Annotation

Как правило, первопричиной финансовых и экономических потрясений и в отдельных странах, и в мировой финансовой системе являются долги. Чаще всего именно они приводят к финансово-экономическим кризисам, дефолтам суверенных валют, обвалам фондовых рынков, банковским паникам, девальвациям валют, рецессиям реального сектора экономики, массовым банкротствам банков и предприятий, крушениям финансовых пирамид, сдуваниям финансовых пузырей и другим явлениям «провалов рынка». В настоящей монографии изложены теоретические подходы к объяснению современных наиболее значимых «провалов рынка». Рассмотрены вопросы их происхождения, локализации, преодоления, недопущения. В монографии представлен механизм действия мировой финансовой пирамиды, с помощью которого небольшая кучка мировых ростовщиков – семейных кланов мультимиллиардеров – как насосом выкачивает финансовую дань практически почти со всех стран мира через систему аффилированных с ними банков, в том числе и из России. Логическое решение этой проблемы – разрушение данной пирамиды.

- А. М. Коротченков, Д. А. Виноградов

- Информация о книге

- Введение

- Глава 1. МИРОВАЯ ФИНАНСОВАЯ СИСТЕМА

- Глава 2. ДОЛГИ И ДЕФИЦИТЫ

- Глава 3. КРИЗИСЫ И ДЕФОЛТЫ

- Глава 4. ФИНАНСОВЫЕ ПИРАМИДЫ И ФИНАНСОВЫЕ ПУЗЫРИ

- Глава 5. МИРОВАЯ ФИНАНСОВАЯ ПИРАМИДА

- Литература

А. М. Коротченков, Д. А. Виноградов

Провалы рынка

Долги, дефициты, кризисы, дефолты, финансовые пирамиды, финансовые пузыри, банковские паники ‒ звенья одной цепи

Монография

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 336.6

ББК 65.5

К687

Коротченков А. М., Виноградов Д. А.

Рецензенты:

Машунин Ю. К. – д. э. н., профессор ДВФУ;

Жариков Е. В. – д. э. н., профессор ДВФУ;

Кривелевич М. Е. – к. э. н., доцент ДВФУ.

Как правило, первопричиной финансовых и экономических потрясений и в отдельных странах, и в мировой финансовой системе являются долги. Чаще всего именно они приводят к финансово-экономическим кризисам, дефолтам суверенных валют, обвалам фондовых рынков, банковским паникам, девальвациям валют, рецессиям реального сектора экономики, массовым банкротствам банков и предприятий, крушениям финансовых пирамид, сдуваниям финансовых пузырей и другим явлениям «провалов рынка». В настоящей монографии изложены теоретические подходы к объяснению современных наиболее значимых «провалов рынка». Рассмотрены вопросы их происхождения, локализации, преодоления, недопущения.

В монографии представлен механизм действия мировой финансовой пирамиды, с помощью которого небольшая кучка мировых ростовщиков – семейных кланов мультимиллиардеров – как насосом выкачивает финансовую дань практически почти со всех стран мира через систему аффилированных с ними банков, в том числе и из России. Логическое решение этой проблемы – разрушение данной пирамиды.

УДК 336.6

ББК 65.5

© Коротченков А. М., Виноградов Д. А., 2014

© ООО «Проспект», обложка, 2015

© ООО «Проспект», электронная версия книги, 2015

Введение

В настоящее время у широких слоев населения страны (за исключением узкого круга специалистов) нет четкого понимания причин финансовых и экономических потрясений как в отдельных странах, так и в целом в мировой финансовой системе: финансово-экономических кризисов, суверенных дефолтов, обвалов фондовых рынков, банковских паник, девальваций валют, рецессий реального сектора экономики, массовых банкротств банков и предприятий, крушений финансовых пирамид, сдуваний финансовых пузырей и других проявлений «провалов рынка». Часто подобные проблемы носят комплексный характер.

Негативные последствия этих потрясений приводят к потерям, как для участников финансовых и экономических рынков (инвесторов, вкладчиков, эмитентов, собственников), так и для населения – растет безработица, падает уровень жизни людей. Однако результатом этих потрясений могут быть не только экономические последствия, но и «нематериальные»: утрата доверия к национальной валюте, финансовой системе и экономике в целом со стороны населения и инвесторов. В отдельных случаях последствия могут носить и политический характер: утрата суверенитета страны, недоверие правительству (вплоть до смены власти), политическая нестабильность.

Начиная с XIV в. в различных странах с меняющейся периодичностью, но с упорным постоянством происходят дефолты по внешнему долгу (всего их зарегистрировано 250), начиная с XIX в. – банковские кризисы, которые, как правило, перерастают в финансово-экономические (286), начиная с XX в. – крушения финансовых пирамид. Только в России за последние 20 лет рухнуло 237 финансовых пирамид, количество обманутых вкладчиков превысило 1,2 млн. человек, их ущерб превысил 1,4 трлн. руб. В подавляющем большинстве случаев первопричиной этих событий являются долговые обязательства соответствующих правительств, каких-либо финансовых учреждений или хозяйствующих субъектов.

Кроме того, уже в конце XX – начале XXI в. появился новый феномен – финансовые пузыри, являющиеся продуктом не контролируемых со стороны государства спекулятивных биржевых и внебиржевых операций. Как правило, они носят виртуальный характер, существуют лишь в банковских записях, однако во время «сдувания» приносят реальные беды как отдельным странам, так, иногда, и в общемировом масштабе.

Например, к середине 2008 г. пузырь деривативов, по некоторым оценкам, превысил 1 квадриллион (т. е. 1 тыс. трлн) долл.

Современная рыночная экономика развивается циклически (длинные волны Н. Кондратьева, средние волны К. Жугляра, короткие волны Д. Китчена), она подвержена периодическим кризисам. Кризисы носят временный характер и заканчиваются, как правило, восстановлением и более мощным в последующем периоде экономическим ростом^1. Й. Шумпетер показал, что именно в период кризисов отмирает все устаревшее, неэффективное, а взамен появляется что-то новое, прогрессивное. Не будь кризисов, человечество не достигло бы тех высот благополучия, которых оно достигло сегодня.

Однако кризисы бывают разные: два разрушительных мировых кризиса Великая депрессия (1929–1933 гг.) и последний мировой кризис (2008–2009 гг.) внесли в эту благостную картину явный диссонанс. Экономические потери предприятий и государств, горе и страдания миллионов людей от безработицы и финансовых потерь – совершенно неадекватная плата за будущий экономический рост, который еще неизвестно когда наступит.

Более того, беспрецедентные долги, накопленные к настоящему времени в США: государственные – 17 трлн. долл., корпоративные – около 43 трлн. долл., домохозяйств – около 20 трлн. долл. – являются явным предвестником дефолта доллара (т. е. главной мировой резервной валюты) и неизбежного последующего более разрушительного мирового экономического кризиса, чем два упомянутых выше. Совокупная долговая финансовая пирамида как раз и создает реальную угрозу будущего мощного мирового экономического кризиса.

Как избежать этой угрозы? Американские экономисты публично этот вопрос не обсуждают. Отечественные исследователи (Н. В. Стариков, Е. А. Федоров, В. Ю. Катасонов, М. Л. Хазин, А. Б. Кобяков и др.) предполагают два наиболее вероятных исхода: либо (жесткий вариант), единовременно объявить дефолт доллара, либо (мягкий вариант) существенно сократив все виды расходов – государственных, корпоративных, домохозяйств, постепенно вернуть долги.

Сами американцы, судя по всему, напрочь отвергают оба эти варианта. Но чтобы продолжать наращивать долги, они должны провоцировать потребность в долларах в разных странах искусственно – посредством войн и революций^2. Доказательством этому являются развязанные США войны в Корее, Вьетнаме, Ираке, Афганистане, Сирии, бомбежки Югославии, спровоцированные американскими спецслужбами оранжевые революции в Грузии, на Украине, в странах Северной Африки.

Актуальной остается проблема недопущения создания различного рода финансовых пирамид, которые наносят огромный ущерб, как отдельным предприятиям, так и миллионам физических лиц.

В этих условиях понимание реальных экономических проблем современности представляется принципиально важным. Авторы в настоящей монографии попытались не только разрушить наиболее известные экономические мифы о всеобщем благоденствии и безоблачном экономическом росте, существование которых входит в противоречие с реальностью, но и вскрыть основные причины угроз современной мировой экономике, перечень которых вынесен в подзаголовок.

Но для того, чтобы понять причины, содержание и последствия многообразных форм «провалов рынка» в масштабах страны и в глобальных масштабах, необходимо иметь представление о действии механизмов современной мировой финансовой системы, в том числе о институтах, регуляторах, принципах устройства и деятельности, связях с реальной экономикой, виртуальных компонентах. Рассмотрению этих вопросов в сжатой форме посвящена первая глава монографии.

В последующих четырех главах дан анализ современного состояния важнейших проявлений «провалов рынка» и возможных направлений их локализации, преодоления и недопущения. Такими знаниями, по нашему мнению, должны обладать государственные служащие всех уровней.

Авторы выражают благодарность доцентам Г. А. Ковалю и Е. В. Медведеву за замечания и рекомендации, сделанные ими во время работы над рукописью.

Глава 1. МИРОВАЯ ФИНАНСОВАЯ СИСТЕМА

1.1. Мировая экономика и мировая кредитно-финансовая система

Развитие мирового производства требует постоянного использования значительных объемов капитала в денежной и товарной форме. Он поступает из национальных и зарубежных источников. Нехватка внутренних средств, стремление капитала к самовозрастанию вызывают перемещение огромных масс различных видов капитала между странами.

Зарубежный, как и национальный, капитал обеспечивает непрерывность производственного процесса и его расширение в мировом масштабе, структурную перестройку мирового хозяйства в результате перетока капитала из менее рентабельных в более прибыльные сектора и отрасли производства, кроме того, он увеличивает размеры производственного накопления. Международное финансирование содействует концентрации и централизации капитала.

Мощным импульсом развития международного капитала является несбалансированность государственных финансов во многих развитых и развивающихся странах. Механизм финансирования дефицитов государственных бюджетов приобрел международный характер. Международное движение капитала представляет одно из важнейших орудий в конкурентной борьбе компаний и стран. Одновременно оно может вызывать глубокие диспропорции в мировом хозяйстве.

За XX в. население мира увеличилось с 1,65 млрд. чел. в 1900 г. до 6,1 млрд. чел. в 2000 г., т. е. в 3,7 раза. Мировой ВВП за этот же период (в приведенных ценах) вырос с 0,6 трлн. долл. в 1900 г. до 45,9 трлн. долл. в 2000 г., т. е. в 76,5 раза. Таким образом, экономический рост в 20 раз обогнал рост народонаселения. Вместе с тем, по данным ООН в 2013 г. на Земле жили 1,1 млрд. чел. с доходом менее 1 долл. в день (нищета), и еще 1,5 млрд. чел. с доходами от 1 до 2 долл. в день (бедность).

Хотя взрывной рост мировой экономики не привел к экономическому благополучию всех стран и всего населения мира (табл. 1), однако он самым естественным образом способствовал становлению и развитию мировой финансовой системы. Эта система является одной из наиболее значимых и достаточно сложных, порой внешне запутанных, а в реальности «закамуфлированных» и очень стройных сфер мирового хозяйства. Именно здесь сосредоточиваются проблемы, как отдельных национальных экономик, так и мировой экономики в целом. Тесно переплетаясь, они создают единую структуру, или, скорее, паутину кровеносных сосудов единой мировой экономики.

Таблица 1

Основные геоэкономические показатели важнейших групп стран мира по состоянию на 1 января 2014 г.

Источники: 1. Дизайн. Информация. Картография: универ. атлас мира. М., 2008.

2. Всемирный банк.

3. Расчеты авторов.

Последняя треть XX в. характеризовалась быстрым ростом объемов операций на мировых финансовых рынках. За этот период по различным видам движения капитала увеличение объемов составляло 16–63 раза, в то время как рост экспорта составил 3 раза, увеличение мирового ВВП было еще меньше. Если последнее удвоение мировой торговли произошло за 17 лет, то международные финансовые потоки удваивались в среднем каждые 4 года.

Эти данные свидетельствуют о том, что финансовые отношения превратились в огромный самостоятельный сектор мирового хозяйства. До середины 1970-х гг. финансовые операции были тесно связаны с развитием производства и внешней торговли. Сейчас они в значительной степени являются саморазвивающимися, слабо связанными с материальной (вещной) экономикой.

В результате мировая финансовая система разделилась на две неравные части. Меньшая из них, базовая (табл. 2), обслуживает реальный сектор экономики и по своим активам к 2013 г. достигла 275 трлн. долл. (при объеме мирового ВВП 71 трлн. долл.). Другая – надстроечная, или спекулятивная, к реальному сектору экономики имеет весьма опосредованное отношение, и по некоторым данным, достигает астрономической величины – 1 квадриллион долл. В период последнего мирового кризиса этот пузырь частично сдулся и уменьшился примерно вдвое, однако в посткризисный период опять достиг явно опасной величины.

О масштабах и темпах роста рынков производных финансовых и товарных инструментов (фьючерсов, опционов, свопов и т. п.) убедительно свидетельствуют данные табл. 3. В предкризисном 2007 г. эти рынки выросли по сравнению с 1990 г. в 119 раз и достигли 676,6 трлн. долл. По темпам роста эти рынки многократно опережают основные показатели развития мирового хозяйства, за исключением динамики денежной массы в национальной, региональной и мировой экономике.

Единицей измерения здесь выступает «выставленная (открытая) позиция», понимаемая как величина установленных (условных) сумм (номиналов) в процентных инструментах, как абсолютные размеры принятых курсов в валютных инструментах и как принятая стоимость базисов соответствующих производных. Иными словами, данные табл. 3 не являются оценкой собственно объемов рынков производных инструментов, они суть их виртуальное (условное, кажущееся) представление. Современные рынки таких инструментов (и финансовых и товарных) не предназначены для доставки (поставки) своих материальных базисов (по разным источникам, с реальной поставкой связано всего 2–5 % оформленных сделок).

Таблица 2

Динамика основных показателей финансовой системы мира, обслуживающей реальный сектор экономики, за 1990–2013 гг., прогноз на 2014–2015 гг., в трлн. долл.

Источники: 1. Roxburgh Ch., Lund S., Piotrovski J. Mapping Global Capital Markets 2011 / McKinsey Global institute. 2011. P. 2. 2. IMF, Oct. 2012. 3. Расчеты авторов.

Рынки производных инструментов не создают новые стоимости, а расходуют «переданную» им часть прибавочной стоимости, будучи ориентированные на будущее, организуя особым образом его оценку и участвуя в процессах перенакопления капитала.

Из-за отставания общественных регуляторов от этих процессов усиливается деструктивное воздействие производных инструментов и их рынков на капиталистическое хозяйствование. Именно такие рынки рождают финансовые пузыри, которые хотя и носят виртуальный характер, но во время «сдувания» приносят реальные беды как для отдельных стран, так, иногда, и в общемировом масштабе. Яркое тому доказательство – последствия кризиса 2008–2009 гг., первопричиной которого явилось «сдувание» финансового пузыря ипотечных деривативов в США в 2007 г.

Таблица 3

Рынки производных финансовых инструментов (по простой выборке) за 1990–2009 гг., в трлн. долл.

Источник: Bank for International Settlements (BIS). URL: http://www.bis.org

Становление единой мировой финансовой системы справедливо связывают с развитием международной торговли и международным движением капитала. Воздействие международных валютных отношений как составной части единой мировой финансовой системы на воспроизводство приводит к быстрому распространению новых финансовых инструментов (фьючерсов, опционов, деривативов и т. д.), увеличению межгосударственных потоков товаров, услуг, капиталов, кредитов и рабочей силы. Однако одновременно в мировой финансовой системе возникают мощные проблемы и угрозы. Бороться с ними отдельным государствам иногда не под силу в условиях все большей глобализации^3. Для достижения эффективности такой борьбы требуются совместные усилия всего мирового сообщества.

Несколько последних десятилетий глобализации привели к столь глубокому переплетению движения капиталов в мире, что первостепенное значение для каждой страны приобретают вопросы рациональной организации международной экономической и финансовой деятельности, специфики развития ее финансовых институтов, профилактики и недопущения возможных сбоев в финансовой сфере.

Функционирование международных финансовых рынков происходит в постоянно меняющейся среде, определяемой денежными системами, состоянием платежных балансов отдельных стран, моделями экономического роста ведущих стран. В силу разнородности участников, инструментов процесс международных финансовых операций происходит непрерывно.

Постоянное перемещение средств через национальные границы, обусловленное интернационализацией производства, увеличением свободы перемещения капитала, улучшением информационной технологии, превратило эти отношения в неотъемлемую часть мировой хозяйственной системы. Начиная с последней трети прошлого столетия финансовые рынки, прежде всего развитых стран, стали функционировать не как локальные структуры, а как совокупности, объединенные общими условиями, связями и закономерностями развития, что позволяет говорить о формировании мировой кредитно-финансовой системы. Международные финансовые операции выступают развивающейся силой, преобразующей финансовые системы отдельных стран.

1.2. Мировые финансы

Экономика любой страны характеризуется той или иной степенью открытости. Международные отношения выступают в качестве одного из основных объектов государственного регулирования. По мере усиления интеграционных процессов международная финансовая сфера из простого посредника превращается в важный самостоятельный фактор, от которого во многом зависит как внешнеэкономическое положение страны, так и эффективность воспроизводства внутри нее.

Международная финансовая система является составной частью и одной из наиболее сложных сфер мирового хозяйства. В ней сосредоточены проблемы мировой и национальных экономик, развитие которых исторически идет параллельно и имеет тесную взаимосвязь, тем более при сегодняшних темпах глобализации. Международные связи немыслимы без налаженной системы финансовых отношений.

Мировая финансовая система – это экономические отношения, связанные с функционированием мировых денег и обслуживающие различные виды взаимосвязей между странами (внешняя торговля, вывоз капитала, инвестирование, предоставление займов и субсидий, научно-технический обмен, туризм и др.).

Развитие и стабильное функционирование международной финансовой системы обусловлено ростом производительных сил, созданием мирового рынка, углублением международного разделения труда, формированием мировой системы хозяйства, интернационализацией хозяйственных связей.

В современном мире экономики всех стран тесно взаимосвязаны. Так, финансовый кризис в одной стране может нести угрозу экономической стабильности многих стран мира. Банкротства, долговые моратории, дефолты в одной конкретной стране могут вызвать обвалы курсов акций и валют, биржевые потрясения, неплатежи, взлет цен и другие нарушения повсюду в мире. Особенно актуально это на современном этапе развития мировой финансовой системы, когда ведущие экономисты мира бьют тревогу по поводу резкого ухудшения и угрозы кризиса мировой экономики на фоне возможной рецессии в США. США занимает ведущую позицию на мировой финансовой арене. Это связано с тем, что доллар признан мировой резервной валютой.

Международные финансы – это совокупность экономических отношений, основанных на международных соглашениях в области наличного и безналичного оборота валютных ценностей, а также институциональных образований, обслуживающих реальный денежный оборот в сфере международных операций и расчетов. Участниками международных отношений являются юридические и физические лица, правительства иностранных государств, международные финансовые организации, неформальные объединения (клубы), совершающие операции с валютными ценностями и принимающие решения по важнейшим вопросам координации и управления мировыми финансовыми потоками.

Мировые финансы возникли в результате, с одной стороны, распространения финансовых отношений на мирохозяйственные связи, а с другой – явились следствием появления и развития финансовой подсистемы мировой экономики. Являясь частью мировой экономики, они представляют собой совокупность финансовых ресурсов мира, то есть финансовых ресурсов стран мира с их финансовыми организациями, международных организаций и международных финансовых центров мира, всех форм легального бизнеса и всего населения Земли.

Мировая финансовая среда включает в себя следующие элементы:

• международные финансовые рынки;

• международное банковское дело;

• финансы международных корпораций;

• международные портфельные инвестиции.

Международная финансовая система представляет собой совокупность национальных экономик различных стран.

Национальную финансовую систему образуют регулируемые финансовые отношения и финансовые учреждения, осуществляющие мобилизацию денежных средств и их распределение в связи с финансированием и кредитованием народного хозяйства конкретной страны.

Мировые финансовые потоки – межгосударственное движение денежных средств, обслуживающее международный товарный оборот и международное движение капитала. В мировом хозяйстве постоянно происходит перелив денежного капитала, формирующегося в процессе кругооборота капитала. Стержнем мировых финансовых потоков являются материальные процессы воспроизводства. На объем и направление потоков влияет ряд факторов: состояние экономики; взаимная либерализация торговли; структурная перестройка в экономике.

Мировые финансовые потоки обслуживают движение товаров, услуг и межстрановое перераспределение денежного капитала между конкурирующими субъектами мирового рынка. Кроме того, они подают сигналы о состоянии конъюнктуры, которые служат ориентиром для принятия решений менеджерами.

Движение мировых финансовых потоков осуществляется по следующим основным каналам:

• валютно-кредитное и расчетное обслуживание купли-продажи товаров и услуг;

• зарубежные инвестиции в основной и оборотный капитал;

• операции с ценными бумагами и разными финансовыми инструментами; валютные операции;

• перераспределение части национального дохода через бюджет в форме помощи развивающимся странам и взносов государств в международные организации и др.

Мировые финансовые центры – действующий международный рыночный механизм, который служит средством управления мировыми финансовыми потоками. Мировые финансовые центры – Лондон, Нью-Йорк, Цюрих, Франкфурт-на-Майне, Люксембург, Сингапур и др. Мировые финансовые центры – центры сосредоточения банков и специализированных кредитно-финансовых институтов, осуществляющих международные валютные, кредитные и финансовые операции, сделки с ценными бумагами, золотом.

Мировые финансовые центры, где кредитные учреждения осуществляют операции в основном с нерезидентами в иностранной для данной страны валюте, получили название финансовых центров «оффшор». Такие финансовые центры служат также налоговым убежищем, поскольку операции на них не облагаются местными налогами и свободны от валютных ограничений. В настоящее время в 13 мировых финансовых центрах сосредоточено более 1000 филиалов и отделений иностранных банков.

Финансовый рынок – организованная институциональная структура для создания финансовых активов и обмена финансовыми активами. Финансовый рынок ориентирован на мобилизацию капитала, предоставление кредита, осуществление обменных денежных операций. Основным регулирующим органом национального финансового рынка является Центральный банк страны. Совокупность спроса и предложения на капитал кредиторов и заемщиков разных стран образует мировой финансовый рынок.

Финансовые рынки можно условно подразделить на основные сегменты:

• рынок облигаций (Bond Market) – рынок различного рода обязательств, от корпоративных до государственных, с различными сроками исполнения;

• товарный рынок (Commodities Market) – рынок, на котором торгуется сырье и так называемые «биржевые» товары;

• фондовый рынок (Stock Market), – на котором осуществляются операции с акциями по первичному размещению (IPO) и их вторичному перераспределению. Это происходит на биржах или через ОТС;

• международный валютный рынок Форекс (Currency), на котором осуществляются валютообменные операции, как в режиме ОТС, т. е. банк – банк, так и на централизованных регулируемых биржах (ЕТМ);

• рынок деривативов (Derivatives Market) – рынок финансовых инструментов, стоимость которых является производной от стоимости и характеристик других финансовых инструментов.

Рис. 1. Финансовые рынки

Финансовые рынки взаимосвязаны движением капиталов и поэтому оказывают сильное влияние друг на друга. Конечно, взаимовлияние этих рынков не является процессом линейным и однозначным. На валютный рынок Форекс особенно оказывают влияние товарный рынок, рынок облигаций и деривативов. А Форекс, соответственно, влияет на них.

Банки привлекают краткосрочный капитал на рынке межбанковского кредита. Общепризнанным в мире ориентиром цены на такого рода кредиты служит ставка предложения на Лондонском межбанковском рынке (LIBOR).

В последние два десятилетия рынок производный финансовых инструментов рос особенно быстро. Наиболее известным организованными рынками подобных активов являются Чикагская товарная биржа (СМЕ), Чикагский совет торговли (СВТ) и Лондонская международная биржа финансовых фьючерсов (LIFFE). Согласно данным журнала Forbes 24 % миллиардных состояний сделано людьми, занимающимися бизнесом на мировых финансовых рынках.

1.3. Биржи

Биржа (нидерл. beurs, нем. borse, фр. bourse, итал. birsa, исп. bolsa, англ. exchange) – юридическое лицо, обеспечивающее регулярное функционирование организованного рынка товаров, валют, ценных бумаг и производных финансовых инструментов. Раньше биржей называли место или здание, где собираются в определенные часы торговые люди и посредники, биржевые маклеры для заключения сделок с ценными бумагами или товарами.

Биржа – организующая, системообразующая часть рыночной структуры. Задачи биржи – не снабжение экономики сырьем, капиталом, валютой, а организация, упорядочение, унификация рынков сырья, капитала и валюты. С помощью биржевого механизма обеспечивается спрос на сырье, который прямо не связан с его использованием. Специфический биржевой спрос и предложение осуществляют биржевые спекулянты.

Задачами биржевой торговли являются:

• организация свободного процесса товарного обращения;

• развитие конкуренции;

• обеспечение сбалансированности спроса и предложения;

• биржевые торговые площадки предоставляют гарантии исполнения сделок, реализуя принцип поставки против платежа;

• перенос риска ценовых колебаний с участников рынка реального товара посредством механизма хеджирования;

• выявление цены, т. е. точки зрения рынка на то, какова будет цена лежащего в основе фьючерсного контракта товара в момент наступления срока действия контракта;

• повышение ликвидности и эффективности путем ускорения и упрощения совершения фьючерсных операций.

К биржевым товарам принято относить стандартизированные товары массового производства, обладающие качественной однородностью, сопоставимостью базисных характеристик и взаимозаменяемостью партий. На биржах торгуют не только товарами, но и контрактами. Являясь механизмом, выявляющим реальное соотношение спроса и предложения, биржа может определять подлинную стоимость товара. В современной биржевой торговле значительное место занимают первичные сырьевые товары, такие, как зерновые и технические сельскохозяйственные культуры, нефтепродукты, лес, уголь, металлы. Биржевые цены на эти товары чутко реагируют на конъюнктуру рынка.

Особенности и преимущества операций на бирже:

• осуществляются на специальных торговых площадках;

• ведутся по биржевым товарам, партиям, лотам;

• в отсутствие товаров осуществляются по их описанию;

• проводятся регулярно, отличаются гласностью;

• характеризуются свободным ценообразованием;

• прямо не регулируются государством;

• ведутся посредниками;

• подчиняются единым правилам по совершению сделок, которые отражены в действующих законах и уставе биржи;

• имеют специализацию.

Биржа при заключении сделок является контрагентом для каждой из сторон и гарантирует исполнение ими своих обязательств путем взимания с каждого участника торгов залоговых средств и проведения взаимозачета (клиринга) по результатам каждого торгового дня. Таким образом, и проигрыши, и выигрыши участников торгов рассчитываются ежедневно, что исключает риск невыполнения кем-либо из участников торгов своих обязательств.

Но кроме перечисленных функций у биржи, которая торгует срочными финансовыми инструментами, есть еще одна важная функция. Она является инструментом, с помощью которого участники торгов, желающие минимизировать или ликвидировать свой риск, за определенную плату переносят свой риск на тех, для кого он является приемлемым. Для бирж, торгующих срочными контрактами, эта функция является основной.

В самой общей постановке работа с фьючерсными контрактами выглядит следующим образом. Выполнив необходимые организационные формальности, оператор становится участником срочной торговли на фьючерсной бирже. Прежде чем быть допущенным к торгам, оператор перечисляет на свой счет в клиринговой палате биржи денежные средства, которые формируют его депозитную и вариационную маржу. После этого оператор становится полноправным участником биржевых торгов на срочные контракты.

В ходе торговой сессии участник торгов осуществляет сделки купли-продажи фьючерсных контрактов, стремясь купить их дешевле и продать дороже. В конце торгов по их результатам определяется котировочная цена, которая характеризует рыночную стоимость фьючерсных контрактов на текущий день. Если брокер удачно провел биржевую сессию, на его счет в клиринговой палате биржи начисляется прибыль. У тех брокеров, которые сыграли в этот день неудачно, денежные средства списываются со счетов. Таким образом, сумма доходов удачливых брокеров равна сумме расходов неудачников (за вычетом комиссионных в пользу биржи как организатора торгов).

Принятая биржей заявка поступает в торговую секцию операционного зала, проходя через приемный пульт и регистратуру, и затем пересылается в биржевое кольцо. Биржей может проводиться предварительная фильтрация заказов на предмет отсева не соответствующих нормативным требованиям или заведомо нереальных. При достижении договоренности между брокером-продавцом и брокером-покупателем (в виде их устного согласия о взаимоприемлемости условий) маклер фиксирует сделку записью в регистрационной карте. Такая регистрация свидетельствует о том, что сделка заключена.

Приведенное описание торгов чрезвычайно упрощено в целях облегчения восприятия процесса в целом. Реальная процедура торга намного сложнее и разнообразнее. Порядок ведения во многом зависит от вида сделок, а также от установившихся на каждой бирже традиций, уровня оснащенности бирж.

В настоящее время известны две технологические процедуры биржевых аукционных торгов: голосовые торги и электронная система ведения торговли. Сейчас торги большей частью проходят в электронном виде с использованием специализированных программ. Брокеры в своих интересах или интересах клиентов выставляют в торговые системы заявки на покупку или продажу ценной бумаги (валюты, товара). Эти заявки удовлетворяются встречными заявками других торговцев. Биржа ведет учет исполненных сделок, реализует, организует и гарантирует расчеты, обеспечивает механизм взаимодействия «поставки против платежа» (Delivery Versus Payment, DVP).

В биржевом кольце правит бал закон спроса и предложения, хотя он действует не совсем свободно. Цена складывается еще и в зависимости от индивидуальных позиций и оценок участников торга, в первую очередь брокеров-продавцов и брокеров-покупателей. Для фиксации и регистрации результатов сделок в структуре биржи выделяется регистрационное бюро (комитет). Основная функция его заключается в документальном закреплении текущей биржевой цены, на которую согласились обе стороны, участвующие в сделке. Для обеспечения денежных операций, сопутствующих сделке, требуемые расчеты проводит расчетная палата.

Биржевые операции – это операции, совершаемые на бирже с ценными бумагами или иными финансовыми активами, товарами. К биржевым операциям относятся: купля; продажа; листинг; делистинг; заключение опционных, форвардных и фьючерсных контрактов; котировка; залог; расчет; клиринг; консалтинг; хранение; поставка ценных бумаг.

Принципами биржевой работы выступают: личное доверие между брокером и клиентом; гласность; регулярность; регулирование деятельности на основе жестких правил.

Членами биржи могут быть представители брокерских фирм, дилеров, банков и ассоциаций. Члены биржи должны уплатить взнос в соответствии с ее уставом и могут иметь на бирже нескольких представителей.

Члены биржи делятся на две категории:

1) совершающие сделки за свой счет и за счет клиента.

2) заключающие сделки только за свой счет.

Члены биржи обязаны принимать участие в общем собрании учредителей, уплачивать взносы и соблюдать устав биржи. Членами биржи могут быть не только граждане данной страны, но и иностранные граждане и организации (юридические лица).

Основными участниками биржевых торгов являются:

• дилеры, которые самостоятельно торгуют на свой страх и риск, используя собственные деньги;

• брокеры, которые торгуют по поручению клиентов за комиссионное вознаграждение;

• специалисты, которые занимаются анализом и проводят консультации;

• маклеры, которые играют на рынке (спекуляцией на бирже могут заниматься и дилеры, и брокеры);

• организаторы торгов, которые обеспечивают осуществление биржевого процесса;

• руководители биржи, которые отвечают за соблюдение действующего законодательства и правил работы биржи;

• сотрудники аппарата биржи, которые технически сопровождают биржевую деятельность.

Основными статьями дохода биржи являются:

• комиссионное вознаграждение, взимаемое с участников биржевых торгов за каждый заказ, исполненный в биржевом зале;

• плата за листинг (включение товаров, ценных бумаг в биржевой список);

• вступительные, ежегодные и целевые взносы членов биржи;

• взносы на покрытие текущих убытков или на создание необходимых резервов.

Рис. 2. Структура рынка срочных контрактов

Для того чтобы биржа эффективно выполняла свои функции, минимизируя системные риски при заключении сделок, на ней должны функционировать: четкая торговая система, обеспечивающая фиксацию и заключение сделок; эффективная служба определения и выполнения взаимных обязательств участников торгов и биржи; депозитарно-расчетная (депозитарно-клиринговая) палата.

Структура рынка срочных контрактов представлена на рис. 2.

Современная товарная биржа – это рынок контрактов на поставку товара при относительно небольших размерах его реальных поставок. В настоящее время объектами биржевой торговли выступает примерно 70 видов продукции, на долю которых приходится около 30 % международного товарооборота. Подавляющее число зарубежных фирм в настоящее время являются фьючерсными.

Таблица 4

Виды бирж по признакам классификации

В принципе, все биржи мира имеют сходные организационные структуры.

В структуру каждой биржи входят:

• Органы управления:

– общее собрание учредителей и членов биржи;

– биржевой комитет (текущее управление биржей);

– правление биржи (исполнительный орган).

• Ревизионная комиссия.

• Арбитражная комиссия (рассматривает споры).

• Котировальная комиссия (котировка цен).

• Маклериат (осуществление торговли в биржевом зале).

• Расчетно-клиринговая палата (единый расчетно-финансовый центр).

• Справочно-информационный отдел.

• Комиссия по приему новых членов.

• Бюро товарных экспертиз.

• Отдел рекламы.

• Отдел маркетинга.

• Отдел экономического анализа.

• Комиссия по биржевой этике.

• Тарифно-транспортный отдел.

• Другие подразделения.

Рис. 3. Система рыночного ценообразования на бирже

Можно выделить два основных способа проведения биржевых торгов.

1. Открытые аукционные торги, когда происходит непрерывное сопоставление цен на покупку и цен на продажу. Продавец постепенно снижает цену, а покупатель постепенно ее повышает. Сделка совершается тогда, когда цены покупателя и продавца сходятся.

2. Торговля по заказам. В настоящее время торговля по заказам осуществляется с помощью использования современной электронной техники. Заказы вводятся в компьютер, в определенный момент времени ввод заказов прекращается, и компьютер рассчитывает цену реализации, при которой может быть заключено наибольшее количество сделок. После этого брокеры с помощью маклера фиксируют сделки. Но первый и второй способы очень похожи друг на друга.

3. Теоретически можно предположить, что биржевые торги осуществляются и на основе мирового финансового зáговора, когда котировками в своих целях управляет небольшая группа финансистов. Но это теория бездоказательна.

1.4. Международные финансовые институты и их инструменты

Мировые финансовые потоки формируются под влиянием таких факторов, как состояние мировой торговли, экономическое и финансовое состояние государств, создание и функционирование транснациональных корпораций, различие в темпах инфляции, рост платежного дисбаланса отдельных стран, процессы в экспорте и импорте капиталов и др.

Международные финансы выполняют следующие функции:

• опосредование международной торговли и обмена товарами, услугами и капиталами;

• обеспечение экономической интеграции национальных экономик в единую международную систему;

• адаптация национальных экономик к международной экономической и финансовой ситуации;

• координация проведения национальной финансовой политики государств.

Ведущая роль в регулировании мировых финансовых потоков принадлежит международным финансовым институтам, таким как Международный валютный фонд (МВФ), Всемирный банк (ВБ), Международный банк реконструкции и развития (МБРР).

МВФ и ВБ были учреждены в 1944 г. по решению Бреттон-Вудской (США) конференции ООН по валютно-финансовым вопросам. Основная цель МВФ заключается в поддержании стабильности в международных финансах для стимулирования экономического роста и международной торговли. Для реализации этой цели МВФ осуществляет мониторинг экономической, финансовой и валютной политики каждого из государств – членов МВФ, которых в настоящее время насчитывается более 180. РФ присоединилась к МВФ в 1992 г.

Стабильность достигается главным образом за счет двух инструментов: валютных курсов и платежных балансов. МВФ оказывает влияние на экономическую политику стран, испытывающих трудности в регулировании сальдо своих платежных балансов. Для регулирования валютных курсов отдельных стран МВФ осуществляет валютные интервенции, использует займы в иностранной валюте, вводит ограничения по текущим валютным операциям и движению капитала. Несмотря на незначительные объемы кредитов, МВФ располагает большими возможностями для оказания давления на политику государств-заемщиков.

Сразу после учреждения ВБ представлял собой одну организацию – Международный банк реконструкции и развития. МБРР был создан в целях оказания влияния на послевоенное устройство Европы, в том числе для реализации плана Маршалла. В последующие годы было создано еще три подразделения (филиала) – МФК, МАР и МАГИ. Таким образом, в настоящее время МБРР и его подразделения образуют группу Всемирного банка со штаб-квартирой в Вашингтоне.

МФК (Международная финансовая корпорация) образована с целью прямого кредитования высокоэффективных проектов частных предприятий, без получения правительственных гарантий. В России МФК сыграла ведущую роль в разработке и реализации программы приватизации и перестройки экономики.

МАР (Международная ассоциация развития) образована с целью предоставления беднейшим развивающимся странам-участницам кредитов и займов на льготных (до 40 лет, под 0,75 % годовых, а иногда на беспроцентной основе) условиях. К числу беднейших относятся страны с годовым доходом на душу населения менее 1300 долл. США.

МАГИ (Международное агентство по гарантированным инвестициям) образовано с целью стимулирования активности прямых частных инвестиций в развивающиеся страны. Агентство гарантирует инвесторам защиту от некоммерческих (политических) рисков: войн, революций, национализации. Максимальный размер страхового покрытия составляет 50 млн. долл. на один проект.

До середины 1950-х гг. ВБ стимулировал экономику стран Западной Европы, пострадавших от войны. Затем кредитная политика стала меняться, и, начиная с 1960-х гг. все более существенная доля кредитов предоставляется развивающимся странам Азии, Африки и Латинской Америки. В 1990-е гг. ВБ кредитовал структурную перестройку в бывших социалистических странах.

Платежный баланс – это финансовый документ, в котором отражается соотношение сумм платежей, произведенных данной страной за границей, и поступлений, полученных из-за границы за определенный период времени. Платежный баланс используется для анализа воздействия международных сделок на национальную экономику. Все международные сделки можно разделить на пять основных категорий: обмен товарами, обмен услугами, доходы от заграничных инвестиций, трансфертные платежи и обмен финансовыми активами.

Платежный баланс страны включает в себя два основные раздела: счет текущих операций и счет операций с капиталом и финансовыми инструментами.

Первый раздел платежного баланса, счет текущих операций, включает данные об экспорте и импорте товаров и услуг, оплате труда, полученной и выплаченной, инвестиционных доходах к получению и выплате, текущих трансфертов, полученных и выплаченных. Важнейшей составной частью счета по текущим операциям является торговый баланс. Он отражает соотношение стоимости экспорта и импорта товаров страны в соответствующем периоде. Баланс услуг включает платежи и поступления по транспорту, страхованию, связи, туризму, расходы на содержание иностранных представительств, комиссионные сборы, расходы на рекламу и др.

Второй раздел платежного баланса – счет операций с капиталами и финансовыми инструментами. Посредством этого счета устанавливается соотношение ввоза и вывоза государственных и частных капиталов, полученных и предоставленных кредитов.

Счет официальных резервов согласно методике МВФ может составлять третий раздел платежного баланса, а может включаться во второй. На этом счете отражается движение золотовалютных резервов страны. Золотовалютные резервы включают золото, иностранные валюты, евро, СДР, позицию-нетто в МВФ.

Особенность платежного баланса состоит в том, что все записи вносятся в виде кредитового оборота с плюсом и дебетового оборота с минусом. Кредитовый оборот показывает стоимость товаров, услуг, ценных бумаг, приобретенных или проданных резидентами, дебетовый оборот означает способ финансирования, наличную оплату, передачу финансовых активов, бартер. Все экспортные операции относятся к кредитовым оборотам, импортные операции – к дебетовым оборотам.

Активное сальдо текущих операций является финансовой основой перенесения части национальной экономики за рубеж. Пассивное сальдо этого счета свидетельствует о продвижении на национальный рынок конкурентов. Если по текущим статьям платежи превышают поступления, то они могут быть сбалансированы за счет балансирующих статей движения капиталов и финансовых инструментов. Для этого привлекают иностранные банковские кредиты или займы. Окончательное балансирование статей обеспечивают официальные золотовалютные резервы.

Состояние платежного баланса страны – барометр, который показывает состояние экономики и то, насколько устойчиво ее развитие. При пассивном сальдо платежного баланса необходимо принимать определенные адекватные меры. Они могут выражаться в дефляционной политике (сокращении внутреннего спроса, ограничении бюджетных расходов, относительном снижении заработной платы), в девальвации национальной валюты, введении валютных ограничений, в бюджетных субсидиях экспортерам и прочих протекционистских мерах.

Валютный курс – это соотношение между двумя валютами, складывающееся на валютном рынке в результате спроса и предложения, либо устанавливаемое в законодательном порядке.

Необходимость установления валютного курса определяется следующими факторами: взаимным обменом валютами при экспортно-импортных сделках, движении капитала; сопоставлением цен на мировых и национальных рынках; переоценкой счетов в иностранной валюте в соответствии с валютным паритетом.

Стоимостной основой валютного курса выступает валютный паритет, или паритет покупательной способности (ППС) валют. ППС – это соотношение между двумя (или несколькими) валютами по их покупательной способности к определенному набору товаров и услуг. Выделяют следующие способы установления валютного курса; фиксированные валютные курсы; колеблющиеся валютные курсы плавающие в установленных пределах валютные курсы; сочетание перечисленных курсов.

Фиксированный валютный курс – это официально установленное соотношение между национальными валютами, основанное на валютном паритете. Колеблющийся курс основан на использовании рыночного механизма. Он свободно изменяется под влиянием спроса и предложения на валютном рынке. Плавающий курс – разновидность колеблющегося, его установление предполагает согласование относительных пределов взаимных колебаний валют.

Валютный рынок – это рынок, на котором спрос и предложение иностранных валют оценивается в национальной валюте. Это межбанковский рынок. Он оказывает большое влияние на развитие мировых рынков капиталов. Участниками валютного рынка выступают банковские дилеры. В каждой момент времени и для каждой валюты они сообщают курс, по которому готовы продать или купить валюту.

Различают курс продавца и курс покупателя. Банки продают валюту дороже – это курс продавца, или продажи, а покупают дешевле – это курс покупателя, или покупки. Разница между этими курсами, или маржа, покрывает расходы банка и частично валютные риски.

Валютные операции могут предусматривать немедленную поставку валюты (операции спот) и через определенный промежуток времени (срочные операции – форвард, фьючерс, опцион).

В России в настоящее время действует режим плавающего валютного курса, который зависит от спроса и предложения на валютных биржах страны. Такие биржи действуют в Москве, Санкт-Петербурге, Ростове-на-Дону, Новосибирске, Владивостоке, Екатеринбурге. Официальный курс доллара США по отношению к рублю устанавливается ЦБРФ по результатам торгов на Московской межбанковской валютной бирже (ММВБ). Рубль продолжает оставаться замкнутой валютой, он не используется в международных расчетах.

Существенные изменения в международных финансах, и прежде всего, в функциях валютных курсов, произошли в результате развития рынков евровалют. Евровалюта – это средства, полученные банком в качестве вклада в валюте отличной от валюты страны, где размещается этот банк, а также средства, выданные кредитором в валюте, отличной от валюты страны, в которой размещается банк.

Рынки евровалют – это рынки, на которых проводятся операции по кредитам и займам, выраженные в валюте, отличных от валюты страны, в которой размещаются осуществляющие эти операции банки. Банки, регистрирующие в балансе эти операции, относятся к евробанкам. Так, доллар, внесенный в качестве депозита, например, в России, является евродолларом.

Рынок евродолларов не попадает под денежно-кредитное регулирование США и имеет собственные процентные ставки. Рынки евровалют создают условия для денежного обращения иностранной валюты за пределами государства-эмитента и финансирования операций в одной валюте.

1.5. Мировая валютная система

Деньги – это особый товар, выполняющий роль всеобщего эквивалента при обмене товаров. Денежная система – форма организации денежного обращения внутри страны, сложившаяся исторически и закрепленная в государственных законодательных актах. Мировая экономика – экономическое единство всех стран мира, которое функционирует на основе международной дифференциации труда, мировой транспортной системы, системы связи, мирового рынка товаров, капиталов и рабочей силы и в условиях существования международной финансовой системы.

Базой для возникновения и развития международных экономических отношений, включающих международную торговлю и межстрановую миграцию капиталов, стало международное разделение труда. Миграция капиталов обусловила появление институтов валютных отношений. И сегодня международные валютные отношения являются одной из наиболее динамичных форм международных экономических отношений. При этом каждая страна имеет свою национальную денежную единицу, обслуживающую собственные рынки (за исключением тех, интеграция между которыми достигла такой глубины, что они договариваются о единых деньгах).

По мере расширения хозяйственных связей разных стран возрастают международные потоки товаров и услуг. В связи с этим в мировом хозяйстве осуществляется круглосуточный «перелив» денежного (финансового) капитала^4, формирующегося в процессе национального общественного воспроизводства. Компании, участвующие в международных операциях, вынуждены действовать в рамках разнородных финансовых систем, оценивая свою деятельность в разных частях мира, стараясь вести учет и отчетность на единой основе. Но поскольку в каждом суверенном государстве законным платежным средством является его денежная единица, сделки между странами неизбежно проводятся не в одной, а в нескольких иностранных валютах. Это обусловлено тем, что в мировом хозяйстве пока еще отсутствуют общепризнанные мировые кредитные деньги, обязательные для всех государств. Но рано или поздно, на наш взгляд, такие деньги в мире появятся.

Интеграция стран, в том числе и России, в мировое хозяйство вызывает необходимость превращения части денежного капитала из национальных денег в иностранную валюту, и наоборот. Это происходит при международных валютных, счетных и кредитно-финансовых операциях. Именно таким образом исторически сформировались международные валютные отношения – совокупность общественных отношений, складывающихся при функционировании валюты в мировом хозяйстве.

Международные валютные отношения обслуживают взаимный обмен результатами деятельности субъектов мирового хозяйства. Состояние валютных отношений зависит от процесса воспроизводства и, в свою очередь, оказывает на него обратное влияние (положительное или отрицательное) в зависимости от степени их устойчивости.

В результате динамичного развития внешнеэкономических связей была сформирована валютная система – государственно-правовая форма организации устойчивых валютных и кредитных отношений, регулируемая законодательством или межгосударственным соглашением. Она включает совокупность национальных денежно-кредитных отношений, сложившихся на основе интернационализации национальных экономик, связанных с функционированием валюты по международно-договорным и государственно-правовым нормам. Элементами международной валютной системы являются:

• формы международных средств платежа (золото, национальные валюты, международные валютные единицы);

• международные финансовые институты;

• механизм установления и поддержания валютных курсов;

• правила расчетов между физическими и юридическими лицами;

• порядок сбалансирования международных платежей.

Важнейшие из названных элементов международной валютной системы – это формы международных средств платежа и механизм установления и поддержания валютных курсов. Конечная цель функционирования международной валютной системы заключается в обеспечении эффективности международной торговли товарами и услугами и в получении обоюдной выгоды участниками внешнеэкономической деятельности.

Национальная валютная система – это совокупность экономических денежно-кредитных отношений, предполагающих функционирование валюты для обеспечения внешнеэкономических связей страны. Она включает определенный объем и состав валютных резервов, валютный паритет (соотношение), а также ряд следующих основных элементов:

• определенный набор международных платежных средств;

• режим обмена валюты;

• режим валютного курса;

• наличие или отсутствие валютных ограничений;

• регламентацию использования международных кредитных средств обращения и форм международных расчетов;

• режим валютного рынка и рынка золота;

• статус национальных органов, регулирующих валютные отношения, – центральный банк, министерство финансов, специальные органы.

Мировая (международная) валютная система (International monetary system), преследующая глобальные цели мирового сообщества, – это совокупность валютно-экономических отношений, обусловленных мирохозяйственными связями, усилением взаимозависимости национальных экономик (из-за глобализации мировой хозяйственной системы). Она призвана обеспечить интересы стран-участниц, обслуживая взаимный обмен результатами деятельности национальных экономик. Для этого существуют международные институты и комплекс международно-договорных и государственно-правовых норм, обеспечивающих функционирование валютных инструментов, т. е. имеется особый механизм регулирования и функционирования. Основными элементами мировой валютной системы являются:

• определенный набор международных платежных средств – функциональные формы мировых денег (золото, резервные валюты, международные счетные валютные единицы – СПЗ)5;

• режим обмена валют, включая валютные курсы, условия конвертируемости валют;

• регламентация состава компонентов международной ликвидности;

• унификация правил использования международных кредитных средств обращения (векселей, чеков и др.) и форм международных расчетов;

• режимы мировых валютных рынков и рынков золота;

• статус института межгосударственного регулирования, с 1944 г. – Международного валютного фонда.

Исходя из вышеизложенного можно утверждать, что валютная система, как национальная, так и мировая, состоит из ряда взаимосвязанных элементов и взаимозависимостей. Основой здесь является валюта (currency): в национальной системе таковой служит национальная валюта, в мировой – резервные валюты, выполняющие функции международного платежного и резервного средства, а также международные счетные валютные единицы.

Важной характеристикой валютной системы служит степень конвертируемости валюты, определяемая как степень свободы ее обмена на иностранную. Степень конвертируемости определяется наличием или отсутствием валютных ограничений (экономических, правовых, организационных), регламентирующих операции с национальной и иностранной валютами.

В процессе эволюции мировой валютной системы видоизменялись и совершенствовались ее основные элементы:

• функциональные формы мировых денег (золото, резервные валюты, международные счетные единицы);

• условия взаимной конвертируемости валют;

• режимы валютных паритетов и валютных курсов;

• степень валютного регулирования и объемы валютных ограничений;

• унификация правил использования международных кредитных средств обращения (векселей, чеков) и форм международных расчетов.

Первая мировая валютная система (Парижская) была основана на золотомонетарном стандарте и юридически закреплена межгосударственным соглашением 1867 г. на конференции промышленно развитых стран в Париже. Для этой валютной системы были характерны фиксированное золотое содержание национальных валют и фиксированные валютные курсы. Так, золотое содержание доллара было официально зафиксировано путем установления официальной цены на уровне 20,67 долл. за тройскую унцию (31,1 г) золота.

Существование золотого стандарта вплоть до Первой мировой войны не только придавало стабильность валютной системе, но и лежало в основе стабильного развития экономики стран. Введение золотого стандарта рубля было одним из основных условий денежной реформы в России в конце XIX в., проводимой министром финансов С. Ю. Витте.

Разрешение свободного обращения щлихтового золота в 1901 г. привлекло в золотодобычу капиталы отечественных и иностранных инвесторов и позволило России к 1913 г. выйти на первое место в мире по производству и экспорту золота, увеличить золотые запасы с 626 т в 1900 г. до 1338 т в 1914 г., а также превратить рубль в одну из самых стабильных валют в мире.

Для периода Парижской валютной системы в целом были характерны относительная политическая стабильность в мире и быстрый экономический рост стран, который сопровождался низким уровнем инфляции, относительной синхронностью экономических циклов, достаточно небольшими размерами государственных бюджетов и использованием примерно одинаковых мер рестриктивной денежной политики.

Валютный кризис, разразившийся в период Первой мировой войны, способствовал созданию новой валютной системы.

Вторая валютная система (Генуэзская), оформленная в 1922 г. на Генуэзской международной экономической конференции, была основана на золотодевизном стандарте. В качестве девиза выступала иностранная валюта в любой форме. И хотя официально статус резервной валюты не был закреплен ни за одной из валют, английский фунт стерлингов и американский доллар конкурировали за лидерство на мировом валютном рынке.

Попытки Великобритании восстановить довоенный золотой стандарт не имели успеха: в результате завышения курса фунта стерлингов происходило увеличение дефицита платежного баланса. Результатом этого было принятие в 1928 г. закона, по которому платежи должны были осуществляться в золоте, а не в валютах – фунтах или долларах, а также решение о конвертации всех резервов в фунтах в золото. В этих условиях Великобритания была вынуждена отменить (в 1931 г.) конвертируемость фунта в золото. Эта мера на фоне Великой депрессии в конце 20-х – начале 30-х гг. стала проявлением мирового валютного кризиса, выход из которого страны видели в девальвации своих валют. Девальвацию доллара путем увеличения стоимости унции золота с 20,67 до 35 долл. в 1933 г. США, которые имели положительное сальдо платежного баланса, использовали как меру продвижения своего экспорта и создания дополнительных рабочих мест в экспортных отраслях, сокращения безработицы. На этом фоне страны, защищаясь от иностранной конкуренции, были вынуждены начать вводить высокие таможенные пошлины и импортные тарифы. Результатом этих мер стало сокращение внешней торговли и международных расчетов.

Третья мировая валютная система (Бреттон-Вудская) оформлена соглашением стран на конференции по валютным и финансовым вопросам, которая состоялась в июле 1944 г. в Бреттон-Вудсе (штат Нью-Хэмпшир, США), в которой участвовали 730 представителей 44 стран.

Бреттон-Вудсская система была основана на ряде структурных принципов:

• введение унифицированной системы валютных курсов в соответствии с установленным паритетом;

• официально установленные фиксированные паритеты валют к доллару США, который, в свою очередь, конвертировался в золото по фиксированному курсу;

• определена официальная цена золота на 1 июля 1944 г. на уровне 35 долл. за тройскую унцию золота, или 0,88571 г за 1 долл.;

• установлено, что фиксированные золотые паритеты и курсы валют могли колебаться в пределах 1 % паритета, а в Западной Европе – 0,75 %;

• обеспечение конвертируемости двух резервных валют – доллара США и фунта стерлингов – в золото по официальному курсу.

По своему характеру Бреттон-Вудская система была золотодевизной системой с фиксированными валютными курсами. США брали на себя обязательство по первому требованию обменивать доллары на золото без каких-либо ограничений, а остальные страны должны были зафиксировать курс своей валюты к доллару и поддерживать его в пределах 1 % отклонения в обе стороны по отношению к паритету.

По решению Бреттон-Вудской конференции был создан МВФ, основные цели которого выражались в следующем:

• оказание содействия стабильности валютных курсов, платежных соглашений и избежание конкурентной девальвации валют;

• содействие организации многосторонней платежной системы по текущим операциям и устранение валютных ограничений;

• предоставление краткосрочных кредитов для урегулирования платежных дисбалансов;

• оказание содействия международному сотрудничеству на основе постоянных совещаний и консультаций по международным валютным проблемам.

Для достижения поставленных целей страны – члены МВФ на основе установленных квот осуществляют взносы в его уставный капитал. Определение квоты страны имеет большое значение, поскольку от ее размера зависят величина взноса страны в капитал Фонда, число голосов, максимальный объем финансирования, который она может получить от МВФ, а также доля страны при распределении специальных прав заимствования, международного резервного актива, созданного Фондом.

Противоречия Бреттон-Вудской валютной системы, прежде всего между национальным характером доллара и использования его как международного платежного средства, постепенно расшатали ее по мере укрепления экономик стран Западной Европы и Японии. В 1971 г. США прекратили конвертировать доллары в золото по официальному курсу. Для спасения системы фиксированных валютных курсов в декабре 1971 г. была достигнута договоренность о расширении пределов колебаний курсов до 2,25 % паритета валют. Однако уже через год эта договоренность о фиксированных валютных курсах была отменена, и Бреттон-Вудская система перестала существовать.

Четвертая мировая валютная система (Ямайская) была оформлена соглашением стран – членов МВФ в январе 1976 г. в г. Кингстоне на Ямайке, в котором формулировались основные принципы новой валютно-финансовой системы, закрепленные в апреле 1978 г. во второй поправке к статьям Соглашения МВФ. Эти принципы, которые продолжают действовать и сегодня, заключаются в следующем:

• с отменой официальной цены золота была узаконена демонетизация золота, т. е. утрата им денежных функций, но, тем не менее, благодаря реальной ценности золота за ним сохранилась роль чрезвычайных мировых денег и резервного актива;

• золотодевизный стандарт был заменен стандартом СДР, который формально объявлен основой валютных паритетов, но на практике не стал эталоном стоимости, главным платежным и резервным средством;

• вместо фиксированного валютного курса страны официально с 1973 г. перешли к режиму плавающих валютных курсов, но при этом получили возможность выбора фиксированного или плавающего валютного курса;

• МВФ получил полномочия осуществлять более жесткий надзор за развитием валютных курсов и соглашениями об их установлении, обеспечивать либерализацию валютных отношений путем отмены валютных ограничений в интересах достижения стабилизации в международных валютных отношениях.

Дерегулирование в Ямайской валютной системе очень быстро проявилось в несовершенстве плавающих валютных курсов. А финансовые и валютные кризисы (например, валютный кризис в Мексике в 1995 г., валютные бури летом 1997 г. в странах Юго-Восточной Азии, летом 1998 г. в России и в январе 1999 г. в Бразилии) поставили вопрос о мерах по искусственной поддержке валютных курсов, о реальной и завышенной оценке активов, о неудовлетворительном банковском надзоре, о недостатке финансовой информации. Необходимость координации действий стран для преодоления кризисных явлений заставила мировое экономическое сообщество по-новому оценить роль МВФ и МБРР в согласовании политики стран в области валютных отношений. Встал вопрос о регулирующей деятельности международных валютно-финансовых институтов, эффективность которых в условиях дерегулирования в мировой валютной системе и глобализации финансовых потоков значительно снизилась, что заставило правительства ряда стран, находящихся в полосе потрясений, заняться реструктурированием всей системы валютного регулирования.

В процессе экономической интеграции страны Западной Европы в марте 1979 г. объявили о создании международной (региональной) валютной системы. Европейская валютная система (ЕВС) предусматривала скоординированное плавание курсов национальных валют по отношению к доллару с целью их большей стабилизации. Особенности интеграции западноевропейских стран определили структурные принципы ЕВС.

На основе Маастрихтского соглашения о Европейском союзе, подписанного в феврале 1992 г. и вступившего в силу 1 ноября 1993 г., предусматривалось дальнейшее углубление валютной интеграции, достижение конвергенции национальных экономик и создание механизма многостороннего наблюдения за этим процессом.

Политика поэтапного перехода к единой валюте была взаимоувязана с состоянием экономик стран – участниц ЕВС, которые свое экономическое развитие подчинили достижению следующих региональных критериев:

• иметь уровень инфляции, не превышающий более чем на 1,5 % средний показатель для трех стран с наиболее низкими темпами;

• дефицит государственного бюджета не должен быть более 3 % ВВП;

• государственный долг – не более 60 % ВВП;

• средний размер долгосрочной процентной ставки – не выше 2 % сверх среднего для трех стран с наиболее низкими темпами инфляции;

• пределы колебаний взаимных валютных курсов должны составлять 15 %.

С 1 января 1999 г. Европейский валютный союз вступил на новую ступень развития региональной валютной системы, когда безналичные расчеты стали осуществляться на основе новой европейской валюты – евро 11 странами ЕС (Австрия, Германия, Ирландия, Италия, Бельгия, Испания, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Финляндия и Франция). Котирование курса евро к доллару и к валютам стран, не входящих в ЕВС, осуществляет Европейский центральный банк во Франкфурте-на-Майне. С 1 января 2002 г. новая валюта евро стала использоваться уже 12 странами (в 2001 г. вступила в ЕВС Греция) при наличных расчетах. Через полгода после этого евро банкноты и евро монеты стали единственным законным платежным средством в странах ЕС.

Форма организации валютных отношений страны, закрепленная национальным законодательством, является национальной валютной системой.

Валютная система России в условиях перехода к рыночной экономике формируется с учетом структурных принципов Ямайской валютной системы, которые она должна выполнять после вступления в июне 1992 г. в члены МВФ. Основой национальной валютной системы Российской Федерации является российский рубль, введенный в обращение в 1993 г. взамен рубля СССР.

В условиях административно-плановой экономики СССР существовала государственная монополия на внешнеэкономическую деятельность и валютная монополия. Это означало, что все внешнеторговые операции могли осуществлять только специализированные государственные внешнеторговые объединения. А право совершать операции с иностранной валютой и другими валютными ценностями принадлежало государству.

1.6. Международная финансовая система и национальный суверенитет

В условиях финансовой глобализации суверенные государства оказались в существенной зависимости от глобальных финансовых посредников, что является причиной дальнейшего развития кризисных процессов в глобальной экономике. Разрешение данной проблемы возможно лишь путем реформирования международной финансовой системы, предпосылкой чего должна выступить широкомасштабная дефинансиализация экономических процессов путем перенаправления финансовых ресурсов из виртуального в реальный сектор экономики^6.

С крахом Бреттон-Вудсской системы, вызванным неспособностью США обеспечить соблюдение ее главных принципов – конвертации доллара в золото и поддержания режима фиксированных курсов в сфере межгосударственных отношений, – финансовая дерегуляция, выраженная в снятии ограничений на международное движение капитала и отмене валютного контроля в глобальных масштабах, значительно способствовала интеграции большинства суверенных государств мира в международную финансовую систему в течение 1990–2000-х гг.

Либерализация рынков капитала сопровождалась развитием инноваций, связанных с разработкой комплексных производных финансовых инструментов. Посредством выпуска сложных структурированных продуктов, которые стали предметом международной торговли, операции на рынках капитала тесно переплелись с операциями на страховых, товарных и ипотечных рынках.

Денежные потоки постепенно приобрели характер автономности. т. е. их функционирование происходило в отрыве от реального сектора производства. Растущее участие финансовых ресурсов в спекулятивных операциях ослабило мотивацию предприятий нефинансового сектора в повышении своей производительности, разработке новых технологий, долгосрочном корпоративном планировании, поскольку участие в образовании спекулятивных пузырей позволило им получать краткосрочные прибыли и без процесса производства, что обусловило все пронизывающую «финансиализацию» глобальных экономических процессов. По данным М. Л. Хазина^7, доля финансового сектора в мировой экономике до Второй мировой войны составляла не более 10 %, к 1970-м гг. она поднялась до 20 %, а сегодня финансовый сектор перераспределяет в свою пользу до 70 % создаваемой в экономике прибыли.

В результате создания после Второй мировой войны «под патронатом» США международных организаций – МВФ, Группы Всемирного банка, ГАТТ/ВТО, Лондонского и Парижского клубов кредиторов – регулирование финансовых и торговых дисбалансов между суверенными государствами стало возможным благодаря применению разнообразных рыночных и квазигосударственных механизмов, таких, например, как кредиты международных финансовых организаций, «выравнивание» платежных балансов за счет накопления и использования официальных валютных резервов и резервов стабилизационных фондов, привлечение финансовых ресурсов на международных рынках капитала, а также реструктуризация внешней задолженности. Хотя применение указанных механизмов не обеспечивало «идеальных» условий хозяйствования, оно, однако, давало возможность суверенным государствам противостоять циклическим и другим кризисам капиталистического перепроизводства без фатального уменьшения среднедушевого дохода населения и наступления последующей социально-экономической дестабилизации.

В свою очередь, технологическая революция в коммуникационной и информационной сферах сделала возможным беспрецедентное повышение скорости передвижения и капитализации финансовых активов в международных масштабах. Развитие межбанковского рынка депозитов позволило финансовым рынкам избежать зависимости от вкладчиков и центральных банков как традиционных поставщиков денежных ресурсов. Таким образом, деньги стали создаваться внутри самой банковской системы в обход двухуровневой схемы рефинансирования, которая традиционно существовала между коммерческими и центральными банками. Отсутствие требований к созданию обязательных резервов под межбанковские депозиты привело к фактически неограниченному росту кредитного мультипликатора.

За счет активного использования финансового рычага и инвестиционных инноваций в мире были созданы активы различной степени ликвидности, общий размер которых в предкризисный период приблизился к одному квадриллиону долларов США, включая наличные и кредитные деньги, акции, долговые обязательства, секьюритизированные активы и различные производные финансовые инструменты. В расчете на жителя планеты это составило около 147 тыс. долл. Несмотря на переоценку и частичную ликвидацию указанных активов во время кризиса, подавляющее их большинство продолжает находиться на балансовых и внебалансовых счетах финансовых учреждений, а следовательно, является потенциальным источником доходности и ликвидности. Лишь примерно двадцатая часть этих активов используется в реальном секторе экономики, тогда как остальные находятся в так называемом виртуальном обращении вне потребительского рынка, а значит, не учитываются при расчете инфляции. Активы, создаваемые на межбанковском рынке, сегодня не подчинены национальному контролю и не подконтрольны регулирующим органам суверенных государств, что ставит последних в растущую зависимость от глобальных виртуальных финансовых посредников.

Еще в конце 1990-х гг. известный финансист Дж. Сорос сформулировал тезис о том, что мировой рынок капитала функционирует по модели «центр – периферия»: «Центр обеспечивает капитал; периферия капитал использует. Правила игры выгодны для центра. Можно доказывать, что центр расположен в Нью-Йорке и Лондоне, поскольку именно там развернулись глобальные финансовые рынки»8. Действительно, сегодня Великобритания и США обслуживают более половины объема торгов на международных финансовых рынках, фактически замыкая на себя глобальные потоки капитала (табл. 5).

Таблица 5

Доля крупнейших индустриальных государств на международных финансовых рынках в 2010 г., %

Источник: Key facts about Financial and Professional Services / The City UK. P. 12.

Разработка финансовых инноваций и торговля ими осуществляется преимущественно англо-американскими финансовыми институтами. Например, на Великобританию и США приходится 70 % рынка внебиржевых деривативов с процентными ставками – крупнейшего сегмента международных финансовых рынков, объем которого по итогам 2010 г. составил 478,1 трлн. долл. США^9 (табл. 6).

Именно в Лондоне ежедневно рассчитывается ставка предложения по межбанковским депозитам ЛИБОР (London Interbank Offered Rate), которую можно рассматривать как важнейшую ставку в мире международных финансов. ЛИБОР представляет собой альтернативу ставкам рефинансирования ключевых центробанков мира, поскольку служит базой установления условий займа, на которую ориентированы процентные ставки подавляющего большинства финансовых продуктов, торгуемых в мире – от ипотечных кредитов до корпоративных облигаций.

Таблица 6

Ежедневные объемы торговли внебиржевыми деривативами с процентными ставками на рынках отдельных стран и регионов

Источник: Derivatives 2010/The City UK. London, 2010. Dec. P. 4.

По мнению Дж. Сороса, асимметрия «центр – периферия» усиливает вероятность наступления финансовых кризисов. Наиболее наглядно проявление данной асимметрии наблюдалось в ходе развития ипотечного кризиса в США. Несмотря на беспрецедентное снижение стоимости рефинансирования со стороны центральных банков ведущих индустриальных стран мира (ФРС США, Банка Англии, Европейского центрального банка), стоимость заимствований для развивающихся стран на международных рынках капитала резко повысилась. Подтверждением того, что удорожание финансовых ресурсов напрямую связано с указанной асимметрией, стало увеличение спредов по индексам JPMorgan EMBI Global, представляющим собой разницу между текущей доходностью суверенных и квазисуверенных долговых обязательств развивающихся стран и казначейских облигаций США. Спред – это премия за риск, которую получают инвесторы, вкладывая средства в ценные бумаги стран с так называемой развивающейся рыночной экономикой.

Наиболее высокие спреды установились по облигациям Украины, Аргентины и Венесуэлы, что фактически лишило эти страны возможностей рефинансирования на международных рынках капитала. Так, с июня 2007 г. по февраль 2009 г. значение спреда EMBI Global для Украины выросло с 350 базисных пунктов (б. п.) до более 3 500 б. п. (рис. 4). Это означает, что стоимость заимствований для Украины в указанный период увеличилась в 10 раз. Для сравнения: в странах Азии и в России за этот же время стоимость увеличилась в 3–4 раза.

После событий «оранжевой революции» Украина начала интенсивно накапливать внешние долговые обязательства, главным образом в виде корпоративных кредитов и еврооблигаций. В 2004–2009 гг. внешний долг страны вырос на 437 %, или более чем на 80 млрд. долл. Причем 77 % прироста пришлось на негосударственный сектор. Действия субъектов хозяйствования в Украине в последние 5 лет были направлены на «проедание» кредитных ресурсов, а не на их инвестирование в модернизацию производственных мощностей, унаследованных еще со времен СССР. Ухудшение мировой экономической конъюнктуры и зависимость от импорта потребительских товаров поставили Украину в трудную ситуацию по выполнению своих внешних долговых обязательств, значительная часть которых имела краткосрочный характер, и обернулись для Украины глубоким банковским кризисом.

Несмотря на неуклонное следование рекомендациям МВФ по укреплению макроэкономической и финансовой стабильности, снижение государственного долга, привлечение иностранных инвестиций, накопление валютных резервов и вкладывание их в высоколиквидные ценные бумаги развитых стран Запада, Украина оказалась в числе государств, которым американские агентства резко снизили кредитный рейтинг (например, в феврале 2009 г. рейтинговое агентство «Стэндарт энд Пурс» понизило рейтинг Украины до CCC+, что на семь уровней ниже рейтинга инвестиционной категории).

В предкризисный период Украина уже почти полностью рассчиталась по своему долгу с МВФ, фактический размер которого в октябре 2008 г. составил всего 99,7 млн. долл. (против почти 17,0 млрд. долл. в мае 2011 г.) (рис. 5).

Обращение Украины в очередной раз за финансовой помощью к МВФ является индикатором зависимого государства, не способного в критическую минуту консолидировать внутренние ресурсы экономического развития для преодоления сложностей кризисного периода, как это удалось сделать, например, в Китае и частично в России, которые, как известно, не имеют задолженности перед Фондом.

Рис. 4. Спред по индексу JPMorgan EMBI Global для Украины, 2001–2011 гг.

Источник: URL: http://www.cbonds.info/all/eng/index/index_ detail/group_id/l/

В странах БРИК (кроме России) банковский сектор в условиях кризиса функционировал достаточно стабильно. Как отмечают российские экономисты М. Петров и Д. Плисецкий^10, в Китае, Индии и Бразилии темпы роста банковских активов, собственного капитала и объемов кредитования составили в 2008–2009 гг. не менее 15–20 %.

Такая стабильность была, главным образом, связана со значительной автономностью банковского сектора этих государств, что обеспечивалось низкой долей иностранных активов и источников финансирования в балансах национальных банков. Так, в Бразилии доля иностранных обязательств в пассивах депозитных институтов в последние годы составляла 4–5 %, в Индии и Китае – менее 1 %. Развитая внутренняя ресурсная база, в которой доминируют депозиты населения, а также отсутствие крупных внешних долгов уменьшает зависимость банков этих стран от конъюнктуры глобальных рынков, укрепляя их долгосрочную устойчивость.

Рис. 5. Валовой внешний долг Украины и долг перед МВФ, млн. долл. Составлено по данным Министерства финансов Украины, Национального банка Украины.

Примером растущей зависимости суверенных государств и интеграционных формирований от глобальных финансовых посредников является ситуация, сложившаяся в Греции и других странах «периферии» Европейского валютного союза (Португалии, Испании, Ирландии и Италии). Обострение глобального финансового и экономического кризиса резко ухудшило экономическую ситуацию в этих странах, что было связано с переоценкой международными инвестиционными кругами рисков невозвращения ими внешнего долга, и привело к резкому повышению стоимости обслуживания их внешних заимствований, что послужило причиной обращения к МВФ (рис. 6).

Для успокоения институциональных и портфельных инвесторов была принята программа спасения Европейского валютного союза, которая предусматривает следующие меры:

1. В нарушение ст. 21 действующего Устава Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка последний осуществляет покупку облигаций правительств стран, оказавшихся на краю дефолта, причем в неопределенных объемах, что означает монетизацию «злокачественного» государственного долга и угрожает Евросоюзу раскручиванием инфляционной спирали.

2. Кроме того, правительства стран зоны евро образуют консорциум с новым органом – Европейским стабилизационным фондом, который предоставляет проштрафившимся странам кредиты под 5 % годовых в случае, если рыночные ставки являются более высокими. Финансирование этого фонда происходит либо за счет кредитов, привлекаемых под государственные гарантии на международных рынках капитала, либо напрямую из государственных бюджетов. Срок действия фонда ограничен 2013 г.

Рис. 6. Финансовая помощь МВФ Европейскому валютному союзу. Составлено по данным МВФ

3. И, наконец, третьим компонентом данной стабилизационной программы выступает МВФ с кредитной линией в размере 250 млрд. евро.

В целом программа помощи зоне евро составляет 1 трлн. долл. государственных средств. Однако вопрос остается открытым: будут ли данные средства достаточными для выхода из кризиса? По мнению авторитетного эксперта в сфере валютно-финансовой политики Евросоюза, немецкого экономиста В. Ханкеля, существуют три неизвестных компонента, которые подрывают веру в успех данной стабилизационной программы.

Во-первых, все три вышеуказанные меры, с юридической точки зрения являются незаконными, поскольку нарушают положения договора о Европейском союзе, в соответствие с которыми странам – членам зоны евро запрещается оказание взаимной финансовой помощи в целях поддержания валютной дисциплины. Неправомерным является и вмешательство МВФ, поскольку в соответствии со своим мандатом Фонд предоставляет кредиты центральным банкам своих членов для регулирования сальдо платежного баланса, а не фискальным органам для финансирования бюджетного дефицита. Кроме того, кредиты МВФ должны быть номинированы в долларах или СПЗ, а не в евро. И, наконец, возможность проведения подобных спасительных мероприятий требует первоначального законодательного оформления и прописывания в ныне действующем Лиссабонском договоре, а также проведения соответствующих позитивных референдумов во всех странах ЕС.

Во-вторых, с политической точки зрения данный пакет спасительных мер фактически приравнивается к государственному перевороту, поскольку ЕС наделяется полномочиями и атрибутами суверенного государства, такими как заимствование и перераспределение финансовых ресурсов, которых он, исходя из действующего законодательства, не имеет.

В-третьих, что касается общего размера помощи в 1 трлн. долл., то этих денег может не хватить, если начнется бегство из евро в более надежные валюты. Тогда уже речь будет идти не только о текущих государственных и частных долгах стран, находящихся на грани дефолта, но и обо всех сбережениях в евро, которые будут искать прибежища в более надежной валюте. Признаком того, что этот процесс уже начался, является тенденция ослабления евро в отношении практически всех ведущих валют мира (в частности, доллара США, швейцарского франка, канадского, австралийского и новозеландского долларов). Суммы, которые могут быть переведены из евро в другие валюты, сложно точно подсчитать, но они гораздо больше размеров заявленной помощи.

Обращение к МВФ, однако, затрагивает не только репутацию стран зоны евро, которые по классификации ООН относятся к промышленно развитым странам, но и собственно репутацию ЕС, который согласился на вмешательство во внутренние «суверенные» дела Сообщества сторонней финансовой организации, которая сама находится в зависимости от глобальных финансовых посредников. По словам нобелевского лауреата Дж. Стиглица, Международный валютный фонд «рассматривает проблемы, исходя из… идеологии финансового сообщества, и… тесно… завязан на его интересы»11. Подобная «круговая порука» является индикатором несовершенства международной валютной системы (Бреттон-Вудсские институты – МВФ и Всемирный банк – существуют вопреки факту упразднения самой системы). Следует отметить, что за все время своего существования МВФ так и не смог разработать эффективных механизмов предупреждения глобального системного кризиса. Меры, принимаемые Фондом, чтобы обуздать кризис, больше напоминают механизм «ручной настройки», чем автоматической стабилизации, и не исключают дальнейшего наслоения глобальных торговых дисбалансов, вызывающих возникновение и распространение кризисных явлений.

«Однополюсная», направленная на страхование денежных потоков глобальных финансовых посредников, природа деятельности Фонда уже давно не соответствует реалиям функционирования современной глобальной экономической среды, которая все активнее движется в направлении полицентризма. Главным образом речь идет о необходимости переосмысления институциональных подходов построения архитектуры современных международных валютно-кредитных отношений.

Рис. 7. Соотношение долей доллара и евро в официальных валютных резервах, международных валютных депозитах, эмиссии международных облигаций, международных займах, международной торговле(счета-фактуры) на конец 2010 г., %. Составлено по данным Европейского центрального банка и «Индепендент Стретеджи»

Несмотря на усиление использования евро в международных финансовых операциях и последствия мирового финансового кризиса, позиции доллара США как ключевой резервной валюты продолжает оставаться удивительно прочными. На конец 2010 г. на доллар приходилось 61,4 % официальных международных валютных резервов (евро – 26,3 %), 60,5 % международных валютных депозитов (евро – 21,6 %), 49 % эмиссий международных облигаций (евро – 27,5 %), 54,1 % международных займов (евро – 19,1 %)12. По данным компании «Индепендент Стретеджи», 56 % счетов-фактур во внешней торговле выставляется в долларах (в евро – 23 %) (рис. 7). За пределами США находится 78 % долларовой наличности против 20–25 % наличности в евро.

В предкризисные годы развивающиеся страны резко увеличили экспорт финансовых ресурсов. Однако около 40–50 % всех инвестиций из этих стран было связано с размещением их официальных валютных резервов. Еще около 15–20 % экспорта капитала приходилось на вложения суверенных инвестиционных фондов^13. Эта тенденция продолжается и поныне.

Рис. 8. Годовые объемы поступления портфельных инвестиций в США, Великобританию и страны БРИК в 1990–2008 гг., в млрд. долл. Составлено по: http://www.infstatistics.org

Таким образом, основным результатом финансовой либерализации последних 20 лет стало ускорение оттока портфельных инвестиций из развивающихся стран в развитые страны Запада, прежде всего в США и Великобританию (рис. 8). По мнению экономического обозревателя газеты «Файненшл таймс» М. Вульфа, это создает большой риск для стабильности международной финансовой системы, поскольку у богатых стран сегодня уже исчерпаны сферы для размещения этих ресурсов.

В последнее время оживились дискуссии о возможности введения полноценных мировых денег как реакции на глобальный системный кризис и средство противодействия хроническому обесценению доллара, международной резервной валюты. Одним из первых идею создания глобальной валюты высказал нобелевский лауреат Р. Манделл, который также не исключает целесообразности создания региональных валют в Азии, Африке или даже введения общей для Азии и Европы евразийской валюты на тот случай, если идея введения глобальной валюты не сработает. В июне 2010 г. был опубликован доклад ООН «Обзор экономического и социального положения в мире 2010 г.» (World Economic and Social Survey 2010).

Авторы доклада обратили внимание на необходимость создания в мире новой глобальной резервной системы, которая не будет основана на долларе США как единственной ключевой резервной валюты, и выступили за замену доллара специальными правами заимствования (СПЗ) МВФ (международным резервным активом, который состоит из корзины валют)14.

Идею использования СПЗ как наднациональной валюты поддерживают также Китай и Россия. Однако перспективы замены доллара СПЗ в ближайшей перспективе выглядят трудновыполнимыми, что связано с рядом проблем.

Во-первых, в долларах осуществляется более половины расчетов в международной торговле (а еще треть – в евро), что обусловливает также соответствующую долю доллара в структуре международных валютных резервов.

Во-вторых, США являются самым ликвидным рынком облигаций – основного инвестиционного актива для международного резервирования валютных средств.

В-третьих, общий объем эмитированных в безналичное обращение СПЗ (эквивалент приблизительно 328,3 млрд. долл.) является недостаточным для обеспечения мирового спроса. Наконец, проведение денежной реформы – это всегда достаточно сложная процедура с технической точки зрения. Деньги – это, прежде всего, элемент доверия. Даже если СПЗ действительно станут предметом мировой денежной реформы, пройдет длительное время, прежде чем они начнут выполнять традиционные функции денег – средства обмена и меры стоимости. Кроме того, деньги – это важный атрибут национального суверенитета. Оценивая перспективы утраты долларом статуса ключевой резервной валюты, профессор Гарвардского университета и бывший главный экономист МВФ К. Рогофф, в частности, отмечает: «Финансовый кризис, вероятно, приблизил день, когда доллар более не будет доминирующей валютой, однако это произойдет не ранее, чем через 40 лет»15.

В настоящее время в мире доминируют четыре валюты, имеющие неофициальный статус резервных: доллар США, евро, фунт стерлингов и иена. В этих валютах происходит более 80 % расчетов в мировой торговле, а также деноминированы около 95 % официальных резервов и мировых финансовых активов. Господство в валютной сфере – один из главных факторов сохранения ведущих позиций развитых стран в международных финансах, что позволяет им замыкать на себя основные глобальные потоки капитала.

Сегодня денежные единицы даже крупнейших государств с развивающимися рынками, в том числе БРИКС, по сути, являются внутренними валютами, которые практически не используются в международных торговых и финансовых операциях.

По мнению исследователей М. Петрова и Д. Плисецкого, для формирования подлинной многополярной глобальной финансовой системы развивающимся странам требуется проводить активную политику по следующим направлениям:

• продвижение собственных или создание коллективных валют, что позволило бы преодолеть зависимость от США и других развитых государств;

• формирование у себя крупных международных финансовых центров, которые будут способны конкурировать и направлять на нужды национальной экономики трансграничные потоки капитала;

• расширение экспансии национальных финансовых институтов (включая суверенные инвестиционные фонды) на внешние рынки для отстаивания финансово-экономических интересов своих стран;

• укрепление, позиций в ведущих международных финансовых организациях и форумах, участвующих в разработке базовых принципов работы на мировых рынках капитала.

Среди развивающихся стран реальные перспективы превращения национальной валюты в резервную сейчас имеет лишь Китай, учитывая значительные размеры его ВВП, валютных резервов и внутреннего финансового рынка.

Однако, по мнению известного американского экономиста профессора Калифорнийского университета Б. Айхенгрина, для приобретения юанем статуса резервной валюты необходимо выполнить ряд условий:

• обеспечить его внешнюю конвертируемость и полную конвертацию операций по счету капиталов;

• повысить прозрачность и открытость финансовых рынков Китая для иностранных инвесторов;

• приватизировать государственные банки;

• усилить полномочия финансовых регуляторов, стабилизировать монетарную и фискальную политику;

• перейти от модели финансирования бизнеса за счет банковских кредитов к модели финансирования через фондовую биржу;

• прекратить практику фиксации валютного курса юаня к доллару;

• создать возможности для торговли деноминированными в юанях облигациями не только на внутреннем рынке Китая, но и для иностранных инвесторов^16.

Выполнение этих условий, однако, сделает Китай мишенью для глобальных виртуальных инвесторов. Полное открытие внутренних финансовых рынков Китая перед иностранными инвесторами может привести к формированию и последующему лопанию пузыря на фондовом и ипотечном рынках Китая наподобие того, как это произошло в Японии в конце 1980-х гг., что вызвало в Японии экономическую стагнацию, последствия которой не преодолены до сих пор.

Итак, негативный опыт интеграции суверенных государств, в слабо регулируемую глобальную финансовую среду должен служить предостережением относительно поспешных решений по либерализации национальных финансовых рынков. Кроме того, приведенные примеры наглядно иллюстрируют степень зависимости национальных правительств от требований глобальных финансовых посредников, что вызывает сомнения относительно способности суверенных государств в условиях финансовой глобализации проводить независимую экономическую политику.

Но существует еще один феномен «финансиализации» глобального экономического пространства, связанный с переосмыслением границ национального суверенитета. Ипотечный кризис в США не случайно называют первым кризисом секьюритизации. С помощью финансовых инноваций секьюритизация позволяет преобразовывать низколиквидные финансовые активы в инструменты рынка капиталов, пригодные для их последующей купли-продажи на бирже. Примерами служат ипотечные, автомобильные или студенческие кредиты, а также квоты на выбросы углекислого газа. Однако, одной из самых перспективных с точки зрения эффекта масштаба сфер для секьюритизации может выступить рынок страховых услуг.

Таблица 7

Доля национальных валют ведущих промышленных стран и ведущих стран с развивающейся рыночной экономикой в обороте международного валютного рынка, %

Составлено по: Report on Global Foreign Exchange Market Activity in 2010. Triennial Central Bank Survey // Bank for International Settlements. 2010. Dec. P. 12.

Страховые компании являются частью виртуального рынка. Они не создают материальные резервы, такие как запасы строительных материалов, чтобы построить дом, который сгорел в результате пожара, или запасы зерна на случай голода. Вместо этого они создают финансовые резервы для покрытия непредвиденных убытков, понесенных в результате пожаров или других катастроф.

Осуществляя управление денежными потоками, страховые компании, по сути, выступают организаторами и координаторами человеческой взаимопомощи, тем самым беря на себя одну из основных функций государства – мобилизационную. Уже сегодня во многих странах мира пенсионные системы, системы социальных выплат, финансирование медицины перестроено по страховым принципам. На высшем государственном уровне рассматриваются идеи по замене государственного регулирования в различных сферах разнообразными страховыми механизмами.

В условиях продолжающейся потери доверия реального сектора к банковской системе разработчики инновационных финансовых технологий могут сделать сегодня ставку именно на приоритетное развитие сферы страхования. Таким образом, сектор страхования может стать следующим эпицентром глобального финансового кризиса. Всемирный экономический форум в Давосе в 2009 г. в одном из своих сценариев долгосрочного развития международной финансовой системы уже заложил возможность кризиса страхового рынка США в 2017 г., который через каналы глобальной ликвидности может перекинуться на остальные страны мира^17.

Какие же выводы из всего этого можно сделать?

Последние десятилетия глобализация международных экономических отношений базировалась на неолиберальных подходах в организации и управлении хозяйственной деятельностью. Связь между финансовыми инновациями и ростом доходов, производства, потребления, уровня жизни представлялась самоочевидной. В неолиберальной модели системообразующим фактором прогресса цивилизации выступает рынок, главным образом его финансовый сегмент, на обеспечение эффективности которого в основном направляется деятельность органов исполнительной, законодательной и судебной ветвей власти суверенных государств.

Снятие ограничений на международное движение капиталов и дерегулирование международных финансовых рынков создало предпосылки для возникновения многих финансовых продуктов спекулятивной категории, «реальная стоимость» которых в современных условиях обеспечивается за счет роста глобальной задолженности и фискальной консолидации, что затрудняет проведение государствами суверенной экономической политики и является источником будущей нестабильности.

В результате сращивания финансового и государственного секторов в условиях финансовой глобализации суверенные государства попали в существенную зависимость от услуг виртуальных глобальных финансовых посредников, обусловив приоритетность удовлетворения требований финансового сектора над проведением государственной политики в сфере производства и занятости. В результате мирового финансового и экономического кризиса снизилась не только стоимость финансовых активов, но и сырьевых товаров. Финансовую поддержку получили преимущественно банковские учреждения, тогда как предприятия добывающей и перерабатывающей промышленности даже не могли рассчитывать на поддержку банков, поскольку последние в условиях перекрестной потери доверия прибегли к замораживанию механизмов традиционного кредитования, несмотря на беспрецедентное снижение стоимости рефинансирования со стороны центральных банков ведущих индустриальных стран мира.

Таким образом, в условиях финансовой глобализации в случае дестабилизации международной финансовой системы на приоритетную помощь государства по рефинансированию виртуальных активов могут рассчитывать глобальные финансовые учреждения, тогда как материальные активы реального сектора быстро обесцениваются.

Риски сохранения национального суверенитета в ходе полномасштабного развертывания процессов финансовой глобализации связаны также непосредственно с доминированием доллара в качестве ключевой международной резервной валюты. Как показывает опыт Европейского валютного союза, функционирование региональной валюты в условиях финансовой глобализации не обеспечивает ЕС необходимой защиты для стабильного развития в рамках интегрированного союза. Текущий кризис задолженности стран зоны евро перед институциональными инвесторами на много лет дестабилизировал экономическое развитие в ЕС. США как локомотив финансовой глобализации также не в состоянии защитить свое внутреннее экономическое пространство от виртуальных шоков. По данным ОЭСР, общий размер антикризисной поддержки частного финансового сектора в США за счет налогоплательщиков составил 73,7 % ВВП (10,4 трлн. долл.). Такой размер поддержки продолжает возрастать при проведении «политики количественного смягчения».

Накопление развивающимися странами значительных валютных резервов не разрешает вопроса регулирования валютных курсов и глобальных итоговых дисбалансов, поскольку основным резервным активом выступают облигации стран, являющихся эмитентами ключевых резервных валют, прежде всего доллара США. Сегодня эти резервы являются «мертвыми активами», поскольку у развитых стран исчерпаны сферы для их продуктивного размещения. Это актуализирует вопрос, связанный с реформированием глобальной финансовой системы.

Однако, решение проблемы глобальных дисбалансов за счет создания новых резервных валют видится в настоящее время достаточно сложным, а вернее сказать – нереальным процессом, поскольку страны «Большой семерки» вряд ли готовы лишиться своего главного козыря в рамках финансовой глобализации – контроля за глобальными финансовыми потоками, который осуществляется с помощью резервных валют и кредитных механизмов МВФ.

Итак, чуть ли не единственным выходом из сложившейся ситуации для суверенных государств является дефинансиализация экономических процессов – создание барьеров для деятельности международных институциональных инвесторов на внутреннем рынке путем введения ограничений на международное движение капитала, операции на внутреннем межбанковском кредитном и валютном рынках, фондовых биржах, снижение нормы доходности финансовых активов путем их прямого налогообложения, повышение требований к обязательному резервированию на осуществление финансовых операций и к оценке стоимости залоговых активов, дедолларизация, переход к расчетам во внешней торговле в валютах основных торговых партнеров, а также активизация планов по переходу на региональную расчетную денежную единицу, которая не будет привязана к доллару США или другим ключевым резервным валютам.

Глава 2. ДОЛГИ И ДЕФИЦИТЫ

2.1. Экономическая сущность долгов и процентов

Долг – сумма денег, которая взята взаймы на определенных условиях на установленный срок и должна быть возвращена^18. В финансовой отчетности предприятий долги, или кредиторская задолженность, отражаются в пассиве баланса. Долговые обязательства подлежат обязательной оплате, долги, не оплаченные вовремя, называются просроченной задолженностью. Обычно денежные суммы даются в долг организациям под определенные проценты. Долги организации перед физическими или юридическими лицами называются займами, долги перед банками и другими кредитными учреждениями – кредитами.

Примерно в VII в. до н. э. в Китае и Ливии появились первые металлические деньги (в основном из золота и серебра). Видимо тогда же появились и денежные долги. Причем долги тогда были беспроцентными, но за невозврат взятой суммы в установленное время должнику грозила долговая яма. Постепенно ссудная операция стала уделом ростовщиков, т. е. лиц, которые давали ссуду с взиманием процента (в рост). Впервые ссудный процент появился еще в древнем Вавилоне. Однако вплоть до начала XVII в. уже нашей эры ростовщичество хотя и существовало фактически, но подвергалось жестокому гонению со стороны почти всех религий – христианства, мусульманства, индуизма, буддизма (а религия тогда не была отделена от государства). За ростовщическую деятельность наказывали так же строго, как и за убийство – смертной казнью.

Например, в Священном Писании многократно говорится о запрете на взимание процента. Нарушение этого запрета неизбежно ведет якобы к нарушению основных заповедей христианства: обману, воровству, убийству и т. д. Как следствие – возникают войны, кризисы, революции, люди убивают друг друга и деградируют в физическом и духовно-нравственном плане. Со временем главное место в жизни людей заняли деньги, а хозяином жизни стал ростовщик, который теперь называется приличным словом банкир^19.

С момента появления бумажных денег в массовом масштабе (т. е. примерно с XII в. н. э.) начинаются ростки современной хозяйственной жизни. При этом во всем комплексе хозяйственной жизни ключевое место занимает вопрос денег. Деньги являются наиболее полным и завершенным воплощением капитала в силу того, что они обладают абсолютной ликвидностью, т. е. способны моментально и без потерь конвертироваться в любые другие блага, как материальные, так и нематериальные (в том числе в товары и основные фонды).

Бумажные деньги являются денежными знаками, которые выпускаются с целью покрытия дефицита государственного бюджета (т. е. государственного долга). Как правило, они не размениваются на металл, но государство устанавливает на них курс принудительно^20. Бумажные деньги выражают обязательства центрального банка, состоящие в необходимости либо обмена, либо приема в качестве вклада.

Основными функциями денег являются функции всеобщего эквивалента (измерителя стоимости всех товаров, средства обмена и платежа). Однако при капитализме у денег появляется новая функция – деньги становятся инструментом организации и управления. А управление может иметь разные цели, что зависит от морально-нравственных качеств хозяина денег. Те, кто стремится управлять другими людьми, подчинять их себе, эксплуатировать их, неизбежно хотят иметь больше этих самых инструментов. В пределе они стремятся собрать в своих руках столько денег, чтобы можно было господствовать над всем миром. Таким образом, высшей функцией денег в условиях современной цивилизации является функция власти, мирового господства.

Как же заставить накопленные деньги «самовозрастать»? Очень просто: деньги должны приносить их владельцу процент посредством передачи этих денег в долг (кредит, заем). Капитал при этом не исчезает, так как право требования на ссужаемые деньги остается у кредитора. Поскольку в Средние века в Европе существовали жесткие ограничения и запреты на ростовщичество, то тем, кто задумал накапливать капитал в денежной форме и стремиться к экономическому и политическому господству, надо было добиться отмены этих ограничений и запретов. Именно с отмены таких ограничений и началось бурное развитие капитализма. Ростовщики, находившиеся до этого на нелегальном или полулегальном положении, добились такой отмены.

Венецианские ростовщики на рубеже XII–XIII вв. активно участвовали в подготовке очередного крестового похода, который закончился разграблением Константинополя в 1204 г. Крестоносцам досталась добыча, эквивалентная 30 т золота^21. По тем временам это были несметные богатства. Даже через два столетия (в 1400 г.) годовые бюджеты в золотом эквиваленте в отдельных городах-республиках и государствах были равны: Венеция – 5,4 т, Франция – 3,4 т, Милан – 3,4 т, Флоренция – 2,0 т, Португалия – 1,3 т.

Через некоторое время все золото и другие ценности перешли в руки ростовщиков, которые «обслуживали» крестоносцев. По мнению многих историков, именно эти несметные по тем временам богатства и были тем «первоначальным накоплением капитала», которое дало толчок развитию капитализма. Золото и серебро из Америки появились в Европе на 3 столетия позже. Позиции ростовщиков в Венеции и других городах Южной Италии стали еще крепче, они стали распространять свое влияние на всю Европу и даже пытались поставить под свой контроль Русь.

Вот что об этих временах говорит архимандрит Тихон Шевкунов: «Именно несметными богатствами Константинополя был выкормлен монстр ростовщической банковской системы современного мира. Этот небольшой теперь город в Италии, Венеция, был Нью-Йорком XIII в. Здесь тогда вершились судьбы народов. Поначалу большая часть награбленного спешно свозилась морским путем в Венецию и Ломбардию (отсюда и пошло слово «ломбард»). Как грибы после дождя стали появляться первые европейские банки. Менее пронырливые, чем тогдашние венецианцы, немцы, голландцы и англичане подключились чуть позже; ими на хлынувшие в Европу византийские деньги и сокровища начал создаваться тот самый капитализм с его неуемной жаждой наживы, которая, по сути, является генетическим продолжением азарта военного грабежа. в результате спекуляции константинопольскими реликвиями образовались первые крупные европейские капиталы»22.

Пожалуй, первой банкирской династией эпохи Реформации в Европе можно назвать немецкое семейство Фуггеров. Банкирский дом Фуггеров (как и банкиры Южной Италии, например, Медичи) сколотил свое состояние на том, что предоставлял деньги в кредит Папе, крупным феодалам, королям. Кредитование королей было очень выгодным делом. Денежные ссуды выдавались под залог обширных земельных участков и другого недвижимого имущества, в обмен на концессии. Например, Фуггеры получили доступ к серебряным и медным рудникам. Банкиры получили в аренду источники королевских доходов (сбор налогов), они фактически управляли активами монархов.

2.2. Банк Англии и ФРС

В 1694 г. группой банкиров при поддержке короля Вильгельма Оранского был создан Банк Англии^23. Он стал первым в мире частным центром эмиссии. То есть группа лиц начала выпускать деньги. Фокус заключался в том, что деньги выпускались бумажные, и они якобы были обеспечены золотом. В любой момент владелец бумажного фунта мог поменять его на фунт из желтого металла. На самом деле банкиры начали жульничать, выпуская бумажных денег значительно больше, чем у них имелось золота. Идея была простой, и поэтому нужно было уничтожить других «умников», кто также решил получать деньги из ниоткуда. Вся последующая история – это борьба Банка Англии и его владельцев за финансовую гегемонию на планете.

Когда США получили независимость от Англии, банкиры потеряли контроль над финансовой системой этой страны. Вернули они его лишь в 1913 г., когда указом президента Вудро Вильсона была создана Федеральная резервная система. Это был такой же частный центр эмиссии, что и банк Англии, принадлежащий одним и тем же лицам.

Но тогда золотыми были все валюты мира. Начнешь без устали печатать фунты и доллары, и это не может остаться незамеченным. Что делать? Разумеется, устранить конкурентов, уничтожить другие золотые валюты. Разрушить экономики, которые конкурируют с англосаксами. И сразу после создания в декабре 1913 г. ФРС – в августе 2014 г. начинается Первая мировая война. в ее горниле исчезли золотой рубль и золотая немецкая марка.

Во Второй мировой войне, также спровоцированной англосаксами, вновь в руинах оказались их главные конкуренты – СССР и Германия. В 1944 г. в Бреттон-Вудсе были подписаны соглашения, очертившие послевоенную мировую финансовую систему. Главными деньгами (мировой резервной валютой) стал доллар США. Вся мировая торговля стала вестись только в долларах. По сути, доллар заменил собой золото. И если всем странам мира нужно было доллары зарабатывать, то США их просто печатали, обещая, что за каждые 35 долларов готовы выплатить тройскую унцию золота.

В 1973 г. США объявили, что у доллара больше нет никакого золотого содержания. Деньги сами превратились в товар. Высокий уровень жизни США стал определяться лишь спросом на их зеленую валюту. Весь мир «коллекционирует» доллары, меняя плоды своего труда на эти бумажки. А США их просто «рисуют». Когда число «нарисованных» ФРС долларов стало угрожающе большим, была придумана система их утилизации. США стали брать доллары в долг у всего мира^24.

Но когда долг США становится астрономически большим, а их мощь слабеет, то у всего мира появляется искушение начать играть по новым правилам. То есть сделать доллар не единственной мировой резервной валютой, а добавить к нему как минимум юань, евро и рубль. Снова конкуренция – конкуренция валют и экономик. При этом на плаву США могут оставаться только в том случае, если кто-то все время будет финансировать дефицит их бюджета, т. е. все время покупать доллары и гособлигации трежери. Если же перестанут давать США в долг – вся эта пирамида рухнет.

Как добиться того, чтобы спрос на доллары и трежери оставался высоким, если он снижается? Ответ прост: сделать все прочие активы для вложения неинтересными – нестабильными и шаткими. Нужно сделать так, чтобы во всем мире твердым был только доллар. Спасение доллара – очередная мировая война. Но такая война не получается. Значит, нужна дестабилизация мировой экономики другим путем – путем хаоса и революций. Вот именно это мы сейчас и наблюдаем (Сирия, Египет, Ливия, Греция, Кипр, Украина и т. д.).

Итак, при использовании кредитных денег растут все виды долгов: долги домашних хозяйств (граждан), долги компаний, долги государства. Все вместе они образуют совокупный долг страны.

Главным должником в мире по этому показателю сегодня являются США: государственные долги – 17 трлн. долл., корпоративные – около 43 трлн., домохозяйств – около 20 трлн., региональные – более 2 трлн. долл. Таким образом, совокупный долг США составляет около 80 трлн. долл., в то время как мировой ВВП в 2013 г. составил лишь 71 трлн., а ВВП США – 16,65 трлн. долл.

Рассмотрим составные части совокупного долга США подробнее, так как уровень и структура долговых обязательств этой страны во многом определяют ситуацию не только в американской экономике, но и во всем мире.

Долги домашних хозяйств образуются в результате заимствований, которые американцы делали и делают на приобретение жилья по ипотеке, на приобретение автомобилей и других товаров в кредит, на кредитование с помощью кредитных карточек, на оплату обучения в кредит. По данным ФРС на 1 января 2014 г. общая сумма потребительского кредитования составила более 18 трлн. долл., в том числе долг по ипотечным кредитам – 13,5 трлн., долг по автомобильным кредитам и кредитным карточкам – 3,6 трлн. долл.

К корпоративным долгам относятся долги компаний отраслей реального сектора экономики, а также финансового сектора (банки, страховые компании, агентства ипотечного кредитования и т. п.). По состоянию на 1 января 2014 г. этот долг (включая задолженности по процентам) оценивался в 43 трлн. долл.25 При этом долг компаний нефинансового сектора составлял 16,6 трлн., а долг финансового сектора – 26,4 трлн. долл. Таким образом, банки и другие финансовые компании имели в полтора раза большую задолженность, чем компании реального сектора.

Наиболее динамичной частью национального долга являются долги государства, так как эмиссия денег центральными банками осуществляется прежде всего в результате покупки облигаций государственных займов. Однако в Америке были и другие времена. В период Гражданской войны 1862–1865 гг. по указанию тогдашнего президента А. Линкольна было выпущено 450 млн. долл. так называемых «гринбэков» – бумажных денег казначейства США. Эти деньги не были обременены долгом, т. е. не были кредитными, они использовались для выплаты жалованья солдатам и военных закупок. Конечно, государственный долг при выпуске таких денег также возникал, но это были государственные обязательства не обменивать гринбэки на золото, а принимать такие деньги для уплаты налогов. К тому же у государства не возникало обязательств по оплате процентов. Вот что по поводу гринбэков писала в то время выражавшая интересы европейских банкиров газета London Times: «Если эта порочная финансовая политика, возникшая в Северной Америке, будет доведена до логического конца, то правительство США обеспечит страну деньгами без платы за их использование. Оно выплатит свой внешний долг и не будет больше иметь долгов. У него будут необходимые средства для поддержания торговли, и страна станет невиданно богатой. Ум и богатства всех стран потекут в Северную Америку»26.

Ростовщиков пугало не столько экономическое укрепление Северной Америки, сколько то, что эта страна могла оказаться не подконтрольной банкам. Чтобы этого не произошло, мировые ростовщики организовали убийство президента А. Линкольна, а все гринбэки в течение нескольких лет были изъяты из обращения. Страна вернулась к использованию кредитных денег, создающих долг. Кстати, за аналогичные «прегрешения» уже в XX в. был убит президент США Дж. Кеннеди.

2.3. Государственный и совокупный долги США

Для покрытия дефицита используются: эмиссия денег, выпуск государственных ценных бумаг, осуществление внутренних и внешних займов. Чаще всего дефицит отражает кризисные явления в экономике страны, ухудшение показателей финансово-экономической деятельности, нарушение экономических связей, неэффективность налоговой системы. Вынужденный дефицит является следствием снижения объемов ВВП и, соответственно, ограниченности финансовых ресурсов страны.

В развитых странах государственный долг и вызвавшие его дефициты бюджета представляют собой встроенные в экономический цикл факторы стабилизации экономики и ее развития. Взятые взаймы у населения, корпораций, банков, за рубежом денежные средства используются производительно и рассматриваются как активы заемщиков.

В долг жили и продолжают жить многие экономически развитые государства, но при этом количество (долгов) не должно переходить в отрицательное качество, т. е. сумма полученных государством в долг финансовых ресурсов не должна ложиться тяжким грузом на экономику страны, а следовательно, на ее население. Иначе происходит экономический спад, снижение уровня жизни, растет безработица, начинается отток населения, снижение экспорта продукции и другие негативные явления.

Вот почему развитые страны проводят финансово-бюджетную политику, направленную на экономический рост, и при этом стремятся к сокращению бюджетного дефицита и к уменьшению объема государственных заимствований.

Создание в стране в 1913 г. ФРС означало создание механизма устойчивого наращивания государственного долга: казначейство США выпускало облигации (трежери) и обменивало их на доллары, которые эмитировались ФРС США (табл. 8). Банкиры, владевшие ФРС, в результате такого «сотрудничества» богатели, а налогоплательщики попадали во все большую долговую кабалу.

«Точкой перелома» стал кризис (Великая депрессия) и переход страны на «рельсы» нового курса Ф. Д. Рузвельта. Президент США взял на вооружение рецепты борьбы с кризисом, разработанные английским экономистом Дж. М. Кейнсом, в том числе его рекомендацию всячески расширять платежеспособный спрос за счет роста государственных расходов. Даже если этот рост будет осуществляться за счет дефицита государственного бюджета. За предвоенное десятилетие госдолг США увеличился в 2,5 раза, а за 5 военных лет (1941–1945 гг.) – в 5,3 раза.

Таблица 8

Государственные долги США за период с 1910 по 2013 г.

Источник: Contrary Investor. URL: http://www.contraryinvestor.com/

В 1980-е гг. американцам удалось заставить Банк Японии покупать казначейские облигации США. Уже в 1990-е гг. к этой практике подключились центральные банки других стран: Китая, Южной Кореи, нефтедобывающих стран и т. п. После 1998 г. попала в список таких стран и Россия, которая стала быстро наращивать свои валютные резервы и размещать их в бумагах американского казначейства.

Таблица 9

Структура государственного долга США по состоянию на 1 января 2014 г.

Как видно из табл. 9, в настоящее время 1/3 государственного долга США сформирована за счет размещения казначейских обязательств за рубежом. Это означает, что если какая-то страна – крупный покупатель американских облигаций (или группа стран) вдруг откажется покупать трежери, произойдет дефолт доллара.

ФРС продает полученные гособлигации трежери на рынке. Продает всем, кто хочет их купить, а точнее – всем, кого заставляет их покупать. Центральные банки, частные инвесторы и государства активно скупают эти бумажки. Самым крупным держателем американских трежери является Китай (табл. 10). США договорились с КНР: «Мы переводим к вам промышленность, а вы у нас покупаете нашу бумагу». По сути, Китай финансирует американскую экономику. То есть США профинансировали свой бюджет, а Китай положил американские бумаги в некие закрома. Все это только компьютерные нолики и ничего больше.

Таблица 10

Структура внешнего государственного долга США в виде казначейских обязательств по состоянию на 1 января 2014 г.

Источник: Major Foreign Holders of Treasury Securities. Dept. of Treasury // Federal Reserve board. 2013 Oct. 16.

Вторым держателем американских бумаг является Япония, так как там до сих пор находится американская армия (базы на Окинаве и т. д.). Долг Японии – 230 % ВВП, т. е. зарабатывает эта страна в год в 2,3 раза меньше, чем имеет долгов. Чтобы профинансировать свой долг, независимый японский ЦБ (частный), контролируемый ФРС, выпускает японские долговые обязательства, которые покупают японские фирмы и другие инвесторы. Т. е., чтобы дать ФРС в долг под 3 %, они берут в долг у кого-то под 3 % – подпирамида долгов, более низкая ступенька. У Великобритании порядка 90 % ВВП государственного долга. По стандартам ЕС страна, имеющая госдолг 60 % и более, – банкрот. Таким образом, и США, и Япония, и Великобритания – это все страны-банкроты. Это огромная мошенническая схема.

В широком смысле государственный долг включает не только обязательства федерального правительства по займам (обязательства первого уровня), но и обязательства штатов по займам (обязательства второго уровня). Кроме этого, имеются иные государственные обязательства, которые условно можно назвать социальными, – обязательства третьего уровня. Это обязательства правительства перед населением по оказанию тех или иных услуг, а также по осуществлению тех или иных выплат, вытекающие из принятых законов. Учет этих обязательств является неточным и неполным.

Тем не менее, по данным ФРС США, обязательства правительства на текущее десятилетие по оказанию медицинских услуг для пенсионеров (Medicare) и малоимущих (Medicaid) оцениваются в 43 трлн. долл., а по социальному обеспечению (пенсионному) – в 8 трлн. долл.27 С учетом обязательств третьего уровня, совокупный финансовый долг США на 1 января 2014 г. составляет около 131 трлн. долл., т. е. почти в 8 раз превышает ВВП страны и в 1,8 раза – мировой ВВП.

Беспрецедентный совокупный долг, накопленный к настоящему времени в США, является явным предвестником дефолта доллара и неизбежного последующего мирового экономического кризиса, причем более разрушительного, чем Великая депрессия (1929–1933 гг.) и последний мировой кризис 2008–2009 гг. Как избежать этой угрозы? Американские экономисты публично этот вопрос не обсуждают. Отечественные исследователи (Н. В. Стариков, Е. А. Федоров, В. Ю. Катасонов, М. Л. Хазин, А. Б. Кобяков и др.) предполагают два наиболее вероятных исхода: либо (жесткий вариант) единовременно объявить дефолт доллара, либо (мягкий вариант), существенно сократив все виды расходов – государственных, корпоративных, домохозяйств, постепенно вернуть все долги. Строить же долговую пирамиду до бесконечности невозможно – когда-то она все равно рухнет так же, как рухнули все незаконно построенные до сих пор финансовые пирамиды.

2.4. Бреттон-Вудские и Ямайские соглашения

К концу 1964 г. долларовые запасы, собранные во всем мире, достигли величины золотого запаса США. В 1960 г. золотой запас США составлял 17,8 млрд. долл.28

В 1965 г., почти сразу после переизбрания на пост президента Франции, Шарль де Голль объявил о переходе своей страны к реальному золоту в международных расчетах. В соответствии с Бреттон-Вудским соглашением он потребовал от США поменять имеющиеся у Франции 1,5 млрд. долл. на живое золото по 35 долл. за тройскую унцию. Ведь доллары ФРС являются не чем иным, как обязательством выплатить держателям определенное количество драгоценного металла. А его в нужном количестве нет, и никогда не было. США стали давить на строптивого де Голля, который создал им серьезные проблемы. Де Голль поставил на грань катастрофы само существование «печатной машинки». Однако французский президент был настроен решительно: в ответ на давление 21 февраля 1966 г. он вывел свою страну из НАТО и выгнал структуры этого блока с территории Франции. Пришлось США менять золото на бумагу. Вслед за Францией подобное требование (тайно, а не публично, как де Голль) предъявили Германия, Канада и Япония. Итогом этой истории стало еще большее сокращение разрыва между количеством долларов в мире и золотым запасом США. Между 1960 и 1970 гг. резервы в долларах других стран утроились (47 млрд. долл. в 1970 г., в том же году золотой запас США составлял 11,1 млрд. долл.)29.

В 1967 г. де Голль вернул американцам их бумажную наличность, а уже в мае 1968 г. во Франции начались волнения (демонстрации, стычки с полицией, забастовки). В результате почти годового давления 28 апреля 1969 г. Шарль де Голль был вынужден уйти в отставку. А 9 ноября 1970 г. у «могильщика доллара» остановилось сердце. Построенная банкирами система оказалась на грани краха. Золотой дефолт доллара совпал с военным поражением американцев во Вьетнаме.

Понимая, что недоверие к способности США обменивать доллары на золото по фиксированному курсу будет только нарастать, они решили перепрыгнуть пропасть в несколько этапов. 17 марта 1968 г. США отменяют конвертацию доллара в золото по фиксированному курсу. Но только для «частников». Центральные банки по-прежнему могут поменять доллары на золото по официальному курсу 35 долл. за 1 тройскую унцию. При этом всем «независимым» ЦБ всех стран дается негласная команда не допускать такой конвертации всеми силами. 15 августа 1971 г. президент США Никсон объявил о временном запрете конвертации доллара в золото по официальному курсу для ЦБ. Это был скандал! К концу июля 1971 г. золотой запас США снизился до предельного уровня – менее 10 млрд. долл., и дальнейшее продолжение аферы грозило полным крахом.

17 декабря 1971 г. США девальвировали доллар по отношению к золоту на 7,89 %. Официальная цена золота увеличилась с 35 до 38 долл. за 1 тройскую унцию. Но и по новой цене обмен доллара на золото не возобновился. 13 февраля 1973 г. доллар еще больше опустился по отношению к золоту: до 42,2 долл. за 1 тройскую унцию. Но и по этой цене купить золото было невозможно. Американской валюте доверия больше не было, а золото никто продавать не спешил. В этой ситуации США и Великобритания были вынуждены поделиться с другими странами плодами, получаемыми от эмиссии резервных валют. Единственным выходом из тупика было увеличение числа бумажек, которые мировое финансовое общество согласится считать безусловной ценностью. И все это при том, что никакого обеспечения теперь у этих денег не будет.

16 марта 1973 г. международная конференция в Париже нашла компромисс. Золотое содержание доллара было официально отменено. МВФ согласился с таким решением, которое перечеркивало все принципы существования тогдашней финансовой системы и самого МВФ. Мир перешел к эпохе плавающих валютных курсов.

8 января 1976 г. в Кингстоне на Ямайке было принято новое соглашение об устройстве международной валютной системы, которое имело вид поправок к уставу МВФ. То есть с 1976 г. в мире действует Ямайская валютная система. Резервными валютами на Ямайской конференции были официально признаны доллар США, фунт стерлингов, швейцарский франк, японская иена, марка ФРГ, французский франк. После трансформации двух последних в евро в мире остается лишь пять разновидностей резервных валют: доллар США, фунт стерлингов, швейцарский франк, иена и СДР (специальные права заимствования – валюта МВФ).

Но главная роль все равно осталась за долларом – ведь мировая торговля по-прежнему номинирована именно в нем. СССР оставался в стороне от этого «праздника жизни» вплоть до своего крушения. Вот именно в эту мировую систему и втащили Россию в 1991 г.

2.5. Долги и экономический рост

Система нынешней мировой экономики очень странная и никак не сопоставима с реальной, обыденной жизнью простых людей, где наличие долгов у человека является отрицательным фактором. Долги, особенно превышающие допустимые пределы, – это минус, и уж точно они не увеличивают полезность обществу, которая выражается в количестве получаемых денег. Растут расходы развитых стран, растут и долги. Каждый год эти государства живут не по средствам. Это называется дефицитом государственного бюджета.

Каждый год страны Запада, имеющие в своем распоряжении «печатную машинку», тратят больше, чем зарабатывают, покрывая разницу простым печатанием денег через «сложную» систему взятия их в долг и продажу своих долговых обязательств. Сумма государственного долга четко показывает, насколько больше благ потребили эти «развитые экономики» по сравнению с тем, что заработали.

Эти колоссальные долги никогда не будут погашены. Они обязательно сгинут, будут сожжены в рамках какого-либо искусственного катаклизма. Будь то война, теракт с применением ядерного оружия, кризис невероятной силы или экологическая катастрофа. Все это может быть организовано самой «печатной машинкой» – снайперов и финансистов у нее в избытке.

С 1933 по 1971 гг. золото стоило 35 долл. за 1 тройскую унцию, сегодня – 1400 долл. Но это не золото подорожало в 40 раз, правильнее сказать, что это доллар подешевел в 40 раз. Если разом в мире добавится еще 17 трлн. долл., которые составляют государственный долг США, то это будет конец. Поэтому долги отдавать никто не будет. Но их колоссальный рост составляет огромную проблему. Выход только один – контролируемое обрушение пирамиды после создания удобного для этого предлога. Вопрос только в сроках, ибо фактически это неизбежно.

Политика «количественного смягчения», проводимая с 2012 г. ФРС, предполагает печатание 85 млрд. долл. в месяц. На 45 млрд. долл. ФРС покупает трежери у правительства, а на 40 млрд. – ипотечные бумаги (деривативы), которые сегодня приравниваются к «мусорным», так как их рыночная стоимость после кризиса 2008–2009 гг. упала более чем в 10 раз. Однако ФРС покупает эти бумаги у ипотечных агентств и у банков по номиналу, спасая эти самые агентства и банки, накачивая их ликвидностью. Продавать же ФРС их сможет на рынке только по рыночной цене с большими убытками. То есть ипотечные бумаги ничем не обеспечены, ФРС по сути – банкрот.

Конгресс США едва поспевает вносить поправки в федеральное законодательство, предусматривающее повышение допустимого «потолка» заимствований правительством. Впервые такой потолок был установлен законом еще в 1917 г.

По оценкам специалистов Института экономики РАН, сделанным на основе первичных данных Всемирного банка, национальное богатство США на начало XXI в. составляло 124 трлн. долл. в текущих ценах. Однако более 2/3 этой величины приходилось на так называемый «человеческий капитал». Если взять материально-вещественную составляющую национального богатства (природные ресурсы и основные фонды), то она не превышала 40 трлн. долл. (в России на этот момент только стоимость природных ресурсов составляла около 180 трлн. долл.)30. Таким образом, совокупный долг Америки превышает ее материальное национальное богатство (вряд ли корректно сопоставлять совокупный долг с величиной «человеческого капитала»). Это явный признак того, что США уже является банкротом, но тщательно это маскируют.

По оценкам американских специалистов Ричарда Фримэна и Джона Хефле, Америка, начиная с 1970-х гг., обеспечивала свой экономический рост во все большей степени за счет наращивания долга. В результате для прироста ВВП на 1 долл. с годами требовалось все большее увеличение совокупного долга (табл. 11).

Таблица 11

Долговая нагрузка ВВП США

* «Выплата по долгам» включает в себя выплату основной суммы долга и выплату процентов.

Америка начала быстро погружаться в «болото» долгов в годы войны во Вьетнаме (1964–1975 гг.), когда резко возросли военные расходы и дефициты федерального бюджета. В 1975 г. перед Америкой стоял выбор: вернуться на путь нормального развития и стимулировать национальное производство или пойти дальше по пути жизни взаймы. США выбрали второй путь, и это сделало почти необратимым процесс «загнивания» страны. Именно с этого времени в США начала быстро падать предельная эффективность долга (ПЭД), которая измеряется соотношением прироста ВВП и прироста долга за определенный период времени. Когда значение ПЭД становится ниже единицы, то страна входит в «опасную зону», что и произошло в 1970-е гг. А уже в 2010-е гг. практически вся экономика страны «работала» на ростовщиков – хозяев ФРС.

В условиях кризиса 2008–2009 гг. Америка перешла в фазу падения, которую условно можно назвать «штопором». Состояние «штопора» означает, что прирост долга страны сопровождается снижением величины ВВП. Значение ПЭД в начале кризиса упало до нуля, а затем даже приобрело отрицательные значения.

На встречах «восьмерки», «двадцатки» и т. п., посвященных проблемам борьбы с кризисом и его последствиями, проблема катастрофического роста долга Америки аккуратно обходится стороной, а все внимание акцентируется на второстепенных вопросах (урезание бонусов управляющим банков и финансовых компаний, совершенствование регулирования финансовых рынков, координация действий денежных властей отдельных стран, наращивание капитала МВФ и т. п.).

Вот что по этому поводу пишет российский исследователь А. Лежава: «Финансовый кризис объясняется чем угодно, но не его реальными причинами, и ничего не делается, чтобы остановить реальную причину катастрофы – рост долга. Напротив, объемы долга лишь увеличиваются в результате закачивания в экономику все новых кредитов, и процесс лишь ускоряется. Это приводит к обратному результату: чем больше создается нового долга, тем сильнее ухудшается ситуация в экономике. По мере дальнейшего сокращения экономики при закачивании в экономическую систему все нового и нового долга будет происходить и сокращение налоговых поступлений, что, в конечном счете, может привести к полнейшему распаду финансовой и политической системы США. Судя по действиям нынешнего политического руководства США, оно либо не вполне осознает это, либо пытается оттянуть подобное развитие ситуации. Оно рискует не только и не столько депрессией, сколько возможностью положить конец Америке как политической, экономической и военной силе. Продолжающийся в течение двух лет финансовый и экономический коллапс следует рассматривать как часть последовательного распада западной цивилизации…»31.

2.6. Государственные долги и бюджетные дефициты

В свое время страны Западной Европы, образовавшие ЕС, клятвенно заявляли, что будут решительно бороться с практикой финансирования государственных расходов за счет бюджетных дефицитов. Маахстрихтскими соглашениями (1992 г.) предельная величина бюджетных дефицитов для стран – членов ЕС была определена в 3 % ВВП. Сегодня уже все страны перешли эту «красную черту», причем некоторые давно. В 2009 г. дефицит бюджета Греции составил 12,7 % ВВП и страна оказалась на грани дефолта. В 2013 г. бюджетный дефицит в Германии составил 6 % ВВП, во Франции – 8 %, в Испании – 10 %, в Великобритании и Ирландии – по 14 %.

Так же давно страны ЕС перешли «красную черту» государственной задолженности, которая в том же 1992 г. была определена в 60 % ВВП. По данным Deutsche Bank Research, в 2013 г. государственная задолженность в Германии составила 80 % ВВП, во Франции – 87 %, в Великобритании – 89 %, в Италии – 127 %, в Греции – 160 %. В странах «золотого миллиарда» лидером по этому показателю уже давно стала Япония: в 1913 г. ее госдолг достиг рекордной отметки – 230 % ВВП.

Бесконечное печатание ничем не обеспеченного доллара по всем теоретическим канонам (формула Фишера) должно приводить к инфляции. Однако этого не происходит. Есть механизм, который позволяет «сжигать» излишние деньги. Это высоколиквидные активы: активы фондового рынка, активы валютного рынка, недвижимость, нефть, золото, серебро и прочие драгоценные металлы.

Колебание цен на эти активы – это элементарные манипуляции через специально обученных брокеров, через аффилированные с ФРС банки, через «карманные» рейтинговые агентства (Moody’s, Standard & Poor’s) – которые вовремя вбрасывают «нужную» информацию. В результате цены на бирже формируются не через реальные спрос и предложение, а через систему фьючерсов и форвардов. То есть на биржах сегодня торгуют не товарами, не нефтью, а контрактами на ее поставку. При этом фьючерсов продают в 10 раз больше, чем нефти. Начинаете «вдруг» платить больше за фьючерсы, и цена на нефть идет вверх. Именно такими манипуляциями объясняется взлет цен на нефть до 148 долл. за баррель в июле 2008 г. накануне кризиса. По той же причине и тем же способом к концу года цену на нефть «уронили» до 40 долл. (а к концу I квартала 2009 г. – до 34 долл.).

В этом механизме главное – показать тренд, обозначить рост или падение цены в течение достаточно долгого времени. И тогда вся масса спекулянтов начет покупать или продавать то, что нужно организаторам роста или падения, т. е. нужны только деньги и послушные брокеры, которые начнут делать покупки или продажи в нужном направлении. Кто поверит, что спрос на нефть в мире реально сократился за 5 месяцев в 4 раза. Разница в ценах (148 долл. – 34 долл. = 114 долл.) «сжигается», а точнее, перетекает в карман ФРС.

То же происходит и с золотом. Сегодня цена на золото высокая (1300–1400 долл. за 1 тройскую унцию). Но она обязательно упадет. Цену на золото определяют в Лондоне четыре брокера, которые созваниваются между собой два раза в день. Им все доверяют. Гарантия – армии и СМИ подконтрольных ФРС США, Англии и других стран НАТО.

2.7. Долги Российской Федерации

В 2013 г. суммарная доля совокупных государственных и внешних корпоративных долговых обязательств, по оценкам экспертов McKinsey Global Institute, в структуре мировой финансовой системы увеличилась с 50 % в 2000 г. на четверть и превысила 75 %, что приводит к возникновению новых рисков в развитии реальной экономики. На этом фоне аналогичные долговые обязательства РФ в 2013 г. (41,9 % ВВП) выглядят явно предпочтительнее (табл. 12).

Однако динамика долговых обязательств государства и корпораций имела разнонаправленный характер. Если совокупный государственный долг (т. е. сумма внутреннего и внешнего долга) уменьшился по отношению к ВВП с 61,3 % в 2000 г. до 12,9 % в 2013 г., то внешний корпоративный долг за этот же период увеличился по отношению к ВВП с 7,9 % до 29 %.

За корпоративные долги государство при определенных обстоятельствах должно нести частичную ответственность, поскольку такие долги могут угрожать стабильности экономического развития страны. Кризис 2008–2009 гг. и долговой кризис в Европе в 2011–2013 гг. показали справедливость этих утверждений. Если в 2000 г. доля корпоративного внешнего долга в совокупном внешнем долге РФ составляла лишь 12,9 %, то в 2013 г. – 90,6 %. Это больше, чем во многих странах, хотя в 2000-е гг. и там корпоративная задолженность существенно возросла.

Совокупный внешний долг, включая корпоративный, составил в 2013 г. 32,2 % от ВВП – в принципе не так много, однако с учетом внутренних корпоративных заимствований эта величина, по оценкам Банка России, в 2,5 раза выше. Ежегодные платежи по совокупному внешнему долгу составляют 9 % от ВВП, но по отношению к объему экспорта – 28 %. Последнее соотношение превышает определенную МВФ высокую степень риска 25 %.

Как видно из табл. 12, пока сохраняются высокие цены на углеводородное сырье, у России имеются хорошие возможности для поддержания экономического роста. В нынешних условиях снижение цен на нефть до 80 долл./барр. может привести к прекращению роста, а при уровне 60 долл./барр. будет катастрофично для российской экономики. Речь идет о продолжительном снижении, так как кратковременные ценовые колебания могут быть компенсированы за счет суверенных финансовых резервов (Резервного фонда и ФНБ^32).

Таблица 12

Основные макроэкономические показатели РФ за 2000–2013 гг.

Источники: 1. Федеральная служба государственной статистики.

2. Банк России.

3. Минфин РФ.

4. Расчеты авторов на основе официальных данных.

Таблица 13

Объем погашения внешнего долга РФ в 2002–2007 гг., млрд. руб.

Стабилизационный фонд был образован с целью создания бюджетного резерва, призванного «страховать» бюджетную систему от возможных негативных шоков, связанных с резким падением цен на нефть (что и произошло в 1998 г.). Для этого было решено сберегать часть доходов от нефтяного сектора в период высоких цен на нефть. На пополнение фонда направлялись доходы от экспортной пошлины на нефть и НДПИ^33 на нефть, полученные сверх установленной «цены отсечения». В 2004–2005 гг. она составляла 20 долл./барр. нефти марки Urals, в 2006–2007 гг. – 27 долл./барр. Кроме того, на пополнение фонда периодически направлялись остатки средств федерального бюджета по итогам года. В первые 3 года существования Стабфонда в него направлялось более 60 % получаемых нефтяных доходов.

В 2008–2009 гг. Резервный фонд свою стабилизационно-резервную функцию выполнил, поддержав в период кризиса бюджетную и макроэкономическую стабильность России, обеспечив финансирование дополнительных расходов, принятых в рамках Программы антикризисных мер Правительства РФ, и позволив избежать болезненного сокращения расходов или резкого роста заимствований и государственного долга. Основным направлением использования средств ФНБ стали квазифискальные меры поддержки российского финансового сектора путем размещения средств фонда на долгосрочных депозитах в ВЭБе и предоставления этих средств в виде субординированных кредитов (на срок до 10 лет) российским банкам с целью поддержки ими реального сектора экономики, а также софинансирование добровольных пенсионных накоплений. Таким образом, в основном ФНБ фактически использовался для поддержания макроэкономической устойчивости и служил дополнительным резервом для федерального бюджета.

В ст. 75 п. 2 Конституции Российской Федерации записано: «Защита и обеспечение устойчивости рубля – основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти». На любой российской денежной купюре написано «Билет Банка России». На советских денежных купюрах было написано «Государственный казначейский билет». Таким образом, теперь эти бумажки выпускает не государство Российская Федерация, а один конкретный банк. Это следствие проигрыша нашей страны в холодной войне и крушения СССР в 1991 г.

Выпускается эта бумажка на основе Конституции и на основе закона о Центральном банке, и объемы выпуска пропорциональны, по тому же закону, объему закупленной виртуальной иностранной валюты через механизм золотовалютных резервов^34.

В ст. 2 закона «О Центральном банке Российской Федерации» сказано буквально следующее: «Уставный капитал и иное имущество Банка России являются федеральной собственностью. В соответствии с целями и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом, Банк России осуществляет полномочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом Банка России, включая золотовалютные резервы Банка России. Изъятие и обременение обязательствами указанного имущества без согласия Банка России не допускается, если иное не предусмотрено федеральным законом. Государство не отвечает по обязательствам Банка России, а Банк России – по обязательствам государства, если они не приняли на себя такие обязательства или если иное не предусмотрено федеральными законами. Банк России осуществляет свои расходы за счет собственных доходов».

Таким образом, золотовалютные резервы Банка России самой России не принадлежат. В ст. 6 закона о Центральном банке записано: «Банк России вправе обращаться с исками в суды в порядке, определенном законодательством Российской Федерации. Банк России вправе обращаться за защитой своих интересов в международные суды, суды иностранных государств и третейские суды». Обратись ЦБ в какой-нибудь «гаагский суд», он этот процесс неизбежно выиграет. А Россия неизбежно проиграет, так как ЦБ вписан в целую систему подобных центральных банков, которые, в свою очередь, включены в целостную паутину под названием МВФ.

Кроме того, сами золотовалютные резервы ЦБ лежат не в России. За исключением небольшого процента золота (около 5 %), хранящегося в России, все остальные резервы (валюта) вложены в государственные облигации других стран, и, в основном, в облигации правительства США. «Больше 30 % своих золотовалютных запасов потратил Банк России на покупку ценных бумаг казначейства США»35.

Почему же эти средства не используются в России? В ст. 22 закона о ЦБ России записано: «Банк России не вправе предоставлять кредиты Правительству Российской Федерации для финансирования дефицита бюджета, покупать государственные ценные бумаги при их первичном размещении, за исключением тех случаев, когда это предусматривается федеральным законом о федеральном бюджете».

Таким образом, в нашей стране создана система, при которой Центральный банк России работает не в интересах России^36. Он является филиалом ФРС. По закону «О Центральном банке Российской Федерации» ему запрещено покупать государственные облигации России, т. е. выдавать деньги, финансировать его. Но ему при этом разрешено покупать государственные облигации других государств, т. е. кредитовать экономики других стран.

Эмиссию рубля, согласно закону, осуществляет только Банк России. Рубли вводятся в обращение путем покупки иностранной валюты на бирже. При этом соблюдается некий негласный для населения паритет между количеством долларов в ЗВР и количеством рублей в экономике.

Когда цены на сырьевые экспортные ресурсы растут (нефть, газ и т. п.), паритет нарушен, и ЦБ его исправляет. Он снижает курс доллара, покупает доллары дешевле и впрыскивает в экономику страны меньшее количество рублей за каждый пришедший в страну доллар. При снижении цены на нефть происходит обратный процесс: ЦБ увеличивает курс доллара. Согласно закону о ЦБ именно его совет директоров принимает решение «об общем объеме выпуска наличных денег»37.

Иными словами, существует зависимость и жесткая привязка денежной массы внутри России и долларовой массы, которую Россия получает извне. А это значит, что мы уязвимы. Мы не до конца самостоятельны. Почему же ЦБ сохраняет паритет между количеством долларов в ЗВР и общим объемом эмиссии рублей? Потому что Центральный банк осуществляет управление эмиссией рубля в режиме currency board (валютное управление)38.

Это нужно потому, что любая страна – член МВФ обязана обеспечить одномоментный обмен всего объема своей национальной валюты на доллары и фунты из собственных золотовалютных резервов. В любой момент времени это правило должно соблюдаться. Без этого не берут в МВФ. Без этого не возьмут в «цивилизованное человечество».

Таким образом, ЗВР нашей страны не являются резервами государства. Эти деньги нельзя тратить, а, следовательно, нельзя отдавать в счет долгов. Став президентом РФ в мае 2000 г., В. В. Путин 11 октября 2000 г. предложил свои поправки к новому закону о ЦБ РФ, смысл которых – национализация ЦБ^39. Однако 18 октября того же года рабочая группа Госдумы постановила не менять статус Банка России^40. То есть пока ЦБ «независим» от страны, пока его ЗВР всего лишь «гарантия» для печатания рублей, никакого развития в России не будет. Нужен новый закон о ЦБ, и он готовится в рамках Общероссийского Народного Фронта. Нужен и новый закон о предприятиях в стране с целью деофшоризации экономики, и об этом В. В. Путин вполне конкретно сказал в своем обращении к Федеральному собранию 12 декабря 2013 г.41

Между тем, везде на Западе финансирование государственного бюджета производится именно центральными банками западных стран. Они покупают гособлигации своей страны и выдают правительству деньги. А наш ЦБ так делать не может. Соответственно, эта система проецируется на все остальное. Поэтому любому нашему крупному бизнесмену или банкиру не хочется брать деньги у него под 8 %, он, естественно, берет их на Западе под 1,5–2,0 %.

В итоге искусственно создана ситуация, когда любой здравомыслящий предприниматель или банкир берет кредиты за границей. На 1 января 2014 г. общая сумма внешних корпоративных долгов составила 600 млрд. долл., из них 360 млрд. приходится на предприятия и 240 млрд. – на банки. Но отдавать их придется. Это только мы по-царски всем долги прощаем, а с нас их сдерут вместе с кожей.

Поэтому необходимо провести национализацию рубля – изменить функции нашего ЦБ, чтобы он начал кредитовать нашу экономику и заниматься тем, чем он, собственно, и должен заниматься. Именно с этой целью в настоящее время готовится новый законопроект о ЦБ РФ^42.

Глава 3. КРИЗИСЫ И ДЕФОЛТЫ

3.1. Цикличность развития мировой экономики. Понятие кризиса

Для рыночной экономики характерно состояние нестабильности: ей свойственны подъемы и спады, периоды оживления и депрессии. Такого рода регулярно повторяющиеся, за определенный промежуток времени, колебания общественного производства означают циклический характер его развития. Без циклического характера нет развития, нет движения – экономика мертва. Цикличность – это естественный процесс развития экономики, отражающий неравномерность экономической динамики. Цикл – постоянная динамическая характеристика экономики.

Под экономическим (или деловым) циклом понимают непрерывные колебания экономики, при которых рост экономики сменяется спадом. Уточняя определение цикла, можно сказать, что экономический цикл – это повторяющееся через определенные промежутки времени состояние, характеризуемое одними и теми же макроэкономическими показателями (рис. 9).

Рис. 9. Структурная схема экономических циклов

Первой фазой экономического цикла является кризис^43. Кризисы подразделяются на экономические и финансовые. Часто (но не всегда) финансовые кризисы перерастают в экономические, и тогда они носят комплексный характер. Однако в экономическом цикле речь идет именно об экономическом кризисе. Экономический кризис проявляется в перепроизводстве товарного капитала (росте нереализованной продукции), перенакоплении производственного капитала (росте безработицы, недогрузке производственных мощностей), перенакоплении денежного капитала (увеличении количества не вложенных в производство денег). Итоговый результат экономического кризиса – рост производственных издержек, падение цен, прибыли, снижение заработной платы, понижение жизненного уровня населения.

Экономический кризис – важнейший элемент механизма саморегулирования рыночной экономики. Им определяется предел развития экономики на каком-то этапе, а также дается стимулирующий импульс к развитию экономики. Это имеет отношение к тому, что, во-первых, кризис обесценивает основной капитал и тем самым создает предпосылки обновления производственного аппарата. Во-вторых, кризис заставляет обновлять основной капитал в соответствии с технической базой, условия для которой определяет научно-технический прогресс. Основной капитал синхронно обновляется в масштабе всей экономики за счет морального, технического износа и динамики научно-технического прогресса.

Колебательная экономическая динамика наблюдается уже в течение более 190 лет. Первый наиболее известный экономический кризис разразился в Англии в 1821 г., потом кризисы наступили в Англии и США – в 1836 г., в США – в 1841 и 1847 гг. Первым мировым экономическим кризисом считается кризис 1857 г., затем последовали мировые кризисы 1873, 1882, 1890 гг.

Наиболее сокрушительным был кризис 1900–1901 гг., который начался одновременно в США и России и обрушился прежде всего на металлургическую промышленность. Мировой кризис 1929–1933 гг. (в американской литературе его называют Великая депрессия) по своей глубине превзошел все предыдущие, его последствия изучаются до сих пор^44.

Во второй половине XX в. обнаруживается тенденция к относительному ослаблению циклических колебаний. Наряду с этим наблюдаются их учащение (например, в США падение производства имело место в 1973–1975 гг., в 1981–1982 гг., в 1990–1991 гг.), явное нарушение классического цикла, выпадение некоторых фаз.

Совершенно новым и специфичным по формам проявления явился кризис стран с переходной экономикой, которые осуществляют реформы по преобразованию централизованной системы хозяйства в рыночную.

Итак, экономический цикл – это повторяющиеся на протяжении ряда лет подъемы и спады экономической активности, отличающиеся друг от друга продолжительностью и интенсивностью, при наличии долговременной тенденции к экономическому росту. В деловом экономическом цикле различают четыре фазы, характеризующиеся различной экономической конъюнктурой. Конъюнктура – это совокупность признаков, характеризующих состояние и перспективы развития экономической системы. Основными ее признаками являются: динамика цен, безработицы, складских товарных остатков, товарооборота предприятий, производства товаров и услуг в экономике, сальдо внешнеторгового оборота, динамика курса акций.

В движении экономического цикла выделяют следующие последовательно проходящие фазы (рис. 10): кризис (спад, рецессия); депрессия; оживление; подъем.

Рис. 10. Фазы экономического цикла

Исходной фазой цикла является кризис. В момент кризиса наблюдается падение уровня и темпов экономического роста, а затем прямое сокращение масштабов выпуска продукции. Такие явления связаны с перепроизводством товаров. В это время резко увеличиваются запасы нереализованной продукции. Происходят массовые банкротства (разорение) промышленных и торговых предприятий, которые не могут распродать накопившиеся товары. Из-за приостановки производства быстро растет безработица, сокращается заработная плата. В обществе нарушаются кредитные связи, расстраивается рынок ценных бумаг, падают курсы акций. Все предприниматели испытывают острую потребность в деньгах для уплаты быстро образовавшихся долгов, и потому норма банковского процента значительно возрастает.

Глубина экономического кризиса измеряется от внешней точки подъема до низшей точки падения производства.

Вслед за кризисом наступает другая фаза – депрессия. Тогда приостанавливается спад производства, а вместе с ним и снижение цен. Постепенно уменьшаются запасы товаров. Из-за незначительного спроса увеличивается масса свободного денежного капитала, и ставка банковского процента снижается до минимума. Производство и занятость, достигнув самого низкого уровня, начинают медленно и постепенно набирать ход.

В период депрессии предложение товаров перестает обгонять спрос, а поэтому между ними устанавливается равновесие (прекращение выпуска товаров снижает их предложение до уровня спроса). В то же время создаются естественные условия для выхода из кризиса. Уменьшение цен на средства производства и удешевление кредита способствует новому накоплению капитала, возобновлению расширенного воспроизводства на новой технической основе.

Следующая фаза – оживление – означает расширение производства до его предкризисного уровня. Размеры товарных запасов устанавливаются на уровне, необходимом для бесперебойного снабжения рынка. Начинается небольшое повышение цен, вызванное оживлением покупательского спроса. Сокращаются масштабы безработицы. Возрастает спрос на денежный капитал, и ставка процента увеличивается.

Наконец, наступает фаза подъема. В этот период выпуск продукции превышает предкризисный уровень. В связи с этим сокращается безработица, растет заработная плата. С расширением покупательского спроса возрастают цены на товары. Повышается прибыльность производства. Увеличиваются спрос на кредитные средства, и соответственно возрастает норма банковского процента. Подъем завершается «бумом», когда экономика работает на пределе возможностей, наблюдается почти полная занятость, инвестиции и расходы покупателей очень высоки. Экономика оказывается «перегретой», и с неизбежностью скатывается в новый кризис.

3.2. Теории кризисов

Существуют различия в классификации экономических циклов по их продолжительности. Так, американские экономисты Уэсли Митчелл (1874–1948) и Джозеф Китчин (1861–1932) полагали, что их продолжительность составляет около 3–4 лет и объясняется колебаниями в объеме товарно-материальных запасов. Именем последнего из авторов принято называть краткосрочные экономические циклы циклами Китчина. Но чаще ученые рассматривали период экономического цикла, равный 8–10 годам. Одним из первых такой цикл и причины его появления подробно описал французский экономист Клемент Жугляр (1819–1908).

Широко известна и теория экономических циклов, или «длинных волн», продолжительностью 50–70 лет. Автором этой теории был русский экономист Николай Кондратьев (1879–1938), именем которого и называются долгосрочные циклы.

Выдающийся российский ученый Николай Кондратьев в середине 20-х гг. XX в. открыл большие циклы конъюнктуры, вошедшие в мировую науку под названием «длинных волн» Кондратьева, или «К-волн».

Путем эконометрического анализа статистического материала о динамике производства чугуна и свинца, добычи и потребления угля, среднего уровня товарных цен, процента на капитал, заработной платы, внешнеторгового оборота и других экономических показателей развития хозяйств Англии, Франции, Германии и США на протяжении приблизительно 140 лет (с 80-х гг. XVIII до 20-х гг. XX столетия) эмпирические ряды этих показателей он разложил на три составляющие:

• общей тенденции изменения (тренда) с ее скоростью, заложенной в теоретическую кривую ряда;

• ускорения этой тенденции, то есть изменения темпов роста;

• случайных отклонений в этих кривых^45.

Указанные отклонения представляют собой колебательные величины, отображающие циклические изменения экономической конъюнктуры. При их оценке Кондратьеву уже было известно, что если большие циклы конъюнктуры в этих рядах существуют, то в них существуют рядом с ними еще и циклы средне- и краткосрочные, т. е. циклы Жугляра и Китчина. Чтобы исключить влияние среднесрочных циклов, длина которых приблизительно равна 9 годам, он взял скользящую среднюю за 9 лет, используя которую, также исключил влияние и краткосрочных циклов. В итоге путем эконометрического анализа развития хозяйств четырех наиболее развитых стран мира Кондратьеву удалось определить три больших цикла конъюнктуры длиной 48–60 (в среднем 54–55) лет. Каждый из этих циклов состоял из повышательной и понижательной волны. Понимая, что в эконометрической модели развития мирового хозяйства невозможно учесть влияние всех эндогенных (внутренних) факторов, не говоря уже об экзогенных (внешних), он подчеркивал относительную точность и достоверность приближения трендов той или другой страны к мегатрендам мирового развития.

Таким образом, Николай Кондратьев открыл большие циклы конъюнктуры, которые и были положены в основу его теории «длинных волн», период каждой из которых составляет приблизительно 54–55 лет. Кондратьев объяснил причинность их возникновения необходимостью обновления основного капитала и указал на оживление в сфере технических изобретений перед началом и в самом начале повышательной волны большого цикла конъюнктуры.

В настоящее время многие ученые считают, что экзогенные причины – это производители первоначальных импульсов циклов, а эндогенные причины преобразуют эти импульсы в фазные колебания.

Причины экономических циклов:

1. Экзогенные причины: политические, научные и технические открытия, великие географические открытия, миграция населения, мировые и локальные войны, вооруженные конфликты и др.

2. Эндогенные причины: периоды обновления основных производственных фондов, функционирование кредитно-денежной системы, колебания предложения труда и заработной платы.

Таблица 14

Дефолты по внешнему долгу: 1300–2008 гг.

Источники: Reinhart; Rogoff and Savastano; MacDonald; Standart and Poor’s; Rurcell and Kaufman.

Количественный анализ позволяет говорить о том, что экзогенные факторы в современном экономическом развитии представляются определяющими. Выдвинуть исчерпывающие рациональные теоретические объяснения данному феномену пока не представляется возможным.

Таким образом, цикл – постоянная динамическая характеристика экономики. Экономика через спады, депрессию неизбежно возрождается, обновляется, достигает качественно нового уровня. И в этом заключается извечный кругооборот экономической жизни общества. Таким образом, экономические кризисы носят временный характер и заканчиваются, как правило, восстановлением и более мощным в последующем периоде экономическим ростом.

Однако, кроме экономических кризисов, которые появились со становлением и укреплением капитализма, значительно раньше, начиная с XIV в., т. е. с началом широкого распространения бумажных денег, в различных странах с меняющейся периодичностью, но с упорным постоянством все время происходят финансовые кризисы, которые принимают форму либо дефолтов^46 по внешнему или внутреннему долгу (табл. 14), либо банковских кризисов (табл. 15) Самые ранние документально подтвержденные дефолты по суверенному долгу были зафиксированы в Англии в XIV в. В дальнейшем они часто повторялись. Испании принадлежит «рекорд» регулярности кризисов: только в XIX в. там было восемь суверенных дефолтов (за пять предыдущих веков – шесть)47.

Таблица 15

Банковские кризисы за период с 1800 по 2008 гг.

Источник: Рейнхарт К. М., Рогофф К. С. На этот раз все будет иначе. Восемь столетий финансового безрассудства / пер. с англ. М., 2011. 528 с.

Дефолт имеет как отрицательные, так и положительные стороны. К негативным последствиям дефолта относятся следующие.

Отказ выплачивать долги – огромный ущерб не столько для репутации государства, сколько для его финансового рейтинга. Современная экономическая система устроена таким образом, что практически все страны прибегают к заимствованиям. Это может делаться как с целью заработка, так и с целями покрытия некоторых «просчетов» при принятии государственных решений. Поскольку рынок кредитов независим, то никто не сможет заставить дать денег государству, которое отказалось от выплаты долгов. Это просто убыток. Теоретически предоставление кредита в таком случае возможно, если будет предоставлено какое-либо обеспечение. Но при больших размерах государственных заимствований такое все же редкость. Соответственно, государство-банкрот просто теряет для себя возможность финансовой страховки. И может надеяться только на внутренние резервы, которые минимальны.

Во время дефолта падает курс внутренней валюты государства. Поскольку деньги – это мерило, стоимость которого меняется в зависимости от уровня доверия к государству, то возможности страны в мировом масштабе резко падают. Грубо говоря, государство нищает в глазах остальных. Если, к примеру, валюта государства упала в стоимости в пять раз, это означает, что оно теперь может купить иностранных товаров в пять раз меньше.

Большие проблемы начинаются, когда государство не обеспечивает безопасный уровень внутреннего производства продовольствия. Так и до голода недалеко. Разумеется, в этой ситуации соответственно падают и реальные доходы граждан. Ровно настолько, насколько государство зависело от импорта.

Дефолт приводит к остановке производства в стране. Большая часть современных технологических цепочек имеет в своем звене иностранный фактор: либо комплектующие, либо финансирование. При многократном росте стоимости производства из-за падения курса валюты, такая ситуация может сделать работу компании убыточной. Она закрывается, люди оказываются без работы, ситуация усугубляется.

При дефолте резко сжимается банковская система. Банки очень сильно зависят от экономического рейтинга государства. В случае дефолта они не только лишаются возможности воспользоваться иностранными кредитами, но и их долг вырастает многократно. Ведь зарабатывают они на внутренней валюте, которая потеряла в стоимости, а выплачивать нужно совсем в другой. В такой ситуации разорение многих финансовых учреждений оказывается неизбежным. Частные компании практически полностью лишаются доступа к кредитованию. Банк замораживает реальные счета граждан и компаний, т. е. объявляет корпоративный дефолт. Деньги теряют все клиенты банка.

Отказ выплачивать долги означает и рост политического недоверия к государству. Ведь кредитованием занимаются другие государства и межгосударственные фонды. Соответственно, останавливаются все экономические проекты страны. Усложняется решение политических вопросов. Теперь это будет обходиться гораздо дороже. Все это вызывает новые экономические проблемы. Вследствие чего появляются и новые сложности политического характера, так как ресурсов для их решения стало меньше.

Среди положительных последствий дефолта можно назвать следующие.

Обычно дефолт наступает в тот момент, когда государство набрало долгов сверх всякой меры. На выплату как основной части долга, так и процентов по нему, идет огромная часть государственного бюджета. Необходимые для существования страны задачи просто не оплачиваются. В этом случае дефолт позволяет направить средства, ранее уходившие за границу, на решение проблем внутренних, страдающих от недофинансирования.

Дефолт выступает средством повышения конкурентоспособности экономики и внутренних производств. Поскольку зарплаты люди получают в обесценившейся валюте, и покупать им приходится товары за эти же деньги, происходит удешевление производимого товара для внешнего покупателя как за счет падения стоимости труда, так и за счет удешевления других ресурсов внутреннего производства. Стоимость товара – одно из самых главных конкурентных преимуществ. А значит, растут заказы, задействуются ранее не использованные мощности, создаются новые рабочие места.

Дефолт перестраивает всю экономику государства. В условиях изоляции от внешнего финансирования и импорта государство выходит на новый безопасный уровень функционирования, когда именно внутреннее потребление и источники финансирования являются превалирующими. Сделать это в обычное время часто очень сложно, а порой и невозможно.

Лопаются финансовые пузыри. В условиях катастрофического падения финансовой сферы становятся неработоспособными дутые сферы экономики. Растет роль реального производства и реальных товаров. В условиях дутой экономики нередко возникает ситуация, когда акции предприятия стоят намного больше его реальной стоимости. Дефолт же уничтожает возможности для финансовых перекосов, и реальные ценности возвращают свою реальную стоимость.

У государства появляется реальная возможность договориться с кредиторами об уменьшении суммы долга. Нередко за счет накопленных процентов он вырастает в несколько раз. В условии объявленного дефолта кредиторы часто идут навстречу, стремясь получить обратно свои денежные средства. Иногда это становится выходом для всех сторон, поскольку нередко только наличие такого финансового форс-мажора, как дефолт, может служить для кредитора юридическим основанием для переговоров по снижению долга.

Таким образом, дефолт – это не катастрофа. Это просто очень негативный фактор развития экономики. Но часто он выступает средством оздоровления финансовой сферы государства, позволяет резко поменять вектор развития и исправить ошибки прошлого. Не стоит поэтому рассматривать дефолт как полное разорение. Это большой шанс для страны вырваться вперед. Но и не надо забывать, что за этот шанс платят обычные люди. За ошибки политиков, которые привели страну к банкротству, платят обычные семьи и компании. Часто ценой собственного, личного дефолта.

Ярким примером положительных и отрицательных сторон дефолта является дефолт в России в 1998 г. Именно после этого события в стране начался экономический рост, который продолжался 10 лет.

Первый международный финансовый кризис также возник в Англии. В 1825 г. ее фондовый рынок рухнул, что вызвало банковскую панику. Кризис перекинулся на континентальную Европу, затем на Латинскую Америку – по всему региону прошла волна суверенных дефолтов. Странам Латинской Америки понадобилось более 30 лет, чтобы реструктурировать свои долги и возобновить привлечение иностранного капитала.

В большинстве случаев негативные последствия не ограничиваются потерями участников финансовых рынков (отечественных или иностранных инвесторов в случае дефолта по долгам, вкладчиков при банковском кризисе, эмитентов долга в иностранной валюте при девальвации). Значительный негативный эффект обычно испытывает и производство. По оценкам М. Бордо и др.48, кумулятивные потери ВВП составляют в среднем 5–10 %, на восстановление его докризисного уровня уходит 2–3 года. Соответственно, в кризисный период растет безработица, падает уровень жизни населения.

Так, по данным Международной организации труда, в ходе глобального кризиса 2008–2009 гг. число безработных в мире увеличилось на 20 млн. человек, а по оценкам Всемирного банка число людей, живущих за чертой бедности, в этот период возросло на 64 млн. Впрочем, некоторые кризисы характеризовались еще более значительным в относительном выражении ростом безработицы и падением уровня жизни. В период аргентинского кризиса 2002 г. безработица выросла до 20 % (14 % перед кризисом), а доля граждан, живущих за чертой бедности, – до 54 % (27 % перед кризисом).

Последствия кризиса имеют не только экономическое и социальное измерения. Понесенные в ходе кризиса потери либо вынужденные меры правительства по сокращению государственных расходов нередко приводят к акциям протеста и политической дестабилизации. Падение популярности руководства страны во многих случаях завершается досрочными выборами, сменой правительства или даже «партии власти». Эмпирические исследования показывают, что валютный кризис вдвое повышает вероятность смены находящейся у власти партии^49. Хотя в последние десятилетия кризисы не оказывают такого катастрофического воздействия на политическую систему, как, например, во времена Великой депрессии, в ряде случаев они вызывают серьезные политические потрясения. В качестве примера можно привести аргентинский кризис 2001–2002 гг., когда на фоне уличных беспорядков всего за один месяц в стране сменилось четыре президента.

Кризис 2008–2009 гг. в ряде стран, как развитых, так и развивающихся, также привел к переходу власти от одних партий к другим. Некоторые эксперты считают последствия кризиса (в частности, рост безработицы) одной из причин политической нестабильности на Ближнем Востоке в 2011 г. При подобном развитии ситуации существует опасность, что из-за возникшего политического кризиса затянется принятие необходимых, но непопулярных решений по оздоровлению экономики. Впрочем, и в случае сохранения действующих правительств кризисы несут для них значительные риски, поскольку для смягчения их последствий государство нередко вынуждено возмещать за счет бюджетных средств часть потерь (такая ситуация типична для банковских кризисов), что позднее оборачивается необходимостью повышать налоги или сокращать госрасходы.

Важны и «нематериальные» последствия кризисов – длительная утрата доверия к национальной валюте, финансовой системе и экономике в целом со стороны населения и инвесторов. Все это обусловливает значительный интерес к теориям, объясняющим причины возникновения и распространения кризисов, и следующим из них рекомендациям.

Термин «финансовый кризис» используется для описания различных по природе масштабных нарушений функционирования финансовой системы, затрудняющих реализацию основных функций – трансформации сбережений в инвестиции и распределения рисков. Под это определение подпадают следующие виды кризисов:

• суверенные дефолты по внутреннему и внешнему долгу. Наиболее значимые примеры за последние 15 лет – российский дефолт 1998 г. по внутреннему и аргентинский дефолт 2002 г. по внешнему долгу;

• валютные кризисы. Можно отметить валютные кризисы в Таиланде и Индонезии во время Азиатского кризиса 1997–1998 гг., бразильский кризис 1999 г.;

• кризисы банковской системы. Среди наиболее масштабных назовем кризисы в североевропейских странах в конце 1980-х – начале 1990-х гг. и банковский кризис в Японии в 1997 г.;

• резкие падения капитализации фондовых рынков. Примером может служить обвал цен на акции высокотехнологичных компаний в США в 2000 г.

Во многих случаях проблемы могут носить комплексный характер – например, одновременно происходят валютный и банковский либо валютный и долговой кризисы. Это подтверждает, что одни и те же (или сходные) обстоятельства способны приводить к разнообразным кризисным явлениям. Тем самым можно говорить об общих механизмах развития кризисов, относящихся ко всем их видам.

С финансовыми кризисами в том или ином виде сталкивались практически все страны, независимо от степени развития экономики, институтов и режима макроэкономической политики. Глобальный кризис 2007–2009 гг. напомнил, что как жертвами, так и источниками дестабилизации могут быть не только развивающиеся страны и страны с формирующимся рынком, но и наиболее развитые. Он также продемонстрировал, что в условиях глобализации последствия кризисов могут оказаться более тяжелыми не в странах-источниках, а в странах, куда они распространяются «вторично» (по торговым, финансовым и другим каналам). Так, темпы роста ВВП развитых стран в этот период снизились примерно на 6 п. п., а развивающихся стран и стран с формирующимся рынком (без учета Китая и Индии) – более чем на 8 п. п.

Исторический анализ выступает важным источником данных о периодичности и общих механизмах кризисов. До недавнего времени он обычно ограничивался послевоенными десятилетиями, однако в последние годы появились работы, основанные на значительно более широких массивах данных^50. Результаты этих работ можно кратко изложить следующим образом:

• число кризисов, связанных с состоянием. системы государственных финансов, за последние полтора века существенно варьировало, при этом пики ассоциировались с военными расходами (1940-е гг.) и эпизодами достаточно свободного движения капитала (1880-е, 1990-е гг.) (рис. 11);

Рис. 11. Доля стран, находившихся в состоянии дефолтаили реструктуризации, 1800–2006 гг. (в %)

Источник: Reinhart С., Rogoff К. This Time Is Different: A Panoramic View of Eight Centuries of Financial Crises.

• число кризисов в банковской системе также коррелирует с мобильностью капитала (рис. 12);

• особняком стоит период действия Бреттон-Вудсских соглашений. В условиях жесткого регулирования банковской системы и контроля над потоками капитала банковские кризисы практически отсутствовали; стабильный рост экономики в большинстве стран способствовал устойчивой фискальной позиции. Однако этот период характеризовался значительным числом валютных кризисов, связанных с системой квазификсированных курсов;

• начиная с 1950-х гг. в развитых странах не было ни одного дефолта. В целом финансовые кризисы в развитых странах случались намного реже, чем в развивающихся. Так, из 394 кризисных эпизодов в 1970–2007 гг. на развитые страны пришлось лишь 17^51;

• комплексные кризисы составляют значительную долю от общего числа кризисных эпизодов (32 % в 1970–2007 гг.) и ассоциируются с наибольшими потерями выпуска.

Рис. 12. Мобильность капитала и банковские кризисы, 1800–2007 гг.

Анализ причин комплексных кризисов, приведенных в табл. 16, свидетельствует о большой роли недостатков макроэкономической политики и регулирования со стороны правительств и денежных властей, а также о роли режима валютного управления (currency board) со стороны США. Кроме того: устойчивый бюджетный дефицит и дефицит текущего счета (так называемый «двойной дефицит»), проведение негибкой политики регулирования (например, фиксированный обменный курс в условиях сильных внешних шоков и недостаточного объема резервов, финансовая либерализация при низком качестве регулирования и корпоративного управления в финансовом секторе).

Таблица 16

Наиболее известные комплексные кризисы в XX – начале XXI вв.

Существующие экономические теории, объясняющие зарождение финансовых кризисов и их связь с указанными факторами уязвимости, можно условно разделить на следующие классы:

• модели кризисов, обусловленных наличием внешних и внутренних дисбалансов (уменьшение валютных резервов, дефицит текущего счета, дефицит бюджета, большой уровень внешних долгов);

• модели кризисов, в которых ведущую роль играет сочетание шоков и негибкой политики (смягчение бюджетной политики, снижение мировых процентных ставок, падение цен на основные экспортируемые товары);

• поведенческие теории, объясняющие кризисы синхронизацией ожиданий экономических агентов (долгосрочное снятие депозитов, усиленная продажа акций, массовая скупка иностранной валюты в ожидании девальвации).

Финансовые кризисы характеризуются сочетанием нескольких элементов:

• объективные предпосылки (неудовлетворительные макроэкономические показатели, сильная зависимость от сырьевого экспорта, перегруженность банковской системы плохими активами, перегрев рынка недвижимости или фондового рынка);

• внешние или внутренние шоки (изменение внешнего спроса, цен на экспортируемые товары, готовности инвесторов размещать средства в развивающиеся страны);

• особенности экономической политики правительства и денежных властей (режим курсовой политики, правила управления нефтяными доходами);

• действия экономических агентов (отказ инвесторов от рефинансирования долга правительства или банков, «набеги на банки», спекулятивные атаки на национальную валюту);

• механизмы усиления и распространения кризисных явлений (распространение возникающих проблем между финансовыми рынками и странами).

Перечисленные элементы тесно взаимосвязаны: так, ошибки экономической политики могут повысить уязвимость страны к действию шоков. Доверие инвесторов и вкладчиков зависит как от внешних условий, так и от макроэкономической «прочности» страны и политики властей. Проведение излишне мягкой монетарной политики может привести к перегреву экономики и накоплению рисков в финансовой системе; напротив, при очень сильных фундаментальных показателях не возникают негативные ожидания, накопление которых может вызвать «набеги на банки» и прочие дестабилизирующие действия.

Но возможности взаимной компенсации кризисных факторов ограничены. Так, ошибочная макроэкономическая политика может создать кризисную ситуацию независимо от других факторов. При этом оценка отдельных элементов (например, политики властей) нередко зависит от состояния других элементов. Например, режим обменного курса, заслуживающий положительной оценки в «нормальных» условиях, может стать недостатком при возникновении кризисных шоков.

Как правило, кризис происходит, если присутствуют несколько элементов, однако их «конфигурация» может различаться. Обязательным условием служит только наличие предпосылок (слабостей или рисков). Так, в качестве шока может выступить валютная атака; в условиях макроэкономических дисбалансов и внешних шоков кризис способен развиваться без негативного «вклада» властей.

На практике последствия финансовых кризисов нередко выходят за рамки финансовой системы. Это обычно наблюдается, когда распространение шоков внутри нее приводит к кризису ликвидности. Под таким кризисом можно понимать внезапное и длительное ухудшение ситуации с рыночной (понимаемой как возможность быстро продать активы с незначительными последствиями для их цены) и привлекаемой (понимаемой как возможность получить наличные денежные средства или их эквиваленты путем продажи активов или заимствований) ликвидностью^52. В условиях кризиса ликвидности финансовая система хуже исполняет функции источника заемных средств для инвестирования. Это, в свою очередь, выступает одной из причин распространения кризиса на реальный сектор по ряду каналов.

Финансовые кризисы традиционно сопровождаются повышением стоимости заемных средств. Как правило, в условиях кризиса процентные ставки по кредитам для частного сектора существенно растут (даже если экономические власти снижают базовые ставки). Падение цен на фондовом рынке, в свою очередь, резко увеличивает стоимость финансирования за счет выпуска акций. Повышение процентных ставок снижает количество потенциально прибыльных инвестиционных проектов и, кроме того, может увеличить стоимость обслуживания наличного долга. Тем самым уменьшается объем свободных средств, которые можно было бы направить на инвестирование. Последний эффект наблюдается на практике, поскольку во многих странах существенная часть корпоративного долга при выпуске имеет плавающую ставку либо представляет собой последовательность краткосрочных рефинансируемых займов^53. Помимо негативного влияния на инвестиции, повышение ставок может приводить к снижению потребления из-за роста ипотечных выплат. Кризисы сопровождаются не только «ценовым» (повышением ставок), но и «объемным» эффектом – снижением предложения заемных средств. Стандарты кредитования ужесточаются в связи с ростом неопределенности, что создает дополнительное понижательное давление на инвестиции.

Важным каналом распространения кризиса на реальный сектор выступает снижение цен на активы. Для нефинансовых компаний это означает дополнительное сокращение объемов кредитования из-за уменьшения потенциального размера залога. Для домохозяйств это приводит к снижению частного потребления (из-за ухудшения ожиданий будущих доходов; ограничения возможностей потребительского кредитования вследствие падения цен на жилье как потенциальный залог; в некоторых странах – также по каналу связи пенсионных накоплений и цен на активы).

Дополнительный фактор уменьшения доступности заемных средств в периоды кризисов – снижение склонности инвесторов к риску. Это приводит к повышению премии за риск и эффекту «бегства в качество» (например, к росту вложений в госбумаги развитых стран). Кроме того, кризисы, как правило, сопровождаются снижением индексов потребительской и бизнес-уверенности, обусловливая сокращение темпов роста ВВП по «кейнсианским» причинам (недопотребление, недоинвестирование). Наконец, финансовые кризисы часто вызывают девальвацию, что может существенно ухудшить балансы компаний при наличии нехеджированных валютных рисков и привести к дополнительному снижению объема инвестиций.

На практике снижение темпов роста ВВП после финансовых кризисов наблюдается как в развитых, так и в развивающихся странах, при этом продолжительность и глубина падения обычно тем больше, чем более выраженными были предкризисный бум на фондовом рынке и рынке жилья, а также прирост кредитования.

Помимо отрицательного влияния на рост, важным следствием банковских кризисов часто становится существенное ухудшение фискальной позиции. В определенной степени это связано с затратами на «спасение» крупных проблемных финансовых организаций (которые могут включать докапитализацию, выкуп плохих активов и др.).

Повышение уровня госдолга может вызывать рост долгосрочных процентных ставок и вытеснение инвестиций, что выступает одним из возможных каналов влияния финансовых кризисов на долгосрочную экономическую динамику. Другие каналы включают возможность роста ставок из-за повышения премии за риск, сохранение излишне жестких стандартов кредитования, повышение уровня и волатильности инфляции вследствие экспансионистской антикризисной монетарной политики. Результаты эмпирических исследований указывают на значительную межстрановую вариацию средне- и долгосрочной посткризисной экономической динамики. Негативный сдвиг уровня ВВП наблюдается примерно в половине случаев, однако он значим только в 20 % случаев^54. В свою очередь, изменение темпов роста ВВП может быть как отрицательным, так и положительным, причем второй эффект обычно отмечается в странах с негативным сдвигом его уровня (компенсация которого за счет более высокого темпа роста в среднем занимает более 5 лет).

Существуют и потенциально позитивные каналы воздействия кризисов на долгосрочную динамику выпуска. Во-первых, кризис, как правило, сопровождается банкротством значительного числа финансовых и нефинансовых организаций. В «идеальных» условиях (например, при отсутствии политически мотивированной поддержки отдельных секторов) кризис отсеивает наименее конкурентоспособные компании либо организации, проводившие наиболее рискованную политику. Тем самым он служит проявлением фундаментальных для капитализма сил «созидательного разрушения», содействуя более эффективному распределению ресурсов и выработке оптимальных стратегий развития.

Во-вторых, кризис способствует осознанию существующих проблем и проведению реформ, направленных на увеличение и стабилизацию долгосрочного роста. Это может касаться не только принятия непопулярных мер макроэкономической политики (например, урезания госрасходов с целью ограничить госдолг), но и реформ в пенсионной сфере, повышения гибкости рынка труда, демонополизации экономики и др. На практике, как показывают эмпирические исследования, подобные эффекты действительно имеют место, но только для стран с высоким уровнем развития демократических институтов^55. В противном случае антикризисная политика и посткризисные реформы будут определяться интересами лоббистских групп, как правило не способствуя повышению общественного благосостояния. Реализовать отмеченные позитивные эффекты можно и в условиях отсутствия кризиса, поэтому их нельзя использовать в качестве аргумента против политики, направленной на уменьшение волатильности темпов экономического роста.

3.3. Кризисов не избежать

В разных странах люди живут по-разному – где-то богато и свободно, где-то бедно и угнетенно. И нет таких стран, где бы люди жили богато, но угнетенно, бедно, но свободно. Исключение, пожалуй, составляют нефтедобывающие страны Ближнего Востока. Но когда в этих странах закончится нефть (а это произойдет, по расчетам ученых, примерно через 100 лет), эти страны станут бедными, так как почти ничего, кроме нефти, они не производят, да и ту добывают не своими руками, а с помощью иностранных рабочих и специалистов.

Чем же богатые страны отличаются от бедных? Напомним, что главный экономический показатель любого государства – производительность общественного труда (ПТ), или душевой ВВП, измеряемый в долларах США на человека в год:

где ВВП – валовой внутренний продукт по текущему валютному курсу в долларах, произведенный в течение года в стране;

N – численность населения страны, человек.

Из 220 стран мира 50 стран (богатые, или «золотой миллиард») имеют ПТ более 15 тыс. долл., а страны G8 (кроме России) – даже более 30 тыс. долл.; 50 стран (с переходной экономикой) имеют ПТ от 2 до 15 тыс. долл.; 120 стран (бедных) имеют ПТ менее 2 тыс. долл. При этом во всех богатых странах – «демократия» (т. е. гражданское общество и правовое государство) и либеральная рыночная экономика, а почти во всех бедных странах – «тоталитарный» режим и нелиберальная экономика.

Все богатые страны производят товары четвертого передела (станки, машины, самолеты, компьютеры и т. п.) и торгуют ими на внутренних и мировых рынках по стабильным рыночным ценам (например, в кризис эти цены практически не изменились). Все бедные страны производят в основном товары первого передела (сырье) и продают их богатым странам по ценам, имеющим сильные конъюнктурные колебания (например, в кризис цены на нефть обвалились в 4,3 раза, на газ – в 2,9 раза; кратно упали цены на коксующийся уголь, медь, никель, алюминий, черный металл, другие виды сырья).

В результате экспорт промышленной продукции из развивающихся (бедных) стран растет значительно (примерно в 2 раза) быстрее добавленной стоимости, основной ее объем производится в развитых (богатых) странах. Например, за 1980–2000 гг. рост объема добавленной стоимости из развитых стран на 37 % опережал динамику промышленного экспорта^56. При этом богатые страны, продавая товары с высокой долей добавленной стоимости, с годами богатеют, а бедные страны, продавая сырье с низкой долей добавленной стоимости, с годами беднеют.

Самым ярким примером в этом смысле является сравнение двух стран – Южной Кореи и Северной Кореи. Эти страны примерно одинаковы по площади, населению, природным ресурсам. Однако в Южной Корее люди живут богато и свободно, а в Северной – бедно и угнетенно. Причина тому одна: в первой стране демократия и либеральная рыночная экономика, во второй – тоталитаризм и командная экономика. Отсюда напрашивается вывод: чтобы какая-то страна была богатой, ей, как минимум, нужно иметь развитую демократию и либеральную рыночную экономику.

Страны с переходной экономикой, к которым относится и Россия (ПТ в 2013 г. около 15 тыс. долл.), занимают промежуточное положение между двумя крайними группами стран, имеют «демократические» конституции, стремятся создать либеральную рыночную экономику, но в основном находятся в начале этого пути.

На рис. 13 представлена динамика абсолютного ВВП России за 1990–2008 гг., из которого видно, что на этапе 1990–1998 гг. ВВП страны снизился в 2 раза, к 2007 г. он вышел на уровень 1990 г. и затем даже превзошел его на 10 %. Но кризис 2008–2009 гг. вновь отбросил Россию на уровень примерно 2006 г.

Рис. 13. Динамика ВВП России за 1990–2008 гг., прогноз до 2014 г.

Источник: Френкель А., Рощина Л. Год нестабильности // Вопр. статистики. 2009. № 3. Расчеты авторов.

Россия входит в число стран, в наибольшей степени пострадавших от глобального кризиса: масштабы падения экономики оказались гораздо больше, чем во многих развитых странах мира^57. Это означает, что созданная в нашей стране демократия далека от совершенства, а экономическая система еще очень слаба и крайне неустойчива к внешним шокам. Среди главных недостатков отечественной экономики эксперты выделяют несбалансированность макроэкономической политики, провалы надзора за финансовыми институтами, незавершенность институциональных реформ, отсутствие целенаправленной политики диверсификации экономики. С середины 2009 г. экономика страны начала расти, и теперь главная интрига состоит в том, как поддержать, укрепить и сделать устойчивым этот рост.

Таблица 17

Темпы роста ВВП по группам стран и России в 2000–2007 гг. (прирост в % к предыдущему году)

Источник: World Statistics. Country Comparisons.URL: www.nationmaster.com/graph/eco-2008

В табл. 17 представлены темпы роста ВВП по группам стран и России в 2000–2007 гг. Из таблицы видно, что среднегодовые темпы экономического роста нашей страны (около 7 %) были существенно выше, чем в США и в Еврозоне, и соизмеримы с темпами роста в развивающихся странах Азии и странах СНГ. Однако в отличие от других стран, где рост был связан с увеличением нормы инвестиций, с притоком капитала из зарубежных стран, экономический рост в России наполовину был связан со значительным повышением цен на нефть, газ, металлы, другие виды сырья и материалов. Например, в 2007 г. по сравнению с 2000 г. цены на нефть и газ выросли почти в 3 раза, на уголь – в 2,3, на медь – в 4, на алюминий – в 1,7, на никель – в 4,3 раза и т. д. Все это главные товары экспорта России, где доля нефти и нефтепродуктов составляет около 40 %, газа – 20 %, металла – 15 %, угля – 3 %.

Рост развитых стран во многом был связан с потребительским бумом и бурным жилищным строительством и продажей жилья. В значительной мере этот бум осуществлялся за счет все возрастающей массы кредитов населению при увеличивающемся их долге финансовым институтам. Нарастал перегрев экономики, который во все большей мере перемещался в сторону производных финансовых инструментов. Размер ипотечных кредитов в развитых странах приблизился к величине ВВП. Активы банков в европейских странах в 2–3 раза превзошли объем ВВП.

Еще быстрее рос фондовый рынок, достигнув астрономических размеров. Но все рекорды побили ценные бумаги, связанные с хеджированием рыночных рисков, их объемы стали превышать размеры реальной экономики в 5–10 раз. По некоторым оценкам общий объем производных ценных бумаг (деривативов) в мире к середине 2008 г. превысил 600 трлн. долл. при объеме мирового ВВП на тот период примерно 60 трлн. долл.

Всеобщая эйфория привела к раздуванию фиктивных финансовых пузырей, оторвавшихся от реальной почвы. Первым лопнул ипотечный финансовый пузырь, связанный с необеспеченной выдачей значительной части ипотечных кредитов в США. Предложение строительства жилья в конце концов превысило спрос. Цены на жилье начали падать, ипотечные кредиты – не возвращаться, возник острейший ипотечный кризис.

Все это привело к кризису ликвидности, банкротству ряда банков и инвестиционных компаний, развалу межбанковского финансового рынка. Международные банки и финансовые корпорации были вынуждены в массовом масштабе продавать свои активы в других странах, чтобы остаться на плаву. В результате рухнули фондовые биржи из-за массовой продажи акций для пополнения ликвидности. Значительно был снижен размер кредитования реального сектора, начался мировой кризис.

Кризис начался 15 сентября 2008 г. – на следующий день после банкротства пятого по величине инвестиционного банка мира с активами 700 млрд. долл. Lehman Brothers – обвалом котировок и индексов абсолютно на всех биржах мира Lehman Brothers и очень быстро из финансового перерос в экономический. Но, несмотря на крах множества компаний во многих странах, благодаря активным действиям правительств ведущих стран основные конструкции мировой хозяйственной системы в целом устояли.

В период выхода из рецессии вряд ли стоит ожидать резкого усиления внутристранового или наднационального регулирования финансового сектора или всей мировой экономики, о чем ярко свидетельствуют более чем скромные результаты усилий процесса G20. В качестве минусов этого процесса международные эксперты^58 отмечают следующее:

• на саммитах в Вашингтоне и Лондоне инициатива принадлежала США и Евросоюзу, отсутствовала единая платформа развивающихся стран, предложения стран БРИК оказались в тени;

• ограниченность повестки дня;

• недостаточный учет интересов развивающихся стран;

• отсутствие организационного механизма G20, гарантирующего практическое осуществление принятых решений;

• недостаточный анализ фундаментальных проблем и долгосрочных трендов.

Более того, у многих западных теоретиков и экспертов весьма популярна точка зрения, согласно которой усиление независимости финансового рынка от воздействия регуляторов хотя и увеличивает амплитуду его колебаний, но одновременно может способствовать ускоренному восстановлению экономики после рецессии из-за облегчения доступа фирм к внешнему финансированию^59.

При этом в силу значительной страновой специфики антикризисных мер и отсутствия общепринятых рецептов лечения экономики можно говорить о необычности последнего кризиса, который характеризуется глобальным охватом, а также соединением черт циклического и системного кризисов.

Таким образом, после кризиса вероятно формирование новой технико-экономической парадигмы, связанной с переходом от доминирования авиационных, ракетных и компьютерных технологий к биотехнологиям, информационным и нанотехнологиям на фоне развития новой энергетики и экологически чистых производств. Учитывая особый характер кризиса, сторонники эволюционного подхода к развитию экономики считают, что финансовые инновации – при всех присущих им рисках – положительно влияют на институциональную матрицу экономики в целом, сдвиги в которой могут стать катализатором революционных нововведений в реальном секторе экономики^60.

Главная идея посткризисного этапа экономического роста нашей страны – модернизация, переход от роста в основном за счет доходов от нефтегазового сектора к росту в основном за счет доходов от не-нефтегазового сектора. Полностью такой переход предполагается завершить к 2030 г. При этом приоритет будет отдан «умной» экономике, создающей уникальные знания, осваивающей высокие технологии, выпускающей конкурентоспособные на мировом рынке конечные товары с большой долей добавленной стоимости.

Уже сегодня закладываются основные тренды для российского хозяйства в следующем десятилетии. Они определяются экспансией капитализма в глубь России, развитием внешнеторговых связей с Китаем и кардинальной технологической модернизацией^61. Кризис закончился, появились первые признаки начинающегося подъема. Но насколько убедительны они?

Второй раз после кризиса 1998 г. российское хозяйство, несмотря на отмеченные недостатки, показало, что оно складывается как система с очень большим внутренним запасом не только выживания, но и развития. С начала 2010 г. Россия находится в состоянии интенсивных структурных изменений, которые устойчивы потому, что стимулируются естественным спросом – внешним и внутренним – и являются продолжением инновационных решений, принятых хозяйствующими субъектами еще до кризиса.

По мнению отечественных экономистов^62, не мы первые живем в условиях либерального рыночного хозяйства, но оно всегда было подвержено циклическим колебаниям, а значит, кризисы многократно начинались падением и заканчивались подъемом. То, что мы проходим кризисы быстро и надолго переходим в состояние подъема, означает, что у нашего рынка есть огромные резервы роста как с точки зрения спроса, так и с точки зрения увеличения эффективности хозяйства. Так что никакого выхода из кризиса, кроме оживления и роста, быть не может.

По оценке бывшего главы ФРС Алана Гринспена, последний кризис – кризис шумпетерианского толка. То есть, с одной стороны – это кризис, который нельзя разрешать одним лишь накачиванием ликвидностью, а с другой – это кризис, который несет в себе силу «созидательного разрушения». Именно Гринспен предлагал в текущих решениях опираться на самое главное достижение экономической мысли XX в. – теорию экономического развития Йозефа Шумпетера. Однако убедить в этом Гринспен уже никого не мог, так как именно его обвиняли в избыточной либерализации финансов США, которая, по мнению большинства, и привела к последнему кризису.

Но если взглянуть на вопрос о либерализации финансов с шумепетерианских позиций, то она, именно либерализация, и была главным инновационным стержнем последних 15 лет. И прежде чем породить кризис, эта либерализация привела к появлению огромного по территории и численности населения быстрорастущего сектора мировой экономики – стран БРИК, что, по крайней мере в этих странах, должно восприниматься с благодарностью. То есть тратить усилия на размышления о том, как избежать подобных кризисов в дальнейшем, совершенно бесполезно. Двухсотлетняя история кризисов свидетельствует о том, что в условиях капитализма избежать их невозможно.

В начале прошлого века, когда циклические провалы были явлением постоянным, экономисты упорно пытались решить задачу долгосрочного прогнозирования роста благосостояния населения развитого мира. Задача для них заключалась в создании как можно более точной модели роста ВВП развитых стран, компенсирующей постоянные перебои в предшествующем экономическом росте. Однако оказалось, что дело вовсе не в компенсировании. Наоборот, именно в этих кризисных перебоях – довольно мощных спадах и еще более агрессивных подъемах – и заложен главный механизм экономического роста. Именно в период кризисов отмирает все устаревшее, неэффективное, а взамен появляется что-то новое, прогрессивное. Не будь кризисов, человечество не достигло бы сегодняшних высот благополучия, которых оно достигло сегодня.

Именно эту гипотезу и высказал в своей книге «Теория экономического развития: исследования прибыли, капитала, кредита, процента и экономических циклов» (1911 г.) австрийский экономист Й. Шумпетер. Он показал, что только постоянно возникающие инновации, реализуемые предпринимателями, являются источником экономического роста, так как они, эти инновации, на каждом новом этапе позволяют «выжать» больше из имеющихся ресурсов, рынков и технологий.

Шумпетер, говоря о развитии, полагался на рядовых участников процесса – предпринимателей. По его мысли, их естественная творческая энергия, заземленная реалистичной оценкой рождаемых рынком возможностей, и дает столь нужную модернизацию, причем не один раз за век, а как минимум каждые 10 лет. Для удобства Шумпетер выделял пять типов предпринимательских инноваций:

• выход на новые рынки;

• использование новых ресурсов;

• использование новых технологий;

• производство новых товаров;

• использование новых методов управления.

Любая из этих инноваций дает компании временное преимущество, иногда даже монополию, что и обеспечивает высокий для нее стартовый уровень отдачи на капитал.

Какими же инновациями должна заниматься Россия? Видимо, прежде всего, теми, на которые найдется спрос и в нашей стране, и в мире. Экономика существует для того, чтобы обеспечить достойную материальную и духовную жизнь людей. И поэтому наша инновационная стратегия или модернизация должна исходить, прежде всего, из самых очевидных потребностей граждан и компаний.

Кризисы являются неизбежным результатом либерализации финансовых рынков. Поэтому в условиях сегодняшней рыночной экономики нет и не может быть универсальных, на все случаи жизни, рецептов распознавания и предсказания кризисов. Но это не значит, что кризисы предсказать невозможно. Надо просто знать, что кризисы бывают – ничего такого, что сделало бы кризис невозможным, в экономической природе не существует, – а поэтому надо просто все время быть бдительными и не расслабляться, как бы этого ни хотелось.

3.4. Причины возникновения мирового кризиса 2008–2009 гг.

Часто в числе основных причин последнего мирового финансово-экономического кризиса вполне справедливо называют наличие «финансовой пирамиды» по схеме К. Понти, построенной на основе безудержного печатания ФРС ничем не обеспеченных долларов. Однако бесспорно и другое – волнения на финансовом рынке в 2008–2009 гг. были вызваны совокупностью факторов – исторических, геополитических, социальных и даже культурных. В настоящее время существует множество различных точек зрения по поводу причин возникновения кризиса. Все аргументы можно разделить на три группы. Во-первых, в рамках теорий структурных причин кризиса он понимается как следствие глобальных дисбалансов (сбережений, рынков и в целом экономики). Или же, в более узком смысле, – краха определенного этапа капитализма, названного капитализмом денежного управления, займового или потребительского капитализма англо-саксонского типа^63.

Во-вторых, причины кризиса усматривают в промышленной, рыночной или политической практике. В контексте финансового рынка кредитный кризис – это кризис секьюритизации и ресекьюритизации. С точки зрения экономической политики кризис – это несостоятельность управления финансами, вызванная либо силами рынка, либо интенсивным лоббированием освобождения экономики от контроля законодательства. В качестве альтернативной точки зрения кредитный кризис также рассматривается «как результат колоссального провала всей неолиберальной парадигмы управления экономикой, наиболее ярко прослеживающегося в англо-саксонских странах»64.

В-третьих, популярны «поведенческие» объяснения кризиса. При рассмотрении регулируемых экономик авторы таких исследований видят причину кризиса в нарушении структуры целей и стимулов в финансовой сфере. Выходя за рамки неоклассического анализа, приверженцы этих поведенческих концепций особое внимание уделяют «человеческому фактору», точнее, человеческим ошибкам. Подчеркивая влияние некомпетентности, жадности и обмана, поведенческие теории обнаруживают непрофессионализм руководства отдельных финансовых организаций, безответственных поставщиков, продавших покупателям заведомо рискованный товар, эксплуатацию финансового пространства мошенниками разного калибра, игнорирование многих предупреждений и предпосылок приближающегося кризиса и, в конце концов, недостаточную компетентность в сфере экономики не только государственных деятелей, но даже ученых, которые не предвидели или не понимали событий на финансовом рынке.

Три группы теорий не исключают друг друга. Во всех кризис рассматривается как результат финансовой нестабильности и подчеркиваются непреодолимый соблазн успеха и жажда «легких денег» для актеров и зрителей большого финансового спектакля 2002–2007 гг. Все три группы теоретиков едины во мнении, что кризис был вызван финансовыми инновациями.

Последний мировой финансовый кризис является звеном в цепочке кризисов, описанию которых посвящена обширная экономическая литература. Только в 1990-е гг. в мировой экономике произошло несколько кризисов, охвативших целые группы стран. В 1992–1993 гг. валютные кризисы испытали некоторые страны Европейского союза (Великобритания, Италия, Швеция, Норвегия и Финляндия). В 1994–1995 гг. сильный кризис, начавшийся в Мексике, распространился на другие страны Латинской Америки. В 1997–1998 гг. глобальный финансовый кризис начался в странах Юго-Восточной Азии (Корея, Малайзия, Таиланд, Индонезия, Филиппины), затем перекинулся на Восточную Европу (Россия и некоторые страны бывшего СССР) и Латинскую Америку (Бразилия).

Последний финансовый кризис отличается как глубиной, так и размахом – он, пожалуй, впервые после Великой депрессии охватил весь мир. «Спусковым крючком», приведшим в действие кризисный механизм, стали проблемы на рынке ипотечного кредитования США, которые начались еще в 2007 г.

Однако в основе кризиса лежат более фундаментальные причины, включая макроэкономические, микроэкономические и институциональные. Ведущей макроэкономической причиной оказался избыток ликвидности в экономике США, что, в свою очередь, определялось многими факторами, включая:

• общее снижение доверия к странам с развивающимся рынком после кризиса 1997–1998 гг.;

• инвестирование в американские ценные бумаги странами, накапливающими валютные резервы (Китай) и нефтяные фонды (страны Персидского залива);

• политику низких процентных ставок, которую проводила ФРС в 2001–2003 гг., пытаясь предотвратить циклический спад экономики США.

Под влиянием избыточной ликвидности активизировался процесс формирования рыночных пузырей – искаженной, завышенной оценки различных видов активов. В отдельные периоды такие пузыри формировались на рынках недвижимости, акций и сырьевых товаров, что стало важной составной частью кризисного механизма. Согласно данным межстрановых исследований, охватывавших длительные временные периоды, кредитная экспансия является одним из типичных условий финансовых кризисов.

Таким образом, риски развития кризиса в результате ослабления денежно-кредитной политики, реализовавшиеся в 2007–2008 гг., – не исключение, а общее правило.

На этом фоне способствовали наступлению кризиса и микроэкономические факторы – развитие новых финансовых инструментов (прежде всего структурированных производных облигаций). Считалось, что они позволяют снизить риски, распределяя их среди инвесторов и обеспечивая правильную оценку. На самом деле использование производных инструментов фактически привело к маскировке рисков, связанных с низким качеством субстандартных ипотечных кредитов, и к их непрозрачному распределению среди широкого круга инвесторов. Наконец, в числе институциональных причин отметим недостаточный уровень оценки рисков как регуляторами, так и рейтинговыми агентствами.

Мягкая денежно-кредитная политика, проводившаяся ФРС США с начала 2000-х гг., стимулировала выдачу банками кредитов. Среднегодовые темпы прироста банковского потребительского кредитования в 2003–2007 гг. были на уровне 5 %, прирост потребительских кредитов в III квартале 2007 г. составил 7,2 %.

Ключевую роль в развитии последнего кризиса сыграла асимметрия информации. Структура производных финансовых инструментов стала столь сложной и непрозрачной, что оценить реальную стоимость портфелей финансовых компаний оказалось практически невозможным. Поскольку кредитный рынок больше не мог эффективно выявлять потенциально неплатежеспособных заемщиков, он впал в паралич.

Развитие ситуации в финансовой сфере серьезно повлияло и на реальный сектор экономики. Вскоре после усугубления проблем в финансовой системе США вошли в рецессию. Национальное бюро экономических исследований США (NBER) – совет ученых-экономистов, считающийся официальным арбитром в определении времени начала и конца рецессии в стране – объявило, что рецессия в США началась еще в декабре 2007 г.

Постепенно финансовый кризис начал распространяться во всем мире. Американские корпорации приступили к срочной распродаже активов и выводу денег из других стран. По оценкам Банка Англии, суммарные потери от кризиса в экономиках США, Великобритании и ЕС составили 2,8 трлн. долл. ВВП США в III квартале 2008 г. снизился на 0,5 %, что оказалось самым значительным падением с 2001 г. из-за максимального за 28 лет сокращения потребительских расходов (на 3,8 %). При этом снижение данного показателя было несколько компенсировано увеличением расходов государства, ростом экспорта и снижением импорта. По оценке Бюджетного управления конгресса США, прирост ВВП в 2008 г. составил 1,2 %.

Объем задействованных в экономике США мощностей в ноябре 2008 г. упал до 75,4 % по сравнению с 76,3 % в октябре, что на 5,6 п.п. ниже среднего уровня в 1972–2007 гг. Индекс деловой активности в промышленности (ISM manufacturing index) в декабре 2008 г. снизился до 32,4 по сравнению с октябрьским значением в 36,2. Это самое низкое значение индекса с июня 1980 г., когда оно находилось на уровне 30,3. В 2007 г. его среднее значение составило 51,1. По данным министерства труда США, в декабре 2008 г. американская экономика потеряла 524 тыс. рабочих мест, а в целом за год – 2,6 млн. Это максимальный показатель с 1945 г., когда экономика страны перестраивалась на мирные рельсы. Уровень безработицы в США достиг 7,2 % – максимального показателя с 1992 г. (до начала финансового кризиса – 4,4 %). Если же учесть увольнения лиц, занятых частично, то он вырос до 13,5 % (в конце 2007 г. – 8,7 %). Объем строительства новых домов в США в ноябре 2008 г. снизился на 19 % относительно предыдущего месяца. Это самый низкий показатель с начала его наблюдения. По сравнению с ноябрем 2007 г. снижение составило 47 %. Объем продаж новых домов в 2008 г. оказался на 35,3 % меньше, чем в 2007 г.65

События в экономике США негативно повлияли на фондовые рынки в развитых и развивающихся странах. В 2007 г. фондовые рынки развивающихся стран росли опережающими темпами по сравнению с развитыми странами, чему способствовали портфельные инвестиции из ведущих мировых экономик. В 2008 г. массированный приток средств из-за рубежа на развивающиеся рынки прекратился, и динамика фондового индекса для развивающихся стран практически повторяет динамику ведущего американского фондового индекса. За 2008 г. индекс S&P500 сократился почти на 40 %, а индекс MSCI ЕМ – более чем на 50 %.

Наиболее развитые экономики испытали серьезный спад. Так, падение ВВП еврозоны составило 1,8 %. По оценкам Бюджетного управления конгресса США (БУК), представленным в «Перспективах экономики и бюджета в 2009–2019 гг.», в 2009 г. США характеризовало сильное сокращение экономической активности. Реальный ВВП без учета программы стимулирования экономики снизился на 2,2 %, а реальное потребление – более чем на 1 %. В 2010 г. реальный ВВП вырос на 1,5 %. БУК прогнозировал дальнейшее снижение средней стоимости недвижимости еще на 14 % до конца 2010 г. Бюджетный дефицит в США в 2009 г. был самым крупным со времен Второй мировой войны. Он составит 1,2 трлн. долл., или 8,3 % ВВП. Вступление в силу программы стимулирования экономики увеличило бюджетный дефицит, но в 2010 г. он снизился до 4,9 % ВВП. Расходы правительств штатов и муниципалитетов лишь немного смягчили спад экономической активности.

По оценкам БУК, рецессия в США продлилась до середины 2009 г. (19 месяцев) и стала самой долгой со времен Второй мировой войны (рецессии 1973–1974 и 1981–1982 гг. длились по 16 месяцев). Последний кризис оказался и самым глубоким в послевоенный период – в течение 2011–2012 гг. ВВП был на 6,8 % ниже своего потенциала (уровня, возможного при полном использовании производственных и кадровых ресурсов). Тем не менее, эта рецессия не привела к самому высокому уровню безработицы. Она выросла до 9,2 % в начале 2010 г. (с 4,4 % в конце 2006 г.), но все равно была ниже, чем в конце экономического спада 1981–1982 гг. (10,8 %).

Рецессия в 2009 г. оказалась самой глубокой в мировом масштабе по сравнению с предыдущими кризисами (1,0 %). До этого наиболее значительные замедления мировой экономики наблюдались в 1975 г., когда глобальный рост составил всего 0,93 % по отношению к предыдущему году, и в 1980 г., когда его значение приблизилось к нулю (0,3 %).

В ближайшие годы «локомотивами» мирового экономического роста будут Китай и Индия. Ситуация в этих странах разная.

Экспортоориентированной экономике Китая было нелегко заместить падение внешнего спроса внутренним. Даже реализация пакета антикризисных мер в 570 млрд. долл. не предотвратило сильного снижения темпов роста, с 9 % до 6 %. На фоне сокращения прямых иностранных инвестиций темпы роста ВВП Индии составили 5,8 % в 2009 г. по сравнению с 6,3 % в 2008 г.

ВВП еще одной динамично развивающейся страны – Бразилии – в 2009 г. вырос на 2,8 % по сравнению с 5,2 % в 2008 г. Уровень инфляции выравнивался под влиянием политики ЦБ страны по повышению процентной ставки и на фоне падения цен на товары. Инфляция потребительских цен снизилась с 6,3 % в 2008 г. до 4,8 % в 2009 г. По оценкам аналитиков, дефицит счета текущих операций в Бразилии в 2008 г. составил 1,9 % ВВП. Впервые с 2002 г. страна столкнулась с отрицательным сальдо по этому счету^66.

Последовательно снижается и ожидаемый уровень мировых цен на нефть. С учетом прогноза изменения мирового спроса на нефть, в перспективе ожидать превышения этого значения не приходится. Такой вывод подтверждается последним долгосрочным исследованием ОПЕК. Ее эксперты отмечают возросшее влияние на процесс ценообразования инвесторов и биржевых спекулянтов, которые оценивают нефть не по ее потребительским свойствам, а в качестве привлекательного с финансовой точки зрения актива. И если в 2003 г. на Нью-Йоркской товарно-сырьевой бирже на один реально проданный баррель нефти приходилось шесть «бумажных», то к 2008 г. этот показатель превысил 18.

Согласно прогнозу ОПЕК темпы роста населения в 2006–2015 гг. будут выше, чем в 2015–2030 гг. (соответственно 1,1 % и 0,9 % в год). Кроме того, во второй половине рассматриваемого периода начнется сокращение численности населения трудоспособного возраста, что окажет влияние на экономическую активность и снижение потребления энергии^67.

Глава 4. ФИНАНСОВЫЕ ПИРАМИДЫ И ФИНАНСОВЫЕ ПУЗЫРИ

4.1. Сущность финансовых пирамид

В Египте уже более 5 тыс. лет находятся около сотни каменных пирамид фараонов. Самая крупная из них, пирамида Хеопса, первоначально имела высоту 146,6 м, в наше время ее высота составляет 137,7 м. Если предположить, что эта пирамида и далее будет «врастать» в землю с прежней скоростью, то она исчезнет с земли лишь через 77,5 тыс. лет. Если же учесть, что земля под пирамидой уплотнилась в максимально возможной степени, и далее процесс «врастания» либо замедлится, либо прекратится вообще, то пирамида Хеопса (как и другие в этой долине) может простоять миллионы, а может быть и миллиарды лет.

Совсем другая участь финансовых пирамид. Финансовая пирамида представляет собой такую схему организации инвестиционного бизнеса, в которой доход по привлеченным денежным средствам выплачивается не за счет их вложения в прибыльные активы, а за счет привлечения все новых инвесторов и денежных средств. При этом потенциальных инвесторов побуждают вкладывать денежные средства обещанием и выплатой первым из них больших доходов за счет последующих клиентов. Таким образом, в пирамидальной схеме огромное количество людей «внизу» пирамиды платит деньги малочисленной верхушке, а каждый новый участник платит деньги за шанс продвижения наверх и получения дохода от взносов других людей, которые могут присоединиться позднее. Следует отметить, что принципиальным отличием финансовой пирамиды от реального бизнес-проекта является источник выплаты дохода. Если сумма выплат дохода стабильно превышает размер прибавочной стоимости, которую обеспечивает данный бизнес, то данный проект является пирамидой^68.

Для того чтобы сделать финансовую пирамиду максимально привлекательной, обеспечив тем самым постоянное расширение ее финансовой базы и, соответственно, круга лиц, желающих вложить в нее деньги, организаторы пирамидальной схемы поддерживают доходность капиталовложений инвесторов выше рыночной. При этом с помощью недобросовестной рекламы внешне финансовая пирамида может представляться не только как высокодоходный, но и надежный инвестиционный проект, общественно полезный, с солидными гарантиями. Однако со временем, когда возможности выплачивать обещанные доходы становятся все более ограниченными, объемы финансовых обязательств возрастают в геометрической прогрессии, а у инвесторов начинает расти ожидание риска, финансовая пирамида становится все более неустойчивой, чувствительной к любым слухам. В момент поступления плохих новостей среди инвесторов возникает паника, начинается массовое предъявление требований о возврате вложенных средств и обещанного дохода. Закономерным итогом такой ситуации становится крах финансовой пирамиды, в результате которого инвесторы остаются с обесцененными финансовыми инструментами на руках и несут всю тяжесть денежных потерь.

Финансовые пирамиды могут быть организованы на основе различных инструментов. Это могут быть договоры займа, траста, селенга, страхования, договоры на продажу товаров народного потребления (автомобилей, бытовой техники и т. д.) и жилья по низким ценам, условием которых является предоплата с отсрочкой получения, а также ценные бумаги (акции и облигации) и суррогаты ценных бумаг. Одним из важнейших принципов деятельности финансовых пирамид, использующих в качестве финансового инструмента ценные бумаги и их суррогаты, является принцип самокотировки, создающий иллюзию ликвидности. Как правило, котировку ценных бумаг осуществляют сами эмитенты или близкие к ним (аффилированные) структуры, создавая тем самым иллюзию их ликвидности. Самокотировка ценных бумаг сочетается с пирамидальной системой выплат, при которой первым инвесторам дивиденды или проценты начисляются за счет последующих продаж ценных бумаг их новым владельцам по все возрастающей цене. При массовом сбросе ценных бумаг (суррогатов ценных бумаг), на которых основана финансовая пирамида, их рыночные курсы резко падают, а организаторы финансовой пирамиды оказываются не в состоянии поддерживать рыночную стоимость и ликвидность. Если же организаторы финансовой пирамиды при ее основании принимали на себя обязательства по выкупу выпущенных ими ценных бумаг по фиксированным ценам, то у них возникает катастрофический дефицит денежных средств для покрытия этих обязательств, и финансовая пирамида разваливается^69.

Принцип пирамиды использует не только частный бизнес. Именно он лежит в основе любой схемы пенсионного обеспечения, основанной на распределительном механизме, – пенсионеры получают пенсии за счет ныне работающих граждан. Такой механизм работает без сбоев в условиях, пока число работающих граждан существенно превышает число пенсионеров. Когда соотношение изменяется, то система пенсионного обеспечения дает сбой. В свое время по принципу пирамиды в России для покрытия дефицита федерального бюджета выпускались так называемые государственные краткосрочные обязательства (ГКО). Государство было вынуждено непрерывно наращивать ставку заимствований, а когда выплаты стали невозможными (в августе 1998 г. новые выпуски ГКО невозможно стало разместить даже под 300 % годовых), «пирамида ГКО» обрушилась, результатом чего стал дефолт 1998 г.

Совсем другое дело, когда финансовая пирамида изначально создается в мошеннических целях. Как правило, организаторы таких схем попросту присваивают значительную часть денежных средств инвесторов. В мировой практике известно большое количество финансовых пирамид.

Первые из них возникли в Голландии (1630 г.), Англии (1711 г.) и Франции (1717 г.). Однако наибольшую известность получила финансовая пирамида, созданная в США в 1919 г. эмигрантом из Италии Карло Понти. В 1920 г. пирамида К. Понти рухнула. От его аферы пострадали 40 млн. вкладчиков, сумма ущерба составила 15 млн. долл.

Из последних примеров следует выделить пирамиду, созданную Бернардом Мэдоффом, который еще в 1960-х гг. стал известен в США как один из столпов американского фондового рынка, а в 1980-х гг. организовал внебиржевую площадку НАСДАК^70. В 2000-е гг. возглавляя хедж-фонд «Мэдофф Секьюритис Интернешнэл», который работал по принципу финансовых пирамид, Б. Мэдофф благодаря безупречной репутации и определенному авторитету проник в высшие круги финансовой элиты мира, куда входили частные лица-миллиардеры, президенты венчурных фондов, директора крупнейших мировых банков, и заручился их поддержкой. Фирмы, работавшие с его фондом, были жестко связаны с самим мошенником, а аудиторская компания, проверявшая его деятельность, состояла всего из трех человек и была малоизвестна.

Отлаженная финансовая пирамида дала сбой в разгар экономического кризиса в 2009 г. От деятельности Б. Мэдоффа пострадали крупнейшие банки и инвестиционные фонды мира, а также сотни тысяч частных инвесторов. Общий ущерб инвесторов оценивается в 65 млрд. долл. Это самая крупная финансовая пирамида подобного рода в мире.

4.2. Финансовые пирамиды в Российской Федерации

Многочисленные мошенничества с использованием механизма финансовой пирамиды имели место и в современной российской истории (табл. 18). Всего в России с 1991 по 2008 г. сотрудниками подразделений экономического департамента органов внутренних дел выявлено (с учетом мелких пирамид) 518 финансовых пирамид, похитивших более чем у 1,2 млн. граждан свыше 1,4 трлн. руб.71

Таблица 18

Наиболее крупные финансовые пирамиды в РФ за 1991–2008 гг.

Источники: 1. Пирамиды не кончаются // РБК daily: ежедн. интернет-изд. 2008. 27 окт. URL: http://www.rbcdaily.ru/2008/10/27/finance/387669

2. Уголовные дела в отношении организаторов «финансовых пирамид». URL: http://www.mvd.ru/news.1788/

Разоблачение мошенников, принятие нормативно-правовых актов по защите прав вкладчиков привели к изменению форм деятельности финансовых пирамид. Они стали позиционировать себя как организаторы сетевого маркетинга, различные клубы, общества поддержки предпринимателей, инновационные фонды, появились жилищные и строительные пирамиды.

Основные причины возникновения финансовых пирамид в России: вечное желание россиян быстро и легко заработать, элементарная финансовая безграмотность, недостаточная эффективность надзора и контроля за деятельностью финансовых пирамид со стороны государства, бурное развитие (особенно в 2000-е гг.) финансового рынка, в том числе и рынка ценных бумаг, и рынка недвижимости.

Количество финансовых пирамид возрастает не только в благоприятной экономической ситуации, но и в условиях экономических кризисов, вызывающих резкое ухудшение экономической и социальной ситуации в стране, девальвацию отечественной валюты, инфляцию и, как следствие, обесценение сбережений населения, ухудшение условий кредитования. В такой ситуации перед финансовыми компаниями, лишившимися законного заработка, вполне может возникнуть соблазн трансформации своей деятельности в мошеннические схемы. Поэтому не случайным представляется тот факт, что многие специалисты прогнозируют активизацию деятельности в России различного рода финансовых структур, имеющих признаки финансовых пирамид. И, прежде всего, это относится к тем секторам финансового рынка, где ослаблен, отсутствует либо крайне затруднен государственный контроль и надзор.

Речь в первую очередь идет о финансовых структурах, построенных по схеме взаимного кредитования, в частности, о потребительских кооперативах (КПК), создаваемых для целей кредитования и сбережения средств физических лиц, а также приобретения жилья, потребительских ипотечных кооперативах (ПИК), которые осуществляют деятельность по привлечению и использованию денежных средств граждан – своих членов на приобретение или строительство жилых помещений на территории РФ, жилищных накопительных кооперативов (ЖНК), функционирование которых регламентируется Федеральным законом от 30.12.2004 № 215-ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах».

После того как рухнул ряд финансовых пирамид, построенных по принципам КПК, ПИК и ЖНК, появилась целая армия «обманутых вкладчиков», а правоохранительные органы, другие органы государственной власти, профессиональное сообщество участников финансового рынка начали активную работу по пресечению деятельности финансовых пирамид – эти структуры стали действовать гораздо осторожнее.

Финансовые пирамиды представляют собой одну из наиболее распространенных и опасных моделей криминального поведения в сфере финансовых инвестиций. Их действия потенциально имеют огромную экономическую и социальную опасность. В результате крушения финансовых пирамид, как правило, в наибольшей степени страдают самые социально незащищенные слои населения. Это подрывает доверие рядовых граждан к финансовому сектору в целом, его институтам и инструментам, снижая тем самым сберегательную активность населения, особенно касающуюся вложения денег в ценные бумаги, а также формирует у населения негативное отношение к государству, которое, по мнению пострадавших вкладчиков, не обеспечило надлежащей защиты их прав и законных интересов. В конечном итоге все это приводит к снижению объема инвестиций, играющих важную роль в экономике любой страны. Поэтому в современных условиях государство должно уделять пристальное внимание вопросам пресечения деятельности структур, имеющих признаки финансовых пирамид.

4.3. Крупнейшие финансовые пирамиды

Однако наиболее крупные финансовые пирамиды в конце XX – начале XXI вв. возникли в ряде развитых стран на национальном уровне. Так, инвестиционный бум в США в 1990-е гг. основывался на постоянно расширяющемся доступе к новым каналам заимствований. Рост задолженности американских корпораций, включая финансовые институты, был связан со спекулятивной деятельностью в духе К. Понти. Результатом инвестиционной интернет-лихорадки стало создание ряда крупных мошеннических структур пирамидального типа, усиление хрупкости национальной финансовой системы. Фиаско таких компаний, как LTCM и Enron, активно использовавших деривативы и специальные финансовые инструменты, продемонстрировало, насколько тонко фирмы могли манипулировать своей финансовой отчетностью, чтобы увеличить финансовый рычаг.

Как видно из табл. 19, если в 2000 г. общий объем непогашенного долга (государства, корпоративный, домохозяйств) составлял 30,12 трлн. долл. и в 3 раза превышал ВВП, то к 2013 г. ситуация существенно ухудшилась – общий объем долга достиг 78,5 трлн. долл., что в 4,7 раза выше ВВП. Большая часть таких долгов в США, как и во многих других развитых странах, представляет собой пирамидальные схемы типа К. Понти: главным образом фиктивные активы, которые никогда не могли бы материализоваться в виде любых реальных ценностей. Это подтверждается ростом числа корпоративных дефолтов в американской экономике за последние годы.

Таблица 19

Основные макроэкономические показатели США за 2000–2013 гг.

Источники: 1. Данные Министерства финансов США.

2. Данные ФРС.

3. Данные Всемирного банка.

4. Расчеты авторов на основе официальных данных.

Если на 1 января 2014 г. валовой долг федерального правительства составлял 17,45 трлн. долл. (104,8 % к ВВП), то согласно осторожным прогностическим оценкам БУК (Бюджетное управление Конгресса)72 в 2015 г. он достигнет 18,1 трлн. долл., а к 2020 г. может достичь 23,1 трлн. долл… И хотя БУК прогнозирует, что в ближайшие 10 лет валовой долг федерального правительства будет примерно равняться номинальному ВВП, следует помнить, что общепринятой границей безопасности этого долга считается 60 % от ВВП.

Как показывает мировой и отечественный опыт, бурный рост экономики (например, в 2000–2008 гг.), когда доходы населения существенно возрастают, а также период экономических кризисов (например, 2008–2009 гг.), когда теряется доверие к традиционным финансовым институтам и формам сбережения денежных средств, нередко становятся благоприятной почвой для активизации деятельности финансовых пирамид и различного рода финансовых структур, имеющих признаки финансовых пирамид. В этом смысле, на наш взгляд, самой крупной в мире в наше время является долговая пирамида США, основу которой составляет процесс безудержного печатания ФРС ничем не обеспеченных долларов.

Важнейшей причиной турбулентности в современном финансово-экономическом положении в США является огромная долговая зависимость федерального правительства. Долг является той ценой, которую американская экономика платит за свое удержание «на плаву». Но пирамида долговой зависимости федерального правительства создает угрозу внезапного финансового кризиса, который может наступить в том случае, если величина валового федерального долга значительно превысит ВВП. В настоящее время США вплотную подошли к этому порогу.

Так, американские аналитики указывают на существование связи между долгом федерального правительства и усилением воздействия ФРС и стоящей за ней финансово-банковской системы США на формирование экономической политики США в широком смысле этого слова. Эту связь прояснил М. Экклз, бессменный председатель ФРС в 1934–1948 гг., который, по сути, и явился главным архитектором и творцом современной роли «ЦБ США» как в американской, так и в мировой экономике. В 1941 г., выступая на слушаниях в Конгрессе и отвечая на «наивные» вопросы конгрессменов об отношении ФРС к дефицитному финансированию и росту долга федерального правительства США в тот период, и в частности, на вопрос о том, откуда ФРС берет деньги на приобретение федеральных ценных бумаг, М. Экклз ответил:

«– Мы создаем их.

– За счет чего?

– На основе нашего права эмитировать кредитные деньги.

– И что, за эмиссией денежной массы больше ничего не стоит?

– Так работает американская система денежного обращения. Если бы не было государственных долгов, то не было бы и денег как таковых»73.

Мировой финансово-экономический кризис 2008–2009 гг. явился своеобразным «моментом истины» алгоритма фундаментальной роли государственных долговых пирамид в финансовой системе США.

Разработанная в недрах ФРС и Уолл-стрит летом 2008 г. хитроумная схема бюджетизации долгов («токсичных бумаг») частных финансовых институтов США стала стремительно претворяться в жизнь после банкротства банка «Lechman Brothers» в сентябре 2008 г. В результате, если до начала ипотечного кризиса в августе 2007 г. главным долговым обязательством ФРС, отраженным на ее балансовых счетах, была обращающаяся в американской и мировой экономике денежная масса (М0) в сумме 814 млрд. долл., то к концу 2009 г. главной формой задолженности стали резервы входящих в систему ФРС частных банков, которые выросли с 6 млрд. долл. в июле 2007 г. до 1022 млрд. долл. к концу 2009 г., т. е. более чем в 170 раз!74

Но если «в ходе кризиса ФРС финансировала свою деятельность главным образом за счет создания банковских резервов»75, то в ноябре 2010 г. ФРС США нашла «фундаментальное» решение проблемы бюджетного дефицита США. Приняв решение о досрочном выкупе ценных бумаг на сумму 600–900 млрд. долл., ФРС тем самым (по согласованию с Белым домом) встала на путь латания бюджетных дыр с помощью печатного станка: бюджетный дефицит 5 % ВВП? Напечатаем 700 млрд. долл. Бюджетный дефицит 10 %? Напечатаем 1400 млрд. долл.76

4.4. Моральные риски и финансовые пузыри

Помимо рисков, характеризующих состояние госфинансов и экономики в целом, значимой предпосылкой кризисов выступает накопление уязвимых мест собственно в финансовой системе. Среди причин можно указать проблемы морального риска и ценовых пузырей. Возникновение первой связано с широким распространением после Великой депрессии схем страхования депозитов. Это снизило риск банковского кризиса, связанного с «набегом на банки», но подобная политика снижает стимулы вкладчиков к мониторингу деятельности банков. Соответственно возникает проблема морального риска – применения банками излишне рискованных стратегий в условиях, когда исчезает дисциплинирующий эффект массового отзыва депозитов. Застрахованность банков от отзыва депозитов дополнительно приводит к эффекту отрицательного отбора, в соответствии с которым в отрасль будут приходить наиболее склонные к риску предприниматели.

Наряду со снижением риска отзыва депозитов причиной проблемы морального риска для крупных банков может быть так называемый эффект «столь крупные организации нельзя обанкротить» (Too big to fall). Он предполагает, что как сами подобные организации, так и все их кредиторы (не только держатели депозитов) сознают, что в случае проблем государство поможет их решить. У него действительно могут быть подобные стимулы, в противном случае возможна масштабная дестабилизация системы, которая сопряжена для государства с еще большими издержками. Данный эффект имел место не только в преддверии глобального кризиса 2007–2009 гг., но и в предыдущие десятилетия^77.

Как показывает опыт, важным фактором накопления дисбалансов в финансовой системе выступает формирование ценовых пузырей. Под таким пузырем понимается длительный период отклонения цены на актив от ее значения, определяемого фундаментальными факторами. Наибольшее распространение получили пузыри на рынках недвижимости и акций, однако в последнее время активно обсуждается проблема формирования спекулятивных пузырей на рынке нефти. Этому способствует быстрое развитие рынка соответствующих производных финансовых инструментов.

Финансовые пузыри имеют долгую историю, начиная с «тюльпаномании» в Голландии в XVII в. и фондового краха «Компании Южных морей» в Англии в 1720 г. На практике возникновение пузырей зачастую служило значимым предиктором крупных кризисов, хотя только около 1/4 бумов на жилищном и фондовом рынках завершились финансовыми кризисами^78. При этом пузыри на рынке недвижимости чаще приводят к кризисам (в 40 % случаев), причем обычно более масштабным.

Так, «большой пятерке» банковских кризисов (Испания, 1977 г.; Норвегия, 1987 г.; Финляндия, 1991 г.; Швеция, 1991 г.; Япония, 1992 г.), как и глобальному кризису 2007–2009 гг., предшествовала характерная динамика цен на жилье (в последнем случае – в США): за 5 предкризисных лет они в среднем повышались более чем на 30 %, а пика достигали за 1,5 года до начала кризиса.

Таким образом, важнейшими показателями возникновения финансовых пузырей являются следующие:

• резкое ускорение роста цен на залоговые активы, т. е. реальной цены на недвижимость и реальных курсов акций;

• резкий приток внешнего капитала;

• рост мировых цен на сырье;

• рост цен на фьючерсы на нефть, на металлы (когда они отрываются от фундаментальных обоснований и парят в небесах ничуть не меньше, чем биржевые индексы);

• рост госдолга (повышается вероятность валютного кризиса, т. е. усиливается риск девальвации или гиперинфляции).

Единого мнения о причинах возникновения ценовых пузырей пока нет. Один подход подчеркивает их «иррациональную» природу. Согласно этим представлениям, рост цен на определенный класс активов привлекает в соответствующий сегмент большое количество новых инвесторов. Они, как правило, хуже осведомлены об особенностях данного сегмента и зачастую используют стратегии, основанные на простой экстраполяции ценовой динамики. Меньшинство лучше осведомленных инвесторов, которые используют стратегии, учитывающие фундаментальные факторы, в этих условиях оказываются в проигрыше и также переключаются на экстраполяцию, что приводит к дальнейшему росту пузыря. Рост цен на активы, в свою очередь, вызывает рост кредитования, инвестиций и потребления. Однако в определенный момент (например, когда отношение суммарной стоимости активов к выпуску превышает некоторый порог) происходит обратная, негативная координация ожиданий инвесторов, что обусловливает «негативную» экстраполяцию и снижение цен на активы до фундаментального уровня или даже ниже его, то есть «сдувание» пузыря.

Очевидно, гипотеза об иррациональности имеет ряд нормативных аспектов. Они касаются, например, повышения информированности агентов путем ужесточения требований по раскрытию информации, а также опасности поддержания низких процентных ставок из-за повышения стимулов к вложениям в «быстрорастущие» сегменты активов.

Альтернативная точка зрения состоит в том, что ценовые пузыри могут быть «рациональными»: участники рынка осознают, что цена завышена по сравнению с фундаментальными значениями, но это не останавливает ее повышательный тренд. Причина в том, что ценность актива заключается не в ассоциирующихся с ним денежных выплатах (например, дивидендах), а собственно в потенциале его цены к росту.

По мнению некоторых исследователей^79, подобный подход реалистично отражает настроения инвесторов в периоды формирования пузырей. В этом случае, разумеется, макроэкономические власти не должны влиять на цену активов. Аналогичная рекомендация справедлива и при более слабых предпосылках: если макроэкономические власти не обладают дополнительной информацией или не «более рациональны» по сравнению с частными инвесторами, их вмешательство в процесс ценообразования будет контрпродуктивным.

Глава 5. МИРОВАЯ ФИНАНСОВАЯ ПИРАМИДА

5.1. Мировые ростовщики

Валентин Юрьевич Катасонов^80 в своей книге «Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации» очень жестко, но, на наш взгляд, вполне справедливо, дал описание механизма действия мировой финансовой пирамиды. С помощью этого механизма небольшая кучка мировых ростовщиков – семейных кланов миллиардеров – как насосом выкачивает финансовую дань практически почти со всех стран мира через систему аффилированных с ними банков. Он пишет буквально следующее: «…ростовщики, как финансовые спруты, собирают дань со всего мира; деньги стекаются в банки главных ростовщиков из США, Европы, Японии, стран с переходной экономикой, развивающихся стран. Российская экономика также оказывается важным данником мировых ростовщиков. Следовательно, можно говорить о «мировой ростовщической пирамиде».

В настоящей главе, опираясь именно на его представления и описания, мы попытались, во-первых, воссоздать эту пирамиду графически (рис. 14) и, во-вторых, раскрыть механизм ее действия. Образно В. Ю. Катасонов разделил пирамиду на 3 яруса: ярус бенефициаров^81, ярус посредников и ярус плательщиков финансовой дани (или, как он ее назвал, «питательной финансовой субстанции»).

1. Верхний ярус – мировая финансовая олигархия, которая не имеет определенной «прописки». Данную социальную группу можно назвать «золотым миллионом» человечества. В основном это главные акционеры частной конторы под названием Федеральная резервная система США (вместе с семействами, тесно связанными деловыми и родственными узами с хозяевами ФРС). Но главные акционеры и сама контора не имеют четкой «привязки» к Соединенным Штатам. Просто там находится главное «орудие производственной деятельности» мировой финансовой олигархии – печатный станок. При необходимости «орудие» можно перенести в другую страну, можно также поменять название производимого «продукта» – вместо доллара будет, например, амеро, юань, евро и т. д.

Важную функцию в этом ярусе выполняют международные финансовые институты: Международный валютный фонд; группа Всемирного банка, в которую входит Международный банк реконструкции и развития; Банк международных расчетов; Европейский банк реконструкции и развития; Европейский центральный банк. Финансовые сделки, которые проводятся через эти и подобные им институты, позволяют извлекать дополнительную прибыль от перемещения капитала в зависимости от изменения конъюнктуры мирового финансового рынка в различных его центрах. Тем самым они ведут к спекулятивной ориентированности рынка, к опасному отрыву финансовых сделок от реальных экономических операций. Существующий порядок в мировой финансовой системе подчиняется, таким образом, интересам стран «золотого миллиарда» (ЗМ), финансовые институты которых занимают в ней ведущее положение и могут получать выгоды за счет слабейших, нанося им ущерб.

Рис. 14. Мировая финансовая пирамида

«Питательная финансовая субстанция» в денежной форме сосредоточивается в основном в виде прибыли на счетах ведущих частных банков, находящихся под контролем (и в собственности) мировых ростовщиков. Причем конторы таких банков могут находиться за тысячи километров от США и штаб-квартиры ФРС в Вашингтоне. Такие организации можно назвать ассоциированными банками (банки, напрямую связанные с ФРС).

Большая часть таких банков вошла в список так называемых мировых финансовых учреждений (МФУ), которые были определены как «системообразующие» (список был составлен Советом по финансовой устойчивости в конце 2009 г.). Всего в списке 24 банка, причем все они определены как транснациональные банки (ТНБ):

• пять американских (Goldman Sachs, JP Morgan Chase, Morgan Stanley, Bank of America – Merril Lynch, Citigroup);

• четыре японских (Mizuho, Sumitomo Mitsui, Nomura, Mitsubishi UFJ);

• четыре британских (HSBC, Royal Bank of Scotland, Standard Charted, Barclays);

• два швейцарских (UBS, Credit Swiss);

• два французских (Societe General, BNP Paribas);

• два испанских (Santander, BBVA);

• два итальянских (Banca Intesa, UniCredit);

• один канадский (Royal Bank of Canada);

• один германский (Deutsche Bank);

• одна голландская банковско-страховая группа (ING).

Кроме того, в список МФУ вошли шесть страховых компаний: Аха (Франция), Aegon (Нидерланды), Aviva (Великобритания), Zurich Financial (Швейцария), Swiss Re (Швейцария), Allianz (Германия).

Для того чтобы «питательная субстанция» была в полной сохранности, международные ростовщики предпочитают «складировать» ее в офшорах, а также различных «благотворительных фондах», не облагаемых налогами («внутренних» оффшорах). В периоды кризисов приток «питательной субстанции» на «склады» мировых ростовщиков резко увеличивается. Часть накопленной дани из монетарной формы ростовщики при благоприятной конъюнктуре переводят в немонетарную. То есть происходит трансформация активов с абсолютной ликвидностью в активы с более низкой ликвидностью. При изменении конъюнктуры может происходить обратный процесс.

Таким образом, современную мировую экономику можно представить, как систему «сообщающихся сосудов»: в одних сосудах находятся монетарные активы, в других – немонетарные. При этом ресурсы из одних «сосудов» перетекают в другие. Этим процессом управляют хозяева ФРС, опираясь на филиалы Федерального резерва в разных странах (так называемые «национальные» центральные банки) и ассоциированные банки. Главный инструмент управления – деньги, предложение которых может уменьшаться и увеличиваться, при этом денежное предложение дифференцировано по странам, рынкам, отраслям и отдельным корпоративным структурам.

Имеются цифры, которые показывают, какой объем ресурсов сосредоточивается на верхнем ярусе мировой пирамиды. По данным ООН, на середину прошлого десятилетия 358 семей – кланов миллиардеров имели доход, превышающий в долларовом выражении совокупные доходы 45 % населения Земли (т. е. около 27 трлн. долл.).

2. Средний ярус – экономики развитых стран, куда принято относить страны, входящие в ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития). Сюда входят не только страны Европы, Япония, более мелкие экономически развитые страны, но также США. Последние для мировой финансовой олигархии представляют лишь «площадку» для построения своей пирамиды. Все это страны «золотого миллиарда».

Экономики стран ЗМ представляют собой механизмы, которые обеспечивают:

а) собственное производство «финансовой субстанции» и ее накопление;

б) сбор и накопление «финансовой субстанции», которая производится на нижнем ярусе мировой ростовщической пирамиды.

Собственное производство экономически развитых стран опирается на национальную промышленность, сельское хозяйство, строительство. В последние десятилетия наблюдается тенденция сворачивания собственного производства экономически развитыми странами (процесс деиндустриализации) и превращения их во все большей мере в «посредников» между верхним и нижним ярусами мировой ростовщической пирамиды^82.

Накопление «финансовой субстанции», созданной как на среднем, так и на нижнем этажах пирамиды, осуществляется в экономически развитых странах в первую очередь с помощью бюджетной системы (сбор «финансовой субстанции» в виде налогов и сборов).

Также активно задействуются так называемые «национальные» центральные банки – филиалы ФРС США (в Европейском союзе – наднациональный банк, который называется «Европейский центральный банк»). Эти филиалы управляют перераспределением общественного продукта и национального богатства (финансовой субстанции) в пределах своих стран в пользу тех 24 банков, которые мы назвали «ассоциированными». Они также организуют получение «финансовой субстанции» с нижнего яруса, используя такие средства, как свободно конвертируемые валюты (эмиссия таких валют является привилегией среднего яруса) и завышенный по отношению к денежным единицам стран нижнего яруса валютный курс своих денежных единиц.

Финансовая олигархия стран среднего яруса относится к олигархии «второго сорта» – она выполняет функции концентрации «финансовой субстанции» в своих банках. Периодически накопленные ими «запасы» «экспроприируются» олигархами «первого сорта», т. е. мировыми ростовщиками, находящимися на верхнем ярусе «пирамиды». Финансовая олигархия «второго сорта» не имеет никакого иммунитета против банкротств и разорения. Эту олигархию не надо путать с теми олигархами, которые имеют свои конторы (ассоциированные банки) на территории стран второго яруса, но относятся к касте мировых ростовщиков.

Довольно часто страны ЗМ относят к вершине мировой финансовой пирамиды – для того чтобы замаскировать наличие еще более высокой инстанции (верхний ярус), находящейся вне географического и административно-политического пространства.

Так, известный финансист Джордж Сорос оперирует термином «центр международной рыночной системы», под которым он понимает страны ЗМ. Он писал: «Чтобы понять, почему рыночный фундаментализм и американский гегемонизм тесно связаны друг с другом, важно осознать, что глобальные рынки приносят выгоду странам, находящимся в центре международной рыночной системы, в особенности США. Финансовые рынки «всасывают» бόльшую часть сбережений и прибыли, создаваемых в мире, перекачивают их в центр, откуда они снова отправляются на периферию либо непосредственно через финансовые инструменты вроде акций и облигаций, либо опосредованно через транснациональные корпорации. Центр является поставщиком финансовых и всех прочих услуг, начиная от информации и высшего образования и заканчивая развлечениями, и одновременно «базой» для большинства транснациональных корпораций. Поэтому он получает львиную долю всех доходов… Главной резервной валютой является доллар, а все существующие международные финансовые учреждения находятся под влиянием США и других стран, образующих центр международной рыночной системы. Именно они определяют политику»83.

Из приведенной цитаты видно, что известный финансист рассматривает США и другие развитые страны в качестве «центра международной рыночной системы», в который стекаются ресурсы с периферии мирового капитализма. То есть они рассматриваются «конечной точкой» движения ресурсов. Может возникнуть впечатление, что бенефициарами такой системы являются все живущие в странах «центра», т. е. «золотой миллиард». Между тем конечными бенефициарами являются очень немногие ростовщики (условно – «золотой миллион»), которые имеют чисто формальные связи со странами «центра». Строго говоря, даже не они, а конторы их банков и компаний, зарегистрированные в государствах «центра» и получающие от этих государств необходимую поддержку и «подпитку». Сорос вскользь об этом и говорит, называя страны «центра» «базой» для большинства транснациональных корпораций. Сами ростовщики – крайние космополиты, и выбор места своего физического нахождения они определяют лишь на основе критериев личного комфорта и безопасности.

3. Нижний ярус – экономики развивающихся стран (с некоторыми оговорками сюда можно включить также страны с переходными экономиками, т. е. бывшие социалистические страны). Будем называть их странами периферии мирового капитализма (ПМК). Именно на этом этаже сегодня создается основная часть всей «финансовой субстанции» мировой экономики. Бόльшая часть этой «субстанции» уходит на средний ярус. Для этого используются различные механизмы (методы):

а) неэквивалентный торговый обмен («ножницы цен»);

б) заниженный курс валют развивающихся стран;

в) перевод доходов от частных иностранных инвестиций;

г) платежи по обслуживанию долгов (долгов по государственным кредитам стран второго яруса);

д) накопление международных резервов (с использованием валют стран среднего яруса);

е) «долларизация» экономики;

ж) организация «обвалов» на финансовых и нефинансовых рынках развивающихся стран и последующая скупка активов на этих рынках;

з) иные методы (в том числе прямой колониальный грабеж, не прикрытый «фиговыми листочками» товарно-денежных отношений).

5.2. Валютный курс как инструмент международного грабежа

Среди методов перевода стоимости («питательной финансовой субстанции») с нижнего яруса на средний сегодня особо большая роль принадлежит использованию развитыми странами завышенного курса своих валют по отношению к валютам стран ПМК. Соответственно, курсы валют стран ПМК по отношению к валютам развитых стран оказываются заниженными.

Это выражается в отклонении курсов валют от паритета покупательной способности (ППС) сравниваемых валют. ППС – это соотношение цен на товары и услуги стран, валюты которых сравниваются по своей покупательной способности. Для оценки соотношения цен определяется набор товаров и услуг, так называемая «корзина». Расчеты ППС многих валют уже на протяжении ряда лет осуществляют различные международные и национальные организации.

Рассмотрим ситуацию на примере Российской Федерации. ППС рубля и доллара США публикуются в сборниках Росстата. По данным Росстата, покупательная способность доллара США в 2013 г. примерно была равна покупательной способности 15 рублей. А на валютном рынке 1 доллар в том же году можно было купить примерно за 32 рубля. Получается, что фактический валютный курс рубля по отношению к доллару США в 2013 г. был занижен (если его сравнивать с ППС двух валют) более чем в 2 раза. В отдельные годы прошлого десятилетия курс рубля по отношению к доллару США был занижен в 3 раза и более. Что это означает для России?

Во-первых, что Россия, экспортируя свое сырье (прежде всего нефть, природный газ, древесину, металл и т. п.), которое на мировом рынке оплачивается долларами, недополучает валютной выручки в 2–3-кратном размере. Очевидно, что развитым странам (вернее, монополиям этих стран) такая ситуация очень выгодна. Если все называть своими именами, то это откровенный колониальный грабеж, но без применения явного насилия.

Во-вторых, иностранные экспортеры капитала, располагающие валютой (например, долларами США), могут скупать в России предприятия и прочие активы по ценам, которые оказываются в 2–3 раза ниже, чем цены, которые определяются на основе ППС. Опять-таки мы имеем откровенный колониальный грабеж, при этом власти страны и отечественные экономисты с гордостью говорят о миллиардных иностранных инвестициях. Профессиональные экономисты изо всех сил внушают нам, что России необходимо улучшение инвестиционного климата, привлечение иностранных инвестиций, создание условий для иностранных инвесторов и т. п. Иностранные инвесторы, располагающие долларами США, имеют 2–3-кратное преимущество по сравнению с российскими инвесторами, располагающими рублями. Фактически происходит целенаправленное уничтожение национального товаропроизводителя.

В-третьих, цены на те товары, которые Россия экспортирует, на внутреннем рынке равняются их долларовой цене, пересчитанной в рубли не по ППС, а по фактическому валютному курсу. Это означает, что население и компании в самой России переплачивают по крайней мере в 2–3 раза за многие товары и услуги, в которых преобладают сырьевые издержки. Происходит переплата за автомобильный бензин, дизельное топливо, минеральные удобрения, электричество, цемент, другие строительные материалы, коммунальные услуги, продовольственные товары и т. п. По цепочке межотраслевых связей эти повышенные издержки ведут к росту цен на авиационные и железнодорожные билеты, строительство жилья и других объектов недвижимости.

«Если в мировом среднестатистическом продукте сырьевая составляющая не превышает 20 %, то в российском среднестатистическом продукте она порядка 50 %… всего страна… переплатила в 2005 г. сырьевикам приблизительно 6 трлн. рублей, что составило более трети внутреннего валового продукта (ВВП) России за 2005 г.»84.

Бόльшая часть этих «шальных» денег в реальный сектор больше не возвращается, так как там высокие риски, длительный срок окупаемости инвестиций, низкая рентабельность. Они идут в основном на фондовый рынок и рынок недвижимости, создавая там нездоровый бум и подготавливая почву для очередных обвалов этих рынков.

Все это делает невозможной рентабельную работу многих предприятий и целых отраслей российского хозяйства (промышленность, сельское хозяйство, услуги), ведет к их закрытию и общей деградации страны. Фактически экспортно-сырьевой сектор высасывает все «соки» из остальных секторов российской экономики. Аналогичный механизм разрушительного действия заниженного курса национальной валюты на хозяйство страны присущ всем странам, относящимся к ПМК.

Возникает вопрос: каким образом достигается отклонение валютных курсов от ППС (у стран ЗМ – в сторону завышения, у стран ПМК – в сторону занижения)? В первую очередь с помощью центральных банков стран ПМК. Они занимаются активной скупкой валюты стран ЗМ (в первую очередь доллара США), что искусственно завышает курс иностранной валюты. То есть центральные банки ПМК фактически работают против своих стран, обслуживая интересы стран ЗМ (второго яруса мировой ростовщической пирамиды). Без центральных банков стран ПМК как «пятой колонны» Запада колониальная эксплуатация этих стран не могла бы приобрести такой размах. Поэтому центральные банки стран ПМК без натяжки можно назвать филиалами ФРС США.

В дополнение к центральным банкам в странах ПМК стали создаваться институты под названием «суверенные фонды». Речь идет о фондах правительств, в которых стали аккумулироваться сверхдоходы от экспорта природных ресурсов и иных товаров. Декларируется, что фонды необходимы для создания некоей «подушки безопасности», которая должна защитить страны ПМК от резкого падения цен на экспортируемые ресурсы (например, в условиях кризисов). В России, в частности, был создан Стабилизационный фонд, который с 2009 г. был преобразован в два новых фонда – Резервный фонд и Фонд национального благосостояния.

Существенно, что суверенные фонды накапливают денежные ресурсы в иностранной валюте. Поэтому название «суверенные» звучит как издевательство: эти фонды подрывают курс национальной валюты, а следовательно, и суверенитет этих стран. И слово «благосостояние», которое фигурирует в названиях ряда фондов, можно интерпретировать как благосостояние стран ЗМ, а не той страны, которая учредила фонд.

Учитывая, что в условиях последнего финансового кризиса ФРС США включила на полную мощность «печатный станок» и стала наводнять «зеленой бумагой» мировую экономику, долларовые накопления центральных банков и суверенных фондов обесцениваются, что только на руку мировым ростовщикам.

5.3. Неэквивалентный обмен

Рыночная экономика как на уровне отдельного государства, так и в масштабах всего мира представляет собой постоянно совершающиеся акты неэквивалентного обмена товарами, услугами, активами. Образно выражаясь, в экономике имеют место несбалансированные метаболические^85 процессы.

Что такое «эквивалентный» и «неэквивалентный» обмен, сказать не всегда просто. Для того чтобы дать полное и исчерпывающее определение понятия «неэквивалентный обмен», необходимо предварительно раскрыть такие фундаментальные понятия хозяйственной жизни, как «стоимость», «цена», «ценность», «эксплуатация» и т. п.

В большинстве современных учебников по экономике («экономикс») вопрос о природе стоимости вообще обходится стороной. Авторы таких учебников понятие «стоимость» считают синонимом «цены». Отождествление понятий «стоимость», «цена», «ценность», «полезность» в современной экономической литературе свидетельствует о том, что происходит все большая примитивизация и вульгаризация представлений о том, что такое экономика^86.

Рыночная экономика – это такая организация общества, при которой один участник рынка пытается «переиграть» другого, используя обман, силу и иные не вполне благочестивые методы. И заработать на этом прибыль. Профессиональные экономисты говорят, что это очень даже здорово, так как при такой конкуренции раскрывается мощная энергия отдельных участников, которая становится двигателем прогресса. При этом справедливость и эквивалентность обмена якобы не нарушаются, так как встречные устремления отдельных участников рынка взаимно нейтрализуются. Однако в рыночной экономике нет ни справедливости, ни эквивалентности обмена. А неэквивалентный обмен – это, во-первых, эксплуатация одного человека другим; во-вторых, это имущественная поляризация всего общества.

Вот что пишет о несправедливости и неэквивалентности обмена в условиях рыночной экономики Н. Сомин: «…большой капитал – явное преимущество, которое его обладатель на полную катушку использует. В результате прибыль в рыночной экономике распределяется по капиталу, т. е. по собственности. Ох, недаром Прудон восклицал: “собственность есть кража!”»

И в этом главный парадокс рыночной экономики: товар создается только трудом, но прибыль распределяется не по труду. Драма рынка в том, что он – злостный нарушитель справедливости. И понятно почему. Рынок – это совокупность конкурирующих между собой игроков, каждый из которых стремится максимизировать свою выгоду. Поэтому в этой конкурентной борьбе используются любые конкурентные преимущества. Можно обмануть, можно поставить контрагента в стесненные условия, можно использовать его затруднения или его беззащитность. В результате рыночные сделки становятся неэквивалентными. Вот суть дела. Причем это верно не только для отдельных покупателей или наемных рабочих, но и для целых предприятий или даже целых стран. На рынке сильный грабит слабого, богатый – бедного.

Рынок имеет две «невидимые руки». Одна – смитовская – хорошо известна. Она выставляется напоказ, дабы продемонстрировать мудрость рынка. Эта рука регулирует спрос и предложение, обеспечивая рынку устойчивость. Но есть и другая рука, рука грабителя, который, пользуясь своей силой, отнимает у слабого. Но богатство и есть сила в экономическом смысле. Поэтому вторая рука богатого делает еще богаче, а бедного еще беднее. Об этой руке стараются помалкивать. Правда, все государства делают огромные усилия, чтобы удержать эту руку, – издают антимонопольные законы, вводят прогрессивный налог и пр. Но ничего не получается, ибо механизмы рынка – сила и обман. Уберите их, сделайте рынок абсолютно свободным, и тогда он зачахнет, ибо тогда, как остроумно заметил В. Краснов, станет все равно – купить на рынке или сделать самому.

Ужас рынка в том, что откровенный эксплуататор и обманщик в нем получает преимущество. А наиболее моральному на рынке труднее всех. В результате эксплуатация становится необходимой даже для предпринимателей этого не желающих. Ведь если не будешь максимизировать свою прибыль, то тебя съедят конкуренты. Поэтому волей-неволей приходится. Ведь за счет чего конкурировать с мастерами эксплуатации? Так что всем предпринимателям приходится недодавать зарплату наемному персоналу.

В этом трагедия моральных участников рынка. Каждый решает ее по-своему. Один принимает бесчеловечную мораль рынка и становится “акулой капитализма”. Другой вообще уходит из бизнеса. Третий решает, что прибыль он будет использовать не для себя, а на общество. Однако, что полезно обществу – решает сам предприниматель, решает субъективно, а ведь благими намерениями выложена дорога в ад. Четвертый убеждается, что кроме изменения этого несправедливого строя никакого другого выхода нет»87.

Вот одно из определений: «Неэквивалентный обмен – устойчивое нарушение пропорций между затратами на производство товаров и услуг, и их возмещением при экспорте и импорте»88.

Есть страны, которые регулярно, на протяжении всего времени их нахождения в системе мирового капитализма, получают все меньше доходов (реальных, а не номинальных) за счет экспорта своих товаров на мировом рынке (в расчете на физическую единицу товара – тонну, штуку, кубический метр и т. п.). В то же время есть страны, которые, наоборот, получают все больше реальных доходов от экспорта своих товаров. Последние страны фактически живут за счет первых стран и постоянно богатеют за счет такого международного разделения труда. Это можно назвать неэквивалентным обменом, можно назвать эксплуатацией одних стран другими, а можно просто констатировать: страны «золотого миллиарда» грабят страны периферии мирового капитализма.

Неэквивалентность международного торгового обмена выражается с помощью показателя «условия торговли», который представляет собой отношение индекса цен на экспортируемые товары к индексу цен на импортируемые товары. У стран ПМК показатель «условия торговли», как правило, ниже единицы, а у стран ЗМ – выше^89.

Иногда для описания и оценки неэквивалентности торговли используют понятие «ножницы цен». Обычно «ножницы цен» в графическом виде представляют собой две пересекающиеся или расходящиеся кривые: одна отражает динамику цен экспортных товаров за определенный период, а другая – динамику цен импортных товаров за тот же период.

Неэквивалентность обмена является почти законом рыночной экономики, причем он отнюдь не противоречит закону стоимости, хорошо известному всякому, кто изучал политическую экономию.

Валерий Подгузов так объясняет суть закона «неэквивалентности» рыночного обмена: «Коренной особенностью рыночных отношений, основанных на прямом и непосредственном продуктообмене, является их субъективная эквивалентность, воспринимаемая и первобытными участниками обмена, и современными экономистами как абсолютная. Это “мелкое” обстоятельство игнорировалось классической политической экономией. Но в мелочах и скрывается “бес”… Однако вульгарные политэкономы, в том числе и большинство представителей “советской школы”, не понимали ни субъективного характера рыночной эквивалентности, ни стихийного характера действия закона стоимости. Они так и не поняли выводов Маркса о том, что закон стоимости проявляет себя лишь в конечном итоге, прорываясь через систематические нарушения эквивалентности в реальном рынке, обрушиваясь как “потолок на головы” большинства вспышками “разборок”, гиперинфляцией, экономическими кризисами и мировыми войнами. Именно так костоломно и кроваво работает “невидимая рука” “автоматического” регулятора рынка, воспетая недоумками.

Неэквивалентность непосредственного продуктообмена порождает эффект прибыли, получаемой случайно то одним, то другим продавцом-покупателем в натуральной форме. То есть из каждого акта рыночного обмена его участники выходят: один с прибылью, другой с убылью (а завтра они могут поменяться местами). Обязательное неравенство каждого обмена, т. е. получение прибыли лишь одним из обменивающихся, хотя оба они жаждут односторонней выгоды, является абсолютным, а потому неустранимым законом рыночной экономики.

Завороженные житейскими наблюдениями за плутовством на базаре, буржуазные теоретики, противореча собственным утверждениям о диктате потребителя над производителем, вывели общий “закон”, присвоив продавцу эксклюзивное право завышать цену товара относительно действительных издержек и потому всегда получать прибыль, а покупателю отвели роль профессионального простака, поскольку покупатель якобы всегда оплачивает похоть продавца…

Никто из стремящихся к прибыли, находясь в здравом рассудке, не будет откровенно делиться секретами источников своих прибылей. Напротив, истинные охотники за прибылью сделают все, чтобы конкуренты шли “по ложному следу”. Наиболее продуктивным “ложным следом” в охоте за прибылью является тезис о том, что прибыль любит трудолюбивых и плывет к ним в руки»90.

Такие метаболические процессы происходят как в пределах отдельных национальных экономик, так и в масштабах глобальной экономики. Несбалансированные метаболические процессы (неэквивалентный обмен) создают серьезные деформации в экономике, ведут к концентрации богатства в одном ее полюсе (ростовщический капитал) и обескровливанию остальных частей экономического организма. Подобные функциональные нарушения создают угрозу жизни всего экономического организма.

5.4. Изгои и аутсайдеры мировой финансовой пирамиды

Убедительным доказательством того, что взаимоотношения нижнего и среднего ярусов ведут к перераспределению богатства в пользу среднего яруса, является исследование Банка международных расчетов. За период 1999–2007 гг. валовые национальные сбережения 142 развивающихся стран превышали объем инвестиций в них, причем разрыв между сбережениями и инвестициями постоянно увеличивался^91. Это означает, что развитые страны фактически перераспределяли сбережения развивающихся стран в свою пользу. Среди основных причин подобного рода инвестиционного дисбаланса между странами ЗМ и странами ПМК даже профессиональные экономисты вынуждены назвать монополию стран ЗМ на эмиссию резервных валют^92.

Многие страны «золотого миллиарда» получают постоянные крупные доходы от инвестиций в странах ПМК. Вот интересная картина по четырем странам Западной Европы (страны «старого» капитализма), включающим Францию, Великобританию, Германию, Нидерланды. В 1997 г. накопленные за рубежом прямые инвестиции указанных четырех стран составили 1,5 трлн. долл., а в 2007 г. их величина возросла более чем в четыре раза – до 6,2 трлн. долл. Чистое сальдо инвестиционных доходов указанных стран (инвестиционные доходы, полученные из-за границы, минус инвестиционные доходы, выплаченные другим странам) в 1997 г. были равны 18 % их ВВП. В 2007 г. этот показатель вырос до 40 % ВВП^93.

Приведенные цифры без всякой натяжки позволяют назвать страны старой доброй Европы государствами-рантье, живущими «соками» стран ПМК. Конечно, какая-то часть ренты, получаемой от зарубежных инвестиций, перепадает и простому европейцу (в виде заработной платы, пенсий, социальных выплат и т. п.), но львиная доля «ренты» приходится на прибыли банкиров. Финансовая олигархия стран нижнего яруса (как и среднего) – второго сорта, т. е. обеспечивает интересы мировых ростовщиков и не имеет никаких гарантий вечного существования.

За пределами мировой ростовщической пирамиды многие десятилетия находился СССР. Смысл всей перестройки в Советском Союзе и реформ в Российской Федерации, по большому счету, заключался в том, чтобы интегрировать нашу страну в мировую ростовщическую пирамиду, причем в ее нижний ярус.

Всякая попытка вырваться из пирамиды жестоко пресекается. Достаточно вспомнить нашу историю. Накануне Первой мировой войны Россия была очень плотно втянута в пирамиду (самый большой в мире внешний государственный долг, масштабные иностранные инвестиции и мощный поток инвестиционных доходов из страны и т. п.). Организация Западом Первой мировой войны, Гражданской войны в России, экономические блокады, провоцирование Гитлера на войну с СССР – все это были попытки поставить нашу страну на место, т. е. вернуть на нижний ярус пирамиды.

Можно также вспомнить историю с Румынией, которую в 1960–1970-е гг. Запад втягивал в «пирамиду» с помощью займов. Когда руководство страны осознало масштабы угрозы, оно решило «соскочить с иглы» и погасить все свои долги по западным займам. Мировые ростовщики не могли допустить такого опасного прецедента. Когда все долги были практически выплачены (конец 1980-х гг.), руководитель страны Н. Чаушеску был убит (сегодня доказано, что в организации убийства были замешаны западные спецслужбы).

Сегодня за пределами мировой финансовой пирамиды находится всего несколько стран – Куба, Северная Корея, Венесуэла, Республика Беларусь. Именно поэтому ростовщики объявили их самыми недемократическими странами, оказывают на них экономическое и дипломатическое давление, готовы даже применить против них оружие.

5.5. Современная Россия в мировой финансовой пирамиде

После развала Советского Союза и создания на его обломках многих, так называемых, демократических государств, все они моментально оказались втянутыми в мировую финансовую пирамиду. Естественно, им было уготовано место в нижнем ярусе пирамиды. По сути, эти новые государства стали добычей, которую мировые ростовщики заполучили в результате победы в «холодной войне», что велась более четырех десятилетий. Все надо называть своими именами: это были «контрибуции» и «репарации», которые побежденные должны платить победителям^94.

В верхний ярус мировой финансовой пирамиды поступила большая масса «питательной финансовой субстанции», которая десятилетиями нарабатывалась и накапливалась Советским Союзом (а также другими социалистическими странами). Мощные инъекции в виде различных ресурсов из побежденных стран привели к определенному оживлению дряхлеющего организма «денежной цивилизации», создали иллюзию того, что это самая совершенная и эффективная организация общественной жизни в истории человечества.

Для понимания масштабов контрибуций, которые Америка получила в результате победы в «холодной войне», можно привести слова тогдашнего президента США Клинтона, которые он произнес на совещании Объединенного комитета начальников штабов США в 1995 году: «Мы добились того, что собирался сделать президент Трумэн с Советским Союзом посредством атомной бомбы. Мы получили сырьевой придаток, не разрушенное атомной бомбой государство, которое было бы нелегко создать. Да, мы затратили на это многие миллиарды долларов, но они уже близки к тому, что у русских называется самоокупаемостью: за четыре года мы и наши союзники получили стратегического сырья на 15 млрд. долл., сотни тонн золота, драгоценных камней и т. д. Под существующие проекты нам переданы за ничтожно малые суммы свыше 20 тыс. т меди, почти 50 тыс. т алюминия, 2 тыс. т цезия, бериллия, стронция. В годы так называемой перестройки в СССР многие наши военные и бизнесмены не верили в успех предстоящих операций. И напрасно. Расшатав идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, составлявшее основную конкуренцию Америке»95.

Полагаем, что приведенная выше картина ограбления России является крайне неполной. Можно определить следующие наиболее крупные статьи контрибуций, взысканных с России за истекшие два десятилетия «реформ»:

1. Активы, перешедшие в руки иностранных (западных) инвесторов в результате проведения приватизации государственных предприятий добывающей и обрабатывающей промышленности, других отраслей нашей экономики. Приватизация, как известно, проводилась по символическим ценам, которые в десятки, а иногда в сотни раз были ниже реальных цен приватизируемых объектов.

Только за период с начала 1992 г. до начала 1998 г., по оценкам канадского экономиста профессора Оттавского университета М. Чоссудовского, «российские активы на 500 миллиардов долларов были конфискованы и переданы в руки западных капиталистов. Среди них – заводы военно-промышленного комплекса, инфраструктура и природные ресурсы». Как отмечает М. Чоссудовский, «инструментом конфискации послужили приватизационные программы и принудительное банкротство»96.

2. Массовая эмиграция ученых, инженеров, специалистов разных отраслей экономики и знаний в экономически развитые страны (так называемая «утечка мозгов»).

3. Незаконное перемещение за границу сотен тонн золота и других ценностей из золотовалютных резервов страны, фондов Гохрана.

4. Перемещение из России в США крупных партий оружейного урана и плутония.

Контрибуции – это, в том числе, «имущественные изъятия». Изъятия могут происходить с передачей и без передачи имущества в пользу победителя. Таким образом, уничтожение имущества на территории побежденного государства – это также контрибуция, которая ослабляет побежденного и усиливает победителя. Примеров такого уничтожения великое множество. Например, одностороннее уничтожение ядерного и химического оружия, танков и ракет. Или закрытие предприятий промышленности под видом банкротства и последующее их перепрофилирование в разного рода офисные и торговые помещения.

По большому счету, все реформы в России в последние два десятилетия – это «имущественные изъятия» двух названных выше видов. А денежные власти России в лице Банка России и Министерства финансов – главные организаторы такого изъятия.

«Имущественные изъятия» также можно разделить на другие две категории:

а) первоначальные (или разовые)«изъятия» (которые происходили в основном в 1990-е гг.); их можно сравнить с трофеями, получаемыми победителем в войне;

б) текущие (или регулярные) «изъятия»; их можно сравнить с данью, которую победитель взимает с побежденного на постоянной основе.

Для осуществления регулярных «изъятий» победитель создает специальную систему грабежа, которая сегодня на зашифрованном языке победителя называется рыночной экономикой и является результатом проведения либеральных «реформ». Основные элементы этой системы: неэквивалентный обмен в сфере международной торговли («ножницы цен»); заниженный курс национальной денежной единицы; отмена валютного регулирования и валютного контроля (и вытекающая из этого полная либерализация международного движения капитала); накопление международных резервов в виде валют стран «золотого миллиарда»; долларизация экономики и т. п.

Все эти элементы присутствуют сегодня в российской экономике, которую наши реформаторы с гордостью называют рыночной. В результате эффективного функционирования такой системы рыночной экономики ежегодно из России перераспределяется в пользу стран «золотого миллиарда» не менее 20–30 % ВВП. Это и есть та дань, которую Россия платит своим победителям, прежде всего США.

Литература

1. Аникин А. В. История финансовых потрясений. От Джона Ло до Сергея Кириенко. М., 2000.

2. Аттали Ж. Мировой экономический кризис… А что дальше? СПб., 2009.

3. Бекряшев А. К., Белозеров И. П. Теневая экономика и экономическая преступность: электронный учебник. 2001. http://newasp.omskreg.ru/bekryash/ch9p5.htm

4. Григорьев Л., Салихов М. Место и роль США в международной финансовой системе // США в поисках ответов на вызовы XXI в. / под ред. Э. В. Кириченко. М., 2010.

5. Данилов Ю., Седнев В., Шипова Е. Финансовая архитектура посткризисного мира: эффективность и/или справедливость? // Вопр. экономики. 2009. № 11.

6. Инвесторы лишились 50 млрд. долларов // РБК daily. 2008. 15 дек. http://www.rbcdaily.ru/2008/12/15/finance/394733 (дата обращения: 29.08.2013).

7. Катасонов В. Ю. Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации». М., 2013.

8. Катасонов В. Ю. О проценте: ссудном, подсудном, безрассудном. М., 2011.

9. Катасонов В. Ю. ФРС – между рождением и смертью. М., 2014.

10. Кобяков А. Б., Хазин М. Л. Закат империи доллара и конец Pax Americana. М., 2003.

11. Ларичев В. Д. Характеристика мошеннических действий, совершенных по принципу «финансовых пирамид» // Адвокат. 2004. № 7.

12. Лежава А. Крах «денег», или как защитить сбережения в условиях кризиса. М., 2010.

13. Моисеев С. Р. Денежно-кредитная политика: теория и практика: учебное пособие. М., 2011.

14. Пирамиды не кончаются // РБК daily. 2008. 27 окт. http://www.rbcdaily.ru/2008/10/27/finance/387669 (дата обращения: 29.08.2013).

15. Рейнхарт К. М., Рогофф К. С. На этот раз все будет иначе. Восемь столетий финансового безрассудства. М., 2011.

16. Стариков Н. В. Шерше ля нефть. Почему мы платим дань Америке? СПб., 2011.

17. Стариков Н. В. Спасение доллара – война. СПб., 2010.

18. Стариков Н. В. Хаос и революции – оружие доллара. СПб., 2011.

19. Стариков Н. В. Национализация рубля. Путь к свободе России. СПб., 2011.

20. Стариков Н. В. Кризис: как это делается. СПб., 2011.

21. Федоров Е. А. Национально-освободительное движение России – русский код развития. М., 2013.

22. Федоров Е. А. Почему мы так живем // Федеральный патриотический вестник. 2013.

23. Фельдман А. Б. Производные финансовые и товарные инструменты: учебник. М., 2008.

24. Финансовые рынки. Новый англо-русский толковый словарь / под ред. Т. Е. Апанасенко, М. А. Строчевой. СПб., 2004.

<<1>> См.: Шумпетер Й. Теория экономического развития: исследование прибыли, капитала, кредита, процента и экономических циклов. М., 1982.

<<2>> См.: Стариков Н. В. Хаос и революции – оружие доллара. СПб., 2011.

<<3>> Глобализация (англ. global – мировой) выражается в постоянном расширении и углублении межгосударственных связей в сфере движения товаров, капиталов, трудовых ресурсов, производства, обращения, снабжения и сбыта, НТП, образования. На этой базе постепенно формируются мощные международные хозяйственные комплексы (транснациональные корпорации – ТНК), действующие в глобальных масштабах и ведущие на мировой арене конкурентную борьбу за рынки сбыта, материальные и финансовые ресурсы.

<<4>> В финансовом смысле капитал представляет собой сумму денег, которую владельцы фирмы инвестировали в приносящие доход активы. К таким активам относятся не только орудия производства, сырье, земля, запасы готовой продукции, незавершенное производство, банковские счета, с которых производится оплата поставок и труда работников, дебиторская задолженность данной фирме и деньги, вложенные в другие предприятия, но также нематериальные («неосязаемые») активы, например патенты и авторские права.

<<5>> Международные расчетные денежные единицы – специальные права заимствования – СПЗ, или СДР (Sресiа1 Drawing Rights, SDR), выпускаемые МВФ и используемые в качестве мировых денег.

<<6>> Подробнее об этом см.: Кузнецов А. В. Финансовая глобализация и национальный суверенитет // США – Канада: экономика, политика, культура. 2012. № 2.

<<7>> Хазин М. Л. Для западной элиты не существует ни закона, ни чести, ни совести // KM.RU. 2011. 23 авг. URL: http://www.km.ru

<<8>> Сорос Дж. Кризис глобального капитализма / пер. с англ. Р. Ткачук. К., 1999. 259 с.

<<9>> Triennial and semiannual surveys. Positions in Global Over-the-Counter (OTC) Derivatives Markets at End-June 2010 // Bank for International Settlements. 2010. Nov. 33 p.

<<10>> См.: Петров М., Плисецкий Д. Трансформация глобальных финансов // Мировая экономика и междунар. отношения. 2010. № 7.

<<11>> Стиглиц Дж. Глобализация: тревожные тенденции / пер. с англ. М., 2003. 300 с.

<<12>> The International Role o the Euro // European Central Bank. 2011. July. 86 p.

<<13>> См.: Петров М. В., Плисецкий Д. Е. Трансформация глобальных финансов // Мировая экономика и междунар. отношения. 2010. № 7. С. 3–22.

<<14>> Подробнее об этом см.: World Economic and Social Survey, 2010. Retooling Global Development // UN Department of Economic and Social Affairs. N.Y., 2010. 201 p.

<<15>> Цит. по: Luce E. and Guha K. Obama under Fire over Falling Dollar // Financial Times. 2009. Oct. 7. URL: http://www.ft.com

<<16>> См.: Eichengreen В. The Dollar Dillema. The World’s Top Currency Faces Competition // Foreign Affairs. 2009. Vol. 88. No. 5. P. 53–68.

<<17>> См.: The Future of the Global Financial System: A Near-Term Outlook and Long-Term Scenarios. A World Economic Forum Report in Collaboration with Oliver Wyman // World Economic Forum, 2009. 88 p.

<<18>> Большая экономическая энциклопедия. М., 2007. С. 203.

<<19>> Подробнее об этом см.: Катасонов В. Ю. О проценте: ссудном, подсудном, безрассудном. М., 2011. С. 4.

<<20>> Большая экономическая энциклопедия. М., 2007. С. 173.

<<21>> См.: Успенский Ф. И. История Византийской империи. М., 1948. Т. 2. С. 291.

<<22>> Шевкунов Тихон, архимандрит. Гибель империи. Византийский урок. М., 2008. С. 11–12.

<<23>> См.: Стариков Н. В. Хаос и революции – оружие доллара. СПб., 2011.

<<24>> Подробности этого механизма см.: Стариков Н. В. Кризис: как это делается. СПб., 2009.

<<25>> Federal Reserve System of the USA. URL: http://www.federalreserve.gov/

<<26>> Цит. по: Попов А. Финансовый кризис 2009. Как выжить? М. – СПб., 2009. С. 35.

<<27>> Эти цифры подтверждаются в исследовании: Котликоффа Л., Бёрнса С. Пенсионная система перед бурей. М., 2005.

<<28>> URL: http://enc.fxeuroclub.ru/77/

<<29>> URL: http://enc.fxeuroclub.ru/77/

<<30>> См.: Структура национального богатства США // Экономист. 2009. № 6; Хайтун С. Постиндустриальное общество: станет ли западная модель будущим всего человечества? // Общество и экономика. 2008. № 9.

<<31>> Лежава А. Крах «денег», или как защитить сбережения в условиях кризиса. М., 2010. С. 169.

<<32>> ФНБ – Фонд национального благосостояния.

<<33>> НДПИ – налог на добычу полезных ископаемых.

<<34>> См.: Федоров Е. А. Бизнес России на крючке США. Мировая экономика. Правила игры. URL: http://www.bigness.ru/articles/2012–06–01/fedorov/134875/

<<35>> URL: http://kp.ru/daily/24267/463675

<<36>> Подробнее об этом см.: Стариков Н. В. Национализация рубля – путь к свободе России. СПб., 2011.

<<37>> Глава 3, ст. 16.

<<38>> См.: Якунин В. И., Багдасарян В. Э., Сулакин С. С. Новые технологии борьбы с российской государственностью. М., 2009. С. 298.

<<39>> URL: http://www.kommersant.ru/doc.aspx? DocsID=160309

<<40>> URL: http://www.segodnya.ru/w3s.nsf/archive/2000_234_news_text_tretilov1.html

<<41>> Объем финансовых активов в оффшорах составляет около 30 трлн. долл. // Эксперт. 2013. № 16.

<<42>> Об этом см.: Федоров Е. А. Почему мы так живем? // Федер. патриот. вестн. 2013.

<<43>> Кризис – глубокое расстройство, резкий перелом, период обострения противоречий в процессе развития какой-либо сферы человеческой деятельности.

<<44>> Подробнее см.: Тамбовцев В. Финансовый кризис и экономическая теория // Вопр. экономики. 2009. № 1. С. 11.

<<45>> См.: Серков Л. А. Анализ применения понятий «равновесная экономика» и «неравновесная экономика», «устойчивое развитие» и «неустойчивое развитие» // Экон. анализ: теория и практика. 2009. № 16. С. 18.

<<46>> Дефолт – невыполнение или отказ субъекта отвечать по своим обязательствам. Государственный дефолт свидетельствует о наступлении кризисной ситуации и признании несостоятельности – государственного банкротства.

<<47>> Reinhart С., Rogoff К. This Time Is Different: A Panoramic View of Eight Centuries of Financial Crises // NBER Working Paper. 2008. № 13882.

<<48>> Вordo M., Eichengreen В., Klingebiel D., Martinez-Peria M. S. Is the Crisis Problem Growing More Severe? // Economic Policy. 2001. Vol. 16, Apr. P. 51–82.

<<49>> См.: Frankel J. A. Mundell – Fleming Lecture: Contractionary Currency Crises in Developing Countries // IMF Staff Papers. 2005. Vol. 52, No. 2. P. 149–192.

<<50>> Reinhart С., Rogoff К. Ibid.; Reinhart С., Rogoff К. Banking Crises: An Equal Opportunity Menace // NBER Working Paper. 2008. No. 14587; Barro R. J., Ursua J. F. Macroeconomic Crises since 1870 // NBER Working Paper. 2008. No. 13940.

<<51>> Laeven L., Valencia F. Systemic Banking Crises: A New Database // IMF Working Paper. 2008. № 08/224.

<<52>> См.: Borio С. Ten Propositions about Liquidity Crises // BIS Working Paper. 2009. No. 293.

<<53>> См.: Cecchetti S. G., Kohler М., Upper C. Financial Crises and Economic Activity // NBER Working Paper. 2009. No. 15379.

<<54>> Cecchetti S. G., Kohler М., Upper С. Ibid.

<<55>> Подробнее об этом см.: Cavallo A. F Cavallo Е. A. Are Crises Good for Long-Term Growth? The Role of Political Institutions // Inter-American Development Bank Research Department Working Paper. 2008. No. 643.

<<56>> См.: Mayer J. Globalization, Technology Transfer and Skill Accumulation in Low-Income Countries // UNCTAD Discussion Pepers. 2000. № 50.

<<57>> См.: Алексашенко С. Обвальное падение закончилось, кризис продолжается // Вопр. экономики. 2009. № 5.

<<58>> См.: Данилов Ю., Седнев В., Шитова Е. Финансовая архитектура посткризисного мира: эффективность и/или справедливость? // Вопр. экономики. 2009. № 11.

<<59>> Подробнее об этом см.: Институт «Центр развития» ГУ-ВШЭ. Российская экономика на фоне мирового кризиса: текущие тенденции и перспективы развития // Вопр. экономики. 2009. № 9.

<<60>> См.: Столбов М. И. Финансовый рынок и экономический рост: контуры проблемы. М., 2008. С. 58–61.

<<61>> Гурова Т., Полунин Ю. Время для оптимистов // Эксперт. 2009. № 43 (680). URL: http://www.expert.ru/printissues/expert/2009/43/

<<62>> Пора работать // Там же.

<<63>> Подробнее об этом см.: Wade R. The First World Debt Crisis of 2007–2010 in Global Perspective // Challenge. 2008. July – August. P. 23–54; Gamble A. The Spectre at the Feast: Capitalist Crisis and the Politics of Recession. L., 2009.

<<64>> Soros G. The New Paradigm for Financial Markets. N.Y., 2008.

<<65>> Костиков И. Современный кризис: особенности и основные пути преодоления // Проблемы теории и практики управления. 2009. № 4. С. 13.

<<66>> Костиков И. Указ. соч. С. 15.

<<67>> См.: Кудрин А. Мировой финансовый кризис и его влияние на Россию // Вопр. экономики. 2009. № 1. С. 15.

<<68>> Финансовые рынки. Новый англо-русский толковый словарь / под ред. Т. Е. Апанасенко, М. А. Строчевой. СПб., 2004. С. 275.

<<69>> См.: Бекряшев А. К., Белозеров И. П. Теневая экономика и экономическая преступность: электрон. учебник. 2001. URL: http://newasp.omskreg.ru/bekryash/ch9p5.htm

<<70>> См.: Инвесторы лишились 50 млрд. долларов // РБК daily: ежедн. интернет-изд. 2008. 15 дек. URL: http://www.rbcdaily.ru/2008/12/15/finance/394733

<<71>> Пирамиды не кончаются // РБК daily: ежедн. интернет-изд. 2008. 27 окт. URL: http://www.rbcdaily.ru/ 2008/10/27/finance/387669

<<72>> The Budget and Economic Outlook: An Update. CBO. August 2010. Wash., 2010.

<<73>> Paulson H. On the Brink: Inside the Race to Stop the Collapse of the Global Financial System. N.Y., Plus, 2010.

<<74>> Васильев В. С. Мировой финансово-экономический кризис: фаза 3 (пирамиды долга) // США. Канада. Экономика. Политика. Культура. 2011. № 1. С. 3–22.

<<75>> Berger T. and Jorda T. Future Recession Risks // FRBSF Economic Letter 2010–24. 2010. No. 8. P. 3–4.

<<76>> FRS Press Release. 2010. March 11. URL: http://www.frs.gov

<<77>> См.: Mishkin F. Understanding Financial Crises: A Developing Country Perspective // NBER Working Paper. 1996. № 5600.

<<78>> Подробнее об этом см.: Claessens S. et al. The Global Financial Crisis: How Similar? How Different? How Costly? // Tusiad-Koc University Economic Research Forum Working Paper. 2010. No. 10–11.

<<79>> См.: Lansing K. J. Rational and Near-Rational Bubbles without Drift // FRBSF Working Paper. 2007. No. 10.

<<80>> Катасонов В. Ю. – доктор экономических наук, профессор МГИМО.

<<81>> Бенефициар – выгодоприобретатель.

<<82>> С учетом сказанного, выражение «экономически развитые страны» выглядит сегодня анахронизмом.

<<83>> Сорос Дж. Тезисы о глобализации // Вестник Европы. 2001. № 2.

<<84>> Кипиани Г. «Афера века» Минфина и ЦБ РФ. URL: http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/07/688/ 62.html

<<85>> Метаболизм (от греч. μεταβολή – превращение, изменение), или обмен веществ – набор химических реакций, которые постоянно происходят в живом организме для поддержания жизни.

<<86>> Подробнее об этом см.: Сомин Н. В. Рассуждение о стоимости. URL: http://www.chri-soc.narod.ru/ rassuzhdenie_o_snjimosti.htm; Сомин Н. В. Эксплуатация в рыночной экономике: попытка разобраться. URL: http://chri-soc.narod.ru/expluatacia_v_rinichnoi_ economike.htm

<<87>> Сомин Н. В. Эксплуатация в рыночной экономике: попытка разобраться. URL: http://chri-soc.narod.ru/ expluatacia_v_rinichnoi_economike.htm

<<88>> Кураков Л. П. Экономика и право: словарь-справочник. М., 2004.

<<89>> На коротких отрезках времени могут быть некоторые отклонения от этого правила. Например, после четырехкратного повышения цен на нефть на мировом рынке в 1973 г. условия торговли стран ОПЕК со странами Запада улучшились. Однако эффект резкого повышения цен на углеводороды сошел на нет в течение нескольких лет (за счет повышения цен на товары, экспортируемые из стран Запада).

<<90>> Подгузов В. Личность и рынок. URL: http://www.proriv.ru/articles.shtml/podguzov?market_licnost3

<<91>> Capital Flows and Emerging Market Economies I BIS // CGFS Publications. 2009. No. 33. P. 7.

<<92>> См.: Данилов Ю., Седнев В., Шипова Е. Финансовая архитектура посткризисного мира: эффективность и/или справедливость? // Вопр. экономики. 2009. № 11. С. 12.

<<93>> Раппопорт Г., Герц А. Глобальный экономический кризис 2008–2009 гг.: истоки и причины // Вопр. экономики. 2009. № 11. С. 20.

<<94>> Контрибуции (от лат. contributio) – принудительные платежи или имущественные изъятия с побежденного в войне государства; репарации (от лат. reparatio – восстановление) – полное или частичное материальное или денежное возмещение ущерба, причиненного войной, выплачиваемое побежденной страной государству-победителю (Райзберг Б. А., Лозовой Л. Ш., Стародубцева Е. Б. Современный экономический словарь. М., 2006).

<<95>> Морозов М. Как уничтожить Россию // Трибуна. 2008. № 8.

<<96>> Чоссудовский М. Финансовая война. URL: http://www.savanne.ch/tusovka/ ru/pilot/financial-warfare.html

Table of Contents

А. М. Коротченков, Д. А. Виноградов Провалы рынка Долги, дефициты, кризисы, дефолты, финансовые пирамиды, финансовые пузыри, банковские паники ‒ звенья одной цепи Монография

Информация о книге

Введение

Глава 1. МИРОВАЯ ФИНАНСОВАЯ СИСТЕМА

Глава 2. ДОЛГИ И ДЕФИЦИТЫ

Глава 3. КРИЗИСЫ И ДЕФОЛТЫ

Глава 4. ФИНАНСОВЫЕ ПИРАМИДЫ И ФИНАНСОВЫЕ ПУЗЫРИ

Глава 5. МИРОВАЯ ФИНАНСОВАЯ ПИРАМИДА

Литература