., например: [Connor, 2001; Eichenwald, 2000] (рассмотрение картеля по пищевым добавкам); [First, 2001] (анализ судебного преследования в области пищевых добавок и витаминов).

382

См., например: [Genesove, Mullin, 2001] (рассмотрение того, как участники сговорной схемы Сахарной ассоциации раскрыли мошенничество); [Marshall, Meurer, 2004, p. 96–99] (описание использования аукционных рингов для подержанного промышленного оборудования). Более недавняя литература дополняет прежний корпус популярных и научных докладов по поводу организации и управления картелями, таких как сговоры по установлению цен на электрическое оборудование 1950‑х годов. См.: [Fuller, 1962; Herling, 1962].

383

См.: [Marshall, Meurer, 2005; p. 101–109].

384

О разработке и применении системы сдерживания и поощрения с целью выявления картелей см.: [Aubert et al., 2005; Chen, Harrington, 2005; Kovacic, 2001; Motta, Polo, 2003; Spagnolo, 2005; Spratling, 2001].

385

См.: [Calkins, 1997b; Wils, 2003].

386

О силе и слабости различных видов гражданско-правовых и уголовных санкций см.: [Baker, 2001; Breit,d Elzinga, 1986; Calkins, 1997a; Connor, 2005; OECD, 2005; Wils, 2005].

387

Наш подход в целом аналогичен концепции, принятой в юридической и экономической литературе [Cooter, 1985], в которой рассматривается, как частота и общие издержки в случаях, связанных с инцидентами и нарушенными контрактными обязательствами, могут быть уменьшены благодаря соответственно деликатному контракту и правилам, которые дадут обеим сторонам (причинителю вреда и его жертве, должнику и кредитору) стимулы для того, чтобы принять надлежащие меры предосторожности. О вкладе механизма торгов как дополнения к обеспечению антимонопольного законодательства с целью сдерживания сговоров см.: [Klemperer, 2002; Marshall, Meurer, 2004, р. 110–117].

388

Каждый раз, когда произносится слово «аукцион», неудобно и даже нецелесообразно добавлять «или закупка в случае одного покупателя и нескольких продавцов». Принимая это во внимание, укажем, что часто есть значительное различие между аукционами и закупками, особенно если закупаемый товар по своему характеру многоаспектен и предложения оцениваются по различным аспектам.

389

См., например: [Scott, 2004] (обзор опыта Канады и других юрисдикций касательно обеспечения исполнения норм законодательства о конкуренции против картелей).

390

Уровень фактической частоты активности картеля препятствует точной оценке, хотя приблизительные оценки частоты часто отражаются на назначении наказаний.

391

Водоразделом в этом процессе является дело United States vs. Socony-Vacuum Oil Co., 310 US 150 (1940). Историческое развитие принципа строгого запрещения картелей в законодательстве и политике США рассматривается в книге [Kovacic, Shapiro, 2000]. Говоря о «картелях», мы имеем в виду механизмы, которые не обеспечены законными основаниями. Тенденция в современном анализе конкурентной политики состоит в том, чтобы аккуратно проводить различие между «голыми» соглашениями об ограничении продукции на выходе и соглашениями, под которые их участники подводят рациональную и эффективную базу. Недавний обзор соответствующей судебной практики США по этому поводу см. в Polygram Holding, Inc. vs. FTC, 416 F .3d 29 (D. C. Cir. 2005).

392

Современная последовательность улучшений в способах выявления картелей и наказаний для правонарушителей – участников картелей рассматривается в работе [Kovacic, 2003].

393

Антимонопольное законодательство США предусматривает частные иски и позволяет частным истцам взыскивать в тройном размере фактически понесенные убытки. См.: [Gavil et al., 2002, p. 999–1000] (описание законодательной базы США, регулирующей исполнение в судебном порядке частных исков). Выигравший истец также имеет право на компенсацию расходов на адвоката и издержек со стороны ответчика.

394

См.: [First, 2001] (документированный успех частных сторон в судебном процессе в делах о витаминных картелях); [Anderson, 2001] (информирование о соглашении аукционных домов Кристи и Сотби об уплате в целом 512 млн долл. для урегулирования частного группового антимонопольного иска).

395

В уголовном праве США и Великобритании категория наименее опасных преступлений, граничащих с административными правонарушениями.

396

В уголовном праве США и Великобритании категория тяжких преступлений, по степени опасности находящихся между государственной изменой и мисдиминором. Как правило, к felony относятся преступления, за которые грозит лишение свободы на срок до одного года или более тяжкое наказание.

397

См.: [ICPAC, 2000; OECD, 2005].

398

См.: [Vann, Litwin, 2004] (сообщение о том, что с момента усиления антимонопольных сдерживающих программ США в 1990‑х годах по меньшей мере двенадцать юрисдикций приняли сходные стратегии).

399

В теоретической литературе по аукционам рассматривается разница в доходе, которая возникает между схемами благодаря избеганию риска или связанным ценностям, если обозначить только два акцента. Вопрос прибыли обычно состоит в том, является ли вторая по значимости оценка или что-то большее (вплоть до наивысшей оценки) тем, что выплачивается продавцу. Эффективный сговор может понизить уплачиваемую цену до резервной цены продавца или до наивысшей цены участника торгов, не состоящего в сговоре, что может быть очень низкой величиной.

400

См.: [Marshall, Meurer, 2004, p. 92–93].

401

Это составляет главную идею литературы по издержкам сделок, связанной с работой [Coase, 1937] и разработанной такими учеными, как Вильямсон [Williamson, 1975]. См. главу 4 для более детального анализа договорных стратегий, необходимых для обеспечения исполнения обязательств в закупках.

402

См. также: [Baker, 2002, р. 160–162] (обзор средств, с помощью которых конкуренты неявным образом координируют свою деятельность).

403

Витаминный картель, сформированный в начале 1980‑х годов, успешно функционировал до конца 1990‑х. Опубликованные решения о преследовании других многочисленных картелей подчеркивают долголетие изменяющейся схемы картельного сговора. Как результат, успех данного сговора можно с уверенностью отнести его участникам в нахождении способов преодоления проблем, связанных с координацией. Проблем, которые угрожали расстроить все усилия по организации картеля и реализации общего плана. В данном случае приведенный пример продолжает мысль Стиглера [Stigler, 1964] о том, что многие картели распадаются, так как центробежные силы, порожденные усилиями по формированию и поддержанию согласия, отдаляют участников. См., например, дело United States vs. Hal Brown, Jr., 936 F .2d 1042 (9th Cir. 1991) (сговорные соглашения с целью подавления конкуренции в отношении рекламных щитов возникли в 1964 г. и действовали до того, как подверглись атаке департаментом юстиции в 1988 г.); United States vs. Pippin, 903 F .2d 1478 (11th Cir. 1990) (сговор между молочными производителями с целью мошенничества с заявками касательно контрактов на поставку молока в школы во Флориде, действовавший с начала 1970‑х по 1988 г.; United States vs. Portsmouth Paving Corp., 694 F .2d 312 (4th Cir. 1982) (сговор, связанный с покрытием дорог, возник в середине 1960‑х и эффективно действовал до того, как встретил сопротивление в начале 1980‑х).

404

Мы сосредоточимся на торгах или закупках в отношении одного предмета. При рассмотрении торгов или закупок в отношении множественных предметов могут возникнуть дополнительные вопросы, и другие способы организации торгов могут быть подходящими. Например, касательно использования гибридных аукционов с фиксированной ценой и автоматической удаленной ставкой для продажи с торгов многих связанных предметов см.: [Ausubel, Cramton, Milgrom, 2004].

405

Таковы закрытые торги с первой ценой. Есть другие конкурентные механизмы с использованием закрытых заявок, такие как закрытые торги со второй ценой, где участник, предложивший самую высокую цену, выигрывает и уплачивает цену второй самой высокой заявки.

406

Подставной участник торгов является агентом того участника торгов, который не идентифицируется в качестве такового аукционистом/закупщиком и остальными участниками торгов.

407

Есть ситуации, в которых фактор присутствия подставного участника значим, и другие, в которых он не имеет значения. Неразумно думать о крупном авиапроизводителе, использующем подставное лицо в военных поставках, но безусловно разумно думать о дилере в области антиквариата, использующем подставного участника в торгах на продажу наследственного имущества.

408

Специалисты по продажам распознают эту смену режима, и здесь появляется возможность для правоисполнительных органов воспользоваться этой информацией для того, чтобы задействовать антимонопольное законодательство. Как было отмечено ранее, растущая современная литература рассматривает возможность создания стимулов для лиц, вовлеченных в сговор, и для сотрудников фирм, находящихся в сговоре, для раскрытия сговора антимонопольным органам.

409

См.: [Marshall, Marx, Raiff, 2005] (демонстрация того, как публичное объявление цен витаминными картелями способствовало повышению цен, определенных сговором).

410

См.: Finnegan vs. Campeau Corp., 722 F.Supp. 1114 (S.D.N.Y. 1989) (отклонение антимонопольной жалобы, поданной акционерами; отклонение проведено на основании того, что законодательство США о ценных бумагах допускает оспариваемую деятельность), подтверждено 915 F .2d 824 (2nd Cir. 1990).

411

См.: 722 F. Supp. at 1115.

412

Министерство юстиции США. Установление цен, сговоры и схемы распределения рынка: что это такое и на что нужно обращать внимание. Антимонопольное руководство для профессионалов в области закупок. (http://www.justice.gov/atr/public/guidelines/211578.pdf)

413

См: United States vs. Pook, № 87–274, 1988 US Dist. LEXIS 3398 (E.D. Pa., 18 April 1988).

414

См.: 1988 US Dist. LEXIS 3398 at 2.

415

См.: United States vs. Seville Industrial Machinery Corp., 696 F.Supp. 986 (D.N.J. 1988).

416

См.: District of Columbia vs. Basiliko, 1992 US Dist. LEXIS 1260 (D.D.C. 10 Feb. 1992).

417

См.: 1992 US Dist. LEXIS 1260 at 6–7.

418

См.: [Lopomo, Marshall, Marx, 2005].

419

Более просто это можно объяснить, опираясь на работу [Marshall, Marx, 2006]: предаукционные механизмы могут быть эффективными, если 1) ринг задействует механизм подачи предложения в соответствии с итоговым балансом бюджета [Mailath, Zemsky, 1991]; или 2) ринг задействует механизм координации предложений в соответствии с начальным балансом бюджета.

420

Министерство юстиции США (DoJ) описывает схему ротации заявок в закупках как схему, в которой «все участники сговора делают заявки, но низкие заявки подаются по очереди». Но на аукционе на повышение (или на понижение – применительно к закупкам) всем участникам сговора нет необходимости подавать заявки. Они должны только условиться о ротации. См.: Министерство юстиции США. Установление цен, сговор и схемы распределения рынка: что это такое и на что нужно обращать внимание. Антимонопольное руководство для профессионалов в области закупок. (http://www.justice.gov/atr/public/guidelines/211578.pdf)

421

См.: United States vs. Addyston Pipe & Steel Co., 78 F. 712 (E.D. Tenn. 1897). См. также: Addyston Pipe & Steel Co. vs. United States, 171 US 211 (1899).

422

См.: United States vs Addyston Pipe & Steel Co., 78 F. 712 (E.D. Tenn 1897) в 713–714.

423

См. дело: United States vs. Mobile Materials, Inc., 881 F .2d 866, 869–874 (10th Cir. 1989) (описание механизмов, сконструированных участниками сговора в области дорожного покрытия, в ряде закупок для координации представления государственным закупочным органам дополнительных заявок); United States vs.Portsmouth Paving Corp., 694 F .2d 312, 320–321 (4th Cir. 1982) (рассмотрение использования дополнительных заявок участниками сговора в области дорожного покрытия).

424

Министерство юстиции США. Установление цен, сговоры и схемы распределения рынка: что это такое и на что нужно обращать внимание. Антимонопольное руководство для профессионалов в области закупок. (http://www.justice.gov/atr/public/guidelines/211578.pdf)

425

См. также дело United States vs. MMR Corp., 907 F .2d 489 (5th Cir. 1990), которое представляет собой насыщенное фактами описание шагов, сделанных подрядчиками в области электротехники для обнаружения и ведения сумм, которые они были должны друг другу в результате их участия в прошлых эпизодах сговора.

426

См.: United States vs. Lyons, № 81–1287, 1982 US App. LEXIS 22194 (7th Cir. 1 Feb. 1982).

427

См.: United States vs. A-A-A Elec. Co., Inc., 788 F .2d 242 (4th Cir. 1986).

428

См.: United States vs. W.F. Brinkley & Son Construction Company, Inc., 783 F .2d 1157 (4th Cir. 1986).

429

См.: United States vs. Metropolitan Enterprises, Inc., 728 F .2d 444 (1984).

430

См.: Unite States vs. Inryco, Inc., 642 F .2d 290 (1981).

431

См. также: State of New York vs. Hendrickson Brothers, Inc., 840 F .2d 1065, 1069–1072 (2nd Cir. 1988) (анализ использования заключения договора субподряда в качестве средства для членов картеля поддерживать верность всех участников схеме сговора).

432

Решение Европейской комиссии 2003 г. дает образец отличного описания картеля и его внутренней работы.

433

Европейская комиссия, 2003, раздел 196.

434

Кроме того, в отсутствие соглашения о разделе рыночных долей сговор по любым конкретным закупкам повлечет значительные издержки по заключению сделки, так как фирмы попытаются доказать, что пришел их черед побеждать.

435

Некоторые аукционные форматы включают такие правила участия, которые требуют от участников торгов функционировать в годовых раундах аукциона для того, чтобы получить право на участие в последующих раундах.

436

Сенат США. Процедуры торгов по древесине: слушания в подкомитете Сената по государственным землям и ресурсам. 95‑й Конгресс, 1‑я сессия. 1077.

437

Робинсон [Robinson, 1985] предусматривает эту зависимость для ситуации, в которой есть идеальное взаимодействие между членами ринга (цели членов ринга составляют общее знание внутри ринга). Маршал и Маркс [Marshall, Marx, 2006] определяют эту зависимость для ситуации, где цели членов ринга являются частной информацией.

438

Каждый участник знает свою цель, но не знает цели другого, хотя всем им известно распределение, исходя из которого они выводят свои цели. В рассматриваемом здесь примере распределение однообразно на отрезке от 0 до 100.

439

Мы не уточнили, как делает заявки D, противостоя картелю, но они никогда не будут равны 20, так как заявка на 20 или больше лишит D возможности положительного баланса.

440

Вопрос, рассматриваемый здесь, не имеет ничего общего с устным аукционом как «явным выкриком». Та же разница в подверженности сговорам, обсуждаемая здесь, имеет место, если устный аукцион на повышение заменяется на закрытые торги со второй ценой.

441

В контексте закупок существуют обстоятельства, при которых агрессивная резервная цена не представляется возможной, так как она не вызывает доверия, что закупка может не состояться. В этих случаях возможно применение альтернативных стратегий, таких как обеспечение договора о поставке от продавца, который выступает в качестве конечного производителя и потому делает вероятной угрозу не покупать у других.

442

О механизме, который использует данные победителя и цену, уплаченную на аукционе, см.: [Graham, Marshall, 1987].

443

См.: [Marshall, Marx, 2006] относительно квалификации заявок членов ринга на закрытых торгах с первой ценой, если ринг не включает всех участников торгов.

444

Подавление ставки (bid suppression) происходит, когда некоторые из заговорщиков соглашаются не подавать заявку для того, чтобы другой заговорщик смог выиграть контракт. См. пример на с. 504.

445

Такая аукционная стратегия рассматривается в работе [Marshall, Marx, 2006].

446

В России как вариант используется переторжка в конце аукциона. Такая же возможность регламентирована на электронных аукционах по 94-ФЗ. – Прим. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

447

См. Главу 5 касательно введения в предмет и работу [Hirschleifer, Riley, 1993, p. 395], где рассматривается проклятие победителя.

448

Подробности этого довода см. в статье [Marshall, Meurer, 2004] и о роли «проклятия победителя» в аукционах по шельфу за пределами континентальной зоны см. в работе [Hendricks, Potter, 1998].

449

О результатах ограничителей индивидуальной рациональности см.: [Marshall, Marx, 2006].

450

См.: [Marshall, Marx, 2006].

451

См.: [Haberbush, 2000] (рассмотрение практики с преследованием картелей, затрагивающей государственные закупки в США).

452

См.: [Anton, Yao, 1992].

453

Мы благодарим Густаво Пига за его детальные замечания и Джанкарло Казартелли за его экскурс в область современных закупок. Финансовая поддержка была получена Deutsche Forschungsgemeinschaft (DFG), SFB Transregio 15, Управление экономическими системами и их эффективность.

454

См.: [The World Bank, 2004а].

455

Поскольку полагается, что у аукциониста могут быть свои интересы, а у организации-закупщика, только интересы организации. То есть коррупция – проявление различий частных интересов и интересов организации. Здесь не рассматривается вопрос, что у других сотрудников организации могут быть тоже интересы, да и в целом у организации могут быть интересы, отличные от декларируемых на закупках (например, оппортунизм организации против конкуренции в целях сохранения партнерских отношений с одним из участников торгов). В этом случае нарушение законов о конкуренции и о закупках имеют место, а вознаграждения закупщиков и аукционистов – нет, что очень характерно для закупок в Российской Федерации, когда закупщик не имеет права на учет истории сотрудничества с поставщиком. – Примеч. научного редактора русского перевода И. В. Кузнецовой.

456

См.: [Kaufmann, 2005].

457

Это следует из двух фактов: 1) участники торгов назначают цену выше своей стоимости, поскольку иначе они не получат выгоды от победы; 2) предположим, что стоимость привилегированного участника выше наименьшей стоимости всех участников, но ниже цены, назначенной участником с наименьшей стоимостью, тогда привилегированный уравнивает свое предложением с наименьшим и выигрывает. Это показывает, что результаты аукциона могут быть неэффективными. См.: [Arozamena, Weinschelbaum, 2004; Bikhchandani, Lippman, Ryan, 2005].

458

Это может быть открытый «английский» аукцион на понижение или «голландский» на повышение.

459

Формат Викри, однако, не популярен, поскольку он уязвим по отношению к другим манипуляциям. Например, у аукциониста есть соблазн пригласить подставного участника для заполнения разрыва между двумя наименьшими заявками, и участники могут составить самоисполнимый сговор.

460

Эта ситуация была проанализирована в работе [Lengwiler, Wolfstetter, 2005].

461

Это требование к закупкам, установленное Всемирным банком и Банком азиатского развития.

462

Однако эта схема подвергает аукциониста-коррупционера высокому риску, так как он должен установить незаконные контакты с каждым участником торгов.

463

Идея платить надбавку сверх конкурентной платы тем, кто находится на ответственном посту, уже кратко описана в работе [Smith, 1776, book I/8].

464

Интересный ранний случай коррупции на аукционах произошел между Гёте и его издателем Фивегом по поводу одного из произведений поэта. Желая знать настоящую стоимость своей рукописи, Гёте разработал искусный план. Он вручил запечатанную записку с резервной ценой своему юристу Бёттигеру. В то же время он попросил Фивега сделать заявку и направить ее Бёттигеру, обещая права на публикацию, и если только предложение окажется выше резервной цены Гёте, в случае чего Фивег должен будет заплатить резервную цену Гёте [Moldovanu, Tietzel, 1998]. Однако Бёттигер оказался ненадежен. Он открыл конверт Гёте и злонамеренно сообщил Фивегу о его содержимом, прежде чем тот подал свою заявку. Неудивительно, что предложение Фивега оказалось равным резервной цене, и потому Гете не удалось выяснить, во сколько же оценивал издатель его труды.

465

См.: The Economist. Just How rotten? 2004. October 21.

466

Используемые здесь термины применяются в Руководстве Всемирного банка, которое представляет собой хороший пример продуманных правил закупки товаров и услуг, см.: [The World Bank, 2004а, b]. Схожие правила см.: [The Asian Development Bank, 2002].

467

Выпуклая линейная комбинация (convex linear combination) – линейная комбинация двух неотрицательных действительных чисел, сумма которых равна единице.

468

Это правило значительно отличается от стандартной модели начисления баллов в экономической литературе [Che, 1993; Asker, Cantillon, 2004]. В этой литературе считается, что заказчик высчитывает общий балл предложения, оценивая ценность технического и вычитая цену, обозначенную в финансовом. Для практического применения, однако, часто невозможно рассчитать экономическую ценность технического предложения. Это привело к принятию формульных правил выставления баллов, как, например, то, что описано в тексте (см.: [Wolfstetter, 2006]).

469

В качестве примера предположим, что минимальная предложенная цена – 28 и финансовые предложения двух участников торгов с максимальным общим баллом равны 40 и 35 соответственно. Таким образом, их баллы за цену составляют 70 и 80 соответственно. Предположим, что баллы за качество равны 80 и 76 соответственно. Тогда общий балл победителей равен 78, а максимальный балл проигравшего – 76,8. Цена, которая заставляет предложения победителей достичь того же балла, что и максимальный проигравший балл, – 43,75. Эту цену следовало бы уплатить победившему участнику торгов, если бы применялась версия правила Викри.

470

Например, Всемирный банк допускает систему электронной подачи заявок, но настаивает на том, что «система должна: быть безопасной, сохранять конфиденциальность и подлинность представленных предложений, использовать систему электронной подписи и позволять открывать предложения только с одновременного электронного разрешения консультанта и заемщика» [The World Bank, 2004b, р. 21].

471

Предложено в работе [Burguet, Che, 2004]).

472

Конечно, это может означать, что все оценщики были подкуплены одним и тем же участником торгов, но это будет трудно установить, за исключением случая, когда возможно наблюдать за передачей взяток.

473

См.: [Bryan, Cecchetti, 1994]. Авторы использовали эту идею для расчета инфляционных показателей, которые находятся под меньшим воздействием крайних ценовых колебаний отдельных товаров.

474

А именно, мы добавляем нормально распределенный шум к баллам оценщиков за качество, плюс немного необъективности в выставляемых баллах при сокращении баллов до интервала 0–100.

475

Мы провели 10 тыс. испытаний, применяя программу R. B. Myerson’s Sim Tools, см.: http://home.uchicago.edu/~rmyerson/addins.htm. Таблица с данными о необъективности оценщиков и предполагаемых случайных ошибках доступна для скачивания на нашем сайте: http://home.uchicago.edu/~rmyerson/tools

Метод Монте-Карло (метод статистических испытаний) – численный метод решения различных задач при помощи моделирования случайных событий.

476

Но мы хотим предупредить, что не моделируем стратегические аспекты оценки оценщиков. Поведение коррумпированного оценщика может различаться в зависимости от того, используется ли среднее арифметическое или медиана для расчета балла за качество. Но в любом случае будет верным то, что медиана меньше подвержена влиянию крайних точек, чем среднее значение. Поскольку коррумпированные оценщики больше склонны к крайним (т. е. искаженным) оценкам, использование медианы уменьшает возможности коррумпированных оценщиков и таким образом снижает готовность участников торгов оплачивать коррупцию.

477

При среднем агрегировании вариант С выбирается с вероятностью в 4 %, при медиане же – в 10 %.

478

Федеральное управление США по магистралям (Federal and State Highway Administrations, FSHA) запустило этот формат уже в 1990‑е годы, и в настоящее время он успешно и широко применяется (см., например, оценку успешности его применения штатом Аризона в 1999 г.)

479

Разумеется, это правило также устанавливает стимулы/пени за раннее/позднее окончание строительных работ.

480

См., например, требования к составлению кратких списков Европейского сообщества, Всемирного банка и Банка азиатского развития.

481

См.: http://www.justice.gov/criminal/fraud/fcpa/

482

Заказы на изменения особенно распространены в области предоставления строительных, инженерных и архитекторских услуг. Интересный анализ строительных контрактов в частном секторе в Северной Калифорнии см. в работе [Bajari, McMillan, Tadelis, 2002].

483

Мы благодарим Джана Луиджи Альбано, Джанкарло Спаньоло и Маттео Занза за полезные комментарии.

484

Существует обширная эмпирическая литература, которая документирует использование обучения на практике в различных отраслях промышленности. См., например: [Alchian, 1963; Asher, 1956] по самолетостроению; [Hirsch, 1952] по станкостроению; [Gruber, 1998; Nye, 1996] по полупроводникам; [Thompson, 2001] по кораблестроению. Появляется также новая литература, которая сообщает о важности забывания и обесценивания знаний в сфере производства, в промышленной сфере и сфере услуг. См., например: [Argote et al., 1990; Benkard, 2000; Darr et al., 1995].

485

Представьте себе стоимость наладки производства ноутбуков собственными средствами.

486

Во многих средах поставщики могут непосредственно наблюдать или делать выводы о текущих навыках покупателя в использовании их продукта. Покупатель часто демонстрирует состояние своих навыков и знания о работе с продуктом во время установления материальных технических требований для закупки. Более того, в работе [Appleyard, 2002] указывается, что поставщики часто работают с покупателями, чтобы помочь им использовать свой продукт. Учитывая, что мы имеем в виду покупателей с широкими полномочиями, такие тесные отношения представляются разумными.

487

См.: [Lewis, Yildirim, 2002, 2005]. Авторы рассматривают этот вопрос в формальной модели.

488

В своем исследовании закупок правительством США мэйнфреймовых компьютеров Гринстейн [Greenstein, 1995] обнаружил, что 73 % закупок были присуждены действующим поставщикам.

489

Эта чрезмерность переключений контрастирует с другими мотивами для переключения. Например, Тейлор [Taylor, 2002] указывает, что потребители с частными затратами на переключение могут совершать чрезмерные переключения, чтобы сигнализировать, что у них низкая стоимость переключения. Это позволяет им получить благоприятную позицию на последующих переговорах с целью переключения. Авторы работы [Cabral, Greenstein, 1990] находят, что покупатель может придерживаться частого переключения, полностью игнорируя затраты на переключение.

490

Помните, что интегрированных покупателей и покупателей из единственного источника не беспокоит конкуренция. Кроме того, внешний поставщик со многими альтернативными поставщиками уже должен быть в состоянии получить разумно низкую цену благодаря конкуренции.

491

См., например: [Klemperer, 1995; Farrell, Klemperer, 2004], где представлены отличные обзоры.

492

Стандартная теория олигополии с пассивными, не оказывающими влияния на цену потребителями предполагает, что потребители могут извлечь выгоду из совместимости и стандартизации продуктов, чтобы избежать затрат на переключение. Однако эта теория также предполагает, что поставщикам предпочтительно дифференцировать свои продукты, чтобы предотвратить прямую конкуренцию, пока стандартизация и совместимость не улучшат рыночный спрос.

493

Более общую версию этого примера можно найти в работе [Lewis, Yildirim, 2005].

494

«Действующий» поставщик, который просит 1200 долл., выиграет тендерную процедуру, если новый участник предложит высокую стоимость. В противном случае покупатель сочтет оптимальным переключение.

495

См., например, продуктивные исследования: [Williamson, 1975; Klein et al., 1978].

496

Например, при арбитражном соглашении стороны обязаны платить за арбитра, таким образом, уровень судебных издержек может быть непомерно высок, особенно в небольших потребительских спорах.

497

Обсуждение свойств и преимуществ поощрительных контрактов см. в Главе 4.

498

Интерес к этой теме среди экономистов, программистов и специалистов-практиков рос настолько быстро, что это привело к созданию сети по исследованию репутации (http://web.si.umich.edu/reputations/index.html) – сети онлайн-обсуждений для исследователей и экспертов, которые «изучают, как системы репутации должны работать в теории, как они фактически работают на практике и как они могли бы работать лучше».

499

В Соединенном Королевстве портал «Закупочные решения» Министерства государственной торговли (OGC) предоставляет услуги электронных закупок государственным учреждениям. В США Управление служб общего назначения (GSA) предоставляет широкий спектр товаров и услуг для федерального правительства. Несколько правительств стран Латинской Америки, например Бразилии (Comprasnet), Чили (Chilecompra) и Мексики (Compranet), в недавнем времени создали системы электронных закупок. Consip, Итальянское агентство государственных закупок, позволяет государственным учреждениям закупать несколько типов товаров на особом рынке для госучреждений.

500

См. оригинальный вклад [Akerlof, 1970].

501

Как мы видели во второй части Главы 4, репутация и индикаторы производительности играют ключевую роль в любых отношениях закупок на этапе выбора и во время выполнения договоров на поставку.

502

Отрицательный темп роста, как правило, выражается в отрицательных процентах.

503

Подробнее об этих и других результатах см.: [Cabral, Hortacsu, 2004]. Дополнительные эмпирические данные, согласующиеся с этой теорией, см.: [Ba, Pavlou, 2002; Melnick, Alm, 2002; Kalyanam, McIntre, 2001; Houser, Wooders, 2006; Dewan, Hsu, 2004; Mc Donald, Slawson, 2002]. Другие работы [Jin, Kato, 2004; Eaton, 2002; Kauffman, Wood, 2000; Bajari, Hortacsu, 2004; Yin, 2003] содержат результаты, не совместимые с данной теорией, указывая, что репутация не влияет на цены или влияет, но «не в том» направлении, какое предсказывает теория.

504

См. результаты eBay за 2005 г.: http://files.shareholder.com/downloads/ebay/2140389198x0xS950134-06-3678/1065088/filing.pdf и информацию о ежегодном собрании акционеров: http://files.shareholder.com/downloads/ebay/2140389198x0xS950134-06-7989/1065088/filing.pdf

505

Торговля может также поддерживаться посредником, предоставляющим услуги условного депонирования. Возможности для оппортунизма в крупных сделках могут быть уменьшены этим посредником, который взимает плату с покупателя (общую сумму, включая плату за посреднические услуги) и перенаправляет ее продавцу, только когда покупатель подтверждает свою удовлетворенность товаром. В случае, если покупатель не удовлетворен, он может возвратить товар продавцу и получить назад свою оплату за счет взносов за пользование услугами условного депонирования.

506

См. ежегодное собрание акционеров: http://library.corporate-ir.net/library/97/976/97664/items/193688/AMZN2005AnnualReport.pdf

507

См. Amazon.com Inc., март 2005 г.

508

Эта проблема обрисована в работе [Resnick et al., 2000].

509

Роль вступительных взносов обсуждается в работах [Dellarocas, 2005; Friedman, Resnick, 2001], где также рассматриваются криптографические технологии аутентификации.

510

Иногда лицо, предоставляющее обратную связь, также может иметь от этого выгоду. В работе [Gazzale, 2005] показано, как покупатели могут извлечь выгоду из предоставления обратной связи с точки зрения приобретения репутации «любителя посплетничать».

511

Эти и некоторые другие статистические данные представлены в работе [Resnick, Zeckauser, 2002].

512

См., например, интересные статьи: [Avery et al., 1999; Miller et al., 2005].

513

Другие методы выявления честной обратной связи в пиринговой среде исследовались в работах [Papaioannou, Stamoulis, 2005; Jurca, Faltings, 2004]. Эти методы главным образом основываются на соглашении сторон о предоставлении обратной связи.

514

Подробный анализ мер возмездия и обратной связи в последний момент см.: [Klein et al., 2005; Chwelos, Dhar, 2005]. Авторы находят, что односторонняя система репутации Amazon работает лучше, чем система eBay, и предполагают, что недостатки eBay связаны с репрессалиями/взаимообменом отзывами.

515

См.: [Resnick et al., 2000].

516

См.: [Klein et al., 2005; Chwelos, Dhar, 2005]. Авторы работы [Resnick, Zeckhauser, 2002] показывают, что на eBay почти вся обратная связь положительна. Недавно была отмечена вызвавшая недоумение закономерность в том, что на многие положительные отзывы в большинстве случаев дается взаимная положительная обратная связь, в то время как немногочисленные отрицательные отзывы остаются без ответа. Эта закономерность впервые была замечена Дини и Спагнола (2005) в данных [Resnick, Zeckhauser, 2002]. Авторы исследования [Klein, Lambertz, Spagnolo, Stahly, 2005] находят ту же логику в значительно большем наборе данных. Сильная корреляция между положительной обратной связью может объясняться хорошей работой в целом, но также и взаимным обменом. Точно так же немногочисленность отрицательных отзывов может происходить от страха перед репрессалиями или от хорошей работы рынка. Чтобы различить эти варианты, авторы сосредотачиваются на времени и последовательности предоставления обратной связи разными партнерами..

517

Заметьте, что многие из обязательств покупателя (в сущности, графики платежей) могут быть легко определены в контракте и, следовательно, проведены в жизнь судом. В этом случае механизмы репутации не столь полезны, так как сам контракт в состоянии защитить продавца от нечестного поведения покупателя. Силы репутации намного более важны, когда значимые аспекты торговли не могут быть определены в контракте. Подробнее о неконтрактуемых измерениях в закупках см. также Главу 4

518

См.: [Klein et al., 2005]. Взаимный обмен/репрессалии требуют возможности наблюдать и реагировать на обратную связь, которая существует только тогда, когда обратная связь наблюдается до окончания периода, в течение которого можно дать обратную связь.

519

См., например, работу: [Dellarocas, 2005]. Автор рассуждает, было ли бы для eBay эффективнее переключиться на шкалу Amazon. Деларокас (2005) анализирует группу механизмов стиля eBay и показывает, что бинарный механизм обратной связи (сделка «положительная» или «отрицательная»), при котором отображается сумма недавних оценок, приводит к высокому уровню сотрудничества между участниками, и такое сотрудничество стабильно в течение долгого времени. Эффективность механизма невозможно улучшить более сложной рейтинговой шкалой (такой как шкала Amazon) или отображением всей истории обратной связи.

520

Например, мы можем также учесть число участников, оставляющих обратную связь. Предположим, один продавец столкнулся с K покупателями для совершения в общей сложности N сделок. Продавец, возможно, взаимодействовал более одного раза с некоторыми или всеми K покупателями. Теперь вычислим среднюю оценку последних М сделок для каждого из K пользователей. Затем вычислим среднее арифметическое этих средних оценок. Так мы получаем своего рода обобщенную формулу, в которой можно соответственно подбирать K и М. Устанавливая особые значения для K и М, мы возвращаемся к особым случаям: например, установив N = 1, мы получаем среднюю оценку, поставленную последними отдельными K пользователями. Установив N = K = 1, мы получаем особый случай, в котором имеет значение только последняя оценка. В случае необходимости N и K можно выбрать произвольно большими, чтобы рассмотреть более долгую историю обратной связи. Например, предположим, что 3 покупателя, А, B, C, вступали в торговые отношения 4, 3, 4 раза с продавцом D, оценив его (0, 0, 1, 0), (1, 1, 1) и (1, (–1), (–1), (–1)) соответственно. Если мы ограничим внимание средним арифметическим двух самых последних оценок (выделенных жирным шрифтом), то средняя оценка для каждого пользователя будет следующей: 0,5 для A, 1 для B и – 1 для C. Простое среднее арифметическое этих оценок будет (0,5 + 1–1) / 3 = 0,16. Заметьте, что репутация, основанная на последней оценке, была бы (0 + 1–1) / 3 = 0.

521

См. обсуждение и формальный анализ методов иммунизации обратной связи в работах [Dellarocas, 2000, 2003, 2004, 2006; Douceure, 2002; Cheng, Friedman, 2005].

522

См.: [Mayzlin, 2006; Dellarocas, 2006b] для получения дальнейшей информации о манипуляциях в ситуациях, где неудачный выбор представляет главную проблему.

523

В работах [Resnick et al., 2000; Dellarocas, 2003] приводится критическое обсуждение на тему политики раскрытия информации и медиаторов обратной связи.

524

Подробнее по теме динамики репутации см.: [Holmstrom, 1999; Cripps et al., 2004].

525

См.: [Resnick et al., 2000].

526

Этот вопрос поднимается в статье [Resnick et al., 2000].

527

Авторы исследования [Chwelos et al., 2005] провели эксперимент, в котором профили репутации на eBay были скорректированы так, чтобы отображать информацию о стоимости трансакции с целью проверить реакцию пользователей. Как ни удивительно, дополнительная информация не имеет большого значения в том, как участники воспринимают кредитоспособность других участников.

528

Это случай итальянского законодательства, регулирующего государственные закупки.

529

Однако эта стратегия эффективна только в случае, если количество сделок является «скрытой» информацией. Если количество сделок публично наблюдаемо, новых участников можно без труда отличить от действующих, и введением репутации входа барьер входа не снимается. Высокая степень прозрачности позволяет узнать, является ли участник новым, но препятствует тому, чтобы участники «скрывались». Напротив, когда прозрачность низка, нелегко отличить новых участников от действующих, но это снижает значение репутации для действующих участников и, следовательно, дисциплинарную силу механизма обратной связи. Таким образом, максимизация эффектов прозрачности и репутации находится в противоречии со снижением информационных барьеров входа: чем выше прозрачность, тем больше значение репутации действующих поставщиков и тем выше информационные барьеры входа, и наоборот.

530

Экономический экскурс в тему см.: [Mailath, Samuelson, 2001]. Касательно практики, OGC (Министерство государственной торговли Соединенного Королевства) использует «светофорную» модель оценки поставщиков (зеленый, желтый, красный). Поставщикам дают уровень желтого света (средний) в начале договорных отношений, и этот уровень обновляется в зависимости от производительности.

531

Предоставление обратной связи может оказаться полезным, когда агент стремится приобрести репутацию участника, предоставляющего определенный вид обратной связи, но для этого требуется, чтобы платформа была разработана таким образом, чтобы можно было легко отследить информацию о предоставлении (а не получении) обратной связи каждым участником.

532

Авторы работы [Dini, Spagnolo, 2005] проводят более подробный анализ этой проблемы.

533

Полностью аналогичная проблема возникает, когда покупатель хочет собрать информацию относительно «удовлетворенности потребителя» среди пользователей закупленных товаров и находит всю собранную информацию «случайной», т. е. субъективной и не поддающейся проверке. Ложность предоставленной информация нельзя доказать в суде, следовательно, предоставление ложной информации не может быть наказано. Подробнее об этой проблеме см. также Главу 4 и работу [Dini, Spagnolo, 2005b].

534

См.: http://scams.flipshark.com/safefeedback.htm, где показаны другие пути, которыми «мошенники» приобретают искусственную репутацию.

535

Точнее, eBay гарантирует публикацию обратной связи, оставленной только в течение 90 дней после аукциона, но обратную связь можно оставить и позже, хотя и с риском того, что она не будет зарегистрирована. Обсуждение вероятных последствий этой возможности см.: [Klein et al., 2005].

536

Например, в случае «прямой покупки» рынок государственного управления Италии требует от госучреждений производить оплату в течение 60 дней, в то время как в случае «запроса цен» платежные графики устанавливаются сторонами в свободном порядке. Кроме того, выполнение услуг занимает намного больше времени, чем поставка товаров.

537

Эмпирические свидетельства касательно страха репрессалий, вынуждающего агентов с большим опытом отправлять отрицательные отзывы в «последнюю минуту», см.: [Klein et al., 2005].

538

Показатель репутации, полученный в формате C, можно перевести в другую шкалу, умножив его на 50 или 100, что будет «увеличительным стеклом» измерения репутации.

539

Мы благодарим Боба Ханта, Стивена Маурера, Густаво Пига и Сюзанн Скотчмер за комментарии и вдохновляющие дискуссии.

540

Это было решительно признано в Лиссабоне Европейским советом в марте 2000 г. при постановке задачи по созданию в Европе более конкурентоспособной и, следовательно, инновационной экономики.

541

В 2005 г. правила Формулы 1 изменились в том, что один и тот же комплект резины должен был использоваться для всей гонки. Японский производитель Bridgestone, который поставлял шины для Ferrari и ряда других небольших команд, был, по всей видимости, в гораздо меньшей степени, чем его конкурент Michelin, способен создавать продукты, соответствующие новым правилам, и в результате команды, обслуживаемые Michelin, заняли доминирующие позиции в чемпионате 2005 г. после пяти лет неизменного лидерства Ferrari.

542

Военный сектор США выделял значительные средства на проведение исследований реактивных двигателей, что во многом способствовало развитию коммерческих широкофюзеляжных самолетов. В течение межвоенного периода коммерческая авиация развивалась и выпускала новую продукцию более медленно из-за отсутствия связанных с обороной R&D и военных закупок (см., например: [Ruttan, 2005]).

543

Микроэлектронная промышленность привлекла значительный объем государственных инвестиций (к 1953 г. войска связи США финансировали приблизительно 50 % исследований транзисторов в Bell Telephone Laboratory, см.: [Holbrook, 1995]). Промышленные аналитики сходятся в том, что правительство США с помощью прямой или косвенной закупочной политики стимулировало ранний рынок, поощряя инвестиции в R&D и позволяя фирмам получать новые знания и сокращать издержки производства.

544

Агентство по перспективным оборонным научно-исследовательским разработкам США (ARPA) сыграло решающую роль в развитии Интернета. С 1966 г. ARPA начало финансирование разработки сети из нескольких взаимосвязанных, работающих в режиме разделенного времени компьютеров. С того времени ARPA продолжало финансировать научные исследования в этой области и в конце семидесятых заказало у Western Union обновленный вариант автоматической цифровой сети, которая была разработана исключительно для использования в военных целях (см.: [Litan, Rivlin, 2001a, b]).

545

Недавнее исследование [Cozzi, Impulitti, 2004] предполагает, что резкие перемены в закупочных решениях правительства США в пользу высокотехнологичных секторов были основным определяющим фактором волны инноваций в экономике США в 1980‑е и 1990‑е годы. Менее формальное обсуждение вопроса о роли технологической политики США, и в особенности инновационной закупочной политики, см. в работах [Branscomb, Florida, 1998; Hart, 1998]. ЕС также в настоящее время признал важность закупок как инструмента для стимулирования инноваций и наряду с прочими мерами поручил экспертам подготовить доклад по этому вопросу (Доклад группы экспертов ЕС, 2005 г.).

546

Представление о том, что знания можно рассматривать как общественное благо, восходит, по меньшей мере, к работе [Arrow, 1962]. Критический анализ такого взгляда см.: [Boldrin, Levine, 2005].

547

См.: [Menell, Scotchmer, 2005].

548

См. также обсуждение вопроса о том, как можно разработать премиальную схему с целью обеспечения стимулов для повышения производительности, в Главе 4.

549

В 1714 г. для создания прибора, способного определять долготу, правительство Великобритании провело конкурс с установленным финальным призом в размере 20 тыс. фунтов стерлингов (эквивалентных сегодня миллионам фунтов) для победителя. Джон Харрисон представил возможное решение: часы, которые могли противостоять штормам, изменениям температуры и соленому воздуху. Он получил начальную оплату в размере 10 тыс. и оставшуюся денежную сумму после первого успешного испытания. См. занимательный отчет в книге: [Sobel, 1995].

550

Было предложено поощрить призами создание новых вакцин, а также развитие новых информационно-коммуникационных и других технологий. В 1991 г. был спонсирован приз в размере 30 млн долл. за создание «самого энергосберегающего холодильника Америки». Компания Whirlpool выиграла конкурс, но для получения денежного приза Whirlpool должна была продать 250 тыс. новых холодильников к 1997 г. (приз был учрежден в 1992 г.). Только 200 тыс. холодильников были проданы, и поэтому приз не был выплачен. См.: [Langreth, 1994].

551

Фонд X-Prize в 1996 г. объявил приз в 10 млн долл. для первой частной фирмы, которая отправит трех пассажиров на суборбитальную высоту 100 км дважды в течение периода от одной до двух недель. Множество команд, представлявших несколько стран, приняли участие в конкурсе. Приз был присужден в 2005 г. (см.: www.xprizefoundation.org).

552

Изобретение Джоном Хайетом целлулоида было вызвано перспективой денежного приза, объявленного изготовителем бильярдных шаров, но Хайет в конечном счете решил запатентовать свое открытие [Porter, 1994].

553

Например, Луи Дагер, изобретатель фотографии, продал права на свое изобретение французскому правительству в обмен на пенсию. Французское правительство затем сделало это изобретение общественным достоянием.

554

Регулирующие органы, такие как Управление по контролю за продуктами и медикаментами (FDA) в США и Европейское агентство по оценке лекарственных препаратов (EMEA) в Европе, на регулярной основе устанавливают, являются ли новые препараты эффективными и безопасными или нет; это означает, что изобретение данного конкретного вида инноваций в принципе поддается проверке.

555

См.: [Mill, 1848, 1872].

556

Существуют различные причины, по которым частная ценность ниже социальной: ограниченная защита; тот факт, что патентовладельцу, возможно, не удастся извлечь весь избыточный доход у потребителей; технологические внешние эффекты; безвозвратные потери монополии.

557

Это не означает, что при наличии конечного оптимального срока действия патента проблема недостаточного инвестирования исследований не стоит; скорее наоборот, оптимизированная патентная система должна вести к недостаточным инвестициям в исследования, потому что увеличение патентной защиты социально затратно, и, таким образом, желательно прекратить увеличивать силу патентной защиты до того, как будет достигнут социально оптимальный уровень инвестиций в R&D. Однако, когда оптимальный срок действия патента ограничен, любое недостаточное инвестирование исследований происходит из-за безвозвратных потерь монополии, созданных патентом, и поэтому уже включено в первую причину, по которой призы, возможно, лучше, чем патенты.

558

См.: [Wright, 1983]. Безвозвратные потери монополии могут быть небольшими, даже если спрос эластичен, при условии, что патентовладелец может участвовать в ценовой дискриминации.

559

См.: [Shavell, van Yperseele, 2001]. Отметьте, что когда закупщик – частная фирма, даже если предлагается только денежный приз, поставщик оставляет за собой возможность запатентовать свое открытие и, следовательно, он эффективно использует систему необязательного патентования. Чтобы исключить возможность патентования, закупщик должен потребовать от участников конкурса на получение приза заранее передать любые права на интеллектуальную собственность, которые они могут получить, непосредственно закупщику.

560

Чтобы убедиться в этом, рассмотрим полностью оптимизированную патентную систему и возьмем самую низкую из возможных ценность инновации. Предложение выбора между патентом того же срока действия и призом, немного превышающим самую низкую частную ценность инновации (т. е. частную ценность в худшем случае, рассчитанную на основе оптимального срока патента), повысит стимул для инноваций и уменьшит ожидаемые безвозвратные потери. Точно так же рассмотрим оптимальный приз в чистой призовой системе. Теперь уменьшим приз, но предложим патент положительного срока, так, чтобы ожидаемые безвозвратные потери остались постоянными. Такое изменение уменьшает инвестиции в инновации относительно низкого качества и увеличивает инвестиции в инновации относительно высокой ценности; таким образом, оно имеет тенденцию улучшать благосостояние. Нет никакой гарантии, однако, что это изменение действительно улучшит благосостояние, потому что изменения в равновесии инвестиций, вызванные им, дискретны и не являются бесконечно малыми. Такое изменение улучшит благосостояние, если будет достаточная неопределенность касательно ценности инновации. Подробнее см.: [Shavell, van Ypersele, 2001].

561

Подробнее об этих более детально разработанных схемах см.: [Scotchmer, 1999; Chiesa, Denicoló, 2005].

562

См.: [Scotchmer, 1991].

563

В действительности требования к открытиям и ведущая сфера действия защищают первых новаторов по-разному. Тот факт, что инновация должна удовлетворять требованиям к открытиям, может создавать блоки или препятствовать усовершенствованиям второго поколения, таким образом продлевая монополию новаторов первого поколения. Тем не менее, установив, что усовершенствование посягает на основной патент, суды могут вынудить новатора вступить в переговоры относительно доли прибыли, таким образом позволяя оригинальному изобретателю захватить некоторый доход от усовершенствования. Это означает, что требования к открытиям имеют «эффект блокирования», а ведущая сфера действия – «эффект совместного владения». Эффект совместного владения ведущей сферой действия, однако, автоматически влечет за собой также эффект блокирования: если вторая инновация небольшая и посягает на первую, прибыль, оставляемая второму новатору, может быть слишком низкой для того, чтобы инвестирование было выгодным (издержки на R&D невозвратны, когда патентодержатели вступают в переговоры). Это означает, что даже ведущая сфера действия неизбежно препятствует некоторым усовершенствованиям второго поколения. Более подробное обсуждение этих двух эффектов форвардной патентной защиты см.: [Denicoló, Zanchettin, 2002].

564

См., например: [Lewis, Talley, 2005].

565

См. также Главу 4 по вопросам, связанным с договорами, и Главу 18 по механизмам обратной связи для дальнейшего исследования роли репутации в сфере закупок.

566

Даже при этом были случаи «обманов» с Нобелевской премией: в начале 1930‑х годов премия по физике не присуждалась в течение нескольких лет.

567

Этот механизм известен как механизм «выкупа патента» Кремера, названный в честь своего создателя, см.: [Kremer, 1998].

568

Пример приза за прибор для определения географической долготы иллюстрирует, что проверяемость часто представляет проблему: потребовалось несколько десятилетий, было создано несколько опытных образцов и проведено несколько повторных испытаний, прежде чем часовщик, который выиграл приз за этот прибор, фактически получил его, так как комиссия по присуждению приза была составлена из астрономов, скорее ищущих новые знания, которые были бы полезны для установления долготы с максимальной точностью и, находясь вне конкуренции, могли свободно использоваться большим количеством мореплавателей, а не трудновоспроизводимый дорогостоящий объект, физически позволяющий решать проблему определения долготы (в сущности, такое знание, действительно, появилось позднее; см. обсуждение в работе [Scotchmer, 2004].

569

См. [Taylor, 1995, р. 973].

570

В этом отношении призы за изобретения подобны патентным гонкам. Хотя новаторы обладают некоторой свободой в определении времени подачи заявки на получение патента, которую они могут быть склонны использовать стратегически, такая свобода ограничивается различными правовыми нормами, и, таким образом, по многим практическим соображениям можно предположить, что права на интеллектуальную собственность присуждаются сразу после открытия предуказанной инновации.

571

См.: [Day, 1971; Fullerton, McAfee, 1999]

572

См. отличный обзор в работе [Smylianski, 2002].

573

См.: [Taylor, 1995; Fullerton, McAfee, 1999]. В то время как Тэйлор показывает, что оптимальное число участников может быть конечным, Фуллертон и Макафи приходят к гораздо более радикальному выводу, что вхождение в исследовательский конкурс должно быть ограничено двумя участниками. Объяснить эти разные результаты можно тем, что тогда как Тэйлор неявно предполагает, что фирмы обладают ограниченными возможностями для ведения научно-исследовательской деятельности (в его модели научно-исследовательская деятельность состоит в выборе из распределения вероятностей, и фирмы могут сделать только один выбор в определенный период), Фуллертон и Макафи исходят из того, что каждая фирма может провести произвольно большое количество исследований, с постоянной предельной стоимостью исследования. Более того, Фуллертон и Макафи предполагают, что есть фиксированная стоимость проведения исследования, и ограничение числа участников конкурса предотвращает расточительное дублирование фиксированных расходов. Результат оптимального ограничения участия только двумя фирмами был также получен в более структурированной системе, проанализированной в работе [Che, Gale, 2003].

574

Точно так же литература по патентным гонкам показывает, что кривая функции реакции может идти как вверх, так и вниз, в зависимости от того, какие конкретно предположения были сделаны (сравните: [Loury, 1979; Lee, Wilde, 1980]).

575

См.: [Menell, Scotchmer, 2005].

576

См.: [Che, Gale, 2003].

577

См.: [Fullerton, McAfee, 1999].

578

См.: [Che, Gale, 2003].

579

В принципе, такие исследовательские конкурсы, дополненные конкурентными торгами, могут использоваться даже с денежными призами: т. е. поставщики сначала делают инвестиции в исследования, а затем на торгах подают заявки на приз, который они запрашивают за созданные ими инновационные знания. Впрочем, чтобы этот механизм работал, поставщики должны раскрыть свои инновационные знания закупщику, который таким образом может получить доступ ко всем знаниям, заплатив лишь низкий приз, запрашиваемый поставщиком с низкой производительностью. Эта трудность может быть преодолена, если поставщики смогут каким-либо образом сообщить закупщику информацию о качестве своего результата исследований, не раскрывая всех знаний. Как правило, это возможно, когда производство товара требует некоего неявного знания, которое поставщики не могут передать закупщику, или в такой передаче нет необходимости, и в этом случае закупщик не может непосредственно использовать инновационное знание, но должен закупать инновационный товар у конкурсантов.

580

См.: [Che, Gale, 2003; Fullerton et al., 2002].

581

В Главе 3 обсуждается, как централизованные закупки могут усилить сетевые эффекты и принятие единых стандартов.

582

Некоторые ученые-экономисты, впрочем, страстно опровергают такое утверждение. См., например: [Liebowitz, Margolis, 1990].

583

В конечном счете серия катастроф значительно уменьшала общественное доверие к DC-10, использование которого был прекращено в 1980 г. Ретроспективно, паника по поводу DC-10 была сильно преувеличена. К концу века статистические данные по количеству авиакатастроф с повреждением корпуса самолета на миллион вылетов составили в процентном соотношении 1,90 для Boeing 747 (ранние модели); 0,77 для L-1011; и 2,57 для DC-10 (см.: Wall Street Journal. 2000. September 19. Р. A18). Хотя показатель DC-10, безусловно, самый высокий среди этих трех типов самолетов, он едва ли оправдывает реакцию общественности.

584

См.: http://www.ZDNet.com on 04/06/2002; http://www.usatoday.com по данным на 30/05/2002.

585

Еще примеры см.: [Cabral, Kretschmer, 2004].

586

См.: [Cabral, Salant (2006].

587

См.: [Cabral, Kretshmer, 2004].

588

См. классический труд: [Schumpeter, 1942]. Этот аргумент все же не бесспорен. См., например: [Arrow, 1962].

589

См., например: [Vives, 2004]. Для данного общего размера рынка конкуренция – с точки зрения большего числа конкурентов – затрагивает эффективный рынок фирмы, т. е. его остаточный спрос (эффект «уровня» или «размера») и эластичность остаточного спроса, с которой сталкивается фирма (эффект «эластичности»).

590

См., например: [Aghion et al., 2005]. Тем не менее в соответствии с работами [Schumpeter, 1942; Aiginger, Falk, 2005] также находят, что интенсивность научно-исследовательской деятельности выше, когда конкуренция ниже.

591

См. например: [Linn, Acemoglu, 2004]. Авторы находят, что 1-процентное увеличение потенциального рынка для какой-либо категории препарата приводит к 6-процентному увеличению общего количества лекарств, входящих на американский рынок; что 1-процентное увеличение потенциального размера рынка приводит к приблизительно 4-процентному увеличению входа новых запатентованных препаратов; и что 1-процентное увеличение потенциального размера рынка связано с 4–6-процентным увеличением входа новых молекулярных продуктов.

592

Предложение Кремера по созданию рынка для вакцин основано на признании того факта, что размер рынка имеет значение для инновации, и государственная политика может способствовать увеличению размера рынка для инновационных товаров.

593

Это одна из причин создания Европейского проекта общего рынка.

594

Фирма «стартап» – это недавно созданная фирма, которая находится в стадии развития или исследования перспективных рынков.

595

Венчурные инвесторы, как правило, финансируют группы сходных проектов по интенсивным научным исследованиям, именно чтобы поддержать достаточное «технологическое разнообразие», в дальнейшем с осторожностью осуществляя взаимный обмен идей путем передачи полезных знаний из одного проекта в другой, см.: [Gompers, Lerner, 1999]. Аналогично, Аллен и Гейл [Allen, Gale, 1999] настойчиво утверждают, что главное преимущество большого фондового рынка с точки зрения финансирования R&D проектов состоит в разнообразии идей, развитие которых финансируется множеством независимых инвесторов.

596

См. отчет экспертной группы ЕС (2005).

597

Опыт Consip показывает, что даже закупки зрелых технологических продуктов могут способствовать инвестициям фирм в R&D. См. также доклад экспертной группы ЕС (2005).

598

Читателю, которого интересует тема эффективного управления закупками крупных фирм, рекомендуется, после просмотра подраздела 19.5.2, прочесть подраздел 19.5.1 для лучшего понимания логики, лежащей в основе практических выводов, представленных в подразделе 19.5.2.

599

В Италии детали касательно компонентов тендера, которые определяются как значимые, требуются в случае, когда предложение дает скидку более 20 % от среднего арифметического всех скидок, считающихся действительными (Art. 25, D. Lgs. 157/95). BESCHA (Немецкое федеральное агентство по закупкам) следует эмпирическому правилу о том, что более чем 20-процентное отклонение от второй лучшей цены требует объяснения цены, предложенной первым участником. Турецкое управление по государственным закупкам требует объяснения предложения, когда оно ниже определенной сложной величины под названием «пограничное значение»: предложение считают аномально низким, если оно ниже определенного пограничного значения, полученного умножением некой величины K на «расчетную стоимость» контракта. Чтобы получить значение K, агентство по закупкам вычисляет отношение между средним арифметическим предложений (предложения на 120 % выше и на 40 % ниже «расчетной стоимости» не принимаются во внимание) и «расчетной стоимостью». Для любого значения этого отношения между 1,2 и 0,4 существует соответствующее значение K.

600

Подробнее о поручительских гарантиях и аккредитивах см. в Главе 13.

Table of Contents

Руководство по закупкам

Авторы и составители

Предисловие

Предисловие научного редактора русского перевода

Часть I. Общие вопросы

1. Введение

1.1. Для чего нужно Руководство по закупкам?

1.2. Терминология и основные определения

1.3. Структура и содержание книги

2 Разнообразие практики закупок: примеры из государственных закупок

2.1. Введение

2.2. Основные положения

2.3. Дизайн закупок – создание закупочной модели

2.4. Привлечение и допуск (отбор) участников

2.5. Механизмы предотвращения сговоров

2.6. Заключительные положения

Приложение 2.1. Программа Лаборатории ЕС и ее участники

Приложение 2.2. Участники из США и Бразилии

Приложение 2.3. Структура опросных листов

Источники

Часть II. Основные стратегические принципы

3 Когда следует централизовать закупки?

3.1. Введение

3.2. Основные проблемы выбора между централизованными и децентрализованными системами

3.3. Заключительные положения

Краткий обзор литературы

Источники

4 Стратегии составления закупочных контрактов

4.1. Введение

4.2. Выбор закупочного контракта

4.3. Самые распространенные типы закупочных контрактов: формальные контракты

4.4. Негласные контракты и подразумеваемые аспекты качества

4.4.4. Контрактные методы

4.5. Выводы

Краткий обзор литературы

Источники

5 Механизмы поощрения и присуждения контрактов в закупках: конкурентные торги и переговоры

5.1. Введение

5.2. Основы контрактной деятельности

5.3. Конкурентные торги и переговоры

5.4. Обсуждение

Краткий обзор литературы

Источники

Часть III. Стратегии конкурентных торгов

6. Информация и конкурентные торги

6.1. Введение

6.2. Частный и общий компоненты функции стоимости

6.3. Преимущества и недостатки распределения информации. Проблемы выбора формата конкурентных торгов

6.4. Оптимизация динамических аукционов

6.5. Контроль длительности многоэтапных аукционов

6.6. Быстрые динамические аукционы

Краткий обзор литературы

Источники

7. Разделение на лоты и конкуренция в закупках

7.1. Введение

7.2. Разделение на лоты и оценка эффективности и доходности

7.3. Коэффициенты конкуренции

7.4. Деление на лоты и уровень участия

7.5. Координация и сговоры

7.6. Диверсифицированные компании и межрыночные контакты

7.7. Безвыходная ситуация

7.8. Заключение

Краткий обзор литературы

Источники

8. Многоконтрактные торги и пакетные заявки в закупках

8.1. Введение

8.2. Контракты с сильной положительной комплементарностью

8.3. Контракты с сильной отрицательной комплементарностью

8.4. Количество лотов, пакетные торги и степень участия

Краткий обзор литературы

Источники

9 Динамические аукционы в закупках

9.1. Введение

9.2. Одновременный аукцион на понижение

9.3. Одновременный clock-аукцион на понижение цены

9.4. Проведение дискретных раундов с внутрираундовыми ставками

9.5. Естественная взаимосвязь лотов

9.6. Работа с ограниченной конкуренцией

9.7. Часовой аукцион с удаленными ставками

9.8. Заключение

Приложение

Краткий обзор литературы

Источники

Часть IV. Привлечение и отбор участников

10. Ценообразование и другие бизнес-стратегии для платформ электронных закупок

10.1. Введение

10.2. Двусторонние рынки и электронные закупки

10.3. Двойственный характер клиентов платформы

10.4. Балансирование тарифов

10.5. Сравнительный анализ операционных сборов и членских взносов

10.6. Пакетирование и бесплатные услуги

10.7. Проблемы стимулирования

Краткий обзор литературы

Источники

11. Поощрение участия

11.1. Введение[265]

11.2. Организация тендерного процесса и участие

11.3. Оптимальная резервная цена

11.4. Методы увеличения участия

Краткий обзор литературы

Источники

12 Правила оценки (начисления баллов)

12.1. Введение

12.2. Что представляют собой правила подсчета баллов?

12.3. Правила начисления баллов для ценовых заявок: некоторые общие особенности

12.4. Связь с другими главами

12.5. Заключительные замечания

Краткий обзор литературы

Источники

13 Управление рисками заявок

13.1. Введение

13.2. Влияние ограниченной ответственности на подачу заявок

13.3. Управление рисками заявок

13.4. Как не нужно предотвращать аномально низкие предложения

13.5. Заключение

Краткий обзор литературы

Источники

Часть V. Предотвращение сговора и коррупции

14. Предотвращение сговора в закупках

14.1. Введение

14.2. Структурные факторы, влияющие на сговор

14.3. Тендерные форматы

14.4. Что происходит после раскрытия картеля?

14.5. Выводы

Приложение 14.1. Правило начисления баллов и сговор в закупках талонов на питание

Приложение 14.2. Рамочное соглашение ЕС и сговор

Краткий обзор литературы

Источники

15 Аукционные ринги и разработка мер противодействия сговору при организации аукционов продаж и закупок

15.1. Введение

15.2. Роль закупок в сговорах

15.3. Расследованные аукционные ринги

15.4. Влияние форматов торгов на аукционные ринги

15.5. Заключение и анализ: механизм аукциона и ответные меры

Краткий обзор литературы

Источники

16 Коррупция на торгах закупок

16.1. Введение

16.2. Мошенничество с заявками

16.3. Нарушение уровня качества (коррупция при проведении конкурсов)

16.4. Особый случай объективного измерения качества

16.5. Перспективы

Краткий обзор литературы

Источники

Часть VI. Динамические силы и инновации

17. Управление динамическими закупками

17.1. Введение

17.2. Закупочная среда

17.3. Факторы в выборе поставщиков

17.4. Организация работы потребителя для уменьшения издержек переключения

17.5. Заключение

Краткий обзор литературы

Источники

18 Разработка механизмов репутации

18.1. Введение

18.2. Механизмы обратной связи для частных электронных рынков

18.3. Механизмы обратной связи в действии: сравнительный анализ eBay и Amazon

18.4. Разработка онлайн-механизмов обратной связи

18.5. Заключительные замечания

18.6. Пример: механизмы обратной связи для Consip

Источники

19 Закупка инноваций

19.1. Введение

19.2. Закупка знаний

19.3. Закупки инновационных товаров

19.4. Использование закупок для стимулирования инноваций

19.5. Другие воздействия крупных покупателей на инновации

19.6. Инновации и управление рисками в закупках

19.7. Заключение

Краткий обзор литературы

Источники

Глоссарий

Сноски

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

141

142

143

144

145

146

147

148

149

150

151

152

153

154

155

156

157

158

159

160

161

162

163

164

165

166

167

168

169

170

171

172

173

174

175

176

177

178

179

180

181

182

183

184

185

186

187

188

189

190

191

192

193

194

195

196

197

198

199

200

201

202

203

204

205

206

207

208

209

210

211

212

213

214

215

216

217

218

219

220

221

222

223

224

225

226

227

228

229

230

231

232

233

234

235

236

237

238

239

240

241

242

243

244

245

246

247

248

249

250

251

252

253

254

255

256

257

258

259

260

261

262

263

264

265

266

267

268

269

270

271

272

273

274

275

276

277

278

279

280

281

282

283

284

285

286

287

288

289

290

291

292

293

294

295

296

297

298

299

300

301

302

303

304

305

306

307

308

309

310

311

312

313

314

315

316

317

318

319

320

321

322

323

324

325

326

327

328

329

330

331

332

333

334

335

336

337

338

339

340

341

342

343

344

345

346

347

348

349

350

351

352

353

354

355

356

357

358

359

360

361

362

363

364

365

366

367

368

369

370

371

372

373

374

375

376

377

378

379

380

381

382

383

384

385

386

387

388

389

390

391

392

393

394

395

396

397

398

399

400

401

402

403

404

405

406

407

408

409

410

411

412

413

414

415

416

417

418

419

420

421

422

423

424

425

426

427

428

429

430

431

432

433

434

435

436

437

438

439

440

441

442

443

444

445

446

447

448

449

450

451

452

453

454

455

456

457

458

459

460

461

462

463

464

465

466

467

468

469

470

471

472

473

474

475

476

477

478

479

480

481

482

483

484

485

486

487

488

489

490

491

492

493

494

495

496

497

498

499

500

501

502

503

504

505

506

507

508

509

510

511

512

513

514

515

516

517

518

519

520

521

522

523

524

525

526

527

528

529

530

531

532

533

534

535

536

537

538

539

540

541

542

543

544

545

546

547

548

549

550

551

552

553

554

555

556

557

558

559

560

561

562

563

564

565

566

567

568

569

570

571

572

573

574

575

576

577

578

579

580

581

582

583

584

585

586

587

588

589

590

591

592

593

594

595

596

597

598

599

600