Annotation

В работе рассмотрены вопросы формирования рыночных институтов, способствующих экологизации экономики региона. Авторами проведено исследование трактовок понятия «экологический рынок», имеющихся в зарубежных и российских источниках. На основе систематизации опыта зарубежных стран в развитии экологических рынков выявлены условия возникновения подобных институтов, описаны составляющие инфраструктуры, способствующие сокращению транзакционных издержек и интенсификации процессов обращения благ экологического назначения. Анализ существующих подходов к оценке состояния эколого-экономических систем показывает, что ни одна из предложенных исследователями методик не дает однозначной характеристики качества условий развития экологических рынков. Для решения выявленной проблемы авторы предлагают систему показателей, иллюстрирующих отдельные аспекты состояния эколого-экономической системы, зрелость рыночной инфраструктуры и степень пригодности сложившейся среды для развития экологических рынков. Применение балльно-рейтингового подхода дало авторам возможность формулировки интегрального показателя, упрощающего процесс оценки. Изложенная авторами методика была апробирована на примере регионов Сибирского федерального округа, выявлены наиболее перспективные регионы для развития экологических рынков, оценено качество их рыночной инфраструктуры.

- Д.Г. Вержицкий, Е.Н. Старченко

- Введение

- Глава 1

- 1.1. Общая характеристика понятия «экологический рынок» и подходы к его определению

- 1.2. Сопоставление зарубежного и российского опыт развития экологических рынков

- 1.3. Условия развития экологического рынка

- Глава 2

- 2.1. Методические подходы к оценке состояния эколого-экономической системы региона

- 2.2. Методика оценки условий развития экологического рынка региона

- 2.3. Применение результатов оценки условий развития экологического рынка в региональном эколого-экономическом регулировании

- Глава 3

- 3.1. Оценка условий развития экологического рынка в Кемеровской области

- 3.2. Совершенствование инфраструктуры экологического рынка в Кемеровской области

- 3.3. Перспективы экологизации экономики Кемеровской области

- Заключение

- Список использованных источников

- Приложение А

- Приложение Б

- Приложение В

- Приложение Г

- Приложение Д

- Приложение Е

- notes

- 1

- 2

- 3

- 4

- 5

- 6

- 7

- 8

- 9

- 10

- 11

- 12

- 13

- 14

- 15

- 16

- 17

- 18

- 19

- 20

- 21

- 22

- 23

- 24

- 25

- 26

- 27

- 28

- 29

- 30

- 31

- 32

- 33

- 34

- 35

- 36

- 37

- 38

- 39

- 40

- 41

- 42

- 43

- 44

- 45

- 46

- 47

- 48

- 49

- 50

- 51

- 52

- 53

- 54

- 55

- 56

- 57

- 58

- 59

- 60

- 61

- 62

- 63

- 64

- 65

- 66

- 67

- 68

- 69

- 70

- 71

- 72

- 73

- 74

- 75

- 76

- 77

- 78

- 79

- 80

- 81

- 82

- 83

- 84

- 85

Д.Г. Вержицкий, Е.Н. Старченко

Условия развития рыночных институтов экологизации экономики региона: монография

Материал подготовлен по результатам исследования, проведенного при поддержке Всероссийской общественной организации «Русское географическое общество», в рамках проекта «Оценка условий реализации рыночных механизмов устойчивого экологического развития промышленно-развитых регионов»

Введение

Проблемы экологически безопасного экономического развития являются актуальными для современного общества. Возрастающие масштабы загрязнения окружающей среды вкупе с истощением запасов природных ресурсов ставят перед экономикой промышленно развитых регионов качественно иные задачи. Интенсификация экономического роста как региона, так и отдельно взятого предприятия должна заключаться не только в повышении эффективности использования имеющихся ограниченных ресурсов, но и в минимизации негативного воздействия на окружающую среду.

Создание условий для экологически безопасного экономического развития – приоритетная задача динамично развивающегося промышленного региона. Необходимо отметить также тот факт, что ресурсодобывающие отрасли не могут являться постоянным локомотивом экономического развития региона ввиду исчерпаемости природного сырья.

Система федерального и регионального управления природоохранной деятельностью в России находится на стадии формирования. Это значит, что на сегодняшний день отсутствует комплексный, программный подход к управлению природопользованием: не развита система мониторинга экологической ситуации, существуют проблемы с контролем экологической отчетности предприятий-загрязнителей, отсутствует комплексная система экономических рычагов, мотивирующих предприятия к экологизации собственной деятельности. В последние десятилетия в экономической науке, а также статистике развитых стран современного мира используется понятия «экологический рынок». Различные авторы вкладывают в него различный смысл, но и они сходны в том, что эффективность экологизации экономики достигается благодаря действию рыночных принципов в сфере рационального природопользования. Этот факт означает, что при формировании экологической политики необходимо делать акцент на экономических стимулах, как основных мотивах хозяйственной деятельности. Вместе с тем, понимание категории эколого-экономического стимулирования как рыночной предполагает наличие единой системы, обеспечивающей обращение экологически значимых активов. То есть, системный подход является необходимым компонентом рыночного подхода при решении задач экологизации экономики. Любые рыночные институты обладают способностью к саморегулированию, однако, в контексте некоторых из них, тренд развития должна задавать государственная политика. К их числу относятся и вопросы развития экологического рынка. Блага экологического назначения становятся объектом обращения на рынке в том случае, если на них существует спрос, который возникает в результате реализации государством своей экологической функции. Однако, трактовка указанного феномена как рынка, предполагает его относительную автономию от государства, способность к саморегулированию. Таким образом, в рамках экологического рынка происходит сочетание государственного регулирования, которое направлено на создание основ рынка и отдельных элементов его инфраструктуры, и рыночного саморегулирования. Экологический рынок отличатся от прочих рыночных институтов своей способностью увеличивать эффективность экологизации, способствовать комплексному решению задач рационального природопользования, эффективно распределять экологические блага в эколого-экономической системе. Исходя из вышесказанного, выбранная тема исследования является актуальной и имеет не только научное, но и практическое значение.

Вопросы рационального использования ограниченных ресурсов окружающей среды, а также противоречия между экономическим ростом и экологическим благополучием рассматривались во многих теориях. Основы научного исследования указанной проблемы можно найти в классической политэкономии и некоторых неоклассических экономических теориях (Парето-эффективность, модель А. Пигу, теорема Р. Коуза).

Вопросы влияния экологического фактора на развитие экономических систем были изучены в работах А. Голуба, К. Г. Гофмана, А. Гусева, Д. Диксона, Ю. Н. Иванова, Г. М. Медоуза, Г. М. Мкртчяна, Дж. Форрестера, К. Штаммера.

Методы совершенствования механизмов управления экономикой с учетом перехода системы к устойчивому развитию рассмотрены в трудах Е. Н. Бизяркиной, В. И. Данилова-Данильяна, О. В. Литвинова, И. М. Потравного, Г.С. Феррау.

Вопросы оценки состояния эколого-экономических систем нашли свое отражение в трудах Авалиани, С. Л., Барташевича А. А., Н. Е. Бобылева, Булетовой С. Н., Голуб А. А., Сафонова Ю. В., Сидоренко В. Н., Старцевой Ю. И., Струковой Е. Б.

Вопросы формирования рыночных структур, обеспечивающих обращение товаров, услуг экологического назначения нашли свое отражение в трудах С. Гринхала, Д. Х. Дэйлза, Т.Д. Крокера, Б. Ли, А. Н. Маликова, Д. Монтгомери, Р. Нолла, Н. Ф. Реймерса, Р. Д. Синклара, Т. Стефенса, С. Уолкера, Р. Хана, А. И. Чулока.

Проблемы загрязнения окружающей среды юга Сибири, в том числе Кемеровской области и вызываемые им негативные последствия для экономики региона изучались в трудах П. Д. Косинского, С. М. Малахова, Г. Е. Мекуш, П. А. Минакира, Л. С. Скрынника, В. А. Шабашева.

Вместе с тем, несмотря на значительный объем исследований по рассматриваемой проблематике, вопросы формирования рыночных структур, способствующих сглаживанию противоречий между экономическим развитием и экологическим благополучием, не исчерпали своей научной разработанности. Не получили должного освещения вопросы формирования экологических рынков, определения условий, благоприятных для развития подобного явления, оценки таких условий.

Теоретической базой работы являются труды отечественных и зарубежных экономистов по вопросам региональной экономики, устойчивого развития, экономики природопользования, экономического стимулирования предприятий, экологического мониторинга, эколого-экономической стратегии развития региона.

Исследование базируется на системном подходе к вопросам экологически безопасного экономического развития региона. Обоснование положений и аргументов строится также на таких общеметодологических подходах: системный, комплексный, а также методах научного исследования: статистические методы, сравнительный анализ, эконометрическое моделирование.

Информационную и нормативную базу работы составили данные международных организаций: Организации экономического сотрудничества и развития, Международного валютного фонда; федеральных органов государственной власти: Министерства природных ресурсов РФ, Федеральной службы государственной статистики; региональных органов исполнительной власти: Администрации Кемеровской области, Территориального управления Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области, департаментов администрации Кемеровской области, ведомственные доклады и отчеты, доклады аналитических и исследовательских организаций, материалы Стратегии социально-экономического развития Кемеровской области до 2025 года, Концепции экологической политики Кемеровской области, материалы монографических исследований отечественных и зарубежных ученых, интернет-ресурсы.

Нормативно-правовую базу работы составляют федеральные нормативно-паровые акты РФ: Федеральные законы, законы РФ, указы Президента РФ, постановления Правительства РФ; нормативно-правовые акты Кемеровской области, регламентирующие отношения, связанные с природопользованием региона.

Глава 1

Сущность и условия развития экологических рынков

1.1. Общая характеристика понятия «экологический рынок» и подходы к его определению

История человечества – это история потребления природных ресурсов. Развитие всех граней мирового сообщества, включая сферу производства и распределения благ, и сейчас базируется на изначальных возможностях окружающей среды. Взаимодействие человека с природой и то влияние, которое он оказывает на среду обитания, со временем носят возрастающий характер. Современные экологи выделяют четыре периода такого взаимодействия:

1) первый период – охватывает эру первобытной культуры и общинного уклада жизни до начала земледелия;

2) второй период – соответствует времени от начала земледелия до становления промышленного производства;

3) третий период – связан с изобретением парового двигателя и чередой промышленных революций;

4) четвертый период – современность, характеризуется всеобщим внедрением информационных технологий, развитием ядерной физики, биотехнологий[1].

Выделение вышеуказанных периодов отвечает тезису о том, что по мере развития человеческого общества взаимодействие человека и природы становится все более тесным. Если первый период характеризуется неглубоким вмешательством человека в природные процессы, то четвертый – период активного вмешательства людей в механизмы функционирования всех земных оболочек. По мере развития человека, с ростом промышленности и общего благосостояния людей растет и потребление природных ресурсов, этот тезис подтверждается тем фактом, что природные ресурсы – основа экономического роста мирового сообщества на всех этапах его развития.

Увеличение потребления природных ресурсов, которое является необходимым условием технологического прогресса и экономического роста, приводит к двум ключевым последствиям. С одной стороны оно ведет к истощению запасов природных ресурсов, а с другой – к росту масштабов загрязнений и деградации окружающей среды. Уже сейчас мировое сообщество обеспокоено проблемой истощения основных энергетических ресурсов: нефти, природного газа, угля. Параллельной ей является проблема деградации окружающей среды, вызываемая добычей и использованием природных ресурсов.

Вышеуказанные проблемы приобретают все большую актуальность на фоне факта ежегодного роста мировой экономики. Таким образом, в перспективе проблема экологически устойчивого экономического развития остается актуальной для мирового сообщества в целом.

Понимание глобального противоречия существующей культуры потребления природных ресурсов и экологических возможностей окружающей среды привело к возникновению идеи устойчивого развития и экологизации экономики. Понимание невозможности экологизации без участия государства привело к внедрению разнообразных методов эколого-экономического регулирования, что привело к возникновению нового направления воздействия на хозяйственный оборот – эколого-экономической политики.

Экологическая политика государства реализуется в различных областях общественной жизни: в сфере образования, воспитания, формирования мировоззрения человека. Однако для нас имеет наибольшее значение реализация государственной экологической политики в сфере экономики. При этом, для регулирования процессов природопользования применяется ряд инструментов, среди которых выделяют:

1) социальные: формирование мотиваций, политическая воля, социальный заказ и т. д.;

2) доктринальные: политические документы, научное познание;

3) нормативно-правовые: законодательство, стандарты, нормативы

и т. д.;

4) финансово-экономические: экологическое страхование, налоговые льготы, принцип платности природопользования и т. д.;

5) административные: лицензирование, ландшафтное планирование, экологический мониторинг, лимитирование, квотирование, надзор и т. д.;

6) информационные: издательская деятельность, экологическая пропаганда, экологическая реклама, экологические СМИ;

7) репрессивные: гражданско и уголовно-правовые меры, взыскания, санкции, наказания за нарушение экологического законодательства;

8) договорные: самодекларация экологичности, экологическая сертификация, экологический аудит, экологическая маркировка, ковенант[2].

Таким образом, экологическая политика государства призвана создать фундамент для экологизации экономики страны. В ходе своего развития, экологическая политика государства первоначально опиралась в основном на административные методы, применение которых не отличается большой эффективностью. Поэтому с учетом тенденций глобализации, все более актуальными становятся вопросы создания условий для возникновения самоподдерживающейся, рыночной системы, способствующей экологизации экономики государств.

Мировое сообщество с 90-х годов XX века пытается создать такие условия, в которых повышение экологичности бизнеса было бы выгодным для субъектов экономики. Формирование рыночного механизма, стимулирующего экологизацию деятельности предприятия, нашло отражение в понятии «экологического рынка»[3].

В западных источниках широко используется термин «environmental market», что является эквивалентом русскоязычному понятию «экологический рынок». Первые упоминания о внедрении рыночных механизмов в процессы природопользования содержатся в трудах T. Д. Крокера[4] (США, 1966 г.), и Д. Х. Дэйлза (Канада, 1968 г.)[5]. Оба автора указывали на возможность рыночного оборота прав на использование природных ресурсов, а также прав на выброс загрязняющих веществ. В 1972 году Д. Монтгомери (США) в своем труде доказал экономическую эффективность предложенных вышеуказанными авторами инструментов эколого-экономического регулирования[6]. Проблема практического внедрения подобных рыночных механизмов была разработана Р. Ханом и Р. Ноллом (США, 1982 г.)[7]. Однако, необходимо отметить тот факт, что все указанные авторы в своих трудах рассматривают в основным механизм рыночного распределения квот на выбросы соединений серы и свинца.

Понимание экологического рынка как системы взаимосвязанных элементов, включающей ряд видов деятельности, способствующих экологизации хозяйственной жизни, сформировалось в 90-ых годах XX века и связано с деятельностью международных организаций, таких как ЮНКТАД, ВТО, ОЭСР. С середины 90-х годов указанные организации в своих статистических изданиях публикуют информацию о размерах «экологического сектора» («environmental sector, environmental industry»). Наиболее общее определение этого понятия дано в 1994 году Европейской комиссией: «экологические отрасли состоят из фирм, производящих товары и услуги, предназначенные для измерения, предотвращения, ограничения или устранения вреда, наносимого окружающей среде, такого как загрязнение воды, воздуха, почвы, а также для решения проблем отходов и шумового загрязнения. Такие отрасли включают в себя чистые технологии, минимизирующие расход ресурсов и масштабы загрязнений»[8]. Подобным определением пользуются в своей деятельности ОЭРС и Евростат[9]. Министерство международной торговли и производства Японии использует термин «eco-business», и определяет его как «сектора экономики, потенциально способные помочь сокращению экологической напряженности» (1994 г.)[10]. ОЭСР в своем издании «The global environmental goods and services industry» (1995 г.) приводит статистику развития мирового экологического рынка (global environment market), отождествляя его с обращением активов, продуцируемых экологическим сектором[11].

Необходимо отметить тот факт, что к настоящему времени воззрения на сущность экологического рынка и сектора за рубежом не претерпели значительных изменений. Так, рейтинговое агентство Financial Times разработало серию индексов, характеризующих состояние экологического рынка (FTSE Environmental Markets Index Series), при этом, для целей составления индексов под участниками экологического рынка понимаются «компании, производящие продукцию и услуги, способствующие решению экологических проблем, включая экологические технологии, называемые также «чистыми технологиями»[12]. В указанную систему входят 12 индексов, 4 из которых являются региональными, а 8 иллюстрируют состояние отдельных сегментов экологического сектора.

С развитием экологического рынка, появлением новых объектов обращения, происходит расширение самой трактовки исследуемого понятия.

Так, современные ученые С. Гринхал, С. Уолкер, Б. Ли, Т. Стефенс, Р. Д. Синклар (Новая Зеландия, 2010 г.) трактуют экологический рынок как систему регулятивных и автономных рынков, на которых обращаются блага экологического назначения, включая множественные транзакции прав на выбросы[13]. При этом, авторы определения под регулятивным рынком понимают «рынки, создаваемые и регулируемые государством, служащие для исполнения государственных функций», а под автономными рынками – «рынки, движимые предпочтениями потребителей, возникающие самостоятельно, без государственного вмешательства»[14]. Особенность указанного подхода заключается во включении в экологический рынок торговли квотами на выбросы веществ-загрязнителей.[15]

Итак, обобщая приведенные выше подходы, можно констатировать факт того, что в зарубежных источниках экологический рынок трактуется, прежде всего, как сфера обмена продукцией экологического сектора, то есть такой отрасли экономики, которая производит экономические блага, способствующие сокращению негативного антропогенного влияния на окружающую среду.

В условиях российской экономической реальности трудно говорить о существенных успехах в сфере экологизации. Лишь в последние годы вопросы экологически безопасного экономического развития признаются настолько актуальными, чтобы начать разработку практических механизмов их решения. Результатом этого является относительно неглубокая степень исследования таких вопросов в российской науке. Во многом именно этим фактом обосновывается чрезмерно широкая трактовка понятия «экологический рынок». Ряд авторов под этим термином понимает рынок экологически чистых товаров, произведенных в соответствии с мировыми стандартами охраны окружающей среды. Немногочисленная группа ученых, говоря об экологическом рынке, имеет ввиду механизм, обеспечивающий обращение определенной категории экономических благ.

Так, по мнению Н. Ф. Реймерса[16], экологический рынок – это подчиненная законам стоимости, спроса и предложения сфера трудового и товарно-денежного обращения, где свободно формируется спрос, предложение и цена на продукцию природоохранного назначения. Кроме того, наряду с термином «экологический рынок» имеет хождение понятие «рынок экологических услуг». В частности, редактор книги «Современные региональные рынки: теория, практика, инновации» А. Н. Маликов указывает на то, что: «На рубеже XX и XXI вв. произошло интенсивное становление нового рынка – рынка экологических услуг, включающего в себя экологическое страхование, экологический аудит, торговлю правами на загрязнение и выбросы и т. п.»[17]

Автор серии статей «Предпринимательство и инновации», д.т. н, профессор университета Российской Академии образования А. И. Чулок, говоря о формировании экологического рынка, выделяет семь областей, в рамках которых проявляется это явление[18]:

1) научно-техническая (рынок интеллектуальной продукции в области создания и использования малоотходных и безотходных, ресурсосберегающих технологий, производств);

2) финансовая (развитие экологических банков, фондов, привлечение инвестиций в экологическую сферу и управление капиталом);

3) учетная (бухгалтерский финансовый и управленческий экологический учет, отчетность по экологическим показателям);

4) аудиторская (при экологической паспортизации, сертификации и подготовке соглашений о разделе продукции; экоаудит недропользования и т. д.);

5) страховая (экологическое страхование ответственности предприятий и собственников, владельцев, пользователей);

6) коммерческая (экологический маркетинг природных ресурсов и экологически чистой продукции; экологическая сертификация, стандартизация и учет);

7) организационно-административная (совершенствование структуры предприятия и оптимизация методов природопользования).

Проанализировав вышеуказанные подходы к определению понятия «экологический рынок», можно отметить тот факт, что одни авторы говорят о рынке товаров (Н. Ф. Реймерс), другие трактуют экологический рынок как рынок услуг (А. Н. Маликов), третьи (А. И. Чулок) рассматривают его в наиболее общем ключе, говоря об областях, или видах деятельности, которыми охватывается это явление. При этом, необходимо учитывать тот факт, что некоторые из указанных точек зрения сформировались достаточно давно (в 90-е) годы, однако, реальная экономическая действительность современности имеет более сложную систему, поэтому введенное в экономический обиход определение понятия «экологический рынок» нуждается в уточнении.

Говоря об определении экологического рынка, принципиальным является вопрос определения круга объектов обращения. Обобщая вышеуказанные подходы, можно сделать вывод о том, что объектом обращения на экологическом рынке являются экономические блага природоохранного назначения. Критерием выделения подобных экономических благ является их способность сокращать негативное антропогенное воздействие на окружающую среду. Основная потребность, которую удовлетворяют такие экономические блага – повышение экологичности хозяйственной деятельности.

Российские и зарубежные ученые-экономисты сходны в том, что круг объектов обращения экологического рынка включает:

1) технологии экологизации (которые являются объектом купли-продажи в виде объектов интеллектуальной собственности или воплощаются в конкретных товарах);

2) товары экологического назначения (основные и оборотные средства предприятий, используемые для экологизации деятельности);

3) экологические услуги (услугу понимаем как деятельность, направленную на удовлетворение потребностей других лиц, в процессе выполнения которой не создается новый материально-вещественный продукт);

4) квоты на выбросы веществ загрязнителей (которые в зарубежной практике также могут обращаться в виде производных ценных бумаг: фьючерсов и опционов на выбросы). К ним относятся в частности квоты на выбросы парниковых газов, однако в практике имеются примеры рыночного распределения квот на выбросы иных веществ. При этом, права на осуществление выбросов веществ-загрязнителей в пределах квот нельзя отождествлять с товарами ввиду отсутствия у них материально-вещественной формы. Они также не являются услугами, ввиду того, что их производство отделимо во времени от их потребления (услуга же потребляется непосредственно в момент ее оказания). На сегодняшний день получила наибольшее распространение практика торговли квотами на выбросы парниковых газов, которая реализовалась как на общемировом уровне (через механизмы Киотского протокола – до 2012 г.), так и на локальном (по принципу «пузыря» – ЕС, Япония, Новая Зеландия, Австралия и т. д.). Вместе с тем, подобным способом могут обращаться и квоты на выбросы других веществ – оксидов серы и азота (подобные рынки квот функционировали в США в 1990–2010 гг.)

Обобщая выше представленные подходы, в рамках данной работы мы будем использовать следующую трактовку понятия «экологический рынок» – это система экономических отношений возникающих в процессе обращения благ экологического назначения, прав на выбросы и производных от них финансовых инструментов. Особенностью экологического рынка, выделяемую большинством авторов, можно считать возможность обращения на таком рынке не только экономических благ, но и анти-благ (в виде квот на выбросы веществ-загрязнителей, производных от них финансовых инструментов).

Мы также разделяем точку зрения ученых[19], которые трактуют экологический рынок как систему «регулятивных и автономных рынков», то есть мы понимаем под экологическим рынком собирательный конструкт, состоящий из других рынков, степень интеграции которых в единое явление определяется уровнем его развития (в данном случае уместной представляется аналогия с финансовым рынком, который, по сути, представляет собой собирательное явление, включающее ряд других рынков: валютный, ценных бумаг, кредитный, страховой и т. д.). Так, в странах западной Европы, а также в Японии, США можно говорить о существовании экологического рынка как единого, сложного явления с высокой степенью взаимосвязи слагающих его рынков. Для стран с более низким уровнем экономического развития, а также меньшим опытом применения рыночных методов стимулирования рационального природопользования (Россия, страны восточной Европы, Австралия, Новой Зеландия), характерно развитие отдельных элементов экологического рынка, их относительно низкая взаимосвязь.

Структуру и логику образования экологического рынка представим на рисунке 1.1.

Спрос на экологическом рынке формируется такими предприятиями, деятельность которых оказывает весомое негативное воздействие на окружающую среду. Среди них можно особо выделить субъектов, работающих в следующих отраслях:

• черная и цветная металлургия;

• энергетика;

• добывающая промышленность;

• химическая промышленность.

Классическая трактовка спроса как желания и возможности приобрести какое-либо экономическое благо отсылает нас к мотивации субъекта, формирующего спрос. На экологическом рынке спрос формируется под действием группы из двух факторов. Первым из них является государственная эколого-экономическая политика.

Рис. 1.1 – Структура экологического рынка (составлено автором)

Предприятия стремятся экологизировать свою деятельность для того чтобы избежать санкций со стороны государства за нарушение соответствующих норм (на практике это реализуется через институт платности природопользования, ответственности за экологические правонарушения, обязанности компенсировать нанесенный экологический ущерб и т. д.). Второй фактор проявляется в том, что мотивы к экологизации формируются «изнутри», а не «навязываются» предприятию «сверху». На современном этапе развития мировой экономики экологичность является одним из элементов конкурентоспособности. Вместе с тем, стремление хозяйствующего субъекта сократить издержки за счет повышения ресурсоэффективности также может привести к положительному экологическому эффекту. На этапе первоначального развития экологического рынка доминирует первый фактор (об этом свидетельствует практика стран с развитым экологическим рынком, которая будет более подробно рассмотрена ниже), на этапе его зрелости все более весомое влияние оказывает второй.

Для выявления условий, способствующих развития экологических рынков целесообразно произвести систематизацию опыта стран, в которых существует развитый экологический рынок, что и будет проведено ниже.

1.2. Сопоставление зарубежного и российского опыт развития экологических рынков

Экологические рынки в том или ином виде существуют в большинстве развитых стран современного мира. В настоящее время экологический рынок является одним из наиболее динамично развивающихся секторов мировой экономики. Соболева Е.Н. в своем диссертационном исследовании приводит оценку агентства MillerandMoore, согласно которой в первой половине XXI века до 21 % мирового производства будет приходиться на продукты и технологии, имеющие отношение к экологии и энергоэф-фективности[20]. Экологический рынок, начавший свое формирование в конце XX века, неуклонно расширяется. Так, в 1990 году он оценивался в 200 млрд. долл. (85 % оборота приходится на развитые страны), в 1993 году суммарный оборот по оценкам экспертов достиг уже 300 млрд. долл. При этом, дальнейшие темпы прироста оцениваются значением не менее 5,5 % в год[21]. По данным Европейского Агентства по охране окружающей среды (European Environmental Agency) объемы экологического рынка в 2004–2005 гг. достигли уже порядка 700 млрд. долларов. По оценкам издания Environmental Business Journal, в 2011 году объемы рынка достигли 866 млрд. долл. За 2011 год рынок вырос на 3,9 %. Подобный темп прироста прогнозируется и в 2012 году[22]. И это не предел, поскольку мировой экологической промышленностью еще не охвачены огромные рынки – страны центральной и восточной Европы и Россия[23].

Первичный импульс развитию экологического рынка страны дает экологическая политика государства, которая, направлена на формирование мотивации к экологизации, а также направленна на создание соответствующей инфраструктуры.

На сегодняшний день ограничения на выбросы загрязняющих веществ в окружающую среду существуют практически во всех развитых странах с рыночной экономикой. Ниже будет рассмотрен опыт формирования экологического рынка в таких странах как США, страны ЕС и Япония. На сегодняшний день эти государства являются лидерами в формировании экологических рынков[24].

Одной из первых стран, внедривших в свою экономику механизмы эколого-экономического стимулирования природоохранной деятельности предприятий стали США.[25] Стимул к формированию и развитию экологической политики страны дал энергетический кризис 1970-х годов. Повышение цен на нефть, вызвавшее сокращение импорта энергоресурса привело к возрождению «грязной» угольной промышленности. Таким образом, с одной стороны экономика США испытывала дефицит энергоресурсов, а с другой – развитие собственных экологически небезопасных отраслей обострило проблему загрязнения окружающей среды. Как результат, в 1969 году в стране был принят Закон о национальной политике в области природной среды. Вплоть до 1990 года продолжался период активной разработки экологического законодательства США. Кроме того, важным трендом эколого-экономического регулирования с 90-х годов XX века и по сей день является применение методов прогрессивного налогообложения ресурсодобывающих и экологически опасных отраслей[26]. Практическая реализация такой системы включала в себя смену объектов налогообложения с таких базовых экономических категорий как собственность, доходы, инвестиции, оплата труда, прибыль на показатели деятельности предприятия, иллюстрирующие производимую им негативную нагрузку на состояние окружающей среды, такие как: выбросы в окружающую среду и загрязнение различных компонентов биосферы, истощение и нерациональное использование минеральных, рыбных, лесных, водных и прочих ресурсов, деградация почв, накопление твердых и токсичных отходов и др. Такая система действует применительно к отраслям, непосредственно связанным с ресурсодобычей и первичной переработкой природных ресурсов[27].

С 80-х годов XX века в стране развиваются системы экологического мониторинга. Практическая реализация контроля качества окружающей среды в США началась с создания и внедрения системы репрезентативных показателей, характеризующих состояние окружающей природной среды. Наиболее широко применяемым является «показатель нормированных загрязнений», который представляет собой комбинированный показатель ежедневного загрязнения воздушного бассейна. При организации экологического контроля особая роль в США отводится созданию и развитию единой контрольно-измерительной сети, которая представляет собой совокупность ведомственных сетей. При этом, вся информация компьютеризирована, а замеры по основным загрязнителям автоматизированы. В 90-х гг. XX века стратегия Агентства по охране окружающей среды в основном направлена на установление источников загрязнения до попадания загрязняющих веществ в среду. Для этих целей в штатах существуют перечни основных источников загрязнения воздуха, указаны средние хронологические объемы выбросов. В регионах существуют сети станций контроля, размещенные в зонах с высокой плотностью населения и вблизи стационарных источников загрязнения. С 1990 по 2006 год в США реализовывалась Environmental Monitoring and Assessment Program (Программа экологического мониторинга и оценки)[28], направленна на создание комплексной автоматизированной системы, данные из которой должны поступать в Систему географической информации, доступную в режиме онлайн для заинтересованных пользователей.

Параллельно с реформированием системы налогообложения, которая призвана создать стимулы для экологизации у компаний-загрязнителей, в США в 90-х годах XX века внедряются меры по стимулированию производства и дальнейшего внедрения (коммерциализации) экотехнологий. Особое внимание в рамках такого подхода отводится использованию рыночных механизмов, обеспечивающих преимущества для разработчиков технологий экологического назначения. Федеральное правительство США участвует в формировании и развитии рынков инновационных технологий природоохранного назначения, способствует устранению барьеров, осложняющих спрос на новую технологию. Вместе с тем в систему государственных заказов вводятся критерии, иллюстрирующие экологичность проектов[29].

В начале 90-х годов XX века на США приходилось менее 40 % мирового экологического рынка[30]. Для поднятия конкурентоспособности рассматриваемого сектора американской экономики на федеральном уровне были сделаны следующие шаги, предусматривавшие:

• обеспечение бизнеса информацией об экологических проблемах в странах-импортерах, об их потребностях в технологии для решения этих проблем, а также о правовых, политических и регуляционных структурах и механизмах в государствах, закупающих экологическую технологию;

• согласование экспортных программ США с наличием ресурсов, необходимых для их осуществления;

• содействие реализации совместных научных проектов и программ по обучению и демонстрационным технологиям, осуществляемых американским бизнесом и потребителями в странах-импортерах[31].

Внедрение указанных выше шагов дало свои положительные результаты. Согласно статистике, приводимой Федеральным министерством (агентством) США по охране природы (The Environmental Protection Agency – EPA), суммарный объем экологического рынка страны в 2010 году составил порядка 334,6 млрд. долл[32]. Данные по секторам рынка представлены в таблице 1.3.

Как видно из таблицы 1.1, в период последнего десятилетия наблюдается значительный рост как экологического рынка в целом, так и основных его элементов.

Помимо традиционных элементов экологического рынка, таких как разработка экотехнологий и производство на их основе необходимого оборудования, сегмента экологических услуг, в США получил развитие сегмент торговли правами на осуществление выбросов различных веществ загрязнителей. В США с 80-х гг. прошлого века действует рынок квот на выброс в атмосферу свинца, который происходит главным образом при сжигании бензина[33].

Таблица 1.1. Динамика емкости экологического рынка США в период с 1990 – 2000 и 2000 – 2010 гг[34].

Кроме того, существенные объемы торгов приходятся на Чикагской товарной бирже (CMEGroup), которая образовалась в результате слияния Chicago Mercantile Exchange, the Chicago Board of Trade, the New York Mercantile Exchange. На этой бирже на настоящий момент торгуются квоты на выбросы таких веществ-загрязнителей, как: углекислый газ (СО_2) и другие парниковые газы в СО_2 эквиваленте; оксиды азота (NOx); диоксид серы (SO_2). Вышеуказанные активы торгуются в форме фьючерсных и опционных контрактов[35]. По данным Finansial Times, эта схема позволила правительству США на 90 % снизить расходы на охрану природы от кислотных дождей[36].

Кроме того, с 12.12.2003 г. в США производится регулярная торговля квотами на выбросы парниковых газов на Чикагской климатической бирже. Необходимо отметить, что участие на бирже основано на добровольном согласии предприятий, муниципалитетов и других субъектов ограничить свои выбросы парниковых газов, т. е. ограничение, формирующее рынок имеет добровольный, а не административно-правовой характер. На бирже торгуются как фьючерсные, так и опционные контракты[37].

Генезис экологического рынка США схематично изобразим на рисунке А.1, представленном в приложении А. К настоящему времени в США сложился развитый экологический рынок. Образования подобной структуры изначально было инициировано политикой государства, которая выражалась: во-первых, в принятии соответствующих ограничительных правовых актов, а во-вторых, в создании условий для развития сегментов экологического рынка.

При этом, даже с учетом того, что США отказались ратифицировать Киотский протокол, таким образом, не приняв обязательства по сокращению эмиссий парниковых газов, в стране существуют саморегулируемые, добровольно создаваемые институты, такие как Чикагская климатическая биржа, участники которых добровольно вступают на этот рынок.

Развитие экологического рынка США, во-первых, способствует экологизации американской экономики, сокращению ее ресурсозависимости, во-вторых, формирует конкурентоспособную экспортно-ориентированную отрасль, снабжающую другие страны экотехнологиями и экооборудованием.

Кроме того, обращение квот на выбросы веществ-загрязнителей само по себе представляет собой экономическую деятельность, ориентированную на получение прибыли, таким образом, это дает толчок развитию финансового сектора страны.

Основы экологизации экономики стран Европы были заложены еще в XIX веке, во время принятия первых нормативно-правовых актов, содержащих нормы экологического права. Их образцами могут служить: Закон Великобритании о щелочном и других видах производства (1863 г.), который предусматривал регулирование охраны атмосферного воздуха от загрязнения химическими предприятиями; Закон Франции, регулировавший размещение промышленных предприятий с учетом их экологической опасности (1917 г.). Первым актом законодательства об охране окружающей среды Нидерландов явился Закон о зловредности (Nuisance Act) (1875 г.), который и сейчас является основой природоохранительной политики региональных властей. С течением времени экологическое законодательство отходит от методов административного регулирования и начинает строиться на принципе «загрязнитель платит». В соответствии с рекомендацией ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) 1972 г., принцип «загрязнитель платит» означает, что «загрязнитель должен нести расходы по проведению мер экологического оздоровления по решению властей». В «Рекомендации Совета 75/436 Евратом, ЕОУС (Европейское объединение угля и стали), ЕЭС от 3.03.75 о распределении затрат по охране окружающей среды и действиях органов общественной власти в этой области» дается определение и руководство по применению данного принципа. Отнесение расходов по борьбе с загрязнениями и другими неблагоприятными воздействиями на окружающую среду на непосредственных виновников заставляет их в условиях рынка искать пути снижения загрязнения, использовать более приемлемые меры с экологической точки зрения технологии, принимать меры по более рациональному использованию природных ресурсов[38]. Практическая реализация этого принципа закрепилась в большинстве стран Европы в виде «зеленых налогов» («эмиссионных налогов»). Реформа налогообложения, предусматривающая дополнительные налоговые затраты для экологически опасных и ресурсонеэффективных производств функционирует во Франции с 60-х годов XX века, в ФРГ, Дании, Нидерландах, Норвегии, Швеции.

Для оценки качества окружающей среды в странах Европы создается и развеивается система экологического мониторинга. Так, в Великобритании основы указанной системы были заложены в 70-х гг. XX века.

Позднее (в 90-х гг.) в стране создана национальная информационная система данных, базирующаяся на данных, предоставляемых постами контроля загрязнения атмосферы и гидросферы.

Во Франции первые сети наблюдения за концентрацией загрязнителей в атмосфере созданы в 60-х гг. XX века. Существующая национальная система мониторинга фактически действует на основе региональных. Стационарные автоматизированные сети станций раннего оповещения дают исчерпывающую информацию о загрязнении атмосферы и гидросферы.

В Германии в 80–90 гг. XX века введено положение об обязательном мониторинге выбросов. Существует сеть контрольно-измерительных станций. Кроме того, активно применяются мобильные посты наблюдения, производящие исследование качества воздуха и воды при обращении граждан, в случаях чрезвычайных ситуаций и т. д.

С созданием Европейского союза система эколого-экономических стимулов претерпела некоторые изменения. Начался процесс гармонизации экологического законодательства стран ЕС. На настоящее время действует набор директив ЕС, постановлений Европейского Совета регулирующих большинство аспектов экологических отношений[39].

Необходимо отметить тот факт, что Европа – первый из регионов мира, в котором возник рынок квот на выбросы веществ-загрязнителей. Речь идет о Великобритании, которая в 2002 году создала национальный (внутренний) рынок, на котором заключаются сделки по купле-продаже квот на выбросы парниковых газов. Цель Великобритании по Киотскому протоколу – сокращение эмиссий парниковых газов на 12,5 % к 2012 году по отношению к базовому 1990 году. Однако, Правительство страны установило национальную цель – сократить эмиссии на 20 % за аналогичный период. Участие предприятий в существующей системе добровольное. На сегодняшний день в ЕС действует Европейская система торговли единицами выбросов (EUETS), членами которой являются более 15 тыс. предприятий стран Европы[40].

Генезис и хронологию экологического рынка европейского региона представим на рисунке А.2, представленном в приложении А.

Таким образом, в рамках ЕС также сложилась единая система, которая дает стимулы для экологизации деятельности субъектам бизнеса, а также, существуют рыночные механизмы, позволяющие не только приобрести технологии и оборудование, но и реализовать полученные сокращения выбросов. Необходимо отметить, что фактические данные говорят об эффективности действий ЕС по повышению экологичности экономики.

Так, в период с 1990 по 2005 года, средний рост ВВП ЕС составил 2,1 %, в то время как эмиссии парниковых газов сократились на 3 %[41]. Таким образом, полученный экономический рост сопровождался улучшением показателей состояния окружающей среды.

В контексте экологизации экономики также показательным является опыт Японии. Формирование современного законодательства об охране окружающей среды Япония начинала преимущественно с принятия комплексных законов. С конца 60-х годов в стране была принята серия нормативных актов, таких как: Закон об охране окружающей среды; Основной закон о контроле за загрязнением; Закон об охране воздушного бассейна; Закон об охране водных ресурсов и др. В 1971 году в Японии было создано Управление по охране окружающей среды, призванное обеспечить координацию деятельности различных министерств в экологической сфере[42].

Местное самоуправление страны активно участвует в продвижении экологической политики. В частности, заслугой местных органов власти являются достигаемые соглашения о сокращении эмиссий веществ-загрязнителей, заключаемые с крупнейшими предприятия страны.

Формирование природоохранного механизма Японии основано на принципе «загрязнитель платит». В результате, промышленные предприятия вынуждены разрабатывать технологические решения по контролю за экологической обстановкой. В стране действует система стандартов качества окружающей среды, а в случае их несоблюдения предусмотрено привлечение к уголовной ответственности. Загрязнитель также в соответствии с Законом о компенсации ущерба для здоровья в связи с экологическим загрязнением должен оплачивать пострадавшему населению лечение специфических заболеваний[43].

В 80-х гг. XX века в стране появились первые элементы национальной системы экологического мониторинга. Особенно актуальными такие вопросы стали после 1974 г. когда стране был нанесен большой ущерб кислотными дождями. На сегодняшний день национальная сеть станций мониторинга Японии включает в себя как промышленные центры, так и сравнительно безопасные в экологическом отношении районы. Наблюдения ведутся круглосуточно, станции автоматизированы а данные передаются в единый банк по каналам сети Интернет.

В настоящее время в проведении экологической политики Япония сочетает административные и экономические методы регулирования. К административным мерам относятся: введение стандартов качества продукции и окружающей среды; экологическая экспертиза; соглашения между местными органами власти и предприятиями о контроле за загрязнением; система арбитража экологических конфликтов[44].

В Японии действует система нормативов по загрязнению атмосферы, которая является одной из самых строгих в мире. Нормативы превосходят в 2–3 раза аналогичные параметры в других странах. Вместе с тем, используются и экономические методы, побуждающие бизнес к экологизации, среди которых: платежи за природные ресурсы (они идут на финансирование экологических проектов); налоги на источники выбросов серы; налоги на потребителей бензина; повышен налог на покупку земель в окрестностях городов и др. С другой стороны, поощряются предприятия, использующие экологически чистые технологии[45]. Япония является одним из крупнейших мировых экспортеров экотехнолгий. Однако, рынков квот на выбросы веществ-загрязнителей в стране не существует. При этом, страна является участницей международного рынка квот на выбросы парниковых газов, функционирующего на основании Киотского протокола.

Формирование экологического рынка Японии изобразим схематично на рисунке А.3, представленном в приложении А.

Подобная экологическая политика привела к формированию достаточно развитого экологического рынка как внутри страны, так и способствовала выходу японских компаний на международные экологические рынки. Страна, не обладающая значительными запасами природных ресурсов является одним из лидеров мирового промышленного производства за счет своей высокой ресурсоэффективности. Например, энергоемкость экономики Японии в 3 раза ниже российской экономики[46].

Вопросы экологизации экономики в России разработаны сравнительно хуже, чем в промышленно развитых странах современного мира. За рубежом разработка мер эколого-экономического стимулирования существует достаточно давно, тогда как в условиях России эта тенденция является новой и начала осуществляться только в начале XXI века. Причем речь идет не только о разработке экологической политики и соответствующего нормативно-правового государственного регулирования, но и о появлении отрасли экологического предпринимательства, формировании экологических рынков.

Говоря об экологизации российской экономики, необходимо отметить неразвитость рычагов рыночного регулирования природоохранной деятельности российских предприятий. Экологический рынок страны только зарождается, причем этот тезис справедлив не для всех ее регионов. Подобный факт имеет несколько объективных причин. Во-первых, экологическая емкость среды в России сама по себе высока: страна является мировым лидером по запасам природных ресурсов всех видов, численность населения небольшая по сравнению с занимаемой территорией. Во-вторых, кризисное положение российской экономики в начале и конце 1990-х годов снизило актуальность вопросов экологической политики. После распада СССР промышленное производство сократилось более чем на 50 % (по некоторым данным – на 81 %)[47], соответственно, сократилась и негативная нагрузка на окужающую среду, и потребность в природных ресурсах. Однако, дальнейшее развитие российской экономики, имеющее положительную динамику, сопровождающееся ростом масштабов производства вновь делает такие вопросы актуальными. Кроме того, учитывая тот факт, что в период 90-х гг. темпы технологического прогресса были фактически заморожены, современное развитие в большинстве своем основывается на заведомо отсталых технологических решениях. Российские технологии морально устарели, а оборудование большинства крупнейших российских предприятий устарело и физически. Таким образом, для формирования развитой, ресурсоэффективной и экологичной экономики необходимо и формирование экологического рынка, т. е. того института, который будет способствовать достижению такой цели.

Однако, базовые рычаги эколого-экономического регулирования в России все же задействованы. Основу эколого-экономического регулирования во всех развитых странах составляет реализация принципа платности природопользования. Наличие обязательных платежей, уплачиваемых предприятиями и индивидуальными предпринимателями пропорционально негативному воздействию осуществляемой ими деятельности на окружающую среду, должно формировать у природопользователей мотивацию на экологизацию. В самом общем виде принцип платности природопользования предполагает наличие системы платежей, уплачиваемых субъектами при использовании возможностей и ресурсов окружающей среды. На практике он реализуется через систему, включающую:

1) платежи за пользование природными ресурсами;

2) платежи за негативное влияние на окружающую среду, которые должны стимулировать повышение экологичности («загрязнитель платит»).

В России принцип платности природопользования закреплен на нормативно-правовом уровне. Статья 3 ФЗ «Об охране окружающей среды» прямо называет «платность природопользования и возмещение вреда окружающей среде» одним из основных принципов. Принцип платности природопользования в России де-юре реализуется через систему обязательных платежей, уплачиваемых предприятиями и индивидуальными предпринимателями – природопользователями.

Результаты систематизации платежей представлены в таблице 1.2.

Таблица 1.2. Система платежей за природопользование в России

В системе платежей, уплачиваемых природопользователями в России, можно выделить следующие группы: 1)налоги и сборы, взимаемые за пользование природными ресурсами (налог на добычу полезных ископаемых, роялти от реализации соглашений о разделе продукции, водный налог, сборы за пользование объектами животного мира) – по сути, эти платежи не носят яркой «экологической» направленности, поскольку не коррелируют с объемами продуцируемой негативной нагрузки на окружающую среду (ресурсные платежи); 2) платежи, носящие компенсационный характер, призванные компенсировать в денежной форме вред, который хозяйственная деятельность наносит окружающей среде (экологические платежи) – это, во-первых, плата за негативное воздействие на окружающую среду, платежи за пользование лесными ресурсами, плата за пользование водными объектами, платежи за пользование недрами.

Таким образом, в России принцип «загрязнитель платит» реализуется исключительно в форме платы за негативное воздействие на окружающую среду (далее – НВОС). Только такие платежи исчисляются исходя из объемов негативного воздействия, продуцируемого природопользователями. Однако и реализация этого инструмента далека от идеала[48].

Анализ структуры фактически уплачиваемых платежей позволяет сделать вывод о том, что в России традиционно доминирует первый вид платежей. Статистические данные, подтверждающие указанный тезис, представлены в таблице 1.3.

Таблицы 1.3. Динамика долей различных видов экологических платежей %

Согласно представленным данным, в общей структуре доходов от использования природных ресурсов и вредного воздействия на окружающую среду в консолидированном бюджете наибольший удельный вес занимают налоги и сборы за пользование природными ресурсами (а именно – налог на добычу полезных ископаемых). Доля таких платежей в общей сумме колеблется от 92,56 до 96,09 %.

Таким образом, в России традиционно преобладают налоговые платежи за пользование природными ресурсами, в то время как компенсационным платежам отведена далеко не главная роль.

Этапы формирования основ для экологизации российской экономики схематично представим на рисунке А.4, представленном в приложении А.

Таким образом, на сегодняшний день можно говорить о том, что в России начинается процесс формирования основ для возникновения экологических рынков. Нормативно-правовое регулирование, действующее на сегодняшний день, во многом ограничивается регламентированием основных положений и не содержит единой системы конкретных шагов, направленных на экологизацию экономики. Применяемый на сегодняшний день инструментарий не способствует решению проблемы повышения экологической безопасности России. За рамками решения экологических проблем остаются муниципалитеты. Де-факто в России можно говорить лишь о государственной и региональной экологической политике, в то время как за муниципалитетами закреплены незначительные полномочия по утилизации отходов и организации локальных мероприятий в области охраны окружающей среды. При этом, большинство природопользователей сосредоточено на землях муниципалитетов. Целесообразно обеспечить более полное участие органов местного самоуправления в решении вопросов эколого-экономического регулирования, расширить полномочия муниципалитетов.

Нельзя не отметить проблемы в сфере реализации принципа платности природопользования. Существующие нормативы допустимого воздействия природопользователей в большинстве своем не достижимы. По мнению экспертов ОЭСР для целей повышения эффективности существующей системы платности природопользования в России необходимо сократить перечень веществ-загрязнителей, облагаемых платежами, увеличить ставки платежей за негативное воздействие на окружающую среду, повысить качество экологического мониторинга и инвентаризации выбросов[49].

Определение «базовых» категорий экологического рынка на сегодняшний день не завершено полностью. Так в российском законодательстве отсутствует легальное определение квот на выбросы веществ-загрязнителей (которые в нормативно-правовых актах именуются единицами сокращенных выбросов). Их правовая природа также не ясна. Отчасти это объясняется отсутствием внутристранового рынка сокращений выбросов. Определенные меры содержатся в отдельных нормативно-правовых актах различного уровня, однако, создание единой системы регулятивных воздействий, стимулирующих бизнес к экологизации своей деятельности – приоритетная задача на ближайшую перспективу.

Анализ практики развитых стран указывает на то, что первичный импульс для формирования экологического рынка дает государственная политика, направленная на: во-первых, ужесточение экологических требований, а во-вторых, на стимулирования развития сегмента экотехнологий. Взаимодействие двух указанных направлений дает кумулятивный эффект: бизнес получает дополнительную мотивацию к экологизации и эффективное средство ее достижения (в виде экотехнологий и необходимого оборудования). В развитых странах экологический рынок существует относительно недавно. Разработка экологической политики в США, ЕС, Японии началась с середины XX века, тогда как в России основные нормативно-правовые акты были приняты в последние годы, вместе с тем, тенденция развития механизмов экологизации в России совпадает с практикой развитых стран. Анализ опыта развитых стран дает возможность выявить те условия, которые способствовали возникновению и развитию экологических рынков. Итоги систематизации будут рассмотрены ниже.

1.3. Условия развития экологического рынка

По результатам исследования развития экологических рынков за рубежом, можно выявить определенные закономерности этого процесса, которые сводятся к следующему:

1) развитые экологические рынки существуют в странах с определенным уровнем экономического развития. Подобный факт объясняется двумя причинами: во-первых, сам по себе экономический рост является источником экологических проблем. Во-вторых, экологический рынок формируется в странах, достигших такого уровня экономического развития, при котором вопросы экологии являются актуальными. В современном мире существует страны, для которых экологические проблемы являются актуальными, однако экологический рынок в них ничтожен, так как экономика подобных государств не «созрела» для подобного института (Камбоджа, Лаос, Индия, страны Африки);

2) развитие экологического рынка невозможно без формирования соответствующей инфраструктуры. В странах с развитым экологическим рынком существуют особые институты, деятельность которых направлена на облегчение процессов обращения благ природоохранного назначения.

Таким образом, условия, в рамках которых происходит развитие экологического рынка, включают в себя два компонента: во-первых, состояние эколого-экономической системы, в рамках которой происходит процесс развития, во-вторых, качество инфраструктуры экологического рынка. Причем с точки зрения управления первый компонент невозможно регулировать в краткосрочном и среднесрочном периоде, в то время как второй является регулируемым. Под инфраструктурой в рамках данной работы мы будем понимать совокупность организационно-правовых форм, опосредующих движение товаров и услуг, акты купли-продажи, или совокупность институтов, систем, служб, предприятий, обслуживающих рынок и выполняющих определенные функции по обеспечению нормального режима его функционирования[50]. Обобщая существующие в институциональной экономике теоретические положения, можно выделить следующие укрупненные компоненты рыночной инфраструктуры:

1) правовая и регулирующая инфраструктура (правовые нормы и прочие регуляторы);

2) организации, обеспечивающие обращение экономических благ (банки, биржи, инвестиционные компании и т. д.);

3) материальная основа рыночной инфраструктуры (отдельные отрасли обслуживающего характера: транспорт, телекоммуникации, энергообеспечение);

4) социальная инфраструктура (уровень образования, здравоохранение, культуры)[51].

Содержание инфраструктуры экологического рынка представим в таблице 1.4.

Правовая и регулирующая инфраструктура экологического рынка обеспечивает возможности его возникновения и развития. Основным мотивом для формирования спроса на экологическом рынке на начальном этапе является реализация принципа платности природопользования.

Первым шагом государств в развитии экологического рынка является установление стандартов качества окружающей среды, а также платы за их нарушение. При этом, способы реализации платности природопользования отличаются в разных странах. В наиболее общем виде, платность природопользования реализуется либо через налоговую систему (косвенные налоги в цене экологически небезопасных товаров), либо посредством платы за загрязнение. К правой и регулирующей инфраструктуре также относится система рычагов эколого-экономического стимулирования в виде предоставления налоговых преференций, иной амортизационной политики основных фондов природоохранного назначения, льготного кредитования и субсидирования. Указанный компонент инфраструктуры способствует возникновению и поддержанию спроса и предложения на экологическом рынке, увеличивает деловую активность субъектов, создает и контролирует исполнение формальных норм.

Таблица 1.4. Характеристика компонентов инфраструктуры экологического рынка (составлено автором)

Система организаций, обеспечивающих обращение экологических активов, также является важнейшим компонентом инфраструктуры экологического рынка. Так, квоты на выбросы обращаются посредством особых субъектов – климатических бирж, экологическое оборудование и технологии зачастую реализуются посредством организаций-лизингодателей. Указанный компонент инфраструктуры сокращает транзакционных издержек субъектов экологического рынка.

Экологический рынок, объединяя ряд разнообразных видов экономической деятельности, не может развиваться без соответствующей материальной основы – «общественных благ»: транспорта, связи, энергообеспечения и т. д. Указанные блага необходимы для развития любой экономической деятельности.

Социальная инфраструктура экологического рынка представляет собой совокупность неформальных правил поведения, определяющих отношение человека к окружающей среде, а значит и его экономическую деятельность. Особо велико влияние социальной инфраструктуры (некоммерческие организации, фонды и проч.) на развитых экологических рынках – в странах Европы, США, Японии соблюдение экологических стандартов давно является элементом конкурентоспособности, способно влиять на потребительские предпочтения, и, как следствие, формировать у природопользователей «внутренние» мотивы к экологизации.

Развитие экологических рынков за рубежом сопровождается формированием соответствующей инфраструктуры. При этом, указанные процессы являются катализаторами друг друга: для повышения эффективности обращения экологических активов создаются и возникают отдельные элементы инфраструктуры, которые ускоряют темпы развития экологического рынка, который, в свою очередь, способствует дальнейшему развитию инфраструктуры. Таким образом, развитая инфраструктура является атрибутом зрелого экологического рынка.

В рамках проводимого исследования для нас наибольший научный интерес представляют первый и второй компоненты инфраструктуры экологического рынка. Это объяснятся следующими причинами: материальная основа инфраструктуры экологического рынка (транспорт, связь, энергоснабжение и т. д.) является общей для всех рынков. Кроме того, она включает в себя самостоятельные отрасли, которые не являются объектом проводимого исследования. Социальная инфраструктура экологического рынка оказывает большое влияние на его развитие, однако представляет собой область исследования других наук (скорее социологии, нежели экономики). В дальнейшем под термином «компоненты инфраструктуры экологического рынка» мы будем понимать только те, которые входят в предмет проводимого исследования – а именно правовую и регулирующую инфраструктуру, а также систему организаций, обеспечивающую обращение активов экологического назначения.

Проведенное исследование опыта зарубежных стран позволяет сделать вывод о том, что развитие экологического рынка происходит при наличии предпосылок и оптимальной инфраструктуры. Под предпосылками будем понимать эколого-экономическое состояние страны (региона), при котором возникновение и развитие экологического рынка возможно и оправдано.

По итогам проведенного исследования мы предлагаем выделить следующие предпосылки возникновения и развития экологического рынка, представленные в таблице 1.5.

Предпосылки возникновения и развития экологического рынка закладывают основу процесса, представляя собой исходное состояние системы, в рамках которой происходит формирование нового экономического института. Они характеризуют состояние эколого-экономической системы, которое не поддается оперативному и тактическому управлению.

Систематизация опыта стран с развитым экологическим рынком позволяет выделить следующие составляющие (элементы) инфраструктуры экологического рынка, представленные в таблице 1.6.

Необходимо отметить, что составляющие элементов инфраструктуры экологического рынка различаются по степени важности.

Таблица 1.5. Предпосылки возникновения и развития экологического рынка (составлено автором)

Отметим, что для отдельных элементов экологического рынка существенными являются различные составляющие элементы инфраструктуры. Так, рынок квот на выбросы веществ-загрязнителей не способен функционировать без организаций-реестродержателей и торговых площадок.

Вместе с тем, анализ опыта зарубежных стран позволяет выявить ряд составляющих, необходимых для развития экологического рынка в целом как системы. К ним относятся: наличие предельных значений выбросов, реализация механизма платности природопользования, а также высокое качество систем экологического мониторинга[52].

Наличие предельных значений выбросов и принципа платности природопользования, закрепленных национальным законодательством, являются необходимыми, базовыми условиями формирования экологического рынка. При этом, их практическая реализация невозможна без института экологического контроля, который осуществляется на основании результатов экологического мониторинга.

Таблица 1.6. Элементы инфраструктуры экологического рынка (составлено автором)

Таким образом, указанная триада составляющих инфраструктуры является основной. Этот тезис подтверждается практикой стран, в которых существует экологический рынок. Во всех государствах формирование подобного института начиналось именно с внедрения подобных аспектов эколого-экономического регулирования.

Выявление условий развития экологического рынка дает возможность их качественной оценки, что представляет интерес при разработке мер эколого-экономического регулирования, направленного на внедрение рыночных принципов в механизм экологизации экономики. Во второй главе нами будут рассмотрены существующие методические подходы к оценке состояния эколого-экономических систем, предложена авторская методика оцени условий развития экологического рынка.

Глава 2

Методика оценки условий развития экологического рынка региона

2.1. Методические подходы к оценке состояния эколого-экономической системы региона

В процессе принятия решений по вопросам экологизации региональной экономики особо актуальным является вопрос оценки состояния эколого-экономической системы. Адекватная оценка дает управляющему субъекту возможность сформировать четкие представления относительно текущего состояния эколого-экономической системы, тенденций ее развития. В настоящее время в науке и практике существует ряд подходов к оценке состояния эколого-экономических систем, которые отличаются своей направленностью, инструментарием и сферами применения. Условия развития экологического рынка являются составляющей состояния эколого-экономической системы региона, поэтому для разработки методики их оценки необходимо проанализировать существующие подходы к оценке состояния системы в целом.

Общее представление о состоянии эколого-экономической системы региона дает применение такого показателя как «истинные сбережения», который является одним из наиболее распространенных индикаторов устойчивости развития. Методика расчета истинных сбережений, первоначально разработанная экспертами Всемирного банка для межстрановых сопоставлений была адаптирована Г. Е. Мекуш[53] для оценки устойчивости регионального развития. В качестве интегрального показателя, автор предлагает использовать модифицированную схему расчета (2.1):

ИС = ВН – Ка – Иу – Ил – Усо – Узд + Ро (2.1)

где ИС – истинные сбережения, %;

ВН – валовые накопления, %;

КА – амортизация капитала, %;

Иу – истощение запасов угля, %;

Ил – истощение лесных ресурсов,%;

Усо – ущерб от выбросов СО2, %;

Узд – ущерб здоровью населения от экологического фактора, %;

Ро – расходы на образование, %.

Истощения запасов угля и лесных ресурсов определяютсяя исходя из разведанных валовых запасов, ущерб от выбросов CO_2 может быть оценен с использованием подхода Всемирного банка – по умеренной оценке предельных мировых убытков за метрическую тонну эмиссии углерода.

Для оценки ущерба здоровью населения от экологического фактора автором используется методика С.Н. Бобылева и др[53]. Указанные авторы предлагают оценивать ущерб, наносимый загрязнением окружающей среды жизни и здоровью населения исходя из следующих положений:

• государство несет расходы на лечение заболеваний, вызываемых экологическим фактором в виде финансирования системы здравоохранения;

• из-за временной нетрудоспособности заболевших имеет место недопроизводство валового внутреннего (регионального) продукта, которое исчисляется исходя из средней продолжительности госпитализации;

• экологический фактор может быть причиной смертности населения, а значит необходимо учесть стоимостную оценку среднестатистической жизни. В данном случае уместно использовать результаты актуарных расчетов в области страхования жизни.

Для итоговой оценки потерь ВВП (ВРП) авторы предлагают использовать следующие данные эмпирических оценок заболеваемости и смертности населения из-за экологического фактора:

1) минимальная оценка. Заболеваемость, обусловленная загрязнением вод:

• болезни органов пищеварения: 3 – 5 %;

• инфекционные и паразитические болезни: 20 %;

• новообразования: 0,05 %.

Заболеваемость, обусловленная загрязнением атмосферного воздуха:

• болезни органов дыхания: 7 %;

• новообразования: 0,1 %.

Смертность: 2 % от общей смертности.

2) Максимальная оценка. Заболеваемость, обусловленная загрязнением вод:

• болезни органов пищеварения: 20 %;

• инфекционные и паразитические болезни: 20 %;

• новообразования: 0,2 %.

Заболеваемость, обусловленная загрязнением атмосферного воздуха: [54]

• болезни органов дыхания: 10 %;

• новообразования: 1 %.

Смертность: 3 % от общей смертности[55].

Результатом применения методики С.Н. Бобылева и др. является определение минимальных и максимальных потерь ВВП (ВРП) от заболеваемости и смертности населения, обусловленных влиянием экологического фактора.

Оценка компонентов истинных сбережений с последующим сведением их в единый индикатор дает возможность оценить региональное развитие с точки зрения его устойчивости. Вместе с тем, показатель истинных сбережений не отличается должной степень детализации и способен сформировать лишь общее представление относительно тренда развития эколого-экономической системы за период анализа. Для детальной оценки автор предлагает использовать систему индикаторов устойчивости развития региональной экономики, состоящую из 80 показателей, включающих в себя ключевые (базовые), дополнительные и специфические. Ключевые индикаторы являются общими для всех регионов и отражают наиболее значимые параметры регионального развития: темпы роста ВРП, динамику инвестиций в основной капитал, динамику объемов производства в ключевых отраслях, масштабы воздействия на окружающую среды, истинные сбережения и т. д. Дополнительные индикаторы иллюстрируют направления региональной макро-экономической политики: природоемкость экономики, дифференциацию доходов, состояние трудовых ресурсов и т. д. Специфические индикаторы учитывают региональную специфику[56].

Адаптация методики расчета истинных сбережений для регионального уровня также содержится в диссертационном исследовании Ю. И. Старцевой[57]. Автор подчеркивает невозможность применения методики в неизменном уровне ввиду различий между статистическими показателями странового и регионального уровня. В качестве авторских модификаций было предложено изменение подхода к оценке истощения минеральных ресурсов и ущерба от загрязнения окружающей среды. Для оценки сокращения запасов материального сырья автор предлагает воспользоваться статистикой налоговых органов и исчислить объем ресурсов исходя из суммы налога и налоговой ставки. Для измерения ущерба от загрязнения окружающей среды автор предлагает использовать формулу (2.2):

где COD – стоимостная оценка ущерба от загрязнений, вызванных экологическим фактором;

GRP – валовый региональный продукт;

POP – численность населения региона;

n – средняя продолжительность больничного листа в РФ;

N – количество заболеваний, обусловленных экологическим фактором.

Для определения параметров региональной экономики, соответствующих устойчивому развитию автор предлагает использовать двухуровневую математическую модель, включающую функцию фактической концентрации загрязняющего вещества и функцию экономического роста. В качестве минимизирующего показателя, иллюстрирующего экологическое благополучие региона автор предлагает использовать индекс загрязнения атмосферы (ИЗА).

Вопросы оценки устойчивости развития региональной экономики затронуты в работе А. А. Барташевича[58]. Автор указывает на то, что для оценки достигнутого уровня устойчивости регионального развития необходимо использовать такие показатели как: достаточность финансово-экономических ресурсов для выполнения региональных обязательств, уровень ресурсного потенциала региона, уровень экологической безопасности региона, уровень доходов населения, уровень отклонения фактических значений наличия ресурсной базы от ожидаемых показателей.

Необходимо отметить тот факт, что оценка устойчивости регионального развития по изложенным выше методикам дает возможность оценить предпосылки для развития экологического рынка. Очевидно, что отсутствие устойчивости является свидетельством нерационального природопользования, высоких объемов загрязнения окружающей среды и связанных с ним убытков, что позволяет говорить о наличии в эколого-экономической системе предпосылок к развитию в ней экологических рынков. Вместе с тем, оценка истинных сбережений и прочих предлагаемых индикаторов не дает возможность комплексной оценки состояния инфраструктуры экологического рынка. Также, методика не вполне применима для решения поставленных задач ввиду отсутствия в ней возможности качественной интерпретации результатов. Иными словами, можно рассчитать показатели в динамике и сделать вывод об улучшении или ухудшении ситуации, однако невозможно оценить ее с точки зрения ее «зрелости» для развития экологических рынков.

В приведенных выше методиках оценка состояния региональной экономики производится с точки зрения устойчивости ее развития, однако в современной экономике природопользования существуют и иные подходы. Так, Н. Е. Булетова в своем исследовании говорит о диагностике эколого-экономической безопасности региона[59]. Предлагаемая автором методика предполагает «использование системы индикаторов, которые для каждого региона должны отражать и экологические, и экономические аспекты развития территории, их измерение должно базироваться на определении состояний «норма – промежуточное состояние – патология», на оценке корреляции экологических факторов от экономических и, наоборот, с обязательным качественным исследованием исторических, диалектических особенностей развития эколого-экономической системы региона». А этом смысле, исходя из субъектно-объектного состава экологической безопасности, Н. Е. Булетова выделяет следующие индикаторы:

а) индикаторы оценки деятельности государства (универсальные и особенные для данной территории);

б) индикаторы оценки деятельности хозяйствующих субъектов (универсальные и особенные для данной территории);

в) индикаторы состояния населения (универсальные и особенные для данной территории);

г) индикаторы состояния природной среды (универсальные и особенные для данной территории).

Качественным отличием указанной методики от вышеизложенных является ее построение на основе определения состояния эколого-экономической системы вида «норма – промежуточное состояние – патология». При этом, приведенные градации трактуются автором следующим образом:

• состояние «норма» как состояние либо совсем избавленное от риска наступления опасных состояний, либо находящееся в состоянии допустимого уровня риска как ПДК – предельно допустимой концентрации;

• «переходное состояние» можно соотнести с состоянием риска, выходящего за рамки допустимого с вариантами градации такого состояния;

• для «патологий» характерно кризисное состояние либо его доведение до бедственного состояния – чрезвычайно опасной ситуации.

По нашему мнению, вышеописанный подход применим к отдельным условиям развития экологического рынка, так как включает в себя индикаторы, иллюстрирующие как предпосылки его возникновения и развития, так и отдельные элементы рыночной инфраструктуры. Кроме того, подход предполагает возможность качественной оценки полученных значений показателей вида «норма – промежуточное состояние – патология», что является значительным достоинством методики. Вместе с тем, за ее рамками остаются отдельные показатели, характеризующие состояние инфраструктуры экологического рынка, кроме того, качественная интерпретация показателя, его отнесение к категориям «норма – промежуточное состояние – патология» осуществляется на основе рискового подхода, который также не является универсально применимым.

Необходимо отметить тот факт, что на сегодняшний день оценка состояния эколого-экономических систем региона производится и с позиции управляющего субъекта – уполномоченных региональных и федеральных органов исполнительной власти. В своей деятельности уполномоченные органы руководствуются материалами статистики, а также сами периодически публикуют статистические отчеты о своей деятельности. В них для оценки состояния эколого-экономической системы регионов, как правило, используются следующие показатели:

1. абсолютные значения, характеризующие объемы выбросов основных веществ-загрязнителей;

2. показатель выбросов на душу населения, при этом объем выбросов учтен как валовое значение по всем веществам, без перевода в эквивалентные величины;

3. показатели качества атмосферного воздуха: ИЗА, наибольшая повторяемость, стандартный индекс загрязнения;

4. объемы выбросов и сбросов веществ загрязнителей по видам экономической деятельности;

5. величина экологических платежей, взимаемых в регионе.

Отметим ряд особенностей, характерных для существующей практики:

1. отсутствие комплексной оценки состояния эколого-экономической системы, иными словами в современной государственной статистике указанные сферы оцениваются по отдельности, а не во взаимосвязи;

2. для характеристики ситуации используется лишь один подход – хронологический. Показатели исчисляются и приводятся в ежегодных отчетах за ряд лет (обычно 5–7), таким образом, управляющий субъект определяет ситуацию только с позиций «лучше» или «хуже» по сравнению с прошлыми периодами, но не с позиций ее внутреннего, качественного, нединамического состояния;

3. узкий набор показателей, их несопоставимость. Так, в отчетности региональных служб в области охраны окружающей среды приводятся данные о валовых объемах загрязнений, а также отдельно по основным веществам. При этом, различные вещества характеризуются различной степень опасности что исключает возможность сопоставления валовых значений без их конверсии в сопоставимые величины.

Таким образом, в экономике природопользования существуют методики оценки состояния эколого-экономических систем региона, которые иллюстрируют качество некоторых условий развития экологического рынка. Однако, нерешенными являются вопросы детальной оценки состояния инфраструктуры экологического рынка, а также определения качественной интерпретации показателей. Любая оценка предполагает соотнесение имеющихся значений с эталонными, только в таком случае можно получить наиболее полное представление о содержании показателя, а из их совокупности – о текущей ситуации. Доминирующий в современной государственной статистике хронологический подход не дает управляющему субъекту возможности интерпретировать ситуацию иначе как «лучше» или «хуже» чем в прошлом периоде. Попыткой решений указанных проблем является авторская методика оценки условий развития экологического рынка региона, изложенная ниже.

2.2. Методика оценки условий развития экологического рынка региона

Исходным вопросом при оценке состояния отдельных элементов эколого-экономической системы региона является проблема выбора необходимых показателей. С учетом характера решаемой в рамках данного исследования задачи, применяемая система показателей должна характеризовать качественное состояние условий развития экологического рынка. Основываясь на представленных выше методиках оценки состояния эколого-экономических систем, нами произведен отбор тех показателей, которые на наш взгляд, иллюстрируют состояние предпосылок и рыночной инфраструктуры в регионе. Однако, учитывая тот факт, что вышеуказанные методики нацелены на решение несколько других задач (а именно, на оценку устойчивости регионального развития), для целей нашего исследования мы были вынуждены дополнить перечень индикаторов.

Для оценки эколого-экономических показателей региона, характеризующих состояние условий развития экологического рынка, предлагается использовать три группы параметров, которые с учетом характера решаемых задач дадут возможность количественно оценить зрелость эколого-экономической системы для развития в ней подобного института. Все многообразие возможных индикаторов предлагается сгруппировать и выделить:

1) экономические параметры региона – иллюстрируют первую предпосылку развития экологического рынка;

2) экологические параметры – иллюстрируют вторую предпосылку развития экологического рынка;

3) параметры, характеризующие зрелость рыночной инфраструктуры.

Рассмотрим каждую группу показателей.

1. Экономические параметры региона включают в себя следующие:

1.1 ВРП на душу населения – иллюстрирует степень экономического развития территории. Вопросы экологизации экономики становятся актуальными при достижении обществом определенного уровня экономического развития. Показатель рассчитывается по формуле (2.3):

где ВРПуд – валовый региональный продукт на душу населения, тыс. долл. США по ППС / чел.;

ВРП – валовый региональный продукт, тыс. долл. США по ППС;

ЧН – численность населения региона, тыс. чел.

1.2 доля промышленности в ВРП – иллюстрирует отраслевую структуру экономики. Высокая доля промышленности является причиной деградации окружающей среды, определяется по формуле (2.4):

где ωпром – доля промышленность в ВРП, %;

ДСпром – добавленная стоимость, сгенерированная отраслями промышленности, тыс. долл. США по ППС

ВРП – валовый региональный продукт, тыс. долл. США по ППС.

1.3 темп прироста ВРП – иллюстрирует процесс экономического роста. Быстрые темпы роста экономики региона означают аналогичный рост негативного антропогенного воздействия на окружающую природную среду. Параметр определяется по формуле (2.5):

где Тпр – цепной темп прироста валового регионального продукта, %;

ВРП_1 – валовый региональный продукт отчетного года, тыс. долл. США по ППС;

ВРП_0 – валовый региональный продукт прошлого года, тыс. долл. США по ППС.

2. Экологические параметры региона включают в себя:

2.1 ассимиляционный потенциал территории страны (региона) – показатель иллюстрирует свободную экологическую емкость территории, ее сокращение говорит о росте негативного воздействия на окружающую среду и о появлении дополнительных стимулов к экологизации. Измеряется в пределах от 0 до 1. Указанный параметр рассчитывается по формуле, предложенной Кокиным А.В.[60] (2.6):

где Ап – ассимиляционный потенциал территории, долей;

Эа – площади, занятые естественными и модифицированными экосистемами, км;

Эт – площади, занятые трансформированными экосистемами, км^2;

S – общая площадь территории, км^2.

В данной формуле под модифицированными экосистемами понимаются территории, вовлеченные в хозяйственную деятельность человека, однако их повторное превращение в естественные экосистемы возможно. Примерами являются сельскохозяйственные земли, которые без воздействия со стороны человека через некоторое время замещаются естественными экосистемами. Трансформированными являются такие территории, которые не могут быть замещены естественными экосистемами, например

– территории поселений, промышленные земли.

2.2 величина выбросов на 1 квадратный километр площади региона

– рассчитывается по формуле (2.7):

где В_3 – величина выбросов на 1 квадратный километр площади территории, т. СО_2 / км^2;

Ээкв – масса эмиссий веществ-загрязнителей в атмосферу территории в CO_2 эквиваленте, тыс.т.;

S – площадь территории, км^2.

Рассчитываемый по указанной формуле показатель позволяет оценить объем антропогенной нагрузки, оказываемой на атмосферу территории по отношению к ее площади.

2.3 объемы выбросов веществ-загрязнителей атмосферного воздуха на душу населения. Рассчитывается по формуле (2.8):

где Ээквуд – объемы выбросов веществ-загрязнителей атмосферного воздуха на душу населения, т. CO_2 / чел.;

Ээкв – масса эмиссий веществ-загрязнителей в атмосферу территории в CO_2 эквиваленте, тыс.т.;

ЧН – численность населения региона (страны), тыс. чел.

Данный показатель иллюстрирует объем загрязнений атмосферы, приходящийся на одного жителя территории, что свидетельствует о степени негативного влияния деградации окружающей среды на жизнь и здоровье населения.

2.4 отходы на душу населения. Показатель иллюстрирует загрязненность территории твердыми отходами в расчете на одного жителя региона. Показатель рассчитывается по формуле (2.9):

где Оуд – объемы твердых отходов на душу населения, т. / чел.;

О – объемы твердых отходов, тыс.т.;

ЧН – численность населения региона, тыс. чел.

2.5 энергопотребление. Показатель иллюстрирует энергоэффективность экономики региона. Низкая энергоэффективность является причиной повышенной эмиссии веществ-загрязнителей вследствие роста количества потребляемого топлива. Показатель рассчитывается по формуле (2.10):

где Эп – энергопотребление, кг. у.т. / 1000 долл. США по ППС.;

Vт – объемы потребленного регионом топлива, кг. у.т..;

ВРП – валовый региональный продукт, тыс. долл. США по ППС.

3. Параметры, характеризующие степень развития экологического рынка и зрелость его инфраструктуры включают в себя:

3.1 удельный вес расходов на природоохранные мероприятия в ВРП – показатель иллюстрирует степень заинтересованности органов власти в решении экологических проблем территории. Показатель отчасти иллюстрирует спрос на экологические активы, формируемый со стороны государства. Определяется по формуле (2.11):

где ωРОП – удельный вес расходов консолидированного бюджета на охрану природы в ВРП, %;

РОП – сумма расходов консолидированного бюджета на природоохранные мероприятия в год, тыс. долл. США по ППС.;

ВРП – валовый региональный продукт, тыс. долл. США по ППС.

3.2 расходы предприятий на природоохранные мероприятия, в % к ВРП – показатель иллюстрирует соотношение объемов затрат, осуществляемых хозяйственными субъектами на улучшение и поддержание качества окружающей среды, а также величину спроса на экологические активы со стороны корпоративного сектора. Определяется по формуле (2.12):

где ωРПП – соотношение расходов предприятий на охрану природы и ВРП, %;

РПП – сумма расходов предприятий на природоохранные мероприятия в год, тыс. долл. США по ППС.;

ВРП – валовый внутренний (региональный) продукт, тыс. долл. США по ППС.

3.3 объем инвестиций в охрану окружающей среды, в % к ВРП – показатель иллюстрирует степень обновления оборудования и технического прогресса в сфере охраны окружающей среды. Инвестиции иллюстрируют о расширении всей природоохранной системы (как государственного, так и корпоративного секторов). Показатель косвенно иллюстрирует величину спроса на экологические технологии и оборудование. Определяются по формуле (2.13):

где ωИ – соотношение объемов инвестиций в систему охраны окружающей среды к ВРП, %;

Иос – сумма инвестиций в систему охраны окружающей среды в год, тыс. долл. США по ППС.;

ВРП – валовый внутренний (региональный) продукт, тыс. долл. США по ППС.

3.4 объем взимаемых экологических платежей в % к ВРП – параметр рассчитывается по формуле (2.14):

где ЭкПВРП– объем взимаемых экологических платежей в % к ВРП;

ЭкП – сумма взимаемых в год экологических платежей, тыс. долл. США по ППС.;

ВРП – валовый региональный продукт, тыс. долл. США по ППС.

В качестве экологических платежей в рамках данного параметра рассматриваются экологические налоги, плата за выбросы веществ-загрязнителей, сборы за природопользование, штрафы за нарушение экологического законодательства и иные платежи, относимые национальной (региональной) статистикой и законодательством к такой категории.

3.5 возможности существующей системы экологического мониторинга. Мониторинг загрязнений дает контролирующему субъекту информационную базу, необходимую для наиболее полной реализации принципа платности природопользования. Указанный показатель является качественным, его оценка производится в рамках балльно-рейтинговой системы, речь о которой пойдет ниже;

3.6 наличие налоговых преференций предприятиям экологического сектора. В связи с отсутствием статистики по данному вопросу как в Кемеровской области, так и других странах, отобранных для сравнения, мы вынуждены считать этот показатель качественным и оценивать в рамках балльно-рейтинговой системы, речь о которой пойдет ниже;

3.7 степень внедрения стандартов экологического менеджмента – иллюстрирует заинтересованность предприятий в экологизации. Показатель также является качественным, однако способен продемонстрировать наличие или отсутствие мотивации бизнеса к экологизации.

3.8 наличие реестров наилучших доступных технологий. Показатель является качественным, демонстрирует наличие важного элемента инфраструктуры экологического рынка;

3.9 наличие качественных систем доступа к информации о состоянии окружающей среды. Показатель является качественным, демонстрирует наличие важного элемента инфраструктуры экологического рынка;

3.10 наличие саморегулируемых организаций, ассоциаций, союзов в сфере обращения экологических активов.

Отметим тот факт, что часть показателей, характеризующих условия развития экологического рынка являются качественными и их измерение осуществляется на основе экспертной оценки путем присвоения региону рейтинга от А до Е. Особенности этого процесса будут подробнее описаны ниже.

По нашему мнению, предложенный перечень показателей позволяет относительно полно и в тоже время емко охарактеризовать интересующие аспекты состояния эколого-экономической среды региона. Однако, исчисление показателей не дает возможность оценить их значения с точки зрения соотношения с оптимальными. Значение отдельно взятого показателя несет наибольший смысл при его сопоставлении с некими «эталонными» значениями, что дает возможность получить качественную интерпретацию показателя, охарактеризовать его не только с позиций «больше» или «меньше», но и ответить на вопрос «много» или «мало». Подобный подход зачастую используется в экономических науках. Так, большинство коэффициентов, используемых в финансовом анализе (коэффициенты ликвидности, финансовой устойчивости, вероятности банкротства и т. д.) имеют пороговые значения. Задачей проводимого исследования является определение зрелости условий для развития экологического рынка в регионе, таким образом, неизбежным вопросом является определение таких промежутков значений параметров, иллюстрирующих условия развития экологического рынка, которые можно считать оптимальными.

Для решения подобной задачи автором предлагается балльно-рейтинговая методика оценки условий развития экологического рынка региона. В основе предлагаемой методики лежат следующие положения:

1) экологический рынок существует в эколого-экономических системах, характеризующихся определенным набором параметров;

2) наибольшее развитие экологический рынок получил в таких странах как Германия, Франция, Италия, Япония, Великобритания. В указанных странах экологический рынок функционирует с 1990-х годов 20 века. Значительны успехи в применении экономических механизмов экологизации в таких странах как Польша, Латвия, Эстония. Там институт экологического рынка динамично развивается с 2000-х годов;

3) эколого-экономические системы стран, в которых функционирует экологический рынок, характеризуются такими значениями параметров, которые являются оптимальными для развития рынка;

4) на основании балльно-рейтинговой системы оценок определяются интервалы параметров, характеризующие качественное состояние условий для развития экологического рынка, сложившихся в эколого-экономической системе.

При разработке методики использовались: исторический подход, метод аналогии, метод сравнения. В процессе разработки методики используются методы статистического анализа данных (расчет среднеквадратического отклонения, доверительного интервала изменения параметров (для вероятности p = 99 %)). Для количественной оценки состояния среды, в которой происходит процесс развития экологического рынка необходимо обобщить ряд количественных и качественных показателей. Указанную задачу можно решить с использованием балльно-рейтингового метода.

Балльно-рейтинговый метод заключается в группировке интервалов значений показателей с последующем присвоением некоторого количества баллов каждой группе. Итогом применения методики является присвоение региону рейтинга, характеризующего качество условий для развития экологического рынка в данной эколого-экономической системе.

Суть методики заключается: 1) в определении параметров регионов, в которых уже сформировался экологический рынок; 2) в их статистическом анализе и последующем представлении в рамках рейтинговой системы.

Для решения подобной задачи нами были произведены статистические исследования значений указанных параметров в тех эколого-экономических системах, где экологический рынок находится в стоянии зрелости и продолжает развиваться. Основываясь на факте того, что экологический рынок существует в ряде стран, приходится согласить с тем, что значения параметров среды в таких странах являются оптимальными для функционирования экологического рынка. Для определения качественной градации условий развития экологического рынка, основываясь на историческом подходе и используя метод ретроспективного анализа, нами были определены значения указанных параметров в 8 странах. Среди развитых стран с рыночной экономикой объектами для ретроспективного анализа были выбраны США, Германия, Франция, Италия, Нидерланды, Япония и Великобритания. Эти государства являются признанными мировыми лидерами в сфере ресурсо- и энергоэффективности. Методы экономического регулирования процессов природопользования в этих государствах были внедрены еще в 90-х годах 20 века. По оценкам специалистов, именно на эти страны приходится более 75 % годового оборота активов экологического назначения[61]. Среди развивающихся экономик в сфере эколого-экономического регулирования внимания заслуживают успехи таких стран как Латвия, Литва, Эстония, Польша. В этих странах тенденции быстрого роста экологического рынка наметились в 2000-х года. Среди них максимальный оборот активов экологического назначения приходится на Польшу, поэтому именно она была выбрана в качестве объекта исследования.

Для формирования рейтинговой системы оценки предпосылок и условий возникновения экологического рынка нами была проведена статистическая обработка данных с целью определения средних, минимальных и максимальных значений, а также расчета их доверительных интервалов.

Средние значения параметров совокупности были определены по формуле (2.15):

где – среднее значение параметра по странам по годам;

Пг – значение параметра по стране в отдельно взятом году;

n – общее число значений параметров.

Для определения доверительных интервалов по каждой группе параметров было рассчитано среднеквадратическое отклонение по формуле (2.16):

где СКО – среднеквадратическое отклонение параметра.

При расчете доверительных интервалов была использована формула (2.17):

где ДИ – доверительный интервал параметра;

t – значение критерия Стьюдента для вероятности Р = 0,997.

После расчета доверительных интервалов параметров можно осуществить группировку показателей. Статистически обоснованным является выделение пяти интервалов параметра:

• выше установленного максимума (группа А);

• максимальное значение параметра (группа В);

• среднее значение параметра (группа С);

• минимальное значение параметра (группа D);

• значение ниже минимального (группа Е).

Схематично алгоритм расчета представлен на рисунке 2.1.

По итогам проведенных расчетов, нами был получен следующий рейтинг, представленный в таблице 2.1.

Каждому интервалу параметров соответствует определенное количество баллов, а именно:

• рейтинг А – 5 баллов на группу параметров;

• рейтинг В – 4 балла на группу параметров;

• рейтинг С – 3 балла на группу параметров;

• рейтинг D – 2 балла на группу параметров;

• рейтинг Е – 1 балл на группу параметров.

Учитывая тот факт, что группы содержат различное количество параметров, количество начисляемых баллов по каждому из них определяется способом, представленным в таблице 2.2.

Начисленные таким образом баллы были рассчитаны для всех параметров всех стран за период анализа (с 1991 по 2010 год). Способом, представленным на рисунке 2.1, были определены минимально допустимые суммы баллов по каждой группе параметров (с учетом доверительного интервала с вероятностью 99,7 %). Они составили:

• для группы экономических показателей – не менее 2,28;

• для группы экологических показателей – не менее 2,12;

• для группы показателей условий формирования рынка – не менее 2,42.

Рис. 2.1 Определение значений интервалов параметра, соответствующих рейтинговой группе

Таблица 2.1. Разработанный рейтинг параметров, характеризующих условия развития экологического рынка

Таблица 2.2. Присвоение баллов параметрам в зависимости от их группы

Итоговый рейтинг территории определяется путем суммирования баллов. Распределение сумм баллов по значениям рейтинга региона было определено на основе анализа количества баллов, полученных обследуемыми странами по годам. Определение рейтинговых интервалов было определено по алгоритму, представленному на рисунке 2.1. Итоговый рейтинг территории и его качественная интерпретация представлена в таблице 2.3.

Таблица 2.3. Определение итогового рейтинга территории с позиции качества условий развития экологического рынка

Предлагаемая к использованию методика базируется на распространении опыт зарубежных стран на Российскую Федерацию и ее субъекты. Приходится признать невозможность абсолютно корректного переноса зарубежного опыта на эколого-экономическую действительность Российской Федерации ввиду наличия большого числа особенностей в национальных механизмах экологизации экономики. Вместе с тем, предлагаемая автором методика призвана решить лишь задачу оценки исчисляемых показателей, что невозможно без их сравнения с неким «эталоном», которым являются страны с развитым экологическим рынком. Кроме того, несмотря на отсутствие тождественности между показателями странового и регионального уровней, приходится признать невозможность получить абсолютно корректные и сопоставимые данные для регионов в условиях существующей статистической системы РФ, в связи с чем приходится принять связанные с этим допущения.

Отметим также тот факт, что полученные значения интервалов параметров не являются закрытыми, они могут быть пересмотрены и откорректированы в зависимости от того, какие страны (регионы) выбираются для сравнения.

Итак, если регион по результатам расчета предлагаемого набора параметров, набирает определенную сумму баллов, при условии того, что суммы баллов по группам параметров больше пороговых значений, достаточную для присвоения ему рейтинга не ниже D, это дает возможность говорить о возможности развития в нем экологического рынка. В противном случае, возможны два варианта:

1. Суммы баллов по экономическим и экологическим показателям меньше предельных значений. Это говорит о том, что в регионе отсутствуют предпосылки для развития экологического рынка, а значит, достижение подобным институтом высокого уровня развития в рамках данной эколого-экономической системы в ближайшее время маловероятно. Если сумма баллов по экономическим параметрам меньше предельного значения, это значит, что регион экономически не готов к генерации подобного конструкта. Если же сумма баллов по экологическим параметрам меньше предельного значения, это говорит о том, что проблемы экологии в регионе не настолько актуальны, чтобы являться одним из факторов развития экономики. В таком случае в хронологической структуре предусмотрена отсылка субъекта к первому этапу с учетом возможности появления предпосылок в будущем.

2. Суммы баллов по экономическим и экологическим группам больше предельных значений, однако, сумма баллов по третьей группе, характеризующей развитие рыночной инфраструктуры, ниже предельного уровня. Это позволяет говорить о том, что в регионе имеются предпосылки для развития экологического рынка, однако имеющуюся инфраструктуру нельзя считать оптимальной. Учитывая тот факт, что развитие элементов инфраструктуры экологического рынка является корректируемым, то подобная ситуация ставит задачи развития инфраструктуры экологического рынка в регионе.

2.3. Применение результатов оценки условий развития экологического рынка в региональном эколого-экономическом регулировании

Итоги оценки условий развития экологического рынка могут быть использованы при разработке конкретных мероприятий в области эколого-экономического регулирования[62]. С учетом выявленных условий развития экологических рынков, логическую структуру экологизации региональной экономики можно представить следующим образом, представленным в табл. 2.4.

Таблица 2.4. Логическая структура экологизации региональной экономики с учетом развития в ней экологических рынков

Субъектами экологизации региональной экономики с учетом развития в ней экологических рынков являются органы государственной власти, а также органы местного самоуправления, так как именно в их компетенции находится вопросы эколого-экономического регулирования. Необходимо понимать, что существенная часть инструментария подобного регулирования в условиях Российской Федерации предусматривается нормативно-правовыми актами федерального уровня (например, нормативы предельно допустимого воздействия) и не может быть изменена на уровне субъекта РФ, поэтому в дальнейшем будет восприниматься нами как данность. Вместе с тем, и органы государственной власти региона, и органы местного самоуправления имеют возможность оказывать существенное влияние на условия формирования экологического рынка.

Объектом деятельности по экологизации региональной экономики с учетом развития в ней экологических рынков является хозяйственная деятельность природопользователей.

Предметом деятельности по экологизации региональной экономики с учетом развития в ней экологических рынков является природопользовательсткая деятельность хозяйствующих субъектов. Антропогенная нагрузка продуцируется агентами рынка не постоянно, многие экономические операции не ведут за собой ухудшение качества окружающей среды. Поэтому непосредственным предметом является природопользование, которое включает в себя диаду: пользование природными ресурсами и загрязнение окружающей среды как использование ассимиляционного потенциала природы.

Методы экологизации региональной экономики должны быть скорректированы с учетом создания оптимальных условий для развития экологических рынков в регионе. Так, большое значение имеют: корректная реализация принципа платности природопользования, а значит, высокое качество систем экологического мониторинга, высокая эффективность экологического контроля – все это должно способствовать формированию устойчивого спроса на активы экологического назначения. По сути, административные, экономические, информационные и организационные методы регионального эколого-экономического регулирования должны быть дополнены исходя из оценки условий развития экологических рынков, сложившихся в конкретном регионе. Преимуществом такого подхода является возможность четкой идентификации проблем существующего механизма экологизации региональной экономики с учетом возможности развития в нем экологических рынков, а также определения целевых значений отдельных показателей, что способствует более качественному планированию. Для реализации указанных преимуществ нами предлагается следующий алгоритм процесса принятия решений при внедрении рыночных элементов в региональный механизм экологизации экономики, представленный на рисунке 2.2.

Рис. 2.2. Предлагаемый алгоритм принятия решений при внедрении рыночных элементов в региональный механизм экологизации экономики

Основная цель субъекта в рамках проектной фазы – определить направления деятельности, способствующие развитию экологического рынка в отдельно взятом регионе. Данная фаза включает в себя три этапа.

На первом этапе происходит количественная оценка параметров, характеризующих условия развития экологического рынка в регионе по методике приведенной выше. По результатам такой оценки можно сделать вывод о том, существуют ли необходимые предпосылки, а также, насколько зрелой является инфраструктура отдельно взятого региона. При этом, необходимо учесть комплексность и системность изучаемых явлений – в отдельно взятых регионах одни элементы инфраструктуры могут быть развиты лучше, чем другие, таким образом необходимо их оптимальное сочетание. Отметим, что результатом реализации данного этапа может быть вывод об отсутствии в регионе предпосылок для развития рынка. В таком случае дальнейшая деятельность по его развитию на данном этапе эко лого-экономического развития территории признается нецелесообразной. Отсутствие предпосылок может проявляться в благополучной экологической обстановке, при которой проблема экологизации не является актуальной, или же быть связано с низким уровнем экономического развития территории, при котором вопросы экологии не являются первостепенными. Если же в результате анализа выявляется факт наличия в регионе перспективных условий для развития рынка, происходит переход ко второму этапу.

Основная задача субъекта на втором этапе, оценить какие элементы рыночной инфраструктуры являются наименее развитыми. Этот вопрос решается индивидуально применительно к конкретному региону. Подобная оценка возможна путем сравнения количественных показателей, характеризующих элементы рыночной инфраструктуры в регионе с пороговыми значениями, представленными в методике.

Результатом реализации первой фазы развития экологического рынка должно стать определение основного направления практической деятельности. Иными словами, субъект должен получить четкое понимание того, возможен ли указанный процесс в данном регионе и если возможен, то какие конкретно условия для развития рынка являются недостаточными.

Суть технологической фазы заключается в определении конкретных инструментов регулирования для создания в регионе оптимальной инфраструктуры. Данная фаза включает в себя два этапа.

На первом этапе фазы 2 субъект производит анализ причин отклонений фактических значений параметров, характеризующих недостаточные элементы инфраструктуры экологического рынка от пороговых. При этом выясняются реальные проблемы, имеющиеся в эколого

экономическом регулировании региона. На втором этапе фазы 2 производится выработка рекомендаций и конкретных мероприятий, направленных на совершенствование регионального механизма экологизации.

Заключительная фаза алгоритма включает в себя рефлексивные мероприятия по оценки экологического, экономического, социального эффекта и эффективности системы. Экологический эффект должен заключаться в улучшении качества окружающей среды, сокращении негативной антропогенной нагрузки, которая становится результатом экологизации, а не сокращения масштабов хозяйственной деятельности. Экономический эффект должен заключаться в том, что подобный конструкт должен генерировать больший положительный эффект, чем затраты, связанные с его развитием (т. е. должен быть экономически эффективным). Социальный эффект должен заключаться в сокращении показателей заболеваемости населения, уменьшении смертности, увеличении продолжительности жизни.

Учитывая тот факт, что ключевым элементом инфраструктуры экологического рынка является корректность реализации механизма платности природопользования, перед управляющим субъектов встает задача определения взаимосвязи между величиной загрязнений и объемами экологических платежей, а также реакцией на прирост платежей природо-пользователей в виде расходов на охрану окружающей среды. Таким образом, для целей прогнозирования определяющее значение имеет эластичность выбросов по экологическим платежам и эластичность расходов корпоративного сектора по экологическим платежам. Зная показатели эластичности можно осуществить оценку эффекта принимаемых управленческих решений. Для решения поставленной задачи автором предлагается использовать модели линейной регрессии, построенные на основании динамических рядов указанных показателей, наблюдаемых в эколого-экономических системах с развитым экологическом рынком и корректным механизмом реализации принципа платности природопользования. Для расчетов использованы средние значения исследуемых показателей по странам за период с 1991 по 2011 года. Выбор спецификации модели основывается на использовании графического методов. Графический метод предполагает анализ графика изменения объясняемой переменной, которая в данном случае характеризуется относительно невысоким разбросом облака данных от линии линейного тренда. Исходные данные для построения моделей приведены в таблице Б. 1 приложения Б. Для начала автором построена модель линейной регрессии, описывающая взаимозависимость величины загрязнений от сумм взимаемых экологических платежей. При корректной реализации принципа платности природопользования, рост сумм уплачиваемых природопользователями экологических платежей должен способствовать сокращению объемов загрязнений. Таким образом, имеем модель общего вида (2.18):

у = axi + c, (2.18)

где у – значение объясняемой переменной;

Xi _ значение объясняющей переменной.

Результаты построения модели представим в таблице 2.5.

Таким образом, имеем уравнение (2.19):

у_1 =-0,00512 x_1 + 0,5174, (2.19)

где y_1 – объем выбросов на душу населения, т. / чел.;

x_1 _ объем взимаемых экологических платежей, млрд. долл. США по ППС.

Далее проведем оценку статистической значимости коэффициента x_1 с использованием t _ критерия. Для вероятности 0,05 и имеющейся степени свободы, равной 20 _ 1 _ 1 = 18, имеем tкрит = 2,101. Видим, tx_1 > tкрит.

Таким образом, объясняющая переменная x_1 являются статистически значимой. Полученный F – показатель сравним с критическим, который при вероятности 0,05 и степеням свободы 1 и 18 равен: Fкрит = 4,414. Видим, что F > Fкрит, таким образом, полученное уравнение однофакторной линейной регрессии является статистически значимым и адекватно описывает изучаемое явление.

Таблица 2.5. Результаты расчетов параметров модели однофакторной линейной регрессии, описывающей взаимосвязь между объемами выбросов и величиной экологических платежей

При этом, корректная реализация принципа платности природопользования предполагает, что прирост сумм взимаемых экологических платежей должен способствовать активизации природоохранной деятельности хозяйствующих субъектов и, как следствие, увеличивать объем спроса на экологическом рынке. Построим модель, описывающую взаимосвязь величины взимаемых экологических платежей и величиной суммарных затрат корпоративного сектора на охрану окружающей среды. Сумма текущих расходов и инвестиций по своей сути представляет собой объем удовлетворенного платежеспособного спроса на экологическом рынке, поэтому указанный показатель представляет для нас особый интерес. Общий вид модели аналогичен (2.18). Результаты расчетов представим в таблице 2.6.

Проведем оценку статистической значимости коэффициента х_3 с использованием t – критерия. Для вероятности 0,05 и имеющейся степени свободы, равной 20 – 1 – 1 = 18, имеем tкрит = 2,101. Видим, tx_2 > tкрит. Таким образом, объясняющая переменная и x_1 являются статистически значимой. Полученный F – показатель сравним с критическим, который при вероятности 0,05 и степеням свободы 1 и 18 равен: Fкрит = 4,414. Видим, что F > Fкрит, таким образом, полученное уравнение однофакторной линейной регрессии является статистически значимым и адекватно описывает изучаемое явление.

Таким образом, имеем модель, описывающую зависимость платежеспособного спроса на экологическом рынке от взимаемых экологических платежей вида (2.20):

у_2 = 0,3488x_2 – 3,516, (2.20)

где y_2 – объем платежеспособного спроса на экологические активы, млрд. долл. США по ППС;

х_2 _ объем взимаемых экологических платежей, млрд. долл. США по ППС.

Таблица 2.6. Результаты расчетов параметров модели однофакторной линейной регрессии, описывающей взаимосвязь между величиной экологических платежей и объёмами платежеспособного спроса на экологическом рынке

Для целей прогнозирования особый интерес представляет возможность оценки эластичности анализируемых показателей. Расчет эластичности экологических платежей по выбросам дает возможность проиллюстрировать действие принципа платности природопользования, а эластичность затрат корпоративного сектора на природоохранные мероприятия по экологическим платежам иллюстрирует его мотивационную функцию на экологическом рынке. Итак, из полученной модели имеем (2.21):

где: Эуxi _ эластичность результативного показателя у по х_1;

bi – значение коэффициента фактора xi

Xi – среднее значение xi;

у – среднее значение у.

Из формулы 2.21 и моделей 2.19 и 2.20 получим эластичность выбросов в атмосферу по экологическим платежам Эу1х1 = -1,81 %; эластичность спроса на экологическом рынке по экологическим платежам Эу 2 х3 = 1,199 %.

Таким образом, результатом применения предложенного алгоритма является возможность принятия таких управленческих решений, которые бы способствовали развитию рыночных элементов в региональном механизме экологизации экономики. При этом, основой таких решений должна стать оценка условий, сложившихся в эколого-экономической системе с позиций их благоприятности для развития экологических рынков. Применяемые на сегодняшний день подходы к экологизации региональных экономик с преимущественным применением административных методов не отличаются высокой эффективностью. Исходя из вышесказанного, внедрение рыночных элементов в механизм экологизации экономик российских регионов представляет собой актуальное направление деятельности органов исполнительной власти субъектов. Приведенные выше модели и исчисленные на их основе коэффициенты эластичности показывают, таким образом изменятся результативные показатели при изменении факторных, что представляет ценность при определении прогнозного эффекта от корректирующих воздействий.

Глава 3

Оценка условий развития экологического рынка в Кемеровской области и их совершенствование

3.1. Оценка условий развития экологического рынка в Кемеровской области

Повышение качества окружающей среды является актуальной задачей для многих регионов России. Вместе с тем, различия в структуре, динамике развития, природно-ресурсном потенциале региональных экономик, обосновывают наличие различных условий для экологизации. Разработанная автором методика оценки условий развития экологических рынков была применена к регионам Сибирского федерального округа. Показатели, представленные в методике, были рассчитаны для всех регионов, входящих в СФО за 2011 год. Результаты применения авторской методики оценки условий развития экологических рынков представлены в таблице 3.1. Согласно полученным результатам, можно произвести ранжирование регионов Сибирского федерального округа по степени качества сложившихся условий для развития экологических рынков следующим образом:

1. Кемеровская область – 9,433 балла, рейтинг B;

2. Красноярский край – 9,4 балла, рейтинг С;

3. Иркутская область – 8,633 балла, рейтинг C;

4. Омская область – 8,133 балла, рейтинг D;

5. Забайкальский край – 8,1 балла, рейтинг D;

6. Республика Хакасия – 7,933 балла, рейтинг D – E;

7. Республика Бурятия – 7,767 балла, рейтинг E;

8. Томская область – 7,633 балла, рейтинг E;

9. Республика Тыва – 7,167 балла, рейтинг E;

10. Новосибирская область – 7,167 балла, рейтинг E;

11. Алтайский край – 5,9 балла, рейтинг E;

12. Республика Алтай – 5,767 балла, рейтинг E.

По итогам расчета рейтинга видно, что в Кемеровской области и Красноярском крае условия для развития экологических рынков могут характеризоваться как наиболее благоприятные по регионам СФО, при этом, условия, сложившиеся в Кемеровской области характеризуются как выше средних, а в Красноярском крае – как средние.

Оба региона характеризуются максимальным удельным весом промышленности в отраслевой структуре экономики, высокими показателями ВРП на душу населения, следствием развития промышленности является неблагоприятная экологическая обстановка – оба региона отличаются высокими показателями выбросов и отходов на душу населения. Как в Кемеровской области, так и в Красноярском крае имеется сравнительно развитая инфраструктура экологического рынка. Таким образом, из регионов Сибирского федерального округа Кемеровская область и Красноярский край характеризуются наиболее благоприятными условиями для развития экологических рынков.

Таблица 3.1. Результаты применения авторской методики оценки условий развития экологических рынков к регионам Сибирского федерального округа

Рассмотрим ситуацию в Кемеровской области более подробно. Сумма баллов по группе экономических показателей превышают предельно допустимое значение, это говорит о том, что экономика региона является перспективной с точки зрения экологизации. В отраслевой структуре Кемеровской области преобладает промышленное производство, это позволяет сделать вывод о том, что во-первых, экономическое развитие базируется на экологически неблагополучных отраслях, а во-вторых, крупные промышленные предприятия способны формировать спрос на активы экологического назначения. Показатель ВРП на душу населения в Кемеровской области является одним из самых высоких по стране, это говорит о том, что экономика региона имеет достаточный уровень развития и сможет стать основой для появления «надстройки» в виде экологического рынка. Темпы экономического роста в регионе значительны, а значит, сохраняется перспектива развития экономической среды области.

Баллы по группе экологических показателей превышают пороговый уровень. Это позволяет сделать вывод о том, что загрязнение окружающей седы в регионе достигло таких масштабов, при которых оно начинает оказывать негативное влияние на жизнь и здоровье население, создавая угрозу для будущих поколений. Ассимиляционный потенциал земель региона сравнительно не велика. Территория Кемеровской области отличается высокой степенью интеграции в хозяйственную жизнь – значительная часть ландшафтов полностью и безвозвратно изменена. Кроме того регион характеризуется относительно высокой плотностью населения и высоким уровнем урбанизации. [63] Следует отметить тот факт, что в динамике площадь земель городов и поселений увеличивается, что сокращает экологическую емкость. Значительная часть ландшафтов региона деформирована в результате развития производств – в первую очередь речь идет об угольной промышленности. Большие площади относятся к категории земель промышленности, часть из них деградировала из-за складирования отходов.

Энергоемкость экономики региона крайне велика. Согласно Докладу Губернатора Кемеровской области Тулеева А.Г. о достигнутых значениях показателей для оценки эффективности деятельности органов исполнительной власти Кемеровской области за 2011 год и их планируемых значениях на трехлетний период, для производства 1000 тыс. долл. ВРП по ППС Кемеровской области потребляется 997,5 кг. у.т[64]. Подобные значения являются феноменально высокими. Наименее энергоемкая в рамках проведенного исследования экономика Польши на производство 1000 долл. США по ППС ВВП расходует порядка 286 кг. у.т.[65], т. е. в 9 раз меньше. Таким образом, в регионе имеются значительные резервы по повышению энергоэффективности экономики.

Исчисленный показатель количества твердых отходов на душу населения в Кемеровской области составляет 891 т./чел. Подобное значение является одним из самых высоких в мире[66]. Во многом, подобное значение объясняется развитием в регионе добычи полезных ископаемых, вследствие которой образуются отвалы выработанных пород, которые сами по себе не представляют высокой опасности для здоровья, однако, ведут к деградации ландшафтов.

Согласно полученным результатам расчетов, Кемеровская область характеризуется недостаточно зрелой рыночной инфраструктурой. Несмотря на то, что интегральный показатель позволяет присвоить региону рейтинг С в 2011 году, сумма баллов по группе показателей, характеризующих степень зрелости инфраструктуры экологического рынка ниже предельного значения.

Относительно низкая экологическая активность предприятий-природопользователей региона проявляется в соотношении суммы средств, затраченных ими на природоохранные мероприятия в ВРП, в 2011 году оно составляет 0,95 %. Подобный показатель является относительно высоким даже по зарубежным меркам, однако, если вычленить из него инвестиционные затраты, то окажется что их величина минимальна и составляет 0,224 % в 2011 г. Это значит, что в Кемеровской области основная часть расходов на природоохранные мероприятия является текущими расходами и лишь минимальная их часть действительно создает основу для качественного улучшения экологической обстановки в регионе. Отметим, что затраты государственного сектора в решение вопросов экологии Кемеровской области еще ниже – они в 2011 году составляют лишь 0,012 % ВРП.

Сумма взысканных в 2011 году экологических платежей составляет 0,76 % ВРП что не является оптимальным показателем. Необходимо отметить тот факт, что динамика показателя отрицательна, в 2010 году он составлял 1,41 %. При этом, подобное соотношение наблюдается не смотря на рост интенсивности государственного экологического контроля в регионе в 2010–2011 гг. и увеличение количества постановлений об административных правонарушениях в области охраны окружающей среды, влекущих за собой наложение административных штрафов[67].

О слабости инструментов экономического стимулирования рационального природопользования можно судить по статистическим данным, представленным в таблице 3.2. Величину платы за НВОС, взимаемую с природопользователей Кемеровской области скорректируем на коэффициенты, ежегодно устанавливаемые Федеральным законом «О бюджете» для индексации подобной платы. Учитывая тот факт, что по различным выбросам применяются различные коэффициенты, корректировку осуществим на средний показатель. Согласно представленным в таблице данным объемы негативной антропогенной нагрузки на окружающую природную среду в Кемеровской области не имеют существенной корреляционной связи с величиной взимаемых экологических платежей. Так, исчисленный нами коэффициент корреляции объемов загрязнения атмосферы и экологических платежей составляет 0,032 что говорит об отсутствии зависимости одного показателя от другого.

Таблица 3.2. Динамика негативного воздействия на окружающую среду Кемеровской области, взимаемых экологических платежей и расходов консолидированного бюджета на охрану окружающей среды[68]

Коэффициент корреляции экологических платежей и величины отходов производства и потребления составляет 0,27 что опять-таки не позволяет говорить о сильной корреляционной связи. Отметим тот факт, что подобная ситуация наблюдается и на общероссийском уровне. Отметим также тот факт, что величина негативной антропогенной нагрузки не коррелирует и с величиной расходов консолидированного бюджета региона на охрану окружающей среды.

Исследование корреляционной зависимости суммы экологических платежей и объемов негативного антропогенного воздействия на окружающую среду показывает, что взаимозависимость таких показателей невелика. Так, исчисленный нами коэффициент корреляции между величиной экологических платежей и объемами загрязнения атмосферы составляет -0,55, что не позволяет говорить о сильной корреляционной зависимости. Исчисленный коэффициент корреляции между скорректированной платой за НВОС и величиной отходов производства и потребления составил 0,19, что свидетельствует об отсутствии предполагаемой взаимозависимости показателей. Таким образом, подобные расчеты подтверждают тезис о том, что существующий в регионе механизм реализации платности природопользования работает не корректно. По большому счету, объемы взыскиваемой платы характеризуются посредственной связью с общими масштабами загрязнений в регионе. Значение коэффициентов показывает, что между показателями не существует сильной зависимости.

По итогам исследования, можно сделать вывод о низкой степени реализации принципа платности природопользования как регулятора экологизации экономики региона. Величина взимаемых экологических платежей в динамике увеличивается (за исключение кризиса 2008 года и 2011 год), однако, объемы выбросов, согласно государственной статистике, уменьшаются. На наш взгляд, подобный диссонанс объясняется следующим фактором: реальные масштабы загрязнений превышают официально учитываемые и декларируемые предприятиями. Таким образом, реализация принципа платности природопользования, существующая в регионе по своему качеству и эффективности отстает от эколого-экономических систем с развитым экологическим рынком.

Возможности региональной системы экологического мониторинга крайне ограничены, а результаты могут быть использованы лишь для определения итоговых показателей, пригодных для принятия стратегических решений. В вопросе систем экологического мониторинга регион (как и Россия в целом) значительно отстает от эколого-экономических систем с развитым экологическим рынком. Результаты мониторинга не используются для реализации принципа платности природопользования и экологического контроля.

По итогам проведенного исследования можно констатировать факт того, что экологические проблемы региона достигли такого масштаба, при котором требуются действия, направленные на их решение. Темпы экономического роста и отраслевая специализация создают угрозу увеличения негативной антропогенной нагрузки на окружающую среду в будущем, однако при этом, экономический рост способен продуцировать ресурсы, которые можно направить на экологизацию. В Кемеровской области имеются предпосылки для развития экологического рынка. Однако, существующая на сегодняшний день инфраструктура экологического рынка региона находится на начальном этапе своего формирования (по сравнению с эколого-экономическими системами с развитым экологическом рынком), что сдерживает развития подобного рыночного института регионе.

3.2. Совершенствование инфраструктуры экологического рынка в Кемеровской области

Результаты оценки условий развития экологического рынка в Кемеровской области позволяют говорить о том, что в целом экономика региона способна поддерживать функционирование подобного института, однако, для его развития и развития необходимо совершенствование имеющейся рыночной инфраструктуры. Следует отметить тот факт, что не все элементы инфраструктуры могут быть сформированы управляющим субъектом. Так, например, стандартизация экологического менеджмента – вопрос, решаемый отдельно взятым предприятием. Появление и развитие добровольных объединений предприятий (саморегулируемых организаций, ассоциаций, союзов) также представляет собой такой элемент рыночной инфраструктуры, который находится за пределами компетенций управляющего субъекта. Таким образом, с позиций государства как субъекта управления, совершенствованию подлежат те элементы рыночной инфраструктуры, которые попадают в поле его компетенции, в первую очередь к ним относятся элементы правовой и регулирующей инфраструктуры. Результаты проведенного исследования показывают, что принцип платности природопользования, являющийся основным элементом правовой и регулирующей инфраструктуры экологического рынка, реализуется в Кемеровской области относительно малоэффективно (сумма экологических платежей в процентах к ВРП составляет 1,41 и 0,76 % в 2010 и 2011 гг.). Следствием этого является низкая мотивация предприятий в вопросах повышения экологичности, а значит, лимитируется спрос на активы экологического назначения. Отметим, что корректная реализация принципа платности природопользования по нашему мнению является ключевым элементом инфраструктуры экологического рынка, так как от нее напрямую зависит спрос на активы экологического назначения.

Для корректной реализации принципа платности природопользования мы предлагаем к реализации мероприятие по формированию в регионе автоматизированной системы мониторинга атмосферного воздуха, которая будет интегрирована в информационную базу, предусматривающую возможность визуализации данных в геоинформационной системе (ГИС).

Существующая на сегодняшний день система, в которой начисление платы за НВОС фактически базируется на данных, предоставляемых предприятиями, не способствует формированию у природопользователей стойких мотиваций к экологизации. Институт государственного экологического контроля, призванный отслеживать нарушения в этой области, с годами теряет свою актуальность (количество проверок, осуществляемых контрольными органами, из года в год сокращается). В результате, для достижения результатов, необходимо увеличить эффективность контрольной деятельности. А это невозможно без системы экологического мониторинга, предоставляющей исполнительной власти альтернативную информацию (наряду с самими природопользователями). Фактически, различные ведомства осуществляют экологический мониторинг в регионе, однако, существующая система характеризуется крайней разобщенностью. [69] Помимо федерального государственного экологического мониторинга (его осуществляют Росгидромет, Роспотребнадзор, Россельхознадзор, МЧС и т. д.), существует институт регионального экологического мониторинга (его осуществляют региональные органы исполнительной власти: Департамент природных ресурсов и экологии Кемеровской области). Учитывая подобное количество ведомств, курирующих вопросы экологического мониторинга, синхронизация получаемых ими данных является проблемой.

Отметим, что существующая в регионе система мониторинга не дает возможность полной и всесторонней оценки качества окружающей среды. Используемое на постах Росгидромета оборудование морально и физически устарело, а факт того, что мониторинг ведется по неполной программе, создает для природопользователей возможности осуществления несанкционированных выбросов. Кроме того, имеющиеся в различных контрольных органах данные зачастую не интегрируются в единую базу, или обобщаются с невысокой периодичностью в рамках годовых отчетов. Отсутствие в регионе единой, автоматизированной, современной системы экологического мониторинга лишает государство возможности осуществления всестороннего и полного контроля над природопользовательсткой деятельностью. Следствием этого является неполная реализация принципа платности природопользования. Государство лишено возможности контролировать базу исчисления экологических платежей (а именно – платы за НВОС). А учитывая тот факт, что 80 % таких платежей остается «на местах», эта проблема является особо актуальной для региона и муниципалитетов.

Таким образом, внедрение подобной системы позволит существенно улучшить состояние инфраструктуры экологического рынка Кемеровской области по следующим направлениям: 1) обеспечит возможность более полной реализации принципа платности природопользования за счет роста эффективности государственного экологического контроля, что является одним из основных элементов правовой и регулирующей инфраструктуры экологического рынка; 2) даст возможность регулярно отслеживать состояние окружающей среды региона, причем не только в крупных городах, но и на периферии. Высокое качество системы экологического мониторинга является важным элементом правовой и регулирующей инфраструктуры экологического рынка; 3) автоматизация системы даст возможность ее интеграции в ГИС-систему, то есть информация о загрязнении будет доступна в режиме реального времени с конкретной территориальной привязкой, таким образом, государственные органы, субъекты экологического рынка со стороны предложения, иные заинтересованные пользователи будут иметь актуальную информационную базу для принятия решений, что является важным элементом организационной инфраструктуры экологического рынка.

Для улучшения качества инфраструктуры экологического рынка Кемеровской области мы предлагаем к внедрению мероприятие по созданию региональной системы экологического мониторинга атмосферы и отходов. Выбор именно этих видов антропогенного влияния определяется следующими факторами: 1) масштабы загрязнения атмосферы и величина отходов в Кемеровской области превалируют над загрязнением гидросферы; 2) качество потребляемой воды контролируется предприятиями-поставщиками воды населению, поэтому генерируемая общественная опасность подобных загрязнений ниже; 3) существующие программные решения в области формирования экологических ГИС-систем не позволяют учитывать загрязнение поверхностных вод.

Предлагаемая к внедрению автоматизированная система экологического мониторинга состояния атмосферного воздуха и промышленных отходов имеет структуру, представленную на рисунке В.1, представленном в приложении В, алгоритм работы системы и ее роль в осуществлении экологического контроля представлены на рисунке В.2.

Автоматизированные посты осуществляют мониторинг загрязнения атмосферного воздуха. Отметим, что предлагаемые к внедрению посты экологического контроля позволяют расширять функциональные возможности системы посредством внедрения дополнительного оборудования.

В качестве подсистемы коммуникации в рассматриваемой системе используются сеть Интернет. Протокол обмена-передачи данных постов автоматизированного контроля предусматривает передачу данных всех постов на центральный пост региональной системы по установленному графику по каналам сети Интернет.

Для практической реализации подобной системы региону необходима закупка соответствующего оборудования в виде стационарных и передвижных автоматизированных экологических постов. Подобные посты, оснащенные современным оборудованием для отбора проб и анализа данных, могут проводить измерения несколько раз в час, тем самым предоставляя информацию практически в режиме реального времени.

Предлагаемые к внедрению экологические посты должны обладать следующими характеристиками:

• автоматизированный отбор проб;

• автоматизированный анализ данных;

• способность передавать их по каналам сети Интернет;

• осуществление замеров с периодичностью каждый час или чаще.

Вместе с тем, данные, получаемые постами Росгидромета ручным

способом, как более точные, рекомендуется использовать для корректировки получаемых значений.

Количество необходимых постов рассчитывается на основании Руководящего документа РД 52.04.186-89 «Руководство по контролю загрязнения атмосферы» (утв. Заместителем председателя Госкомгидромета СССР 01.06.1989 г. и Главным государственным санитарным врачом СССР 16.05.1989 г., введен в действие с 01.07.1991 г.) Согласно данному документу, основным критерием, по которому определяется количество постов, является численность населения.

Учитывая тот факт, что в регионе уже функционирует система мониторинга, состоящая из постов Росгидромета, основываясь на указанном Руководящем документе, рекомендуется распределить посты по городам Кемеровской области следующим образом (таблица 3.3).

При подобном распределении постов по городам Кемеровской области, во-первых, соблюдены требования Руководящего документа, во-вторых, мониторингом будет охвачена вся территория региона (в отличие от имеющейся системы, при которой наблюдение фактически сконцентрировано в Кемерово и Новокузнецке). Стационарные автоматизированные посты рекомендуется укомплектовать оборудованием, представленным в таблице Г.1, представленной в приложении Г.

В таблице Г.1 (приложение Г) представлена максимальная комплектация, с учетом оборудования для мониторинга формальдегида и гидрофторида. Однако, загрязнения указанными веществами сосредоточены только в Кемерово и Новокузнецке, что объясняет степень индустриального развития городов. Отметим тот факт, что фирм-поставщиков оборудования, обладающего необходимыми характеристиками в России единицы. Примерами таких предприятий является ЗАО «ОПТЭК» (г. Санкт-Петербург), ЦКБ ГМП (Центральное конструкторское бюро гидрометеорологического приборостроения), (г. Обнинск). Приборы, производимые подобными компаниями, позволяют осуществлять экологический мониторинг автоматически непрерывно в течение суток и дают возможность получать данные с минимальной задержкой. Согласно данным предприятия, их доля на российском рынке подобного оборудования достигает 80 %[70], поэтому выбор компании-поставщика и его цен является закономерным. Применение предлагаемых к внедрению газоанализаторов одобрено Методической комиссией ГГО им. А.И. Воейковича (главный методический центр Росгидромета), а значит, указанные приборы позволяют получать достоверные данные о качестве атмосферного воздуха, которые можно использовать при осуществлении экологического контроля за деятельностью предприятий-природопользователей. Отметим тот факт, что подобное оборудование используется в ряде регионов для осуществления экологического мониторинга (Красноярский край, Рязанская область, Республика Татарстан, Саратовская область, г. Оренбург).

Таблица 3.3. Предлагаемое распределение экологических постов по городам Кемеровской области

Предлагаемое к внедрению оборудование может осуществлять автоматизированный мониторинг основных веществ-загрязнителей атмосферы Кемеровской области.

Предлагаемую конфигурацию и стоимость автоматизированного передвижного экологического поста представим в таблице Г.2, представленной в приложении Г. В качестве цен приведены средние показатели по коммерческим предложениям, полученным от ЗАО «ОПТЭК» и ЦКБ ГМП на 2012 год.

Рекомендуется внедрить автоматизированные посты для контроля качества атмосферного воздуха на территории Кемеровской области, при этом, посты в г. Кемерово и Новокузнецк оснастить оборудованием для мониторинга формальдегида и фтористого водорода. Таким образом, инвестиции на покупку оборудования в рамках формирования автоматизированной системы экологического мониторинга качества атмосферного воздуха в Кемеровской области составят:

• 73,95 млн. руб. – стационарные посты в г. Кемерово и Новокузнецк с оборудованием для мониторинга формальдегида и хлористого водорода (8 единиц);

• 44,93 млн. руб. – передвижные посты в г. Кемерово и Новокузнецк с оборудованием для мониторинга формальдегида и хлористого водорода (4 единицы);

• 43,5 млн. руб. – стационарные посты в другие города Кемеровской области без оборудования для мониторинга формальдегида и хлористого водорода (10 единиц);

• 50,71 млн. руб. – передвижные посты в другие города Кемеровской области без оборудования для мониторинга формальдегида и хлористого водорода (8 единиц).

Итоговая сумма инвестиций составит: 213,09 млн. руб.

Далее необходимо оценить текущие затраты на содержание автоматизированной системы мониторинга качества атмосферного воздуха. Статьи текущих затрат, их величину представим в таблице Г.3 приложения Г.

Согласно результатам расчетов, расходы на содержание одного поста составят 171689 руб. / год. Расчет затрат на топливо для передвижных постов, осуществленный на основании Методических рекомендаций «Нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте» (установлены Распоряжением Министерства транспорта Российской Федерации № АМ-23-р от 14.03.2008 г.) представлен в таблице Г.4 приложения Г.

Суммарные затраты на топливо, при условии ежедневного использования передвижных постов, составят 1,1 млн. руб. в год (при средней цене бензина марки АИ-92 в Кемеровской области 28,3 руб./л[71]). Расчет затрат на оплату труда представим в таблице Г.5, представленной в приложении Г. Таким образом, сумма на содержание всех постов в регионе в год составит 10,8 млн. руб.

Далее необходимо оценить затраты на внедрение системы мониторинга образования и движения отходов на предприятиях Кемеровской области. Цель такой системы – создание единой базы данных производственных отходов предприятий, расположенных на территории региона, учет их образования, размещения, движения. На текущий момент, на основе данных опубликованных в средствах массовой информации (сеть Интернет), можно выделить программные продукты, включающие в себя функции учета и анализа движения отходов в регионе. Их сравнение и область применения представлены в таблице Г.6, представленной в приложении Г.

Из материалов таблицы видно, что для целей формирования системы мониторинга образования и движения отходов с учетом ее последующей интеграции в ГИС-систему, можно рекомендовать ПК «Отходы-город (регион)». Основная суть указанного ПО – учет всего процесса движения отходов – от момента их образования с последующим движением до их конечного использования (захоронения). Уникальной особенностью системы является возможность объединения данных в рамках ГИС-системы с последующим разграничением прав доступа. Разработчиком указанного программного продукта является ООО «Экоаналитика» (г. Калуга), на основании коммерческого предложения указанной компании, можно оценить суммы инвестиций и текущих затрат, связанные с внедрением системы. Расчет единовременных затрат на внедрение мероприятия представлен в таблице Г. 7, представленной в приложении Г. Расходы на поставку ПО на предприятия региона учтены в объеме крупнейших градообразующих предприятий области (в количестве 131 шт.). Именно на такие предприятия приходится более 70 % генерируемых отходов. Текущие затраты ограничиваются расходами на оплату труда лица, администрирующего систему. Таким образом, общие затраты по предлагаемому мероприятию по внедрению в регионе автоматизированной системы экологического мониторинга загрязнения воздуха и размещения отходов, представлены в таблице Г. 8, представленной в приложении Г.

Практическая реализация описываемого мероприятия связана не только с затратами, которые понесет регион, но и с положительным экономическим эффектом для региона в виде:

1. рост платы за НВОС;

2. доходы от административных штрафов;

3. возможность продажи прав доступа к базам данных системы;

4. сокращения расходов на сбор и обработку данных мониторинга;

5. сокращение расходов на администрирование платы за НВОС.

Основной положительный экономический эффект от внедрения системы мониторинга ожидается от роста объемов налагаемых административных штрафов, с последующим приростом взымаемой платы за НВОС. Результаты прогнозирования с использованием ряда методов представлены в таблице 3.6.

Итак, по результатам проведенных расчетов можно прогнозировать минимальный прирост взыскиваемой платы за НВОС за загрязнение атмосферного воздуха на величину порядка 86 % (среднее арифметическое из трех полученных прогнозных значений прироста). Это значит, что ежегодно возможно увеличение объема собираемой платы за НВОС по форме 2-ТП на сумму 224,714 млн. руб. При этом, 40 % платы за НВОС взыскивается в доход бюджета субъекта федерации, а значит доходная часть бюджета Кемеровской области увеличивается на 89,886 млн. руб. ежегодно. За счет внедренной системы мониторинга можно увеличить эффективность экологического надзора, что отразится в приросте сумм налагаемых административных штрафов на 6368 тыс. руб. (учитывая постоянное число проверок). Таким образом, реализация мероприятия сопряжена с ростом неналоговых поступлений в бюджет Кемеровской области. Результаты оценки мероприятия с точки зрения его окупаемости приведены в таблице Г. 9 приложения Г.

Таблица 3.6. Прогноз прироста платежей за НВОС и административных штрафов в результате внедрения системы экологического мониторинга

1 Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Калужской области URL:

http://www.prirodnadzor.kaluga.ru/ (дата обращения: 23.07.2012).

2 Отчет о работе Контрольно-счётной палаты Краснодарского края за 2010 год. Краснодар: Контрольно-счётная палата Краснодарского края, 2010. – 76с.

1 Официальный сайт территориального органа Федеральной налоговой службы по Кемеровской области. URL: http://www.r42.nalog.ru/gosr/rg/irul/3874877/ (дата обращения: 28.08.2012).

2 Официальный сайт территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области. URL: kemerovostat.ru. (дата обращения: 18.06.2012).

1 По оценкам заместителя губернатора Кемеровской области по экономике и региональному развитию Д. Исламова. Официальный сайт Департамента промышленности, торговли и предпринимательства Кемеровской области. URL: http://dprpko.ru/index.php?option=com_content&task =view&id=938&Itemid=232. (дата обращения: 17.09.2012).

2 Согласно Методике расчета концентраций в атмосферном воздухе вредных веществ, содержащихся в выбросах предприятий (ОНД-86); Санитарным нормам проектирования промышленных предприятий (СН-244).

Стимулирование экологического предпринимательства широко применяется в странах с развитым экологическим рынком. Для подобных целей, как правило, предусматриваются налоговые преференции, меры в рамках амортизационной политики, льготного кредитования.[72] Одним из наиболее широко используемых методов стимулирования является практика предоставления налоговых льгот, которые являются важным элементом правовой и регулирующей инфраструктуры экологического рынка. Сокращение налогового бремени в отрасли способствует росту доходности вложенного в нее капитала, тем самым увеличивая факторный доход собственников и стимулируя инвестиционную активность, что ведет к дальнейшему расширению сектора. Налоговые льготы фактически представляют собой расходы бюджета, так как их предоставления неизбежно ведет к сокращению положительного денежного потока в соответствующие бюджеты в коротком и среднем периоде. Вместе с тем, предоставление налоговых льгот способно решить ряд социально-экономических задач, устранить провалы рынка, уменьшить социальную напряженность. Общая теория предоставления налоговых льгот в качестве их основной альтернативы указывает прямое администрирование бюджетных средств на поддержку соответствующих отраслей[73]. При этом, преимуществом налоговых преференций является более широкий охват получателей, а администрирования расходов – большая адресность.

На сегодняшний день в Кемеровской области реализуется практика предоставления налоговых преференций нескольким категориям предприятий. Во-первых, согласно Закону Кемеровской области «О налоговых льготах организациям, осуществляющим деятельность по переработке отходов на территории Кемеровской области» налоговые льготы получают предприятия-переработчики отходов, а именно:

1) организации, осуществляющие обработку неметаллических отходов и лома (за исключением обработки драгоценных камней);

2) организации, осуществляющие производство цинка, свинца и олова методом электролитического рафинирования отходов и лома свинца, цинка и олова;

3) организации, осуществляющие уничтожение отходов методом сжигания или измельчения[74].

Указанным категориям предприятий гарантируются преференции по налогу на прибыль (снижение на 4,5 %) и освобождение от налога на имущество организаций. На наш взгляд, подобные послабления стимулирующего характера уместно распространить и на другие предприятия экологического сектора региональной экономики, осуществляющие:

1) производство оборудования для фильтрования и очистки газов (код ОКВЭД 29.23.1);

2) очистку сточных вод методом разбавления, фильтрования, седиментации, химического осаждения, обработки активным илом и другими способами (код ОКВЭД 90.00.01);

3) обработку сточных вод промышленных предприятий (код ОКВЭД 90.00.01);

4) разработку проектов в области санитарной техники и мониторинга загрязнения окружающей среды (код ОКВЭД 74.20.15);

5) работы по мониторингу состояния и загрязнения окружающей природной среды (код ОКВЭД 74.20.55);

6) предоставление информации о состоянии и загрязнении окружающей природной среды (код ОКВЭД 74.20.56).

Для стимулирования предприятий экологического сектора предлагается использовать те же налоговые преференции, что и для предприятий-переработчиков отходов, закрепленные в статье 3 Закона Кемеровской области «О налоговых льготах организациям, осуществляющим деятельность по переработке отходов на территории Кемеровской области». Условия предоставления льгот предлагается сохранить прежними.

Согласно доктрине, предоставление налоговых льгот и освобождений может быть оправдано, если они:

1) корректируют провалы рынка;

2) направлены на решение актуальных задач;

3) не снижают прогрессивность налога на доходы;

4) не привносят излишние сложности в налоговое законодательство;

5) не искажают поведение экономических агентов;

6) более эффективны по принципу сопоставления затрат и выгод, чем программы прямых расходов[75].

По нашему мнению, внедрение налоговых льгот для предприятий экологического сектора оправдано, так как:

1) загрязнение окружающей среды и проблема его устранения – классические пример одного из провалов рынка, поддержание производителей экологических активов – способ устранения такого провала;

2) при имеющихся масштабах загрязнения окружающей среды и вызываемых ими ежегодными потерями ВРП, развитие предприятий экологического сектора – актуальная задача;

3) учитывая невысокий удельный вес подобных предприятий в существующей отраслевой структуре региональной экономики, введение налоговых льгот не внесет существенного дисбаланса в распределение денежных потоков;

4) внедрение налоговых льгот для указанной категории предприятий не приведет к усложнению налогового законодательства, так как в регионе уже действуют подобные нормативно-правовые акты, т. е., нормативно-правовая база не расширятся, увеличится лишь число предприятий-льготников, а значит затраты по налоговому администрированию вырастут незначительно;

5) учитывая невысокую долю предприятий экологических отраслей в общей структуре региональной экономике, рост инвестиционной активности в данном секторе не вызовет значимых структурных трансформаций;

6) прямые затраты бюджета характеризуются высокой степенью адресности и необходимостью их администрирования для каждого конкретного предприятия. Для этого необходимо участие органов исполнительной власти, принятия соответствующих решений, а это усложняет процесс, делает его менее эффективным для стимулирования относительно большого числа экономических агентов.

Для оценки предлагаемого мероприятия необходимо рассчитать ряд показателей, закрепленных Методикой оценки эффективности предоставленных (предлагаемых к предоставлению) налоговых льгот в Кемеровской области. Указанная методика закреплена Распоряжением Коллегии администрации Кемеровской области от 30 декабря 2011 года №°1213-р[76].

Проведем оценку эффективности предлагаемых налоговых льгот по имеющейся методике.

1. Оценка бюджетной эффективности планируемой к предоставлению налоговой льготы осуществляется на основании коэффициента (3.1):

где К_1 – показатель бюджетной эффективности;

Дi – поступления в консолидированный бюджет категории налогоплательщиков за i-й год;

НРБ_1 – сумма налоговой льготы, предоставленной налогоплательщику в 1-м году;

S – ставка рефинансирования Банка России на момент проведения расчетов;

n – период действия льготы. В случае бессрочного действия льготы

n = 6.

Основываясь на данных 2011 года можно оценить значение показателя в Кемеровской области для предлагаемой категории налогоплательщиков. В ходе осуществления расчетов оценим пессимистичный вариант развития событий – предприятиями экологического сектора будем считать всех хозяйствующих субъектов, работающих по представленным выше кодам ОКВЭД вне зависимости от того, является ли такой вид деятельности основным или нет. Подобный выбор объясняется тем, что в данном случае рассчитано минимально возможное значение показателя бюджетной эффективности предлагаемых льгот. Для оценки общей величины поступлений в консолидированный бюджет от категории налогоплательщиков возьмем среднюю величину налогов, уплачиваемых хозяйствующим субъектов в Кемеровской области (которая на 2011 год составляет 1,844 млн. руб.[77]), и умножим на количество предприятий в области, работающих под указанными кодами ОКВЭД[78]. Так как льгота планируется к предоставлению бессрочно, число лет n принимаем равное 6. Отметим, что согласно методике, налоговые льготы имеют бюджетную эффективность при значении показателя больше или равном 0. Таким образом можно сделать вывод об наличии бюджетной эффективности предлагаемой налоговой льготы.

2. Оценка экономической эффективности планируемой к предоставлению налоговой льготы осуществляется на основании коэффициента (3.2):

где КЭКi – коэффициент экономической эффективности льготы;

Иi-1 – инвестиции в основной капитал в Кемеровской области по категории налогоплательщиков, которым предоставлена льгота, в году, предшествующем i-му;

ПИЛ – коэффициент прироста инвестиций в основной капитал в Кемеровской области по категории налогоплательщиков, которым предоставлена льгота, в i-м году к предыдущему году;

ПИО1 – коэффициент прироста инвестиций в основной капитал в Кемеровской области, в i-м году к предыдущему году;

НРБi – сумма налоговой льготы, предоставленной налогоплательщику в i-м году (тыс. руб.).

В расчетах величина инвестиций в основной капитал по исследуемой категории налогоплательщиков в предшествующем году исчислена как величина изменения налогооблагаемой базы по налогу на имущество организаций. Коэффициент прироста инвестиций по категории налогоплательщиков рассчитан исходя из двух предпосылок: сохранение темпов прироста прошлых лет (среднегодовой прирост за последние 3 года составляет 9,9 %), а также рост инвестиционной активности в секторе как следствие сокращения величины налогооблагаемой прибыли. Величина прироста инвестиций определена на основании выявленной закономерности, согласно которой сокращение налога на прибыль на 1 % ведет к приросту инвестиционной активности на 0,84 %[79]. Прирост инвестиций в основной капитал в период с 2011 по 2012 года в Кемеровской области по предварительным оценкам аналитиков составляет порядка 15 %[80]. Как видно по результатам расчетов, значение коэффициента составляет 0,41, что ниже рекомендованного уровня (больше 1). Однако, необходимо отметить несовершенство подобного критерия эффективности. Существующий способ расчета позволяет считать экономически эффективными лишь те налоговые льготы, которые продуцируют прирост инвестиционной активности (выше среднерегионального уровня), сопоставимый с величиной предоставляемых льгот в рамках одного года. Это значит, что фактически, все налоговые льготы, которые «окупаются» за период более одного года автоматически трактуются как лишенные экономической эффективности, что, безусловно, не соответствует действительности. Также спорным является выбор показателя инвестиций в основной капитал как основного индикатора развития отрасли. Если для капиталоемких производств он способен выполнять индикативную функцию, то для материалоемких, трудоемких отраслей, а также сферы услуг и обращения он не применим в качестве основного индикатора. Таким образом, целесообразно в рамках указанной методики считать экономически обоснованными налоговые льготы по которым коэффициент экономической эффективности больше 0 (а не больше 1).

3. Оценка общественной эффективности планируемой к предоставлению налоговой льготы производится с использованием формулы (3.3):

где О – оценка общественной эффективности налоговой льготы;

Вкi – показатель веса i критерия;

Окi – показатель оценки i критерия.

Оценку критериев рекомендуется производить в виде таблицы Д.1, представленной в приложении Д.

Исчисленный, показатель общественной эффективности предлагаемой к внедрению налоговой льготы составляет 1,8, что больше порогового значения (1). Таким образом, налоговая льгота может быть признана общественной эффективной.

В результате проведенного анализа эффективности предоставления налоговой льготы предприятиям экологического сектора можно сделать вывод о целесообразности ее применения. Несмотря на то, что показатель экономической эффективности льготы ниже закрепленного методикой порогового значения, ее предоставление окажет положительное влияние на инвестиционную активность в стимулируемом секторе экономики. Выше были указаны недостатки использования подобного показателя и обоснована некорректность применения порогового значения коэффициента, равного 1. По нашему мнению, руководствуясь общемировыми представлениями об эффективности инвестиций (сокращение налоговых поступлений фактически представляет собой расходы бюджета), эффективными можно признавать мероприятия, окупаемые за период более 1 года. Таким образом, путем расчетов подтверждена эффективность предлагаемого мероприятия по предоставлению налоговых льгот предприятиям экологического сектора экономики Кемеровской области. Учитывая их небольшое количество и низкие суммы налоговых платежей, в результате предоставления льготы бюджет региона лишится лишь 0,04 % своих доходов, однако это вызовет рост инвестиционной активности в секторе и в дальнейшем компенсируется приростом налогооблагаемой базы (по налогу на прибыль).

Одним из элементов инфраструктуры экологического рынка является распространенность стандартов экологического менеджмента, внедренных на предприятиях-природопользователях. В Кемеровской области имеется порядка 100 предприятий, система экологического менеджмента которых по итогам проведенного аудита признана соответствующей международному стандарту

ISO 14001 (2004 / 2007), среди них: ОАО «ЗСМК», ОАО «СУЭК-Кузбасс», ОАО «Химволокно Амтел-Кузбасс», ОАО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод». Однако, о широком внедрении систем экологического менеджмента и их сертификации говорить рано. Стимулирование внедрения стандартов серии ISO 14001 способно оказать положительное влияние на состояние инфраструктуры экологических рынков региона. Мерами, способствующими более широкому внедрению подобных стандартов могут стать: внедрение критериев экологичности в механизм государственных закупок, льготное кредитование экологически чистых предприятий, формирование института корпоративной экологической ответственности бизнеса.

Реестры наилучших доступных технологий являются одним из важнейших элементов организационной инфраструктуры экологических рынков. Проблема внедрения подобных реестров в России является одной и наиболее актуальных. Вместе с тем, единого государственного реестра наилучших доступных технологий (НДТ) в России не существует. Однако, это не исключает возможности создания региональных, отраслевых реестров. В практике имеется ГОСТ Р 54097-2010 «Ресурсосбережение. Наилучшие доступные технологии. Методология идентификации», который освещает основные методологические положения касательно признания технологии в качестве НДТ. Кроме того, в России имеется опыт ряда са-морегулируемых организаций (СРО)[81] или отдельных компаний[82] в составлении подобных реестров. Для улучшения качества инфраструктуры экологического рынка в Кемеровской области целесообразным является создание реестров и справочников передовых технологий в области добычи полезных ископаемых, черной и цветной металлургии, газоочистке и ресурсосбережении. На сегодняшний день подобная информация органами государственной власти субъекта не предоставляется.

Важным элементом инфраструктуры экологического рынка является наличие систем, позволяющих получить оперативную информацию о состоянии окружающей среды. Подобные системы предоставляют информацию, которая может быть использована субъектами со стороны предложения для принятия решений, выстраивания маркетинговой стратегии и т. д. В Кемеровской области отсутствуют системы, способные предоставить информацию оперативного характера. Основными источниками данных являются Департамент природных ресурсов и экологии Кемеровской области, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области, ФГБУ «Кемеровский центр по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды». Ни один из указанных источников не способен предоставить оперативную информацию в доступной и удобной для пользователя форме. Вместе с тем, задача информационного обеспечения будет решена при внедрении вышеописанной системы экологического мониторинга, интегрированной в ГИС-систему.

Саморегулируемые организации, ассоциации и союзы по вопросам рационализации природопользования играют важную роль в развитии экологического рынка. Предоставляя информацию, осуществляя консультирование, они способствуют сокращению транзакционных издержек, росту эффективности экологического рынка. В Кемеровской области с 2009 года функционирует Кузбасская ассоциация переработчиков отходов, объединяющая 12 предприятий экологического сектора региона. В своем функционировании ассоциация позволяет сторонам сократить транзакционные издержки, предоставляя заинтересованным лицам информацию о переработчиках отходов, осуществляя консультирование по вопросам природоохранной деятельности. Иные крупные организации подобного рода в регионе отсутствуют. Мерами по дальнейшему развитию подобного элемента инфраструктуры могут стать бюджетное субсидирование таких организаций, использование их для реализации программ государственно-частного партнерства.

Таким образом, применение предложенного автором алгоритма процесса принятия решений при внедрении рыночных элементов в региональный механизм экологизации экономики, а также методики оценки условий развития экологических рынков дает возможность по-иному взглянуть на сложившийся механизм эколого-экономического регулирования. Оценка на основе сопоставления с эталоном дает возможность выявить те недостатки существующего механизма, которые были не очевидны ранее и разработать корректирующие мероприятия, направленные на их устранение. Реализация предложенных автором алгоритма и методики оценки, а также практическое воплощение предложенных рекомендаций должны способствовать улучшению качества условий развития экологических рынков в регионе и, в конечном счете – экологизации региональной экономики.

3.3. Перспективы экологизации экономики Кемеровской области

Для определения результата применения предложенного автором алгоритма принятия решений при внедрении рыночных элементов в региональный механизм экологизации экономики к Кемеровской области, проведем оценку условий с учетом реализации предлагаемых мероприятий по пессимистическому сценарию.

Для определения изменений таких показателей как величина текущих расходов на природоохранные мероприятия, а также объем инвестиций в охрану окружающей среды. Статистическая зависимость указанных величин в рамках существующего механизма реализации принципа платности природопользования не прослеживается (исчисленные коэффициенты корреляции между показателями загрязнений, сумм экологических платежей и величиной текущих затрат и инвестиций на охрану окружающей среды представлены в таблице Е. 1 в приложении Е). Отсутствие зависимости между указанными показателями свидетельствует о наличии значительных проблем в существующем механизме эколого-экономического регулирования. Предлагаемые нами корректирующие воздействия направлены на устранение выявленных проблем и призваны обеспечить корректную реализацию принципа платности природопользования в регионе. Принимая предпосылку о корректировке механизма реализации платности природопользования в Кемеровской области в результате реализации предложенных рекомендаций, можно распространить на регион значения коэффициентов эластичности, рассчитанных нами в пункте 2.3 работы. В эколого-экономических системах, характеризующихся корректной реализацией принципа платности природопользования значение коэффициента эластичности платежеспособного спроса на экологические активы по экологическим платежам составляет 1,199 %. Таким образом, можно спрогнозировать новые значения платежеспособного спроса. По результатам пессимистической оценки прирост суммы экологических платежей в Кемеровской области в результате реализации рекомендаций составит 3,9 %, таким образом, объем спроса на экологические активы в регионе возрастет на 4,7 %. Таким образом, новая величина затрат предприятий на экологические активы составит 7367,7 млн. руб. Зная эластичность выбросов по экологическим платежам исчислим возможное сокращение выбросов в атмосферный воздух в размере 7,06 %.

Исходя из полученных значений показателей, составим новый рейтинг региона. Результаты оценки представим в таблице 3.7.

Таблица 3.7. Показатели рейтинговой системы, рассчитанные для Кемеровской области на 2011 и прогнозный год [83]

По результатам применения методики рейтинговой оценки видно, что реализация предложенных рекомендаций способствует развитию инфраструктуры экологических рынков региона. Сумма баллов по третьей группе параметров составила 2,9 что выше значения 2011 года (2,5). Повышение качества [84] экологического мониторинга способно внести коренные изменения в механизм реализации принципа платности природопользования в регионе, что будет способствовать экологизации региональной экономики.

Исходя из полученных расчетным путем данных о прогнозируемых объемах загрязнения окружающей среды можно осуществить оценку сокращения потерь ВРП от реализации предложенных мероприятий. При расчетах будем исходить из предпосылки неизменности всех остальных факторов, за исключением объемов выбросов в атмосферу. Результаты расчетов представим в таблице 3.8.

Таблица 3.8. Оценка сокращения потерь ВРП Кемеровской области в результате развития экологического рынка и улучшения качества окружающей среды

Согласно результатам проведенных расчетов, улучшение качества окружающей среды способно оказать положительное влияние на экономику региона в виде сокращения потерь ВРП от заболеваемости и смертности населения. Уровень потерь можно сократить с 5,44 % до 5,06 % (по оптимистическому сценарию) и с 7,73 до 7,18 % (по пессимистическому сценарию).

Таким образом, Кемеровская область характеризуется значительными перспективами в области экологизации региональной экономики. Корректная реализация принципа платности природопользования на основе эффективных систем экологического мониторинга способна способствовать сокращению объемов выбросов в атмосферу на 7,06 %. Проведенные расчеты позволили выявить следующие перспективы экологизации экономики Кемеровской области:

1. развитие инфраструктуры экологических рынков в регионе, прирост суммы баллов по группе показателей инфраструктуры с 2,5 до 2,9;

2. прирост объемов взимаемых экологических платежей на 3,9 %;

3. прирост объемов спроса на экологические активы в регионе на

4,74 %;

4. прирост объемов инвестиций в экологический сектор экономики региона за счет налоговых преференций на 3,78 %;

5. сокращение потерь ВРП от экологического фактора с 5,44 до 5,06 % по минимальной оценке и с 7,73 до 7,18 % по максимальной оценке.

Заключение

По результатам проведенного исследования можно сделать следующие основные выводы и предложения, имеющие теоретическую и практическую значимость.

1. Проанализированы существующие трактовки понятия «экологический рынок». Отмечены случаи и направления использования понятия в зарубежных публикациях и статистике, а также воззрения отечественных и зарубежных ученых-теоретиков. Обобщая существующие определения экологического рынка, мы понимаем под ним систему экономических отношений, возникающих в процессе обращения благ экологического назначения, прав на выбросы и производных от них финансовых инструментов.

2. По итогам анализа зарубежной практики развития экологических рынков, а также российского опыта внедрения экономических рычагов стимулирования рационального природопользования были рассмотрены условия развития экологических рынков. По нашему мнению, подобные рыночные институты развиваются в таких эколого-экономических системах, которые характеризуются благоприятными условиями, то есть определенным состоянием среды (предпосылки развития рынка), а также оптимальной рыночной инфраструктурой. При этом, наличие предпосылок является необходимым, но не достаточным для развития подобного рыночного института. Поэтому определяющее значение с нашей точки зрения имеет рыночная инфраструктура, которая создается, в том числе под влиянием государства. Были рассмотрены основные составляющие и элементы инфраструктуры экологического рынка, среди которых наибольшее значение имеет правовая и регулирующая инфраструктура (которая представляет собой совокупность формальных правил, которыми руководствуются участники рынка, а также систему регуляторов и контроля), а также организационная инфраструктура (которая включает в себя организации и системы, способствующие сокращению транзакционных издержек, повышению эффективности рынка). На основании систематизации опыта зарубежных стран выявлены важнейшие элементы инфраструктуры, присутствующие во всех странах с развитым экологическим рынком.

3. Механизм охраны окружающей среды, применяемый в России, имеет ряд серьезных недостатков. Основной проблемой в указанной области является неполная реализация принципа платности природопользования, который является основой экономического регулирования рационального природопользования. В структуре экологических платежей, взимаемых в России, доминируют такие виды платежей, размер которых не связан с величиной негативной антропогенной нагрузки на окружающую среду, а производен от объемов потребленного ресурса (налог на добычу полезных ископаемых). Доля платежей, зависящих от объема загрязнений чрезвычайно мала. Учитывая отмену экологических фондов, указанные платежи лишены целевого характера использования. Таким образом, реализация принципа платности природопользования в России направлена на выполнение им, прежде всего, фискальной функции, что не способствует экологизации хозяйственной жизни страны.

4. Размер платы за НВОС, взимаемый в России базируется на отчетности самих предприятий-природопользователей. Учитывая неразвитость системы государственного экологического мониторинга и фактическое отсутствие у государства инструмента контроля за фактическим объемом выбросов, зачастую происходит неоправданное занижение сумм платы за НВОС, что не способствует всесторонней реализации принципа платности природопользования.

5. Принятие решений в области экологизации подразумевает оценку состояния эколого-эконмической системы, на которую осуществляется управленческое воздействие. Во второй главе работы нами были рассмотрены существующие подходы к такой оценке. В современной науке наиболее распространенным является подход к оценке состояния эколого-экономической системы с позиций устойчивости ее развития. Для этого используются интегральные показатели, такие как истинные сбережения (Г. Е. Мекуш), или математические модели, учитывающие антропогенную нагрузку на территорию и экономический рост (Ю. И. Старцева), другие авторы говорят о категории «экологической безопасности» и ее оценке (Н. Е. Булетова). Доминирующий в современной государственной статистике хронологический подход не дает управляющему субъекту возможности интерпретировать ситуацию иначе как «лучше» или «хуже» чем в прошлом периоде. Таким образом, в экономике природопользования существуют методики оценки состояния эколого-экономических систем региона, которые иллюстрируют качество некоторых условий развития экологического рынка. Однако, нерешенными являются вопросы детальной оценки состояния инфраструктуры экологического рынка, а также определения качественной интерпретации показателей. Вариантом решения указанной задачи является предложенная автором методика, отличающаяся применением балльно-рейтинговой оценки количественных и качественных показателей условий развития экологического рынка. Указанная методика базируется на систематизации опыта эколого-экономических систем, в которых функционирует развитый экологический рынок. Методика дает возможность сопоставить состояние условий развития рынка с «эталонными» (в качестве эталонных принимаются условия эколого-экономических систем, где существует наиболее развитый экологический рынок), а также оценить их комплексно.

5. Автором показана возможность применения результатов оценки в разработке мер регионального эколого-экономического регулирования, представлена логическая структура экологизации региональной экономики с учетом развития в ней экологических рынков и предложен алгоритм принятия решений, отличающийся наличием фазы оценки качества условий развития экологических рынков. Для оценки результатов реализации управленческих решений автором построены модели линейной регрессии, иллюстрирующая зависимость выбросов в атмосферу от экологических платежей, а также спроса на экологические активы от объемов экологических платежей. Исчислены коэффициенты эластичности показателей, что дает возможность качественного прогнозирования эффекта корректирующих мероприятий при условии корректной реализации механизма платности природопользования.

6. В результате апробации методики оценки условий развития экологического рынка к регионам Сибирского федерального округа, автором был составлен рейтинг регионов СФО по критерию качества сложившихся в них условий для развития экологических рынков:

1. Кемеровская область – 9,433 балла, рейтинг B;

2. Красноярский край – 9,4 балла, рейтинг С;

3. Иркутская область – 8,633 балла, рейтинг C;

4. Омская область – 8,133 балла, рейтинг D;

5. Забайкальский край – 8,1 балла, рейтинг D;

6. Республика Хакасия – 7,933 балла, рейтинг D – E;

7. Республика Бурятия – 7,767 балла, рейтинг E;

8. Томская область – 7,633 балла, рейтинг E;

9. Республика Тыва – 7,167 балла, рейтинг E;

10. Новосибирская область – 7,167 балла, рейтинг E;

11. Алтайский край – 5,9 балла, рейтинг E;

12. Республика Алтай – 5,767 балла, рейтинг E.

7. По результатам детального анализа ситуации в Кемеровской области и применения к ней предложенного автором алгоритма принятия управленческих решений при внедрении рыночных элементов в региональный механизм экологизации экономики были выявлены два факта: в регионе существуют предпосылки для развития экологического рынка. Уровень экономического развития достаточно высок, а отраслевая специализация способствует формированию спроса на активы экологического назначения. Экологическая ситуация в регионе оценивается как неблагоприятная. В целом, развитие экологического рынка в таких эколого-экономических системах возможно и оправданно. Вместе с тем, по результатам оценки качества существующей рыночной инфраструктуры, можно сделать вывод о ее неразвитости, что является основным фактором, сдерживающим развитие рынка в регионе.

По итогам исследования выявлен факт неразвитости следующих элементов инфраструктуры экологического рынка региона:

• отсутствие в регионе системы экологического мониторинга, способной контролировать качество окружающей среды в реальном времени (или с достаточной периодичностью);

• доля платы за НВОС (единственного компонента в структуре экологических платежей, размер которого зависит от объемов негативной нагрузки, продуцируемой природопользователем) в общей структуре экологических платежей невелика, а значит, указанный инструмент не способен в его существующем виде оказывать существенного влияния на природо-пользователей;

• в регионе отсутствуют рычаги экономического стимулирования предприятий экологического сектора (исключая переработчиков отходов), итогом является удовлетворение существующего со стороны природо-пользователей спроса на активы экологического назначения из других регионов или из за рубежа;

• отсутствие в регионе систем предоставления оперативной информации о качестве окружающей среды.

8. Для совершенствования инфраструктуры экологического рынка Кемеровской области автором предложены мероприятия. Рекомендуется внедрить в регионе автоматизированную систему мониторинга качества атмосферного воздуха с интеграцией в ГИС-систему. Атмосферный воздух выбран в качестве приоритетного направления так как именно данный вид загрязнений наиболее сложно контролировать, как следствие, нарушения в указанной области встречаются часто, кроме того, загрязнение атмосферного воздуха оказывает наибольшее влияния на смертность и заболеваемость населения, вызывая потери в виде недопроизведенного ВРП. Реализация указанного мероприятия позволит более эффективно осуществлять надзор за действиями природопользователей, контролировать правильность расчета платы за НВОС, отслеживая фактические объемы загрязнений. Были оценены затраты, связаны с внедрением мероприятия, а также выявлен положительный экономический эффект в виде прироста платы за НВОС по форме 2-ТП (воздух) на 86 % (по пессимистическому сценарию оценки).

Для целей поддержки предприятий-источников предложения на экологическом рынке региона рекомендуется предоставление указанной категории предприятия (по кодам ОКВЭД) налоговых льгот по налогу на имущество и налогу на прибыль, что является одним из элементов правовой и регулирующей инфраструктуры экологического рынка. Эффективность указанного мероприятия выявлена в результате применения действующей в Кемеровской области Методике оценки эффективности предоставления налоговых льгот. Также предложены рекомендации, способствующие развитию прочих элементов инфраструктуры экологического рынка региона.

9. По итогам осуществленного исследования выявлены значительные перспективы экологизации экономики Кемеровской области. Корректная реализация принципа платности природопользования на основе эффективных систем экологического мониторинга способна способствовать сокращению объемов выбросов в атмосферу на 7,06 %. Проведенные расчеты позволили выявить следующие перспективы экологизации экономики Кемеровской области:

1. развитие инфраструктуры экологических рынков в регионе, прирост суммы баллов по группе показателей инфраструктуры с 2,5 до 2,9;

2. прирост объемов взимаемых экологических платежей на 3,9 %;

3. прирост объемов спроса на экологические активы в регионе на

4,74 %;

4. прирост объемов инвестиций в экологический сектор экономики региона за счет налоговых преференций на 3,78 %;

5. сокращение потерь ВРП от экологического фактора с 5,44 до 5,06 % по минимальной оценке и с 7,73 до 7,18 % по максимальной оценке.

Список использованных источников

1. Александров И. Правовые основы торговли выбросами парниковых газов: настоящее и будущее. URL: http://www.yurclub.ru/docs/ecology/article6.html. (дата обращения: 16.01.2011).

2. Ануфриев В. П., Чазов А. В. Энергоэффективность и проблема изменения климата. М.: УЦЭЭ, WWF. 2006. – 193с.

3. Бабун Р.В., Старченко Е.Н. Функции и организационные структуры администраций городов в условиях реформ. / Вестник Кемеровского государственного университета. – 2005. – № 3(23). – С. 120–124.

4. Барташевич А. А. Формирование механизма регионального устойчивого развития на базе управления эколого-экономическими рисками (на материалах Карачаево-Черкесской республики): автореф. дис…канд. экон. наук: 08.00.05 / Барташевич Александр Александрович. – Майкоп, 2012. – 28с.

5. Бизяркина Е. Н. Экологически устойчивое социально-экономическое развитие: основы теории и методологии: автореф. дис. докт. экон. наук: 08.00.05 / Бизяркина Елена Николаевна. М., 2008. – 48с.

6. Бобылев С. Н., Мекуш Г. Е. Проблемы разработки и реализации экологической политики разного уровня // Экобюллетень. – 2006. – № 11. -С. 12 – 19.

7. Бобылев С. Н., Сидоренко В. Н., Сафонов Ю. В., Авалиани С. Л., Струкова Е. Б., Голуб А. А. Макро-экономическая оценка издержек для здоровья населения России от загрязнения окружающей среды. М.: Институт Всемирного Банка, Фонд защиты природы, 2002. – 34с.

8. Булетова Н.Е. Совершенствование диагностики состояния региональной эколого-экономической системы // Экономика, предпринимательство и право. – 2013. – № 1 (18). – c. 3 – 25. URL: http://www.creativeconomy.ru/ articles/28462/ (дата обращения: 22.09.2013).

9. Быков А.А. О методологии оценки стоимости среднестатистической жизни человека // Страховое дело. – 2007. – № 3. – С. 54–57.

10. Вержицкий Д.Г., Часовников С.Н. Формирование понятия «Экологический рынок» и его роль в современных условиях. / Вестник Кемеровского государственного университета. 2012. № 4–1 (52). С. 279–284.

11. Голуб А. А. Экономические основы торговли квотами на выбросы парниковых газов // Энергетическая политика. – 2001. – № 6 – С.37.

12. О состоянии здоровья населения и деятельности здравоохранения Кемеровской области по совершенствованию организации и повышению качества оказания медицинской помощи в 2011 году и задачах на 2012–2013 годы: государственный доклад. Кемерово: Департамент охраны здоровья населения. 2012. – 141с.

13. О состоянии и охране окружающей среды Кемеровской области в 2011 году: государственный доклад. Кемерово: Администрация Кемеровской области. 2012. – 68с.

14. Гринин А. С., Орехов Н. А., Шмидхейни С. Экологический менеджмент: Учебное пособие для вузов. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2001. – 206с.

15. Грицевич И. Черная дыра // Российская бизнес-газета. – 2009. -№ 709. URL: http://www.rg.ru/ 2009/07/07/energo.html. (дата обращения:

24.12.2011).

16. О достигнутых значениях показателей для оценки эффективности деятельности органов исполнительной власти Кемеровской области за 2011 год и их планируемых значениях на трехлетний период: доклад Губернатора Кемеровской области. Кемерово: Коллегия администрации Кемеровской области, 2012. – 45 с.

17. О достигнутых значениях показателей для оценки эффективности деятельности органов исполнительной власти Кемеровской области за 2010 год и их планируемых значениях на трехлетний период: доклад Губернатора Кемеровской области. Кемерово: Коллегия администрации Кемеровской области, 2011. – 43 с.

18. Дупак В. Я., Высторобец Е. А. Государственная и региональная экологическая политика – М.: Одна восьмая, 2005. – 60с.

19. Инвестиционный паспорт Кемеровской области. – Кемерово: Администрация Кемеровской области. 2011. – 47с.

20. Кокин А. В. Современные экологические мифы и утопии. Санкт-Петербург: Бионт, 2008. – 261с.

21. Концепция экологической политики Кемеровской области. Кемерово. 2002. – 134с.

22. Косинский П. Д., Шабашев В. А. Экологические последствия региональной экономической политики и их влияние на качество жизни населения (на примере Кемеровской области) // Проблемы современной экономики. – 2006. – № 3–4.

23. Краснопольский Б. Х. Американский опыт в правовом обеспечении управления экологической безопасностью // Право и безопасность. – 2006. -№ 3–4. URL: http://dpr.ru/pravo/pravo_19_24.htm. (дата обращения: 04.01.2012).

24. Круглов В. В. Законодательство европейского сообщества в сфере охраны окружающей среды в промышленности. URL:

http://www.lawmix.ru/comm/1602/ (дата обращения: 10.02.2011).

25. Кутидзе Л. С. Институциональная составляющая рыночной инфраструктуры // Научные труды ДонНТУ. Серия: экономическая. – 2006. -№ 103-3. – С. 7–8.

26. Лукашевич О. Д., Мекуш Г. Е. Подходы к разработке индикаторов устойчивого развития на региональном и отраслевом уровнях // Экобюллетень. – Новокузнецк: ИНЭКА. – № 4 (111). – 2005.

27. Малинина, Т. Оценка налоговых льгот и освобождений // Научные труды Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара. URL: http://www.cfin.ru/taxes/tax_expenditures_analysis.shtml (дата обращения:

17.08.2012).

28. О состоянии окружающей природной среды в Кемеровской области в 2006 году: материалы к Государственному докладу. URL: http://www.kuzbasseco.ru/001/index.html. (дата обращения: 18.08.2012).

29. Материалы к тендеру № 146 «Разработка «Реестра наилучших доступных технологий нефтеперерабатывающей отрасли ОАО «ЛУКОЙЛ». URL: http://www.nneft.lukoil.ru/main/static.asp?art_id=4499. (дата обращения: 18.06.2012).

30. Мекуш Г. Е. Эколого-экономическая оценка устойчивости регионального развития (на примере Кемеровской области): автореф. дис… докт. экон. наук: 08.00.05 / Мекуш Галина Егоровна. – М., 2007. – 57с.

31. Мекуш Г. Е. Разработка критериев и индикаторов для оценки устойчивости регионального развития // Ползуновский вестник. – № 12. -2006. – С. 41 – 47.

32. Мекуш, Г.Е. Экономическая оценка экологического фактора заболеваемости населения Кемеровской области // Проблемы устойчивого развития Обь-Иртышского бассейна. – Новосибирск: ИСАР-Сибирь. -2005. – С. 31–35.

33. Мкртчян Г. М., Пляскина Н. И. Топливно-энергетический комплекс и окружающая среда: экономические и правовые аспекты / Под ред. И.И. Думовой. Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 2002. – 340с.

34. Морозова В. Н. Мировая экологическая политика и международное экологическое сотрудничество. Воронеж: ВГУ, 2007. – 126с.

35. Научно-информационный портал ВИНИТИ РАН. URL: http://science.viniti.ru/ (дата обращения: 09.09.2011).

36. Отчет о работе Контрольно-счётной палаты Краснодарского края за 2010 год. Краснодар: Контрольно-счётная палата Краснодарского края, 2010. – 76с.

37. Официального сайта еженедельной деловой газеты РБК Daily. URL: http://rbcdaily.ru/2011/01/21/industry /562949979578837. (дата обращения: 12.08.2011).

38. Официального сайта Федеральной службы государственной статистики. URL: http://www.gks.ru/ dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi. (дата обращения: 15.05.2011).

39. Официальный сайт CMEGroup. URL:

http://nymex.greenfutures.com/products/. (дата обращения: 20.01.2012).

40. Официальный сайт Администрации Кемеровской области. URL:

http://www.ako.ru/official/strukt/USB/rcb2012_6m.doc (дата обращения:

19.09.2012).

41. Официальный сайт Администрации по безопасности и здоровью

департамента труда правительства США (U.S. Department of Labor Occupational Safety and Health Administration).

URL: http://www.osha.gov/about.html. (дата обращения: 06.12.2011).

42. Официальный сайт Американского общества инженеров отопления, кондиционирования, вентиляции и холодильной техники (American Society of Heating, Refrigerating, and Air-Conditioning Engineers). URL: https://www.ashrae.org/. (дата обращения 18.07.2011).

43. Официальный сайт Департамента охраны здоровья населения Кемеровской области. URL: http://www.kuzdrav.ru/drupal/node/511. (дата обращения: 11.04.2012).

44. Официальный сайт Департамента промышленности, торговли и предпринимательства Кемеровской области. URL: http://dprpko.ru. (дата обращения: 17.09.2012).

45. Официальный сайт Международного валютного фонда. URL: http://www.imf.org. (дата обращения: 18.05.2012).

46. Официальный сайт Министерства экономического развития Российской Федерации. URL: http://www.economy.gov.ru. (дата обращения:

17.02.2012).

47. Официальный сайт Организацией экономического сотрудничества и развития. URL: http://www.oecd.org (дата обращения 19.11.2012).

48. Официальный сайт Открытого Акционерного Общества «Сберегательный банк Российской Федерации». URL: http://www.sbrf.т/.(дата обращения: 06.08.2012).

49. Официальный сайт Российского реестра углеродных единиц. URL: http://www.carbonunitsregistry.ru/reports-pso.htm. (дата обращения:

15.04.2011).

50. Официальный сайт статистической службой Европейского Союза Евростат. URL: http://epp.eurostat.ec. (дата обращения: 17.05.2012).

51. Официальный сайт территориального органа Федеральной налоговой службы по Кемеровской области. URL: http://www.r42.nalog.ru. (дата обращения: 28.08.2012).

52. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Кемеровской области. URL: http://www.urpnko.bget.ru (дата обращения: 15.09.12).

53. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Калужской области. URL: http://www.prirodnadzor.kaluga.ru. (дата обращения: 15.02.2011).

54. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Красноярскому краю. URL: http://www. yarsknadzor.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

55. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Иркутской области. URL: http://www. prirodnadzor.irk.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

56. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Омской области. URL: http://www. rpn-omsk.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

57. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Забайкальскому краю. URL: http://www. 75.rpn.gov.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

58. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Республике Хакасия. URL: http://www. urpnrh.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

59. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Республике Хакасия. URL: http:// prnadzor.e-baikal.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

60. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Томской области. URL: http:// nadzor.tomsk.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

61. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Республике Тыва. URL: http:// rpn-tyva.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

62. Официальный сайт Департамента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Сибирскому федеральному округу. URL: http:// http://www.sibfo.ru/rpn/. (дата обращения: 15.09.2013).

63. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Алтайскому Краю и Республике Алтай. URL: http:// altnadzor.ru. (дата обращения: 15.09.2013).

64. Официальный сайт территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области. URL: kemerovostat.ru. (дата обращения: 18.06.2012).

65. Официальный сайт Чикагской климатической биржи. URL: http://www.chicagoclimatex.com. (дата обращения: 18.01.2011).

66. Петров В. В. Экологическое право России: учебник для вузов. М.: БЕК, 1995. – 557с.

67. Писарев В. Д. Экологический компонент научно-технической

политики США и подход России. URL:

http://www.iskran.ru/russ/works98/pisarev.html. (дата обращения:

11.01.2012).

68. Попов В. Ф., Толстихин О. Н. Общая экология. Электронное учебное пособие. URL: http://www.sitc.ru/ton /title.html (дата обращения: 11.12.2011).

69. Пушкарь В. П., Майоров И. С. Экология. Владивосток: ВГУЭС, 2003. – 188 с.

70. Региональные проблемы переходной экономики: вопросы теории и практики / Под ред. В. Г. Алиева. М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2002. – 646с.

71. Реестр наилучших доступных технологий (НДТ) по очистке сточных вод городов и поселений. СРО «Межрегиональный союз проектировщиков». URL:

http://www.mrsp.ru/netcat_files/103/143/h_cf58d2b006e44182. (дата обращения: 15.04.2012).

72. Реймерс Н. Ф. Экологический рынок // Зеленый мир. -1996. – № 6.

73. Об охране окружающей среды: федеральный закон от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ: принят Государственной Думой 20 декабря 2011 года; одобрен Советом Федерации 26 декабря 2011 года // Российская газета. -2002. – 12 января.

74. Об утверждении Порядка и Методики оценки эффективности

предоставленных (планируемых к предоставлению) налоговых льгот в Кемеровской области: распоряжение Коллегии Администрации Кемеровской области от 30 декабря 2011 г. URL:

http://www.ofukem.ru/content/blogcategory/38/73/ (дата обращения 23.02.2012).

75. Об одобрении Экологической доктрины Российской Федерации: распоряжение Правительства Российской Федерации от 31 августа 2002 г. № 1225-р // Российская газета. – 2002. – 18 сентября.

76. О некоторых мерах по повышению энергетической и экологической эффективности российской экономики: указ Президента Российской Федерации от 4 июня 2008 г. № 889 // Российская газета. – 2008. – 7 июня.

77. О разграничении полномочий между органами государственной власти Кемеровской области в сфере охраны окружающей среды: закон Кемеровской области: от 18 января 2007 г. № 5-ОЗ: принят Советом народных депутатов Кемеровской области 28 декабря 2006 г.// Кузбасс. -2007. – 26 января.

78. О налоговых льготах организациям, осуществляющим деятельность по переработке отходов на территории Кемеровской области: закон Кемеровской области от 2 июня 2011 г. № 64-ОЗ: принят Советом народных депутатов Кемеровской области 25 мая 2011 г. // Кузбасс. – 2011. – 8 июня.

79. Россинская М. В. Финансово-кредитный механизм рационального природопользования: монография. Шахты: ЮРГУЭС, 2004. – 64с.

80. Россия в цифрах. М.: Финансы и статистика, 1996. – 226 с.

81. Савченко Н. Региональный рынок экологических услуг: формирование и развитие URL: http://www.dopfo.ru/?num=1&id=36 (дата обращения: 18.12.2011).

82. Семенов В. Г. Стратегия повышения энергоэффективности в муниципальных образованиях. М., 2008. – 260с.

83. Соболева Е. Н. Экологический потенциал развития экономики: институциональный аспект: дис… канд. экон. наук: 08.00.01 / Соболева Елена Николаевна. – Томск, 2004. 196с.

84. Среда обитания. Оценка влияния факторов среды обитания на здоровье населения Кемеровской области: информационно-аналитический обзор. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2011. – 216с.

85. Станция контроля качества атмосферы измерительный комплекс «СКАТ». СПб: ЗАО «ОПТЭК», 2010 г. – 28 с.

86. Старков М. Экологически чистая прибыль // Деловой квартал. -

2003. – № 3. URL: http://ekb.dkvartal.ru /ekb/magazines/dkekb/2003

/n03/jekologicheskichistajapribyl.html. (дата обращения: 17.01.2011).

87. Старцева Ю. И. Совершенствование методических подходов к оценке и управлению устойчивостью развития территориальных эколого-экономических систем: автореф. дис. канд. экон. наук: 08.00.05 / Старцева Юлия Ивановна. – Новосибирск, 2011. – 19с.

88. Старченко Е.Н. Маркетинговое позиционирование промышленных моногородов как инструмент антикризисной политики регионов. / Вестник Кемеровского государственного университета. – 2010. – № 1 (41). – С. 85–90.

89. Старченко Е.Н., Часовников С.Н. Опыт работы научной школы по направлению «Разработка рыночных механизмов устойчивого экологического развития промышленно-развитых регионов» / Вестник Кемеровского государственного университета. – 2013. – № 3–2 (55). – С. 146–158.

90. Стратегия социально-экономического развития Кемеровской области на долгосрочную перспективу / под руководством В. Н. Княгинина. СПб: Центр стратегических разработок «Северо-Запад», 2007. – 183 с.

91. Субботин, А. Л. Классификациям.: ИФ РАН, 2001. – 89с.

92. Ударцев, Ю. Химическая промышленность в Кузбассе работает стабильно // Областной экономический еженедельник Авант-ПАРТНЕР. -2010. – № 10. URL: http://www.avant-partner.ru/partner/1928.html. (дата обращения 17.11.2011).

93. Ферару Г.С. Экологический менеджмент: учебное пособие. М., Архангельск: Юпитер: Междунар. ин-т управления, 2006. – 336с.

94. Часовников С.Н., Старченко Е.Н., Вержицкий Д.Г. Формирование рыночных механизмов экологического рынка промышленно-развитых регионов (на примере Кемеровской области). / Вестник Кемеровского государственного университета. 2014. № 3–3 (59). С. 263–271.

95. Часовников С.Н., Старченко Е.Н. Формирование региональной системы контроля и стимулирования рационального природопользования. / Научные труды Вольного экономического общества России. 2012. Т. 166. С. 252–254.

96. Часовников С.Н., Старченко Е.Н. Перспективы экологизации экономического развития Кемеровской области. / LAP LAMBERT Academic Publishing GmbH & Co. – Saarbrucken, Deutschland. – 2013. – С. 24–26.

97. Чулок А. И. Предпринимательство и инновации. Часть 5 // Российское предпринимательство. – 2000. – № 6. – URL:

http://www.creativeconomy.ru/library/prd511.php (дата обращения: 20.12.2011).

98. Швецова Е. Синергия экологии и бизнеса // Эксперт. – 2004. – № 43. URL: http://www.raexpert.ru/ ratings/ecorating/publication2/ (дата обращения: 17.12.2011).

99. Crocker T. D. The structuring of atmospheric pollution control systems // The Economics of air pollution. – 1966. – P. 66 – 68.

100. Dales J. H. Land, water, and ownership // The Canadian Journal of Economics. – 1968. – № 1. – P. 791–804.

101. Draft Synthesis Document for a Common Definition and Classification of the Environment Industry for Data Collection, paper presented at the meeting of the OECD. Eurostat Informal Working Group on the Environment Industry. Luxembourg: OECD, 1995. – 211p.

102. Eco-industries in the EC, ill Panorama of EU Industry. European commission. Brussels. 1994. – 103p.

103. Energy and Environment report 2008 // European Environment Agency report. – 2008. – № 6. – Р.10.

104. Environment Industry Vision (Sangyo kankyo vision ni tsuite). Tokyo: MITI, 1994. – 76p.

105. Environmental Business International, Inc. (San Diego, CA). URL: http://web.ita.doc.gov (дата обращения: 12.05.2012).

106. Environmental leader. Environmental and Energy Management News URL: http://www.environmentalleader.com /2012/11/15/global-

environmental-market-grew-4-in-2011/ (дата обращения: 20.12.2012).

107. Environmental Markets Classification Systems. London: FTSE, 2009. – 59p.

108. EPA and the Venture Capital Community: Building Bridges to Commercialize Technology. Washington DC: EPA, 2008. – P. 12–13.

109. Greenhalgh S., Walker S., Lee B., Stephens T., Sinclair R. J.

Environmental markets for New Zealand: the barriers and opportunities. Lincoln: Canterbury, 2010. – P.19

110. Hahn R., Noll R. Designing a Market for Tradeable Permits. Reform of Environmental Regulation. Cambridge. 1982. – 476p.

111. Hungerford, T. Tax Expenditures: Trends and Critiques // CRS Report for Congress. – 2006. – 13 September – Р.11.

112. Montgomery D. Markers in Licenses and Efficient Pollution Control Programs // Journal of Economic Theory. – 1972. – № 5. – P. 395–418.

113. The global environmental goods and services industry. Luxembourg: OECD, 1995. – 265p.

Приложение А

Развитие эколого-экономического регулирования за рубежом и в России

Рис. А.1 – Генезис экологического рынка США (составлено автором)

Рис. А.2 – Формирование экологического рынка в странах Европы (составлено автором)

Рис. А.3 – Формирование экологического рынка в Японии (составлено автором)

Рис. А.4 – Генезис эколого-экономического регулирования в России (составлено автором)

Приложение Б

Построение моделей линейной регрессии

Таблица Б.1. Исходные данные для построения модели

Приложение В

Структура и алгоритм функционирования предлагаемой к внедрению системы экологического мониторинга

Рис. В.1 – Структура предлагаемой региональной системы экологического мониторинга (составлено автором)

Рис. В.2 – Алгоритм работы предлагаемой автоматизированной системы мониторинга качества атмосферного воздуха (составлено автором)

Приложение Г

Комплектация, цены предлагаемого к внедрению оборудования, расчет экономической эффективности мероприятия

Таблица Г.1. Комплектация оборудования для стационарного автоматизированного поста экологического мониторинга, его стоимость[85]

Таблица Г. 2. Конфигурация и стоимость предлагаемого к внедрению передвижного автоматизированного экологического поста

Таблица Г. 3. Калькуляция текущих расходов на содержание одного автоматизированного поста в год

Таблица Г. 4. Расчета затрат на топливо для передвижных постов

Таблица Г. 5. Расчет затрат на оплату труда

Таблица Г. 6. Существующие программные продукты в сфере систем мониторинга образования и движения отходов

Таблица Г. 7. Затраты на внедрение системы анализа и управления движением промышленных отходов на территории Кемеровской области

Таблица Г. 8. Общие затраты на внедрение системы мониторинга воздуха и отходов в Кемеровской области

Таблица Г. 9. Расчет чистого дисконтированного дохода от реализации проекта по внедрению автоматизированной системы мониторинга качества атмосферного воздуха в Кемеровской области (тыс. руб.) (ставка дисконтирования равна ставке рефинансирования – на момент осуществления расчетов 8,25 %)

Определим срок окупаемости проекта (Е.1):

Приложение Д

Оценка общественной эффективности предлагаемой к внедрению налоговой льготы

Таблица Д. 1. Оценка общественной эффективности предлагаемой к предоставлению налоговой льготы

Приложение Е

Расчет коэффициентов корреляции

Таблица Е.1. Коэффициенты корреляции между показателями загрязнений, экологических платежей, текущих расходов и инвестиций в охрану окружающей среды, рассчитанные для Кемеровской области за период с 2005 по 2011 гг.

notes

Примечания

1

Попов В. Ф., Толстихин О. Н. Общая экология. Электронное учебное пособие. URL: http://www.sitc.ru/ton /title.html (дата обращения: 11.12.2011).

2

Дупак В. Я., Высторобец Е. А. Государственная и региональная экологическая политика – М.: Одна восьмая, 2005 – С. 38–39.

3

Формирование региональной системы контроля и стимулирования рационального природопользования. Часовников С.Н., Старченко Е.Н. Научные труды Вольного экономического общества России. 2012. Т. 166. С. 252–254.

4

Crocker T. D. The structuring of atmospheric pollution control systems // The Economics of air pollution. – 1966. – P. 66 – 68.

5

Dales J. H. Land, water, and ownership // The Canadian Journal of Economics. – 1968. – № 1. – P. 791–804.

6

Montgomery D. Markers in Licenses and Efficient Pollution Control Programs // Journal of Economic Theory. – 1972. – № 5. – P. 395–418.

7

Hahn R., Noll R. Designing a Market for Tradeable Permits. Reform of Environmental Regulation. Cambridge. 1982. – 476p.

8

Eco-industries in the EC, ill Panorama of EU Industry. European commission. Brussels. 1994. – 103p.

9

Draft Synthesis Document for a Common Definition and Classification of the Environment Industry for Data Collection, paper presented at the meeting of the OECD. Eurostat Informal Working Group on the Environment Industry. Luxembourg: OECD, 1995. – 211p.

10

Environment Industry Vision (Sangyo kankyo vision ni tsuite). Tokyo: MITI, 1994. – 76p.

11

The global environmental goods and services industry. Luxembourg: OECD, 1995. – 265p.

12

Environmental Markets Classification Systems. London: FTSE, 2009. – 59p.

13

Greenhalgh S., Walker S., Lee B., Stephens T., Sinclair R. J. Environmental markets for New Zealand: the barriers and opportunities. Lincoln: Canterbury, 2010. – P.19.

14

Greenhalgh S., Walker S., Lee B., Stephens T., Sinclair R. J. Environmental markets for New Zealand: the barriers and opportunities. Lincoln: Canterbury, 2010. – P.19

15

Формирование понятия «Экологический рынок» и его роль в современных условиях. Вержицкий Д.Г., Часовников С.Н. Вестник Кемеровского государственного университета. 2012. № 4–1 (52). С. 279–284.

16

Реймерс Н. Ф. Экологический рынок // Зеленый мир. -1996. – № 6.

17

Савченко Н. Региональный рынок экологических услуг: формирование и развитие URL: http://www.dopfo.ru/?num=1&id=36 (дата обращения: 18.12.2011).

18

Чулок А. И. Предпринимательство и инновации. Часть 5 // Российское предпринимательство. – 2000. – № 6. – URL:

http://www.creativeconomy.ru/library/prd511.php (дата обращения: 20.12.2011).

19

Greenhalgh S., Walker S., Lee B., Stephens T., Sinclair R. J. Environmental markets for New Zealand: the barriers and opportunities. Lincoln: Canterbury, 2010. – Р.19.

20

Соболева Е.Н. Экологический потенциал развития экономики:

институциональный аспект: дис… канд. экон. наук: 08.00.01 / Соболева Елена Николаевна. – Томск, 2004. – С. 156.

21

Гринин А. С., Орехов Н. А., Шмидхейни С. Экологический менеджмент: Учебное пособие для вузов. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2001. – С.43.

22

Environmental leader. Environmental and Energy Management News URL: http://www.environmentalleader.com /2012/11/15/global-environmental-market-grew-4-in-2011/ (дата обращения: 20.12.2012).

23

Швецова Е. Синергия экологии и бизнеса // Эксперт. – 2004. – № 43. URL: http://www.raexpert.ru/ ratings/ecorating/publication2/ (дата обращения: 17.12.2011).

24

Environmental leader. Environmental and Energy Management News URL: http://www.environmentalleader.com /2012/11/15/global-environmental-market-grew-4-in-2011/ (дата обращения: 20.12.2012).

25

Перспективы экологизации экономического развития Кемеровской области. Часовников С.Н., Старченко Е.Н./ Саарбрюккен. – 2013. – С. 24–26.

26

Краснопольский Б. Х. Американский опыт в правовом обеспечении управления экологической безопасностью // Право и безопасность. – 2006. – № 3–4. URL: http://dpr.ru/pravo/pravo_19_24.htm. (дата обращения: 04.01.2012).

27

Краснопольский Б. Х. Американский опыт в правовом обеспечении управления экологической безопасностью // Право и безопасность. – 2006. – № 3–4. URL: http://dpr.ru/pravo/pravo_19_24.htm. (дата обращения: 04.01.2012).

28

Официальный сайт Агентства по охране окружающей среды США. URL: http://www.epa.gov/emap/ (дата обращения: 09.01.2012).

29

Писарев В. Д. Экологический компонент научно-технической политики США и подход России. URL: http://www.iskran.ru/russ/works98/pisarev.html. (дата обращения: 11.01.2012).

30

Там же

31

Там же.

32

EPA and the Venture Capital Community: Building Bridges to Commercialize Technology. Washington DC: EPA, 2008. – P. 12–13.

33

Александров И. Правовые основы торговли выбросами парниковых газов: настоящее и будущее. URL: http://www.yurclub.ru/docs/ecology/article6.html. (дата обращения: 17.01.2011).

34

Там же

35

Официальный сайт CMEGroup. URL: http://nymex.greenfutures.com/products/. (дата обращения: 20.01.2012).

36

Старков М. Экологически чистая прибыль // Деловой квартал. – 2003. – № 3. URL: http://ekb.dkvartal.ru /ekb/magazines/dkekb/2003/n03/

jekologicheskichistajapribyl.html. (дата обращения: 17.01.2011).

37

Официальный сайт Чикагской климатической биржи. URL: http://www.chicagoclimatex.com. (дата обращения: 18.01.2011).

38

Пушкарь В. П., Майоров И. С. Экология. Владивосток: ВГУЭС, 2003. – С. 87.

39

Круглов В. В. Законодательство европейского сообщества в сфере охраны окружающей среды в промышленности. URL: http://www.lawmix.ru/comm/1602/ (дата обращения: 10.02.2011).

40

Ануфриев В. П., Чазов А. В. Энергоэффективность и проблема изменения климата. М.: УЦЭЭ, WWF. 2006. – С. 135.

41

Energy and Environment report 2008 // European Environment Agency report. – 2008. -№ 6. – Р.10.

42

Морозова В. Н. Мировая экологическая политика и международное-экологическое сотрудничество. Воронеж: ВГУ, 2007. – С. 74.

43

Морозова В. Н. Мировая экологическая политика и международное-экологическое сотрудничество. Воронеж: ВГУ, 2007. – С. 75.

44

Там же, С. 75–76.

45

Там же, С. 76.

46

Грицевич И. Черная дыра // Российская бизнес-газета. – 2009. – № 709. URL: http://www.rg.ru/ 2009/07/07/energo.html. (дата обращения: 24.12.2011).

47

Россия в цифрах. М.: Финансы и статистика, 1996. – С. 8, 29, 60, 112.

48

Вержицкий Д. Г. Особенности реализации принципа платности природопользования в России // Научное обозрение. – 2012. – № 5. – С. 669–675.

49

Реформа платежей за загрязнение в Российской Федерации: оценка прогресса, возможности и трудности дальнейшего усовершенствования. Париж: ОЭСР-Паблишинг, 2004. – С. 26.

50

Региональные проблемы переходной экономики: вопросы теории и практики / Под ред. В. Г. Алиева. М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2002. – С. 237.

51

Кутидзе Л. С. Институциональная составляющая рыночной инфраструктуры // Научные труды ДонНТУ. Серия: экономическая. – 2006. – № 103-3. – С. 7–8.

52

Формирование рыночных механизмов экологического рынка промышленноразвитых регионов (на примере Кемеровской области) Часовников С.Н., Старченко Е.Н., Вержицкий Д.Г. Вестник Кемеровского государственного университета. 2014. № 3–3 (59). С. 263–271.

53

Мекуш Г. Е. Эколого-экономическая оценка устойчивости регионального развития (на примере Кемеровской области): автореф. дис…докт. экон. наук: 08.00.05 / Мекуш Галина Егоровна. – М., 2007. – 57с.

54

Бобылев С. Н., Сидоренко В. Н., Сафонов Ю. В., Авалиани С. Л., Струкова Е. Б., Голуб А. А. Макро-экономическая оценка издержек для здоровья населения России от загрязнения окружающей среды. М.: Институт Всемирного Банка, Фонд защиты природы! 2002. – С. 21.

55

Бобылев С. Н., Сидоренко В. Н., Сафонов Ю. В., Авалиани С. Л., Струкова Е. Б., Голуб А. А. Макро-экономическая оценка издержек для здоровья населения России от загрязнения окружающей среды. М.: Институт Всемирного Банка, Фонд защиты природы, 2002. – С. 20 – 21.

56

Мекуш Г. Е. Эколого-экономическая оценка устойчивости регионального развития (на примере Кемеровской области): автореф. дис…докт. экон. наук: 08.00.05 / Мекуш Галина Егоровна. – М., 2007. – 57с.

57

Старцева Ю. И. Совершенствование методических подходов к оценке и управлению устойчивостью развития территориальных эколого-экономических систем: автореф. дис…канд. экон. наук: 08.00.05 / Старцева Юлия Ивановна. – Новосибирск, 2011. – 19с.

58

Барташевич А. А. Формирование механизма регионального устойчивого развития на базе управления эколого-экономическими рисками (на материалах Карачаево-Черкесской республики): автореф. дис…канд. экон. наук: 08.00.05 / Барташевич Александр Александрович. – Майкоп, 2012. – 28с.

59

Булетова Н.Е. Совершенствование диагностики состояния региональной эколого-экономической системы // Экономика, предпринимательство и право. – 2013. – № 1 (18). – c.3- 25. URL: http://www.creativeconomy.ru/ articles/28462/ (дата обращения: 22.09.2013).

60

Кокин А. В. Современные экологические мифы и утопии. Санкт-Петербург: Бионт, 2008. – 261 с.

61

Environmental Business International, Inc. (San Diego, CA). URL: http://web.ita.doc.gov (дата обращения: 12.05.2012).

62

Вержицкий Д. Г. Формирование экологического рынка региона: попытка выявления методологических основ // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Экономика и управление. – 2013. – № 2. – С. 97–101.

63

Маркетинговое позиционирование промышленных моногородов как инструмент антикризисной политики регионов. Старченко Е.Н. / Вестник Кемеровского государственного университета. – 2010. – № 1 (41). – С. 85–90.

64

О достигнутых значениях показателей для оценки эффективности деятельности органов исполнительной власти Кемеровской области за 2010 год и их планируемых значениях на трехлетний период: доклад Губернатора Кемеровской области. Кемерово: Коллегия администрации Кемеровской области, 2011. – С. 39.

65

Официальный сайт статистической службой Европейского Союза Евростат. URL: http://epp.eurostat.ec.europa.eu/portal/page/portal/eurostat/home. (дата обращения: 17.05.2012).

66

Официальный сайт Организацией экономического сотрудничества и развития. URL: http://www.oecd.org/ document/0,3746,en_2649_201185_46462759_1_1_1_1,00.html (дата обращения 19.11.2012).

67

Официальный сайт территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Кемеровской области. URL:

http://www.urpnko.bget.ru (дата обращения: 15.09.12).

68

Исчислено автором как среднегодовое значение по данным Официального сайта территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области. URL: kemerovostat.ru. (дата обращения: 16.04.2012).

69

Функции и организационные структуры администраций городов в условиях реформ. Бабун Р.В., Старченко Е.Н./ Вестник Кемеровского государственного университета. – 2005. – № 3(23). – С. 120–124.

70

Станция контроля качества атмосферы измерительный комплекс «СКАТ». СПб: ЗАО «ОПТЭК», 2010. – С. 5.

71

Официальный сайт территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области. URL: kemerovostat.ru. (дата обращения: 18.06.2012).

72

Старченко Е.Н., Часовников С.Н. Опыт работы научной школы по направлению «Разработка рыночных механизмов устойчивого экологического развития промышленно-развитых регионов» / Вестник Кемеровского государственного университета. – 2013. – № 3–2 (55). – С. 146–158.

73

Малинина, Т. Оценка налоговых льгот и освобождений // Научные труды Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара. URL:

http://www.cfm.ru/taxes/tax_expenditures_analysis.shtml (дата обращения: 17.08.2012).

74

О налоговых льготах организациям, осуществляющим деятельность по переработке отходов на территории Кемеровской области: закон Кемеровской области от 2 июня 2011 г. № 64-ОЗ: принят Советом народных депутатов Кемеровской области 25 мая 2011 г. // Кузбасс. – 2011. – 8 июня.

75

Hungerford, T. Tax Expenditures: Trends and Critiques // CRS Report for Congress. -2006. – 13 September – Р.11.

76

Об утверждении Порядка и Методики оценки эффективности предоставленных (планируемых к предоставлению) налоговых льгот в Кемеровской области: распоряжение Коллегии Администрации Кемеровской области от 30 декабря 2011 г. URL: http://www.ofukem.ru/content/blogcategory/38/73/ (дата обращения 23.02.2012).

77

Рассчитано автором как частное от общей суммы налогов, уплачиваемых юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями и их количеством по данным Управления Федеральной налоговой службы по Кемеровской области. Источник данных: Официальный сайт территориального органа Федеральной налоговой службы по Кемеровской области. URL:

http://www.r42.nalog.ru/gosr/rg/irul/3874877/ (дата обращения: 27.11.2012)

78

По данным на 2011 год общее число предприятий с подобными кодами ОКВЭД в Кемеровской области составляет порядка 570 ед. (учитывая те предприятия, где указанный вид деятельность не является основным).

79

Малинина, Т. Оценка налоговых льгот и освобождений // Научные труды

Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара. URL:

http://www.cfin.ru/taxes/tax_expenditures_analysis. shtml (дата обращения:

17.08.2012).

80

Согласно данным, содержащимся на Официальном сайте Администрации Кемеровской области. URL: http://www.ako.ru/official/strukt/USB/rcb2012_6m.doc (дата обращения: 19.09.2012).

81

Реестр наилучших доступных технологий (НДТ) по очистке сточных вод городов и

поселений. СРО «Межрегиональный союз проектировщиков». URL:

http://www.mrsp.ru/netcat_files/103/143/ (дата обращения: 15.04.2012).

82

Материалы к тендеру № 146 «Разработка «Реестра наилучших доступных

технологий нефтеперерабатывающей отрасли ОАО «ЛУКОЙЛ». URL:

http://www.nneft.lukoil.ru/main/static.asp?art_id=4499. (дата обращения: 18.06.2012).

83

Рассчитано на основании данных Официального сайта территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области. URL: kemerovostat.ru. (дата обращения: 18.06.2012).

84

Там же

85

Цены на оборудование указаны на основании Коммерческого предложения ЗАО «ОПТЭК» № 1824 от 04.09.2012 г., а также прайс-листа ЦКБ ГМП на 2012 год.

Table of Contents

Д.Г. Вержицкий, Е.Н. Старченко Условия развития рыночных институтов экологизации экономики региона: монография

Введение

Глава 1 Сущность и условия развития экологических рынков

1.1. Общая характеристика понятия «экологический рынок» и подходы к его определению

1.2. Сопоставление зарубежного и российского опыт развития экологических рынков

1.3. Условия развития экологического рынка

Глава 2 Методика оценки условий развития экологического рынка региона

2.1. Методические подходы к оценке состояния эколого-экономической системы региона

2.2. Методика оценки условий развития экологического рынка региона

2.3. Применение результатов оценки условий развития экологического рынка в региональном эколого-экономическом регулировании

Глава 3 Оценка условий развития экологического рынка в Кемеровской области и их совершенствование

3.1. Оценка условий развития экологического рынка в Кемеровской области

3.2. Совершенствование инфраструктуры экологического рынка в Кемеровской области

3.3. Перспективы экологизации экономики Кемеровской области

Заключение

Список использованных источников

Приложение А Развитие эколого-экономического регулирования за рубежом и в России

Приложение Б Построение моделей линейной регрессии

Приложение В Структура и алгоритм функционирования предлагаемой к внедрению системы экологического мониторинга

Приложение Г Комплектация, цены предлагаемого к внедрению оборудования, расчет экономической эффективности мероприятия

Приложение Д Оценка общественной эффективности предлагаемой к внедрению налоговой льготы

Приложение Е Расчет коэффициентов корреляции

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85