Annotation

В монографии исследуются важнейшие направления модернизации экономики и управления в условиях кризиса и посткризисной экономики, анализируются различные аспекты региональной экономики, экономическая, финансовая и инновационная деятельность экономических субъектов регионов. Предназначена для преподавателей, научных работников, аспирантов и студентов.

- Модернизация экономики и управления: монография. Книга 1

- Предисловие

- Глава I

- Глава II

- Глава III

- Глава IV

- Глава V

- Глава VI

- Глава VII

- Глава VIII

- Глава IX

- Глава X

- Глава XI

- Глава XII

- Глава XIII

- Глава XIV

- Глава XV

- Глава XVI

- Глава XVII

- Литература и примечания

- Информация об авторах

Модернизация экономики и управления: монография. Книга 1

Под общей редакцией доктора экономических наук, профессора В.И. Бережного

Рецензенты:

Ж.А. Кеворкова, д-р экон. наук, проф.,

Е.В. Будрина, д-р экон. наук, проф.,

В.Н. Клочков, д-р экон. наук, проф.

Мнение авторов не всегда совпадает с точкой зрения редактора. Издательство и редактор не несут ответственности за достоверность информации, опубликованной в коллективной монографии.

При перепечатке материалов ссылка на данное издание и авторов обязательна.

Авторский коллектив:

Глава I – В.И. Бережной, Т.А. Марцева;

Глава II – К.Н. Вицелярова;

Глава III – Л. А. Егорова;

Глава IV – Н.П. Кузьмич;

Глава V – М.Г. Матевосян;

Глава VI – С.Г. Косенко;

Глава VII – Е.В. Табачникова;

Глава VIII – С.В. Марченко, Ж.И. Голубина;

Глава IX – Е.А. Милованова, О.Н. Халишхова;

Глава X – Е.В. Бережная;

Глава XI – И.С. Шульга;

Глава XII – О.В. Бережная;

Глава XIII – О.Н. Шевцова, С.А. Фурсова, О.В. Волкова;

Глава XIV – Г.Г. Суспицына;

Глава XV – О.И. Шаталова, Е.А. Воробьева, Н.Н. Тельнова, С.Р. Шеховцова;

Глава XVI – Н.В. Дешевова, А.П. Новосельцева, Е.В. Шеховцов;

Глава XVII – Л.П. Володько, О.В. Володько

Предисловие

Проблемы системной модернизации экономики России имеют множество аспектов: социально-политический; финансово-экономический; экологический; инновационный.

Проблема модернизации экономики, которая приобрела особую остроту в связи с санкционным давлением на Россию, имеет глубокие корни. Суть ее – в формировании новой, современной, свободной от монополизма и бюрократии конкурентной экономики, обеспечивающей функционирование в условиях инноваций в технике, технологиях и управлении.

Резкие повороты во внешней политике и управленческой практике превращают Россию в страну непрекращающихся модернизаций. Повестка экономических дискуссий на сегодняшний день разнообразна: на первый план вышли импортозамещение и финансирование реального сектора; экономический рост и вложение средств резервных фондов в конкретные инвестиционные проекты, «накачка» финансами банковской системы.

Таким образом, модернизация в широком смысле слова трактуется исследователями как синтез структурных, технологических и институциональных изменений в национальной экономике, направленных на повышение ее конкурентоспособности на внутреннем и мировом рынках.

Российская научная дискуссия по проблемам модернизации экономики ведется на различных площадках, в региональном и федеральном разрезах. Предлагаемая вниманию читателей коллективная монография представляет собой попытку ряда ученых внести свою лепту в обсуждение вышеобозначенных проблем.

В коллективную монографию включены разделы ученых различных вузов России. В статьях нашли отражение актуальные проблемы социально-экономического развития российского общества в условиях глобальных изменений мирового финансово-экономического порядка.

Материалы монографии представляют интерес для научных работников, профессорско-преподавательского состава, сотрудников, аспирантов и студентов вузов, а также для руководителей фирм и компаний.

Глава I

Оценка факторов, формирующих конкурентные преимущества организации

В условиях рыночной экономики обеспечение конкурентных преимуществ составляет основу развития любой автотранспортной организации (АТО). Разработка стратегии, обеспечивающей конкурентные преимущества АТО представляет выбор комплекса мероприятий (действий) организационного, технико-технологического, экономического, социального и иного характера. Выбор данного комплекса мероприятий должен базироваться на тщательном анализе и оценке факторов, определяющих конкурентоспособность АТО. Данные факторы могут быть разделены на внешние и внутренние факторы, формирующие конкурентные преимущества организации.

Проведенные нами исследования позволили разработать общий алгоритм определения комплексной оценки внутренних факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО (рис. 1).

Первоначально выбирается гипотетический перечень значимых факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО, которые распределяются по однородным классам (группам). Логический анализ содержания первичного перечня позволил подтвердить, что по признаку содержания и характеру воздействия на конкурентные преимущества АТО факторы могут быть разделены на восемь самостоятельных групп (рис. 2).

Рис. 1. Определение комплексной оценки факторов, формирующих конкурентные преимущества автотранспортной организации

Рис. 2. Факторы, формирующие конкурентные преимущества автотранспортной организации

Очевидно, необходима оценка данных групп факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО.

В ходе проведения анализа факторов, определяющих конкурентные преимущества АТО, невозможно избежать проблем неясностей и точных данных о характеристиках и оценках. Результатом этого анализа являются качественные характеристики объекта исследования. Это связано с объективными причинами (неопределённость, связанная с нестабильностью и изменчивостью среды, а также с неполнотой, неточностью имеющейся информации), так и субъективными причинами (неопределённость целей, поведения, решений участников процесса). Чтобы учесть качественные характеристики и формализовать их, используем субъективные оценки специалистов (экспертов, руководителей) и аппарат теории нечётких множеств, который позволяет аналитически работать с трудноформализуемы-ми параметрами, напрямую не создавая как модели самого процесса обеспечения конкурентоспособности АТО, так и системы управления им. Теория размытых множеств позволяет описывать системы управления АТО на основе обработки и моделирования, приближенных плохо определённых суждений и понятий.

Существуют два типа размытости: восприятия и значения (важности). Размытость восприятия вызвана сложностью объекта или среды, которые не могут быть поняты сразу (или оказались непоняты вообще). Второй тип размытости связан с относительностью значения, т. е. с тем, что значения объектов связаны с функциями, которые они выполняют при реализации различных целей.

Теория нечетких множеств (нечеткая логика) предполагает неточные, приблизительные, примерные оценки [6, 7]. На наш взгляд, необходимость такого подхода к оценке факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО, вызвана тем, что, по мере роста сложности социально-экономической системы, постепенно падает наша способность делать точные (количественные оценки) и, в то же время, значащие утверждения относительно факторов, формирующих конкурентные преимущества автотранспортной организации. Согласно нечеткой логики для работы с качественными характеристиками (нечеткими понятиями) вводят так называемую «функцию принадлежности». Эта функция нечисловые значения (слова и даже предложения естественного языка) формально переводит в числовые.

Пусть Х – универсальное множество факторов конкурентных преимуществ АТО. Если А – это конечное подмножество i x множества Х, то запишем: A = {x_1,x_2,…xn}. Нечеткое подмножество А множества Х (нечеткое множество или размытое множество) определяется через функцию принадлежности μА(хi), хi ∈ Х Эта функция отображает элементы хi множества Х на множество вещественных чисел отрезка [0;1], которое указывает степень принадлежности каждого элемента нечеткому множеству А. Если μА(хi) = 0, то это означает, что элемент хi не принадлежит множеству А; μА(хi) = 1 – означает, что хi принадлежит множеству А, а любое значение 0 < μА(хi) < 1 определяет степень принадлежности хi множеству А. При таких значениях μА(хi) множество А является нечетким (размытым) множеством.

При рациональном, классическом описании процесса оценки факторов величина μА(хi) принимает только два значения 1, если хi ∈ А и 0, если хi ∉ А. В этом случае нечеткое множество становится четким, потому что принадлежность μА(хi) к нему элементов может быть определена однозначно (1 – принадлежит, 0 – не принадлежит). Функция принадлежности μА(хi) для нечеткого множества А задаёт степень неопределённости принадлежности хi к А с субъективной точки зрения.

Для работы с нечеткими множествами вводятся лингвистические переменные. Лингвистические переменные легко воспринимаются человеком и позволяют отображать размытые множества во множества действительных и целых чисел. Лингвистической называется переменная, заданная на некоторой количественной шкале и принимающая значения в виде слов и словосочетаний естественного языка. Значения лингвистической переменной описываются нечеткими переменными. Лингвистические переменные и их значения служат для качественного словесного описания некоторой количественной величины. Например, фактор «уровень надёжности подвижного состава» может иметь лингвистическую характеристику следующих словесных значений: очень низкий; низкий; ниже среднего; средний; выше среднего; высокий; очень высокий.

Любая лингвистическая переменная и вес её значения связаны с конкретной количественной (базой) шкалой. При этом масштаб шкалы может быть любой.

А = {P_1,P_2….Pn] (1)

Чтобы воспользоваться экспертными оценками, необходимо выбрать количественную шкалу и поставить в соответствие каждому словесному значению характеристики числовую оценку на этой шкале (функцию принадлежности) (табл. 1).

Значения лингвистической переменной могут быть заданы не только базовой шкалой, но и посредством функции принадлежности

μА(хi) = exp(-exp(-yi)), (2)

где (yi) – значение i-го фактора на кодированной шкале. Значение yi на кодированной шкале располагается симметрично относительно «0» (табл. 1).

Для облегчения работы экспертов разработаны наборы синонимов, с помощью которых они могут давать свои оценки, осознавая их эквивалентность (табл. 2). Знак «+» означает, что фактическая оценка выше теоретической оценки, например, «удовлетворительно», но ниже оценки «хорошо».

Таблица 1. Шкала интенсивности оценок факторов и стандартные оценки функции принадлежности

Таблица 2. Набор синонимов лингвистических оценок факторов и значения функции принадлежности (μА(хi))

Выбор семи уровней оценки обусловлен тем, что, к примеру, выбор трёх градаций (низкий, средний и высокий уровень) был бы недостаточным для более полной дифференциации параметров выбора вариантов роста, а большее число градаций (например, 10) сделало бы таблицу излишне громоздкой для данного исследования и потребовало бы сбора дополнительной информации, что в современных экономических условиях России и неразвитости информационного рынка, когда многие виды информации «закрыты» (конфиденциальны), сделало бы анализ рынка затруднительным. Кроме того, оценка уровня какого-либо параметра в семи измерениях является общепринятой в экономическом анализе.

В условиях недостаточной информации при оценке факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО, нами предлагается использовать методы интеграции мнений квалифицированных специалистов – экспертные оценки. Методы получения экспертных оценок подразделяются на две основные группы: коллективная работа экспертных групп и получение, а затем статистическая обработка индивидуальных оценок членов экспертной группы. В своём исследовании воспользуемся индивидуальной работой экспертов. Для получения мнения каждого эксперта используем анкетирование, в процессе которого каждый эксперт даёт качественную (лингвистическую) оценку сравниваемым факторам. При проведении экспертизы используются анкеты в виде аналитической таблицы.

Таблица представляет собой определённый уровень формализации экономического анализа. Необходимость формализации объясняется тем, что данная процедура позволяет увеличить наглядность, простоту и логическую чёткость оценочного анализа и представления всех характеристик факторов конкурентного преимущества АТО.

При разработке инструментов анализа стояла следующая задача: опираясь на накопленный опыт в сфере анализа, на новые разработки исследователей в этой области и на собственный опыт и знания, определить и внести в таблицу такую систему характеристики условий и факторов, которые сделали бы анализ более глубоким и достоверным и по которым можно отслеживать степень влияния факторов на конкурентные преимущества АТО.

Структурно таблица состоит из двух частей: с одной стороны, (по горизонтали) в ней расположены факторы, распределённые по восьми группам: структурные, технические, организационно-технологические, управленческие, рыночные, ресурсные, социальные и эффективности. С другой стороны, (по вертикали) расположены оценочные уровни (лингвистические переменные), полученные экспертным путём (табл. 1).

Суть экспертного исследования заключается в подборе и формировании группы независимых, достаточно компетентных в изучаемой проблеме специалистов, которые высказывают своё согласованное мнение, а оно рассматривается как экспертная оценка. Этот метод позволяет также при необходимости создать подгруппы для экспертизы конкретных вопросов.

Средняя самооценка отдельных экспертов используется для определения оптимальной численности группы экспертов.

Установление оптимальной численности группы экспертов производится с использованием формализованного подхода с учётом минимальной и максимальной границ её численности.

Верхняя граница численности экспертной группы определяется следующим образом:

Nmax =1,5⋅(x_1+x_2+…+xn) / xmax, (3)

где xn – компетентность n-го эксперта, рассчитываемая на основе анкеты самооценки;

xmax – максимально возможная компетентность по используемой шкале компетентности экспертов.

Минимальное количество экспертов устанавливается в зависимости от обеспечения допускаемой ошибки результата (Е):

Nmin = 2,5 +1,5/E, при этом 0 < E < 1.

Проведение исследования позволило произвести выбор семи экспертов из числа менеджеров и специалистов, имеющих производственный опыт и глубокие знания в области экономики и управления транспортом. После формирования группы был проведен устный инструктаж экспертов.

Экспертами осуществляется индивидуальная лингвистическая оценка предложенных факторов конкурентных преимуществ АТО.

Нами была проведена обработка результатов экспертного опроса по 12 автотранспортным организациям.

Переход от словесной, качественной характеристики к количественной характеристике факторов производился с использованием заданной шкалы интенсивности оценок факторов и функции принадлежности.

Затем вычисляется осредненное значение экспертной оценки каждого фактора по формуле:

Для определения комплексной оценки групп факторов – структурных, технических, организационно-технологических, рыночных, управленческих, социальных и других – необходимо определить коэффициенты важности факторов. Экспертная оценка степени важности выделенных факторов, определяющих конкурентные преимущества АТО, проводится в следующей последовательности. Эксперты располагают (ранжируют) факторы в порядке убывания степени их влияния на объект исследования с присвоением рангов, шкала которых охватывает m интервалов, т. е. j=1,2,… m, где m – число исследуемых факторов. При этом факторы, имеющие наибольшее влияние, оцениваются первым рангом. Полученные сведения заносятся в таблицу 3.

Таблица 3. Результаты исследования непротиворечивости согласия экспертов

Далее проводилась статистическая обработка данных экспертного опроса по каждой группе факторов. Процедура статистической обработки данных экспертного опроса предполагает расчет следующих показателей:

Коэффициент конкордации может измениться в границах 0≤W≤1. Если он существенно отличается от нуля, то можно считать, что между мнениями экспертов существует определённое согласие.

Оценка неслучайности согласия мнений экспертов производилась с использованием χ^2 – критерия Пирсона при числе степеней свободы f=(n−1), и заданном уровне значимости α = 0,05:

Результаты исследования непротиворечивости согласия экспертов по вопросу значимости факторов, определяющих конкурентные преимущества автотранспортной организации ОАО «Автоколонна-1202», приведены в таблице 3.

Поскольку расчетное значение критерия Пирсона – χр^2 больше табличного (табл. 3), то можно утверждать, что мнения экспертов относительно важности и приоритета факторов в каждой группе согласуются не случайно.

Новые ранжированные номера факторов в отдельной группе (табл. 4) определялись исходя из суммы рангов, присвоенных экспертами.

После произведенных преобразований определяется весовой коэффициент (степень важности) для каждого фактора, на основе оценки вероятностного воздействия данного фактора на конкурентные преимущества автотранспортной организации с учетом их ранжирования в группе по следующим формулам:

Для определения весовых коэффициентов могут быть использованы и другие зависимости, в частности плотности распределения вероятностей (закон Пуассона, нормальный закон и др.).

Результаты расчета коэффициентов важности факторов в каждой группе приведены в таблице 5.

Таблица 5. Результаты ранжирования факторов, определяющих конкурентные преимущества автотранспортной организации ОАО «Автоколонна-1202» (фрагмент)

Результаты полученных экспертных коэффициентов важности факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО используются для комплексной оценки структурных, технических, организационно-технологических, управленческих, рыночных, ресурсных, социальных факторов, а также группы факторов эффективности функционирования АТО.

Комплексная оценка группы факторов выполнялась с использованием аналитической зависимости вида:

Yi=(λi1⋅xi_1+λi2⋅xi_2+…+λim⋅xim)/m, (12)

где Yi – оценка i-й группы факторов, определяющих конкурентные преимущества АТО;

m – число факторов в группе;

λij – коэффициенты важности j-го фактора, входящего в i-ю группу факторов;

ixij – экспертная оценка j-го фактора, входящего в i-ю группу факторов.

Результаты расчетов комплексных оценок групп факторов сведены в таблице 6.

Таблица 6. Комплексная оценка факторов, определяющих конкурентные преимущества автотранспортной организации ОАО «Автоколонна-1202»

Комплексная оценка (с той же градацией, как оценка каждого фактора) указывает на качественную характеристику группы факторов, определяющих конкурентные преимущества автотранспортной организации.

Комплексная оценка факторов, определяющих конкурентные преимущества автотранспортной организации, представляет собой характеристику, полученную в результате комплексного исследования, т. е. одновременного и согласованного изучения совокупности факторов, отражающих тот или иной аспект формирования конкурентных преимуществ автотранспортной организации и содержащую обобщающие выводы о степени их влияния на конкурентоспособность АТО.

Конкурентоспособность автотранспортной организации определяется: конкурентными преимуществами организации и конкурентоспособностью автотранспортных услуг, оказываемых данной АТО.

Рассмотрим методику определения главных компонент конкурентных преимуществ автотранспортной организации.

Конкурентные преимущества автотранспортной организации определяются множеством локальных факторов характеризующих тот или иной аспект функционирования или состояния исследуемой организации. Любой локальный фактор является атрибутивным элементом конкурентных преимуществ организации и может выступать в качестве меры их уровня.

Количество локальных факторов, формирующих конкурентные преимущества, колеблется в зависимости от принятых методик их определения от 45 до 200 факторов. В нашем исследовании было выделено 48 факторов, формирующих конкурентные преимущества автотранспортной организации.

Множество исходных факторов, формирующих конкурентные преимущества, нами разбиты на восемь групп. Это группы факторов: структурные, технические, организационно-технологические, управленческие, рыночные, ресурсные, социальные и финансово-экономические.

Очевидно, сделать объективную оценку конкурентных преимуществ организации по данному множеству локальных факторов затруднительно и зачастую практически невозможно. Поэтому целесообразно осуществить группировку исходных факторов.

Вместе с тем следует отметить, что в реальной экономике существуют связи между локальными факторами и, как следствие, имеются латентные (скрытые) обобщающие характеристики организационной структуры и механизма развития изучаемых явлений и процессов. Существующие некоторые скрытые факторы (особенные условия) при взаимодействии локальных (исходных) факторов устанавливаются в результате обобщения исходных факторов и выступают как интегрированные характеристики изучаемых явлений, процессов.

Для изучения латентных факторов конкурентных преимуществ АТО, нами предложено использовать один из методов факторного анализа – метод главных компонент [6]. Использование метода главных компонент позволило произвести сжатие анализируемого факторного пространства и перейти от массива локальных факторов размерностью m х n к анализируемым данным в матрицах факторного отображения (m х r) и значений общих факторов (n х r) при r < m.

Методы факторного анализа позволяют визуализировать структуру изучаемых явлений и процессов, а значит определять их состояние и прогнозировать развитие.

К предпосылкам применения этих методов можно отнести:

• наличие сильно коррелированных исходных факторов, приводящих к дублированию информации;

• слабую информативность ряда факторных признаков;

• возможность и целесообразность агрегирования нескольких локальных факторов.

Перейдем к постановке задачи определения главных компонент (обобщающих характеристик) конкурентных преимуществ автотранспортных организаций.

Используя методический подход к оценке факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО, мы получаем количественную оценку m-локальных факторов по ряду организаций. Таким образом, мы имеем возможность получить массив исходных данных следующего вида:

Z(i,j), i = 1,2…, n; j = 1,2…, m,

где i – номер наблюдения (АТО); j – номер локального фактора.

Всего наблюдений (АТО) п, а локальных факторов т, причем т, возможно, довольно большое число. В ходе проведения анализа факторов, определяющих конкурентные преимущества АТО, нами выделено 48 факторов.

Наша задача состоит в том, чтобы не иметь дело со всеми этими локальными факторами, а выявить небольшое количество обобщающих факторов (главных компонент), (2 или 3), которые существенным образом влияют на исходные факторы. Эти главные компоненты мы не наблюдаем, они присутствуют гипотетически, но именно они определяют процесс изменения конкурентных преимуществ АТО.

Прежде, чем перейти к математической модели, центрируем и нормируем наблюдаемые факторы.

Проведем центрирование факторов:

Задача сводится к тому, чтобы оценить факторные нагрузки и общие факторы (главные компоненты) оптимальным образом. В качестве критерия оптимальности используем минимум расхождения между ковариационной матрицей исходных факторов и той, которая получается после оценивания нагрузок, то есть используем метод главных компонент.

Следует отметить, что метод главных компонент осуществляет переход к новой системе координат у_1…, уm в исходном пространстве факторов Z_1, Z_2, Zm, которая является системой ортонормированных линейных комбинаций. Линейная комбинация – это собственные векторы корреляционной матрицы. Первая главная компонента – это линейная комбинация, обладающая наибольшей дисперсией. Вторая главная компонента имеет наибольшую дисперсию среди всех, оставшихся линейных преобразований, некоррелированных с первой главной компонентой и т. д.

Количество гипотетических факторов (главных компонент) существенно меньше числа факторов, оценивающих различные аспекты конкурентных преимуществ автотранспортной организации, что свидетельствует о редукции сокращения данных для описания данного состояния организации. Метод главных компонент является эффективным методом для визуализации структуры многомерных данных. Он обеспечивает наименьшее искажение геометрической структуры точек (объектов) при их проектировании в пространство меньшей размерности r < т, «натянутое» на r первых главных компонент.

Изменчивость j-го фактора оценивается через дисперсию. Дисперсия σj 2 равна сумме относительных вкладов в дисперсию j-го признака каждого из m общих факторов и одного индивидуального фактора.

Вклад общего Fr (главной компоненты) в суммарную дисперсию (изменчивость) всех исходных факторов вычисляется по формуле:

Данный показатель является дисперсией r-го общего фактора.

Сумма относительных вкладов всех общих факторов в дисперсию локального фактора yj называется общностью показателя – yj и равна:

Следует отметить, что дисперсия процесса изменения конкурентных преимуществ организации равна о^2 = т и совпадает с числом локальных факторов, используемых для описания конкурентных преимуществ АТО. Дисперсия каждого нормированного фактора равна 1, поэтому полная дисперсия при m-фактора равна т.

Как правило, основной задачей факторного анализа (метода главных компонент) является нахождение сокращенной системы существенных факторов в пространстве регистрируемых переменных, что включает следующие этапы:

• выделение первоначальных факторов; этот этап включает вычисление главных компонент и выбор в качестве факторов тех компонент, которые отвечают за большую часть дисперсии, рассеяния данных наблюдения;

• вращение выделенных факторов с целью облегчения их интерпретации в терминах исходных переменных; содержательная интерпретация новых факторов является творческой задачей исследователя, выходящей за рамки формального метода, однако она может принести много полезного для дальнейшего понимания объекта исследования.

В качестве исходных факторов, определяющих конкурентные преимущества грузовых автотранспортных организаций Ставропольского края, нами выбраны 48 локальных факторов.

В результате проведенных расчетов на основании исходных данных по 12 автотранспортным организациям Ставропольского края с использованием программного продукта «Statistica» (версия 8.0) были получены следующие результаты (см. табл. 7).

На первом этапе расчетов найдены собственные значения главных компонент (обобщающих факторов), пропорциональные части общей дисперсии исходных данных, приходящихся на данную компоненту (фактор), то есть объясняемый ею; процент полной дисперсии, приходящийся на каждую компоненту, процент полной дисперсии, приходящийся на каждую компоненту, процент накопленной дисперсии (табл. 8).

В результате произведенных расчетов выявлено 3 главные компоненты (табл. 8). Собственные значения выделенных компонент составляют 15,985; 10,089 и 4,272 соответственно. Кумулятивный процент дисперсии для первой компоненты составляет 33,3 %, это свидетельствует о том, что она объясняет на 33,3 % изменчивость исходных признаков. Все три компоненты в совокупности объясняют на 83,42 % изменчивость 48 исходных факторов, определяющих конкурентные преимущества автотранспортных организаций г. Ставрополя.

Таблица 7. Факторы, формирующие конкурентные преимущества автотранспортных организаций (фрагмент)

Таблица 8. Собственные значения главных компонент, определяющих конкурентные преимущества автотранспортных организаций

Следует отметить, что наибольшей информативностью обладает первая выделенная компонента, поскольку дисперсия у нее составляет 33,3 % от общей дисперсии, вторая и третья компоненты обладают величиной информативности – 29,02 и 21,1 %, соответственно.

На втором этапе производят вращение факторов (главных компонент) с целью облегчения их интерпретации. Если факторные нагрузки в структуре обобщенного фактора имеют более-менее равномерное распределение, поиск названия этого фактора затрудняется из-за неявности его особенностей, структурных акцентов. И, наоборот, простая структура фактора, в которой несколько элементарных факторов Z. очевидно доминируют над другими, по своей значимости позволяет определить его название и место в конкретном анализе легко и достаточно точно. Вращение позволяет получить более простую структуру системы факторов, при которой каждый фактор имеет большие нагрузки на малое число переменных и малые нагрузки на остальные переменные.

Перед вращением желательно выполнить нормализацию факторных нагрузок, чтобы исключить влияние на результат переменных с большой общностью. По окончании вращения необходимо проверить общность и специфичность каждого фактора и оценить новые факторные нагрузки [6].

Результаты нормализации факторных нагрузок представлены в таблице 9.

Таблица 9. Факторные нагрузки в выделенных главных компонентах, определяющих конкурентные преимущества грузовых АТО (фрагмент)

* – отмечены факторные нагрузки больше 0,7.

По полученным факторным нагрузкам можно сказать, что в первой выделенной компоненте наибольшие весовые коэффициенты (факторные нагрузки) имеют следующие исходные факторы: x_15, x_16, x_22, x_23, x_24, x_25, x_61. Вместе с тем во второй компоненте превалируют исходные факторы: x_53, x_55, x_62, x_63, x_74, x_81, x_83, x_84, x_86, x_87; в третьей компоненте – x_33, x_34, x_35, x_36.

Сумма относительных вкладов всех главных компонент в дисперсию исходного фактора – общность фактора. Результаты расчета общности исходных факторов даны в таблице 10.

Анализируя данные таблицы 10, следует отметить значительный вклад выделенных главных компонент в вариацию исходных факторов. Так, например, вариация фактора x_86 обусловлена изменчивостью главных компонент (общих факторов) на 93,7 %, x_16 – на 86,8 % и т. д.

Таким образом, в результате использования метода главных компонент получены три компоненты по 12 автотранспортным организациям г. Ставрополя Ставропольского края, всесторонне отражающих их конкурентные преимущества (табл. 11).

Таблица 10. Общности исходных факторов, формирующих конкурентные преимущества АТО (фрагмент)

Таблица 11. Значение главных компонент, определяющих конкурентные преимущества автотранспортных организаций города Ставрополя Ставропольского края

Анализируя данные таблицы 11, следует отметить, что АТО имеют различные значения главных компонент, а это подчеркивает отличие конкурентных преимуществ организаций. Изменение каждой компоненты по организациям также различно. Первая компонента наибольшего значения достигает по ОАО «Автоколонна-1202» – F_1=1,594, наименьшего – у АТП-3 (F_1=-1,587), по второй компоненте наивысший уровень наблюдается у ОАО «Ставропольское-2» (F_2=1,354), наименьший – у ОАО «Верхнерусское АТП» (F_2=1,831).

Наивысшим пиком по третьей компоненте обладает ОАО АТП № 1 (F_3=1,784), самый низкий уровень у ОАО «Автотранс» (F_3=-2,395).

Дальнейшая проблема состоит в интерпретации полученных главных компонент, иными словами, надо определить, какие именно исходные факторы вошли в ту или иную компоненту. В современной отечественной и зарубежной литературе эта проблема рассматривается с различных точек зрения. Так, в работе [6] интерпретация полученных главных компонент производится в динамических факторных моделях. Временные факторные модели позволяют исследователю идентифицировать те исходные факторы, которые слабо проявили себя в прошлом, но существенно влияли в течение последних лет. С помощью этой модели становится возможным получение дополнительной информации об изучаемом экономическом процессе путем выделения факторов, ослабивших или усиливших свое влияние за последние годы, а также факторов, существенно влияющих на обобщающий фактор в течение всего изучаемого периода времени. Идентификацией этих исходных факторов можно гибко улавливать произошедшие изменения в исследуемом процессе.

Задачи распознавания главных компонент [6], определения для них названий решаются на основании факторных нагрузок (ajr) из матрицы отображения А, представленной в таблице 9.

Для каждой главной компоненты F множество значений ajr условно разбивается на четыре подмножества с нечеткими границами:

В1 – подмножество незначимых весовых коэффициентов;

В_2 – подмножество значимых весовых коэффициентов;

В_3 – подмножество значимых весовых коэффициентов, не участвующих в формировании названия компоненты;

В_4=(В_2-В_3) – подмножество значимых весовых коэффициентов, участвующих в формировании названия главной компоненты [6].

Дополнительное выделение подмножества В_3 объясняется стремлением к более простой структуре главной компоненты, всегда легче поддающейся интерпретации.

Выделим для первой главной компоненты F_1 подмножество весовых коэффициентов на основе простой визуальной оценки аналитических результатов:

В решающее подмножество (В_2-В_3) вошли исходные факторы:

• структурные: Х_15 – информационная и нормативно

методическая база управления;

Х_16 – персонал;

• технические: Х_22 – надежность парка подвижного состава;

Х_23 – обновление парка подвижного состава;

Х_24 – наличие и развитие технической базы для проведения ТО и Р подвижного состава;

Х_25 – наличие и состояние технических средств управления;

Х_26 – механизация погрузо-разгрузочных работ;

• ресурсные: Х_61 – доступ к рынку ресурсов необходимых АТО. Вышеперечисленные исходные факторы представляют характеристики уровня обеспеченности материально-техническими ресурсами процесса производства и реализации транспортных услуг.

Поэтому полученную компоненту интерпретируем как оценку состояния ресурсного обеспечения процесса производства транспортных услуг. Подтверждение значимости факторов Xj, участвующих в формировании названия главной компоненты, можно получить расчетным путем при определении коэффициента информативности:

Набор объясняющих признаков считается удовлетворительным, если значения Ки лежат в пределах 0,75-0,95 [6].

Значение коэффициента информативности дает основание утверждать, что состав подмножества (В_2-В_3) для первой выделенной компоненты достаточно надежен, т. е. значениями входящих в нее исходных факторов состав компоненты определяется более чем на 75 %.

Расчеты по двум оставшимся выделенным компонентам представим в таблице 12.

Таблица 12. Промежуточный расчет при определении названия компоненты

В решающее подмножество (В_2-В_3) во второй компоненте вошли исходные факторы: Х_53; Х_55; Х_62; Х_63; Х_74; Х_81; Х_82; Х_83; Х_84; Х_86; Х_87, характеризующие финансовую устойчивость и эффективность функционирования АТО на рынке транспортных услуг, коэффициент информативности равен 0,789. Полученную вторую компоненту интерпретируем как оценку финансовой устойчивости и эффективности функционирования автотранспортной организации на рынке транспортных услуг.

Название третьей компоненты определяет наличие в структуре значимых факторов: Х_13; Х_33; Х_34; Х_35; Х_36, характеризующие организацию доставки грузов. Состав этой компоненты определяется более чем на 72 % значимыми факторами. Поэтому полученную третью компоненту интерпретируем как оценку организации доставки грузов.

Таким образом, используя метод главных компонент из 48 исходных (локальных) факторов, определяющих конкурентные преимущества в 12 АТО города Ставрополя Ставропольского края, нами были выделены три главных компоненты:

• F1 – оценка состояния ресурсного обеспечения процесса производства транспортных услуг;

• F2 – оценка финансовой устойчивости и эффективности функционирования АТО на рынке транспортных услуг;

• F3 – оценка уровня организации доставки грузов.

Глава II

Занятость и этноэкономика региона

Занятость – это не только экономическая категория, но и важнейшая социальная характеристика развития страны: положение человека в обществе, возможность его самореализации, получения средств существования, а в целом – основа стабильности общественного развития. В связи с серьезным снижением темпов роста экономики в условиях экономического кризиса под угрозой оказывается занятость значительных контингентов работающих. В такой ситуации прогнозы развития рынка труда и возникающих здесь рисков являются важнейшей частью государственного управления и переходят из разряда социально-экономических в разряд социально-политических задач. Сохранение занятости как основы социальной стабильности представляется властям первоочередной задачей. Важнейшие вопросы состоят в том, насколько объективно необходимо обеспечение стабильности занятости, или для России важнее осуществить реструктуризацию экономики, которую невозможно представить без значительного перераспределения рабочей силы между отраслями и секторами экономики и роста структурной безработицы [1].

Основным видом занятости трудоспособного населения является непосредственное участие в создании общественного продукта или национального дохода, обеспечивающего воспроизводство жизни общества в целом и каждого индивида в отдельности за счет оплаты его занятости в процессе совместного трудового воспроизводства жизни общества.

Вспомогательный (инструментальный) вид занятости – это занятость в сфере образования, здравоохранения, науки, культуры, политики, морали, быта и физического развития людей.

Выделяют две формы занятости: стандартную (типичную) и нетипичную (гибкую) [1].

Стандартная форма занятости характеризуется следующими чертами:

• работа у одного работодателя;

• работа в производственном помещении работодателя;

• стандартная нагрузка в течение дня, недели, года.

Нетипичная форма занятости может быть нескольких видов:

• частичная – неполная трудовая нагрузка;

• временная:

• на определенный срок;

• сезонная работа;

• командировочная занятость;

• случайная работа.

Правовые основы формирования и реализации государственной политики в области занятости составляют следующие международные акты, федеральные законы и подзаконные акты:

1) ратифицированные Российской Федерацией 11 апреля 1998 года РФ конвенции Международной организации труда – Конвенция 1947 года об инспекции труда (Конвенция № 81), Конвенция 1978 года о регулировании вопросов труда (Конвенция № 150) и Конвенция 1981 года о безопасности и гигиене труда и производственной среде (Конвенция № 155);

2) Конституция РФ;

3) Трудовой кодекс РФ;

4) федеральные законы – Закон РФ от 19 апреля 1991 г. № 1032-1 (с изм. и доп., вступившими в силу 1.09.2013 г.) «О занятости населения в Российской Федерации», Федеральный закон от 27.11.2002 г. № 156-ФЗ (ред. от 02.07.2013 г.) «Об объединениях работодателей», Федеральный закон от 12.01.1996 г. № 10-ФЗ (ред. от 02.07.2013 г.) «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» и ряд других;

5) постановления и распоряжения Правительства РФ, регулирующие отношения на рынке труда (например, Постановление Правительства Российской Федерации от 7 сентября 2012 г. № 891 «О порядке регистрации граждан в целях поиска подходящей работы, регистрации безработных граждан и требованиях к подбору подходящей работы»);

6) приказы Министерства здравоохранения РФ (Минздравсоцразвития) и Министерства труда и социальной защиты РФ (Минтруда), в том числе приказы, утверждающие административные регламенты (например, Приказ Минздравсоцразвития Российской Федерации от 18 мая 2012 г. № 581н «Об утверждении административного регламента предоставления федеральной службой по труду и занятости государственной услуги по информированию и консультированию работодателей и работников по вопросам соблюдения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права»);

8) приказы служб и агентств в составе Минздравсоцразвития и Минтруда (например, Приказ Федеральной службы по труду и занятости (Роструда) от 16 июля 2013 года № 161 «Об утверждении уточненных сведений о рабочих местах, на которые предполагается привлечение иностранных работников в 2013 году»);

9) нормативно-правовые акты субъектов РФ и территориальных органов Роструда в области регулирования отношений труда и занятости;

10) акты органов местного самоуправления в области труда и занятости.

Закон РФ от 19 апреля 1991 г. № 1032-1 (с изм. и доп., вступившими в силу 1.09.2013 г.) «О занятости населения в Российской Федерации» вводит следующее определение: «занятость – это деятельность граждан, связанная с удовлетворением личных и общественных потребностей, не противоречащая законодательству Российской Федерации и приносящая, как правило, им заработок, трудовой доход». Закон РФ № 1032-1 устанавливает, что гражданам принадлежит исключительное право распоряжаться своими способностями к производительному, творческому труду [2].

Согласно ст. 2 Закона РФ «О занятости населения в Российской Федерации», занятыми считаются граждане:

1) работающие по трудовому договору, в том числе выполняющие работу за вознаграждение на условиях полного либо неполного рабочего времени, а также имеющие иную оплачиваемую работу (службу), включая сезонные, временные работы, за исключением общественных работ (кроме граждан, участвующих в общественных работах);

2) зарегистрированные в установленном порядке в качестве индивидуальных предпринимателей, а также нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, и иные лица, чья профессиональная деятельность в соответствии с федеральными законами подлежит государственной регистрации и лицензированию;

3) занятые в подсобных промыслах и реализующие продукцию по договорам;

4) выполняющие работы по договорам гражданско-правового характера, предметами которых являются выполнение работ и оказание услуг, авторским договорам, а также являющиеся членами производственных кооперативов (артелей);

5) избранные, назначенные или утвержденные на оплачиваемую должность;

6) проходящие военную службу, альтернативную гражданскую службу, а также службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы;

7) обучающиеся по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, включая обучение по направлению государственной службы занятости населения (в ред. Федерального закона от 02.07.2013 г. № 185-ФЗ);

8) временно отсутствующие на рабочем месте в связи с нетрудоспособностью, отпуском, переподготовкой, повышением квалификации, приостановкой производства, вызванной забастовкой, призывом на военные сборы, привлечением к мероприятиям, связанным с подготовкой к военной службе (альтернативной гражданской службе), исполнением других государственных обязанностей или иными уважительными причинами;

9) являющиеся учредителями (участниками) организаций, за исключением учредителей (участников) некоммерческих организаций, организационно-правовая форма которых не предполагает права учредителей (участников) на получение дохода от деятельности этих организаций, включая членов товариществ собственников жилья, а также членов жилищных, жилищно-строительных, дачных, гаражных кооперативов и иных специализированных потребительских кооперативов, создаваемых в целях удовлетворения потребностей граждан, которые не получают доход от их деятельности (в ред. Федерального закона от 30.12.2012 г. № 328-ФЗ);

10) являющиеся членами крестьянского (фермерского) хозяйства [2].

Согласно ст. 5 Закона РФ «О занятости населения в Российской Федерации», государство проводит политику содействия реализации прав граждан на полную, продуктивную и свободно избранную занятость, а основными направлениями указанной политики являются:

• развитие трудовых ресурсов, повышение их мобильности, защита национального рынка труда;

• обеспечение равных возможностей всем гражданам РФ независимо от национальности, пола, возраста, социального положения, политических убеждений и отношения к религии в реализации права на добровольный труд и свободный выбор занятости;

• создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека;

• поддержка трудовой и предпринимательской инициативы граждан, осуществляемой в рамках законности, содействие развитию их способностей к производительному, творческому труду;

• осуществление мероприятий, способствующих занятости граждан, испытывающих трудности в поиске работы (инвалиды; лица, освобожденные из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы; несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет; лица предпенсионного возраста (за два года до наступления возраста, дающего право выхода на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочно назначаемую трудовую пенсию по старости); беженцы и вынужденные переселенцы; граждане, уволенные с военной службы, и члены их семей; одинокие и многодетные родители, воспитывающие несовершеннолетних детей, детей-инвалидов; граждане, подвергшиеся воздействию радиации вследствие чернобыльской и других радиационных аварий и катастроф; граждане в возрасте от 18 до 20 лет, имеющие среднее профессиональное образование и ищущие работу впервые) (в ред. Федеральных законов от 22.08.2004 г. № 122-ФЗ, от 02.07.2013 г. № 185-ФЗ);

• предупреждение массовой и сокращение длительной (более одного года) безработицы;

• поощрение работодателей, сохраняющих действующие и создающих новые рабочие места прежде всего для граждан, испытывающих трудности в поиске работы;

• объединение усилий участников рынка труда и согласованность их действий при реализации мероприятий по содействию занятости населения;

• координация деятельности в области занятости населения с деятельностью по другим направлениям экономической и социальной политики, включая инвестиционно-структурную политику, регулирование роста и распределение доходов, предупреждение инфляции;

• координация деятельности государственных органов, профессиональных союзов, иных представительных органов работников и работодателей в разработке и реализации мер по обеспечению занятости населения;

• международное сотрудничество в решении проблем занятости населения, включая вопросы, связанные с трудовой деятельностью граждан Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации и иностранных граждан на территории Российской Федерации, соблюдение международных трудовых норм [2].

Формы занятости населения в соответствии с российским законодательством представлены в таблице 1.

Вопросы занятости являются одними из основных в системе формирования и реализации экономической политики в силу их существенного влияния на уровень доходов населения, платежеспособный спрос, качество жизни, уровень преступности и пенсионное обеспечение. Эти вопросы решаются через рынок труда.

На рынке труда складываются отношения между работодателями, представляющими государственные, муниципальные, общественные и частные предприятия и организации и наемными работниками, способствующие соединению рабочей силы со средствами производства. Отношения, складывающиеся на рынке труда, имеют ярко выраженный социально-экономический характер, они затрагивают насущные потребности большинства населения страны. Через механизм рынка труда устанавливаются уровни занятости населения и оплаты труда.

Таблица 1. Формы занятости по российскому законодательству

Рынок труда является важнейшим элементом в системе рынков, обеспечивающих реализацию целевой направленности воспроизводственного процесса. Степень локализации рынков труда во многом определяется хозяйственной специализацией и структурой экономики.

Региональное развитие отражает уникальность той или иной территории и одновременно роль ее в развитии страны в целом. То есть, регион сегодня выделяется как особый уровень экономической системы. Он имеет принципиальные отличия как от отдельного предприятия, так и от народного хозяйства в целом и его отдельных отраслей. «В зависимости от целей и специфики подхода регион может трактоваться как мини-национальное хозяйство, субрегиональная единица. Методологически исходным должно стать понятие региона не просто как «части территории», «части народно-хозяйственного комплекса», а как «функциональной экономической региональной единицы», что вызывает необходимость исследования регионального рынка труда как функции локальной экономики, как ее неотъемлемой составляющей.

В этой связи регион следует рассматривать не только как территорию с расположенными на ней элементами экономического и ресурсного потенциала, локальную геотехническую, биопроизводственную информационную систему, но и социальную систему, которую следует рассматривать как проживающий на данной территории этнос, с его конфессией, политическим устройством, образом и уровнем жизни, традициями и культурой. Следовательно, наряду с перечисленными выше региональными факторами на развитие рынка труда оказывают этнические условия. Так, экономическая структура региона, уровень специализации, развитие этноэкономики во многом определяют структуру занятости населения, и изменения в структуре хозяйства региона непосредственно отражаются на формировании спроса на рабочую силу.

В силу неравномерного экономического развития субъектов федерации процессы, которые связаны с регулированием рынков труда приобретают определенную специфику, что требует постоянного изучения динамики и структуры региональных рынков труда. В этой связи важным является построение модели регионального рынка труда, отражающий уникальность развития анализируемого региона.

Практически любая проблема тесно связана с воздействием тех или иных региональных факторов и условий. Рынок труда в регионе формируется и развивается под воздействием демографических, экономических, научно-технических и природно-климатических факторов. Так, экономическая структура региона во многом определяет структуру занятости населения, влияет на экономическую активность его, и изменения в структуре хозяйства непосредственно отражаются на формировании спроса на рабочую силу. Исходя из этого, показатель экономической активности населения региона можно представить в виде модели, отражающей зависимость экономической активности населения в регионе от ряда факторов, отражающих специфику экономики региона, его демографические характеристики.

Иными словами, уровень экономической активности населения является функцией ряда переменных, которую можно представить в виде модели:

QЕС= QЕС (A, W, Ed, Pr, D, V, Eg, Bs, T, M, …), (1)

где QЕС – уровень экономической активности населения;

А – тип поселения (город, село);

W – уровень заработной платы;

Ed – уровень образования населения;

pr – профессионально-квалификационная структура населения;

D – демографическая структура населения (численность половозрастных групп);

у – структура вакантных рабочих мест;

Eg – темпы экономического роста (снижения);

Bs – отраслевая структура экономики (тип экономики: преимущественно промышленный, сельскохозяйственный и т. д.);

T – трудовая мотивация населения;

M – трудовая мобильность населения.

Очевидно, что перечисленные факторы полностью не исчерпывают всех социально-экономических условий, влияющих на степень экономической активности населения того или иного региона. При организации исследований фундаментальных и прикладных проблем пространственной стратегии формирования и развития региональных рынков труда, регулирования занятости в регионе необходимо также исходить из объективно сложившихся условий и разнотипности региональных систем и особенностей их функционирования, что позволит дать правильную оценку предполагаемым тенденциям и их развитию, построить модель регионального рынка труда» [3].

Среди региональных факторов, обуславливающих развитие рынка труда в регионе, следует выделить, как уже отмечалось, этноэкономические, которые обуславливают развитие тех или иных производств в регионе в виду сложившихся благоприятных природно-климатических условий, устоявшихся традиционных способов ведения хозяйства, менталитета и обычаев этноса. Так, для народов Северного Кавказа исторически было характерно ведение домашнего и личного подсобного хозяйства, основанного на обработке земли. Женщина как хранительница домашнего очага и сегодня является основным работником в домашнем, личном подсобном хозяйстве. Именно на женском труде строятся домашнее производство молочных продуктов, бальзамов с использованием местного растительного сырья, плетение циновок и ковров.

Очевиден тот факт, что городская экономика Краснодарского края в силу ее полиотраслевой структуры и большей динамичности представляет больше возможностей трудоустройства, чем сельская, которая, как правило, носит моноотраслевой характер, а значит, ограничивает межотраслевую мобильность безработных. Данный фактор во многом предопределяет различия в уровне экономической активности населения в обоих типах поселений.

На протяжении 2011–2014 гг. уровень экономической активности городского населения в среднем на 10–12 процентных пунктов был выше, чем среди сельских жителей. Ограниченные возможности трудоустройства привели к тому, что, во-первых, наблюдается миграция из сельской местности в города региона, а, во-вторых, часть трудоспособного населения вынуждена переходить в категорию экономически неактивного населения, т. е. отказываться от трудоустройства.

Доля безработных среди городского населения была постоянно выше, чем среди сельских жителей. Этот факт не есть свидетельство того, что ситуация на рынке труда в сельской местности более благополучна. Для сельской местности характерна застойная безработица, тогда как для города поиск работы занимает менее продолжительный период времени.

Следует отметить, что наиболее экономически активными на рынке труда Краснодарского края являются мужчины и лица в возрасте 25–49 лет. Именно эти группы населения наиболее конкурентоспособны на рынке труда. Их экономическую активность и ориентацию на получение доходного занятия можно объяснить их экономической ролью в семье. Естественно, что такая ситуация сложилась и во многих регионах страны.

В силу специфики региона, проявляющейся в более высоких темпах роста производства в одних секторах и отраслях экономики потребность в работниках различных профессий и имеющих различный уровень образования подвержена колебаниям, что не позволяет говорить о какой-то закономерности.

Отраслевая структура экономики является одним из факторов, оказывающих влияние на экономическую активность населения, в том числе на занятость населения в регионе. Процессы, происходящие в сфере занятости, являются детерминантой, определяющей емкость и структуру рынка труда. Отличительная черта современного состояния экономики Краснодарского края – неравномерное развитие ее отраслей и секторов, – результат изменения в отраслевой структуре занятости населения региона.

Наиболее высокий уровень занятости в течение рассматриваемого периода был характерен для лиц в возрастной группе 25–29 лет, имеющих высшее и незаконченное высшее образование. На основании представленных данных можно прийти к выводу о том, что именно эти группы населения являются наиболее конкурентоспособными на рынке труда Краснодарского края.

Следует обратить внимание на постепенное сближение уровня занятости у мужчин и женщин. Если в 2011 г. доля имеющих доходное занятие среди мужчин была выше, чем у женщин, то в 2013–2014 гг. значения данного показателя практически сравнялись. Однако говорить об идентичной конкурентоспособности мужчин и женщин вряд ли можно. Так, равный уровень занятости у мужчин и женщин, как правило, обеспечивается за счет снижения экономической активности последних. Значительная часть женщин трудоспособного возраста, не найдя работу, переходит в состав экономически неактивного населения и тем самым снижает нагрузку на рынок труда региона.

Следует отметить, что экономически неактивное население составляют лица в возрасте от 15 до 72 лет, которые не считаются занятыми экономической деятельностью или безработными в течение рассматриваемого периода.

Численность экономически неактивного населения может быть рассчитана как разность между численностью всего населения и численностью рабочей силы.

В составе экономически неактивного населения выделяют:

• учащиеся и студенты, курсанты, посещающие дневные учебные заведения;

• лица, получающие пенсию по старости и на льготных условиях, по выслуге лет;

• лица, получающие пенсию по инвалидности;

• лица, занятые ведением домашнего хозяйства, уходом за детьми, больными родственниками;

• лица, получающие доход от собственности;

• лица, отчаявшиеся найти работу, но которые готовы приступить к работе;

• другие лица [1].

Качество занятой рабочей силы в регионе можно охарактеризовать на основе данных об уровне занятости отдельных образовательных групп. Несмотря на достаточную условность данного показателя, он в определенной степени может охарактеризовать динамику, как изменения структуры рабочих мест, так и качества рабочей силы, как факторов региональной модели экономической активности населения. На сегодняшний день можно сделать вывод о некоторой «поляризации» рабочих мест, а именно, в течение 2012–2014 гг. рост уровня занятости происходил только среди специалистов с высшим и неполным высшим образованием (табл. 2). Что означает, что технологическая структура производства чаще всего требовала либо высококвалифицированных, либо низкоквалифицированных кадров.

Таблица 2. Уровень образования занятого населения (в %)

Данный процесс происходил на фоне снижения качества занятой рабочей силы. Это, прежде всего, проявлялось в снижении удельного веса специалистов с высшим и средним специальным образованием и, соответственно, в увеличении доли работников, не имеющих специальной профессиональной подготовки.

Развитие сегодня домашнего и личного хозяйства в регионе во многом оказывает влияние на структуру занятости населения. Так, распределение населения региона по сферам занятости характеризовалось в последние годы сокращением численности занятых в отраслях материального производства (см. табл. 3), при увеличении занятых в домашнем и личном подсобном хозяйстве.

Вышеизложенные данные позволяют прийти к выводу о том, что этноэкономика региона в ситуации, когда наблюдается спад промышленного производства, сокращаются объемы валового регионального продукта, становится одним из источников создания дополнительных рабочих мест и самозанятости в регионе. Представленные в таблице 3 данные о распределении численности занятого населения по статусу занятости подтверждают вышеуказанный факт и свидетельствуют о росте занятости в производствах, составляющих этноэкономику региона.

Среди работающих не по найму в 2013 г. увеличилась численность занятых на индивидуальных и семейных частных предприятиях, фермерских хозяйствах и самостоятельно обеспечивающих себя работой, при одновременном снижении численности занятых в производственных кооперативах, колхозах и других коллективных сельскохозяйственных предприятиях. Такая тенденция характерна для женщин, которые, не найдя работы в производственных кооперативах или колхозах, переходят на индивидуальные или частные семейные предприятия либо самостоятельно обеспечивают себя работой.

Если в 2013 г. среди опрошенных в фермерских хозяйствах региона не работало ни одной женщины, то в 2014 г. их доля среди работающих не по найму составила 1,4 %. Это свидетельствует о развитии фермерского хозяйства как составной части этноэкономики в регионе.

Что касается мужчин, то занятость их в домашнем и личном подсобном хозяйстве в последние годы увеличилась не значительно, по сравнению с женской аудиторией, что объясняется их более высокой конкурентоспособностью на рынке труда Краснодарского края.

В соответствии с Законом Краснодарского края «О программе социально-экономического развития Краснодарского края на 2013–2017 годы» основным стратегическим направлением экономического роста должен стать подъем продуктивности и эффективности сельского хозяйства и развитие на этой основе перерабатывающей промышленности. В растениеводстве предусматривается обеспеченность достижения дореформенных объемов производства зерновых, масленичных и овощебахчевых культур, сахарной свеклы, возродить табаководство и рисоводство. В животноводстве – возродить птицеводство и производство по комплексной переработке птицы. В пищевой промышленности, наряду с развитием традиционных отраслей, намечается организовать розлив столовой минеральной воды из местных источников, а также экологически чистой питьевой воды с фитодобавками, увеличить объемы выработки пищевого спирта высокой очистки из местного зернового сырья и создать производство бальзамов на местном растительном сырье.

Поскольку развитие АПК создает условия для подъема благосостояния большей части населения, решение продовольственной проблемы, активизации межрегионального обмена, велика роль домашнего и личного подсобного хозяйства в экономике региона в целом, и, как следствие, в решении проблем регионального рынка труда. Следует отметить, что Краснодарский край – крупный производитель сельскохозяйственной продукции. Свыше 11 % зерновых культур, более 80 % риса и 19 % сахарной свеклы, свыше 15 % подсолнечника, производимого в России, выращивают кубанские аграрии, а также больше половины винограда. Перерабатывающие предприятия Кубани производят почти 30 % российского сахара, около 25 % растительного масла. Краснодарский край уверенно занимает второе место в России (после Московской области) и первое место в Южном Федеральном округе в овощеводстве [4].

Таблица 3. Распределение численности занятого населения по статусу занятости (в %)

В 2014 году, несмотря на сложные климатические условия, аграриям Кубани удалось собрать достойный урожай зерновых культур – 9,2 млн тонн, в том числе 4,7 млн тонн пшеницы. Выдающихся результатов добились рисоводы края. Собрано 828,3 тыс. тонн риса, или 104 % к уровню 2012 года. При этом, впервые за всю историю рисосеяния на Кубани, средняя урожайность культуры оказалась свыше 71 ц/га. Это сопоставимо с рисопроизводящими странами Европы, такими, как Италия, Испания, Греция и Франция, где – более благоприятные условия для выращивания риса.

В животноводстве отмечен рост продуктивности. Производство молока в прошлом году в хозяйствах всех категорий, по предварительным данным, составило 1,38 млн тонн, почти столько же, сколько и в 2012 году. Средний надой молока на одну корову – 5,8 тыс. кг. Это на 281 кг, или на 5 % больше, чем в 2012 году [6].

В итоге, Краснодарский край, обладая серьезной сельскохозяйственной базой, имеет огромный потенциал для развития перерабатывающей отрасли. Здесь наиболее перспективными направлениями являются производство сахара, крупы рисовой, консервов плодоовощных и масла растительного.

Безусловно, приоритетным для Кубани направлением, визитной карточкой края является виноделие. Кубанские вина много раз побеждали на многочисленных российских и международных выставках. Уже несколько лет в крае последовательно развивается собственная база виноградарства и виноделия.

По данным Единого государственного регистра предприятий и организаций всех форм собственности и хозяйствования на 1.01.2014 г., наибольшее число предприятий частной формы собственности относится к сельскому хозяйству (27,0 %), торговле и общественному питанию (21,2 %), промышленности (12,5 %). Такая структура предприятий частной формы собственности обусловила и структуру занятости (см. табл. 4).

Таблица 4. Распределение численности занятого населения по статусу занятости, месту работы и полу (в %)

Как свидетельствуют данные таблицы 4, наибольший удельный вес занятых в личном и подсобном хозяйстве наблюдался на предприятиях сельского хозяйства. Это позволяет сделать вывод о возрождении традиционных производств, составляющих этноэкономику региона. С возрождением регионального производства в промышленности происходит переток рабочей силы из городской экономики, имеющей полиотраслевую структуру, в сельскую экономику с моноотраслевой структурой, изначально присущей данному региону.

Таким образом, широкое распространение получают все формы предпринимательства на селе.

Проблема занятости сельского населения всегда являлась одной из наиболее комплексных и сложно решаемых. В сельской местности основной отраслью местной экономики традиционно является сельское хозяйство. Это обуславливает необходимость вовлечения в сельхозпроизводство значительных земельных и человеческих ресурсов территории, что в большинстве случаев ведет к моноспециализации экономики территории, делая её крайне зависимой от состояния аграрного сектора. В сельской местности возможности трудоустройства оказываются в значительной степени определенными состоянием и вектором развития местного аграрного комплекса. В случае его поступательного развития появляются новые рабочие места, новые возможности для трудоустройства местного населения. Однако в реальности ситуация на сельском рынке труда близка к критической. Это связано с произошедшим в 90-е годы масштабным сворачиванием сельскохозяйственного производства по всей стране, в том числе и на Кубани. Закрытие многих сельхозпредприятий, сокращение объемов их производственной деятельности, а также внедрение новых ресурсосберегающих технологий привели к массовому высвобождению сельских тружеников, стали причинами формирования безработицы и удешевления сельского труда, привели к формированию потока трудовых мигрантов в крупные города. Вместе с тем произошедшее укрепление позиций частной собственности в последние годы, на фоне ограничения возможностей трудоустройства по найму, привели к тому, что альтернативой безработицы для сельского населения стала самозанятость. В первую очередь это относится к тем селянам, которые в ходе трансформаций 90-х годов получили земельные паи и смогли открыть фермерские хозяйства. Сегодня именно эта категория селян формирует новое сельское предпринимательство, имеет некоторые, хотя и очень ограниченные финансово-экономические и ресурсные возможности для организации сельхозпроизводства.

Другая категория селян – те кто по разным причинам не получил в 90-е годы от государства земельных паев. Это сельская интеллигенция, часть работников сельхозпредприятий, не имевшая права на получения пая (недостаточный стаж работы и другие причины), работники госпредприятий и ведомственных предприятий. Сегодня к этой категории присоединилась сельская молодежь. Эти люди не имеют возможностей заниматься сельским предпринимательством, т. к. у них нет земли ("новые бедные"), и единственной возможностью их трудоустройства является труд по найму. Однако в условиях ограниченности спроса на рабочую силу и отсутствия сколько-нибудь значительного роста сельхозпроизводства именно эта категория селян оказывается в наиболее бедственном и уязвимом положении. Сегодня решение этой проблемы видится в возможностях развития личных подсобных хозяйств как альтернативы для селян, не имеющих земельной собственности, но способных заниматься предпринимательской деятельностью в аграрном секторе [7].

Именно с такой позиции личные подсобные хозяйства могут быть рассмотрены как способ поддержки занятости населения сельского района.

Создание благоприятных условий, направленных на повышение устойчивости функционирования ЛПХ, более широкое вовлечение их в развитие реального сектора экономики и решение социальных вопросов могут стать эффективным подходом для преодоления системного кризиса сельских территорий РФ и факторов их дальнейшего устойчивого развития. В современной российской экономике ЛПХ являются самостоятельными субъектами собственности и хозяйствования. Они выступают одновременно как производители и как потребители жизненно важных материальных благ и играют все возрастающую роль в продовольственном обеспечении страны.

В современных условиях личное подсобное хозяйство следует рассматривать как форму ведения сельскохозяйственного производства на участках земли, размеры которых позволяют личным трудом граждан – членов семьи или отдельного гражданина – с использованием части производственных и земельных ресурсов общественного хозяйства осуществлять производство продукции для личного потребления, а полученные излишки реализовывать для своих материальных и духовных потребностей. Участки земли могут быть предоставлены, приобретены или получены в собственность, владение или пользование на основаниях и в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, нормативными актами органов местного самоуправления. Основными для ЛПХ остаются функции домашнего приусадебного хозяйства, обеспечивающего семью продуктами питания высокого качества, способствующие выживанию населения в кризисных социально-экономических условиях. Хотя ЛПХ носит название «личного», это определение не выражает сути производственных отношений в нем, поскольку фактически является особой формой не личного, а семейного производства, в котором осуществляется внутрисемейное разделение труда и его кооперация. Сегодня называть ЛПХ приусадебными хозяйствами нельзя, так как многие личные подсобные хозяйства помимо приусадебного участка имеют еще полевой надел (за пределами жилой застройки) [8].

Особую актуальность приобретает развитие личных хозяйств на территории тех районов, где имеются сельскохозяйственные предприятия – банкроты и потенциальные банкроты, где практически свернуто коллективное производство и отсутствует альтернативная занятость для высвобождающихся работников.

Основным источником дохода в семьях работников сельскохозяйственных предприятий стали личные подсобные хозяйства. Работа в общественном производстве как источник дохода, как правило, занимает второе место после ЛПХ.

Пенсионеры, по сравнению с работниками, производят меньший объем продукции в своих ЛПХ, реже ее реализуют и в меньших объемах. Это объясняется тем, что их не так заставляет нужда – пенсии выплачивают регулярнее, чем зарплату в сельскохозяйственных предприятиях, и они, как правило, выше, чем денежные выплаты в счет зарплаты, да и физические ресурсы старшего поколения более ограничены.

Продукция ЛПХ составляет около 60 % в рационе пенсионеров и около 70 % – в рационе работников сельскохозяйственных предприятий. Таким образом, товарность в личных хозяйствах очень низкая, их основная функция – обеспечить сельскую семью продуктами питания.

В заключение следует отметить, что «этноэкономика региона состоит из двух секторов. Традиционный сектор включает аграрные формы традиционного хозяйствования, традиционное природопользование и народные промыслы и ремесла. Нетрадиционный сектор начинает в определенной степени использовать индустриальные и рыночные составляющие. К ним следует отнести промышленную переработку сельскохозяйственного сырья, дикорастущих растений и плодов, промышленное производство изделий в этническом стиле из местного сырья» [5].

Рассматривая этноэкономику как фактор, определяющий занятость населения в регионе, следует также отметить, что этноэкономика выполняет несколько важных функций. Во-первых, она выполняет роль структурообразующего каркаса аграрной сферы экономики полиэтнического региона. Во-вторых, она амортизирует, смягчает разрушающее воздействие кризисно-деструктивных явлений на экономику региона. Также этноэкономика обеспечивает рабочими местами высвобожденные из других сфер экономики трудовые ресурсы, способствует снятию напряженности в сфере занятости населения. И, наверное, одна из главных ее функций – сохранение традиций и обычаев этноса.

Таким образом, этноэкономика – равноправный сектор хозяйственного комплекса Юга России, в частности Краснодарского края, обеспечивающий, как показал исторический опыт, экономическую устойчивость этносов даже в условиях глубокого и продолжительного экономического кризиса, смягчающий удары economy transition, решающий проблемы занятости. Поэтому успешной в регионе может быть лишь та экономическая политика, которая способна соединить корпоративный, «большой» сектор этноэкономики и ее «мелкий» сектор, найти и реализовать механизмы их взаимодействия, органически «вписать» мелкотоварные формы труда и производства в развивающуюся на корпоративной основе предпринимательскую деятельность [5].

В сфере этноэкономики предпринимательская деятельность имеет ресурсно-хозяйственную базу для развития в следующих «подотраслях» мелкотоварного производства:

I. Подотрасли переработки продукции аграрного сектора экономики:

• изготовление изделий из меха, шерсти, кожи;

• производство ковров, войлока, красок из растительного сырья;

• переработка молока, грибов, лесных плодов и ягод;

• приготовление домашнего сыра, вяленого мяса, копченостей;

• розлив минеральной воды;

• переработка винограда, фруктов.

II. Подотрасли по производству промышленных товаров массового спроса:

• производство строительных и отделочных материалов из имеющегося в регионе минерального сырья;

• выпуск красителей из натурального сырья;

• изготовление мебели, дверей, подоконников и т. д. из дерева ценных и менее ценных пород;

• переработка овечьей и козьей шерсти и вязание из нее высококачественных пуховых и шерстяных изделий, а также обработка кож и изготовление изделий из них;

• изготовление сувениров, прикладов для ружей, шахмат, нард из отходов деревообработки, поделок и посуды из хлебных злаков, бересты и др.;

• производство изделий из серебра, поделочных и полудрагоценных камней и т. п.;

• выпуск подушек, одеял из пуха и пера гусей, индюков, уток и др.

III. Подотрасли по сбору и переработке дикорастущих растений и их плодов:

• изготовление концентратов из кизила, облепихи, калины, орехов и др.;

• сбор лекарственных трав;

• собирание и обработка грибов.

Развитие этих подотраслей этноэкономики в Краснодарском крае во взаимосвязи с корпоративной «большой» экономикой обеспечит расширение сырьевой базы предприятий переработки; дополнительную занятость населения, в том числе с неполным рабочим днем, и т. п. (этноэкономика – это «гибкие» формы занятости); рост налогооблагаемой базы и средств местных бюджетов; создание «паутины» малого бизнеса и развитие социальной инфраструктуры.

Глава III

Понятие кластера и использование концепции кластера в организации управления АПК

Всемирная глобализация и интеграция, а также движение к развитой экономике предполагают создание конкурентоспособного производства, достижения экономической и продовольственной безопасности страны. Это возможно лишь при наличии современного, высокомеханизированного и высокопроизводительного агропромышленного комплекса, способного обеспечить население качественными, экологически чистыми, доступными пищевыми продуктами. Соответственно, агрокомплекс должен стать индустриальным, мобильным, экономичным и высокорентабельным. Достижение этой стратегической цели возможно лишь при наличии современного мощного АПК, способного обеспечить продовольственную безопасность страны. Однако возделывать сельхозпродукцию и вырабатывать из нее пищевую продукцию, производить сельхозтехнику, не уступающую лучшим мировым образцам, возможно только при рациональном, комплексном использовании имеющихся ресурсов.

Не в последнюю очередь сложившееся положение обусловлено тем, что в экономической науке, как ни странно, до сих пор относительно мало разработаны и изучены проблемы взаимодействия сельскохозяйственных и промышленных предприятий в рамках АПК в условиях рынка, проблемы эффективности промышленной составляющей в агропромышленном комплексе, новые подходы в этой области и т. д.

Исследовались и достаточно подробно до сих пор подвергались рассмотрению и описанию хозяйственная деятельность сельского хозяйства, вопросы кооперации и интеграции сельскохозяйственных производств между собой, а промышленная составляющая АПК оставалась как бы «в тени».

Понятие агропромышленного комплекса в соответствие с современными экономическими условиями можно представить как хозяйственное объединение предприятий в границах определенного региона (района), деятельность которых нуждается в текущей согласованной работе, так как они взаимосвязаны между собой единством сырьевой базы и общностью производственного процесса.

Состав и структура АПК в рыночных условиях подверглись существенным преобразованиям, которые продолжаются и в настоящее время. Проблемы в развитии агропромышленного комплекса России в огромной степени объясняются его деформированной структурой. Слабое развитие перерабатывающих отраслей АПК и производственной инфраструктуры комплекса неизбежно приводит к огромным потерям продукции. Аграрная политика должна быть ориентирована на решение комплекса проблем – это сбалансированное развитие всех звеньев АПК; повышение конкурентоспособности отечественного аграрного сектора на внутреннем и мировом рынках; обеспечение потребителям поставок продовольствия в необходимых объемах, гарантированного качества и по доступным ценам [24]. Рациональная структура АПК как современного кластера оценивается по сбалансированному соотношению долей сельскохозяйственной и перерабатывающей отраслей (развитие перерабатывающих производств сдерживается возможностями сельхозпредприятий, а эффективность земледельцев и животноводов зависит от востребованности их продукции перерабатывающими производствами).

Агропромышленный комплекс Краснодарского края выступает важнейшим составляющим звеном экономики края, это один из самых сложных межотраслевых комплексов. В общем объеме производства доля продукции агропромышленного комплекса занимает около 25 %. Сегодня в агропромышленном производстве края функционируют крестьянские (фермерские) хозяйства, агрокооперативные предприятия, ассоциации крестьянских хозяйств, агрокомбинаты, агроконсорциумы, агрофирмы, около 250 крупных и средних предприятий пищевой и перерабатывающей промышленности, производящих широкий ассортимент продукции, которая реализуется населению на территории Кубани, в других регионах России и поставляется за рубеж [24].

Эти данные позволили выявить характерную тенденцию и главную особенность региональной экономики Краснодарского края, которая состоит в наращивании потенциала АПК за счет создания и развития агрохолдингов. В настоящее время на территории края успешно функционирует агрохолдиг «Кубань», в который входит четыре дивизиона, объединивших сельхозпредприятия с современными молочными фермами, уникальным свинокомплексом, комбикормовым заводом, собственным лабораторным комплексом по контролю за качеством кормов, сервисными центрами по обслуживанию импортной и отечественной техники, три мощных зерновых элеватора, три завода по производству качественного семенного материала, сахарный завод «Свобода», агрофирма «Кавказ» и крупнейшее в Европе элитное коневодческое предприятие – конный завод «Восход», выращивающее чистокровных лошадей английской верховой породы. В структуру агрохолдига «Кубань» входит разветвленная сеть фирменной торговли, с помощью которой население края обеспечивается качественными продуктами питания. Таким образом, подобные агропромышленные кластеры объединяют всю технологическую цепочку от производства сырья до конечной реализации готового продукта.

Приведенная структура агрохолдига «Кубань» позволяет сделать вывод о том, чем выше удельный вес в АПК перерабатывающих производств, тем он эффективнее, тем выше уровень конкурентоспособности АПК региона. Анализ структуры АПК Краснодарского края позволяет однозначно определить в качестве приоритета развитие сельскохозяйственного кластера как одного из секторов экономики региона, способного устойчиво развиваться на основе использования возобновляемого природного ресурса.

Первоначально, в момент появления АПК, в научной и экономической литературе были четко определены его роль, функции, состав и структура. Однако проблема повышения эффективности развития и совершенствования управления АПК не исчерпала своей значимости.

Поэтому для оптимизации функционирования АПК в рамках реализации стратегической цели – обеспечения продовольственной безопасности – наиболее перспективным направлением его развития может быть признано формирование кластеров, то есть объединений различных производственных и организационных структур, способных обеспечить спрос на высококачественную, доступную продукцию.

Термин «кластер» заимствован из английского языка (cluster), что означает буквально – «расти вместе». В экономической и экономикогеографической литературе этот термин стал интенсивно использоваться лишь в последние два десятилетия. Однако отдельными советскими и российскими экономистами (А.П. Горкиным и Л. В. Смирнягиным), шведскими специалистами по бизнес-администрированию (К. Фредрикссоном и Л. Линдмарком еще в 1970-х гг.) термин «кластер» применялся для обозначения скоплений предприятий в пространстве [16].

В настоящее время теория формирования конкурентных преимуществ посредством кластера является одной из востребованных как в теоретическом, так и в практическом аспектах. Основы теории кластера были заложены в конце ХК в. А. Маршаллом, а термин «кластер» введен в обиход М. Портером в 80-е годы XX столетия. Следует отметить, что кластеры в России существовали за сотни лет до появления М. Портера, еще в XVIII в. на Урале купцом Демидовым был создан промышленный кластер, включавший десятки предприятий, передовое оборудование и лучших специалистов, для которых была характерна кооперация, специализация и логистика. Это обеспечивало не просто конкурентоспособность, но и условия выживания в тяжелых природных условиях. Гениальность М. Портера состоит в том, что кластеры были определены им как объекты проведения государственной политики на микроэкономическом уровне с целью обеспечения конкурентоспособности страны через конкурентоспособность кластеров [25].

Современная экономическая наука располагает различными методами исследования, в том числе – кластерный анализ, основы которого были разработаны классиком теории конкуренции М. Портером. В результате кластерного анализа можно выявить существующие тенденции оптимизации деятельности объединений предприятий, способные увеличить роль объединений, используя их местоположение.

Кластеры – это сконцентрированные по географическому признаку группы взаимосвязанных компаний, специализированных поставщиков, поставщиков услуг, фирм в соответствующих отраслях, а также связанных с их деятельностью организаций (например, университетов, агентств по стандартизации, а также торговых объединений) в определенных областях, конкурирующих, но вместе с тем и ведущих совместную работу. Создавая критическую массу для необычайного конкурентного успеха в определенных областях бизнеса, кластеры оказываются ярко выраженной особенностью практически любой национальной, региональной и даже столичной экономики, особенно кластеры государств с более прогрессивной экономикой [26].

Современную экономику следует рассматривать через призму кластеров, прежде всего, потому, что кластеры лучше согласуются с самим характером конкуренции и источниками достижения конкурентных преимуществ. Кластеры лучше, чем отрасли, охватывают важные связи, обеспечивают их взаимную дополняемость, распространение технологии, информации, маркетинг и осознание требований заказчиков по фирмам и отраслям. Кластер обеспечивает возможность ведения конструктивного и эффективного диалога между родственными компаниями и их поставщиками, с правительством, другими контрагентами. То есть функционирование кластера приносит пользу сразу нескольким фирмам [25]. В современной экономике кластеры обеспечивают их участников дополнительными возможностями, способ структурирования и понимания экономики, организации теории и практики экономического развития, а также установления государственной политики [19].

В настоящее время в мировой теории и практике выделено несколько моделей кластеризации, основанных на применении новых знаний и технологий [18]:

• северно-fмериканская – отличается выраженной конкуренцией между предприятиями, за счет которой, а также за счет массового производства у головной фирмы достигается низкая себестоимость конечного продукта;

• японская – формирование вокруг фирмы-лидера с масштабным производством интегрирующей массы поставщиков на различных стадиях сбытовой цепочки. Данная модель применима для производства технологически сложной продукции, так как разработка продукта требует постоянных высоких издержек, которые могут окупиться только при большом объеме продаж;

• шотландская – существование более крупных компаний (иногда иностранного происхождения), формирующих ядро кластера, вокруг которого объединяются небольшие фирмы;

• итальянская – большое количество малых фирм, объединенных в различные ассоциации для повышения конкурентоспособности. Модель применима для продукции невысокого технологического уровня с большой степенью дифференциации и колебаниями спроса;

• китайская – ключевую роль играет государство. Основной акцент делается на зарубежные инвестиции, так как они приносят современные технологии и дают выход на мировые рынки;

• финская – высокий уровень инноваций, поддерживаемый мощным сектором научных исследований и разработок, а также развитой системой образования. Для нее характерна интернационализация бизнеса. В наибольшей степени подобная модель применима для небольших компактных стран, относительно дефицитных по природным ресурсам и ориентированных на экспорт.

В публикациях, посвященных исследуемой проблеме, обращается особое внимание на успешный опыт использования кластеров Силиконовой долины, Бостона, Китая (биотехнологии), Ирландии (информатика), Израиля (венчурное финансирование), в основу развития, которых были положены высокие технологии. Это подтверждает анализ биотехнологических кластеров, машиностроительных и электротехнических кластеров Китая, Тайваня и Японии.

Инновационный подход был положен в основу моделирования эволюции кластеров (на примере объединенной Германии), а также обоснования региональной политики и создания особых экономических зон (ОЭЗ).

Опыт стран Скандинавии, в частности, Финляндии, которая согласно исследованиям Мирового Экономического форума (World Economic Forum) занимает первые места в рейтинге текущей (Microeconomic competitiveness Index) и перспективной конкурентоспособности (Growth competitiveness Index), обогнав такие ведущие индустриальные державы, как Япония и Великобритания [12].

Основой устойчивой конкурентоспособности Финляндии стало развитие промышленных кластеров – сети независимых производственных и/или сервисных фирм (включая их поставщиков), создателей технологий и ноу-хау (университеты, НИИ, инжиниринговые компании), связующих рыночных институтов (брокеры, консультанты) и потребителей, взаимодействующих друг с другом в рамках единой цепочки создания стоимости. Кластерный подход был использован для разработки промышленной политики Финляндии, что способствовало построению национальной инновационной системы с учетом кластерной природы конкурентоспособных производств.

В целом, обобщая практику стран, активно использующих метод кластеризации экономического развития, ведущие экономисты выделяют две основные модели проведения кластерной политики: либеральная и дирижистская.

Либеральная модель, использующаяся в США, Великобритании, Австралии, рассматривает кластер как рыночный механизм, роль федеральных властей в котором состоит в том, чтобы убрать барьеры, возникающие в его естественном развитии. Ее особенностью является то, что региональные власти, совместно с ведущими участниками кластеров, разрабатывают и реализуют программы экономического развития. При этом федеральные власти финансируют и поддерживают отдельные пилотные проекты.

Дирижистская модель, использующаяся в Японии, Республике Корея, Швеции, Франции, Италии, отличается активной государственной политикой развития кластеров, которая не только определяет приоритетные кластеры, но и финансирует разработку стратегий, программ и проектов, а также создание необходимой инфраструктуры.

Россия тоже имеет достаточно серьезные планы по развитию кластеризации своей экономики, используя элементы либеральной политики. В частности, федеральная поддержка развития АПК Краснодарского края, как приоритетного направления данного региона. Развитие российской экономики не соответствует условиям либеральной модели кластеризации, поэтому для России больше подходит дирижистская модель кластеризации, так как федеральные органы власти принимают основные решения и, что немаловажно, распределяют главные финансовые потоки.

Правительством России в 2007 г. была утверждена «Концепция кластерной политики в РФ», которая определила задачи и направления содействия организационному развитию инновационных кластеров [16]. Однако основной проблемой, сдерживающей процесс кластеризации в России, является недостаточное развитие рыночных институтов.

Таким образом, зарубежным научным сообществом обосновано, а практикой развитых стран доказано, что кластерный подход к структурированию национального хозяйства и его региональных систем выступает важнейшим источником повышения эффективности производства, роста его конкурентоспособности, наращивания благосостояния населения.

Для кластера свойственны ряд особенностей, вытекающих из теории организационного развития:

• территориальная концентрация специализированных субъектов кластера (локальное расположение большого числа организаций, обеспечивающих производство продукции по одной производственной цепочке);

• внутрикластерная конкуренция (стимулирует формирование у субъектов кластера устойчивых конкурентных преимуществ);

• информационное взаимодействие (единое информационное пространство);

• устойчивость хозяйственных связей.

Учитывая специфические черты, тенденции, условия и факторы развития АПК, в том числе промышленно-производственных подсистем, считаем необходимым дополнить этот перечень другими особенностями, выявленными нами, и атрибутивно свойственные сложным экономическим системам:

• полицентричность (наличие нескольких (в редких случаях одного) организаций-лидеров (центров экономической активности), реализующих идею сбалансированного управления развитием субъектов кластера;

• сонаправленное развитие (единый вектор развития субъектов кластера обеспечивается, во-первых, на основе базовой концепции его развития, во-вторых, за счет того, что кластер выступает в качестве субъекта экономических отношений вне региона);

• адекватное проявление синергетического эффекта на основе повышения степени интегрированности в соответствии с законом эмерджентности (формирование кластеров способствует не только образованию положительной синергии как результата преобразований, но и появлению новых предпринимательских свойств, присущих только совокупности всех субъектов кластерного объединения).

Поэтому вопросы формирования кластеров и управления их развитием в российской экономике стали в последние годы предметом многочисленных исследований отечественных ученых-экономистов. Кластерные стратегии приобретают все большее признание в органах государственной власти. Более того, уже имеются официальные документы, где рассматриваются содержание и направления проведения кластерной политики.

На наш взгляд, удачно методология кластерного анализа была расширена А.А. Вороновым. Он предлагает адаптированную методологическую базу для проведения кластерного анализа, в рамках которой изучается устойчивость, локализовнность, апециализация, концентрация кластера [17].

Под устойчивостью кластера отечественные и зарубежные экономисты понимают сравнительно однородный его состав в динамике, то есть преобладающую долю специализированных предприятий, выпускающих относительно малодифференцированную продукцию.

Локализованность кластера означает, что он имеет достаточно определенные, чаще всего в пределах региона, границы. Для России наиболее актуально выделение кластеров в пределах административно-территориальных единиц (республик, краев, областей). Это обусловлено относительно высокой управляемостью промышленности на региональном уровне по сравнению с общенациональным.

Специализация – выпуск качественно однородной продукции узкой номенклатуры, как правило, в пределах одной товарной группы, в объемах, превышающих объемы потребления на данной территории. Конкурентоспособность продукции кластера определяется высокими объемами экспорта специализированной продукции с территории кластера. Только в случае высоких и достаточных объемов экспорта специализированной, профильной продукции и импорта других товарных групп можно говорить о наличии кластера как особой формы территориальной концентрации производства.

Для анализа кластеров можно использовать метод эталонов, то есть от его роли на макроэкономическом уровне, так и комплексный экономический анализ, то есть анализ предприятий, которые представляют собой кластерные ядра. Предметом кластерного анализа являются отношения, возникающие между предприятиями внутри кластера, а также отношения между кластером и внешней средой.

К методам кластерного анализа можно отнести следующие:

• метод «дерева цели», или системный подход;

• метод оценки конкурентоспособности кластера;

• метод оценки уровня специализации;

• метод оценки эффективности кластера (показатели, описывающие неаддитивность кластеров, ценность их как системы, а не механической совокупности элементов).

Анализ на уровне кластера был бы неполным без анализа экономической эффективности кластеров, выделяющей их в особую структурную форму территориальной концентрации производства. Анализ эффективности кластеров предполагает оценку его вклада в формирование экономических показателей региона. При анализе кластера необходимо выявить не только его конкурентоспособность, но и устойчивость в краткосрочном периоде. Но более эффективными будут те конкурентоспособные кластеры, которые устойчивы во времени, для которых характерен ряд признаков:

• устойчивая позиция на рынке;

• технологическое превосходство в отрасли и способность к инновациям;

• способность к самообновлению.

Оценка конкурентоспособности кластера предполагает необходимость комплексной оценки всех признаков.

Оценивать эффективность кластеров целесообразно по группе составляющих его предприятий, используя:

• производительность труда

• уровень затрат на 1 р. товарной или реализованной продукции

• рентабельность продукции головного (головных) предприятия кластера;

• норму прибыли (рентабельность активов).

Вывод об экономической эффективности кластеров делается на основе сравнения этих показателей по кластеру и отрасли промышленного производства или промышленности региона в целом [18].

Таким образом, кластер – это упорядоченная, относительно устойчивая совокупность специализированных предприятий, выпускающих конкурентоспособную продукцию. Упорядоченность кластера предполагает наличие прямых хозяйственных связей в пределах кластера, ориентированных на поставку сырья, специализированных факторов производства и рабочей силы и образующих иерархическую систему. Важнейшей составной частью кластера являются научно-исследовательские и учебные заведения. Это связано с квалификацией рабочей силы, которая в вузах и НИИ повышает производительность своего труда до необходимого уровня. Именно в этом превышении сконцентрирован положительный эффект синергизма кластера – превышение эффективности деятельности кластера как системы над эффективностью его составных частей.

Синергетический эффект деятельности предприятий в составе кластера, основан на оценке инвестированного капитала (операционная синергия), прироста рентабельности собственного капитала предприятий кластера (инвестиционная синергия), возможности создания новых рабочих мест (социальный эффект), прирост доходов предприятий кластера, что обусловлено повышением производственного потенциала и завоеванием новых рынков сбыта (финансовая синергия). Все это позволяет согласовать тактические и стратегические цели предприятий кластера, а также меры регионального воздействия на общие процессы кластеризации региональной экономики. В конечном счете, это обеспечит прирост доходов регионального бюджета и поступательную динамику региональной экономики.

Уровень кластеризации регионального агропроизводства выступает фактором его конкурентоспособности, то есть способности эффективно функционировать, используя свой конкурентный потенциал, обеспечивая устойчивый экономический рост, что обусловлено сущностью кластера как эффективной формы развития обобществления производства.

В основе формирования агропромышленного кластера заложен принцип территориального единства, что позволяет дифференцировать традиционные вертикально интегрированные структуры в рамках локализованной экономической системы. Кластерный анализ позволил выделить ряд преимуществ АПК за счет диверсификации производства, интеграции науки и производства, модификации и качества, что создает возможность инновационного развития предприятий внутри кластера.

АПК функционирует не сам по себе, а в составе экономки (края, округа, страны), взаимодействуя в своей деятельности с предприятиями других комплексов – структурных элементов экономического механизма (топливно-энергетического комплекса и других). АПК – это система взаимосвязанных элементов, дающих на выходе единый продукт, в создании которого принимают участие практически все предприятия в составе комплекса. Это подчеркивает необходимость организации управления АПК как на макроуровне (со стороны государства), так и на микроуровне, а также необходимость реализации скоординированной государственной политики в отношении других промышленных комплексов в составе экономики страны.

Особенностью внутрихозяйственных связей между предприятиями в составе АПК является то обстоятельство, что все они – обратные и оказывают серьезное влияние на все структурные элементы комплекса. Оптимальной моделью организации таких структур может быть использована модель субконтрактного сельского хозяйства, получившая широкое распространение за рубежом и используемая внутри страны. Результатом использования данной модели для ее участников достигается снижение издержек на производство, реализацию и сбыт, так как продукция приобретается прямо с поля. Выявленные достоинства и недостатки современных представлений об организации управления в АПК позволяют обосновать необходимость использования концепции кластера в управлении АПК.

Концепция кластерного управления деятельностью предприятий АПК должно рассматриваться с различных сторон:

• органов государственной власти;

• сельхозпредприятий;

• предприятий обеспечивающих и перерабатывающих отраслей.

Очевидно, что каждая сторона имеет свои приоритеты и особенности организации управления, резко отличающие ее от других сторон.

Основная роль правительства в экономике состоит в достижении макроэкономической и политической стабильности. В конечном счете, роль правительства в экономике состоит в разработке и внедрении положительной, четкой и долгосрочной экономической программы или процесса изменений, мобилизующего правительство, бизнес, организации и граждан на совершенствование как обшей экономической обстановки, так и всего массива местных кластеров. Прогресс в экономике может разрушаться как бездействием, так и недостаточным пониманием необходимых шагов. Экономическому обновлению противостоят мощные силы, возникающие как из устаревших взглядов на конкурентоспособность, так и из устоявшихся интересов, формируемых на основе существующей ситуации. Только длительный процесс, с вовлечением в него соответствующих институтов, может обеспечить противодействие этим силам. Такой процесс должен охватывать все основные условия, влияющие на все отрасли, а также на совершенствование кластеров. В идеале он должен происходить не только на национальном уровне, но и на уровне каждого штата и города.

Все кластеры предлагают возможности для повышения производительности и поддержки роста заработной платы, даже те, которые не конкурируют с компаниями в других регионах. Каждый кластер не только вносит непосредственный вклад в производительность на уровне своей страны, но и может влиять на производительность других кластеров. Это означает, что традиционные кластеры, такие как сельскохозяйственный, не должны оставаться забытыми – все они должны совершенствоваться. Усилия, направляемые на совершенствование кластеров, могут являться следствием практических соображений, но цель должна состоять в общем направлении их в каждый данный момент. Безусловно, не все кластеры смогут добиться успеха, а совершенствование в некоторых из них будет снижать общую занятость по мере перехода фирм к более производительной деятельности. Однако такие следствия должны определяться рыночными силами, а не решениями правительства.

Усилия по развитию кластера должны идти через достижение конкурентных преимуществ и специализацию, а не через попытки повторения того, что уже присутствует в других регионах. Это требует построения кластеров на местных различиях и источниках необычных преимуществ, где это возможно, с превращением их в сильные грани данного кластера. Поиск областей специализации обычно оказывается более эффективным, чем непосредственная конкуренция с регионами, в которых расположены известные конкуренты. Специализация предлагает также возможности удовлетворения новых потребностей и расширения рынка [22].

Таким образом, необходимо четко понимать, что не государство, а предприятия, в том числе и промышленные, являются основным, самым сильным и нуждающимся в постоянном росте элементом АПК. Роль государства в управлении промышленностью АПК – мониторинг, анализ и прогнозирование ее развития, корректировка дисбалансов и обеспечение устойчивого роста промышленных предприятий в составе комплекса.

Предприятия обеспечивающих отраслей в составе АПК обладают следующей спецификой:

• они, как правило, были ориентированы и создавались в расчете на потребности АПК страны;

• существует острый дефицит оборотных средств и инвестиционных ресурсов у потребителей продукции предприятий обеспечивающих отраслей в составе АПК;

• не работают рыночные механизмы конкурентной борьбы на рынках сбыта продукции.

В этих условиях концепцией развития, на которую должно быть ориентировано управление предприятиями отраслей обеспечения АПК, является выход и конкурентная борьба именно на национальном, а в перспективе – и мировом рынках. Только в этих условиях предприятие сможет обеспечить себе необходимые объемы сбыта и рентабельность производства. Естественно, что для этого должна быть отлажена и четко функционировать рыночная концепция управления предприятием, включающая маркетинговые исследования: рынка, потребителей, конкурентов, SWOT-анализ, планирование стратегии, планирование тактики, планирование мероприятий, обратную связь.

Таким образом, все заинтересованные в организации агрокластеров субъекты – государство и предприятия – объединены единой целью: необходимостью обеспечения устойчивого развития на базе роста конкурентоспособности. Результатом концепции кластеризации АПК должно стать скоординированное, взаимоподдерживающее, устойчивое развитие всего агропромышленного комплекса и превращения его в конкурентоспособный по мировым меркам кластер, обеспечивающий постоянный рост благосостояния России. На современном этапе развития теорию кластеров следует рассматривать как наиболее адекватную требованиям региональной промышленной политики, позволяющую обеспечить устойчивые темпы экономического роста и повышение конкурентоспособности на всех уровнях хозяйствования.

Краснодарский край выступает одним из лидеров в процессе кластеризации агробизнеса, результатом его реализации станет повышение эффективности функционирования регионального АПК, увеличение объемов сельскохозяйственного производства и стабильное удовлетворение внутреннего спроса населения края на продукты питания, но и устойчивое увеличение доходов и прибылей комплекса в целом, его отраслей, предприятий и сельского населения. Все это обеспечит продовольственную и социальную безопасность Краснодарского края, а учитывая роль региона в объемах производства продовольствия, и страны в целом. Подводя итог сказанному, следует отметить, рыночные преобразования в РФ неизбежно привели к изменению научных представлений об агропромышленном комплексе страны. Функционирование экономики, с точки зрения промышленных комплексов (кластеров), гораздо более точно и корректно в сравнении с отраслевыми и региональными структурами, поскольку акцентирует внимание на взаимосвязях и организации взаимодействия предприятий в составе комплекса для решения крупных народнохозяйственных задач.

Предприятия АПК действуют не только в составе комплекса, но и в значительной мере зависят от предприятий других комплексов (топливно-энергетического и т. д.). Если в других комплексах будут нарушены пропорции воспроизводства, экспорта и внутреннего потребления, это обязательно скажется на результатах работы предприятий АПК. В настоящее время АПК – это система взаимосвязанных элементов, дающих на выходе единый продукт, в создании которого принимают участия практически все предприятия в составе комплекса. Это подчеркивает необходимость организации управления АПК как на макроуровне (со стороны государства), так и на микроуровне, а также необходимость реализации скоординированной государственной политики в отношении других промышленных комплексов в составе экономики страны.

Существующая сегодня совокупность подходов к управлению предприятиями АПК может быть представлена следующим образом. Каждое предприятие в составе АПК функционирует, руководствуясь собственной волей, навязывая своим деловым партнерам собственную корпоративную культуру. Государство, в лице соответствующих органов управления, практически самоустранилось от управления агропромышленным комплексом, а разнообразные министерства и ведомства, пользуясь отсутствием реализации базовых принципов управления и прежде всего единоначалия, пытаются отстаивать собственные узкие цели. Говорить об организации управления АПК страны сегодня нельзя, управление существует лишь на уровне отдельных предприятий. Вместе с тем осознана необходимость возобновления хозяйственных связей в составе комплекса с использованием прежде всего интеграции сельских и промышленных товаропроизводителей в единые структуры с единым собственником, обеспечивающим единство управления такими структурами и извлекающим дополнительный эффект от их взаимного функционирования.

Цель государственного регулирования – обеспечение устойчивого роста основных показателей, характеризующих эффективность функционирования промышленных предприятий в составе комплекса. Задачи государства в отношении промышленной составляющей АПК: не мешать созданию хозяйственных связей между предприятиями в составе АПК; снизить до минимума свое регулирующее воздействие на промышленные предприятия АПК, оставшись только в социально значимых областях; реализовать полноценную и достоверную систему информационной поддержки принятия управленческих решений; реорганизовать систему комплексирующих и обслуживающих производств в составе АПК, обеспечить финансирование образования и науки в АПК. В итоге государство должно получить возможность определенного управления в части промышленных предприятий в составе АПК, направленного на корректировку диспропорций в ходе развития и создание фундамента устойчивости такого развития.

АПК и его составные элементы – сельское хозяйство и промышленная составляющая – должны обеспечить не только устойчивое развитие АПК, но и способствовать продовольственной безопасности России.

Глава IV

Устойчивое экономическое развитие инвестиционно-строительного комплекса: инвестиционное обеспечение и земельно-имущественные отношения

Строительная отрасль выполняет функцию макроэкономического индикатора будущих изменений и перспектив, поскольку темпы её развития служат признаком изменения ситуации, сложившейся в стране. В основе стратегии управления устойчивым развитием экономики инвестиционно-строительного комплекса лежит оптимальное взаимосогласование методов отраслевого и территориального управления инвестиционно-строительным комплексом, а также рациональное сочетание саморегулирования, рыночных и государственных рычагов регулирования экономических отношений. Устойчивое развитие является понятием многогранным, поскольку его связывают с приоритетами будущих поколений, экономическим ростом. В связи с этим, хозяйственные решения, основанные на принципах устойчивого развития, должны быть технологически реализуемыми, экономически возможными, социально желаемыми и экологически безопасными.

Устойчивое развитие инвестиционно-строительного комплекса обеспечивает значительную прибыль строительных предприятий, поскольку устойчивость позволяет сокращать транзакционные издержки, а также сказывается на привлекательности предприятия для потенциальных инвесторов. Стабильно работающее предприятие также составляет налогооблагаемую базу для формирования бюджетов региона, государства. Потому перспективы экономического роста в регионе в значительной степени связаны с усилением инвестиционной активности. В настоящее время становится очевидным, что необходимо во взаимной увязке проводить решение инвестиционных и земельных проблем. Безусловно, без содействия государства в становлении рынка земли и прочей недвижимости, а также в развитии института ипотеки, решить эти проблемы невозможно. Высока роль государства и в стимулировании инновационно-инвестиционных мотиваций через создание соответствующей законодательной базы, страхования инвестиций, снижения налогового бремени на предприятия и т. п.

Инвестиционное обеспечение устойчивого экономического развития строительных предприятий

В связи со значительным усложнением инвестиционного процесса растёт объективная необходимость в развитии, формирующих инвестиционную инфраструктуру, правовых, экономических и социальных отношений. Состояние и развитие инвестиционной инфраструктуры фактически характеризует возможности строительных предприятий по стабильному развитию в перспективе. Инвестиционная инфраструктура состоит, прежде всего, из:

• социальной инфраструктуры, фактически обусловливающей пропорции развития кадровых ресурсов;

• кредитно-финансовой инфраструктуры, охватывающей финансовые институты, имеющие прямое или косвенное отношение к прямому инвестированию предпринимательской деятельности в строительстве;

• информационно-коммуникационной инфраструктуры, отражающей совокупность информационных систем, сетей связи, управления информационными потоками;

• институционально-правовой инфраструктуры, устанавливающей нормы и правила поведения взаимодействия предпринимательских, государственных и общественных структур в инвестиционном процессе, позволяющие создавать такой внутренний правопорядок, при котором субъекты инвестиционной деятельности могли развиваться в оптимальных возможностях.

При этом организация современной инвестиционной инфраструктуры, адекватной развитию строительной отрасли, требует от региональных органов власти эффективных механизмов управленческих взаимодействий и поддержки в соответствии со стратегическими целями и приоритетами региональной экономики путём рационального сочетания экономических, правовых и административно-хозяйственных способов, рычагов и методов воздействия.

Большая доля инвестиций приходится именно на жилищностроительный комплекс, что обуславливает огромную роль строительства в создании условий для динамического развития экономики в целом. Основным ограничением развития жилищного строительства, требующем устранения на законодательном уровне, является недостаточная развитость инвестиционных процессов. Анализ жилищного строительства в Амурской области за последние годы показывает, что финансирование осуществлялось в основном за счёт собственных и заёмных средств граждан, а также банковских кредитов, полученных заказчиками-застройщиками. В связи с этим наблюдается слабое использование инновационного потенциала и возможностей совершенствования технологической базы строительной отрасли и сопутствующих сфер, а также высокая степень износа основных фондов и т. д. [10].

Понятие инвестиционной деятельности теснейшим образом связано с инвестиционной привлекательностью предприятия. Следует отметить, что вопросы инвестиционной привлекательности стран, регионов, хозяйствующих субъектов нашли достаточно широкое отражение в отечественной и зарубежной экономической науке, в работах таких учёных, как И. А. Бланк, Дж. Гитман, С.Ю. Глазьев, В.Н. Лившиц, У. Шарп, В.В. Шеремет, Е.Г. Ясин и др.

Существует множество определений инвестиционной привлекательности, но в целом общее понимание сущности исследуемой категории состоит в том, что инвестиционная привлекательность предприятия – это экономическая характеристика целесообразности инвестирования за счёт собственных средств и средств других инвесторов с точки зрения рентабельности, минимизации риска вложения инвестиций.

При этом инвестиционная активность организации – более широкое понятие. Это такая характеристика деятельности организации, которая предполагает, что субъект хозяйствования является не только экономически устойчивым, обладающим значительным потенциалом развития, но и владеет значительным размером свободных средств, эффективно инвестируемых. Более широкая дефиниция – «деловая активность», предполагающая экономическую устойчивость организации, высокую скорость совершаемых операций, значительный уровень рентабельности, обладание определённым сегментом рынка [6].

Для того чтобы инвестиции привели к получению положительного результата, необходимо постоянно контролировать выполнение всех работ в рамках проекта, следить за использованием средств, получать информацию о состоянии дел по тем объектам, которые строятся в рамках выполнения инвестиционной программы. Актуальность управления инвестициями обусловлена, в первую очередь, масштабом инвестиций: чем больше масштаб, тем выше вероятность неэффективного использования ресурсов и цена неправильных решений.

Управление инвестиционно-строительной деятельностью значительно отличается от процессов управления другими видами деятельности. Это объясняется многообразием сооружаемых объектов, единичным типом строительной продукции, значительной продолжительностью сооружения отдельных зданий, многочисленностью участников создания готовой продукции, множеством способов организации производства, влиянием природно-климатических условий и др. Учёт вышеперечисленных особенностей строительства является необходимым условием предпочтения тех или иных методов управления развитием строительного предприятия.

В рамках управления инвестиционно-строительной деятельностью решаются следующие задачи, влияющие на эффективность использования инвестиционных ресурсов строительными организациями:

• контроль исполнения управленческих решений в области инвестиционной деятельности;

• обеспечение инвестиционной стратегии;

• планирование инвестиционных ресурсов;

• анализ хода реализации инвестиционных проектов;

• контроль отклонения фактических результатов инвестиционной деятельности от предусмотренных инвестиционных планов;

• оперативное получение информации, что влияет на повышение качества и эффективность управления инвестиционной программой в целом и отдельными инвестиционными проектами;

• формирование портфеля инвестиционных программ, планирование инвестиционных ресурсов;

• управление материально-техническим обеспечением объектов строительства;

• управление финансово-договорным обеспечением объектов строительства.

На процессы инвестирования оказывают влияние множество факторов, обусловленных спецификой сфер инвестирования и субъектным составом инвестиционных отношений. Эффективная инвестиционная деятельность возможна при надлежащей организации взаимодействия между её субъектами.

С развитием рыночных отношений и повышением степени их зрелости изменяется соотношение государственного регулирования и саморегулирования в инвестиционной сфере, динамично развиваются формы и методы государственного регулирования инвестиций. Важным направлением совершенствования государственного регулирования инвестиционной деятельности является разработка комплекса адекватных инвестиционной концепции принципов, методов и механизма государственной поддержки инвестиционной деятельности.

В Амурской области в целях государственной поддержки инвестиционной деятельности в регионе предусмотрены следующие формы и методы: проведение экспертизы инвестиционных проектов; предоставление льгот по налогам и сборам, субсидий, инвестиционного налогового кредита; развитие реального ипотечного кредитования на первичном рынке жилья; использование иных форм и методов государственной поддержки. Проблема состоит в создании нормально функционирующей системы торгов на объекты недвижимости (в первую очередь на земельные участки под строительство). В целом, инвестиционная политика региона связана с формированием благоприятных экономических, политических, социальных и иных условий, то есть созданием инвестиционного климата, создающего новые возможности и стимулы для эффективного вложения капитала [9].

Строительные предприятия постоянно сталкиваются с необходимостью выполнения требований стандартов качества, поскольку качество строительной продукции – это здоровье, комфорт и настроение граждан, безопасность, надёжность и долговечность возводимых объектов. Качество строительно-монтажных работ на предприятиях строительного комплекса обеспечивается надлежащим контролем их качества на каждом этапе их производства, соответствием технологических параметров процесса производства требованиям технических регламентов. На качество строительно-монтажных работ значительное влияние оказывает качество используемых материалов, изделий и конструкций, к которым ежегодно возрастают требования. Использование при возведении зданий и сооружений строительных материалов, изделий и конструкций, отвечающих требованиям стандартов в области качества, долговечности и эксплуатационной надежности, позволяет в целом снизить стоимость и обеспечить экономическую эффективность строительства [10].

При анализе работы строительных организаций обнаруживается множество факторов, оказывающих негативное влияние на качество строительной продукции:

• нормативно-технические факторы: нарушение технических регламентов, стандартов и других нормативных документов; несоблюдение проектных решений при производстве строительно-монтажных работ;

• производственно-технологические факторы: низкое качество выполнения инженерных изысканий и проектирования; выполнение строительно-монтажных работ до получения строительной организацией проекта; отсутствие проектов производства работ и проектов организации строительства; нарушение технологии производства работ; нехватка необходимых машин, инструментов и материалов;

• организационно-психологические факторы: слабый уровень планирования строительно-монтажных работ; текучесть рабочих кадров и их недостаточная квалификация; несвоевременное обеспечение оборудованием, строительными материалами и конструкциями; не заинтересованность исполнителей, руководителей, подрядчиков и поставщиков в повышении качества строительства [11].

При этом следует отметить, что качество формируется на всех стадиях строительства как бизнес-процесса: предпроизводственной (проектирование), производственной (производство строительно-монтажных работ), послепроизводственной (эксплуатация). Большое значение для качества строительной продукции имеет правильная эксплуатация строительных сооружений посредством организации своевременного технического обслуживания и ремонта отдельных конструктивных элементов зданий и сооружений [17].

При разработке системы управления качеством строительной продукции необходимо руководствоваться тремя основными принципами: системности, оптимальности и обратной связи. При реализации принципа системности необходимо в комплексе рассматривать вопросы планирования, проектирования, непосредственного изготовления строительной продукции, подготовки кадров, организации производства и труда, технологии выполнения процессов производства, экономического воздействия на качество продукции и организацию контроля качества. Обеспечение принципа оптимальности является очень важным требованием при построении системы управления качеством. Организация всегда стремится получить наибольший эффект за счёт обеспечения качества своей продукции, но сдерживающим фактором являются затраты на построение и функционирование системы управления качеством. Необходимо обеспечивать некоторый рациональный уровень сложности этой системы. Принцип обратной связи обеспечивается налаживанием постоянного контроля качества продукции (работ, услуг), обработкой полученных данных и внесением соответствующих изменений в систему и в процедуру управления качеством. Это необходимо делать, так как постоянно меняются стандарты, нормативы и прочие требования по обеспечению качества продукции (услуг, работ).

Кроме всего прочего, строительная организация при разработке системы управления качеством должна:

• определять процессы, необходимые для системы менеджмента качества, и их применение во всей организации;

• устанавливать последовательность и взаимодействие этих процессов;

• определять критерии и методы, необходимые для обеспечения результативности как при осуществлении, так и при управлении этими процессами;

• обеспечивать наличие ресурсов и информации, необходимых для поддержки этих процессов и их мониторинга;

• осуществлять мониторинг, измерение и анализ этих процессов;

• принимать меры, необходимые для достижения запланированных результатов и постоянного улучшения этих процессов [5].

Таким образом, управление качеством строительной продукции является фактором, влияющим на инвестиционную привлекательность и инвестиционную активность строительной организации. Кроме всего прочего, в настоящее время принимаемые решения на всех уровнях власти в отношении Дальнего Востока направлены на расширение инвестиционной привлекательности региона.

Роль инвестиционно-строительного комплекса в воспроизводстве жилищной недвижимости в регионе

На протяжении последних двадцати лет Дальний Восток РФ оставался неблагополучным регионом в социально-демографическом отношении. Численность постоянного населения Дальнего Востока РФ на начало 2012 г. сократилась по сравнению с 1991 г. более чем на 22 %. (в 1991 г. была зафиксирована максимальная численность населения в ДФО.) Основным фактором потерь населения на Дальнем Востоке РФ был и остаётся миграционный отток в направлении западных регионов страны [16]. Сокращение населения на Дальнем Востоке РФ связано с более высокой стоимостью жизни в целом, а также слабым уровнем обеспечения населения качественным жильём в необходимых объёмах. В Амурской области – субъекте ДФО – эксплуатируется жилищный фонд в размере 18,8 млн кв. метров, 82 % которого находится в частной собственности, в государственной – 4 %, муниципальной – 14 %. В городской местности расположено около 69 % всего жилищного фонда, в сельской -31 %. Степень благоустройства городского жилищного фонда немного выше, чем в сельской местности. Ваннами (душем), горячим водоснабжением, напольными электроплитами, которые больше присущи городскому жилищу, оборудовано, соответственно, 29,1 %, 24,7 %, 16,7 % жилого фонда в сельской местности [3].

По состоянию на 01.01.2014 г. в Амурской области зарегистрированы 19,4 тыс. семей, нуждающихся в жилье, что составляет 5,9 % от общего числа семей в регионе. Жилищный фонд Амурской области устаревает, 7,8 % жилья на начало 2014 года перешло в разряд ветхого. Но следует признать, что удельный вес ветхого и аварийного жилья в общей площади всей жилой недвижимости Амурской области в 2013 г. сократился по сравнению с 2009 г. (за 5 лет) на 14 %. Объём ввода жилой площади составил 0,45 кв. м на человека против 0,55 кв. м в 1990 г. (1990 г. – год наибольшего ввода жилья на душу населения) [3]. Амурская область устойчиво занимает 3-е рейтинговое место по показателю ввода жилья среди субъектов Дальневосточного федерального округа, что свидетельствует о создании более благоприятных условиях для строительства в регионе по сравнению с соседними краями и областями (табл. 1).

Перечислим факторы, негативно сказывающиеся на развитии строительства жилищной недвижимости.

Во-первых, низкий платёжеспособный спрос населения. В соответствии со статистическими данными, в Амурской области только 9,2 % семей в 2013 г. были способны улучшить жилищные условия за счёт собственных и заёмных средств [3].

Во-вторых, недостаток обеспеченных инфраструктурой земельных участков под застройку жилищной недвижимости и наличие административных барьеров, не способствующих получению необходимых согласований и разрешений на осуществление строительства, повышающих финансовые расходы застройщиков.

Таблица 1. Ввод в действие жилых домов предприятиями и организациями всех форм собственности в субъектах Дальневосточного федерального округа, тыс. кв. м общей площади

В-третьих, низкий уровень доступности кредитных ресурсов, обусловленный высокой процентной ставкой кредитов, несовершенством залогового законодательства, а в последнее время ещё и нестабильной экономической обстановкой в стране и ростом процентных ставок. Из-за сокращения финансового потока одна из благовещенских строительных компаний даже была вынуждена приостановить возведение дома, в котором продано всего несколько квартир. Анализ строительства жилья в Амурской области показывает, что финансирование жилищного строительства осуществлялось в основном за счёт собственных, заёмных средств граждан и банковских кредитов, полученных заказчиками-застройщиками.

В-четвёртых, увеличение цен на строительные материалы, составляющих более половины в структуре затрат строительных предприятий. Повышению цен на строительные материалы также способствует увеличение цен на энергоносители, топливо и транспортные перевозки. (Согласно статистическим данным, в Амурской области в 2013 г. по сравнению с 2012 г. цены на электроэнергию, газ и воду выросли на 10,2 %, грузовые перевозки – 15 %) [3].

Выше перечислены самые значительные проблемы жилищного строительства в Амурской области. Позитивная динамика развития строительства жилищной недвижимости может быть достигнута лишь увеличением объёмов инвестиций в отрасль, поскольку приток инвестиционных вложений является гарантией стабильности инвестиционно-строительного комплекса независимо от внешних условий. В соответствии со статистическими данными, инвестиции в строительную отрасль в Амурской области в 2013 г. составили 5,3 % от инвестиций в основной капитал по всем видам экономической деятельности [3]. Результатом недостаточности масштабов инвестирования в инвестиционно-строительный комплекс является неудовлетворительное состояние его материально-технической базы. За 2011 – 2013 гг. доля отдельных видов машин с истекшим сроком службы достигла 48 %, а общая степень износа основных средств в инвестиционно-строительном комплексе Амурской области на начало 2014 года составила 50 % [3]. Положительным моментом является то, что строительные предприятия Амурской области в основном прекратили сокращать парк машин. Тем не менее, удлиняются сроки использования неэффективных машин и оборудования, а значит, создаются большие сложности с реализацией задач, стоящих перед жилищным строительством. Соответственно, одним из важнейших рычагов создания условий для строительства жилищной недвижимости является привлечение инвестиций, а формирование привлекательных условий для инвесторов – одной из главных задач органов власти и управления всех уровней [12].

Итак, современное состояние ресурсов большинства предприятий строительной отрасли можно охарактеризовать как не соответствующее задачам инвестиционно-строительного комплекса, но концепция его устойчивого развития предполагает форсирование темпов роста объёмов строительного производства. Следовательно, изменения в инвестиционно-строительном комплексе должны обеспечивать:

• качественное обновление производственного аппарата инвестиционно-строительного комплекса;

• учёт дифференциации платёжеспособного спроса населения и инвестиционных возможностей предприятий и организаций;

• потенциал разработки и реализации новейших архитектурных и градостроительных концепций, схем транспортного обслуживания и т. д.;

• упрощение предоставления земельных участков под строительство, согласования проекта строительства, присоединения к коммуникациям и др.;

• создание, освоение и диффузию инноваций в строительстве;

• сокращение сроков строительства;

• повышение качества строительной продукции и др. [4].

При этом отметим границы развития инвестиционно-строительного комплекса.

Внешние границы его развития обусловливаются требованиями, предъявляемыми к потребительским качествам строительной продукции, т. е. жилья; необходимостью решения проблемы строительства инфраструктуры; усилением конкуренции на строительных рынках; научно-техническими открытиями во всех сферах человеческой деятельности, позволяющими удовлетворить все запросы в создании новых зданий, сооружений, строительных материалов, строительных технологий и машин [7]. Внутренние границы и предпосылки развития строительного комплекса зависят от состояния инвестиционной активности региональной экономики, а также обусловлены необходимостью количественного и качественного совершенствования материально-технической базы инвестиционно-строительного комплекса, отраслевой науки, проектирования и т. д. Минимальные границы развития строительного комплекса определяются не только наличием мощностей строительного комплекса, но и требованием необходимых строительных мощностей для удовлетворения минимальных гарантируемых государством социальных потребностей населения в продукции инвестиционно-строительного комплекса. Предельные границы развития строительного комплекса зависят от инвестиционных возможностей национальной экономики (в целом) и инвестиционных предпочтений её хозяйствующих субъектов (в частности), изменения перспективных потребностей и стандартов уровня и качества жизни населения.

В государственной жилищной политике ключевыми представляются две проблемы: повышение объемов строительства жилья и платежеспособный спрос населения. В качестве фактора, оказывающего влияние на решение жилищной проблемы, выступает доступность жилья. Уровень доступности жилья зависит от цен на рынке жилья и семейных доходов, на которые, в свою очередь, оказывают влияние различные факторы: факторы спроса и предложения на рынке жилья, а также внешние факторы, то есть политическая, законодательная (в том числе налоговая) стабильность (табл. 2) [14].

Итак, решение жилищной проблемы в Амурской области неизбежно повысит уровень жизни населения, а также создаст условия для ускоренного социально-экономического развития региона. Конечно, кризис внёс свои коррективы. Рынок стремится в сторону более экономичного и дешёвого жилья. Тем не менее, любой кризис – это скрытые возможности. И эти возможности увеличиваются при реализации не отдельных инноваций, а группы или пакета инноваций. В успешных организациях Амурской области сейчас происходят изменения, связанные с внедрением инноваций:

• организационно-кадровых инноваций, которые включают корректировку организационной стратегии, перестройку и оптимизацию организационной структуры управления;

• продуктовых инноваций, то есть переход к применению экономичных современных материалов и ресурсосберегающих технологий;

• финансовых инноваций, которые включают поиск новых источников финансирования, разработку новых финансовых схем, снижение накладных расходов и т. д.

Таблица 2. Классификация факторов, влияющих на доступность жилья

На наш взгляд, только творческий инновационный подход позволит строительным организациям достойно выдержать кризисные испытания, наиболее сильно отражающиеся именно на инвестиционно-строительном комплексе. Крайне важную роль на рынке жилой недвижимости играют институциональные факторы и являются обязательным и приоритетным объектом воздействия государства.

Влияние земельно-имущественных отношений на градостроительную политику

Градостроительную политику в нашей стране определяют двенадцать основных принципов, приведённых в Градостроительном кодексе Российской Федерации [1] в ст. 2. Это:

Обеспечение устойчивого развития территории на основе территориального планирования и градостроительного зонирования.

Обеспечение сбалансированного учёта экологических, экономических, социальных и иных факторов при осуществлении градостроительной политики.

Обеспечение инвалидам условий для беспрепятственного доступа к объектам социального и иного назначения.

Осуществление строительства на основе документов территориального планирования, правил землепользования и застройки и документации по планировке территории.

Участие граждан и их объединений в осуществлении градостроительной деятельности, обеспечение такого участия.

Ответственность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления за обеспечение благоприятных условий жизнедеятельности человека.

Осуществление градостроительной деятельности с соблюдением требований технических регламентов.

Осуществление градостроительной деятельности с соблюдением требований безопасности территорий, инженерно-технических требований, требований гражданской обороны, обеспечением предупреждения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, принятием мер по противодействию террористическим актам.

Осуществление градостроительной деятельности с соблюдением требований охраны окружающей среды и экологической безопасности.

Осуществление градостроительной деятельности с соблюдением требований сохранения объектов культурного наследия и особо охраняемых природных территорий.

Ответственность за нарушение законодательства о градостроительной деятельности.

Возмещение вреда, причинённого физическим, юридическим лицам в результате нарушений требований законодательства о градостроительной деятельности, в полном объёме [1].

На основе анализа принципов градостроительной деятельности можно сделать вывод, что создание наиболее благоприятных условий жизнедеятельности человека и обеспечение безопасности становятся главными стратегическими целями градостроительной политики государства. Системность решения задачи по достижению стратегической цели зависит от правильного определения перечня видов работ, влияющих на безопасность объектов капитального строительства, а также от чёткой организации деятельности саморегулируемой организации и участников строительного рынка. Действующий Перечень видов работ охватывает спектр работ по инженерным изысканиям, подготовке проектной документации, строительству, реконструкции и капитальному ремонту объектов капитального строительства [15]. Выполнение работ по данному перечню контролируют саморегулируемые организации. Однако непосредственное создание объектов недвижимости имеет свои особенности: привязка к земле, сравнительно длительные сроки возведения строительных объектов, большие единовременные затраты капитальных вложений, и т. п. [13].

Важным вопросом градостроительной политики является механизм формирования цены земли, поскольку эта цена значительно увеличивает затраты на строительство. Качество объектов недвижимости, в частности жилой, в последнее время значительно повысилось, но значительная часть увеличения расходов вызвана ростом цен на землю и не связана с качеством. Потому инвестиционная политика должна заключаться в стимулировании инвестиционного процесса на основе совершенствования земельноимущественных отношений, которые, несмотря на различные определения, в экономической литературе в основном трактуются как право владения, пользования и распоряжения землёй и объектами, находящимися на ней, т. е. право собственности на них [8].

В настоящее время существует многоуровневая и сопряжённая со смежными областями правовая система регулирования земельных отношений (гражданское, налоговое, жилищное, градостроительное и пр. законодательство). Исходные положения правового регулирования современных земельных отношений в России заложены в Конституции РФ. Порядок предоставления земельных участков для строительства из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, определяется Земельным кодексом Российской Федерации, Градостроительным кодексом Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральными законами № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», № 78-ФЗ «О землеустройстве» и подзаконными нормативными актами. Таким образом, особенности земельно-имущественных отношений приводят к всевозможным сочетаниям различных законов правового регулирования данной сферы общественных отношений. По мнению многих экспертов, часто возникающие конфликты между инвесторами и населением, связанные с земельными участками, указывают на то, что наше земельное законодательство непрозрачно и создает почву для развития коррупции и всякого рода махинаций. Следовательно, напрашивается вывод о том, что процесс формирования цивилизованного земельного рынка в России еще не завершён, а негативные тенденции оказывают отрицательное влияние на привлечение инвестиций в экономику [8].

В настоящее время становится очевидным, что необходимо во взаимной увязке проводить решение инвестиционных и земельных проблем. Без содействия государства в становлении рынка земли и прочей недвижимости, а также в развитии института ипотеки, решить эти проблемы невозможно. Как показывает мировая практика, значение городской земельной ипотеки для экономики трудно переоценить: с её помощью создаётся возможность решить проблему недостатка финансовых ресурсов для осуществления различных инвестиционных проектов развития производственных комплексов, обеспечить территорию стабильной ресурсной базой. Однако переход к рыночным механизмам (к которым относится и ипотека) предполагает наличие определённых условий, подготовленных законодательно-правовыми и институциональными преобразованиями, а также заинтересованность финансового капитала [10].

Следует законодательно решать вопрос корректного определения цены земли. Ведь результатом улучшения системы оценки земли станет активизация сделок на рынке земли и иной недвижимости, а также рост объёмов инвестиций в реальный сектор экономики под гарантии прав на недвижимость, принятие эффективных решений по территориальному планированию и распоряжению земельными участками и прочно связанными с ними объектами недвижимости. Последствия данных изменений положительно скажутся не только на устойчивом развитии инвестиционно-строительного комплекса, но и на социально-экономической ситуации в регионе [13].

Также снижает инвестиционную активность, и вообще является проблемой эффективного управления и использования земельных ресурсов слабое развитие различных форм землепользования. Не развиты отношения по поводу залога земли. Распоряжение большими площадями земли не приводит к её рациональному использованию в силу неотрегулированности земельных платежей. В настоящее время от выбранной формы земельных отношений практически не зависит активность инвестиционной деятельности. Она полностью определяется наличием крупных инвесторов и прибыльных предприятий в городе [8].

Принятый 25 октября 2001 г. Земельный кодекс Российской Федерации [2] сделал земельные отношения в стране поддающимися правовому регулированию, но решение проблем в сфере обеспечения стабильности и устойчивости в развитии земельных отношений только наметилось. Следовательно, в целом, земельные и градостроительные требования необходимо рассматривать как инструмент правовой реализации основных решений, заложенных в генеральном плане каждого населённого пункта, но земельные требования оперируют своей системой терминов и понятий, а градостроительные требования – своей.

Земельные и градостроительные требования понимаются нами как комплекс управленческих воздействий различных уровней, направленных на достижение основных целей градостроительной деятельности – формирование среды для устойчивого развития территории – основанных на использовании норм и правил правового государства, установленных соответствующими нормативными правовыми актами. При разработке правил застройки необходимо руководствоваться весьма детальными требованиями к составу градостроительной документации, изложенными в Градостроительном кодексе. Состав правил застройки и градостроительного регламента, требования к их принятию и ответственность за применение ясно прописаны в законодательстве.

Таким образом, налицо противоречие: с одной стороны, существует разнообразие методик формирования проектных решений генерального плана, являющегося основой для градостроительного зонирования, с другой – необходимость строго следовать определённому законом составу правил застройки. Следовательно, целесообразно установить применительно к конкретному населённому пункту свой порядок системы реализации земельных и градостроительных требований в соответствии с особенностями планировочной структуры, уровнем проработки информационной базы градостроительной деятельности, особенностями градостроительного развития территории. Территория любого населённого пункта неоднородна по своей структуре, включает в себя зоны, испытывающие разные влияния. Активно развивающиеся части населённого пункта, где градостроительная деятельность осуществляется довольно интенсивно, нуждаются в дополнительном и первоочередном регулировании. Деградирующие территории, дальнейшее развитие которых не имеет ясных перспектив, где градостроительная деятельность незначительна, нуждаются лишь в самом общем регулировании. Территории, стабилизировавшиеся в своём развитии, нуждаются в дополнительном регулировании, но не в первую очередь, как активно развивающиеся территории. Градостроительный кодекс оставляет определённую свободу органам местного самоуправления в определении того, для какой территории в первую очередь следует разрабатывать правила землепользования, предоставляя возможность принимать их поэтапно для всего города. Однако на практике при низком уровне градостроительной культуры среди представителей органов власти, плохом состоянии информационной базы градостроительного проектирования степень проработки проектных решений в рамках сочетания земельных и градостроительных требований остаётся весьма слабой.

В целом градостроительное регулирование должно соответствовать региональной политике, которая состоит в принятии и реализации органами власти решений, позитивно изменяющих структуру территориальной организации производства, совершенствующих земельно-имущественные отношения.

Таким образом, проведённые исследования позволили обозначить ряд условий, необходимых для успешного и устойчивого развития инвестиционно-строительного комплекса:

• налаживание эффективной системы землеотведения и инфраструктурного обеспечения территории застройки;

• вовлечение в хозяйственный оборот для целей жилищного строительства земельных участков на территории Амурской области, находящихся в федеральной собственности;

• создание эффективной системы землеотведения и инфраструктурного обеспечения территории застройки;

• обеспечение законности и справедливости сделок с земельными участками;

• снижение административных барьеров в строительстве и эффективная государственная поддержка малых строительных предприятий;

• создание системы территориального планирования, разработка градостроительной проектной документации, позволяющей участникам рынка прогнозировать объёмы строительства;

• стимулирование предпринимательского интереса к инновационному развитию строительства;

• обеспечение экологической безопасности и осуществление природоохранных мероприятий при выполнении работ на строительных объектах;

• реализация кадровой политики в отрасли, обеспечение строительной отрасли высококвалифицированными кадрами и другие.

Глава V

Влияние отношений распределения в процессе материального производства на образование стоимости товара

На данном этапе развития России встал вопрос о необходимой и продуманной государственной политике в области системных изменений распределительных отношений. Даже сторонники свободной рыночной экономики вынуждены признать, что оценка проводимых реформ не дала ожидаемых результатов и теперь просто необходимо вмешательство государства для регулирования распределительных отношений и формирования доходов населения, уменьшения бедности и достижения определенного уровня благосостояния каждого гражданина в обществе.

Система отношений распределения – это не только система регулирования доходов и оплаты труда, но и система социальной защиты, обеспечивающей гарантии равных стартовых возможностей и устойчивость положения человека.

С проблемой распределительных отношений столкнулась и социалистическая модель общественного развития. В любой рыночной стране витрины магазинов полны товаров и продуктов, но люди при этом одеты достаточно скромно и их обеденные столы далеко не изобильны. В социалистических странах витрины и прилавки были пусты, а люди не проявляли скромность в приобретаемых вещах. Это объясняется тем, что в любой стране с рыночными отношениями цена на товар поднимается до тех пор, пока не заполнятся прилавки. При твердых ценах выигрывает не тот, кто располагает деньгами, а тот, кто стоит ближе к рычагам управления и распределения. Отсюда возникают такие понятия, как спекуляция, черный рынок [1, с. 23].

Рыночная экономика отличается не столько характером технологий производства, сколько характером распределения, экономической заинтересованности работника в результатах своего труда. Развитое общество западного образца отличается от советского общества тем, что на Западе 80–90 % взрослого трудоспособного населения работает на пределе своих возможностей, оставшаяся часть – крупные собственники, творческая интеллигенция и т. д. Объяснением этому может служить то, что государство и собственник средств производства отдают работнику, по крайней мере, не меньше половины того, что он в действительности произвел, заработал.

Для такого общества характерно то, что государство не берет на себя обязанностей по бесплатному обеспечению жилой площадью, лечению своих граждан, а также обучению.

Основный принцип организации социалистического распределения заключается в выдаче работнику в виде заработной платы примерно 10–20 % от действительно заработанного. Общество как бы твердит человеку: трудись, думай о производстве, об образовании, лечении, отдыхе, культуре и многом другом позаботится государство.

Однако никакое государство не может в полном объеме и на самом высоком уровне удовлетворить потребности людей.

Еще одна серьезная проблема распределительных отношений – оплата труда различной социальной категории граждан.

По разным оценкам, в промышленности России от 40 до 60 % работников заняты физическим трудом, в строительстве – не менее 60 %, в сельском хозяйстве – 70 %. Физический труд практически не поддается повышению производительности – работник сам определяет свой темп работы. Дефицит рабочей силы, низкий престиж социальных профессий ведут к искусственному росту заработной платы: «для того, чтобы привлечь и удержать работника, нужно больше платить» [10, с. 32].

Не менее сложна проблема оплаты труда работников квалифицированного умственного труда. В России она традиционно сильно занижена. Считается, что если гражданин занят интеллектуальной профессиональной деятельностью, то нет причин платить ему хорошую зарплату – достаточно хорошей работы. Инженеры, врачи, ученые, учителя, работники культуры имеют заработную плату существенно ниже, чем те, которые заняты физическим трудом в сфере материального производства [2, с. 65].

Низкое материальное вознаграждение ученых, изобретателей, отсутствие законного права на интеллектуальную собственность становятся тормозом на пути научно-технического прогресса. Россия вынуждена догонять и учиться у других.

Современное российское общество не может избежать социальных проблем распределения и последствий, которые с этим связаны. Реформы переходной экономики неизбежно привели к сильному социальному расслоению общества.

В России усилиями государства и общественности необходимо построить устойчивую в стратегическом плане многоуровневую систему распределения благ, соответствующую модели смешанного хозяйствования на фундаменте рыночной экономики и при последовательном учете уникальных особенностей страны, связанных с ее людским и природоресурсным, интеллектуальным, научно-техническим потенциалами, геополитическим положением, культурно-историческими традициями.

Распределение в процессе кругооборота и оборота капитала предприятия

Как известно, формулы кругооборота и оборота капитала были впервые разработаны К. Марксом во втором томе «Капитала», где представлена следующая формула кругооборота капитала в денежной форме:

Д – Т, Сп, Рс… П… Т '– Д ',

где Д – деньги, авансируемые в пределе кругооборота и оборота капитала;

Т – товары в качестве факторов производства;

Сп – средства производства;

Рс – рабочая сила;

П – процесс производства;

Т '– готовая продукция;

Д ' – деньги, вырученные от реализации готовой продукции.

В этой формуле отражены два принципиально важных процесса распределения, один – явный, а другой – подразумеваемый.

Явно распределение имеет место в распределении факторов производства (соответственно вложенной в них стоимости) на средства производства и рабочую силу (соответственно стоимость того и другого).

Подразумеваемое распределение становится явным при расшифровке элементов формулы Т 'и Д ':

Т ' = Т + т

Д ' = Д + д,

где Т – часть готовой продукции соответствующая той ее стоимости, которая компенсирует авансированную ранее в кругообороте капитала стоимость в виде Д;

т – часть готовой продукции, соответствующая избыточной стоимости над авансированной стоимостью в составе стоимости готовой продукции;

Д – деньги, соответствующие стоимости, компенсирующей авансированную стоимость в кругооборот капитала в виде Д;

д – избыточная стоимость над авансированной в денежной форме [5].

Некоторые отечественные исследователи конкретизировали формулу кругооборота капитала тем, что включили в ее состав распределительные отношения, как на первой стадии кругооборота, так и на его третьей стадии. И.К. Ларионов осуществил эту конкретизацию применительно к планово-распределительной системе хозяйствования [3]. А. Лугинин расшифровал распределительные отношения применительно к рыночной экономике [4]. Однако он не раскрыл объективной зависимости между распределением на первой стадии и последующим распределением на третьей стадии кругооборота капитала. Между тем, по мнению автора, это является одной из главных проблем распределения в процессе кругооборота и оборота капитала. Именно этой проблеме посвящен данный подраздел работы.

На основе анализа процесса кругооборота и оборота капитала предприятия, рассматриваемого в качестве динамичного микроэлемента процесса общественного воспроизводства, протекающего на макроуровне экономики, автор сформулировал следующую объективную закономерность: характер и структура распределения денежных средств на первой стадии кругооборота капитала предопределяют характер и структуру их распределения на его третьей, завершающей стадии.

Уже на первой стадии кругооборота капитала имеет место распределение как денежных средств, так и факторов производства в натуре. На третьей, заключительной стадии кругооборота все реже распределены факторы производства в натуре (средства производства и труд) находят свое выражение в готовой продукции, которая реализуется на рынке (в том числе и в порядке государственного заказа) целиком, а ее отдельные составные части распределяются между ее покупателями-потребителями. Здесь нет связи между распределением факторов производства в натуре на первой стадии кругооборота и их распределения на его третьей стадии. Отсюда вытекает два вывода.

Во-первых, в процессе кругооборота и оборота капитала распределительные процессы, начиная с первой и завершая третьей стадией, изначально выступают в двух основных формах – денежной и натуральной.

Во-вторых, экономическая закономерность, сформулированная несколько выше, о взаимосвязи и взаимозависимости характера и структуры распределения на первой и третьей стадиях кругооборота капитала проявляется в денежной форме. Однако из этого правила есть некоторые исключения, в частности: при производстве продукции из давальческого сырья для заказчика, распределение на первой стадии в натуре предопределяет распределение соответствующей части готовой продукции; в условиях вхождения предприятий в крупную многоотраслевую корпорацию, когда в ее рамках формируется и развивается внутрикорпоративное разделение труда, возникают и развиваются взаимосвязи между поставками в натуре на первой и третьей стадиях кругооборота.

Включение в формулу кругооборота и оборота капитала распределительных отношений значительно видоизменяет ее вид (рис. 1).

Как известно, оборотный капитал – это его кругооборот, взятый не как единичный акт, а как непрерывный процесс. Это определение, данное К. Марксом, вошло во многие учебники политической экономии советского периода.

Включение в кругооборот капитала предприятия распределительных отношений неизбежно приводит к выходу за рамки единичного кругооборота капитала, захватывая последующий за ним кругооборот. Это касается текущего распределения в кругообороте и обороте капитала предприятия. Помимо этого, существует капитальное распределение в кругообороте и обороте средств предприятия, которое осуществляется исключительно в процессе оборота капитала, на что требуется ряд лет.

Для рассмотрения рисунка 1 нужно иметь в виду следующее:

1. Источниками денежных средств, необходимых для финансового обеспечения кругооборота и оборота капитала, являются:

• собственные средства (как правило, в форме акционерного капитала), которые на одних стадиях кругооборота вкладываются в факторы производства в натуре (рабочую силу, средства производства), а на других стадиях вновь возвращаются в денежную форму;

• привлеченные средства, которые могут пойти на увеличение акционерного капитала (если они привлечены через эмиссию акций), тем самым превращаясь в дальнейшем в собственные средства, но могут быть предоставлены на условиях участия в прибыли.

К привлеченным средствам следует отнести также устойчивые пассивы (поразного рода статьям), которые постоянно пребывают в обороте средств предприятия в качестве источника денежных средств, которым предприятие пользуется бесплатно:

• заемные средства, получаемые преимущественно через банковское кредитование, но в ряде случаев они могут быть предоставлены в виде коммерческого кредита, а также в порядке ссуды от вышестоящей организации или из госбюджета (хотя бюджетное кредитование в настоящее время не получило распространения, в будущем оно может иметь хорошие перспективы);

• государственное финансирование из бюджетов всех уровней.

2. Помимо распределения авансируемых в кругооборот капитала денежных средств по их источникам, осуществляется их распределение по направлениям расходования, в том числе на оплату:

• приобретения основных фондов;

• покупок оборотных фондов;

• труда.

3. Параллельно распределению денежных средств на первой стадии кругооборота капитала предприятия осуществляется распределение факторов производства в натуре, в том числе в целом по предприятию, его структурным подразделениям, видам работ:

• рабочей силы;

• материально-технических ресурсов;

• природных ресурсов;

• интеллектуально-информационного капитала.

Рис. 1. Модель распределительных процессов в кругообороте и обороте капитала предприятия

4. При распределении вырученных денежных средств нужно, прежде всего, как обязательное условие продолжения жизнедеятельности предприятия, выделить деньги для обеспечения воспроизводства авансируемой стоимости, которую автор назвал воспроизводственной стоимостью. Она, в процессе кругооборота и оборота капитала, периодически воплощается то в денежные средства для финансирования производства и воспроизводства на предприятии – в факторы производства (Сп, Рс), затем в готовую продукцию, потом, по мере ее реализации, вновь возвращается в денежную форму. Воспроизводственная стоимость, независимо от источников ее финансирования, всегда продолжает свое движение в рамках кругооборота и оборота капитала. Это обязательное условие сохранения предприятия, иначе говоря – его самовоспроизводство. В случае расширенного воспроизводства, воспроизводственная стоимость должна быть увеличена на соответствующую величину. Если величина воспроизводственной стоимости сокращается, то следствием будет не расширенное, а суженное воспроизводство. В одних случаях денежными источниками воспроизводственной стоимости могут быть только собственные средства, в других случаях – также привлеченные и заемные. Если источники, привлеченные или заемные, то воспроизводственная стоимость не может быть использована для возврата занятых или привлеченных средств, тем более выплаты процентов. Воспроизводственная стоимость всегда остается в процессе кругооборота и оборота капитала, а собственники заемных и привлеченных средств получают за это определенный доход из прибыли предприятия (за исключением привлеченных средств в виде устойчивых пассивов).

5. Воспроизводственная стоимость «на входе» в процесс производства, первоначально выступая в форме денежных средств, направляется на оплату основных и оборотных фондов, а также на выплату заработной платы. Будучи вновь воплощена в денежную форму на третьей стадии кругооборота капитала, воспроизводственная стоимость, но уже в новом кругообороте капитала, опять направляется на оплату основных и оборотных фондов, на заработную плату и т. д. до тех пор, пока существует предприятие.

6. Воспроизводственная стоимость может быть расширена за счет инвестирования в нее денежных средств (или даже факторов производства в натуре непосредственно, в виде взноса в уставный капитал машин, оборудования, интеллектуальной собственности), источники которых могут быть различными (прибыль предприятия, привлеченные или заемные средства).

7. В отдельных случаях, воспроизводственная стоимость может быть уменьшена, что происходит при продаже лишнего оборудования, износа имеющихся основных фондов без их обновления и т. п., что является признаком сужающегося воспроизводства.

8. В условиях научно-технического прогресса воспроизводственная стоимость, в части ее опосредования амортизационным фондом, содержит в себе возможность расширения производства (собственно увеличения производственного потенциала предприятия в рамках той же величины воспроизводственной стоимости). Причина в том, что новые машины и оборудование, хотя они и дороже прежних, но относительно их возросшей производительности, они дешевеют, на что обратил в свое время особое внимание П.М. Павлов, крупнейший отечественный специалист в области кругооборота и оборота капитала (фондов) [11]. Этот факт, однако, часто затушевывается инфляцией, и внешне, если не проводить расчетов в неизменных ценах, может показаться, что новые основные фонды дороже старых не только абсолютно, но и относительно.

9. С учетом того, что в условиях перманентной инфляции (со времен преодоления Великой Депрессии 30-х годов, согласно рецептам Дж. М. Кейнея, она сознательно внедрена в умеренных границах в экономику всех стран Запада, а с середины 50-х годов инфляция стала перманентной и в советской экономике, не говоря уже об экономике современной России) готовая продукция продается соответственно дороже и дороже, за счет этого происходит индексация воспроизводственной стоимости на инфляцию.

10. Если рост цен на продукцию предприятия происходит быстрее роста цен на закупаемые им средства производства и на применяемую рабочую силу, то в результате инфляции происходит перераспределение доходов в обществе в направлении возрастания реальной величины воспроизводственной стоимости, а также прибыли. Если же имеет место оборотное соотношение в темпах роста цен, то реальная величина как воспроизводственной стоимости, так и прибыли уменьшается.

11. Если в части источников финансового покрытия воспроизводственной стоимости были заемные средства, то по завершении кругооборота капитала в виде акта Т1-Д1, соответствующая часть воспроизводственной стоимости должна быть направлена на возвращение ссуды (но не процент за кредит, который выплачивается из состава избыточной стоимости). Для дальнейшего продолжения оборота капитала предприятию необходимо вновь прибегнуть к ссуде и т. д. Однако, вместо ссуды, если это позволяет остающаяся в распоряжении предприятия прибыль, оно может увеличить на соответствующую величину оборотные средства (оборотный капитал). Величина воспроизводственной стоимости от этого не изменится, однако в источниках ее финансового обеспечения произойдут существенные изменения. Следствием этого будет экономия на выплате процентов за ссуды, соответственно – увеличение прибыли, остающейся в распоряжении предприятия.

12. Разница между выручкой от реализации продукции и финансовыми затратами на кругооборот и оборот воспроизводственной стоимости образует прибыль предприятия, в основе которой лежит избыточная стоимость. Иначе говоря, прибыль является денежной формой избыточной стоимости. К. Маркс свел всю избыточную стоимость к прибавочной стоимости, соответственно, он ограничился употреблением последнего понятия. Однако, как уже отмечалось ранее, избыточная стоимость (это стоимость прибавочного продукта) включает в себя не только прибавочную стоимость, но и стоимость, являющуюся воплощением комбинационного (синергетического) экономического эффекта, то есть:

Ст П П = Пр Ст + Ст К Эф,

где Ст П П – стоимость прибавочного продукта;

Пр Ст – прибавочная стоимость;

Ст К Эф – стоимость, воплощенная в комбинационном (синергетическом) экономическом эффекте.

Избыточная стоимость, принимающая форму прибыли, распределяется по следующим основным каналам:

а) уплата налогов и внесение приравненных к ним платежей, прежде всего, в социальные фонды; данный элемент распределения прибыли не обусловлен структурой распределения денежных средств на первой стадии кругооборота капитала (Д – Т, Сп, Рс), а определяется государством исходя из учета ряда факторов разных уровней воспроизводственного процесса, а также социальной и политической ситуации;

б) выплата природной ренты собственникам потребленных и потребляемых природных ресурсов; если собственником является государство, то рентные платежи включаются в состав налогов, нередко выступая в виде специального налога;

в) выплата процентов за кредит – еще один важный элемент распределения прибыли предприятия;

г) дивиденды выплачиваются владельцам акций предприятия (по простым и привилегированным акциям); формально акционеры во всей своей массе являются собственниками предприятия, однако реально собственником является владелец контрольного пакета акций, соответственно, он может назначить себя на высокую должность (реального руководителя или «свадебного генерала») и присваивать себе лично значительную часть прибыли, оставляя на выплату дивидендов ее незначительную часть;

д) оставшаяся часть прибыли, после всех вышеназванных вычетов, образует собой предпринимательскую прибыль, которая подлежит дальнейшему распределению.

13. Распределение предпринимательской прибыли, как известно, осуществляется по следующим основным направлениям:

а) на расширение производства (его конкурентоспособное развитие);

б) на дополнительную оплату труда руководителей и работников (премии из прибыли предприятия);

в) на развитие социальной сферы предприятия;

г) на увеличение личного капитала реального собственника предприятия, который он может инвестировать в развитие данного предприятия или вложить его в прибыльное дело за его пределами, положить на банковский депозит, потреблять лично при ведении роскошного образа жизни.

14. Распределение готовой продукции в натуре (третья стадия кругооборота капитала Т1-Д1, которой всегда соответствуют взаимопротивоположные акты в виде Д – Т со стороны покупателей) осуществляется среди множества потребителей-покупателей посредством актов товарно-денежного обмена. Распределение здесь является косвенным результатом множества процессов товарно-денежного обмена в рамках реализации готовой продукции предприятия.

Выше были смоделированы и рассмотрены процессы обмена в кругообороте и обороте капитала предприятия, иначе говоря, распределение было изучено на микроуровне экономики. При этом автор выделил и определил новое понятие – воспроизводственная стоимость, что позволило ему определить распределительные процессы по ее поводу на первой и третьей стадиях кругооборота капитала в денежной форме. Кроме этого, автором была сформулирована закономерность, заключающаяся в предопределении распределения значительной части денег на третьей стадии кругооборота капитала распределением денег на его первой стадии. При всем этом, показывалось и распределение денег на выплату заработной платы.

Однако, в зависимости от характера найма работников (купля-продажа рабочей силы или оплата труда), а также от того, насколько быстрее или медленнее выплачивается зарплата в сравнении со скоростью реализации готовой продукции, распределительные отношения по поводу труда принимают различный вид в кругообороте и обороте капитала. Учитывая важность этого вопроса, на нем следует остановиться специально, обратив внимание на следующие принципиально значимые моменты.

Во-первых, если заработная плата выплачивается по истечении более длительных периодов времени, чем те, которые требуются для реализации продукции, то собственнику предприятия нет никакой нужды авансировать деньги на выплату заработной платы, поскольку она выплачивается из состава выручки от реализации продукции, а не из авансированных средств. При этом для собственника-предпринимателя заработная плата не только не является предметом авансирования денег в кругооборот капитала, но и является дополнительным источником средств в обороте. Например, зарплата выплачивается работникам один раз в 15 дней, а готовая продукция реализуется каждые 3 дня. Тогда в течение каждых 12-ти дней из 15-ти (15-3=12) деньги, предназначенные на выплату заработной платы (фонд оплаты труда на предприятии), будут являться для финансов предприятия его устойчивым пассивом. Напротив, если продукция реализуется по истечении много большего периода, чем выплачивается заработная плата (в строительстве, например), то работодатель вынужден, в соответствии с величиной разрыва во времени и суммы фонда заработной платы, авансировать дополнительные денежные средства. По своей экономической сущности эти средства являются затратами на поддержание непрерывности кругооборота и оборота капитала в связи с неравномерным переходом одних его стадий в другие [7]. Таким образом, в зависимости от специфики отрасли и особенностей реализации готовой продукции, в одних случаях работники могут авансировать своим трудом работодателя, а в других случаях он может авансировать за счет собственных или заемных средств выплату заработной платы.

Во-вторых, работник может наниматься работодателем на принципиально различных основах, скрытых за одной и той же формой найма:

1. Работодатель нанимает работника на таких фактических условиях, при которых он, за оговоренную заработную плату, может выжимать из него в течение рабочего дня столько труда, сколько ему удастся. При этом работник создает стоимость значительно большую, чем стоимость его рабочей силы в качестве товара. Избыток этой стоимости над стоимостью товара «рабочая сила» К. Маркс назвал прибавочной стоимостью, являющуюся результатом эксплуатации наемного труда со стороны капиталиста. Если при этом на предприятии создается комбинационный (синергетический) эффект, то хозяин присвоит не только прибавочную стоимость, но и стоимость этого эффекта.

2. Работодатель нанимает работника на таких реальных условиях, при которых он оплачивает его труд в качестве фактора производства по его полной стоимости, которая равна стоимости, созданной этим трудом. В таком случае работодатель не получает вообще прибавочной стоимости. Но он, тем не менее, получает прибыль, в основе которой лежит комбинационный (синергетический) экономический эффект. При этом работник уплачивает со своей заработной платы налоги государству, получая в ее форме созданную стоимость за их вычетом. Поскольку в современных условиях работодатель, даже если он полностью оплачивает труд работника по его стоимости, а не покупает его рабочую силу, он должен перечислять в социальные фонды соответствующие платежи, которые, по существу, являются налогами на труд, тем самым беря на себя часть налогового бремени, которое должен был бы нести работник в случае оплаты труда по его полной стоимости, заработная плата работника должна быть снижена на величину соответствующих отчислений в социальные фонды. В современных условиях, когда львиная доля заработной платы работников частных структур выплачивается им через процент по депозиту или даже просто «черным налом», работник получает не указанную социальными отчислениями зарплату (за труд или рабочую силу), но зато он лишается в будущем соответствующей социальной поддержки. Попутно нужно заметить, что в отличие от оплаты по труду, при купле-продаже рабочей силы наниматель должен вносить социальные платежи не со стоимости рабочей силы (это уменьшило бы эту стоимость, а она должна продаваться и покупаться именно по ее стоимости, хотя и с отклонениями от нее вверх или вниз), а из своих собственных средств (из состава прибыли или относимых на себестоимость продукции).

3. При найме работника имеет место смешение рассмотренных выше вариантов, когда в основе заработной платы работника частично лежит стоимость его товара – рабочей силы, а частично – стоимость его труда. Это часто имеет место при установлении твердой гарантированной заработной платы (на основе стоимости рабочей силы) и определении, кроме того, дополнительной заработной платы на основе результативности труда. В таком варианте имеет место смешение двух типов экономических отношений, рассмотренных выше в пунктах «1» и «2».

Изложенное выше по поводу распределения по труду в форме заработной платы в процессе кругооборота и оборота средств предприятия представлено в концентрированном виде на рисунке 2.

Т1рс = Т + т Пр Ст

Д1рс = Д + д Пр Ст

Т1тр = Т + т КЭф

Д1тр = Д + д КЭф

Т1 рстр = Т + т Пр Ст КЭф

Д1 рстр = Д + д Пр Ст КЭф,

где (помимо ранее использованных обозначений):

Т1 рс – готовая продукция при найме работников на основе купли-продажи рабочей силы;

Д1рс – выручка от продажи продукции при найме работников на основе купли-продажи их рабочей силы;

Т1тр – готовая продукция при найме работников на основе оплаты их труда;

Д1 тр – выручка от продажи готовой продукции при найме работников на основе оплаты их труда;

Т1 рстр – готовая продукция при найме работников на основе частично купли-продажи рабочей силы, частично – оплате их труда;

Д1 рстр – выручка от продажи готовой продукции при найме работников на основе частично купли-продажи рабочей силы, частично – оплате их труда.

Рис. 2. Модель распределения по труду в форме заработной платы в процессе кругооборота капитала предприятия

Рассмотрены основные процессы распределения в кругообороте и обороте капитала предприятия, в основном в рамках одного кругооборота и на стыке двух кругооборотов. Между тем, оборот капитала предприятия состоит из множества последовательных кругооборотов капитала. Один оборот происходит тогда, когда вложенные в основные фонды средства полностью себя окупают в составе воспроизводственной стоимости (не считая прибыль предприятия, которая выступает в качестве избытка над окупаемыми издержками).

Инвестиции в развитие предприятия, а именно через них, главным образом, проявляется и материализуется его инновационный потенциал (в его основе лежит интеллектуально-информационный капитал), осуществляются не в рамках единичного кругооборота капитала, а в процессе его оборота.

Для обеспечения инвестиционной активности предприятия на денежном уровне, ему необходимо обеспечить оптимальное соотношение между фондом накопления и фондом потребления, когда эти фонды формируются из состава доходов предприятия. Нужно помнить, что заниженная доля фонда накопления и, соответственно, завышенная доля фонда потребления не позволит предприятию развивать на должном уровне свой инновационно-инвестиционный потенциал, снизит его конкурентоспособность в стратегическом плане, что в конечном итоге отрицательно скажется и на фонде потребления, и на перспективе предприятия в целом. Аналогично, завышение против оптимума фонда накопления и, соответственно, занижение фонда потребления ослабит заинтересованность работников в своем труде, снизит их трудовую отдачу, в том числе и эффективность использования ими производственных мощностей, вводимых в действие за счет фонда накопления. И в этом случае конкурентоспособность предприятия в стратегическом плане окажется подорванным.

Как видно из вышеизложенного, между фондом накопления и фондом потребления имеется противоречие в том отношении, что увеличение одного из них ведет к уменьшению другого, а предприятие заинтересовано в увеличении их обоих. Это объективное противоречие решается на основе эффективного экономического роста предприятия, в результате чего растет величина реальных денежных доходов и прибыли, а такое увеличение позволяет сформировать и фонд накопления, и фонд потребления в достаточном объеме. Однако условием такого эффективного роста предприятия является оптимизация соотношения между фондом накопления и фондом потребления. Такая оптимизация должна всегда осуществляться применительно к конкретно-взятому предприятию. Нет и не должно быть каких-либо универсальных нормативов соотношения, приемлемого для всех предприятий.

В оптимизации нуждается также распределение фонда потребления предприятия, используемого по таким основным направлениям:

• доля работников предприятия в фонде потребления, принимающая форму заработной платы и выплат и льгот из социальных фондов, создаваемых на предприятии;

• доля руководителей предприятия в форме их денежного вознаграждения и льгот из социальных фондов;

• доля собственников предприятия, принимающая форму дивидендов на акции предприятия.

Изложенное выше представлено на рисунке 3.

Рис. 3. Оптимизация распределения в процессе оборота капитала

Занижение доли работников чревато падежом производительности и эффективности труда, занижение доли руководителей не позволяет сформировать команду эффективных управленцев, занижение доли собственников препятствует дальнейшим инвестициям в предприятие со стороны.

На государственном уровне целесообразно периодически разрабатывать комплекс нормативов распределения чистого дохода предприятий и организаций на данный период развития общества в разрезе, как отраслей экономики, так и крупных, средних и малых предприятий, с определением в этих нормативах долей оплаты труда работников, фонда развития предприятия (организации), вознаграждения руководства, дохода собственника [8].

Государственные нормативы распределения чистого дохода предприятия (организации) целесообразно внедрять в практику хозяйствования не административным путем, а посредством установления прогрессивной шкалы налогообложения для всей той величины чистого дохода, которая выйдет за пределы установленных нормативов.

В работе смоделированы распределительные процессы в кругообороте и обороте капитала предприятия (рис. 1). При этом в научный оборот введена воспроизводственная стоимость – это стоимость, которая, не зависимо от источников финансирования, всегда продолжает свое движение в рамках кругооборота и оборота капитала, что является обязательным условием сохранения предприятия, иначе говоря, – его воспроизводства. В случае расширенного воспроизводства воспроизводственная стоимость должна увеличиваться на соответствующую величину. В условиях научно-технического прогресса воспроизводственная стоимость, в части ее опосредования амортизационным фондом, содержит в себе возможность расширения производства (соответственно увеличения производственного потенциала предприятия в рамках той же величины воспроизводственной стоимости) [12]. Установлено, что стоимость прибавочного продукта, возникающего в процессе кругооборота и оборота капитала, складывается из двух составляющих – прибавочной стоимости и стоимости, воплощенной в комбинационном (синергетическом) экономическом эффекте. Смоделировано распределение по труду в форме заработной платы в кругообороте капитала (рис. 2). Построена также модель оптимизации распределения в процессе оборота капитала (рис. 3).

Система распределения должна предусматривать обеспечение каждому гражданину России жизненного уровня в соответствии со стандартами, соответствующими здоровому образу жизни и человеческому достоинству. Сверх этих стандартов потребительские блага должны распределяться, возможно, в большем соответствии с общественно полезными результатами труда, без установления каких-либо ограничений.

При распределении подавляющей части потребительских благ посредством обмена, в том числе через обмен труда на его денежное вознаграждение, государству необходимо регулировать протекание обмена в тех случаях, когда его стихийные процессы вступают в противоречие с интересами общества и государства.

В многоуровневой системе распределения воздействие государства на распределительные процессы и их результаты должно осуществляться двумя основными путями:

• через создание и эффективное функционирование многоуровневого механизма распределения благ;

• посредством своевременного принятия действенных мер ситуационного характера [8].

Целесообразно принять специальный закон о гарантиях прав граждан и субъектов хозяйствования в сфере распределения благ, ограничив произвол исполнительной власти при решении вопросов распределения и перераспределения благ.

Провести коррекцию ранее проведенной приватизации, перераспределив существенную часть предприятий и организаций между субъектами хозяйствования и формами собственности в разрезе отраслей экономики, исходя из принципа наибольшей полезной отдачи объектов собственности с позиций конечного результата для национальной экономики в целом.

В процессе передачи предприятий и организаций от одного собственника к другому необходимо в полной мере выплачивать компенсацию, эквивалентную балансовой стоимости за минусом износа и с индексацией на инфляцию. Такую оценку нужно рассматривать в качестве исходной цены приватизации. При национализации ранее приватизированных предприятий их владельцам необходимо вернуть все средства, затраченные на приватизацию и инвестиции в предприятия, с полной индексацией на инфляцию, но за минусом износа в текущей оценке.

Глава VI

Межбюджетные отношения в РФ: теория и практика реализации

Бюджетное устройство определяет правовые основы функционирования бюджетов, взаимоотношения между её отдельными звеньями, организацию государственного бюджета и бюджетной системы страны в целом. Основы бюджетного устройства зависят от формы государственного устройства страны, действующими в ней основными законодательными актами. Составной частью бюджетного устройства является бюджетная система, представляющая собой совокупность бюджетов государства, административно-территориальных образований, самостоятельных в бюджетном отношении государственных учреждений и фондов [1].

Бюджетная система является основополагающим звеном финансовой системы государства, выступая организационной формой функционирования его бюджета. Если рассматривать по степени распределения власти между центром и административно-территориальными образованиями, то все государства подразделяются на унитарные, федеративные и конфедеративные [2].

Унитарное (единое) государство – это форма государственного устройства, при которой административно-территориальные образования не имеют собственной автономии. В стране действуют единая конституция, единая для всех система права и органы власти, также централизованное управление экономическими, политическими и социальными процессами. Бюджетная система унитарного государства состоит из двух звеньев – государственного и местного бюджетов.

Федеративное (объединенное союзное) государство – это форма государственного устройства, при которой административно

территориальные образования имеют собственную государственность и обладают политической самостоятельностью в пределах распределённых между ними и центром компетенций. В таком случае, бюджетная система будет трехзвенной: федеральный бюджет, бюджет членов федерации и местный бюджет.

Конфедеративное (союзное) государство – это постоянный альянс суверенных государств, созданный для достижения политических или военных целей. В этом случае, бюджет государства формируется из взносов государств, входящих в конфедерацию. У каждого в отдельности государства-члена конфедерации действует своя бюджетная и налоговая системы.

Основы бюджетного устройства Российской Федерации определяются её государственным устройством как федеративной республики и Конституцией страны. В соответствии с Конституцией РФ (ст. 82 и ст. 243) и Бюджетным кодексом РФ (ст. 10) бюджетная система состоит из следующих уровней [3]:

• федеральный бюджет и бюджеты государственных внебюджетных фондов;

• бюджеты субъектов Российской Федерации и бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов;

• местные бюджеты, в том числе:

а) бюджеты муниципальных районов, бюджеты городских округов, бюджеты внутригородских муниципальных образований городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга;

б) бюджеты городских и сельских поселений.

Денежные средства, находящиеся в бюджетной системе РФ, в основной своей массе формируются за счет налогов и других обязательных платежей юридических и физических лиц, а также за счет использования средств, привлеченных на возвратной основе через внутренний или внешний кредит. Налоговое законодательство предполагает, что под доходами, полученными за счет налогов, следует понимать федеральные, региональные, местные налоги и сборы, а также можно отнести и штрафы, пени. Доходы с налогов, которые закрепляются за бюджетами соответствующего уровня и бюджетами государственных внебюджетных фондов, считаются собственными доходами бюджетов. Бюджетный кодекс РФ определяет доходы бюджета как денежные средства, поступающие в безвозмездном и безвозвратном порядке в распоряжение органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления, в соответствии с законодательством РФ [3].

Самым острым вопросом на сегодняшний день для РФ является проблема нехватки денежных средств, которые необходимы для решения всех проблем, поставленных государственных задач и реализации планов. Для того чтобы обеспечить выполнение первостепенных по значимости направлений деятельности государства, по аналогии с зарубежным опытом стали создаваться внебюджетные фонды.

Средства внебюджетных фондов формируются за счет специально установленных обязательных платежей юридических и физических лиц, а также добровольных выплат, и расходуются строго в соответствии с целями, для которых они были учреждены.

Внебюджетный фонд – это денежные средства, образуемые вне федерального бюджета и бюджетов субъектов РФ, которые расходуются при реализации необходимых условий жизни и достойного существования

граждан, а именно: на пенсионное обеспечение, охрану здоровья, социальное обеспечение в случае безработицы, медицинскую помощь и социальное страхование [4].

Помимо внебюджетных фондов существуют бюджетные целевые фонды.

Целевым бюджетным фондом является фонд денежных средств, образуемый в составе бюджета, в соответствии с законодательством РФ, за счет доходов целевого назначения или в порядке целевых отчислений от конкретных видов доходов или иных поступлений и используемый по отдельной смете. Средства целевого бюджетного фонда не могут быть использованы на цели, которые не соответствуют назначению целевого бюджетного фонда.

Бюджет можно рассматривать в трех аспектах:

• материальный – бюджет является централизованным денежным фондом, который формируется государством, либо его территориальными образованиями и обеспечивает выполнение основных функций органов власти и управления соответствующей территории;

• экономический – бюджет представляет собой взаимосвязь отношений, которые возникают при образовании, распределении и использовании денежных фондов;

• правовой – это основной финансовый план соответствующей территории.

Бюджет как для РФ, так и для территориальных единиц является стержнем, через который реализуется региональная и национальная политика, происходит развитие международных связей; бюджет является основой финансовых ресурсов государства и единственным источником финансовых средств, пребывающих в распоряжении государственных и муниципальных органов.

Бюджеты субъектов РФ и бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов созданы для решений основных проблем и отнесенных к ведению субъекта РФ. Бюджет субъекта РФ и свод бюджетов муниципальных образований, находящихся на его территории, составляют консолидированный бюджет субъекта РФ [5].

Местный бюджет – форма образования и расходования денежных средств в расчете на финансовый год, предназначенных для исполнения расходных обязательств соответствующего муниципального образования.

Бюджеты, входящие в бюджетную систему РФ, самостоятельны и не включаются друг в друга (местные бюджеты не включаются в бюджеты субъектов РФ, а те, в свою очередь, не включаются в федеральный бюджет).

Однако в Бюджетном кодексе РФ (ст. 264.3) говорится об обязанности Федерального казначейства представлять бюджетную отчетность об исполнении консолидированного бюджета Российской Федерации и бюджетов государственных внебюджетных фондов в Министерство финансов Российской Федерации. Введение понятия консолидированного бюджета было необходимо в связи с тем, что единый государственный бюджет РФ был упразднен, а в нем объединялись все звенья бюджетной системы. Теперь на территории Российской Федерации действуют бюджеты федеральный, региональный и местные. Для эффективного государственного управления и грамотного распределения финансов между регионами необходимо точно знать, какие финансовые ресурсы имеются на территории Российской Федерации в целом. Ответ на этот вопрос как раз и дает консолидированный бюджет РФ [3].

Консолидированный бюджет РФ не утверждается законодательным органом. Он представляет собой свод бюджетных показателей по обобщенным данным по расходам и доходам, показывает, откуда поступают финансовые средства и куда они распределяются на территории Российской Федерации. В общем объёме консолидированного бюджета доля федерального бюджета составляет примерно 44–46 %, региональных бюджетов – 23–26 %, местных бюджетов – 29–31 % [6].

Показатели консолидированных бюджетов используют для составления бюджетного планирования. Так, при определении величины нормативов отчислений в бюджеты субъектов РФ и размеров дотаций, в расчёт принимаются объёмы консолидированных бюджетов административно-территориальных единиц.

Как установлено в ст. 6 Бюджетного кодекса РФ, бюджетная система РФ – это совокупность федерального бюджета, бюджетов субъектов РФ, местных бюджетов и бюджетов государственных внебюджетных фондов, основанная на государственном устройстве РФ, экономических отношениях и регулируемая нормами права [3].

Относительно общей теории государства и права, принципы бюджетной системы – это основополагающие, законодательно закрепленные требования, лежащие в основе формирования, организации и функционирования механизма бюджетной системы РФ [7].

Согласно Бюджетному кодексу РФ (ст. 28), мы можем выделить десять основных принципов бюджетной системы РФ [3]:

• единства бюджетной системы Российской Федерации;

• разграничения доходов, расходов и источников финансирования дефицитов бюджетов между бюджетами бюджетной системы Российской Федерации;

• самостоятельности бюджетов;

• равенства бюджетных прав субъектов Российской Федерации, муниципальных образований;

• полноты отражения доходов, расходов и источников финансирования дефицитов бюджетов;

• сбалансированности бюджета;

• эффективности использования бюджетных средств;

• общего (совокупного) покрытия расходов бюджетов;

• прозрачности (открытости);

• достоверности бюджета;

• адресности и целевого характера бюджетных средств;

• подведомственности расходов бюджетов;

• единства кассы.

Определение в Бюджетном кодексе РФ полномочий участников бюджетного процесса является одним из оснований реализации принципа единства бюджетной системы РФ (рис. 1), включающего в себя, в соответствии со статьей 29 Бюджетного Кодекса РФ:

• единство правовой базы;

• единство денежной системы;

• единство форм бюджетной документации;

• единство принципов бюджетного процесса в Российской Федерации;

• единообразие санкций за нарушения бюджетного законодательства Российской Федерации;

• единый порядок финансирования расходов бюджетов всех уровней бюджетной системы Российской Федерации;

• ведения бухгалтерского учета.

Межбюджетные отношения – это бюджетные отношения между органами государственной власти РФ, субъектами федерации и местного самоуправления.

Механизм межбюджетных отношений в РФ, как и в любом другом федеративном государстве, должен отвечать требованиям бюджетного федерализма, которые мы рассматривали выше. С учетом этих требований можно выделить следующие принципы межбюджетных отношений [8]:

• учитывание интересов всех уровней бюджетной системы, при разграничении расходов и доходов;

• равное положение в реализации возможностей межбюджетных отношений всех органов власти: как нижестоящего территориального уровня, так и вышестоящего. Федеральным законодательством предусматривает использование вариантности, т. е. равенство прав субъектов Федерации в межбюджетных отношениях, с учетом их различия в степени соответствия этих прав реально сложившимся условиям, для самообеспечения и социально-экономического развития каждого из них;

Рис. 1. Схема принципа единства бюджетной системы Российской Федерации

• повышение заинтересованности органов государственной власти и местного самоуправления в увеличении собственных доходов бюджета, наиболее полном и своевременном сборе налогов;

• увеличение ответственности органов власти на каждом уровне за бюджетную обеспеченность и сбалансированность бюджета;

• взаимоответственность органов власти разных уровней за соблюдение обязательств по межбюджетным отношениям;

• использование в бюджетном регулировании единых для всех субъектов Федерации критериев, факторов и методологии, которые при этом учитывают их индивидуальные и групповые особенности;

• распределение налогов на полностью постоянной основе или в фиксированной доле, между звеньями бюджетной системы, для обеспечения достаточности налогового потенциала на соответствующих территориях и минимально необходимый уровень собственных доходов;

• выравнивание душевых бюджетных доходов территорий, которые не имеют достаточный налоговый потенциал, до минимального необходимого уровня, посредством бюджетного регулирования;

• выплата компенсаций бюджетам при уменьшении доходов или увеличении расходов, вследствие решений, принимаемых федеральными органами государственной власти, а по отношению к местному бюджету – органами государственной власти субъектов Федерации;

• пресекание изъятия или централизации собственных доходов, дополнительно полученных доходов или же сэкономленных бюджетных средств, без согласования – в бюджеты другого уровня;

• сокращение встречных финансовых потоков;

• достоверность информации о финансовой обеспеченности территориальных единиц, нуждающихся в финансовой поддержке;

• ясность, прозрачность и гласность межбюджетных отношений [9].

Эти принципы тесно взаимосвязаны между собой. Например, если

исходить из принципа максимально возможного сокращения встречных финансовых потоков в бюджетной системе, то становится обязательным и условие о сочетании единых нормативов регулирующих налогов с дифференциацией размеров финансовой помощи. Дифференциация позволит увеличить размер этих налогов в максимально возможной степени для сокращения встречных потоков. Так же это можно сказать и о минимальных долях (в %) от крупных налогов, закрепляемых за территориальными бюджетами на долговременной или постоянной основе. Последнее способствует сужению сферы межбюджетных отношений. Данный процесс происходит за счет рационализации процесса разграничения налогов между уровнями бюджетной системы, исходя из соблюдения минимально необходимого уровня собственных доходов территориальных бюджетов, а также путем создания наиболее благоприятных условий для стимулирования зарабатывания собственных средств в региональные и местные бюджеты.

Межбюджетные отношения, по сути, являются финансовым регулирующим процессом темпов развития общественного воспроизводства, посредством формирования доходов бюджетов различных уровней и распределения между ними средств бюджетных. Следовательно, межбюджетное регулирование можно представить в виде двух блоков (рис. 2):

• закрепление расходов и доходов на постоянной основе между бюджетами разных уровней;

• межбюджетное регулирование, включающее в себя два подблока: распределение регулирующих налогов по нормативам, утвержденным на временной основе между бюджетами разных уровней, и перераспределение средств из бюджета одного уровня в другой в разных формах.

Понятие межбюджетных отношений обходится не только разграничением расходных и доходных источников по уровням бюджетной системы и распределением финансовой помощи, оно подразумевает все финансовые потоки, которые возникают между органами исполнительной власти всех уровней и получателями бюджетных средств, куда входит и оплата за услуги, оплата госзаказа, распределение налогов и других платежей между всеми уровнями бюджетов.

Рис. 2. Схема межбюджетных отношений [10]

Межбюджетными являются и финансовые потоки, которые могли возникнуть из-за задолженности структурных подразделений за оказываемые услуги, в первую очередь коммунальные.

На данный момент, распределение таможенных платежей по уровням бюджетной системы, регулируемое в интересах федерального бюджета, остается вне межбюджетных отношений. Результатом является ущемление интересов субъектов РФ и органов местного самоуправления. От деятельности находящегося на территории МО таможенного поста в городской бюджет не поступают пошлины от экспортно-импортных сделок, совершаемых на территории этого органа местного самоуправления.

Межбюджетные отношения при грамотно построенном механизме финансовых взаимосвязей, обеспечивает существование бюджетной системы страны, сохраняет целостность и единство федерального государства, но в противном случае, в результате ослабления регионов, а затем и самого федерального центра может подорвать экономическое состояние страны. Следовательно, межбюджетные отношения являются не только экономической, но и политической составляющей.

Вопрос об оптимизации системы межбюджетных отношений приобрел актуальность в Российской Федерации только в начале 1990-х годов. В настоящее время его решение только приобрело еще более острое положение. Основные проблемы возникают с перераспределением полномочий и источников дохода, выделением дотаций и субсидий из федерального бюджета. С течением времени, получением результатов от проводимых реформ и изменениями в мировой экономики, всегда возникает желание пересмотреть существующую систему. Такие ревизии фактически проходят во всех странах мира с федеративным устройством. Однако в России попытки модернизировать инструменты межбюджетных отношений особенно популярны, в силу молодости нашей федерации и нестабильности устоявшихся норм и правил. Поэтому анализ межбюджетных отношений в других странах-федерациях весьма полезен для современной России.

В период с 1990 года система межбюджетных отношений трансформировалась через 4 реформы: 1991 года, 1994 года, 1999–2001 годов, 2003–2006 годов. И на данный момент находится в стадии доработки и адаптации новых положений.

Первая реформа в 1991 году создала основу новой налоговой системы России. Касательно межбюджетных отношений, из прежнего опыта заимствовали концепцию «регулирующих налогов» с распределением поступлений по основным налогам между бюджетами разных уровней. Именно тогда был упущен момент, когда можно было разделять полномочия, а не деньги. На тот момент, «стихийная», как и все новое, децентрализация привела к росту доли территориальных бюджетов в доходах и расходах бюджетной системы, но без четкой законодательной базы, в режиме политических торгов.

Вторая реформа, проведенная в конце 1993–1994 гг., была первой системной реформой межбюджетных отношений: установили единые нормативы отчислений от основных федеральных налогов в бюджеты регионов; расширили налоговые полномочия субъектов Федерации (фактически ввели региональный налог на прибыль); создали Фонд финансовой поддержки регионов, средства которого впервые стали распределяться на основе формулы.

Созданная к середине 1990-х гг. система межбюджетных отношений была приближена к признакам бюджетного федерализма, но законодательная база имела слабую структуру. В 1996–1998 гг. можно было наблюдать сильнейший кризис в межбюджетных отношениях, массовое не исполнение бюджетов, задержки в выплате зарплаты работникам бюджетной сферы, рост долгов региональных и местных бюджетов.

В 1998 году Правительством Российской Федерации была разработана и одобрена первая в этой сфере среднесрочная программа – Концепция реформирования межбюджетных отношений в Российской Федерации в 1999–2001 гг. Поставленные в ней цели частично были достигнуты. Отличительной и самой важной чертой 2000 года стало введение Бюджетного кодекса, где сформировались попытки установить более четкие границы право применения Налогового, Гражданского и Бюджетного законодательства [11].

Основной задачей являлось формирование новой системы финансовой поддержки субъектов Федерации. Поэтому серьезное реформирование претерпел Фонд финансовой поддержки регионов (ФФПР), а также внедрили методику распределения трансфертов, направленных на выравнивание бюджетной обеспеченности регионов и при этом стимулирующих на проведение на местах рациональной и ответственной бюджетной политики.

2001 год принес принципиально новый элемент в механизм финансовой поддержки субъектов Федерации – Фонд компенсаций. В отличие от ФФПР, который был призван выравнивать «общую» бюджетную обеспеченность, его предназначение – формирование обязательств, возложенных на бюджеты регионов федеральными законами. В 2001 году субвенции и субсидии Фонда компенсаций распределялись между всеми без исключения субъектами Федерации, без учета финансовой обеспеченности, для финансирования федеральных законов «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей» и «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации». Кроме того, в составе федерального бюджета созданы Фонд регионального развития (поддержка инвестиций в общественную инфраструктуру) и Фонд развития региональных финансов (поддержка на конкурсной основе бюджетных реформ).

В результате реализации Концепции можно также выделить: внесение поправок в Бюджетный кодекс, сферу по уплате налогов по месту фактической деятельности предприятий; разработка Временных методических рекомендаций субъектам Российской Федерации по регулированию межбюджетных отношений; начало реализации программы содействия на региональном уровне с привлечением Международного займа реконструкции и развития. Вернулась тенденция к индивидуализации межбюджетных отношений. Договоренности о льготах и привилегиях сменили типовые соглашения, с определением обязательств субъектов Федерации по оздоровлению государственных финансов [12].

Эта программа была одобрена Правительством, Государственной Думой и Советом Федерации. Самое важное, при ее подготовке и реализации был заложен организационный механизм контроля и «приемки» результатов, выработке и принятию согласованных решений

Свое продолжение реформа продолжила в Концепции реформирования бюджетного процесса в Российской Федерации в 2004–2006 годах, одобренной Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 мая 2004 г. № 249, и реализовалась не только на федеральном, но и на региональном и местном уровнях бюджетной системы.

Целью Концепции стало повышение эффективности деятельности органов государственной власти Российской Федерации, субъектов и органов местного самоуправления по реализации их полномочий. Усиление качества управления государственными и муниципальными финансами на всех уровнях бюджетной системы, чтобы наиболее полно удовлетворить спрос граждан на бюджетные услуги с учетом всех различий в потребностях населения и особенностей социально-экономического развития каждой в отдельности территории.

Особо жестко повысилась бюджетная дисциплина, прозрачность и стабильность распределения финансовых ресурсов.

Принятые федеральные законы об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, организации местного самоуправления в Российской Федерации, а также поправки в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части регулирования межбюджетных отношений наконец-то создали законодательную базу, достойно регулирующую финансовые взаимоотношения бюджетов всех уровней бюджетной системы Российской Федерации.

Результатом стало упорядоченность бюджетного устройства субъектов Российской Федерации, разграничение полномочий между федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления, установление стабильных доходных источников бюджетов, определились принципы формирования и распределения межбюджетных трансфертов, предоставляемых из федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов, улучшение качества управления финансами на региональном и местном уровнях [12].

Как итог, развитие финансовых взаимоотношений в Российской Федерации между органами власти различных уровней и реализация уже сформированного бюджетного законодательства, потребовали осуществления целого комплекса мероприятий в области усовершенствования межбюджетных отношений и в области достижения максимальной эффективности управления государственными и муниципальными финансами. В связи с этим, система разграничения полномочий потребовала нового обеспечения методологической и финансовой поддержки.

Для повышения эффективности межбюджетных отношений, а также качества управления государственными и муниципальными финансами в 2006 – 2008 годах, процесс реформирования бюджетной системы выразился в Концепции повышения эффективности межбюджетных отношений и качества управления государственными и муниципальными финансами в Российской Федерации, одобренной Распоряжением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2006 г. № 467-р, и вступила в ней в силу с 03 апреля 2006 года.

Данная Концепция определяла следующие задачи:

• усиление финансовой самостоятельности территориальных единиц РФ;

• стимулирование притока доходов в бюджеты всех уровней;

• создание мотивации для повышения качества управления государственными и муниципальными финансами;

• создание максимальных условий для прозрачности региональных и муниципальных финансов;

• предоставление консультативной помощи и методической информации субъектам Российской Федерации для достижения максимально эффективного управления государственными и муниципальными финансами, а также в целях достижения реализации реформы местного самоуправления [13].

В 2009 году реформа бюджетной системы связана с переходом на такие методы бюджетирования, которые ориентировали на результат и помогали реализовывать трехлетний бюджет, который является базой новой системы государственного бюджетного планирования в дальнейшем.

Правительством РФ Федеральным законом «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части совершенствования бюджетного процесса и в отдельные законодательные акты Российской Федерации» были скорректированы многие статьи. Основной целью политики межбюджетных отношений в 2009 году являлось обеспечение всех уровней государственного управления достаточными финансовыми средствами для полноценного предоставления закрепленных за ними государственных услуг и реализации возложенных на них функций.

Были внесены изменения в распределении суммы денежных взысканий (штрафов) за нарушение законодательства Российской Федерации о государственных внебюджетных фондах и о конкретных видах обязательного социального страхования, подпункт 3 пункта 1 статьи 46. Ранее они поступали в бюджеты соответствующих государственных внебюджетных фондов по нормативу 100 процентов; в редакции от 2009 года – в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации – по нормативу 83 процента, а бюджет Федерального и территориального фонда обязательного медицинского страхования – по нормативу 7 и 10, соответственно. С 2013 года в бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования поступает 17 процентов [14].

С 2012 года налоговые доходы федерального бюджета дополнились новыми вливаниями:

налогами акцизов на алкогольную продукцию с объемной долей этилового спирта свыше 9 процентов, за исключением пива, вин, фруктовых вин, игристых вин (шампанских), винных напитков, изготавливаемых без добавления ректификованного этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, и (или) спиртованных виноградного или иного фруктового сусла, и (или) винного дистиллята, и (или) фруктового дистиллята, – по нормативу 60 процентов;

налогами на доходы физических лиц, уплачиваемого иностранными гражданами в виде фиксированного авансового платежа при осуществлении ими на территории Российской Федерации трудовой деятельности на основании патента, – по нормативу 50 процентов.

В 2012 были установлены сроки утверждения Высшим исполнительным органом государственной власти субъекта РФ перечня расходных обязательств муниципальных образований, возникающих при выполнении полномочий органов местного самоуправления по вопросам местного значения – на срок не менее трех лет. Это дополнение в пункте 3 статьи 139 вступило в силу только с 1 января 2014 года.

Достаточно важный акцент был сделан в изменениях на перераспределение расходов федерального бюджета, в том числе за счет дополнительных нефтегазовых доходов. Важно отметить, что в 2012 году была заложена платформа для формирования бюджета в «программном формате» и уход от таких понятий, как «долгосрочные целевые программы», «фонд компенсации», «предельный объем государственного долга» [15].

В 2013 году был подписан закон «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации». Документ вступил в силу с 2014 года и нацелен на развитие системы государственного и муниципального финансового контроля, в частности, уточнили бюджетные полномочия участников бюджетного процесса по осуществлению финансового контроля. Эти изменения связаны с тем, что с введения в действие Бюджетного кодекса, контролю за финансами и бюджетным распределением уделялось минимальное значение, и на данный момент это практически последнее препятствие на пути к повышению эффективности государственного и муниципального контроля.

Новым законом устанавливаются основные принципы осуществления внутреннего и внешнего государственного финансового контроля. К внешнему контролю относится деятельность Счетной палаты РФ, контрольно-счетных органов субъектов РФ и муниципальных образований, к внутреннему – деятельность Росфиннадзора, органов государственного (муниципального) финансового контроля. Определяются полномочия указанных органов по осуществлению финансового контроля. Частью 1 статьи 268.1 Бюджетного кодекса к полномочиям органов внешнего финансового контроля относится контроль за достоверностью, полнотой и соответствием нормативным требованиям квартального и годового отчетов об исполнении бюджетов. В соответствии со статьей 264.2 бюджетная отчетность является годовой, тогда как отчет об исполнении бюджета является ежеквартальным [3].

Помимо изменений в Бюджетный кодекс, регулирующих полномочия по осуществлению внешнего финансового контроля, 5 апреля 2013 года принят Федеральный закон № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Статьей 98 данного федерального закона на органы внешнего финансового контроля возложены полномочия по осуществлению аудита в сфере закупок. Принятие этого закона существенно повлияло на расходование местного бюджета и имеет ряд недостатков.

Можно еще отметить, что законом «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» установились новые нормы, усиливающие контроль парламента за предоставлением бюджетных трансфертов субъектам РФ. До этого этими вопросами занималась трехсторонняя рабочая группа, статус которой не был установлен законом. Теперь же ни один трансферт не может быть рассмотрен правительством, пока его не рассмотрит комиссия. Таким образом, получается усилить прозрачность распределения средств.

Наиболее существенным объективным фактором является критический уровень социальной и экономической дифференциации регионов на протяжении достаточно долгого времени. Количество субъектов Российской Федерации, получающих дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности, в 2013 году составляло 73. В 2014–2015 годах общее количество субъектов Российской Федерации, получающих дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности, составляет 70 и 43, соответственно [16]

В 2014–2015 годах должен быть окончательно завершен переход к программно-целевым методам стратегического и бюджетного планирования.

Основным инструментом достижения целей государственной политики должны стать государственные программы, требования к которым будут формировать документы стратегического планирования, а механизмы и объемы их финансового обеспечения устанавливаться в соответствии с долгосрочной бюджетной стратегией, трехлетним бюджетом и Программой повышения эффективности финансами на период до 2018 года [17].

Таким образом, проследив поэтапное формирование межбюджетных отношений, можно сделать вывод, что этот процесс достаточно трудоемкий и сложный, особенно в условиях мобильно меняющейся внешней экономики. Зависимость от многих факторов и отсутствие стабильности в экономике, а, конечно же, во внешней и внутренней политике вносит свои коррективы в формирование максимально эффективной бюджетной системы страны.

Межбюджетные отношения – это экономическая и политическая составляющие страны, которые поддерживают существование бюджетной системы в должном состоянии. Они способны как сохранить, так и разрушить единство и целостность федерального государства, если регионы ослабнут. Основные поступления закрепляются за федеральным центром, а большая часть расходов возлагается на регионы и муниципалитеты. При возникновении вертикального бюджетного дисбаланса осуществляется вертикальное финансовое выравнивание, с помощью межбюджетных трансфертов. Они в свою очередь подразделяются на две группы: предоставление целевой финансовой помощи регионам и дотации на выравнивание уровня бюджетной обеспеченности [18].

Выравнивание трансфертов в межбюджетном регулировании занимают ведущую роль не только в России, но и в Канаде, Германии, Австралии. Федеральное правительство старается обеспечивать на всей своей территории равные возможности для граждан по получению бюджетных услуг. Большинство стран выравнивают трансферты с учетом налогового потенциала территорий.

Для решения стратегических задач при межрегиональном выравнивании помогают федеральные программы регионального развития. Но более выравнивающую способность несут комплексные региональные программы, систематизировано решая проблем регионов.

Подведем итоги, рассмотрев поддержку местных бюджетов в Российской Федерации.

В бюджете субъекта РФ формируется региональный фонд финансовой поддержки поселений, из которого получают дотации все городские и сельские поселения субъекта Российской Федерации. Размер дотаций определяется для каждого поселения субъекта Российской Федерации в соответствии с численностью жителей поселения из расчета на одного жителя. Ни при каких условиях не может приходиться различный объем средств финансовой помощи на каждого жителя, так как Закон субъекта Российской Федерации устанавливает [19]:

• единые для всех муниципальных районов субъекта РФ нормативы отчислений в бюджеты муниципальных районов от налогов специальных налоговых режимов, отдельных федеральных и (или) региональных налогов и сборов, которые подлежат зачислению в бюджет субъекта Российской Федерации;

• единые для всех поселений субъекта РФ нормативы отчислений в бюджеты поселений от налогов специальных налоговых режимов, отдельных федеральных и (или) региональных налогов и сборов, которые подлежат зачислению в бюджет субъекта Российской Федерации.

Эти нормативы рассчитываются как совокупность нормативов, которые были установлены для муниципальных районов и поселений соответствующего субъекта РФ. Дополнительные нормативы отчислений в местные бюджеты исчисляются как отношение расчетного объема дотаций поселению из регионального фонда финансовой поддержки к прогнозируемому объему налога на доходы физических лиц. В течение финансового года изменение дополнительных нормативов отчислений от налога на доходы физических лиц в бюджеты поселений не допускается.

Средства, получаемые по дополнительному нормативу поселением сверх объема расчетной дотации или части расчетной дотации из регионального фонда финансовой поддержки поселений, будет изъято в бюджет субъекта Российской Федерации.

Дополнительные нормативы отчислений от налога на доходы физических лиц, подлежащие зачислению в бюджет субъекта Российской Федерации и в бюджеты поселений, входящих в состав соответствующих муниципальных районов, могут распределяться представительными органами муниципальных районов, если их наделили полномочиями в соответствии с законом субъекта Российской Федерации. Этот закон дает органам местного самоуправления муниципальных районов полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации по предоставлению и расчету дотаций поселениям за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации [20].

В составе бюджетов муниципальных районов также могут образовываться районные фонды финансовой поддержки поселений, из которых будет предоставляться финансовая помощь в виде дотаций и субсидий, соответствующих нормативным правовым актам представительного органа муниципального района, которые приняты в соответствии с требованиями Кодекса РФ. Что является дополнительным методом выравнивания финансовых возможностей органов местного самоуправления поселений и помощью при осуществлении своих полномочий по вопросам местного значения.

Порядок образования районных фондов финансовой поддержки поселений, распределение дотаций из этого фонда устанавливается законом субъекта Российской Федерации. Объем же утверждает представительный орган муниципального района своим решением о бюджете муниципального района на очередной финансовый год. При расчете критерия выравнивания расчетной бюджетной обеспеченности поселений муниципального района устанавливается уровень, который не превышается расчетной бюджетной обеспеченностью дотаций из районного фонда финансовой поддержки поселений [21].

С последней реформой бюджетного законодательства принципиально новым стало закрепление доходных источников на постоянной основе за местными бюджетами и некоторыми федеральными налогами. Данные доходные источники отличаются от регулирующих налогов, используемых ранее, тем, что не изменяются ежегодно и являются основой финансовой самостоятельности муниципальных образований.

Реализация необходимых мер по повышению эффективности межбюджетных отношений должна обеспечить завершение в целом процесса системного реформирования межбюджетных отношений, создание эффективной, устойчивой и прозрачной системы финансовых взаимоотношений между органами власти в Российской Федерации.

Глава VII

Факторы устойчивого развития организации

Особенности применения концепции устойчивого развития по отношению к деятельности организации как социально-экономической системы

Проблема адаптации к изменениям факторов внешней среды и устойчивого развития является актуальной для хозяйствующих субъектов, осуществляющих различные виды деятельности в условиях сформировавшегося рынка. На протяжении первого десятилетия реформ российской экономики, а также в результате негативных последствий финансовых кризисов 1998 года и 2008–2009 годов особую значимость для российских предприятий приобрела модель «выживание», характеризующаяся крайним ограничением возможностей не только для развития, но и для приспособления к изменяющимся факторам внешней среды. По мере стабилизации условий функционирования организации на первый план выдвигаются проблемы обеспечения её устойчивого развития.

Традиционно понятие «устойчивость» ассоциируется с надежностью, безопасностью, прогнозируемостью, поэтому применение концепции устойчивого развития по отношению к организации как социально-экономической системе представляется актуальным и целесообразным. С другой стороны, вполне обоснованным является вопрос: корректно ли говорить о возможности устойчивого развития организации в условиях современного российского рынка, одна из основных характеристик которого – высокий уровень динамики факторов макросреды субъектов рынка и как следствие – параметров рыночной конъюнктуры? Поэтому, прежде всего, следует определить, что понимается под устойчивым развитием организации.

В научной среде не утихает полемика относительно определения категории «устойчивость» и возможности обеспечения устойчивого развития социально-экономической системы в условиях современного рынка. В конце XIX века А.М. Ляпуновым было дано следующее определение устойчивости применительно к динамическим системам, в качестве которой целесообразно рассматривать и организацию: «Траектория будет называться устойчивой, если для сколь угодно малого предельного отклонения, определяющего коридор устойчивости, можно указать такие ограничения для возмущений, при которых система не выйдет из этого коридора» [8]. По поводу категории «развитие системы» также не было выявлено единого мнения. Но с учетом особенностей функционирования организаций в условиях современного рынка предлагается принять следующую точку зрения: «…под развитием… понимается переход целеустремленной системы ко все более эффективным методам, сферам и масштабам деятельности» [9]. На рисунке 1 приведена схема, представляющая декомпозицию категории «устойчивость» применительно к организации. Так, устойчивость системы предполагает вероятность одного из двух ее состояний: стабильность (равновесное состояние) или устойчивое развитие.

Рис. 1. Декомпозиция категории устойчивость применительно к деятельности организации

Применительно к организации как открытой системе различают два вида устойчивости, отражающих характер равновесия в каждом случае (рис. 2). Так, устойчивость первого рода означает способность организации возвращаться в исходное состояние после выхода из равновесия. В данном случае говорят о статическом равновесии. При этом система, сохраняя прежнюю структуру, приходит в состояние равновесия и имеет место гомеостатическое равновесие.

Рис. 2. Виды устойчивости системы в зависимости от типа равновесия

Устойчивость второго рода предполагает, что после выхода системы из состояния равновесия, она переходит в состояние колебания вблизи нового равновесного состояния. В таком случае говорят о динамическом равновесии, которое характеризуется перестройкой структуры и ростом системы. Если в результате отклонений от равновесного состояния структура системы была разрушена, и система перешла в новое состояние, то имеет место энтропийное равновесие.

В научной среде высказываются мнения относительно того, что «…устойчивость может быть присуща не только фиксированному состоянию системы, но и ее изменениям» [1]. При этом выделяются следующие основные виды устойчивости:

• систематическая устойчивость развития, характеризующаяся такими изменениями, которые завершаются приращением результата не ниже допустимого минимума и не выше объективно детерминированного максимума;

• перманентная устойчивость развития, когда изменения проявляются лишь эпизодически и непродолжительно;

• гиперустойчивость развития, возникающая в том случае, когда система мало способна к развитию.

Понятие «устойчивость» тесно связано с такой категорией, как «гомеостазис». Гомеостазис – тип динамического равновесия, характерный для сложных саморегулирующихся систем и состоящий в поддержании существенно важных для сохранения системы параметров в допустимых пределах [11]. Следует отметить, что изначально термин «гомеостазис» применялся для описания процессов в биологических системах. Позднее это понятие стало применяться шире: в психологии, кибернетике, социологии и других науках.

Применительно к социально-экономическим системам понятие «гомеостазис» трактуется неоднозначно. Так, существует точка зрения, согласно которой под гомеостазисом понимается неизменность параметров рассматриваемой системы по отношению к влиянию факторов внешней среды. Другая позиция характеризует гомеостазис как неизменность соотношения параметров системы и факторов внешней среды. Последний подход представляется предпочтительным при рассмотрении проблемы устойчивого развития организации как социально-экономической системы, прежде всего, в силу ограниченности адаптационного потенциала организации, а также весьма ограниченных возможностей по оказанию влияния на состояния факторов микро- и макросреды. С учетом вышеизложенного применительно к организации предлагается использовать следующий подход: гомеостазис или адаптация – совокупность управленческих приспособительных реакций в системе управления, обеспечивающих неизменность отношений системы с внешней средой.

Сложно говорить о каком-либо абсолютном уровне устойчивости применительно к деятельности организации. Так, Б.Л. Кучин и Е.В. Якушева [10] считают, что «.слишком устойчивая система к развитию неспособна, т. к. она подавляет любые отклонения от своего гиперустойчивого состояния». Поэтому для перехода в качественно новое состояние система должна оказаться неустойчивой. В то же время перманентная устойчивость – это тоже крайность, вредная для развивающейся системы, поскольку исключает запоминание, закрепление в системе характеристик, полезных для взаимодействия с внешней средой. Можно предположить, что с учетом нестабильности факторов как внешней, так и внутренней среды, а также положений концепции жизненного цикла, предполагающей неизбежность смены этапов развития организации (причем, продолжительность этапов, во многом, определяется особенностями развития отраслевого рынка), наиболее рациональным представляется достижение организацией состояния систематической устойчивости.

С учетом вышеизложенного предлагается рассматривать устойчивое развитие организации как процесс, направленный на обеспечение развития в соответствии с принятой стратегией, предполагающий достижение и поддержание состояния систематической устойчивости, основанной на гомеостазисе системы, и характеризующийся эффективностью и безопасностью последней. При этом существенным условием устойчивого развития является изменение показателей, отражающих состояние организации, в пределах установленных значений. В случае возникновения изменений, превышающих установленные ограничения, состояние устойчивости нарушается. Следовательно, для управления устойчивым развитием предприятия актуальным является вопрос выявления спектра показателей-индикаторов и определения их пороговых значений с учетом отраслевых особенностей условий функционирования исследуемой организации. Необходимость учета отраслевой специфики определила дальнейшее рассмотрение методики оценки потенциала устойчивого развития организации на примере грузового автотранспортного предприятия.

Классификация факторов устойчивого развития организации

Управление устойчивым развитием организации предполагает необходимость выявления, исследования и прогнозирования факторов внешней и внутренней среды, влияющих на состояние устойчивости и возможность организационного развития. На рисунке 3 приведена схема, характеризующая совокупность факторов устойчивого развития организации.

Факторы устойчивого развития организации могут быть дифференцированы по ряду признаков, а именно:

• по признаку «природа источника возникновения»: техногенные – вызванные последствиями функционирования технических систем и (или) их нарушениями, естественные – связанные с природно-климатическими явлениями и использованием природных ресурсов, антропогенные – вызванные деятельностью человека, рыночные – связанные с конъюнктурой рынка, экономические – обусловленные действием экономических законов;

Рис. 3. Факторы устойчивого развития организации

• по признаку «объект воздействия»: факторы социального (изменение среднего уровня образования населения и др.), экономического (высокий уровень инфляции и др.), экологического (ужесточение требований экологического характера к деятельности организации и др.) и комплексного характера воздействия (значительная часть факторов устойчивого развития характеризуется комплексным характером воздействия);

• по признаку «степень предсказуемости воздействия»: прогнозируемые (уровень инфляции, отказ техники и др.) и непрогнозируемые (дорожно-транспортные происшествия и др.) факторы;

• по признаку «направленность оказываемого влияния»: позитивные (снижение уровня налоговой нагрузки на бизнес и др.), негативные (появление нового крупного конкурента и др.) факторы;

• по признаку «степень опосредованности влияния»: прямые (снижение цен на энергоресурсы и др.) и косвенные (смена правительства и др.) факторы;

• по признаку «непрерывность оказываемого влияния»: дискретные (хищение груза и др.), циклические (сезонная динамика спроса и др.) и постоянные (инфляция и др.) факторы;

• по признаку «возможность управления воздействием»: управляемые (факторы внутренней среды организации и др.) и неуправляемые факторы (факторы макросреды организации – политические, социальные, экономические и т. д.);

• по признаку «продолжительность оказываемого воздействия»: факторы длительного (изменение спроса на транспортные услуги и др.) и краткосрочного /разового воздействия (отказ техники и др.);

• по признаку «масштаб влияния»: факторы локального (банкротство клиента и др.) и глобального действия (системный экономический кризис и др.).

Исследование факторов устойчивого развития в соответствии с представленной классификацией позволяет охарактеризовать влияние, оказываемое тем или иным фактором на организацию и подобрать соответствующие методы адаптации.

Например, весьма значимым, несмотря на свою малую изменчивость, фактором микросреды, влияющим на устойчивость развития организации, является конкурентная структура отраслевого рынка. Под конку – рентной структурой в данном случае подразумевается совокупность основных рыночных характеристик (число и размер фирм-участников рынка, степень дифференциации товаров/услуг, наличие барьеров входа/выхода, открытость рыночной информации). Например, в случае, когда предприятие, оказывающее транспортные услуги, удовлетворяет спрос потребителей, не имея прямых конкурентов, его устойчивая деятельность в области производства и сбыта во многом определяется состоянием и динамикой факторов внутренней среды (квалификация персонала, техническая оснащенность и применяемые технологии, эффективность рекламной деятельности и др.). Положение изменяется, когда на рынке появляются конкуренты. Тарифы на услуги, объемы реализации услуг каждого предприятия в случае конкурентного рынка будут зависеть от действий всех производителей, выступающих на данном рынке.

Устойчивое развитие организации предполагает вероятность временной замены стационарного режима работы на трансформационный, в рамках которого и осуществляется процесс гомеостазиса или адаптации в соответствии с изменениями факторов внешней и внутренней среды. Процесс адаптации сопровождается изменениями в деятельности организации, в частности, изменениями параметров, характеризующих рыночное поведение. К числу таких параметров следует отнести объем и ассортимент выпускаемых товаров (реализованных услуг), тарифную политику, стратегию, кадровую политику (в части найма и мотивации труда персонала), маркетинговую, сбытовую политику и др.

Применение концепции устойчивого развития к исследованию организации как сложной социально-экономической системы во многом опирается на теорию микроэкономики, основанную на постулатах классической экономики А. Смита, Д. Рикардо, работах А. Курно, Д. Хикса и других ученых. Очевидно, что влияние рыночных факторов, в частности конкурентной структуры, являющейся, как уже отмечалось, относительно стабильным фактором, накладывает определенные ограничения на поведение организации и во многом определяет условия получения экономической прибыли. Такой подход к анализу поведения организации отражает «Гарвардская парадигма SCP» – «Structure- Conduct – Performance» («Структура-Поведение-Результативность») в виде схемы, представленной на рисунке 4.

Рис. 4. Графическая интерпретация парадигмы «Структура-Поведение-Результативность»

На практике идентификация конкурентной структуры, характерной для отраслевого рынка, является не столь простым вопросом, как это может показаться на первый взгляд. Базовые условия, определяющие конкурентную структуру отраслевого рынка, включают данные по таким параметрам рынка, как: число производителей и покупателей, наличие и высота барьеров входа/выхода, степень дифференциации товара (услуг), наличие рыночной власти у субъектов рынка^.

1 Рыночная власть – ситуация, при которой субъект рынка обладает возможностью влиять на рыночную ситуацию посредством изменения цены товара и объема выпуска.

Конкурентная структура отраслевого рынка зависит и от характеристик спроса и предложения. Как правило, при эластичном спросе, снижающем вероятность получения производителем рыночной власти, цена устанавливается на более низком уровне, нежели в случае неэластичного спроса. Высокие темпы роста спроса также способствуют ослаблению рыночной власти отдельных производителей и повышению уровня конкуренции на отраслевом рынке. Эффект масштаба, обусловливающий наличие экономии при достижении определенного объема производства, определяет число предприятий, которые эффективно могут функционировать на отраслевом рынке. Такая характеристика рынка, как минимально эффективный выпуск (МЭВ) – объем выпуска, соответствующий минимальному уровню средних издержек отрасли, во многом зависящий от технологических особенностей отраслевого производства, – позволяет рассчитать нормальное число фирм, которое может «вместить» отраслевой рынок, через отношение емкости рынка и величины МЭВ.

Кроме того, на формирование конкурентной структуры отраслевого рынка оказывают влияние и такие факторы, как наличие вертикально интегрированных и диверсифицированных компаний, поведение компаний в долгосрочном периоде (вход, выход с рынка), стохастические факторы (процессы эволюционного характера в отрасли).

Определяя конкурентную структуру того или иного рынка, следует, прежде всего, определиться с границами исследуемого рынка. Так, например, конкурентная структура российского рынка грузовых автоперевозок по ключевым признакам представляется наиболее близкой к условиям чистой конкуренции (рис. 5). Такая структура отражает рыночную ситуацию, при которой предприятия – участники рынка не имеют рыночной власти и соответственно не располагают возможностью оказывать влияние на сложившийся уровень цен. В условиях чистой конкуренции в отличие от совершенной конкуренции предприятия-субъекты рынка характеризуются разным уровнем издержек, вследствие чего у предприятий с более низким уровнем издержек появляется возможность получать прибыль. Разный уровень издержек может быть обусловлен как неодинаковым качеством используемых ресурсов, так и разной эффективностью их применения. Поэтому можно сделать вывод о том, что для грузовых автотранспортных предприятий одним из ключевых способов получения экономической прибыли в условиях рынка чистой конкуренции является, прежде всего, повышение эффективности использования ресурсов.

Еще одна возможность получения организацией экономической прибыли (прибыль рассматривается как необходимое условие устойчивого развития) в условиях чистой конкуренции – выход на новые рынки или рыночные ниши, в рамках которых организация имеет возможность воспользоваться преимуществами монопольного положения.

Рис. 5. Признаки чистой конкуренции

Экономистами было замечено, что чем выше показатель концентрации и ниже уровень развития конкуренции в отрасли, тем устойчивее отношения участников рынка. Как уже было отмечено, рынок услуг грузового автотранспорта по своей структуре приближен к условиям чистой конкуренции, для которой характерен низкий уровень концентрации. В силу вышеизложенного проблема устойчивого развития для предприятий грузового автотранспорта представляется весьма актуальной.

В процессе анализа и оценки влияния, оказываемого рыночными факторами на устойчивое развитие организации, помимо конкурентной структуры следует учитывать и ряд других характеристик рынка. Так, например, рынок грузовых автоперевозок по признаку «условия функционирования» является открытым и стихийным (отсутствие регулирования со стороны участников рынка).

Как уже отмечалось, при анализе конкурентной структуры отраслевого рынка следует учитывать действие факторов стохастического характера. Согласно «закону Жибра» [7], уровень концентрации в отрасли наряду с факторами технологического и поведенческого характера, характеризующими деятельность предприятий-участников рынка, определяется также и стохастическими факторами. На основе исследования эмпирических данных было установлено, что изначально конкурентная отрасль по истечении определенного периода времени (порядка 100–150 лет) становится более концентрированной. В качестве таких стохастических факторов предлагается рассматривать не только процессы, сопровождающие эволюционное развитие отрасли, но и финансовые кризисы в экономике. Так, кризисы 1998 года, 2008–2009 годов привели к уходу значительного числа компаний с рынка грузовых автоперевозок. При этом более сильные компании, оставшиеся на рынке, воспользовались ситуацией, чтобы «вырасти» именно за счет перераспределения долей рынка в период неблагоприятной рыночной конъюнктуры. Актуальность такого сценария не снижается и в настоящее время.

Таким образом, можно сделать предположение о постепенной трансформации конкурентной структуры рынка грузовых автоперевозок из модели чистой конкуренции в модель монополистической конкуренции (рис. 6), что потребует соответствующей корректировки поведения автотранспортных предприятий в рамках адаптации к изменяющимся условиям.

Рис. 6. Признаки рынка монополистической конкуренции

Среди особенностей поведения предприятий на рынке монополистической конкуренции следует отметить возможность получения рыночной власти посредством дифференциации оказываемых услуг. При этом в качестве факторов дифференциации транспортных услуг можно рассматривать рекламу, формирование бренда, уровень качества транспортного обслуживания клиента и др. Также к особенностям поведения предприятия на рынке монополистической конкуренции следует отнести процесс ценообразования, который в отличие от условий чистой конкуренции для участников рынка является активным и управляемым.

Таким образом, рыночное поведение организации, корректирующееся в результате её адаптации к воздействиям со стороны факторов внешней и внутренней среды и определяющее эффективность деятельности и перспективы развития, во многом зависит от конкурентной структуры отраслевого рынка. Данный фактор относится к внешним прогнозируемым неуправляемым факторам рыночного характера, характеризующийся комплексным негативным (в ряде случаев – позитивным) прямым постоянным, длительным воздействием локального масштаба. По силе и длительности воздействия конкурентную структуру рынка можно отнести к числу ключевых факторов устойчивого развития организации. Так как данный фактор можно отнести к числу прогнозируемых, то организация располагает определенным запасом времени для того, чтобы, выбрав соответствующие методы управления, адаптироваться к новым условиям функционирования.

С целью выявления и дальнейшего снижения негативного воздействия факторов важно определить те показатели, изменение которых является критичным для состояния устойчивости организации и поэтому допускается только в определенных диапазонах значений.

Оценка потенциала устойчивого функционирования и развития организации

В то время как факторы макросреды трудно поддаются прогнозированию, будущее состояние факторов внутренней среды организации представляется более определенным. Так, например, Г.З. Щербаковский [13] предположил, что хозяйственная стохастичность поддается описанию и количественным характеристикам, и это, в свою очередь, позволяет прогнозировать условия деятельности организации и применять соответствующий тип менеджмента – превентивный. При этом следует учитывать, что одним из ключевых этапов в процессе управления является оценка состояния объекта управления, в частности его потенциала. Оценка потенциала устойчивого развития позволяет прогнозировать состояние исследуемой системы (организации) и разрабатывать соответствующие управленческие решения.

Под потенциалом традиционно понимается величина, характеризующая источники, возможности, средства, запасы, которые могут быть использованы для решения задач в рамках реализации поставленной цели. Тогда потенциал устойчивого развития организации можно рассматривать как величину, характеризующую, прежде всего, возможности и средства, которыми располагает организация, и которые могут быть использованы для решения задач, связанных с обеспечением ее устойчивого развития.

Рассматривая вопрос оценки устойчивости и устойчивого развития организации, следует отметить, что для решения этой задачи предлагаются различные методические подходы. Например, оценку устойчивого развития системы через такие показатели, как эффективность и безопасность предложил А.В. Ильичев [3]. Специфика условий функционирования предприятий малого бизнеса отражена в подходе к оценке экономической устойчивости предприятия, предложенной К.В. Лушпининым [4]. Согласно данному подходу, предлагается использовать такие показатели, как: организационная мобильность; устойчивость бизнеса; инновационная активность. Показатель организационной мобильности, свидетельствуя о способности предприятия к адаптации в условиях изменения внешней среды, характеризует мобильность организационной структуры, адаптационные возможности элементов организации. Показатель устойчивости бизнеса характеризуется коэффициентом текущей ликвидности, коэффициентом обеспеченности собственными средствами, коэффициентом автономии. Инновационную активность предприятия предлагается рассматривать как показатель соотношения числа внедренных инновационных проектов в отчетном и базисном периодах. Положительная динамика показателей экономической устойчивости характеризует процесс устойчивого развития исследуемого предприятия.

Существуют предложения по оценке устойчивости предприятия на основе измерения потенциала предприятия и динамики результатов его деятельности. Так, с целью оценки потенциала предлагается определять показатели, характеризующие уровень развития предприятия, а также резервы его роста, а динамику оценивать на основе показателя темпов роста выручки по основным видам деятельности [2].

Среди рассматриваемых методик оценки устойчивого развития особое место занимают методы, основанные на построении интегрального показателя, предполагающие оценку состояния исследуемой системы по различным аспектам производственно-хозяйственной деятельности. Например, А.К. Покровский [6] предлагает рассматривать устойчивость деятельности предприятия через построение интегрального показателя β:

β = f (1,2,3….8), (1)

где 1,2,3….8 – показатели, характеризующие финансово-экономическую стабильность предприятия, производственно-хозяйственную деятельность, экологию производственной деятельности, степень удовлетворенности потребителей, функционирование предприятия в конкурентной среде, состояние спроса, состояние рыночной среды поставщиков и изменение рыночной среды соответственно.

При использовании такого подхода возникают определенные трудности, связанные с расчетом индексов и определением значимости рассматриваемых показателей. Так, в большинстве случаев, перевод оценок по исследуемым показателям в индексы предполагает выбор эталонного (базового) значения, с которым и соотносится фактическое значение. Очевидно, что определение отраслевых эталонных значений представляется возможным далеко не по всем группам показателей. Например, при оценке показателей, характеризующих финансовое состояние предприятия (коэффициент автономии, коэффициент покрытия и др.), целесообразно ориентироваться на рекомендуемые соответствующими методиками значения. По технико-эксплуатационным, социальным, рыночным и ряду других групп показателей ситуация складывается иная, требующая учета особенностей функционирования конкретной организации. В указанных случаях в качестве базовых можно принять среднеотраслевые значения оцениваемых показателей, значения показателей, характеризующего деятельность организации – лидера рынка (сегмента), значения показателей исследуемой организации за прошлые (более благоприятные) периоды времени.

Определение же весовых коэффициентов, как правило, основывается на субъективных оценках, что в итоге оказывает влияние на искомый интегральный показатель. Поэтому при решении вопроса о значениях весовых коэффициентов рекомендуется применять метод экспертных оценок, привлекая к сотрудничеству экспертов, имеющих опыт руководящей работы в организациях конкретной отрасли. При корректном подборе экспертов полученные весовые коэффициенты будут отражать особенности текущей ситуации в отрасли, характеризуя актуальность и проблематичность тех или иных аспектов деятельности организации. Так, например, в случае ситуации, характеризующейся дефицитом предложения на отраслевом рынке труда, социальные показатели, вероятно, получат более высокий ранг, отражающий их значимость. В условиях же ужесточения требований экологического характера к деятельности предприятия на первый план могут выйти показатели соответствующей группы и т. д.

Отмечается, что показатели, используемые для оценки потенциала устойчивого развития организации, должны отвечать следующим требованиям: экономическая обоснованность и объективность; возможность формализации; конкретность толкования полученных результатов и др. Применение с целью оценки потенциала устойчивого развития организации метода расчета интегрального показателя на основе средневзвешенной суммы ранговых свойств, характеризующих преимущественно состояние и использование факторов внутренней среды организации, представляется соответствующим вышеуказанным требованиям.

Использование метода построения интегрального показателя ранговых свойств применительно к оценке потенциала устойчивого развития организации предполагает выполнение последовательности действий.

Исходные данные по организации представляются в виде набора векторов Ai: Ai=(ai,…aiNi), где i – номер группы показателей (i=1,I); Ni —число анализируемых показателей в i-й группе.

В качестве нормативных значений показателей (bij) предлагается предлагается принять лучшие значения для исследуемой совокупности организаций или среднее значение показателя по исследуемой организации за предыдущие периоды времени – Т лет (число Т определяется динамикой макроэкономической среды, предлагается принять значение Т в интервале 5–7 лет).

Стандартизация показателей в группах осуществляется посредством нахождения параметрического индекса по формулам:

Формула (2) применяется для показателей, рост которых приводит к увеличению интегрального показателя, формула 3 – применяется в противном случае.

Интегральный показатель устойчивости определяется по формуле:

где a'ij – параметрический индекс по j-му показателю i-й группы;

βij – коэффициент значимости показателей i-й группы [12].

С целью интерпретации полученных результатов следует установить соответствующие интервалы, позволяющие осуществить оценку потенциала устойчивого развития организации. Для определения соответствующих интервалов значений интегрального показателя предполагается использование экспертных оценок. Положительная динамика интегрального показателя устойчивости за анализируемый период позволяет сделать вывод о наличии потенциала устойчивого развития у исследуемой организации.

Далее приведено описание применения методики оценки потенциала устойчивого развития на примере грузового автотранспортного предприятия. При этом предлагается использовать следующие группы показателей: экономические, финансовые, социальные, технико-эксплуатационные, организационные, инвестиционные, рыночные, экологические и инновационные (табл. 1).

Таблица 1. Показатели, рекомендуемые для оценки потенциала устойчивого развития грузового автотранспортного предприятия

*пояснения к приведенным формулам представлены в таблице 2.

Таблица 2. Обозначения показателей, используемых для оценки потенциала устойчивого развития грузового автотранспортного предприятия

Представляется необходимым отметить особенности применения некоторых из приведенных в таблице 1 показателей. Например, по данным исследований Е.С. Кузнецова и В.Г. Дажина, у автомобиля, выработавшего свой ресурс или срок службы (для грузовых автомобилей этот срок составляет порядка 6–9 лет), на 40 % и более возрастает расход запасных частей и на 10–25 % расход горючесмазочных материалов [5]. Таким образом, рациональное управление возрастной структурой парка (коэффициент износа транспортных средств) позволяет улучшить значения показателей таких групп, как технико-эксплуатационные, экономические, экологические, рыночные и социальные. Однако следует отметить, что при инвестировании значительных средств в обновление парка подвижного состава повышается вероятность ухудшения на определенный период показателей финансового характера.

Следует отметить, что ряд показателей, в основном, относящихся к группе «финансовые» (коэффициент покрытия, коэффициент автономии), имеют рекомендованные нормативные значения, которых следует придерживаться в процессе оценки. Значения же таких показателей, как уровень административной нагрузки, коэффициент обновления основных фондов производственного назначения, коэффициент выпуска, рентабельность перевозок, соотношение постоянных и разовых клиентов, структура персонала по уровню образования, квалификации и ряда других показателей во многом определяются особенностями функционирования конкретного предприятия. Поэтому при оценке значений таких показателей представляется целесообразным использовать экспертные оценки, а также данные, полученные с помощью бенчмаркинга. Следуя вышеприведенной методике, получив экспертные оценки значимости рассматриваемых показателей, а также, рассчитав индексы по каждому из них, в результате получаем значение интегрального показателя, характеризующего потенциал предприятия с точки зрения возможности обеспечения его устойчивого развития.

В таблице 3 приведены расчеты, выполненные на основе эмпирических данных, полученных в результате проведенного интервью с руководителем автотранспортного предприятия, относящегося к субъектам малого предпринимательства.

Таблица 3. Пример определения интегрального показателя потенциала устойчивого развития автотранспортного предприятия

При использовании предложенной методики определенные трудности возникают на этапе интерпретации полученного значения интегрального показателя. Что считать нормой? При каком значении интегрального показателя можно говорить о ситуации, соответствующей состоянию устойчивого развития предприятия?

В процессе анализа рассчитанного на основе аналитических данных интегрального предлагается исходить из того утверждения, что в идеальном случае ИП = 1 (все исследуемые показатели соответствуют нормативным или рекомендуемым значениям). Поэтому в рассматриваемом примере (табл. 3) можно сделать вывод о том, что условия устойчивого развития транспортного предприятия выполняются на 71 %, что в целом позволяет судить о наличии потенциала устойчивого развития предприятия в случае выявления положительной динамики исследуемого показателя за исследуемый период.

Таким образом, как экономическая категория, потенциал устойчивого развития организации характеризуется качественным содержанием и количественным выражением. При этом количественные характеристики могут быть выражены конкретными экономическими показателями, отражающими отраслевую специфику деятельности исследуемой организации.

Глава VIII

Финансы как инструмент государственного регулирования экономических процессов

Становление и развитие финансовой науки в России связано с именами Ю. Крижанича (1617–1683), Г. Котошихина (ок. 1630–1667), И. Т. Посошкова (1665–1726), Н. И. Тургенева (1789–1871), М. Ф. Орлова (1788–1842), И. Я. Горлова (1814–1890), В. А. Лебедева (1833–1909), И. И. Янжула (1846–1914), И. Х. Озерова (1869–1942), А. И. Буковецкого (18811972) и других отечественных исследователей. Как и на Западе, сформировавшееся в России к концу XIX в. научное направление имело очевидную направленность на публичные союзы, главным образом, государство.

В настоящее время финансы – значимая часть экономических отношений, связанных с аккумулированием, распределением и использованием централизованных и децентрализованных фондов денежных средств в целях выполнения государством своих функций и задачи обеспечения условий для расширенного воспроизводства.

Фонды финансовых ресурсов образуются и используются в различных сферах денежных отношений, каждая из которых представляет собой определенный канал распределения соответствующей части национального дохода. Эти сферы составляют отдельные, но взаимосвязанные финансовые звенья (институты). Совокупность входящих в состав финансовых звеньев в их взаимосвязи образует финансовую систему государства.

Финансовая система представляет собой совокупность финансовых отношений, позволяющих образовывать, распределять и использовать фонды денежных средств государства, муниципальных образований, а также различных организаций и отраслей народного хозяйства.

Дискуссии по проблемам определения знаковых точек финансовой системы России не утихают с момента появления самой этой системы в её современном состоянии. Мировой кризис придал этой дискуссии новый импульс и заострил многие, ранее остававшиеся в тени вопросы. Среди них проблема меры социальной ориентации финансовой системы, вопрос о пределах и методах государственного вмешательства в финансовые процессы и мере прозрачности государственных и частных финансовых институтов, о необходимости и возможности общественного контроля за их деятельностью.

Решение этих проблем предполагает обсуждение некоторых объективно сложившихся условий возможных направлений трансформации отечественной финансовой системы. Глубина проблем, с которыми сталкивается российская экономика, требует увеличения расходов расширенного правительства (консолидированный бюджет + бюджеты государственных внебюджетных фондов). Сейчас эта величина колеблется на уровне примерно 38–39 % ВВП. Опыт ряда стран, проводящих последовательную социально-ориентированную экономическую политику в Западной Европе и Латинской Америке, на протяжении не одного десятилетия, показывает, что переход на инновационный путь развития, осуществляемый не за счет, а благодаря последовательным социальным приоритетам, сочетается со значимой долей расходов государства: до 50–55 % ВВП.

Разумеется, в этом случае важен вопрос об источниках наполнения бюджета, для наращивания которых, прежде всего, необходимо расширить налоговые льготы для долгосрочных инвестиционных проектов в реальном секторе. В первоочередном порядке такие льготы должны предоставляться следующим отраслям и подотраслям:

а) определяющим прогрессивные структурные сдвиги в экономике;

б) находящимся в недопустимо угнетенном состоянии, угрожающем экономической безопасности страны.

Стимулирующее воздействие этих льгот приведет к росту производства и, как следствие, к увеличению налоговой базы. Одним из источников роста доходов бюджета должно стать введение прогрессивного подоходного и прогрессивного имущественного налога. Такие налоги, во-первых, будут способствовать сглаживанию неоправданно высокой социальной дифференциации населения и, во-вторых, стимулировать перенацеливание предпринимательских доходов с непроизводительных целей на инвестирование.

Другим источником роста доходов бюджета должен стать переход от изъятия природной ренты через налоги, малочувствительные к экономической оценке эксплуатируемых природных ресурсов, к дифференциальным рентным отчислениям в соответствии с мировой практикой.

Не менее важно обеспечить региональные и местные бюджеты устойчивыми самостоятельными источниками доходов, с тем, чтобы прекратить практику формирования этих бюджетов в основном за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, не гарантирующих при этом исполнение расходных обязательств местных и региональных бюджетов.

Обращаясь к расходам, надо заметить, что последовательная ориентация на социальные приоритеты требует направить весь предполагаемый прирост бюджета на увеличение социальных расходов и расходов на поддержку национальной экономики, поскольку именно эти статьи расходов в современной системе государственных финансов России неоправданно занижены как по сравнению с мировой практикой, так и с насущными потребностями российского общества.

В частности, долю расходов государственного бюджета на образование в федеральном бюджете необходимо поднять с 4 % до 8–9 %, в консолидированном бюджете – с 7 % до 14–16 %, с тем чтобы довести долю общих расходов на образование (частных и государственных) с 4,7 % ВВП до 10–12 % ВВП. Этот уровень является минимально необходимым, чтобы переломить сложившуюся тенденцию к деградации системы образования. В современной финансовой системе России, однако, господствуют иные тенденции. Так, доля расходов на образование, достигнув 4,6 % в 2012 году, резко снизилась в 2014 году – до 3,3 % от всех расходов федерального бюджета (табл. 1).

Таблица 1. Расходы по основным разделам федерального бюджета в 2013–2015 гг. (без учёта условно утверждённых расходов)

Источник: Минфин.

То же самое происходит с расходами на здравоохранение: максимум приходится на 2012 год – чуть более 4 %, а к 2014 году их доля упадет до 3 %. На наш взгляд, долю расходов на здравоохранение в федеральном бюджете необходимо поднять от нынешнего максимума в четыре с небольшим процента до уровня в 8–9 %, а в консолидированном бюджете – с 8 % до 12–14 %, чтобы довести общие расходы на здравоохранение до уровня в 10–12 % ВВП. Для справки: даже в США, стране с преимущественно либеральной экономической политикой, при высокой доле расходов на оборону в 4,7–4,8 % ВВП, доля расходов на здравоохранение постоянно растет и составляет 19,6 % ВВП, причем на здравоохранение тратится 17,6 % всех бюджетных расходов, в то время как в России, по данным ВОЗ, – только 8,5 % расходов бюджета (табл.1).

Расходы на научные исследования и опытно-конструкторские разработки (НИОКР) как в федеральном, так и в консолидированном бюджете должны быть увеличены, с тем, чтобы довести общий уровень расходов на НИОКР до 3–3,5 % ВВП. При этом необходимо обеспечить большее разнообразие каналов финансирования науки наряду с сохранением финансирования через существующие организационные структуры для поддержания сложившихся научных школ. Между тем, согласно планам правительства, расходы бюджета на НИОКР гражданского назначения в процентах к ВВП будут «планомерно» сокращаться: в 2012 году они составили 0,55 %, в 2013 г. – 0,51, в 2014 – 0,39.

Совершенно необходимым представляется увеличение бюджетных ассигнований на поддержку национальной экономики, в том числе на реконструкцию отраслей национальной производственной инфраструктуры, и на поддержку жизнеобеспечивающих отраслей, от которых зависит экономическая и социальная безопасность страны, в частности аграрного сектора и жилищно-коммунального хозяйства. Уровень этих расходов должен определяться разработкой и принятием соответствующих государственных программ.

Необходимым представляется также повышение уровня расходов на социальную поддержку населения – на совершенствование пенсионной системы и повышение уровня пенсий, социальных пособий и стипендий. Существующий при этом риск незначительного повышения инфляции несоизмерим с фундаментальным риском деградации производственной базы национальной экономики.

Однако само по себе расширение государственного финансирования развития очевидно недостаточно. Оно может и должно быть сопряжено с существенными изменениями в финансовой системе. Здесь ключевыми могут стать следующие шаги:

• ужесточение контроля над операциями на финансовом рынке, в том числе над эмиссией финансовых инструментов, трансграничным движением капиталов, формированием задолженности государственных корпораций;

• расширение функций Центрального банка по контролю над коммерческими банками;

• использование средств резервного фонда для финансирования долгосрочных инвестиционных проектов;

• создание государственного инвестиционного банка для финансирования долгосрочных проектов в рамках государственных программ, в том числе на основе частно-государственного партнерства.

Кроме того, XXI век открыл новые возможности для нерыночных форм и методов финансирования различных проектов, в том числе инновационных, образовательных, экологических, социальных, культурных. Среди них быстро растущие формы краудфандинга и краудсорсинга, в основу которых заложены принципы сетевого некоммерческого обеспечения развития. Эти механизмы и формы только возникают, но имеют весьма широкие перспективы.

Любые шаги по развитию отечественной финансовой системы в 2015 году и более отдаленном будущем будут практически бессмысленны без решения фундаментальных проблем российской экономики – проблем социально-экономической и институциональной нестабильности. Эти проблемы лежат в основе российской коррупции и шоттермизма, они же отторгают от инновационной деятельности большую часть бизнеса, они порождают низкий уровень доверия и деградацию человеческого капитала.

Государство использует финансы для достижения своих задач и поставленных целей (в области социальной, экономической, экологической, оборонной, правоохранительной и т. п.). Важное место в этом процессе занимает финансовая политика. Она является составной частью, сегментом социально-экономической политики.

Финансовая политика – это форма экономической политики, призванная свойственными ей методами содействовать достижению целей и выполнению задач, поставленных экономической политикой. Финансовая политика России является составной частью ее экономической политики и должна быть направлена на обеспечение экономического роста и социального развития, безопасности национальной финансовой системы России и ее институтов. Финансовая политика России представляет собой совокупность методологических принципов, форм организации и инструментов, используемых в финансовых отношениях или основанную на законодательстве целенаправленную деятельность государства в области мобилизации финансовых ресурсов, их распределения с целью выполнения государством своих функций.

Однако результаты работы Счетной палаты характеризуют неэффективное управление финансами в Российской Федерации, что создает предпосылки для возникновения нарушений бюджетного законодательства. Следовательно, необходимо уделять больше внимания эффективному управлению как государственными, так и муниципальными финансами.

Управление финансами базируется на принципах бюджетной системы РФ, закрепленных в Бюджетном кодексе РФ, особо значимую роль при этом играют принципы самостоятельности бюджетов и результативности и эффективности использования бюджетных средств.

Федеральные органы власти с 1999 года предпринимают меры по повышению эффективности управления общественными финансами на всех уровнях бюджетной системы, совершенствуя межбюджетные отношения путем принятия программных документов.

Примером может служить «Концепция межбюджетных отношений и организации бюджетного процесса в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях до 2013 года», одобренная Распоряжением Правительства Российской Федерации от 8 августа 2009 г. N 1123-р.

Согласно этой Концепции, одним из итогов совершенствования межбюджетных отношений является создание законодательной базы разграничения расходных полномочий между органами власти разного уровня, а в целях обеспечения расходных обязательств установлены доходы, закрепленные за соответствующими бюджетами на постоянной основе, что предопределяет устойчивость их поступления в бюджеты бюджетной системы Российской Федерации.

Отмечается высокий уровень прозрачности и предсказуемости межбюджетных отношений, так как не менее 95 % объема межбюджетных трансфертов из федерального бюджета распределяется на основе единых методик исходя из объективных показателей. Кроме того более 70 % объема межбюджетных трансфертов утверждается в рамках федерального закона о федеральном бюджете на очередной финансовый год и на плановый период.

Положительно отразился на межбюджетных отношениях переход к среднесрочному бюджетному планированию на федеральном уровне, что создает условия для повышения качества финансового планирования в регионах. Для финансирования расходных обязательств субъектов Российской Федерации установлен порядок распределения дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности соответствующих бюджетов, что позволило обеспечить гарантированный уровень их доходов.

С целью стимулирования региональных и муниципальных образований к развитию налогового потенциала и повышению качества управления региональными финансами Бюджетным кодексом Российской Федерации установлены различные условия осуществления бюджетного процесса, в зависимости от доли межбюджетных трансфертов (за исключением субвенций) в объеме собственных доходов консолидированных бюджетов.

Были предприняты и другие меры по оптимизации управления финансами в государстве. Так, путем внесения изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации, в части регулирования бюджетного процесса, была обеспечена своевременная реализация мер по поддержке финансового рынка и отраслей экономики.

Также установлена возможность самостоятельного определения регионами необходимого размера предоставляемого обеспечения соответствующих обязательств при предоставлении гарантий по банковским кредитам, привлекаемым юридическими лицами, расширены возможности регионов и муниципалитетов по привлечению бюджетных кредитов за счет установления права предоставления бюджетных кредитов на срок до 3 лет, а также предоставлено право формирования фондов финансовых резервов субъектов Российской Федерации.

Сформированы единые методологические подходы к предоставлению и созданию условий для обеспечения эффективного использования субсидий из федерального бюджета бюджетам регионов.

Для повышения эффективности финансовой политики используются субсидии на реформирование региональных и муниципальных финансов, предоставляемые на конкурсной основе в целях содействия реформированию бюджетной сферы и бюджетного процесса и стимулирования экономических реформ в территориальных образованиях.

Министерством финансов Российской Федерации осуществляется существенная методологическая помощь региональным и муниципальным образованиям по совершенствованию управления бюджетным процессом, путем разработки проектов типовых нормативных правовых актов по бюджетному процессу для реализации реформы местного самоуправления, а также методических рекомендаций.

Однако в ряде субъектов Российской Федерации остается низким качество управления бюджетным процессом, свидетельством чего являются высокий по сравнению со среднероссийским уровнем уровень просроченной кредиторской задолженности по отношению к их собственным доходам, низкое качество финансового планирования, а также недостаточное использование современных процедур и методов управления бюджетным процессом в каждой из фаз бюджетного цикла. Ситуацию усугубил экономический кризис, отразившийся на обеспечении сбалансированности территориальных бюджетов, снижении занятости населения, сокращении финансовых ресурсов на осуществление капитальных вложений, а также риске возникновения кредиторской задолженности по первоочередным обязательствам.

В этой связи, в целях дальнейшего совершенствования межбюджетных отношений и повышения эффективности управления государственными и муниципальными финансами, необходима разработка и реализация мер, направленных на смягчение последствий экономического кризиса.

В соответствии со сложившейся ситуацией развитие межбюджетных отношений и инструментов управления бюджетным процессом в ближайшие годы необходимо направить на решение следующих задач[1]:

• установление особенностей организации бюджетного процесса в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях в условиях экономического кризиса;

• создание стимулов повышения качества управления бюджетным процессом в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях;

• корректировка механизмов оказания финансовой помощи органам государственной власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления;

• совершенствование системы разграничения расходных обязательств между органами государственной власти и местного самоуправления;

• дальнейшее развитие стимулов к увеличению доходов бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.

Реализация этих задач обеспечит дальнейшее развитие системы межбюджетных отношений и будет способствовать повышению эффективности бюджетной системы Российской Федерации на основе сочетания принципов самостоятельности бюджетов всех уровней и единства их общих интересов.

На наш взгляд, модернизация экономики России предполагает разработку новых механизмов системы управления государством, в том числе в бюджетном процессе и межбюджетных отношениях.

За прошедшее десятилетие бюджетная система была основательно усовершенствована применительно к новым экономическим и социальным условиям развития страны. Это позволило преодолеть кризисный характер переходного периода.

В Бюджетном послании Президент Российской Федерации отметил, что, в результате целенаправленных действий в сфере бюджетной политики, в последние годы удалось решить ряд существенных задач. Полностью выполнены принятые социальные обязательства государства. Создание Резервного фонда и Фонда национального благосостояния позволило пройти период мирового кризиса без снижения уровня жизни граждан, поддержать финансовую инфраструктуру и реальный сектор экономики. Удалось снизить и удержать государственный долг на приемлемо низком уровне даже в условиях мирового кризиса.

Но есть и ряд нерешенных проблем [2]:

1. Бюджетная система Российской Федерации находится в высокой степени зависимости от ситуации на мировых сырьевых рынках. Из-за этого ограничены возможности для бюджетного маневра в целях существенного увеличения бюджетных расходов по направлениям, обусловливающим экономическое развитие страны, даже при понимании объективной необходимости этих расходов. При этом принятые бюджетные обязательства не могут быть существенно сокращены вследствие социальной направленности значительной их части.

2. Структура бюджетных расходов не является оптимальной для стимулирования экономического развития. Направляемых из бюджета средств на реализацию отвечающих потребностям экономического развития инфраструктурных проектов, проектов в сфере образования и науки недостаточно.

3. На низком уровне осуществляется финансово-экономическое обоснование решений, приводящих к новым расходным обязательствам. Недостаточно качественной является оценка того, какие долгосрочные последствия будет иметь принятие новых обязательств для социально-экономического развития Российской Федерации, как оно будет связано с другими направлениями политики государства и какое влияние окажет на объем длящихся обязательств.

4. Эффективность осуществляемых бюджетных расходов низка, получаемый социально-экономический эффект несоразмерен объему израсходованных на те или иные цели средств.

5. Межбюджетные отношения пока не в полной мере настроены на стимулирование органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления к созданию условий для предпринимательской и инвестиционной деятельности, которые объективно являются необходимой основой для увеличения доходов бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов. Высока зависимость бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов от финансовой помощи, поступающей из других бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.

6. Бюджетная политика во многом остается неясной для общества, необходимость и суть конкретных решений и действий органов государственной власти в этой сфере должным образом не раскрываются.

7. Не удалось избежать практики постоянных фрагментарных изменений налогового законодательства. Даже при улучшении условий налогообложения для ведения предпринимательской деятельности это обусловливает необходимость постоянного отслеживания изменений и внесения корректив в планы финансовой деятельности, что вызывает дополнительные затраты, особенно у субъектов малого и среднего предпринимательства. Постоянное ожидание таких изменений препятствует реализации долгосрочных инвестиционных проектов по причине низкой предсказуемости налоговых издержек при разработке бизнес-планов.

В бюджетном послании 2014–2016 гг. Президент, также отмечает, что планирование мер социально-экономического развития и бюджетное планирование по-прежнему остаются недостаточно скоординированными. Не удалось в полной мере обеспечить приоритезацию структуры расходов бюджетной системы и увеличить долю средств, направленных на развитие человеческого капитала и инфраструктуры.

Задачи социально-экономической политики и итоги их реализации по-прежнему рассматриваются отдельно от вопросов бюджетной политики. Отсутствует четкая система оценки эффективности бюджетных расходов.

Государственные программы пока не стали инструментом выработки и реализации государственной политики на долгосрочную перспективу. Многие программы рассчитаны на увеличение бюджетного финансирования, источники которого не обозначены.

Отдельные программы приняты в нескольких вариантах, существенно отличающихся как по планируемым результатам, так и по объемам финансирования. Не решена задача перехода к долгосрочному бюджетному планированию, не утверждена долгосрочная бюджетная стратегия, в рамках которой должны быть определены предельные объемы расходов на реализацию каждой из государственных программ в увязке с прогнозом основных бюджетных параметров.

В сфере пенсионной реформы до сих пор нет главного – параметров пенсионной формулы. Без решения этого вопроса нет определенности в объеме трансферта из федерального бюджета и роли Фонда национального благосостояния в обеспечении устойчивости пенсионной системы.

Медленно решается задача повышения качества предоставления государственных и муниципальных услуг. Во многом формальным остается использование государственных заданий на оказание государственных услуг, отсутствует единая методология формирования нормативных затрат. Финансовое обеспечение государственных заданий в основном осуществляется методом «от достигнутого».

Для управления средствами Резервного фонда и Фонда национального благосостояния предлагалось создать Российское финансовое агентство. Однако попытка реализация этой идеи выявила наличие многих нерешенных проблем. Необходимо рассмотреть альтернативные механизмы повышения эффективности управления средствами указанных фондов.

Возросла нагрузка на региональные и местные бюджеты. По итогам 2012 года в 26 субъектах Российской Федерации, то есть практически в каждом третьем субъекте, соотношение государственного долга и собственных доходов превысило 50 процентов. Также наметилась тенденция негативных изменений структуры бюджетных расходов регионов – падение объемов и доли расходов инвестиционного характера [3].

Согласно заключению Счетной палаты Российской Федерации, на проект Федерального Закона «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов» динамика основных параметров бюджетной системы Российской Федерации на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов характеризуется постепенным снижением доли доходов по отношению к ВВП (с 36,7 % в 2015 году до 36 % в 2017 году), а также сокращением общего объема расходов до 36,6 % ВВП и дефицита до 0,6 % ВВП в 2016 году.

Основные параметры бюджетной системы Российской Федерации в 2013–2014 годах и на 2015–2017 годы представлены в таблице 2.

По сравнению с предыдущим бюджетным циклом в 2015 году доходы бюджетной системы по отношению к ВВП увеличены на 1,2 процентного пункта, в 2016 году – на 0,8 процентного пункта, расходы по отношению к ВВП увеличатся на 2,3 процентного пункта и на 1,5 процентного пункта соответственно.

Дефицит бюджетной системы в 2015 году составит 2,2 % ВВП, в 2016 году – 1 % ВВП и в 2017 году – 0,6 % ВВП (при ожидаемом дефиците бюджетов бюджетной системы в 2014 году – 0,8 %). Наличие дефицита бюджетной системы в основном обусловлено дефицитом федерального бюджета, который в 2015 году составит 430,7 млрд рублей (0,6 % ВВП), в 2016 году – 476,3 млрд рублей (0,6 % ВВП) и в 2017 году – 540,9 млрд рублей (0,6 % ВВП) [4].

Анализ реализации основных задач, поставленных в Бюджетном послании Президента РФ о бюджетной политике показал, что:

1. Правительством Российской Федерации принимаются определенные меры, направленные на обеспечение долгосрочной сбалансированности и устойчивости бюджетной системы.

2. Реализован ряд мер по оптимизации структуры бюджетных расходов.

3. Федеральным законом от 23 июля 2013 г. № 252-ФЗ «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» вводятся норма о необходимости формирования государственных (муниципальных) заданий на основе ведомственных перечней государственных (муниципальных) услуг и работ, а также обязанность органов, осуществляющих функции и полномочия учредителя государственного (муниципального) учреждения, утверждать нормативные затраты на оказание государственных (муниципальных) услуг.

4. Внесены изменения в Налоговый кодекс Российской Федерации, направленные на стимулирование добычи трудноизвлекаемой нефти, совершенствование налогового администрирования и другие.

5. Принимаются меры по повышению прозрачности бюджетов и бюджетного процесса.

6. В целях повышения эффективности бюджетных расходов и качества услуг в социальной сфере, оптимизации бюджетной сети в апреле 2014 г. приняты распоряжений Правительства Российской Федерации о внесении изменений в планы мероприятий («дорожные карты»), направленные на повышение эффективности здравоохранения и сферы культуры.

Однако еще не завершена работа по реализации отдельных положений Бюджетного послания:

1. Несмотря на снижение дефицита бюджетной системы, в том числе дефицита федерального бюджета, по отношению к ВВП в 2016 году по сравнению с 2013 годом сохраняются риски в части обеспечения долгосрочной сбалансированности и устойчивости бюджетной системы.

2. В материалах к проекту федерального бюджета на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов не приведены алгоритмы использования различных источников финансирования в случае непрогнозируемого увеличения бюджетного дефицита.

3. Не сформировалась полноценная система госпрограмм, позволяющая с помощью комплекса взаимосвязанных мероприятий и межотраслевого взаимодействия достигать поставленные цели и решать стратегические задачи социально-экономического развития.

4. Не завершено формирование правовой базы государственного стратегического планирования.

5. Имеются существенные недостатки в качестве разработки гос-программ, включая их недостаточную взаимоувязку.

6. Не внесены изменения в Налоговый кодекс Российской Федерации в части регулирования налогообложения недвижимости.

7. Активизация деятельности по укрупнению субсидий, о предоставлении их с 2014 года в консолидированной форме и переходе к преимущественному их распределению на основании федерального закона о федеральном бюджете реализована недостаточно.

8. Сохраняет актуальность проблема рисков несбалансированности бюджетов субъектов Российской Федерации.

9. Показатели указов не полностью учтены в госпрограммах, а значения показателей по ряду госпрограмм не соответствуют значениям показателей указов.

10. Помимо недостатков по реализации указов комплексный анализ госпрограмм выявил ряд системных проблем: неконкретность целей, недостаточная согласованность целей и задач; использование в качестве показателей не интегрированных комплексных показателей, а легко достижимых, привычных ведомственных; отсутствие во всех госпрограмма современной системы управления рисками и другие.

Обобщая изложенное, можно сделать вывод о том, что нынешняя организация бюджетной системы не совершенна, так как не позволяет в полной мере решить поставленные задачи, следовательно, необходима ее оптимизация, что в конечном итоге должно положительно отразиться на экономических процессах, как внутри страны, так и за ее пределами.

Но следует отметить, что страна вполне способна находиться на высоком уровне экономического развития, имея при этом достаточно низкую долю в мировом хозяйстве. Также в мировом хозяйстве существует и обратная ситуация, когда страны находятся на более низком уровне экономического развития, но по экономическому потенциалу занимают значительное место в мировой экономике. Например, Китай и Индия. Из этого следует, что в понятиях уровень экономического развития и экономический потенциал можно выделить существенные различия.

Таблица 2. Основные параметры бюджетной системы Российской Федерации на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов

*) Без учета межбюджетных трансфертов.

Первичной характеристикой, по которой оценивается экономический потенциал той или иной страны, является обеспеченность природными ресурсами. Если рассматривать эту характеристику для Российской Федерации, можно говорить о существовании у нашей страны огромных запасов земельных, водных, лесных ресурсов. Открыто и разработано более 20 тысяч месторождений. Нельзя не заметить, что наша страна располагает значительными в мировой экономике запасами в большинстве из добываемых полезных ископаемы, включая природный газ, каменный уголь, торф. Эти запасы дают возможность нашей стране занимать достаточно важное положение мировом минерально-сырьевом комплексе.

Другой характеристикой экономического потенциала считаются трудовые ресурсы. По количеству трудовых ресурсов первые места занимают такие государства, как Индия, Китай, Бразилия и Индонезия. Их трудовой потенциал в сумме составляет величину, превышающую трудовые резервы остальных стран мира. Но все же критерием оценки трудового потенциала в развитых странах является не количество рабочей силы, а его качество.

В России можно говорить о высоком профессиональном уровне рабочей силы. Достаточно сказать, что почти 1/3 ее населения имеет высшее и среднее специальное образование. Но экономический потенциал может дать представление лишь о состоянии национальной экономики в количественной характеристике, что не дает полного представления о качественной стороне общественного производства.

Сама Россия дает нам представление об этом. Так, по одним показателям, она приближается к развивающимся государствам, а по другим – к развитым странам. Здесь и проявляется вторая сторона экономического положения страны в мире. Этими различиями и определяется уровень экономического развития страны, который исторически принимает в сравнении с наиболее развитыми странами догоняющий характер.

В рамках этого характера и открываются наиболее известные проблемы, в мировом товарообороте, связанным с Россией. В первую очередь, когда говорится о международных отношениях с Российской Федерацией, ставится вопрос о доверии между участниками экономических отношений. Скачки в уровне производства и криминогенной обстановке в стране, различные проблемы в системе управления и администрации не дают привлечь иностранные инвестиции в страну, потому как для потенциальных инвесторов вложение капитала считается достаточно рисковым. При том, эта неопределенность в экономических отношениях распространяется не только для иностранных инвесторов, но и для российских граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью. Это дает нам значительное отторжение для осуществления деятельности, касающейся наиболее приоритетных отраслей экономики для развитых стран.

Затрагивая вопрос стратегического развития Российской Федерации, стоит отметить, что российскими учеными разработан ряд вариантов долгосрочной экономической стратегии на период до 2015 г. и далее, до 2025 г. В стратегии выделяется три значимых этапа реализации, которые приводятся с некоторыми коррективами

На первом этапе (2006–2010 гг.) предполагалось преодоление последствий кризиса основного и человеческого капитала, причем в это время степень влияния государства на внешнеэкономические отношения была еще довольно высока.

Ко второму этапу (2011–2015 гг.) относятся завершение модернизации и принципиальное обновление машиностроительного комплекса на основе инноваций, планируется экспансия продукции российской инвестиционной сферы на мировом рынке, а также сокращение доли традиционных товаров в экспорте за счет инновационных продуктов. На этом этапе роль государства сводится лишь к стратегическим коррективам в сфере международной торговли и международных финансовых отношений.

Третий этап (2016–2025 гг.) представляет собой настоящую либерализацию российской экономики и внешнеэкономических отношений, при этом роль государства ограничивается рыночной экономикой, необходимой кредитной и дипломатической поддержкой саморегулируемых хозяйственных и научно-технических организаций. Однако на всех трех этапах сохраняется функция государства, связанная с наполнением доходной части бюджета отчислениями от внешнеторговой деятельности.

Приоритетной задачей государства является переход от сырьевого экспорта к технологичному. Для этой задачи и повышения эффективности внешнеэкономической деятельности необходимо решить вопросы по следующим направлениям:

1. Для первого направления характерно создание целостной экспортной политики, которая будет поддерживать экспорт готовых изделий и услуг, включая технологии и ноу-хау.

2. Второе направление будет рассматривать возможные улучшения доступа российских товаров на внешние рынки.

3. Третье направление заключается в защите собственного рынка.

4. Четвертое направление будет осуществляться в формировании приоритетов для осуществления внешнеэкономической политики.

Эти приоритеты наиболее важны для обновления внешнеэкономической деятельности, но они определяют лишь перспективу развития экономической деятельности, поэтому мнения о реализации этих направлений расходятся от консервативных и умеренно-оптимистических до форсированных. Но все же при выработке эффективной стратегии внешнеэкономической политики, Россия должна основываться на ведущих звеньях ее экономики.

Как бы то ни было, место и роль России на мировой арене будет определяться такими существенными характеристиками, как общий уровень экономического развития страны, результаты проводимой экономической реформы, степень обновления структуры общественного производства, и развитие экспортного потенциала.

Глава IX

Волновые процессы активизации и ограничения государственного регулирования экономики

Обеспечение устойчивого экономического развития в условиях резкого ухудшения финансового климата обусловило необходимость более эффективного использования внутренних ресурсов экономических систем. Качество построения системы государственного управления и способности органов государственной власти своевременно и адекватно реагировать на изменение внешних условий является необходимым условием формирования благоприятной среды, обеспечивающей устойчивость и высокую эффективность функционирования экономических агентов.

Для этого необходимы новые методы, одной из важных составляющих является управление организациями с позиций повышения устойчивости их развития, позволяющие бизнес-структурам в полной мере использовать собственный потенциал и обеспечивать укрепление своих конкурентных позиций в современном рыночном пространстве.

Взгляды на роль государства в экономике претерпевали неоднократные изменения. Со времён А. Смита считалось общепризнанным, что рынок является наилучшим регулятором экономики, обеспечивающим экономический рост и повышение благосостояния населения [11]. Государство же должно выполнять лишь ограниченные функции, необходимые для процветания рынка: представлять такие общественные блага, как оборона, обеспечение безопасности граждан, защита прав собственности, обеспечение исполнения контрактов, минимальные услуги в сфере образования и т. п. Тем не менее, во многих случаях государство играло роль катализатора в процессе развития рынков, создавая средства коммуникации, занимаясь просветительской работой и т. п. Однако в целом и в теории и на практике преобладало представление экономистов-классиков о минимальной роли государства [13]. В определённой степени это было обусловлено негативной реакцией на широкое вмешательство правительств европейских стран в функционирование рынков, характерное для XVIII в. В XIX столетии экономическая роль правительств стала более ограниченной, а государственные расходы в большинстве промышленных стран составляли около 10 % ВВП [6].

После Первой мировой войны отношение к роли государства в экономике стало постепенно меняться. К концу 20-х годов во многих европейских странах были созданы системы социального обеспечения (хотя и в зачаточной форме), а кризис 1929–1933 гг. вызвал волну экспансии государственных расходов, включая социальные программы. Многие рассматривали кризис как свидетельство несостоятельности механизма свободного рынка, особенно на фоне успехов первого социалистического государства с централизованно управляемой экономикой, что служило оправданием необходимости государственного вмешательства [3]. К 1937 г. расходы государств в среднем составляли 22,4 % от ВВП (или немного меньше, если исключить Германию, Испанию и Японию, находившихся в состоянии войны или подготовки к ней) [5]. Но главное – государство стало проводить более активную экономическую политику. В целом же к середине XX века концепция «минимального государства» с его политикой невмешательства в экономику утратила свои позиции.

Период после Второй мировой войны продолжил тенденцию расширения активности государства в экономике. Западно-европейские страны и Япония смогли быстро восстановить экономику не только благодаря помощи США и международных экономических организаций, но во многом благодаря активной государственной экономической политике, опиравшейся как на кейнсианскую концепцию, так и в определённой степени на имевшийся опыт социалистического строительства в СССР. Практические действия правительств имели свои особенности в зависимости от национальной специфики экономических и социальных отношений в каждом конкретном случае.

Почти во всех европейских странах государство осуществило после войны денежную реформу для упорядочения денежного обращения, восстановления единой национальной валюты, сокращения денег в обращении с целью подавления инфляции. Реформа проводилась через обмен денежных знаков (обмен проводился дифференцировано, использовалось замораживание счетов, перевод части средств в государственный долг и т. д.). В ряде стран была проведена широкая национализация – в государственную собственность переходили целые отрасли экономики и банки.

В послевоенный период некоторые страны в течение длительного периода сохраняли государственный внешнеэкономический и валютный контроль (ФРГ ввела конвертируемость валюты лишь в 1965 г., а Япония – в начале 70-х, т. е. после того, как обе страны добились конкурентоспособности отраслей своей промышленности и укрепили позиции валют). Великобритания длительное время сохраняла государственный контроль за ценами (в первое послевоенное десятилетие он сохранялся для половины продовольственных и трети всех промышленных потребительских товаров и отменялся по мере насыщения рынков и ликвидации дефицита) [4].

Во многих странах после Второй мировой войны получили развитие различные варианты планирования и прогнозирования экономики. Французский дирижизм предполагал активное использование индикативного планирования для развития ключевых отраслей. Экономическое программирование широко применялось после войны и в Нидерландах, Норвегии, Японии, а в 60-х годах – оно использовалось в Великобритании, Швеции, Бельгии, Италии, ФРГ [8]. Этому способствовала национализация и приоритет долгосрочных стратегических задач в целях укрепления конкурентоспособности национальных экономик. Разработка программ осуществлялась специальными органами, а для их реализации использовались как прямые инвестиции, так и косвенные фискальные и монетарные инструменты воздействия.

Ещё со времён Великой депрессии государства активно использовали стабилизационную политику, в основе которой лежала кейнсианская концепция воздействия на совокупный спрос с помощью инструментов фискальной или монетарной политики. В периоды циклических колебаний доходы граждан предлагалось поддерживать с помощью общественных работ, выплат пособий безработным, использования прогрессивных систем налогообложения. Во многих странах были введены государственные пенсионные системы перераспределительного характера, осуществлялась помощь лицам с низкими доходами и т. д.

Среди других концепций, способствовавших резкому расширению экономических функций государства в середине XX века, называют теории общественных благ и внешних эффектов рынка (экстерналий), которые легли в основу расширения роли общественного сектора в здравоохранении, образовании, науке, транспорте, подготовке кадров. Даже социальные пособия бедным оправдывались таким положительным внешним эффектом, как уменьшение преступности.

Популярность социализма сделала перераспределение доходов весьма важной функцией государств с рыночной экономикой и одной из основных задач экономической политики (сюда входило прогрессивное налогообложение, субсидии на товары первой необходимости, социальные пособия и т. д.). Существовала уверенность в том, что прогрессивное налогообложение при стабильной налоговой базе и отсутствии серьёзных дестимулирующих воздействий может обеспечить необходимые средства для финансирования растущих государственных расходов [11]. Считалось также, что потенциальные получатели дополнительных доходов (от социальных выплат) могут быть выявлены с незначительными организационными издержками [13]. Большинство исследователей в то время не усматривало негативного воздействия на экономическую активность высоких предельных налоговых ставок.

Теоретическое обоснование активности государства, пример социалистических стран – всё это через усилия политиков трансформировалось в соответствующие институциональные изменения в индустриальных странах. Были введены поправки в законодательства и конституции. Послевоенная Конституция Германии зафиксировала важную роль государства в создании «социальной рыночной экономики» [14]. В конце 60-х годов в Конституцию в качестве цели деятельности государства была введена макроэкономическая стабилизация. А после первого нефтяного кризиса 1974–1975 гг. Верховный суд Германии снял лимит по дефициту госбюджета, закреплённый ранее Конституцией. В Швейцарии реорганизация политики федеральных властей была связана с введением в 1947 г. субсидирования промышленности и сельского хозяйства. Послевоенные изменения в законодательстве США (Employment Act, 1946) возлагали на федеральное правительство ответственность за обеспечение «максимального уровня занятости, производства и покупательной способности» [17].

Рост активности государства облегчался развитием политических процессов в демократических обществах индустриальных стран. Рост расходов на различные государственные программы лоббировался «группами интересов», бюрократией, требующей увеличения бюджета. Монетарное финансирование бюджетного дефицита ослабляло контроль за расходами. Определённые институциональные факторы приводили к асимметрии в политических издержках, связанных с изменением доходов (систем налогообложения) и расходов государства. В демократических обществах законодатели, заинтересованные в укреплении политической поддержки со стороны своих избирателей, добиваются этого обычно с помощью голосования за финансирование проектов в своих регионах: государственные средства поступают их избирателям, тогда как издержки несут все граждане страны, уплачивающие налоги.

Наибольшего масштаба государственное вмешательство в экономику достигло в период с 1960 г. по 1980 г., когда общие расходы бюджета выросли с 27,9 % до 43,1 % от ВВП. Они почти удвоились в Бельгии, Швеции, Швейцарии, Японии и значительно увеличились в других странах [10].

Многие развивающиеся страны «вынесли из периода колониальной зависимости крепкую веру в государственное руководство экономическим развитием. Государство должно было мобилизовывать ресурсы и население и направлять их в целях обеспечения роста и искоренения социальной несправедливости. Центральным моментом данной стратегии, следовавшей примеру Советского Союза, был контроль государства над экономикой… Эта вера укреплялась благодаря популярной концепции активного государства, распространённой во всём мире» [7]. Новые независимые страны восприняли стратегию развития, включавшую централизованное планирование, корректирующее вмешательство в распределение ресурсов, широкое участие государства в становлении молодых отраслей промышленности, контроль над ценами и т. д. Непосредственное участие государства в производстве через предприятия госсектора обосновывалось отсутствием в частном секторе таких квалифицированных управленческих кадров, какими обладает государство, а также большим потенциалом ресурсов, знаний, информации, необходимых для крупных проектов, мобилизовать которые могло только государство.

Широкое распространение в 50-60-е годы получила в развивающихся странах и точка зрения, согласно которой правительство может наилучшим образом определить, какие товары, прежде всего необходимы для общества и стимулировать их производство с помощью налогообложения, предоставления кредитов, облегчения доступа к иностранной валюте, протекционистских мер в области внешней торговли и т. д. Те же инструменты, но в противоположном направлении должны были использоваться и для ограничения производства «неосновных» товаров. Естественная ориентация стран, получивших независимость, на экономическую стратегию СССР с плановым хозяйствованием и преобладанием государственной собственности осложнялась необходимостью учитывать баланс интересов, сложившийся внутри этих стран и зависимость экономики от импорта товаров и капитала из бывших метрополий.

Таким образом, можно предположить, что кризис 30-х годов, а также в определённой степени Первая и Вторая мировые войны служили своеобразными катализаторами (управляющими параметрами), периодически запускавшими механизмы новых, более сложных отношений между государством и экономикой на почве развивавшихся процессов обобществления производства, усиления взаимозависимости социальных и экономических процессов и т. д. Но масштаб и формы проявления этих изменений в отдельных странах были сильно различны – от перехода на путь социализма с практически полным огосударствлением экономики и централизованным планированием до кейнсианских рецептов стабилизации экономики в ходе цикла и увеличения социальной направленности расходов государства. Теория обосновывала и поддерживала эти изменения, критикуя ортодоксальную веру в самодостаточность рыночного механизма.

Однако оптимального соотношения сил рыночного механизма и государственного регулирования в долгосрочной перспективе не удалось достичь практически нигде, что и проявилось спустя несколько десятилетий (в разных группах стран – в разные сроки) в снижении эффективности использования ресурсов в экономике, а вслед за этим и в пересмотре точки зрения на взаимоотношения экономики и государства. Причём там, где гипертрофия одной из сторон была сильнее, корректировка оказалась более глубокой и болезненной, что, внешне фиксировалось глубиной спада, сменой идеологической ориентации политиков, находившихся у власти, и т. д., а с более глубоко – изменением структуры экономики и самого государства, как определённой общественной подсистемы.

Скептицизм по поводу усилившейся роли государства стал проявляться уже в 70-х годах, особенно после кризиса 1974–1975 гг. Становились очевидными недостатки как использовавшихся теоретических моделей, так и инструментов практической реализации экономической политики.

Указывалось также на то, что во многих развивающихся странах государственное вмешательство не привело к улучшению распределения ресурсов, экономическому росту и более эффективному распределению доходов (коэффициент Джини и другие показатели неравенства оказались не меньше, чем в странах с более либеральной экономикой), не сделало экономику стабильной [5]. В то же время были и примеры успешного развития стран с достаточно сильным влиянием государства (ряд государств Юго-Восточной Азии).

С 80-х годов в индустриальных и развивающихся странах происходил обратный процесс – либерализации экономики, сопровождавшейся приватизацией государственной собственности и дерегулированием экономики. Либерализация внутренних финансовых рынков обеспечила свободное движение капиталов и финансовую интеграцию, но осложнила деятельность правительств в области регулирования национальной экономики. Во всех развитых странах были ликвидированы многочисленные запреты, регламентирующие деятельность банковских учреждений в целях усиления конкурентных начал на кредитных рынках, обеспечены условия перелива капитала.

Ограничивалось и государственное вмешательство в процессы производства и ценообразования. Были приватизированы многие предприятия отраслей производственной инфраструктуры (энергетики, транспорта, связи) вследствие сильных монополистических процессов, возникших в них. Однако часть акций (иногда контрольный пакет) государство сохраняло за собой, чтобы иметь влияние на функционирование приватизированных компаний.

Многие виды деятельности местных органов власти переводились на основу контрактов с частными фирмами. Государственным компаниям предоставлялась большая хозяйственная и финансовая автономия, имевшая целью распространить и на них «дисциплину рынка» [1].

Кейнсианские рецепты стимулирования совокупного спроса и сглаживания циклических колебаний с использованием государственных расходов постепенно уступали место долгосрочному стимулированию совокупного предложения, что переносило акцент на налоговую политику. Во многих странах было осуществлено понижение налогового бремени (при этом уменьшение ставок прогрессивной системы подоходного налога приносило выигрыш прежде всего высшим доходным группам).

В это же время процессы либерализации экономики прошли и в социалистических странах. Но поскольку глубина и охват экономики централизованным государственным регулированием был гораздо более серьёзным, с точки зрения требований рыночной системы, к которой переходили страны, то процесс либерализации сопровождался здесь трансформацией всей экономики и затронул практически все стороны общественной жизни, на которые распространялся механизм централизованного регулирования.

90-е годы были отмечены широкой волной критики государственного вмешательства в экономику, что сопровождалось на практике заметным снижением активности государства (нередко чрезмерным, особенно в развивающихся странах) [2, 9]. В определённой степени это отразилось на сокращении государственных расходов в большинстве развивающихся стран и их стабилизации в индустриальных государствах

Своеобразным подведением итогов этой критики в западной литературе стал ежегодный отчёт Всемирного банка за 1997 г. «Государство в меняющемся мире». По мнению Вито Танци, одного из авторов отчёта, – в прошлом наблюдалась некоторая идеализация государства, переоценка его возможностей в рыночной экономике [18]. В качестве проявлений такой идеализации он называет:

• предположение о том, что деятельность государства направлена только на общественное благо, а чиновники не действуют из корыстных побуждений;

• представление о государстве как об идеальной системе, где принимаемые решения прозрачны и рациональны, где нет противоречий между разными направлениями экономической политики, между центральной и местными властями, между текущими и долгосрочными целями политики правительства;

• возможность свободной корректировки принятых решений при изменении экономической ситуации;

• представление о неограниченных возможностях высшего государственного руководства в области контроля за использованием инструментов экономической политики на уровне государственного аппарата управления, а также о честной и эффективной работе госслужащих.

Практика выявила несостоятельность подобных взглядов уже к 70-м годам. Проблемы коррупции государственных чиновников, противоречия в области бюджетного федерализма, несогласованность действий различных министерств и ведомств, разрастание госаппарата, некомпетентность политиков и др. стали в 80-90-х годах не только практической проблемой, но и предметом теоретических исследований.

Скептическое отношение к дальнейшему усилению государственной активности во многом связывалось с наметившимся ухудшением качества исполнения государством своих основных функций. Это коснулось проблемы поддержания законности и порядка, предоставления базовых услуг в области здравоохранения и образования, содержания объектов инфраструктуры и т. д. Расширение направлений деятельности государства привело к нехватке ресурсов и ослаблению внимания к выполнению перечисленных функций, вследствие чего снизилось качество работы судов, полиции, возросла преступность и пр. Например, обращение в суд стало слишком дорогостоящим, занимающим много времени, но малоэффективным, что сделало доступ к правовым услугам ещё более неравномерным для разных групп населения. В итоге менее надёжными стали законные права граждан, связанные с собственностью и выполнением контрактов. Ещё более усугубила проблему политизация и коррумпированность чиновников. Большое число посредников и длительность прохождения документов значительно увеличили трансакционные издержки, связанные с заключением сделок. Государство начало утрачивать способность быть надёжным гарантом выполнения контрактов, что подрывало эффективность функционирования рынков. Снижение доверия к государству и проводимой им политике, в свою очередь, сказалось на возможностях развития производства. Была выявлена прочная взаимосвязь между уровнем доверия к правительству и показателями инвестиций и экономического роста.

В свою очередь доверие зависит от наличия и качества работы формальных институтов, создаваемых государством, а также тех неформальных норм и правил, которые их дополняют или заменяют. На этой основе формируются определенные ожидания экономических агентов, в том числе – по поводу действий государства. Условием устойчивого функционирования экономики является определенная степень доверия экономических агентов к действиям государства, их уверенность в стабильности институциональной среды, в рамках которой они существуют. И наоборот, рост недоверия к государству, в том числе к его экономической политике означает усиление неопределенности ожиданий по поводу действий государства, в частности, по поводу изменений институциональной среды, экономической политики, что нарушает привычный ход событий, мешает формированию длительных устойчивых хозяйственных связей экономических агентов и в итоге отражается на показателях экономического развития страны. Рост недоверия к государству обычно сопровождает периоды усиления неустойчивости отношений государства и экономики, смены характера их взаимодействия, то есть периоды изменения степени активности государственного регулирования экономических процессов.

Таким образом, если принимать во внимание всевозможные проявления активности государства по отношению к экономике в соответствии с обозначенными выше функциями и учитывать в качестве одного из количественных показателей этой активности объём аккумулируемых и перераспределяемых им средств, можно сделать следующие выводы.

Исторически очевидно чередование периодов усиления и ослабления государственного воздействия на экономические процессы. Активное регулирование экономических процессов периода меркантилизма сменилось господством классических представлений о вреде активной экономической политики государства (что совпадало с мощным развитием капитализма эпохи свободной конкуренции). Следующая крупная волна нарастания государственного вмешательства в экономику пришлась на первые три четверти ХХ века. Причём сила и глубина этого вмешательства имела огромный разброс – от почти полного огосударствления экономики в социалистических странах до кейнсианских моделей регулирования и программ социальной защиты в капиталистических странах. Последние десятилетия ХХ века характеризовались в определённой степени возвратом к использованию рыночных механизмов и переоценкой роли государства с упором на качественную сторону выполняемых им функций. И опять эти изменения коснулись почти всех стран, но в разной степени – от либерализации экономической политики в индустриальных и развивающихся странах до глубоких трансформаций в бывших социалистических государствах.

Точно предсказать продолжительность периодов господства той или иной тенденции в развитии отношений государства и экономики весьма сложно. Тем более, что в отдельно взятых странах эти чередования могли происходить более часто, вписываясь в общую колебательную динамику (подобно тому, как более короткие циклы в экономике встраиваются в «длинные волны» Кондратьева).

Такой характер динамики поведения государства по отношению к экономике (с некоторыми крайностями в виде теоретической и практической переоценки возможностей как рыночного механизма, так и государственного регулирования) вполне объясняется общими закономерностями поведения сложных систем. Экономика (равно как и общество в целом) как открытая система, собственно, и может развиваться только в таком пульсирующем ритме. Чередование, точнее, периодическая смена или коррекция механизмов регулирования экономики связана с периодическим нарастанием неравновесности, неустойчивости, неуправляемости экономических процессов, проявляющихся в снижении темпов роста, увеличении безработицы, инфляции и т. д., что в целом свидетельствует о неэффективности использования ресурсов в рамках сложившегося механизма регулирования хозяйственных процессов. Роль государства как организующего начала в сложном процессе социальной эволюции усиливается именно в периоды нарастания неустойчивости системы и ослабевает в относительно стабильные периоды развития, когда запущены и действуют механизмы рыночной самоорганизации.

Неравновесность делает систему чувствительной к флуктуациям (как внутренним, так и внешним), которые дают набор альтернатив дальнейшего пути развития. Предсказать точно, какой путь будет выбран, практически невозможно. Роль случайных факторов в развитии системы резко усиливается именно в такие переходные эпохи, когда рождаются новые экономические и социальные структуры, меняется соотношение сил в обществе. «Импульс реформам может придать экономический кризис или внешняя угроза, либо приход к власти нового правительства, менее заинтересованного в прежней системе. Но реформа может быть отложена, если власти по-прежнему ориентируются на устаревшую политику, поскольку она отвечает их интересам (или интересам их союзников). Такие задержки иногда могут оказаться болезненно долгими. Действия соседних стран тоже могут стать мощным стимулом для осуществления преобразований» [16]. В разных странах существенными могут оказаться различные факторы. И это – закономерный процесс.

Следует отметить и тот немаловажный факт, что периодическое изменение активности государства в сфере экономики в различных социально-экономических условиях (как в рыночных, так и в плановых экономиках) по существу может быть обусловлено сходными факторами, хотя и проявляющимися в разной степени и в различных формах. Государство, являясь особой общественной подсистемой, в то же время представляет собой относительно самостоятельный общественный организм с собственными интересами, далеко не всегда соответствующими тем задачам, ради которых он возник, со стремлением сохранить свой гомеостаз. Изменение среды, в которой функционирует государство (в данном случае – экономической), требует постоянной модернизации организационных структур управления, способов и инструментов воздействия на экономические процессы. Если же этого не происходит, старые структуры, становятся все более закрытыми, начинают самоусложняться, работать прежде всего на собственные интересы и собственное воспроизводство (отсюда коррумпированность аппарата управления) и лишь затем на воспроизводство экономики и общества в целом, что, естественно, снижает как эффективность государственного регулирования (дублирование многих функций, увеличение издержек управления и т. д.), так и ухудшает состояние экономики в целом. О необходимости непрерывного совершенствования организационных структур писал еще A.A. Богданов, но этот принцип остается актуальным и сегодня. Это означает, что во многом спонтанные процессы самоорганизации внутри государственного аппарата управления также нуждаются в определенном контроле и регулировании. Такая необходимость становится особенно очевидной в периоды нестабильности систем.

Взаимоотношения государства и рыночной экономики – сложный процесс, протекающий в соответствии с теми же закономерностями самоорганизации, которые характерны для развития любых сложных систем. Симбиоз рыночного и государственного регулирования, как отмечает Ю. Шишков, существовал всегда. «Этот симбиоз представляет собой устойчивую саморазвивающуюся систему, которая всё более усложняется и совершенствуется. Здесь, в сущности, происходит тот же процесс, что и в биосфере, – процесс естественного (в данном случае – общественного) отбора. Зародившись первоначально как примитивная регулирующая система, этот комбинированный механизм по мере усложнения самой экономической жизни постоянно эволюционирует, приспосабливаясь к меняющейся среде. В соответствии с законами естественного отбора эта эволюция представляет собой нескончаемую цепь проб, ошибок, исправлений этих ошибок, новых проб и т. д. На поверхности этот непрерывный поиск оптимума в национальных рамках выглядит как попеременная смена у кормила власти либералов и консерваторов, монетаристов и социал-демократов» [15].

Добавим также, что аргументируя тезис о негативном воздействии больших государственных расходов на эффективность национальной экономики (темпы роста ВВП), А. Илларионов указывает на то, что отвлекая ресурсы из частного сектора, государство использует их неэффективно: например, не обеспечивает должное качество производимых общественных благ (обеспечение безопасности граждан, разрешение хозяйственных конфликтов и др.). Государство также устанавливает законы, нормы, правила, ограничения, исключения из правил и т. д., воздействуя тем самым на движение частных финансовых ресурсов. «В этом случае доход (ущерб) от государственного регулирования, – отмечает А. Илларионов, – равен разнице между суммарными доходами и суммарными расходами частного сектора, вынужденного соответствовать требованиям, устанавливаемым государством». И далее замечает, что если в США финансовые потери частных компаний от государственного регулирования составляют до 10 % ВВП, то в России они никак не меньше. Однако предполагаемая неэффективность мер государственного регулирования в России едва ли может быть преодолена сокращением расходов на производство общественных благ или просто дерегулированием экономики. Например, слабая эффективность судебной системы и правоохранительных органов объясняется скорее их недофинансированием, чем наоборот (слабая техническая оснащенность, низкая заработная плата не соответствуют сложности и ответственности выполняемых функций). Что обойдется дороже российской экономике – ликвидация чрезмерной регламентации деятельности бизнеса и бюрократизации государственного аппарата или формирование эффективных государственных структур – предвидеть заранее невозможно. Вполне вероятно, что на первых этапах совершенствования органов государственного управления потребуется не сокращение, а увеличение соответствующих расходов. Следует иметь в виду также, что специфика ситуации в России состоит в том, что неэффективное или нецелевое использование государственных средств (например, по линии министерства обороны, расходов на аграрный сектор, социальных расходов и др.) соседствует с крайне низким уровнем доходов работников бюджетной сферы (военных, учителей, врачей), низкой инвестиционной активностью государства и т. д. То есть, скорее всего, произойдет перераспределение, а не сокращение расходов.

Здесь неуместно копирование чужого опыта, равно как и применение единых критериев для различных сфер взаимодействия государства и экономики. Р. Нельсон и С. Уинтер, анализируя противопоставление системы свободного предпринимательства в условиях рынка и системы централизованного планирования с преобладанием государственной собственности, справедливо предостерегают против приписывания общесистемных достоинств и пороков конкретному реальному организационному устройству. «Частное предпринимательство» в сельском хозяйстве, – отмечают они, – весьма отлично от «частного предпринимательства» в самолетостроении. И оба эти сектора в значительной мере и по-разному оформляются государственными программами. При анализе политики, направленной на определенный сектор экономики, на передний план должны выступать организационные характеристики, специфические именно для этого сектора. Если добавить к этому различия в исторических традициях взаимоотношений государства и экономики и в сформировавшихся на этой основе системах институтов, а значит, и различия в ожиданиях экономических агентов по поводу действий государства, то разброс вариантов реформирования будет очень широким [13].

Собственно и сохранение возникшего нового порядка, поддержание равновесия в системе может обеспечиваться как преимущественно рыночным механизмом, так и с помощью государственного регулирования. Усиление же стихийного характера экономических процессов связано именно с самим переходом, сменой режимов функционирования, а не просто с рыночным механизмом как таковым. Таким образом, механизм общественного воспроизводства, связанный с освоением и оптимальным использованием ресурсов для удовлетворения потребностей людей, может приводиться в движение как преимущественно рыночным способом, так и с помощью регулирующего воздействия государства. Причем в разных частях экономической системы может преобладать тот или иной способ. Разумеется, на фоне длительных периодов преобладания той или другой тенденции в отдельных странах речь идет об относительном усилении рыночных или плановых (государственных) начал в регулировании экономических процессов.

С усилением одной из тенденций постепенное решение одних проблем сопровождается накоплением других, которые не могут быть решены в рамках господствующего механизма регулирования. Когда острота нерешенных проблем достигает критического значения (что проявляется в неспособности системы нормально обеспечивать выполнение своих функций) происходит переход к противоположной тенденции. Сам переход развивается во многом по законам

Более сложным и пока еще далеким от решения является вопрос об оптимальных пропорциях соотношения механизмов рынка и государственного регулирования, о границах меры колебаний между ними, не нарушающей целостности системы.

Таким образом, в ходе развития экономической системы происходит попеременное усиление двух противоречивых форм организации экономических процессов- рыночного механизма и государственного регулирования экономики. Смена тенденций сопровождается нарастанием неустойчивости системы, кризисными явлениями, снижением темпов роста, ухудшением других макроэкономических показателей (темпов инфляции, уровня безработицы, инвестиционной активности и т. д.). Меняется и количественное выражение степени государственного участия в экономических процессах- доля государственных расходов в ВВП.

Эта двойственность, неизбежная в развитии современной экономики (как отражение двух противоречивых сторон социальной системы – индивидуальной и общественной), присутствует и в каждой из двух форм регулирования экономики. Например, рост социальных расходов государства обусловлен как их обратным воздействием на рыночную эффективность через влияние на накопление человеческого капитала, так и тем, что система социального страхования, бесплатная медицинская помощь и образование, поддержка беднейших групп населения и др. обеспечивают определенный уровень социальной стабильности при неизбежной в рыночных условиях дифференциации доходов населения, отчасти нейтрализуя разрыв между беднейшими и богатыми группами населения. То есть и в этом случае решаются две названные выше задачи.

Характерным для современной рыночной экономики является, например, тот факт, что как частный сектор, так и значительная сфера государственного регулирования функционируют посредством единого института – контрактной системы. В значительной мере отношения государство-экономика опосредуются особым рынком – государственным рынком товаров и услуг – фактически с одним покупателем – заказчиком, но с жесткой конкуренцией производителей, с особой системой ценообразования и стимулирования работы, специальной системой планирования и контроля, сложной и детально прописанной организацией и т. д. Но, как и вся рыночная экономика, которую нередко называют контрактной экономикой, государственный рынок также функционирует на основе контрактов. В США, например, его работа, регулируется особым разделом права – федеральным контрактным правом [12]. Наряду с бюджетом и налоговой системой федеральная контрактная система является одним из основных механизмов государственного регулирования, через которые государство осуществляет свои экономические функции. Одним из элементов этой системы может быть и государственное предпринимательство. Государственная контрактная система обычно поддерживается и мерами кредитно-денежного регулирования, которое от имени государства осуществляет Центральный банк.

Такая взаимная «диффузия» рыночных начал и государственного регулирования на фоне относительно устойчивых темпов роста, возможно, свидетельствует о том, что по крайней мере в развитых индустриальных странах резких колебаний в сторону либерализации или усиления государственного вмешательства уже не будет. Попеременная активизация той или другой тенденции будет инициироваться не столько усилением негативных проявлений предшествующей формы регулирования (сказывающихся на эффективности производства), сколько внешними факторами, связанными, например, с развитием информационных технологий, другими достижениями НТП, политическими, демографическими и иными факторами, требующими обновления институциональной среды своего функционирования.

Характерно, что волна дерегулирования в 80-х годах охватила главным образом традиционные отрасли развитых стран, практически не затронув высокотехнологичные сектора экономики. В них, наоборот, усилилась прямая поддержка государством инновационной и инвестиционной активности и непосредственная организация наиболее наукоемких и капиталоемких производств. То есть государственное регулирование проводилось именно по принципу поиска и воздействия на резонансные зоны, точки роста, к которым затем подключились и механизмы рыночной самоорганизации, мобилизующие предпринимательскую инициативу на созданном государством прочном фундаменте нового технологического уклада. Именно таким образом создаются конкурентные преимущества в современных индустриальных странах.

Совершенствование региональной антикризисной политики в направлении достижения устойчивых траекторий экономического роста и обеспечения безопасного функционирования хозяйственных систем предполагает необходимость решения трех взаимосвязанных задач: позиционирование стратегических целей и сопровождающих их процессов производственно-технологической модернизации; определение действенных средств достижения намеченных социально-экономических приоритетов; получение количественных характеристик обозначенных перспектив и расчетных значений экономического эффекта.

Государственную инвестиционную политику следует рассматривать в качестве базовой подсистемы стратегии экономического развития страны, статический характер которой обеспечивается за счет положительной динамики капитальных вложений в развитие хозяйственного комплекса и социальной сферы. Эффективность реализации принятой схемы ресурсного обеспечения воспроизводственных процессов во многом зависит от качества согласования национальных и территориальных интересов, а также от уровня мобилизации собственных инвестиционных возможностей регионов, отраслей, отдельных предприятий.

Глава X

Конкурентная среда функционирования организаций автомобильного транспорта Ставропольского края: анализ и прогноз

Рынок транспортных услуг в России насчитывает огромное число фирм и компаний, оказывающих различные транспортные услуги, такие как грузоперевозки, переезды и другие. Рынок транспортных услуг в России весьма насыщенный. Спрос на данные услуги постоянно увеличивается, а следовательно, растет и число фирм, занимающихся грузоперевозками. Возникает конкуренция на рынке транспортных услуг. В настоящее время успешно работают компании, различные по уровню обслуживания, расценкам, а также количеству предоставляемых услуг.

Российский рынок транспортных услуг, а именно транспортные компании, предлагают широкий выбор грузовых автомобилей, наиболее популярными из которых остаются автомобили марки «Газель»; услуги профессиональных грузчиков.

В силу конкуренции на рынке транспортных услуг, транспортные компании используют несколько путей для укрепления на рынке транспортных услуг, а также для привлечения клиентов, а следовательно, и увеличения дохода.

Транспортные компании значительные средства тратят на рекламу (Интернет, СМИ, печатная продукция), стараются повысить качество транспортной продукции, а также снизить тарифы. Для привлечения новых клиентов постоянно разрабатывается система скидок и льгот на транспортные услуги.

Многие компании расширяют список оказываемых услуг и предлагают своим клиентам помимо перевозки груза и погрузо-разгрузочных работ логистику и экспедирование, сборку и разборку мебели, перевозку ценных и хрупких грузов и многое другое. Перечень дополнительных услуг, предлагаемых транспортными компаниями, регулярно обновляется и расширяется, все новые средства вкладываются в продвижение и рекламу.

В рыночных условиях наибольшее значение для транспортных предприятий приобретает неценовая конкуренция, основными факторами которой являются новизна перевозок, их качество, объем и структура дополнительных услуг при выполнении перевозок и др. Одновременно под видом неценовой конкуренции может идти скрытая ценовая конкуренция, если, например, повышение качества перевозок происходит быстрее, чем растут тарифы на них.

Ключевыми особенностями рынка транспортных услуг являются:

• невещественный характер транспортной продукции, как и всякой услуги (невозможность накопить «про запас», совпадение процессов производства и реализации и т. п.);

• пространственная разъединенность полигонов реализации транспортных услуг, их не взаимозаменяемость, что ограничивает внутриотраслевую (на одном виде транспорта) конкуренцию;

• всеобщность и массовость транспортного рынка в обществе, его монополизм;

• роль отдельных видов транспорта на транспортном рынке в значительной мере зависит от их универсальности, производительности, размещения коммуникаций, уровня технической оснащенности, провозной и пропускной способности, стоимости, удобства и безопасности перевозок. Эти показатели характеризуют объем и качество предложений транспортных услуг.

В современных экономических условиях объемы перевозок автомобильным транспортом существенно снизились, резко ухудшилось положение автотранспортных организаций (АТО), практически потеряли былой смысл понятие "договорная клиентура" в грузовых перевозках и приоритетное закрепление пассажирских АТО за конкретными маршрутами. У многих АТО возникла и продолжает развиваться проблема выживаемости, обостряется конкурентная борьба за заказчика не только между различными видами транспорта, но и между АТО разной или одной и той же ведомственной ориентации. Часто с крупными АТО успешно конкурируют индивидуалы-частники.

В таких условиях АТО необходимо серьезно задумываться о конкурентоспособности своих транспортных услуг. Однако понимание сущности конкурентоспособности, ее особенностей, специфики методов анализа и управления в организациях автомобильного транспорта носит не устоявшийся характер.

Рассмотрение транспортных организаций, рынка транспортных услуг, тенденций их развития в конкурентной среде невозможно в отрыве от рынков товаров и услуг отраслей промышленности, сельского хозяйства, торговли, а также в отрыве от экономических и демографических показателей развития региона, так как транспортные услуги обеспечивают товаропродвижение и перемещение ресурсов в экономике. Сложившаяся ситуация на транспорте напрямую зависит от общего социально-экономического положения в регионе.

В Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО) транспорт является одной из наиболее значимых отраслей экономики.

В республиках Северная Осетия-Алания, Адыгея, Дагестан развитие и модернизация транспортного комплекса стали одними из ключевых направлений региональных стратегий социально-экономического развития.

Транспортный комплекс составляет более 8 % ВРП СКФО. На него приходится 1,3 % в объеме грузов, перевозимых автомобильным транспортом в РФ, а в Ставропольском крае, соответственно, 0,63 %. Доля СКФО в объеме грузооборота автомобильного транспорта РФ составляет 1,82 %. Доля транспортного комплекса СКФО в перевозке пассажиров автобусами общего пользования в РФ составляет 3,21 %, а в Ставропольском крае, соответственно, 1,34 %.

Для СКФО характерен прирост объема транспортных услуг населению: на 18,06 % за 2008–2011 гг. Увеличение транспортной подвижности населения особенно ярко выражено в Республике Ингушетия (156,21 %), Республике Дагестан (136,73 %) и в других регионах.

Базу для деятельности транспорта формирует и транспортная инфраструктура. СКФО обладает развитой дорожной инфраструктурой, однако она неравномерно распределена по регионам. В этом отношении следует отметить достаточно высокий уровень развития транспортных путей в СКФО. Так, по густоте железнодорожных путей округ занимает 4-е место в стране, а автомобильных дорог – 1-е место. Густота автомобильных дорог с твердым покрытием в СКФО составляет 294 километров дорог на 1000 квадратных километров территории (1-е место в РФ). Для отдельных регионов доля дорог с твердым покрытием в их общей протяженности составляет более 90 % (Республика Адыгея – 100 %, Республика Северная Осетия-Алания – 97,6 %, Ставропольский край – 95,6 % и т. д.).

Транспортный комплекс СКФО обладает высокой конкурентоспособностью для развития, т. к. округ занимает выгодное экономико-географическое положение: на его территории расположено несколько транспортных узлов (Ставрополь, Махачкала, Минеральные Воды), через территорию СКФО проходят три крупных транспортных коридора, нефтепровод ОАО «АК Транснефть» и газопровод ООО «Кавказтрансгаз». Ряд регионов имеет важное транспортно-географическое значение: через Северную Осетию-Аланию проходит единственная безопасная автомагистраль в Закавказье, территорию СКФО пересекают крупные транспортные магистрали (включая автомобильную дорогу федерального значения М-29 «Кавказ»). Отдельные регионы являются монополистами по выпуску определенных видов промышленной и сельскохозяйственной продукции, требующей транспортировки в остальные субъекты.

Анализируя финансовую сторону деятельности транспортного комплекса регионов СКФО, следует отметить значительную долю транспорта в обороте региональных организаций (5,69 % в СКФО против 9,14 % в РФ), ведущее место при этом принадлежит республике Дагестан (более 14 % в общем обороте организаций региона), Чеченской республике (6,75 %), Ставропольскому краю (6,65 %).

В ряде регионов СКФО деятельность транспорта носит убыточный характер. В большинстве северо-кавказских республик транспортные предприятия несут убытки.

Конкурентная среда – условия, в которых производители товаров и услуг ведут борьбу за потребителя, поставщиков, партнеров и преобладающее положение на рынке.

Цель проведения исследования конкурентной среды – изучение позиций и возможностей фирм-конкурентов; предполагает поиск ответов на четыре основные группы вопросов, вокруг которых строится структура системы слежения и борьбы с конкуренцией.

Каковы основные цели конкурента?

Каковы текущие стратегии достижения этих целей?

Какими средствами располагают конкуренты, чтобы реализовать свои стратегии?

Каковы их вероятные будущие стратегии?

По сути дела, речь идет о сборе и анализе информации о потенциале фирм-конкурентов и уровне его использования. Имеются в виду такие составляющие потенциала, как финансово-экономическая, производственная, научно-техническая, кадровая, организационно-лоббисткая, маркетинговая.

В результате исследования деятельности фирм-конкурентов на рынке и завоевания там сильных позиций можно выделить следующие основные факторы, требующие изучения:

Имидж фирмы.

Концепция услуги, на которой базируется деятельность фирмы.

Качество услуг (обычно определяется методом опросов и сравнительных тестов).

Уровень диверсификации производственно-хозяйственной деятельности (видов бизнеса), разнообразие номенклатуры услуг.

Суммарная рыночная доля главных видов бизнеса.

Мощность производственной базы, характеризующей возможности перестраиваться на выпуск новых услуг, наращивать объемы транспортных и других услуг (число занятых, оснащенность основными фондами, их уровень и эффективность использования, структура издержек, в том числе использование фактора экономии и зависимости от объема и освоенности выпуска).

Стабильность финансово-экономического положения.

Рыночная цена с учетом возможных скидок или наценок.

Частота и глубина проводимых маркетинговых исследований, их бюджет.

Уровень рекламной деятельности.

Политика фирмы во внешнепредпринимательской среде, характеризующая способность фирмы управлять в позитивном плане своими отношениями с государственными и местными властями, общественными организациями, прессой, населения и т. п.

Перечень вопросов можно детализировать и дополнить.

Проанализируем с этих позиций ряд автотранспортных организаций Ставропольского края, осуществляющих грузовые перевозки, на основе данных годовых отчетов.

В качестве базового объекта исследования было выбрано ОАО АТП «Ставропольское – 2» и проведено его сравнение с основными конкурентами.

В настоящее время ОАО АТП «Ставропольское-2» – это одно из самых крупных и стабильно работающих автотранспортных предприятий Ставропольского края, специализирующееся на оказании полного комплекса услуг по грузовым перевозкам на автомобильном транспорте.

Предприятие ведет свою историческую летопись уже на протяжении 36 лет. По итогам ежегодных конкурсов 2003, 2004, 2005, 2006, 2007 и 2008 годов, проводимых Администрацией города Ставрополя, ОАО АТП «Ставропольское-2» заслуженно признано «Лучшим предприятием года» среди транспортных организаций, осуществляющих грузовые перевозки.

Роль автомобильного транспорта в общем объеме грузоперевозок с каждым годом растет. Успех практически любого бизнеса во многом зависит от четкой работы грузоперевозчика. Имеющийся в наличии современный грузовой автопарк, а также накопленный предприятием огромный опыт работы позволяют клиентам полностью избежать проблем, связанных с доставкой груза.

Согласно Уставу общества, приоритетным направлением деятельности является осуществление грузовых перевозок.

В перечень оказываемых клиентам услуг входят:

• доставка любых грузов объемом до 100 м3 в любую точку России и СНГ;

• доставка сельскохозяйственной продукции;

• доставка сельскохозяйственной техники;

• доставка минеральных удобрений;

• доставка ГСМ;

• доставка крупногабаритных и длинномерных грузов;

• доставка (поставка) любых инертных материалов из карьеров-производителей;

• техническое обслуживание и ремонт грузовых автомобилей.

Результаты развития общества по приоритетным направлениям деятельности сводятся к следующему.

Уставный капитал Общества определяет минимальный размер имущества, гарантирующий интересы его кредитов и составляет 1131 тыс. рублей. Уставный капитал разделен на 2262 штук обыкновенных именных бездокументарных акций, номинальной стоимостью 500 рублей каждая.

Предприятие располагает автопарком в количестве более 50 единиц, состоящим из автомобилей «КАМАЗ», «МАЗ» и «ВОЛЬВО» различных модификаций, в том числе:

• открытыми грузовыми автомобилями бортовыми и самосвалами, грузоподъемностью от 8 до 30 тонн;

• специально оборудованными зерновозами и бензовозами;

• тентованными автомобилями, фургонами и рефрижераторами вместимостью от 25 до 106 м3;

• тягачами с полуприцепами длиной от 9 до 16,5 погонных метров;

Предприятие имеет лицензию на перевозку грузов как по России, так

и по странам СНГ.

Предприятие гарантирует сохранность всех перевозимых грузов и обеспечивает их страхование.

Диспетчерская служба и служба логистики предприятия ориентированы в своей работе на строгое соблюдение сроков и графиков доставки грузов, а также на оптимизацию маршрутов перевозки грузов с применением попутной загрузки автомобилей.

Имеющаяся на предприятии база позволяет проводить техническое обслуживание и ремонт большегрузных автомобилей.

Опыт, надежность и гарантия поставлены во главу угла в отношениях с клиентами предприятия и являются девизом предприятия.

Большими преимуществами для клиентов предприятия являются возможность внесения провозной платы как с выделением, так и без выделения НДС, а также возможность внесения провозной платы с отсрочкой платежа за фактически оказанный объем услуг.

Перспективы развития общества. Актуальной остается задача расширения ряда услуг, предоставляемых клиентам, и повышение качества уже существующих за счет повышения квалификации специалистов, обновление автотранспортного парка, совершенствования программного обеспечения, повышение культуры обслуживания, использования новых технологий и т. д.

При осуществлении производственной деятельности общество учитывает вероятность возникновения того или иного вида риска на каждой стадии производственного процесса, от закупки до реализации готовой продукции, поскольку известно, что риск, переросший в кризис, наносит существенный ущерб интересам общества и его собственников.

Помимо указанных внешних факторов риска, существует система рисков в производственной деятельности, включающая в себя следующие основные виды:

• риски невостребованности произведенной продукции;

• риски неисполнения хозяйственных договоров;

• риски усиления конкуренции;

• риски изменения конъюнктуры рынка;

• риски возникновения непредвиденных затрат и снижения доходов;

• риск потери имущества общества;

• форс-мажорные риски и т. д.

В рамках отдельных видов риска существуют определенные подвиды риска.

1. Так, риск невостребованности продукции может возникнуть вследствие отказа потребителя от приобретения произведенной продукции. Риск определяется величиной возможного экономического и морального ущерба, который может понести общество по этой причине. Причин возникновения этого риска может быть много, их можно в зависимости от условий возникновения разделить на внутренние и внешние.

Внутренние причины зависят от деятельности самого предприятия, его подразделений и отдельных исполнителей. К ним можно отнести: квалификацию персонала, организацию производственного процесса, организацию снабжения предприятия материальными ресурсами, организацию сбыта готовой продукции, организацию рекламы производимой продукции, управление предприятием, маркетинговые исследования рынка и т. д.

Внешние причины указанного риска непосредственно не зависят от деятельности предприятия. Это может быть нестабильная экономическая ситуация в стране, в частности рост инфляции, что приводит к снижению покупательной способности населения, а также инфляционные ожидания, когда, опасаясь роста инфляции, население закупает муку впрок, а затем наступает спад спроса на производимый продукт.

2. Риск неисполнения хозяйственных договоров включают следующие подвиды:

• риск отказа партнера от заключения договора после проведения переговоров. Этот риск имеет место как из-за вероятности переключения партнера (поставщика или покупателя) на конкурирующие предприятия, так и из-за ухудшения рыночной конъюнктуры для партнера, что делает для него сделку по ранее согласованной цене убыточной или нереальной для выполнения;

• риск заключения предприятием договоров на условиях, отличающихся от наиболее приемлемых либо обычных для общества и отрасли;

• риск вхождения в договорные отношения с недееспособными или неплатежеспособными партнерами (контрагентами), которые неправомочны входить в договорные отношения или не в состоянии выполнить свои обязательства из-за тяжелого финансового положения;

• риск задержки выполнения партнерами текущих договорных обязательств;

• риск нанесения ущерба третьим лицам, который включает в себя риск загрязнения окружающей среды и риск причинения морального и материального ущерба;

• риск заключения контрактов на объемы текущего снабжения производства, не обеспеченные сбытом готовой продукции. Данный риск самым тесным образом связан с риском невостребованности продукции.

3. Риски усиления конкуренции и изменения конъюнктуры рынка.

Причин возникновения в процессе хозяйственной деятельности

предприятия риска усиления конкуренции множество, это в частности:

• утечка конфиденциальной информации либо по вине сотрудников предприятия, либо в результате промышленного шпионажа, предпринятого конкурентами;

• несовершенство маркетинговой политики, то есть неправильный выбор рынков сбыта и неполная или неверная информация о конкурентах;

• замедленное внедрение нововведений по сравнению с конкурентами из-за отсутствия необходимых средств для внедрения новых технологий;

• недобросовестность конкурентов, использующих в конкурентной борьбе любые методы;

• появление новых местных предприятий-конкурентов;

• экспансия на местный рынок производимого продукта со стороны зарубежных экспортеров. Данная причина вероятна в том случае, если условия экспорта изменяются в благоприятную сторону для зарубежных производителей, что создает для них хорошие мотивы для выхода на локальный рынок.

4. Риски возникновения непредвиденных затрат и снижения доходов.

Риск возникновения непредвиденных расходов в первую очередь возникает в случае увеличения рыночных цен на сырье, приобретаемое в процессе производственной деятельности, выше запланированного уровня из-за:

• ошибок в анализе и прогнозировании конъюнктуры на рынке;

• изменения политики ценообразования у поставщиков ресурсов, с которыми у производителя заключены долгосрочные договоры, предусматривающие возможность пересмотра цен;

• уменьшение количества поставщиков, из которого предприятие может выбирать наиболее экономичных поставщиков.

Риск возникновения непредвиденных расходов также связан с выплатой штрафных санкций и судебных издержек.

Сюда же относится риск потери прибыли вследствие вынужденных перерывов в производстве и т. д.

5. Риск потери имущества предприятия.

Группу этих рисков можно разделить на следующие подвиды:

• риск, связанный с потерей имущества в результате стихийных бедствий (пожаров, наводнений, землетрясений, ураганов и т. п.);

• риск, связанный с потерей имущества в результате хищения;

• риск, связанный с утратой имущества в результате аварийных ситуаций на производстве;

• риск утраты или порчи имущества во время транспортировки;

• риск, связанный с отчуждением имущества в результате неправомерных действий других собственников.

Действия по снижению рисков должны осуществляться в двух направлениях, связанных с избежанием появления возможных рисков и снижением воздействия неизбежного риска на результаты производственнофинансовой деятельности.

Снизить уровень перечисленных рисков можно с помощью страхования отдельных видов имущества, а также путем установления на предприятии жесткой имущественной ответственности материально ответственных лиц; организации надлежащей охраны территории предприятия, разработки и внедрения организационно-технических, экономический и других мероприятий по предупреждению рисков или их минимизации.

В случае влияния на деятельность предприятия внутренних рисков наиболее эффективной возможностью избежать негативных последствий или снизить их уровень являются прямые управленческие воздействия на возможные управляемые факторы риска. Большую роль в этом играет получение объективной информации о реальном положении вещей в организации.

Основными конкурентами ОАО АТП «Ставропольское-2» на рынке грузовых перевозок в Ставропольском крае предстает ряд ОАО, являющиеся правопреемниками АТП общего пользования Минавто-транса РСФСР и пытающихся удержать позиции на рынке Ставропольского края:

• ОАО Ставропольское Грузовое Автотранспортное предприятие № 1;

• ОАО «Автоколонна 1202»;

• ОАО «АВТОМОБИЛИСТ – 2»;

• ОАО «АТП «Петровское»;

• ОАО «Нефтекумскавтотранс»;

• ОАО «Сельхозтранс» (Благодарный), а также значительное количество частных транспортных предприятий и индивидуальных предпринимателей.

Если все представленные на рынке транспортных услуг ОАО в соответствии с Федеральным законом "Об акционерных обществах" предоставляют годовые отчеты о своей деятельности в открытом доступе, то частные фирмы и перевозчики такой информации не предоставляют и вывод об их конкурентных преимуществах сделать затруднительно. Основными конкурентами среди таких предприятий можно считать ООО Перевозчик; ТК Пересвет; ООО ТП Тракт-Юг-СТВ; Краевое ТП; ООО Беркут; ТК Лидер.

ОАО Ставропольское Грузовое Автотранспортное предприятие № 1 занимается перевозкой грузов и пассажиров в соответствии с существующими нормативными актами и положением РФ; техническим обслуживанием и ремонтом подвижного состава сторонним организациям и частным лицам; сдачей в наем собственного недвижимого имущества. Перспективами развития акционерного общества являются: постепенное обновление подвижного состава, замена технологического оборудования для ремонта и технического обслуживания автомобилей. Основными факторами риска, связанными с деятельностью общества, являются:

• высокая конкуренция среди предприятий, осуществляющих грузовые перевозки;

• высокие цены на энергоносители и ГСМ;

• наличие собственных транспортных средств у клиентуры;

• недостаточный платежеспособный спрос;

• дебиторская задолженность клиентуры.

ОАО «АВТОМОБИЛИСТ – 2» в годовом отчете за 2013 год указало, что за отчетный период обществом грузовые перевозки не осуществлялись в связи с экономическими проблемами: отсутствие стабильной работы, низкие тарифы за выполненную транспортную работу, рост стоимости ГСМ, зап. частей, автошин, рост непривлекательности профессии водителя, и как следствие – отрицательной рентабельности перевозок. Основными видами деятельности для общества являются: сдача в аренду помещений, территории.

ОАО «АТП «Петровское» предоставляются услуги по перевозке различных грузов, как индивидуальным предпринимателям, так и организациям и предприятиям всех форм собственности. Наиболее часто предоставляются услуги по перевозке сельскохозяйственной продукции (пшеница, ячмень, подсолнечник, кукуруза и пр.). Основным видом деятельности ОАО «АТП «Петровское» является деятельность грузового неспециализированного транспорта. Кроме того, общество также занимается и другими видами деятельности, не запрещенными законом, в том числе оказание услуг по ремонту сельхозтехники и автомобилей, сдача в аренду производственных помещений. По данным бухгалтерского учета на конец 2012 года на предприятии имеется 51 единица грузовых транспортных средств, из них 15 находятся в аренде, 2 в лизинге 2 единицы легкового автомобиля и 2 автобуса.

В 2012 году было оказано услуг на общую сумму 56616,0 тыс. рублей. Перевезено 307087,288, тонн грузов, грузооборот составил 23066054,43 тонно-километров.

Среднегодовая численность работников общества составляет 79 человек, среднемесячный фонд заработной платы за 2012 год составил 738 тыс. руб. Среднемесячная заработная плата составила 9342 рублей.

Затраты на производство выросли в два раза, что повлияло на конечный результат: убыток. С учетом вышеизложенного убыток отчетного года составляет 6377 тыс. руб.

Общество планирует увеличение получения прибыли за счет увеличения числа контрагентов, которым необходимы услуги по перевозке грузов, а также расширения рынка сбыта по предоставлению таких услуг, за счет заключения договоров с предпринимателями и юридическими лицами из других районов Ставропольского края, а также из краев и областей, граничащих со Ставропольским краем.

Основные факторы риска, связанные с деятельностью ОАО «АТП «Петровское», следующие.

Экономические факторы риска:

1. Сокращение предоставляемых услуг.

2. Выраженная сезонность предоставляемых услуг по перевозке сельскохозяйственной продукции.

3. Несвоевременность оплаты за отпущенную продукцию (услуги), недобросовестность или несостоятельность контрагентов, изменение курса валюты при внешнеэкономических сделках.

4. Снижение объемов производства и реализации продукции (услуг) вследствие уменьшения производительности труда, простоя оборудования или недоиспользования производственных мощностей, потерь рабочего времени, отсутствия необходимого количества исходных материалов, повышенного процента брака.

5. Снижение цен реализации в связи с недостаточным качеством, неблагоприятным изменением рыночной конъюнктуры, падением спроса, вытеснением конкурирующими товарами (услугами), ценовой инфляцией.

6. Повышенные материальные затраты, обусловленные перерасходом материалов, сырья, топлива, энергии, высокими транспортными расходами, торговыми издержками, накладными и другими побочными расходами.

7. Перерасход фонда оплаты труда вследствие превышения численности или выплаты более высокой, чем запланировано, заработной платы.

8. Возможность потерь в виде штрафов, непредвиденных отчислений, пени, естественной убыли, стихийных бедствий, воровства, рэкета.

Социальные факторы риска:

1. Платежеспособность населения региона.

2. Социально-политическая стабильность региона.

3. Риск возникновения социальных и политических конфликтов как внутри общества, так и в регионе.

4. Уровень обеспеченности сотрудников социальными благами, сформированность «социального пакета», моральный климат в коллективе.

5. Привлекательность, престижность работы в обществе.

6. Обеспечение техники безопасности на рабочих местах.

7. Снижение возможности нанесения ущерба здоровью и жизни людей.

Технико-технологические факторы риска:

1. Техническое состояние автотранспорта, производственного оборудования и станков, их соответствие современным требованиям, надежность.

2. Технология производства, ее современность, соответствие требованиям ТУ, ГОСТов.

3. Риск внезапного отказа автотранспорта, оборудования и возможность их оперативной замены (подмены).

Экологические факторы риска:

1. Возможность нанесения экологического ущерба окружающей среде в процессе производственной деятельности.

2. Потери при внедрении природоохранных технологий.

3. Организация контроля за безопасностью производственных процессов с точки зрения экологической безопасности.

Политические факторы риска:

1. Возможность неожиданного, обусловленного политическими соображениями и событиями изменения условий хозяйственной деятельности, что создает неблагоприятный фон и способно привести к повышенным затратам ресурсов и потере прибыли. Типичные источники – увеличение налоговых ставок, введение принудительных отчислений, изменение договорных условий, трансформация форм и отношений собственности, отчуждение имущества и денежных средств по политическим мотивам.

2. Политические конфликты, забастовки, социальные конфликты, чрезвычайное положение, военные действия.

3. Риск законодательных изменений, способных вызвать неблагоприятные воздействия на бизнес.

4. «Замораживание» счетов, несвоевременность выдачи средств, в результате политических конфликтов.

Для ОАО «Нефтекумскавтотранс» основными видами деятельности являются:

• перевозка грузов в пределах РФ и за рубежом;

• перевозка пассажиров по городским, пригородным, междугородным маршрутам на основании долгосрочных договорных отношений и разовым заказам клиентов в пределах РФ и за рубежом:

• проведение технического обслуживания и ремонт автобусов, грузовых и легковых автомобилей;

• ремонт двигателей, узлов и агрегатов, топливной аппаратуры и электрооборудования:

• транспортно-экспедиционное обслуживание населения.

В 2013 г. грузовой парк был востребован в общей сложности на 37,5 % (всего в ОАО 62 автомобиля), что объясняется спадом производства, который до сих пор продолжается, как по району, так и по стране, развалом строительных предприятий, уменьшение строительства дорог, спадом, который наблюдается в АПК района и края. Но несмотря на возникшие трудности, удалось обеспечить предприятие дополнительными объемами работ но грузовым перевозкам.

Предприятию в 2013 году также удалось погасить кредит вне графика в сумме 2719,6 тыс. руб на обновление транспорта.

По состоянию на 2013 год Общество имеет обновленный подвижной состав разных марок, сдельные тягачи, самосвалы и специальный транспорт, который может оказать услуги различного характера, т. е. имеется потенциал.

По развитию Общества планируется привлечение кредитных ресурсов для обновления подвижного состава и расширения ремонта, т. е оказание сервисных услуг на сторону.

ОАО «Сельхозтранс» (Благодарный) оказывает услуги по перевозке строительных, промышленных и сельскохозяйственных грузов автомобилями «КамАЗ». Работа по доставке грузов носит сезонный характер. Основной объем работ выполняется летом и осенью. На балансе предприятия числится магазин по продаже запасных частей на автомобили «КамАЗ». Работники ремонтных мастерских ОАО «Сельхозтранс» занимаются ремонтом собственного автопарка, а также оказывают услуги физическим и юридическим лицам. Износ автопарка составляет 100 %.

Приоритетными направлениями деятельности открытого акционерного общества «Сельхозтранс» являются:

• перевозка строительных, промышленных и сельскохозяйственных грузов:

• удержание позиций на рынке Ставропольского края и расширение зоны влияния на ближайшие районы Северного Кавказа и Черноземья;

• ремонт, техническое перевооружение и реконструкция действующих производственных мощностей:

• оказание услуг населению по ремонту узлов и агрегатов автомобилей КамАЗ;

• торговля запасными частями автомобилей КамАЗ.

Дальнейшее развитие ОАО «Сельхозтранс» связано с увеличением объемов автоуслуг по Ставропольскому краю, по России.

В текущем году общество планирует произвести капитальный ремонт существующих автомобилей и прицепного хозяйства для обеспечения высокой технической готовности с сохранением и увеличением объемов, оказываемых услуг, снижением себестоимости и дальнейшим повышением качества.

При управлении ОАО «Сельхозтранс» большое внимание должно уделяться экономическому анализу рисков, характеризующихся в целом при автоперевозках, специфических региональных рисков. Группировка риска производится по следующим критериям:

• риски внешней среды;

• общеотраслевые и специфические региональные риски;

• риски со значительной тяжестью последствий и легко компенсируемые риски.

К рискам внешней среды относятся: воздействие со стороны региональных, муниципальных и федеральных властей, состояние взаимоотношений с организациями-поставщиками горюче-смазочных материалов, электроэнергии, усиление конкуренции.

Специфическими рисками являются: масштабное выбытие машин и оборудования, полный износ основных средств.

Среди рисков с высокой тяжестью последствий: отсутствие поддержки со стороны Министерства сельского хозяйства Ставропольского края, несогласованность тарифной политики в крае и др.

Таким образом, проведенный анализ конкурентной среды функционирования организаций автомобильного транспорта в Ставропольском крае, также исследование деятельности фирм-конкурентов на рынке показало, что деятельность всех предприятий в основном базируется на концепции одной услуги – предоставляются услуги по перевозке различных грузов, как индивидуальным предпринимателям, так и организациям и предприятиям всех форм собственности. Наиболее часто предоставляются услуги по перевозке сельскохозяйственной продукции (пшеница, ячмень, подсолнечник, кукуруза и пр.) и строительных грузов. Основным видом деятельности проанализированных предприятий является деятельность грузового неспециализированного транспорта. Кроме того, ряд предприятий также занимаются и другими видами деятельности, в том числе, оказанием услуг по ремонту сельхозтехники и автомобилей, сдачей в аренду производственных помещений.

Не представилось возможным выделить предприятие, имеющее конкурентоспособный имидж фирмы. Уровень диверсификации производственно-хозяйственной деятельности (видов бизнеса), разнообразие номенклатуры услуг не отличаются по рассмотренным предприятиям.

По мощности производственной базы, характеризующей возможности перестраиваться на выпуск новых услуг, наращивать объемы транспортных и других услуг (число занятых, оснащенность основными фондами, их уровень и эффективность использования, структура издержек, в том числе использование фактора экономии и зависимости от объема и освоенности выпуска) выделяется ОАО АТП «Ставропольское-2». Стабильность финансово-экономического положения позволяет данному предприятию варьировать рыночной ценой на перевозки с учетом возможных скидок или наценок.

В то же время, частота и глубина проводимых маркетинговых исследований, их бюджет оставляют желать лучшего, как и уровень рекламной деятельности.

Политика фирмы во внешне предпринимательской среде, характеризующая способность фирмы управлять в позитивном плане своими отношениями с государственными и местными властями, общественными организациями, прессой, населения и т. п. должна позволить предприятию значительно укрепить свои конкурентные позиции.

Глава XI

Методы проведения типологии региональных социально-экономических систем

Значительный уровень дифференциации региональных социально-экономических систем (РСЭС) России обусловлен рядом пространственных и временных аспектов, что накладывает отпечаток на прикладные и теоретические особенности исследования их состояния и развития. В этой ситуации отправной точкой анализа РСЭС и оценки текущего и перспективного состояния является их типология, проводимая исходя из ряда параметров (социального, экономического, политического, пространственного и т. д.).

Типологизация регионов – проблема и прикладного, и теоретического характера. Необходимо отметить, что само понятие типологии тесно связано с термином «классификация» и зачастую типология рассматривается как один из видов классификации, обладающий определенными особенностями.

Одно из классических определений типологии [1] звучит следующим образом: метод научного познания, в основе которого лежит расчленение систем объектов и их группировка с помощью типа, т. е. обобщенной, идеализированной модели; результат типологического описания и сопоставления.

Классификация с точки зрения философии науки [2] рассматривается как способ упорядочения, структуризации некоторого множества объектов, рассечения его на определенные подмножества путем артикуляции, выделения некоторого признака объектов исходного множества как основания их структуризации по данному признаку. Другой подход [3] к пониманию классификации – общенаучное и общеметодологическое понятие, означающее такую форму систематизации знания, когда вся область изучаемых объектов представлена в виде системы классов, или групп, по которым эти объекты распределены на основании их сходства в определенных свойствах. Кроме того, классификация рассматривается как многоступенчатое, разветвленное деление логического объема понятия.

А.В. Хуторской [4] дифференцирует понятия типологии и классификации следующим образом.

Типология – смысловая упорядоченность объектов бытия. Упорядоченность в типологии, в отличие от классификации и систематизации, – онтологическая, опирающаяся на сущее, максимально приближающее субъективные представления к объективному смыслу различий в рядопо-ложеных рядах, тогда как классифицировать что-либо или систематизировать можно по разным основаниям, достаточно произвольно определяемым в зависимости от поставленных задач.

Типологизация – это процесс применения типологии к определённой группе рядоположных рядов.

Вектор действий при операции классификации идёт от субъекта, а не от изучаемого им сущего. Это операциональный термин, позволяющий определить классы и подклассы выбранной группы предметов для того, чтобы определить их иерархию, соподчинение, взаимосвязь, функции в общем процессе или устройстве, изучить их или переделать. Причём для одной и той же реальности могут быть выделены и реализованы разные классы.

Типологизация – это выявление элементов с разными смыслами; классификация – это разбивка целого на элементы.

А.А. Романов [5] считает, что под классификацией можно понимать группировку изучаемых объектов исходя из количественных признаков. Под типологией можно понимать группировку объектов по качественным признакам. Логическое основание одинаково и в первом (классификация), и во втором (типология) случаях. А. А. Романов рассматривает [5] два подхода к классификации:

• классификация как установление родовидовых отношений. В результате получается система понятий последовательно снижающегося ранга;

• классификация как деление множества объектов на подмножества в зависимости от сходства и различия их в определенном отношении.

Типология, по мнению А. А. Романова, представляет собой конечную фазу описательного подхода, определенный шаг к синтезу общего и частного. Типологические понятия слабо используются в качестве инструментов познания. Типология представляет собой обобщение.

Э.М. Коротков [6] полагает, что типология – особый вариант классификации, группировка объектов на основе их подобия некоторому образцу, который именуется типом, эталоном или идеальным образом. Каждое явление в большей или меньшей степени приближается к одному из эталонов. Он же проводит отличие между типологией отклассификацией: типология допускает существование таких явлений, которые не соответствуют ни одному из выделенных типов. С точки зрения этого автора, типология превосходит классификацию своей универсальностью и является первоначальной операцией любых систематизаций.

Н.А. Ермакова и А.Т. Калоева [15] со ссылкой на Э.Б. Алаева рассматривают типологию как группировку изучаемых объектов по совокупностям (типам), устойчиво различающимся между собой по качественным признакам; а под классификацией понимают группировку объектов преимущественно по количественным признакам, при этом качественное различие между классами отражает либо динамику развития объектов, либо иерархический порядок.

Анализ представленных подходов к трактовке понятия «типология» позволяет заключить, что процесс типологизации ведет к построению устойчивой структуры целостной совокупности объектов, слабоизменяю-щейся во времени в зависимости от случайных колебаний количественных показателей, независимой от субъективных целей управления и определяющей пространственный каркас взаимосвязанных объектов.

Для выделения типов региональных социально-экономических систем целесообразно акцентировать внимание на целях всего исследования, что позволит выявить типы в соответствии с требованиями субъекта.

Проблема пространственной организации любого крупного государства априори не может быть решена окончательно и неизменно. Динамическое развитие отдельных субъектов, различие в их потенциалах, стратегиях, географическом положении обуславливают изменчивость типологических признаков, являющихся ключевыми для выявления типичных черт и групп, переходный характер принадлежности субъектов к статическим типам, а также невозможность принятия стратегических решений в разрезе одной неизменной типологии.

Следует отметить, что принципы типологии используются при анализе не только внутристрановых регионов, но и стран и городов, при этом существенной специфики в зависимости от объекта исследования в большинстве случаев не наблюдается.

А.Г. Гранберг [7] рассматривает подход к типологии регионов на основе двумерной матрицы, включающей:

а) состояние индикатора в году N и его динамика;

б) два индикатора, характеризующих социальное и экономическое состояние.

Принципиальное различие этих двух подходов – в использовании различных комбинаций параметров; в различной градации шкал каждого из параметров типологии.

На основании качественных методов проведена типологизация регионов по главным проблемам регионального развития [7]. При этом ряд регионов относится сразу к нескольким типам, что, по сути, выявляет лишь наличие проблемных аспектов функционирования субъектов, но не позволяет выделить однозначные типы.

Независимый институт социальной политики [8] в рамках интернет-проекта «Социальный атлас российских регионов» предлагает подход к типологии субъектов РФ, основанный на выделении типов по матричному принципу в системе координат «уровень экономического развития региона и экономическое положение домохозяйств» и «освоенность территории». С точки зрения авторов, реальное количество типов регионов отличается от логической схемы, а ряд их довольно размыты. В рамках каждого из выделенных типов выделяются и подтипы, что существенно расширяет возможности дальнейшего анализа.

М.В. Савеличев и А.Р. Шарапов [9] рассматривают все регионы с точки зрения дисбаланса в уровнях развития их природно-географических подсистем, инфраструктурных организационных сетей, базовых экономических подсистем, промышленного аппарата, а также подсистем, обеспечивающих их социальное развитие, разбивая их на несколько типичных кластеров. Однако в своей статье авторы не приводят конкретных методики и примеров распределения регионов по предлагаемым типам. Вместе с тем, с нашей точки зрения, представляется интересным предложенный авторами подход для анализа и позиционирования отраслевых комплексов внутри субъектов с использованием матрицы БКГ. На наш взгляд, такой подход можно использовать при отраслевой типологии субъектов.

О.В. Михалев рассматривает в качестве основного интегрированного показателя для типологии регионов их экономическую устойчивость – категорию неоднозначную и труднорассчитываемую. Это заставляет предложить в качестве методологического подхода к оцениванию устойчивости экспертный метод, причем в качестве экспертов принять менеджмент предприятий, образующих ядро региональной хозяйственной системы, другими словами, обратиться к качественным оценкам, полученным в ходе специальных обследований или регулярных опросов.

Источником информации предлагается использовать опрос руководителей крупнейших организаций, а в качестве факторов использовать результаты опроса о влиянии на устойчивость предприятий следующих факторов:

1) риски хозяйственной деятельности в целом;

2) спрос на продукцию отрасли;

3) обеспеченность предприятия оборотными средствами;

4) условия кредитования;

5) наличие и величина просроченной дебиторской задолженности.

Результаты оценки частных показателей и вычисление интегральной оценки общей экономической устойчивости региональной системы к влиянию экономической конъюнктуры в целом предлагается проводить с помощью методов корреляционно-регрессионного анализа с получением следующей модели [10]:

zt= 0,3z1t + 0,5z2t + 0,1z3t + 0,05z4t + 0,05z5t

Финальное преобразование вариантов сводных оценок в вербальные уровни экономической устойчивости региональной хозяйственной системы осуществляется на основании рейтинговой шкалы. Итоговая типология строится автором на базе данных об уровне и динамике финансовой устойчивости, что позволяет сформировать набор стандартизованных рекомендаций по ее совершенствованию.

В.И. Менщикова и Р.Ю. Черкашнев [11] выделяют 4 типа регионов-реципиентов в рамках Центрального федерального округа («догоняющие», «бенефициары», «середняки», «иждивенцы»). Основой для типологии служат показатели степени финансовой зависимости регионов от федерального центра и уровня социально-экономического развития. При этом ранги по отдельным показателям обеих групп приводятся к интегральному (итоговому) рейтингу путем нахождения между ними среднего арифметического. По итогам ранжирования регионы распределяются в ячейках матрицы определения типа регионов-реципиентов ЦФО по степени результативности социально-экономической политики их развития [11], осями которой служат указанные выше рейтинговые оценки двух параметров. На наш взгляд, данная методика представляет интерес для региональной экономики и политики, однако требует более обширной апробации на материалах всех регионов РФ, а также уточнения критериальных границ для распределения субъектов по группам.

Т.И. Яськова [12] проводит типологию районов внутри отдельного региона (Смоленской области) по признакам взаимосвязи пристоличного положения Смоленской области и уровня социально-экономического развития ее административно-территориальных единиц. При этом ключевым используемым методом является ранжирование районов по уровню отдельных показателей. Используемые показатели берутся в абсолютном выражении.

М.А. Грезина, О.А. Колчина, И.К. Шевченко, проводя типологию регионов как информационно-аналитический инструментарий совершенствования межбюджетных отношений в условиях территориальной дифференциации используют инструментарий кластерного анализа, в частности, метода Уорда [13]. При этом в данной работе подчеркивается необходимость использования в качестве исходных данных относительных величин, которые затем нормируются. Кроме того, эти же авторы подчеркивают неоднозначность результатов типологии на базе кластерного анализа, из-за чего считают этот метод лишь основой для содержательного анализа, а необходимым условием достоверности проводимой кластеризации – использование принципа общенаучной концепции устойчивости, т. е. сходимость результатов кластеризации регионов, выполненной разными методами по одним и тем же показателям.

Е.В. Тяпушова и Л.С. Шеховцова [14] предлагают использовать для построения типологии субъектов Федерации двумерную систему, включающую два интегральных показателя: интегральную и инновационную конкурентоспособность регионов.

На основании положений институциональной теории Н.Н. Шустова выделяет четыре типа территорий развития, используя в качестве критерия противопоставление «территория – внешняя среда». Как следует из приведенных примеров, объектом такой типологии могут выступать как регионы, так и отдельные города.

Подробные типологии регионов и стран проводят в своей работе Б. Бутс, С. Дробышевский и др. [16], приводя в приложениях к монографии ряд подходов к построению типологий как регионов, так и стран. Следует отметить, что отдельные подходы к типологии регионов (стран) базируются и на количественных, и на качественных показателях (напр., типологии стран мира В.В. Вольского), что позволяет учесть в анализе не только объективную динамику развития субъектов (аналогично техническому анализу финансовых рынков), но и фундаментальные тенденции, которые, в конечном счете, и определяют типологические особенности, устойчивые во времени и играющие ключевую роль в стратегическом планировании развития субъекта в кризисный и посткризисный периоды. В типологии В.В. Вольского большое значение придается именно экспертному качественному анализу [16], что допускает неполное совпадение цифр по всем без исключения параметрам для каждого из типов стран.

Типология регионов РФ в рамках проекта ТАСИС [16] подразумевает двумерную матрицу, позволяющую выделять до 25 типов регионов, однако затем число типов сокращается в самой типологии и уточняется на втором этапе. Оба этапа типологии базируются на методах ранжирования и шкалирования.

Большинство подходов, рассмотренных в указанной выше монографии, базируется на одномерном или многомерном ранжировании субъектов типологии по уровню ключевых показателей и дополнению итогов этой операции экспертным оцениванием.

Относительно редкий подход использовался при построении рейтинга инвестиционной привлекательности регионов [цит. по 16]. Для оценки инвестиционной привлекательности регионов была разработана методика, базирующаяся на сочетании статистического и экспертного подходов. На первом этапе из всех статистических показателей, относящихся к тому или иному виду инвестиционного риска и потенциала, с помощью корреляционного анализа были выделены наиболее индикативные показатели. Затем методом факторного анализа был определен вклад каждого индикативного показателя в общую величину соответствующего потенциала или риска. На последнем этапе с помощью метода кластерного анализа регионы, ранжированные по потенциалу и риску, были разделены на типы по характеру инвестиционного климата.

Кластерные методы анализа широко используются при формировании типологий за рубежом, например, в типологии по экономической специализации и функциональной структуре регионов ЕС уровней NUTS-1 и NUTS-2 [16].

Со ссылкой на труды А.М. Лаврова, Н.В. Абельцева приводит типологию, выявляющую степень привлекательности предпринимательского климата. Интегральный индекс, определяющий тип региона в зависимости от уровня его предпринимательской привлекательности, рассчитывается как среднее арифметическое из 10 факторных индексов, каждый из которых определяется на основе группы показателей, отнесенных к среднероссийскому значению. Таким образом, методика построения типологии сводится к ранжированию по уровню интегрального показателя, построенного на методе средней арифметической. Однако следует отметить, что данный способ некорректен с точки зрения теории измерений, во-первых, в силу специфики шкалирования изучаемых показателей, во-вторых, из-за применения средней арифметической в тех случаях, когда объем варьирующего признака для всей совокупности является суммой значений признаков отдельных ее единиц. Очевидно, что это нехарактерно для используемых коэффициентов.

О. А. Бияков предлагает типологию экономических пространств на основе динамики основных составляющих R-процесса, к которым относит [17]:

• Основные процессы.

• Вспомогательные процессы.

• Процессы жизнеобеспечения.

• Процессы, препятствующие развитию экономики региона.

Методической основой типологии, предложенной О. А. Бияковым, является соотношение динамики указанных процессов. В основе расчетов лежит статистический инструментарий, выбор которого нивелирует ряд недостатков, присущих ряду других типологий.

Ряд прикладных типологий, в отличие от основной массы типологий по уровню социально-экономического развития, используют сложные экономико-математические методы для выделения групп (типов) субъектов (напр., типология регионов России по комплексу показателей здоровья населения и формирующих его факторов А.С. Мартынова и В.Г. Виноградова; типология региональных транспортных систем О.В. Бережной).

А.С. Мартынов и В.Г. Виноградов используют метод построения многофакторной регрессионной модели для каждой из выделенных ими групп показателей, на основе которого формируют единый параметр, максимально точно соответствующий всей совокупности вошедших в группу признаков, тем самым «сжимая» факторное пространство до 10 показателей, имеющих количественную оценку для каждого из субъектов РФ. [цит. по 16].

О.В. Бережная проводит типологию региональных транспортных систем как подсистем региональных социально-экономических систем с помощью инструментария многомерного экономико-статистического анализа методом k-means (k-средних) по 14 нормированным параметрам, включившим ряд относительных показателей.

Ю.А. Токарев [18], проводя типологию регионов Российской Федерации по уровню и динамике показателей экологической обстановки, использует методы группировки и анализ вариации рядов распределения, а в качестве показателей – три коэффициента, характеризующие экологическую обстановку.

Таким образом, совокупность методов типологии регионов (региональных социально-экономических систем) включает классические статистические методы (методы группировок, шкалирования, ранжирования и др), многомерные статистические методы (различные вариации и методы кластерного анализа) и качественные методы анализа.

Следует отметить, что применение первой группы методов проблематично для больших совокупностей, поскольку полноценное ранжирование в этом случае затруднительно для качественных, экспертных оценок и возможно только для количественных показателей. Однако анализ имеющихся статистических данных и уже реализованных типологий показывает, что использование только количественных показателей не приводит к адекватным результатам, поскольку не нейтрализует неравномерность и нестабильность развития субъектов (регионов, РСЭС), что в итоге ведет к случайному попаданию в группы (типы) неоднородных объектов анализа.

Наиболее приемлемой точкой зрения на методическую основу типологизации является мнение М.А. Грезиной и др. [13], предлагающих использовать многомерный кластерный анализ как базу дальнейшей типологии. Вместе с тем, на наш взгляд, проведение типологии для целей стратегического планирования требует разработки двух и более подходов, позволяющих учесть в управлении регионами разноплановые аспекты, сложноформализуемые в одной типологии. Полученные результаты целесообразно представлять в виде многомерной классификации, в рамках которых сочетание определенных типов даст максимальное полное представление о специфике функционирования региона и наиболее оптимальных методах воздействия на его социально-экономическое состояние для достижения стратегических целей.

Существующее множество методов кластеризации объектов неоднократно анализировалось различными авторами [19, 20], которые подчеркивают недостатки и ограничения применения отдельных методов, а значит – возможности их использования в отношении конкретных объектов и предметов исследования. Анализ работ по классификации и сравнению методов кластеризации позволяет сделать вывод, что при условии использования количественных показателей и результатов экспертных опросов (качественные показатели), выраженных в числовом формате, многомерного пространства данных, сложности и непредсказуемости структуры типологических групп РСЭС наиболее приемлемыми методами кластеризации будут считаться метод k-means и самоорганизующиеся карты Кохонена.

Независимо от методов, используемых для типологии субъектов региональной экономики, набор используемых показателей (локальных факторов) достаточно однообразен, если предметом анализа является уровень развития или социально-экономическое состояние объектов анализа, и дифференцируется в отраслевых исследованиях. Рассмотрим отдельные подходы к формированию набора показателей для типологизации.

А.Г. Гранберг приводит в качестве примера типологии по исходному состоянию и динамике определенного индикатора [7] типологию по величине заработной платы; в качестве примера типологии по сочетанию двух индикаторов, характеризующих уровень (динамику) экономического и социального развития – типологию по уровню динамики доходов населения и производства. Очевидно, что вместо указанных показателей могут использоваться любые локальные или интегральные показатели, однако подобный подход не приведет к построению типологии, отражающей интегрированные характеристики объектов, и, таким образом, не будет служить целям стратегического планирования и развития регионов.

Г.Д Абдуллаева [21] рассматривает классические подходы к типологии субъектов, позволяющие выделять типы отсталых (слаборазвитых), депрессивных и кризисных регионов; автор приводит типы регионов в индустриально развитых странах Запада, в частности, депрессивные регионы, стагнирующие регионы, пионерные регионы, экономические регионы первого порядка (или генеральные), программные (плановые) регионы, уникальные (проблемные и проектные) регионы и др. При этом ключевыми факторами типологии (классификации) регионов, по мнению автора, выступают:

• уровень экономического развития (интегральный показатель, понятие размытое и неточное, зависящее от конкретного авторского подхода);

• темпы экономического развития регионов (зависит от набора показателей, чьи темпы включаются в типологию);

• тип территориальной структуры хозяйства (узловой и гомогенный регионы);

• коэффициент плотности населения (узкий показатель);

• темпы прироста населения (необходима дифференциация миграционного и естественного прироста; применимость показателя зависит от сферы и целей типологии):

• характер и коэффициент производственной специализации и др.

Н.В. Абельцева выделяет по признакам масштабности тактическую и стратегическую типологию [22].

Тактическая типология может быть использована для разработки практических мероприятий, включая механизм регулирования по выходу из кризисных ситуаций, стабилизации экономики и социальной сферы и т. д. на ближайшие годы.

Стратегическая типология регионов предназначена для разработки долговременной политики их социально-экономического развития. Не исключено использование смешанной типологии.

Данный подход подчеркивает ключевые различия в подходах к типологии: либо она строится для конкретных целей и носит, скорее, характер классификации, необходимой на данный момент и для конкретной ситуации; либо формируется для стратегических целей и носит универсальный характер. В последнем случае трактовка типологических особенностей будет дифференцироваться в зависимости от области применения результатов типологизации.

В отдельных случаях в качестве признаков типологии используются интегрированные показатели. Так поступает А. М. Лавров с соавторами [цит. по 22], базируя свою типологию на десяти факторах: природно-ресурсный потенциал; демографическая ситуация; экономический потенциал; уровень экономического развития; экономическая активность; уровень жизни населения; состояние региональных финансов; ход экономических реформ; политическая ориентация электората; устойчивость и влиятельность региональных властей. Каждый из факторов – среднее значение из группы показателей. С одной стороны, это позволяет снизить размерность факторного пространства типологии, с другой – не всегда бывает оправдано с точки зрения теории измерений, несоответствия масштабности и сопоставимости единиц измерения показателей. Использование в расчете относительных показателей в некоторой степени нивелирует указанные недостатки, однако не избавляет от них полностью. На наш взгляд, в данном случае целесообразно использовать нормализацию показателей, позволяюшую свести к минимуму разницу величин. Вместе с тем, чрезмерное «увлечение» обработкой исходных данных приведет к уничтожению особенностей и ярких отличий регионов, к «уравниловке» там, где необходимо подчеркнуть нестандартность и типологические черты субъектов.

Подробно классификацию проблемных регионов рассматривает Э.В. Алехин [24], при этом в основу классификации традиционно кладутся три измерения: социально-экономическое развитие, динамичность развития и природно-географические условия. Следует отметить, что в его работе присутствует группировка субъектов по географическому признаку, а именно выделяются 4 кризисных пояса: южный, уральский, восточный и центральный.

О.А. Бияков в своей типологии экономического пространства по структуре R-процесса использует следующие показатели:

Основные процессы (показатели для их характеристики: выпуск продукции лидирующими отраслями региона; финансовое состояние этих отраслей, объем инвестиций в основной капитал).

Вспомогательные процессы (показатели для их характеристики: развитие строительного комплекса региона, показатели объемов транспортных перевозок, развития средств связи и коммуникаций, процессы, характеризующие повышение уровня квалификации рабочей силы и ее уровень образования).

Процессы жизнеобеспечения (показатели для их характеристики: инфраструктурная освоенность территории, уровень развития непроизводственной сферы, состояние потребительского рынка и социальной сферы).

Процессы, препятствующие развитию экономики региона (показатели для их характеристики: количество убыточных предприятий, степень изношенности основных фондов, уровень безработицы и преступности в регионе, уровень загрязнения окружающей среды и демографические аспекты).

В учебном пособии Фетисова и Орешина приводится типология регионов на основании метода сложных группировок, а в качестве примера используются показатели по величине заработной платы относительно среднероссийского уровня.

Независимый институт социальный политики [8] кладёт в основу своей типологии показатели уровня экономического развития региона, экономического положения домохозяйств (среднедушевой объем ВРП, отношение денежных доходов к прожиточному минимуму и уровень бедности) и освоенность территории, оцениваемой через плотность населения. Следует отметить, что в последние показатели авторы типологии вкладывают существенное значение и считают его отражением степени благоприятности климата, типа хозяйственного использования, обеспеченности инфраструктурой и др. [8]

О.В. Михалев [10] рассматривает в качестве ключевых показателей индикаторы уровня и динамики экономической устойчивости хозяйственных систем регионов (риски хозяйственной деятельности в целом; спрос на продукцию отрасли; обеспеченность предприятия оборотными средствами; условия кредитования; наличие и величина просроченной дебиторской задолженности).

Двухуровневая система показателей, предлагаемая В. И. Меньшиковой и Р. Ю. Черкашневым [11], включает систему классических характеристик социально-экономического развития субъектов (размер ВРП на душу населения, млн руб.; индекс промышленного производства, %; индекс производства сельскохозяйственной продукции, %; размер среднегодовой стоимости ОПФ в расчете душу населения, млн руб. и др.) и систему показателей, характеризующим степень финансовой зависимости регионов от федерального центра (доля налоговых доходов консолидированного бюджета субъекта РФ в общем объеме доходов консолидированного бюджета субъекта РФ (без учета субвенций), %, безвозмездные поступления на душу населения, млн руб. размер дотаций из федерального бюджета на душу населения, тыс. руб.). Такая структура индикаторов отражает практически все стороны функционирования регионов, однако чрезмерная аккумулированность множества разноплановых характеристик в одном показателе приводит к неточности интерпретации результатов и размытости характеристики субъекта по нему.

Необходимо отдельно отметить отраслевые типологии, а также типологии, основанные на выделении специфики отдельных сфер деятельности субъектов экономического пространства региона.

Так, С.Н. Блудова приводит 33 показателя, характеризующие уровень развития внешнеэкономического комплекса региона. Дальнейшая обработка этих показателей проводится с использованием кластерного анализа, однако автором не уточнен конкретный метод и не дана статистическая характеристика кластеров, а краткое описание выделенных кластеров и набор локальных факторов акцентируют внимание на соотношении внешнеэкономического и экономического потенциалов регионов. Кроме того, автор не рассматривает показатели в динамике, что приводит к высокой вероятности перемещения субъектов из одного кластера в другой при изменении статистических данных в течение краткого периода времени анализа.

Необходимо отметить, что базой любой типологии служит предварительный анализ состояния и уровня развития РСЭС. Результаты такого анализа позволяют выделить те локальные факторы типологизации, которые оказывают наибольшее влияние на результаты функционирования РСЭС и формируют типологический профиль каждого региона.

Для этих целей нами предлагаются следующие этапы анализа и оценки уровня пространственного развития РСЭС:

• сравнительный анализ уровня развития РСЭС в социально-экономическом пространстве России;

• анализ межрегиональных транспортно-экономических связей регионов как основы пространственной интеграции;

• оценка степени влияния внешних факторов на основные характеристики региональной социально-экономической системы;

• прогнозирование тенденций развития РСЭС и ее внешней среды.

На основании проведенного анализа строится набор ключевых факторов, влияющих на РСЭС в наибольшей степени, с использованием которых в дальнейшем формируется типология РСЭС. Рассмотрим более подробно каждый из предложенных этапов.

Сравнительный анализ уровня развития РСЭС в социально-экономическом пространстве России проводится в разрезе основных показателей, характеризующих социальное развитие и отраслевую структуру РСЭС. В зависимости от целей исследования в набор показателей могут включаться качественные характеристики правовой и политической сферы, а также параметры рисков и инвестиционных рейтингов.

Целью данного этапа является выделение наиболее и наименее развитых регионов, а также выделение регионов с определенной отраслевой спецификой.

При сравнительном анализе необходимо учитывать абсолютные и относительные количественные показатели, что позволит выявить не только состояние РСЭС на текущий момент, но и отследить их динамику. Учет в анализе качественных показателей позволит нивелировать различия в динамике развития регионов, которые в разной степени получают поддержку от государства (напр., высокие темпы развития по отдельным показателям показывает Чеченская Республика, однако более детальный анализ качественной информации негативно характеризует общеэкономическую ситуацию в этом регионе).

При этом следует учитывать, что функционирование РСЭС тесно связано с развитием и функционированием внешней среды (национальная экономика, мировая экономика), в связи с чем в исследование необходимо включать группу показателей макросреды функционирования РСЭС, а также группу показателей для анализа мезо- и микросреды их функционирования.

В первую группу входят показатели, характеризующие тенденции развития мировой экономики, общий уровень развития экономики страны, федерального округа, а также общие тенденции развития соседних регионов, уровень развития отраслей, играющих существенную роль в экономике субъекта.

Показатели второй группы характеризуют объемные показатели отраслей экономики субъекта, уровень развития инфраструктуры региона, финансовый сектор, финансовое состояние организаций региона, состояние ресурсной базы организаций региона, трудовые ресурсы региона.

В обеих группах анализ показателей необходимо вести в разрезе абсолютных и относительных величин, что вместе позволит сравнить масштабы экономик различных регионов, различные межотраслевые соотношения, в разрезе относительных величин динамики, структуры, что дает возможность отследить изменение показателей во времени и структурные сдвиги, а также определить место РТС в экономике региона.

Анализ межрегиональных транспортно-экономических связей регионов как основы пространственной интеграции включает [24]:

а) определение границ макро-, мезо- и микросреды функционирования РТС;

б) выявление и оценку уровня развития транспортных узлов, транспортных коридоров и территорий, примыкающих к ним, «точек роста» в экономике ПСЭС, локальных экономических кластеров.

В ряде случаев экономика РСЭС не ограничивается федеральными границами субъекта, а пересекается с системами соседних субъектов, что особенно ярко проявляется в инфраструктурных отраслях, в частности, на транспорте. В рамки одного субъекта могут вписываться только отдельные показатели, характеризующие РТС (напр., число организаций, их финансовые показатели, численность подвижного состава и т. п.).

Следует также выделить межрегиональные взаимосвязи, которые особенно ярко проявляются в исторически взаимосвязанных регионах. Например, в функционировании экономик Южного и Северо-Кавказского федеральных округов. Нецелесообразно анализировать транспортные связи только Северо-Кавказского федерального округа в отрыве от регионов Краснодарского края, Ростовской области и т. д., поскольку субъекты СКФО и ЮФО имеют давние и прочные транспортные и экспортно-импортные связи.

Аналогично в анализ необходимо включить исследование транспортных путей в страны Закавказья, стабильные связи субъектов СКФО с субъектами Центральной России, Сибири и т. д. Однако в последнем случае требуется анализ данных по конкретным направлениям, поскольку чрезмерное расширение эмпирической базы приведет к нивелированию значимости региональной составляющей исследования и переведет его на уровень мировой экономики [24].

В современных условиях в структуру анализа и оценки РСЭС и их транспортных и экономических взаимосвязей необходимо включать исследование транспортных узлов, транспортных коридоров, объемов их перевозок в различных направлениях; локальных экономических кластеров, являющихся неотъемлемым элементом РСЭС. Однако их анализ затруднителен в виду отсутствия стандартизованной статистической информации. Поэтому, на наш взгляд, при оценке межрегиональных транспортно-экономических связей необходимо проводить анализ [1, 2]:

1) крупных транспортных узлов в регионе; в анализе участвуют показатели оборота данных транспортных узлов, отдельных их составляющих (аэропортов, ж/д станций), данные о численности трудящихся на предприятиях транспорта в этих городах и т. п.;

2) объемов перевозок по ключевым транспортным коридорам, проходящим по территории региона; анализ ведется в разрезе данных по международным и внутренним перевозкам, данных о качестве транспортных магистралей;

3) территорий, прилегающих к крупным транспортным путям (автомагистралям, ж/д путям, рекам и т. п.); в этом случае целесообразно вести анализ в разрезе муниципальных районов и сравнивать уровни развития территорий и городов, находящихся вблизи транспортных путей, и отдаленных территорий;

4) региональных кластеров на территории исследуемого региона; в объекты анализа войдут как транспортные кластеры, так и кластеры других отраслей. В первом случае исследователя интересуют объемные характеристики кластера и его взаимодействие с близлежащими предприятиями; во втором – возможности перевозок производимых грузов.

Оценка степени влияния внешних факторов на основные характеристики региональной социально-экономической системы. Анализ, проводимый на предыдущих этапах, предполагает дальнейшее исследование глубины и тесноты связей РСЭС с внешней средой. Территориальное расположение субъекта оказывает влияние на его взаимосвязи с соседними регионами, его роль в экономике страны, а также во многом определяет потенциал развития РСЭС.

В ряде случаев уровень корреляции между объемными показателями РСЭС и результатами функционирования национальной экономики указывают на место региона в экономическом пространстве страны и его роль в итоговых результатах деятельности всей экономики. Чаще всего такие субъекты характеризуются либо большим объемом экспорта товаров и ресурсов, приграничным положением, значительной долей транзита в перевозках, большими объемами производства нефтегазовых отраслей. Окончательный вывод о роли региона в экономике страны делается экспертами на основании полученных данных.

Помимо зависимости параметров деятельности РСЭС и результатов деятельности национальной и мировой экономики, необходимо проанализировать взаимосвязь различных отраслей между собой, их взаимное влияние. Полученные результаты будут отражать те отрасли, которые обеспечивают функционирование смежных отраслевых комплексов регионов. Кроме того, в случае наличия статистических данных, интересным представляется корреляционный анализ в разрезе подотраслей региональных транспортных систем, напр., трубопроводный транспорт и деятельность нефтегазовой отрасли в регионе.

Транспортная подвижность населения отразится во взаимосвязи таких показателей, как число перевезенных пассажиров, пассажирооборот и доходы населения, его численность. Однако при анализе необходимо учитывать рост автомобилизации населения, из-за чего происходит снижение внутрирегиональных перевозок и растет число автомобилей.

Необходимой составляющей анализа является наличие большого числа данных по каждому из показателей, но относительно стабильная динамика в экономике и повышение достоверности данных наблюдается только с начала 2000-х годов. Кроме этого, постоянно меняющаяся статистическая методология расчета отдельных показателей определяет потребность в дополнительных расчетах и сведении рядов динамики.

Прогнозирование тенденций развития РСЭС и ее внешней среды.

Прогнозирование основных показателей функционирования РСЭС основано на количественном и качественном анализе показателей функционирования РСЭС. При этом моделирование выполняется в зависимости от наличия и качества исходной информации. Данный этап исследования является одной из точек применения принципов адаптации методического инструментария анализа и оценки состояния РСЭС к информационному обеспечению. В случае, если ретроспективный период и линия тренда позволяют построить модель, обеспечивающую высокий уровень точности прогноза, дополнительных исследований не требуется. В противном случае количественный прогноз дополняется качественным, базирующимся на мнениях экспертов.

Поставленные цели и задачи исследования, заключающиеся в подготовке результатов анализа РСЭС, определили облик объекта прогнозирования, чья множественность обликов объекта заключается в разнообразии факторов, определяющих уровень развития и тенденции функционирования РСЭС, ее внешней и внутренней среды. Это определяет различные точки зрения на результативность и рисковость функционирования объекта исследования.

В зависимости от природы показателя выбирается метод прогнозирования: экспертный для качественных показателей и метод экстраполяции тенденций для количественных.

Формирование группы экспертов в рамках экспертного метода прогнозирования осуществляется на основании их подбора, исходя из необходимого количества и уровня квалификации.

Далее разрабатывается анкета для опроса экспертов, которая имеет следующую структуру [3]:

1. Лингвистическая шкала мнений экспертов. Количество и детализация лингвистических оценок зависит от степени градации прогнозных оценок, которые исследователь желает получить.

2. Показатели и характеристики функционирования региональной транспортной системы, требующие экспертного мнения (вопросы анкеты).

3. Итоговая таблица, включающая результаты экспертных оценок по каждому из показателей.

На основании последней структурной составляющей анкеты проводится статистическая обработка данных, включающая расчет итогового мнения экспертов одним из следующих способов:

1) метод средних величин;

2) метод кластеризованных ранжировок.

Дальнейший анализ проводится в отношении оценки экспертной группы (согласованности и взаимосвязи их мнений) и подтверждения достоверности экспертных оценок. На их основании строится диаграмма рангов, включающая итоговую оценку, сформированную на основании обработки мнений всех экспертов.

Прогнозирование количественных показателей методом экстраполяции тенденций начинается с подготовки исходных данных и фильтрации эмпирико-фактологических данных, в результате устанавливается полнота ряда динамики, сопоставимость данных, устраняются случайные возмущения ряда.

Проведенная подготовка исходного динамического ряда позволяет сформировать массив математических функций прогнозирования, что обычно проводится с использованием специализированного программного обеспечения. Логический отбор вида аппроксимирующей функции осуществляется на основе визуального анализа исходного ряда и ряда теоретических расчетных значений.

Оценка параметров математической модели проводится методом наименьших квадратов, методом экспоненциального сглаживания, методом вероятностного моделирования, методом адаптивного сглаживания и т. д.

Качество модели определяет дальнейший ее выбор и получение прогнозных значений.

В случае, если полученные результаты не противоречат результатам экспертных оценок, которые отслеживаются экспертами и исследователями, они принимаются за итоговые. В противном случае прогноз необходимо дополнить мнением экспертов.

На основании проведенного исследования состояния и динамики развития РСЭС построится типология РСЭС с использованием методов кластерного анализа и с учетом экспертных мнений, что позволяет оптимально выбрать центр кластеров (типов), а также исключить ошибки, возникающие при исключительно математической обработке исходных данных.

Глава XII

Оценка эффективности функционирования региональных транспортных систем

Для оценки схожих по характеру функционирования и уровню экономического риска регионов в рамках отдельного кластера нами предлагается использовать инструмент DEA (DataEnvelopmentAnalysis; анализ оболочки данных).

Метод Data Envelopment Analysis представляет собой метод количественного анализа эффективности функционирования элементов системы однородных экономических объектов. В процессе анализа исследуемые объекты описываются набором входных и выходных параметров. Входные параметры характеризуют их потенциал и ресурсы, а выходные параметры показывают результаты деятельности РТС.

Сопоставление РТС по уровню эффективности может быть решено в рамках понятия Парето-оптимальности по критериям – минимизации ресурсов и максимизации результатов. Лучшими считаются те региональные системы, которые одновременно имеют меньшие ресурсы и максимальный результат. В смысле Парето-оптимальности лучшими являются объекты, находящиеся на Парето-оптимальной границе. Цель совершенствования их работы может быть формально определена как стремление каждого объекта занять положение на Парето-оптимальной границе. Достигнута она может быть за счет снижения затрат (входоориентированная модель) – при этом результат остается таким же, а величина ресурсов снижается; или за счет максимизации эффекта (выходоориентированная модель) – ресурсы остаются те же, результат возрастает.

Для вычисления показателей эффективности функционирования РТС целесообразно воспользоваться программным продуктом «KonSi Data Envelopment Analysis Analysisfor Benchmarking», предполагающий три этапа технологии оценки [1]. Для целей нашего исследования данная технология была модифицирована в методику оценки эффективности деятельности РТС с использованием инструмента DEA (рис. 1).

На первом этапе методики осуществляется выбор входных и выходных параметров эффективности функционирования РТС. Структура имеющейся в открытом доступе информации позволяет провести анализ эффективности функционирования РТС на базе «ресурсной» концепции эффективности (оценка соотношения результатов и ресурсов транспортной системы региона – финансовых, трудовых, капитальных и проч.) и на базе «затратной» концепции (соотношение себестоимости, коммерческих и управленческих затрат и результатов деятельности РТС).

Рис. 1. Этапы методики оценки эффективности деятельности РТС с использованием инструмента DEA

В зависимости от целей анализа и наличия и качества информации целесообразно использовать следующие показатели:

1) входные параметры;

а) ресурсная концепция: внеоборотные активы; оборотные активы; производственные запасы; финансовые ресурсы; трудовые ресурсы (оплата труда); инвестиционные ресурсы; стоимость основных фондов хозяйствующих субъектов РТС; объем инвестиций в транспортную систему региона; объем кредитных ресурсов, направляемых в транспортную систему региона; качество инфраструктуры;

б) затратная концепция: себестоимость продукции; коммерческие затраты; управленческие затраты; иные виды затрат.

2) выходные параметры: выручка, прибыль от продаж, чистая прибыль хозяйствующих субъектов РТС; объем произведенного транспортом ВРП.

По нашему мнению, более актуальным для стратегического планирования будет исследование эффективности РТС согласно ресурсной концепции. Анализ на базе затратной концепции должен его дополнять и использоваться на этапе мониторинга реализации стратегии с целью выявления эффективности производимых затрат на ее реализацию.

Второй этап проводится в соответствии с технологией оценки KonSi Data Envelopment Analysis Analysis в разрезе двух направлений:

1. Оценка эффективности функционирования РТС близких регионов. Сравнительный анализ и выявление лидеров и аутсайдеров позволяет идентифицировать пространственные особенности функционирования РТС. Кроме того, целесообразно дополнительно провести анализ в рамках выделенных ранее кластеров. В этом случае среди РТС, подверженных одинаковому или схожему влиянию факторов риска, будут выделены те, которые наиболее эффективно используют свои ресурсы, тем самым нивелируя воздействие факторов риска. По результатам такого анализа целесообразно построение наглядных профилей РТС, отражающих риск и эффективность их функционирования. На их основании возможно построение стратегий, одновременно решающих две задачи:

а) повышение эффективности РТС за счет либо снижения ресурсов (затрат), либо повышения результатов;

б) снижение уровня экономических рисков функционирования РТС.

2. Оценка эффективности функционирования подотраслей РТС близких регионов. Такой анализ дает возможность выявить «лучшую практику» среди РТС и их подотраслей, благодаря чему «отстающие» виды транспорта смогут перенять ее и тем самым повысить уровень эффективности в своем регионе, выровнять результативность деятельности видов транспорта внутри своего региона.

Анализ, проведенный в трех направлениях, позволяет выделить РТС-лидеров и аутсайдеров, оценить эффективность в разрезе видов транспорта конкретных регионов. Полученные результаты служат основой для проведения третьего этапа. Построение прогнозов для лидеров основано на экспресс-методике, базирующейся на прогнозировании трендов входных и выходных параметров. Прогноз параметров аутсайдеров подвергается корректировке в соответствии с принятыми решениями о сокращении затрат или росте результатов.

Четвертый этап методологически повторяет второй, однако его задачей является исследование результативности применяемых мер в отношении аутсайдеров.

Далее дадим оценку эффективности функционирования РТС каждого кластера. Для расчетов использовались указанные в предыдущем пункте параметры.

В первом кластере было выделено 5 лидеров, которые сохраняют свои позиции независимо от выбранной модели анализа (табл. 1).

По модели минимизации были выявлены РТС-лидеры следующих субъектов Федерации: Красноярского края, Московской области, Омской области, Тюменской области, Ярославской области.

Среди РТС-аутсайдеров наиболее близким к лидерам оказалась РТС Пермского края (0,957).

Первый кластер, обозначенный нами ранее как «Объемные РТС», включил в основном региональные транспортные системы Сибири, Московскую области и ряд приграничных субъектов (Ярославская область, Ростовская область), через которые проходят транзитные грузы.

Таблица 1. Показатели эффективности функционирования РТС первого кластера (Объемные РТС)

Следует отметить, что к наиболее эффективным отнесены те РТС, которые связаны с территориями ресурсного характера, с развитой добывающей промышленностью, которая составляет в настоящее время «костяк» российской экономики. Результативность и эффективность РСЭС субъекта федерации сказывается и на транспорте, что подтверждает и наши более ранние выводы.

Вычисление эффективности по модели минимизации с учетом суперэффективности выявило одного big-лидера – это РТС Тюменской области.

Модель максимизации выявила тех же РТС-лидеров, что свидетельствует об их эффективной деятельности и в направлении использования ресурсов, и в направлении роста и оптимизации результатов.

Вместе с тем по модели максимизации результатов было выделено три big-лидера: РТС Красноярского края, РТС Омской области, РТС Ярославской области.

Далее рассмотрим одного из аутсайдеров кластера – РТС Кемеровской области. Сравнение региональной транспортной системы Кемеровской области с идеалом по входоориентированной модели приведено в таблице 2, по выходоориентировнной – в таблице 3.

В данном случае под идеалом подразумевается такая комбинация значений входных и выходных параметров, при котором РТС займет позицию на Парето-оптимальной границе. В случае использования входоориентированной модели изменений происходят по входным параметрам, выходоориентированной – по выходным.

Согласно результатам расчета эффективности по входоориентированной модели РТС Кемеровской области могла бы достичь Парето-оптимальной границы, если бы такой же результат был ею достигнут при меньших ресурсах.

Таблица 2. Сравнение РТС Кемеровской области (РТС-аутсайдера) с РТС-идеалом (РТС-целью) (входоориентированная модель)

Расчет по выходоориентированной модели показывает, что даже увеличение выручки почти в 1,5 раза (+46 %) не дает возможности РТС полностью и эффективно использовать свои ресурсы. Для достижения идеала РТС требуется снижение объема инвестиций, плотности железнодорожных путей и числа работников. Наиболее реальным в данной ситуации представляется только снижение числа работников.

Таблица 3. Сравнение РТС Кемеровской области (РТС-аутсайдера) с РТС-идеалом (РТС-целью) (выходоориентированная модель)

Для формирования РТС-идеала для РТС Кемеровской области по обеим моделям послужили параметры трех лидеров (табл. 4):

• РТС Московской области;

• РТС Омской области;

• РТС Тюменской области.

При этом основной вклад в формирование идеала внесла РТС Омской области (0,96 по входоориентированной модели и 0,902 по выходоориентированной модели). Отклонения параметров РТС Кемеровской области от данной РТС-ориентира менее значимы, нежели отклонения от двух других.

Таблица 4. Идеал и эталоны РТС Кемеровской области по выходоориентированной модели

Далее был проведен анализ цитируемости РТС-эталонов (табл. 5). По входоориентированной модели для РТС Московской области оно составило 4, РТС Омской области – 9, РТС Тюменской области – 7. Эталоны РТС Республики Башкортостан, Татарстан, Ростовской области полностью повторяют эталоны РТС Кемеровской области. Первые две РТС, находясь территориально ближе к РТС Кемеровской области и фактически более удобно расположенные по направлению МТК «Север-Юг», с одной стороны, – ее прямые конкуренты, с другой – служат реальными эталонами, у которых РТС Кемеровской области может перенять отдельные методы работы. Также в число эталонов РТС Нижегородской области, Пермского края, Свердловской области входят две РТС из эталонов РТС Кемеровской области.

Таблица 5. Цитируемость РТС-лидеров первого кластера

По выходоориентированной модели число цитирований РТС Московской, Омской и Тюменской областей возрастает, что приводит к большему числу совпадений в эталонах аутсайдеров. Анализ идеалов аутсайдеров, вошедших в ближайшее окружение РТС Кемеровской области по обеим моделям, приведен в таблице 6.

По входоориентированной модели ближе всех из рассматриваемых РТС к идеалу расположена РТС Республики Башкортостан. Дальше всех – РТС Ростовской области. По выходоориентированной модели ситуация аналогичная.

Таблица 6. Сравнение идеалов РТС Кемеровской области и ближайшего окружения

Идеалы РТС Ростовской области ближе всего идеалам РТС Кемеровской области. Однако первая РТС гораздо больше отдалена от идеальных значений.

Кроме того, в пространственном аспекте данные РТС не являются прямыми конкурентами, что позволяет использовать близость их параметров идеала только в положительном направлении перенятия опыта решения проблем.

Дальнейший анализ сводится к изучению лидеров. Ключевым параметром при этом является цитируемость лидера, т. е. число аутсайдеров, упоминающих его как эталон (см. табл. 5). Очевидно, что реальными лидерами являются РТС Омской и Тюменской областей, которые наиболее часто упоминаются при построении РТС-идеалов. Кроме того, в числе лидеров – РТС Московской области. Несмотря на ее федеральное значение, эффективность ее функционирования оставляет желать лучшего. Далее проанализируем аутсайдеров, которые ссылаются на указанных лидеров (табл. 7).

Таблица 7. Анализ списка аутсайдеров, которые ссылаются на РТС-лидеров

РТС Красноярского края является эталоном для двух РТС, при этом ее вклад в формирование их идеалов незначителен (0,313 для РТС Свердловской области и 0,051 для РТС Челябинской области). РТС Московской области – эталон для четырех РТС, однако вклад в формирование идеала каждой из них менее 0,1.

Наиболее значительный вклад в формирование идеалов РТС-аутсайдеров кластера внесла РТС Омской области. Она служит эталоном для 9 РТС-аутсайдеров, из них в 6 объектах вклад РТС Омской области в идеал составляет >0,8.

РТС Тюменской области послужила эталоном для семи аутсайдеров. Но вклад в их идеалы не превышает 0,2.

Интересным с точки зрения соотношения пространственного расположения и параметров эффективности представляется выявление пятой РТС-лидера – РТС Ярославской области. Она служит эталоном всего для трех аутсайдеров, однако для одного из них (РТС Воронежской области) формирует идеал более чем на 0,75. Эти две РТС расположены в одном федеральном округе (Центральном) и фактически на одном направлении – МТК «Север-Юг», что, с одной стороны, обостряет конкуренцию между РТС, а с другой – позволяет более точно выявить сильные стороны лидера для перенятия их аутсайдером.

Очевидно, что реальной РТС-лидером является в данном кластере РТС Омской области. Кроме того, для одного из аутсайдеров – РТС Воронежской области – важным эталоном является РТС Ярославской области.

Расчет эффективности по обеим моделям с учетом параметра суперэффективности выявил в случае входоориентированной модели одного big-лидера (РТС Тюменской области) и трех big-лидеров в случае выходоориентированной модели (РТС Омской, Ярославской областей и Красноярского края). Далее рассмотрим:

1) лидеров, не вошедших в категорию big-лидеров;

2) big-лидеров.

По первой модели остановимся на РТС Омской области (табл. 8).

Таблица 8. Параметры идеала для РТС-лидера Омской области (входоориентированная модель)

Для достижения позиции big-лидера Омской области необходимо увеличить все исходные параметры функционирования РТС, с том числе значительно расширить инвестиционную политику в отношении железнодорожных путей.

Big-лидер РТС Тюменской области цитируется РТС-аутсайдерами 7 раз, и, кроме того, дважды служит эталоном для построения идеалов РТС-простых лидеров (РТС Красноярского края, Московской области).

По выходоориентированной модели одним из big-лидеров стала РТС Омской области. Она служит эталоном для одной РТС-простого лидера – Московской области.

Таким образом, очевидными лидерами первого кластера стали РТС Омской области, Тюменской области и Ярославской области.

Для второго кластера было выделено большое количество РТС-лидеров по обеим моделям. По модели минимизации единственным big-лидером стала РТС Ставропольского края, по модели максимизации – 3 big-лидера (РТС Республик Калмыкии, Карелии и Еврейской автономной области). Наибольшая цитируемость наблюдается у РТС Республики Калмыкия. В целом для РТС данного кластера характерно равномерное распределение цитирований между лидерами (1–3), что не позволяет выявить явного лидера, который эффективно использует ресурсы и получает максимально возможный результат.

В третьем кластере сложилась аналогичная ситуация. «Реальная» РТС-лидер – РТС Республики Коми.

В четвертый кластер попали чрезвычайно дифференцированные по своим параметрам РТС, в связи с чем в число big-лидеров попали как реальные лидеры (Оренбургской и Вологодской областей), так и РТС-«случайные» лидеры (Республики Тыва, где отсутствует железнодорожный транспорт).

В пятом кластере по модели минимизации затрат big-лидером и одним из самых цитируемых лидеров стала РТС Курской области. Расчет по модели максимизации результатов выявил несколько big-лидеров.

Для дальнейшего формирования стратегии предлагается следующий подход к интерпретации полученных результатов:

1) для РТС-аутсайдеров:

• выявление направлений повышения эффективности использования каждого вида ресурсов;

• перенятие опыта функционирования РТС-эталонов;

• поиск направлений повышения результатов без увеличения стоимости ресурсов;

2) для РТС-лидеров:

• поиск путей укрепления лидерских позиций.

В рамках стратегического планирования необходимо определить значение эффективности РТС в предстоящих периодах в том случае, если на них не будет оказано воздействие со стороны регионального правительства. Данный прогноз позволит выявить тенденции в развитии РТС, требующие воздействия со стороны субъекта управления.

Глава XIII

Детерминанты структуры внешнего окружения организации в современной экономической науке как объект управления экономической эффективностью

Структуризация внешней среды организации необходима для своевременного выявления угроз и использования появляющихся возможностей, совершенствования механизма управления ее экономической эффективностью.

Механизм управления экономической эффективностью организации обеспечивает взаимодействие элементов организации, а также взаимодействие ее с компонентами внешней среды, частью которой она является. Эффективность этого взаимодействия в значительной степени определяется тем, насколько полно определены элементы внутренней и, что особенно важно, внешней среды.

Выделение системы из среды обусловлено главным образом целями ее формирования, а также основными направлениями развития экономических и финансовых отношений конкретного временного периода. Сам факт выделения и позиционирования организационно-экономической системы (в территориальном, экономическом, правовом или финансовом отношении) имеет целевую направленность, определяемую соответствующими законами, постановлениями, положениями, распоряжениями, программами и другими нормативными актами, регламентирующими конкретные направления и аспекты хозяйственной деятельности. Через такие экономические отношения на практике и осуществляется взаимодействие между элементами внутри системы и самой системы с внешней средой.

Степень внутреннего взаимодействия элементов и их системная взаимосвязь предопределяются ограничениями, которые диктует внешняя среда всей системе при ее выделении. Степень свободы системе задают ее ограничители – хозяйственная (правовая) самостоятельность организаций-участников в договорной работе, в проведении независимой ценовой (затратной) и финансовой политики.

Анализ внешней среды важен для ее прогнозирования, комплексной оценки ее влияния на эффективность деятельности организации, разработки стратегии раннего предупреждения возникающих угроз и своевременного использования появляющихся возможностей. Достижение устойчивых показателей эффективности и их рост есть одна из важнейших национальных задач, решение которой связано с исследованием постоянно меняющихся условий социально-экономической среды. До настоящего времени малоизученными остаются сущностные характеристики социально-экономической среды, данная категория либо не анализируется вовсе, либо на уровне принятия конкретных управленческих решений (т. е. поверхностно), либо ей придается второстепенное значение.

Так, Г.В. Савицкая отмечает, что системный подход в анализе хозяйственной деятельности вызывает необходимость взаимосвязанного изучения факторов с учетом их внутренних и внешних связей, взаимодействия и соподчиненности, что достигается с помощью систематизации. Систематизация – это размещение изучаемых объектов в определенном порядке с выявлением их взаимосвязи и соподчиненности. С. М. Пястолов также полагает, что системный подход подразумевает исследование не только внутренних, но и внешних связей объекта анализа и предполагает рассмотрение итогов хозяйственной деятельности объекта как результата взаимодействия всех сторон этой деятельности и всех, влияющих на них факторов (внутренних и внешних).

Изменение внутренней и внешней среды определяет направление развития экономической системы. Развитие – это способ существования системы посредством изменения своего качественного состояния под воздействием изменяющихся факторов внешней среды или изменяющихся внутренних свойств системы. Именно поэтому организации следят за внешней обстановкой, чтобы выявить и использовать ее благоприятные возможности для достижения своих целей, избежать при этом угрозы препятствий. Этого добиваются пристальным изучением внешней среды на перспективу, составлением перечня возможностей и угроз, которые в дальнейшем позволят как использовать благоприятные возможности, так и найти действенные ответы на вызовы среды. Данный процесс называется анализом факторов внешней среды [12].

Е.А. Ерохина также подчеркивает многообразие связей хозяйственной системы с внешней средой: «Среда фирмы включает в себя не только экономические субъекты национальной и мировой экономики (другие фирмы, неприбыльные организации, страховые компании, транспортные, торговые и прочие организации и индивидов), но и устойчивые нормы, связи и отношения, выступающие внешней силой, которые могут относиться как к экономической (отношения собственности, законодательно закрепленные формы организации бизнеса, антимонопольное законодательство и т. д., общий уровень культуры бизнеса), так и неэкономической сфере общественной жизни (устойчивые культурные ценности народа, моральные нормы и т. д.)» [2].

В целях структуризации наиболее существенных связей с точки зрения управления экономической эффективностью, рассмотрим множество связей организационной системы с внешней средой детальнее.

Анализ структуры внешних связей организации приводится многими исследователями [4, 7, 12]. Фрагментарность описания, несовпадение взглядов различных авторов на детализацию множества связей организационной системы со средой вызвали необходимость систематизации и классификации таких связей. Анализ приведенных выше литературных источников показал, что в основу такой классификации может быть положен принцип силы взаимодействия организации с каждым из уровней внешнего окружения (рис. 1).

Характеристики каждого из уровней окружения с точки зрения силы его взаимодействия с организацией представлены в нижеприведенной таблице (табл. 1).

Таблица 1. Структура уровней окружения организации

Для определения окружения и облегчения учета его влияния на организацию внешние факторы разделяют на две основные группы: силы косвенного воздействия и силы прямого воздействия, влияющие на ее внутреннюю среду [1].

Под средой косвенного воздействия понимаются факторы, которые могут не оказывать прямого немедленного воздействия на деятельность организации, но, тем не менее, влияние их необходимо учитывать. Факторы косвенного воздействия формируются структурными единицами внешней среды общего (фонового) уровня (табл. 2).

Рис. 1. Предложенная общая схема классификации уровней окружения организации

Таблица 2. Структура общего (фонового) уровня окружения организации

Особенностью компонент среды фонового уровня является то, что они могут только предоставлять возможности и накладывать ограничения на деятельность организации.

Анализ технологической компоненты внешней среды позволяет своевременно определить те возможности, которые развитие науки и техники открывает для производства новых товаров и совершенствования производимых, модернизации техники и технологии их изготовления и сбыта. Прогресс науки и техники несет в себе огромные возможности и угрозы для фирм. Многие организации не в состоянии увидеть открывающиеся новые перспективы, так как технические возможности для осуществления коренных изменений преимущественно создаются за пределами отрасли, в которой они функционируют. Опоздав с модернизацией, они теряют свою долю рынка, что может привести к крайне негативным последствиям для них.

Воздействие технологических факторов можно оценивать как процесс созидания нового и разрушения старого. Ускоряющиеся технологические перемены укорачивают среднюю продолжительность жизненного цикла продукта, поэтому организации должны предугадывать, какие перемены несут с собой новые технологии. Эти перемены могут воздействовать не только на производство, но и на другие функциональные области, например, на кадры (подбор и подготовка персонала для работы с новыми технологиями или проблема увольнения избыточной рабочей силы, высвобождающейся вследствие внедрения новых, более производительных технологических процессов) или, например, на маркетинговые службы, перед которыми ставится задача разработки методов продвижения на рынок новых товаров и услуг.

Эволюционные преобразования в области технологии объективно предопределили эволюцию в области стандартизации. Последовательная и непрерывная интернационализация производств, выход большого количества компаний, корпораций и фирм на зарубежные рынки сбыта способствовали разработке соответствующих нормативных документов и стандартов, касающихся качества продукции.

В настоящее время существуют два типа международных стандартов в области качества:

• стандарты на продукцию, охватывающие в основном вопросы, связанные со спецификой продукции и соответствующей спецификацией процесса производства, а также показателями качества продукции, например, такими, как безопасность (в том числе и экологическая), сохраняемость, надежность, электромагнитная совместимость и т. п.;

• стандарты по обеспечению качества, охватывающие вопросы обеспечения качества поставщиком и распространяющиеся на все сферы деятельности.

Общемировой организацией стандартизации является ISO, разработавшая стандарты семейства ISO 9000. Более 100 стран мира сотрудничают с ISO через национальные органы по стандартизации. Великобритания сотрудничает через BSI (Британский Институт Стандартов), США – через ANSI (Американский Национальный Институт Стандартов), Россия – через Государственный комитет по стандартизации (Госстандарт).

Изучение экономической компоненты макроокружения позволяет понять то, как формируются и распределяются ресурсы. При анализе экономической компоненты для конкретной организации требуется оценивать ряд экономических показателей, таких как ставка процента, курсы обмена валют, темпы экономического роста, уровень инфляции, средний уровень дохода населения стран, в которых организация осуществляет свою деятельность.

Во время инфляции покупательская способность денег падает, что также вынуждает компанию находить пути для дальнейшего оперирования на рынке.

Темп экономического роста влияет на возможности и угрозы для организации. Когда происходит рост в экономике, увеличиваются расходы потребителей, что вызывает конкурентное давление на организацию из-за быстрого роста числа предприятий в привлекательной области. Снижение темпов экономического роста и. сокращение потребительских расходов также приводят к росту конкурентного давления, вызванного стремлением предприятий, остаться в отрасли в условиях угрозы кризиса.

Для того, чтобы выработать правильную стратегию, руководству фирмы необходимо знать, каковы экономические условия деятельности в регионе, такие как темпы роста отраслей; динамика развития рынка и его насыщенность; уровень инфляции и безработицы; процентные ставки за кредит; инвестиционная и налоговая политика; политика в области заработной платы и цен; налоговая база; экономическая ситуация в регионе;

уровень доходов населения; внешнеторговые барьеры; таможенная политика и др.

Средний уровень дохода населения стран, в которых компания осуществляет свою деятельность, еще один фактор, составляющий экономическую компоненту. Общий уровень покупательной способности зависит от уровня текущих доходов, цен, сбережений и доступности кредита. На покупательной способности сказываются экономические спады, высокий уровень безработицы, растущая стоимость получения кредитов и т. д. Если уровень дохода населения или группы потребителей падает, это означает, что нужно искать методы удержания доли рынка за счет существующих средств, начинать обслуживать новый сегмент или принять другое соответствующее решение.

Кроме перечисленных, имеются и другие экономические факторы: структура потребления и ее динамика; экономические условия в иностранных государствах; показатели торгового баланса; изменение спроса; денежно-кредитная и финансовая политика; тенденции на рынке ценных бумаг; уровень производительности труда в отрасли и темпы ее роста; динамика ВНП; ставки налогов.

Политическая составляющая макроокружения должна изучаться в первую очередь для того, чтобы иметь ясное представление о намерениях органов государственной власти в отношении развития общества и о средствах, с помощью которых государство намерено проводить в жизнь свою политику.

Учет политических факторов предполагает исследование вопросов о том, каких ближайших по времени политических решений можно ожидать от существующего (или нового) правительства, какое влияние на данную организацию оказывают новые правительственные программы, оказывают ли законодательные органы позитивное и стабилизирующее влияние на бизнес вообще и на данный бизнес в частности, могут ли повлиять на данный бизнес какие-либо политические изменения (если они будут связаны с деятельностью кредиторов, поставщиков или потребителей) и др.

Обычно к политическим факторам относят:

• политическую ситуацию в стране;

• стабильность;

• лояльность властей;

• протекционизм в отрасли;

• наличие административных барьеров;

• систему охраны собственности.

Исследование политической составляющей должно сосредоточиться на выяснении того, какие программы пытаются провести в жизнь различные партийные структуры, какие группы лоббирования существуют в органах государственной власти, какое отношение у правительства существует по отношению к различным отраслям экономики и регионам страны, какие изменения в законодательстве и правовом регулировании возможны в результате принятия новых законов и новых форм, регулирующих экономические процессы. При этом важно уяснить такие базовые характеристики подсистемы, как то, какая политическая идеология определяет политику правительства, насколько стабильно правительство, насколько оно в состоянии проводить свою политику, какая степень общественного недовольства и насколько сильны оппозиционные политические структуры.

При этом следует учитывать такие важные движущие силы, как вспышки религиозной нетерпимости и оживление национализма. Нельзя сбрасывать со счетов угрозу вооруженных конфликтов, резкое сокращение импорта или экспорта, введение эмбарго и различных торговых санкций, рассчитанных на экономическое подавление.

Тесно увязанные с социокультурными тенденциями, политические факторы обуславливаются такими действиями правительства, как налогообложение доходов организации, установление налоговых льгот или льготных товарных пошлин, законодательство по защите потребителей, стандарты на чистоту окружающей среды, контроль цен и заработной платы и т. д.

Изменения в законодательстве прямо воздействуют на многие виды деловой активности. Так, введение налогового учета в России оказало сильное влияние на деятельность предприятий, которым пришлось организовывать введение дополнительного учета.

В то время как факторы внешней среды, описанные выше, в той или иной мере влияют на все организации, среда организаций, действующих на международном уровне, отличается повышенной сложностью.

Изучение социальной компоненты макроокружения направлено на то, чтобы уяснить влияние на бизнес таких социальных явлений и процессов, как отношение людей к работе и качеству жизни, как существующие в обществе обычаи и верования, как разделяемые людьми ценности. Значение социальной компоненты очень важно, так как она является всепроникающей, влияющей как на другие компоненты макроокружения, так и на внутреннюю среду организации. Социальные процессы изменяются относительно медленно, однако если происходят определенные социальные изменения, то они приводят ко многим существенным изменениям в окружении организации.

Для многих организаций важно отношение к ней местной общины как фактор косвенного воздействия, поскольку в каждой общине существуют конкретные законы и установки по отношению к бизнесу, определяющие, где можно развернуть деятельность той или иной организации. Многие организации прилагают целенаправленные усилия для поддержания хороших отношений с общинами, в которых они функционируют. Эти усилия могут выражаться в форме финансирования местных школ, благотворительной деятельности или поддержке молодых дарований и др.

При разработке стратегии развития (особенно в случае долгосрочной стратегии) многие организации нередко учитывают также демографические факторы. Если компания обеспечивает население такими услугами и товарами, которые дифференцированы либо по возрастным категориям покупателей, входящих в различные группы, либо по половому признаку, то проведение такого анализа может оказаться чрезвычайно ценным вкладом в разработку стратегии. Так, в настоящее время в России наблюдается рост рождаемости, в результате чего увеличивается спрос на соответствующие товары и услуги. Значит, этот фактор стимулирует развитие именно тех отраслей, которые связаны с производством товаров и услуг для удовлетворения многообразных запросов и потребностей молодых семей.

На демографическую ситуацию немалое влияние оказывают специфические особенности регионов, где размещаются данные организации. Например, может иметь место постоянный приток или, наоборот, отток населения из региона; национальный состав зачастую играет определяющую роль в структуре спроса.

В последнее время резко возросли миграция и подвижность населения в России. В Российскую Федерацию прибыло много переселенцев из других республик бывшего Советского Союза, более активно происходит перемещение населения внутри страны. Миграция населения обусловливает дополнительную изменчивость потребительского рынка. Анализ этнических соотношений позволяет выявить появление новых групп потребителей. Здесь большую роль играют миграционные волны – увеличение населения в одной стране или регионе и снижение его в другой стране или регионе. Изучение миграционных волн касается также переездов из пригородных и сельских районов в города.

Изменения в этническом соотношении перекликаются с изменением в культурных ценностях. Культурная среда – это основные взгляды, культурные ценности и нормы поведения, определяющие взаимоотношения людей друг с другом.

Для основных взглядов и духовных ценностей характерна высокая степень устойчивости. Например, большинство европейцев верят в необходимость работать, вступать в брак, быть честными. Эти верования формируют специфические отношения и поведение и влияют на их конкретные проявления в повседневной жизни. Традиционные взгляды и духовные ценности передаются от родителей к детям и подкрепляются деятельностью основных институтов общества – законами, государственной властью, церковью. На принятии маркетинговых решений могут сказаться такие особенности культурного уклада стран, как приверженность населения основным культурным ценностям и наличие субкультур в рамках единой культуры.

Организации, работающие в рыночных условиях, заинтересованы в предугадывании культурных сдвигов для своевременного выявления новых маркетинговых возможностей. Для того чтобы определить наиболее значимые возможности и угрозы со стороны социальных и культурных факторов, организациям необходимо учитывать новые тенденции (например, такие факты, как более образованный потребитель, возросшее количество работающих женщин, стареющее население). Так, например, стареющее население с большим процентом людей старше 55–60 лет означает благоприятные возможности (в смысле увеличения спроса на их услуги) для организаций, работающих в тех областях, которые вызывают наибольший интерес у пожилых людей, – социальная защита пенсионеров и малоимущих, благотворительность, патронаж, здравоохранение и т. д.

К основным характеристикам, отражающим социально-культурные факторы, могут быть также отнесены: рождаемость; смертность; коэффициенты интенсивности иммиграции и эмиграции; коэффициент средней продолжительности жизни; располагаемый доход; стиль жизни; образовательные стандарты; покупательские привычки; отношение к труду; отношение к отдыху; отношение к качеству товаров и услуг; требования контроля загрязнения окружающей среды; экономия энергии; отношение к правительству; проблемы межэтнических отношений; социальная ответственность; социальное благосостояние.

Значимой составляющей фонового окружения организации является образовательный уровень населения по двум причинам. Рост числа образованных людей меняет структуру спроса на товары и услуги, повышает спрос на высококачественные товары, книги, журналы, туристические поездки и др. Высокий уровень образования занятого в экономике населения – важнейший аспект развития человеческого потенциала. Данные исследований объективно фиксируют, что в экономически развитых странах существует прямая зависимость между уровнем образования и уровнем доходов в течение всей трудовой деятельности. Эта зависимость отражает причинно-следственную связь между образованием, уровнем мастерства, производительностью труда и доходом.

При анализе проблем и тенденций образования в Российской Федерации, отмечено, что прослеживается связь при сопоставлении доли населения с профессиональным образованием и уровнем социально-экономического развития региона. Существенная связь прослеживается и между уровнем образования и уровнем доходов населения по регионам. Уровень образования населения положительно сказывается и еще на одном важном показателе социально-экономического развития региона – уровне безработицы. Чем больше в регионе людей с профессиональным образованием, тем ниже безработица [1, с. 6–14]. Образование и опыт являются важнейшими факторами при трудоустройстве.

В настоящее время все большее число компаний уделяет внимание состоянию природной и экологической среды, поэтому круг вопросов, связанных с ее защитой, играет важную роль при стратегическом планировании многих развивающихся производств и компаний. Изменения в окружающей среде сказываются и на товарах, которые фирмы производят и предлагают рынку. Новые тенденции создают определенный тип потребителя и, соответственно, вызывают потребность в других товарах и услугах, определяя новые стратегии организации. Возникает дефицит некоторых видов сырья. Например, серьезная проблема возникает в связи с истощением таких невозобновляемых ресурсов, как нефть, каменный уголь и другие полезные ископаемые, а также с использованием возобновляемых ресурсов, таких как лес и др., что влияет на ресурсное обеспечение многих организаций.

Промышленная деятельность почти всегда наносит вред состоянию природной среды (отходы химических и ядерных производств, опасный уровень содержания ртути в водах морей и океанов, содержание химических загрязнителей в почве и продуктах питания, а также засорение среды бутылками, изделиями из пластмасс и прочими упаковочными материалами, не поддающимися биохимическому разложению и др.). Требования соответствия деятельности организации экологическим стандартам повышает уровень издержек.

Значение анализа институционального окружения для социально-экономической практики давно осознано экономистами-теоретиками, а в последние годы все более отчетливо осознается и экономистами-практиками. В целом институты представляют собой экономические и социальные процедуры и правила поведения, санкционированные законом или обычаем, основанные на законодательных и регулирующих нормах, защищающих интересы субъектов хозяйствования (табл. 3).

Таблица 3. Структура институционального уровня окружения организации

Государственные и муниципальные организации – это важная составляющая внешней среды. В зависимости от формы собственности, вида деятельности, масштаба, источников финансирования в деловую среду организации могут входить различные муниципальные и федеральные организации или органы власти, с которыми она непосредственно взаимодействует: администрация, налоговая инспекция, налоговая полиция, суды. Влияние их на организацию происходит через принятие нормативных актов; владение акциями; лицензирование; представление субсидий, изымание налогов; размещение государственных заказов и их ресурсное обеспечение; применение экономических и административных санкций и др., – все это непосредственно воздействует на экономику организации. В нашей стране, где изменения в органах власти часты и, как правило, непредсказуемы, очень важно наладить хорошую связь с государственными органами и предусмотреть меры, направленные на защиту интересов организации в кризисной ситуации.

К положительным факторам влияния местных органов следует отнести их деятельность по повышению инвестиционной привлекательности территории. Этим обеспечивается как развитие бизнеса, так и пополнение местного бюджета. Высокие темпы экономического развития отдельных территорий являются следствием усилий конкретных государственных чиновников – «менеджеров среднего звена». Именно их работа и правильное использование государственных полномочий приносят положительные результаты во взаимодействии фирмы с законодательной властью [32, с. 211].

Организация, которая ведет свои дела на территории десятков субъектов федерации и иностранных государств, сталкивается со сложной и многообразной системой местных установлений. Высокие бюрократические барьеры препятствуют предпринимательской активности, открытию малых и средних предприятий.

Контролирующие организации осуществляют налоговый контроль, валютный контроль, банковский и страховой надзор, транспортный контроль, государственный метрологический контроль, таможенный контроль, иммиграционный контроль, лицензионный контроль, бюджетный контроль, а также контроль за соблюдением требований охраны труда, за эффективным использованием энергетических ресурсов, деятельностью в области связи и информатизации, соблюдением норм и правил торговли и общественного питания, за техническим состоянием машин и оборудования. Полезную работу контролирующих органов существенно осложняет бюрократизация их деятельности, а также несовершенное законодательство, что является, по мнению руководителей малых предприятий и частных предпринимателей, одними из основных причин возникновения административных барьеров [14].

Весьма значительную роль в современных сложных условиях хозяйствования играют такие элементы институциональной среды, как некоммерческие объединения коммерческих организаций: ассоциации, концерны, консорциумы, межотраслевые и региональные союзы, финансово-промышленные группы, холдинги и др.

Такие объединения оказывают практическую помощь организациям в части координации их деятельности, реализации проектов в обмене опытом, подготовке кадров, предоставлении информации, организации заказов, сбыта, рекламы, мобилизации сил и средств, совместном представительстве предприятий на рынках и многое другое. В области финансирования бизнес-проектов они осуществляют привлечение дополнительных ресурсов, пополнение оборотного капитала предприятий [6].

Средства массовой информации играют значимую роль в деятельности организаций в части рекламы и анализа предпочтений потребительского выбора. В настоящее время существенно возросла их роль и особенно Интернет, поскольку в информационном пространстве появилось огромное количество новых участников с большими возможностями доводить свою точку зрения до целевой аудитории. Эти участники формально разрозненны, но объединены общими интересами и способны координировать свои действия. Используя современные механизмы вброса и распространения информации, они могут оказывать существенное влияние на репутацию предприятия в глазах партнеров, клиентов и властей.

Службы связи с общественностью (PR-службы) компаний столкнулись с новым для себя вызовом – необходимостью противостоять распространению негативной (а часто заказной, и в том числе нередко лживой, клеветнической, подтасованной) информации и снижать негативные последствия их влияния.

После того, как Интернет получил широкое распространение во всех сферах жизни, организации стали в нем присутствовать за счет корпоративных сайтов. Корпоративный сайт не в состоянии реагировать на изменения информационного поля с должной оперативностью, т. к., будучи официальным органом предприятия, он публикует только согласованную различными службами предприятия информацию. Противники предприятия в информационном пространстве такими формальностями не скованы.

Предприятиям объективно потребовались инструменты быстрого (в том числе неофициального) реагирования на инциденты в информационной сфере. Как показала практика, PR-службы предприятий очень быстро воспринимают теорию и практику конкурентной разведки и начинают самостоятельно пользоваться техниками, отточенными конкурентной разведкой. А поскольку PR-службы во многих структурах входят в состав подразделений, отвечающих также за маркетинг, инструменты конкурентной разведки по неформальному вмешательству в информационное пространство и его преобразованию в интересах бизнеса применяются и в маркетинге [13].

В своей деятельности предприятия испытывают влияние общественных организаций, движений, фондов, объединений. Однако в настоящее время это влияние оценивается как слабое. Проведенный опрос в 81 субъектах Российской Федерации (опрошено 556 экспертов) показал низкую эффективность такого влияния [4]. Не высокие оценки имеют и профсоюзы. Хотя современные российские профсоюзы объединяют очень большую долю работников наемного труда, их влияние на экономическую жизнь остается довольно слабым. Эта ситуация отражает как общемировой кризис профсоюзного движения, так и специфические особенности постсоветской России.

Исследования показывают, что в настоящее время ни традиционные, ни вновь образованные профсоюзы не обладают достаточной силой, чтобы защитить работников от обнищания и правового произвола. Вновь созданные профсоюзные группы обычно состоят из нескольких человек, которые зависят от произвола хозяина «работодателя» и боятся потерять работу [3, с. 11]. Недостаточная востребованность российских профсоюзов как стороны социального партнерства (особенно если сравнивать с ситуацией в развитых странах) обусловлена «болезнью роста», затянувшимся кризисом адаптации к новым условиям. Со временем профсоюзы могут и должны занять достойное место среди важнейших общественных институтов [12]. Экономический, социальный и культурный подъем невозможно поддержать на должном уровне без профсоюзов, об этом свидетельствует весь мировой опыт. Профсоюзы – это непременное условие динамичного экономического и социального развития общества.

Связи с широкой общественностью являются неотъемлемой частью деятельности организации. Основную структуру общественности составляют: население, структуры самоуправления, СМИ, общественные объединения, сотрудники администраций и органы самоуправления, вышестоящие органы власти, ключевые аудитории в кризисных ситуациях; производственные и другие органы [6, с. 18].

Маркетинговые исследования достаточно тесно связаны с социальной ответственностью бизнеса (Corporatesocialresponsibility- CSR), и это является всё более важной темой мирового сообщества. В трудах многих авторов по PR-технологиям эта деятельность рассматривается как важнейший компонент коммуникаций в процессе управления предприятием [9].

Проведенный анализ показывает различную значимость влияния компонентов институционального окружения организации на ее деятельность, и это зависит от конкретных условий развития этих компонентов. Система анализа макроокружения дает необходимый эффект, если она поддерживается внутренним руководством и дает ему необходимую информацию, если она тесно связана с системой планирования в организации и, наконец, если работа аналитиков, работающих в этой системе, сочетается с работой специалистов по стратегическим вопросам, которые в состоянии проследить связь между данными о состоянии макроокружения и стратегическими задачами организации, и оценивать эту информацию с точки зрения повышения эффективности деятельности организации.

При рассмотрении взаимосвязи организации с элементами структуры рыночного уровня нужно подчеркнуть, что она может оказывать существенное влияние на характер и содержание этого взаимодействия, тем самым формировать дополнительные возможности и предотвращать появление угроз ее деятельности (табл. 4).

Изучение непосредственного окружения организации направлено на анализ состояния тех составляющих внешней среды, с которыми организация находится в непосредственном контакте. При этом важно подчеркнуть, что организация может оказывать существенное влияние на характер и содержание этого взаимодействия, тем самым она может активно участвовать в формировании дополнительных возможностей и в предотвращении появления угроз ее дальнейшему существованию.

Таблица 4. Структура рыночного уровня окружения организации

К кредитным организациям относят страховые компании, пенсионные фонды, инвестиционные компании, лизинговые, факторинговые фирмы, финансовые компании, фондовые биржи, частных инвесторов и др. Надежность финансовых организаций – необходимое условие для стабильной работы. Участившиеся кризисы – банкротство банков, резкие колебания валютного курса – все это усиливает степень неопределенности и создает большие сложности для менеджеров компании. Поэтому так важен тщательный выбор финансовых учреждений.

В значительной мере отношения предприятий и кредитных организаций складываются по поводу кредитования, расчетно-кассовых видов деятельности, эффективного размещения денежных ресурсов предприятий и т. д. Как показывает практика, все эти виды деятельности с наибольшей результативностью осуществляют банки. Скорость технологического обновления производства, темпы наращивания выпуска конкурентоспособной продукции во многом зависят от степени соответствия инвестиционных возможностей банков необходимым объемам финансирования [5, с. 12].

Формирование системы взаимодействия предприятий и банков позволяет обеспечить им определенные преимущества: снизить издержки за счет увеличения количества и качества получаемых банковских услуг, уменьшения тарифов обслуживания; увеличить уровень определенности как для организаций, так и для банков; получить дополнительные банковские услуги для реализации совместных проектов [11].

Страховые компании являются необходимым элементом инфраструктуры. Высокий уровень риска для бизнеса на российском рынке заставляет организации обращаться к услугам страховых компаний. Для организации важно, чтобы на территории ее расположения обязательно были сильные страховые компании.

Взаимосвязь между организацией и сетью поставщиков, обеспечивающих ввод ресурсов, – один из наиболее ярких примеров прямого воздействия среды на организацию и эффективность ее деятельности. Поставщики материалов, сырья, полуфабрикатов, электроэнергии, воды, газа создают ресурсную зависимость. Зависимость организаций от поставщиков – одна из самых сильных. Отношения с поставщиками значительно отражаются на себестоимости, качестве продукции, сроках изготовления, тем самым оказывая непосредственное влияние на эффективность. Поставщики-монополисты могут завышать тарифы, цены, отключить энергию, газ, ставя организации в кризисное положение, на грань банкротства. При заключении отношений на поставки необходимо обратить внимание на цены, качество, соблюдение сроков поставок, возможность замены поставщика, необходимо выяснить, является ли он монополистом. Организации следует рассмотреть возможность альтернативных источников ресурсов для минимизирования зависимости от отдельного поставщика.

При анализе поставщиков следует оценить их конкурентную силу, которая определяется такими составляющими, как уровень специализированное™ поставщика, величина стоимости переключения для поставщика на других клиентов, важность для поставщика поставок для данной организации, гарантия их качества, своевременности и полноты поставок, обязательности выполнения условий договора.

Анализ поставщиков рабочей силы направлен на то, чтобы выявить его потенциальные возможности в обеспечении организации кадрами согласно профессиональным требованиям. Организация должна изучать рынок рабочей силы как с точки зрения наличия на нем кадров необходимой специальности и квалификации, уровня образования, возраста, пола и т. п., так и с точки зрения стоимости рабочей силы.

На рынке труда получает оценку стоимость рабочей силы, определяются условия ее найма, в том числе величина заработной платы, условия труда, возможность получения образования, профессионального роста, гарантии занятости и т. д. Рынок труда отражает основные тенденции в динамике занятости, ее основных структур (отраслевой, профессионально-квалификационной, демографической), а также мобильность рабочей силы, масштабы и динамику безработицы.

Главное, что отличает российский рынок труда, это наличие административных, правовых и экономических ограничений, все еще препятствующих свободной продаже рабочей силы на наиболее выгодных условиях для большинства работников. Это и наличие регистрации, формально заменившей прописку, отсутствие реального рынка жилья при его огромном дефиците, и неразвитость механизмов государственного регулирования и социальной поддержки в сфере занятости.

Конкуренты – это внешний фактор, влияние которого невозможно оспаривать. Изучение конкурентов, с которыми организации приходится бороться за ресурсы, которые она стремится получить из внешней среды, чтобы обеспечить свое существование, занимает особое и очень важное место в стратегическом управлении. Конкурентная среда формируется внутриотраслевыми конкурентами, производящими аналогичную продукцию и реализующими ее на одном и том же рынке, а также производителями замещающих товаров и услуг.

На конкурентную среду организации оказывают заметное влияние покупатели и поставщики, которые, обладая силой к торгу, могут заметно ослабить позицию организации на поле конкуренции. Методы анализа конкурентов достаточно хорошо исследованы [9]. Итогом анализа является выявление конкурентных преимуществ и уязвимых позиций организации и ее конкурентов для удержания и развития конкурентоспособности предприятия. Вместе с тем, необходимо отметить, что конкуренция иногда толкает организации и на создание между ними соглашений различных типов: от раздела рынка до кооперации между конкурентами.

С элементами рыночной среды у организации могут складываться партнерские отношения, такие как субконтрактинг и франчайзинг. Эти формы сотрудничества дают возможность сокращения себестоимости конечного продукта за счет сравнительно низкой себестоимости комплектующих и услуг, получаемых от малых и средних предприятий, сокращения размера капиталовложений в средства производства с низкой степенью загрузки, оптимизации собственных товарно-материальных запасов, увеличения объема оборотных средств и др. По этим критериям и следует оценивать эффективность взаимодействия с партнерами.

Международный сектор деловой среды в последнее десятилетие также оказывает сильное влияние на деятельность российских фирм. Вытеснение с российского рынка российских производителей (автомобили, бытовая техника, электронная техника, некоторые продукты питания) заставляет компании внимательно следить за развитием международного сектора экономики. Необходимо постоянно изучать влияние иностранных потребителей, поставщиков, конкурентов; исследовать новые приемы, правила менеджмента; усиливать лоббирование своих интересов в государственных органах власти и предпринимать меры, позволяющие противостоять иностранной конкуренции на отечественном рынке [14].

Анализ покупателей (потребителей, клиентов) как компоненты непосредственного окружения организации, в первую очередь, имеет своей задачей составление профиля тех, кто покупает продукт, реализуемый организацией. Изучение покупателей позволяет организации лучше уяснить то, какой продукт в наибольшей мере будет приниматься покупателями, на какой объем продаж может рассчитывать организация, в какой мере покупатели привержены продукту именно данной организации, насколько можно расширить круг потенциальных покупателей, что ожидает продукт в будущем, и многое другое.

Среди лиц, заинтересованных в продуктах организации и определяющих требования к ним, следует отметить заказчиков. Заказчик – лицо (физическое или юридическое), заинтересованное в выполнении исполнителем какого-либо объема работ или приобретении у продавца какого-либо продукта, и оформляющее в связи с этим заказ. Заказ оформляется договором, где определяются условия исполнения заказа, стоимость продукции и порядок расчетов, ответственность сторон, гарантийные обязательства сторон и др.

Рассмотренные выше элементы институционального окружения организации могут быть отнесены к рыночной инфраструктуре. Инфраструктура, представленная совокупностью формирующих ее элементов, является механизмом, компенсирующим всевозрастающее в условиях развития рынка повышение разнообразия товаров и услуг, неупорядоченности и разнородности воздействий внешней среды, влияющих на деятельность хозяйственных объектов с целью повышения их устойчивости на рынке и результативности воспроизводственных процессов. С одной стороны, он означает создание фундаментальных основ для выполнения предприятиями своих функций; с другой стороны, представляет собой определенные услуги, которые оказывает производственно-хозяйственным единицам специальный многоотраслевой комплекс, обеспечивающий бесперебойное и устойчивое течение бизнес-процессов.

Признаком услуг инфраструктуры является их утилитарность, то есть способность и свойство служить средством или условием для осуществления другой деятельности, которая выступает по отношению к услугам инфраструктуры в качестве цели и способствует достижению последней.

Различают производственную и социальную инфраструктуру. Задачей производственной инфраструктуры является обеспечение нормального функционирования предприятий, освобождение от несвойственных им функций и сосредоточение их усилий на основной деятельности. Сюда относят организации, оказывающие услуги в части обеспечения транспортом, связью, информацией, энерго-, газо-, тепло- и водоснабжения, складирования товаров, различные аналитические центры и консультационные организации, охранные организации и др. Эффективность функционирования производственной инфраструктуры выражается в увеличении производства, сохранении качества и устранении потерь продукции.

Задачей социальной инфраструктуры является обеспечение нормальной жизнедеятельности, воспроизводства и распределения рабочей силы. Эффективность функционирования социальной инфраструктуры выражается в повышении производительности труда и уровня жизни работников. Социальную инфраструктуру образуют дошкольные учреждения, органы просвещения и образования, учреждения здравоохранения, спорта, охраны окружающей среды, ЖКХ, предприятия розничной торговли и общественного питания, общественный транспорт и связь и др.

Как правило, в работах по анализу окружения организаций уровень ближнего окружения не рассматривается, в то время как он также оказывает существенное влияние на эффективность их деятельности (табл. 5).

Таблица 5. Структура ближнего уровня окружения организации

Одно из главных влияний на организацию оказывает форма собственности и её представители – собственники. Этот фактор, впрочем, как и другие, тесно переплетается с остальными, как внутренней среды, так и внешней среды организации. В условиях диффузии капитала, развития акционерного капитала формируется обширный слой собственников, оказывающих существенное влияние на развитие организаций.

В большинстве российских компаний четко выделяется мажоритарный акционер, принимающий участие в управлении компанией [7]. Организации, в которых есть держатель контрольного пакета, отличаются более активной инвестиционной политикой, направленной на освоение новых рынков, реструктуризацией и самым высоким уровнем производительности труда. Совмещение в одном лице собственника и менеджера является в настоящее время основной характеристикой сложившейся в России собственности [8]. Этот вывод со всей очевидностью не является оптимистичным при оценке перспектив развития прозрачной для всех акционеров модели корпоративного управления.

Производительность труда (объем созданной добавленной стоимости на одного работающего) в госсекторе выше, чем на частных предприятиях. Это утверждение справедливо для Европейского Союза в целом и для всех его стран по отдельности, кроме одной – Бельгии. Согласно мировому опыту экономическая эффективность государственных предприятий выше, чем у частных. Одна из причин состоит в том, что зарубежные государства предпочитают оставлять у себя (или национализировать) высокоэффективные предприятия и избавляться от малоэффективных и убыточных, приватизируя их [15, с. 682].

Спонсорство обычно связывают с реализацией конкретных проектов. Будучи членом правления организации или исполняющим менеджером, спонсор обычно ведет проект, предоставляет ресурсы для него, и контролирует внедрение его результатов в те бизнес-процессы или отделы, которые входят в сферу влияния проекта. Попечительскую деятельность следует рассматривать как становящийся социальный институт общественного участия в управлении организациями. Такое участие необходимо из соображений обретения организацией современной экономической, социальной и культурной значимости.

Таким образом, рассмотренная структура уровней внешней среды организации позволяет системно рассмотреть максимальное число факторов, релевантных поставленным целям организации, выявить наиболее значимые из них с точки зрения оценки эффективности деятельности организации.

Несмотря на всевозрастающее значение внешних факторов, внутренние являются все же определяющими в функционировании и развитии организации. Более того, они являются объектами и субъектами управления. Внутренняя среда организации – это та часть общей среды, которая находится в рамках организации. В литературе по управлению нет однозначного определения структуры внутренних составляющих организации (табл. 6).

Таблица 6. Примеры структуризации внутренней среды организации

Анализ внутренней среды вскрывает те внутренние возможности и тот потенциал, на который может рассчитывать организация в конкурентной борьбе в процессе достижения своих целей, а также позволяет более верно сформулировать миссию и лучше уяснить цели организации. Необходимо учитывать, что организация не только производит продукцию для окружения, но и обеспечивает возможность существования своим членам, предоставляя им работу, возможность участия в прибылях, создавая для них социальные условия и т. п.

Можно выделить ряд подходов, когда определяют в качестве элементов внутренней среды структуру корпорации, её культуру и ресурсы [13, с. 45]; цели, структуру, задачи, технологию и людей [12, с. 89]

Иногда, анализируя внутреннюю среду организации, говорят о потенциале предприятия – управленческом и производственном или экономическом [15, с. 127]. Анализ теории и практики менеджмента предполагает рассмотрение внутренней среды как динамичного явления, т. е. рассматривать факторы внутренней среды как переменные в их развитии. Внутренние переменные – это ситуационные факторы внутри организации, которые в основном являются контролируемыми и регулируемыми. Основными переменными внутренней среды организации являются: цели: структура, трудовые ресурсы, оборудование, материальные запасы, технология, культура организации.

В соответствии с международными стандартами ИСО основными внутренними факторами являются финансовые ресурсы, структура затрат труда, материалов, энергии, структура организации и управления, инвестиции, персонал, его специальные и технологические навыки.

По степени устойчивости (сопротивлению изменениям) внутренние факторы классифицируются на две группы: объектные и системные. К объектным факторам повышения производительности относятся: сам продукт (его функциональность, дизайн, качество), производство, технология, оборудование, материалы, энергия. К системным факторам относятся; персонал, организация, уровнево-иерархическая структура, система и стиль управления. Объектные факторы повышения производительности связаны как с самим продуктом, его потребительной стоимостью, так и с производительностью оборудования, устранением «узких мест» в производстве, технологическими нововведениями, мероприятиями, направленными на уменьшение потребления материалов и энергоресурсов, управление материальными запасами и развитие системы снабжения сырьем, материалами и комплектующими.

Внутренние факторы обусловлены эффективностью управления предприятием, общим уровнем менеджмента и состоянием производственной базы [1]. Как показывает приведенный анализ, существует множество рекомендуемых наборов факторов, по которым следует проводить анализ внутренней среды, но при этом большинство исследователей склоняются к тому, что необходимо рассматривать различные «срезы» организации, такие как производственный, кадровый, организационный, маркетинговый и финансовый (табл. 7).

Кадровый срез внутренней среды охватывает такие процессы, как взаимодействие менеджеров и рабочих; набор, обучение и продвижение кадров; оценка результатов труда и стимулирование; создание и поддержание отношений между работниками и т. п.

Организационный срез включает коммуникационные процессы внутри организации, организационные структуры, нормы, правила и процедуры, распределение прав, обязанностей и ответственности, иерархию подчинения и т. п.

В производственный срез входят следующие элементы внутренней среды: изготовление продукта; снабжение и ведение складского хозяйства; обслуживание технологического парка; осуществление НИР и т. п.

Маркетинговый срез внутренней среды организации охватывает следующие стороны, связанные с реализацией продукции: продуктовая стратегия, стратегия ценообразования; стратегия продвижения продукта на рынке; выбор рынков сбыта и систем распределения и т. п.

Таблица 7. Структуризация внутренней среды организации по срезам

Финансовый срез включает процессы, связанные с обеспечением эффективного использования и движения денежных средств в организации: поддержание должного уровня ликвидности и обеспечение прибыльности; создание инвестиционных возможностей и т. п. Очевидно, что каждый из срезов может быть охарактеризован набором показателей, отражающих состояние внутренней среды организации (табл. 7).

Таким образом, рассмотренная структура уровней внешней среды организации позволяет системно рассмотреть максимальное число факторов, релевантных поставленным целям организации, выявить наиболее значимые из них с точки зрения достижения главных целей организации. Определить, в каком состоянии находятся эти факторы в настоящее время и каковы перспективы их развития в будущем, идентифицировать настоящие и будущие состояния факторов как угрозы или возможности для организации для ее эффективного функционирования и развития.

Анализ внешней и внутренней среды в любой организации проводится постоянно в различных формах. Он является основой для принятия любых решений о деятельности организации, и здесь особую значимость приобретает действенный механизм, который можно применять целенаправленно и систематически, чтобы получить информацию, необходимую как для стратегического планирования, так и для оценки успешности реализации стратегии [13, с. 70].

Механизм управления экономической эффективностью организации – это совокупность форм, методов и инструментов управленческого воздействия на экономические отношения между элементами хозяйственной системы, имеющая целью своевременно обнаруживать различные отклонения от заданных целевых установок, плановых параметров, критериев функционирования и развития организации с использованием системы внутреннего и внешнего мониторинга. Это позволяет своевременно выявлять возникающие проблемы и предупреждать неблагоприятные тенденции в производственно-хозяйственной деятельности организации.

Глава XIV

Принципы построения интегрированной системы учета и анализа денежных потоков по операциям с объектами основных средств

В современных экономических условиях, происходящих в Российской Федерации, центральное значение отводится динамичной работе экономических субъектов, поскольку предпосылки развития экономики любой страны в целом, и уровень конкурентоспособности отрасли и каждого отдельного предприятия в частности определяет состояние основного капитала и возможность его обновления. Следовательно, разработка и осуществление мероприятий по укреплению имущественного комплекса, а вместе с тем и стабилизации как внутренних, так внешних условий хозяйствования выступает основой для успешной деятельности субъектов рыночной экономики. Особенно актуальна эта проблема в нынешней ситуации, когда руководство страны поставило задачу увеличения темпов роста национальной экономики.

В условиях дефицита финансовых ресурсов на месте полуразоренного предприятия сразу не построишь преуспевающего хозяйствующего субъекта. С этой целью необходимы новые методы повышения эффективности деятельности предприятий, наращивания их технической базы и вывода их из экономического кризиса.

Одним из методов, на наш взгляд, является создание системы оперативного управления воспроизводством основных средств. Данная система позволит эффективней решать текущие задачи, даст возможность повысить эффективность использования внеоборотных активов и сократить время реакции на влияние внешней среды.

Эффективность учетно-аналитической системы эффективности использования денежных средств по операциям по объектам основных средств как сложной многоуровневой системы зависит в большей мере от прагматики учета и анализа, т. е. от тех мер, которые обеспечивают практическое функционирование системы регистрации, группировки и обобщения и анализа учетной информации. В этой связи очень важно найти наиболее совершенные и экономически оправданные показатели управления учетным процессом воспроизводства основных средств.

В современных условиях хозяйствования предприятия должны уделять особое внимание учету инвестиционных средств, поскольку в результате снижения объемов финансирования воспроизводства основного капитала происходит увеличение себестоимости производимой продукции, снижение объемов производства продукции, ее ассортимент, новизна качество, а также и её конкурентоспособность и привлекательность продукции. Оценку эффективности учета инвестиционных потоков в воспроизводство основных средств необходимо проводить собеспечения полного и достоверного учета денежных потоков в воспроизводство основных средств и формирования необходимой отчетности. Повышение эффективности процесса воспроизводства и использования основных средств в организациях в современных условиях находится в прямой зависимости от наличия оперативной системы управления. На рисунке 1 нами представлена модель системы учетно-аналитического воспроизводством основных средств.

Рис. 1. Система учетно-аналичиеского обеспечения воспроизводства основных средств

Данная система представляет достаточно сложный механизм, соединяющий в себе процессы учета и экономического анализа с целью создания учетно-аналитического обеспечения, позволяющего формировать объективную информацию о состоянии объектов основных средств, эффективности их использования в соответствии с интересами заинтересованных пользователей и направлений развития отрасли. Механизм обеспечения управления воспроизводством основных средств реализуется, в том числе через оптимизацию учетной политики организации, которая выступает важным и существенным компонентом учетно-аналитического обеспечения воспроизводственного процесса.

В настоящее время учет стоимости инвестиционного капитала является основной задачей бухгалтерского учета, поскольку данное имущество не принимает участия в производственном процессе. От сдачи инвестиционного имущества в аренду или его перепродажи предприятие может получать дополнительный доход. С целью не только сбережения, но и преумножения финансовых ресурсов в условиях инфляции предприятие может инвестировать свободные финансовые ресурсы в инвестиционное имущество. Для систематизации современных обстоятельств и положений, определяющих принципиальные направления системы учета инвестиционного капитала, необходима оптимизация организационного и методического регулирования системы учета капитала предприятия, которая должна базироваться на взаимоувязке основных компонентов его учета: целей, задач, функций, содержания и формы. В связи с этим нами предложена модель функционирования основных компонентов системы бухгалтерского учета инвестиционного капитала (рис. 2).

Использование данной модели позволит предприятиям организовать учет инвестиционного капитала для формирования информационно-аналитического обеспечения управленческих решений в соответствии с требованиями рыночной экономики и положениями международных стандартов финансовой отчетности, поскольку в ней, на наш взгляд, в максимальной степени учтены единство формы и содержания учета инвестиционного капитала, взаимодействие всех его компонентов.

Учетная система, действуя непрерывно, повысит качество и расширит область практического применения учетной информации, положительно влияя, в конечном счете, на качество подготавливаемой и представляемой отчетности и сами отчетные показатели, то есть на результативность учетной информации для руководителей и менеджеров предприятия в целях эффективного управления источниками воспроизводства основных средств.

В настоящее время учёт основных средств регламентируется ПБУ 6/01 «Учёт основных средств»[1].

Федеральный закон «О бухгалтерском учете» № 402-ФЗ от 06.12.2011, вступивший в силу с 01.01.2013 года, дает предприятиям право самостоятельно разрабатывать и утверждать формы первичных документов, по учету основных средств при условии соответствия их требованиям ст. 9 закона.

Рис. 2. Структурно-логическая модель функционирования основных компонентов системы бухгалтерского учета инвестиционного капитала предприятия

В учетной политике предприятия необходимо отразить, какие формы первичных документов – унифицированные или собственные – будут использованы предприятием при поступлении, выбытии и внутреннему перемещению объектов основных средств и порядок их составления (п. 5 Методических указаний).

Помимо этого внутренними документами руководитель и главный бухгалтер предприятия утверждают:

• лимит стоимости имущества, зачисляемого в учет в качестве объекта основных средств, но не более 40000 рублей за единицу (п.5 ПБУ6/01);

• способ начисления амортизации:

– линейный;

– уменьшаемого остатка;

– списания стоимости по сумме чисел лет срока полезного использования;

– списания пропорционально объему продукции (работ). (п.18 ПБУ 6/01);

• порядок переоценки объектом основных средств:

– будет ли осуществлять предприятие переоценку основных средств или нет. Если осуществляет, то обязательно в учетной политике должен быть прописан метод переоценки (п.15 ПБУ 6/01);

• порядок определения срока полезного использования объектов основных средств в соответствии с Классификацией, утвержденной постановлением Правительства РФ от 1 января 2002 г. № 1 самостоятельно (например, с учетом технической документации) (п.20 ПБУ 6/01);

• основополагающие принципы документооборота, правила и технологию обработки учетной информации (п.5 Методических указаний);

• перечень должностных лиц предприятия, на которых возложена ответственность за учет поступления, выбытия и внутреннего перемещения объектов основных средств (п. 5 Методических указаний);

• порядок осуществления контроля за сохранностью и рациональным использованием объектов основных средств в организации (п. 5 Методических указаний).

Большинство предприятий, в ходе инвестиционной деятельности сталкивается с проблемой недостатка денежных средств, что побуждает руководителей изучать причины имеющихся проблем и анализировать возможные последствия.

Именно оперативное управление источниками воспроизводства основных средств в условиях расширения коммуникационных возможностей и увеличения объемов передаваемой бухгалтерской информации, влияющей на принятие инвестиционных решений позволит эффективно управлять финансовыми ресурсами хозяйствующего субъекта.

Особое место в системе бухгалтерского учета занимают вопросы, связанные с состоянием основных средств. Это объясняется тем, что они в своей совокупности образуют производственно-техническую базу и определяют производственную цель хозяйства.

Необходимо отметить, что возможности анализа эффективности функционирования основных средств на предприятиях ограничены низким уровнем организации оперативно-технического учета времени работы и простоев оборудования, их производительности и степени загрузки. На предприятиях зачастую не проводится сравнительный анализ данных по аналогичным объектам основных средств других предприятий и хозяйственных единиц. Для принятия оперативных и тактических решений по управлению воспроизводственным процессом на предприятии в условиях постоянно меняющейся рыночной конъюктуры и развивающейся конкуренции товаропроизводителей необходима своевременная достоверная и аналитическая информация.

На предприятиях практически не ведется аналитический учет основных средств, он лишь ограничен разделением объектов на классификационные группы, а внутри групп – по инвентарным объектам и месту нахождения (эксплуатации) объектов у лиц, ответственных за их сохранность. Аналитический учет капитального строительства объектов и мощностей ограничен информацией паспорта стройки, который в большинстве случаев по полной форме не заполняется. Не осуществляется аналитический учет затрат осуществляемых на ремонт отдельно взятой единицы оборудования. Превосходные условия для совершенствования управления источниками воспроизводства основных средств на предприятиях, повышения эффективности их использования открывает возможность применения современных компьютерных программ в синтезе с математическими методами.

Основные средства, вовлеченные в процесс производства кажутся неизменными, когда они представлены в натуральной форме: здания, сооружения, машины, оборудование и т. д. В свою очередь, основные средства представленные в стоимостном выражении могут быть представлены в трех формах: первоначальной стоимости, фактической стоимости и в сумме начисленной амортизации – амортизационного фонда, который является основным источником возмещения основных средств на предприятиях. Эти три стоимости основных средств не являются неизменными, они находятся в непрерывном движении. Стоимость основных средств постоянно переходит из одной формы стоимости в другую. Величину каждой из форм стоимости и сумму затрат на поддержание основных средств на определенный момент можно зафиксировать, в то время как в следующий момент времени величина этих стоимостей будет совершенно иной. Задачу учета движения стоимости основных средств и движение денежных средств, направленных на их воспроизводство, в каждый определенный момент времени можно решить при помощи организации управленческого учета. Следовательно, в целях оперативного управления воспроизводством основных средств на предприятии помимо бухгалтерского (финансового) должен осуществляться и управленческий учет денежных средств на воспроизводство основных средств. В мировой практике финансовый и управленческий учет имеют различия по следующим признакам:

1) основные потребители информации;

2) виды систем бухгалтерского учета;

3) свобода выбора;

4) используемые измерители;

5) основной объект анализа;

6) периодичность составления отчетности;

7) степень надежности;

8) временная соотнесенность информации [Ли И. А., 80].

Содержание различий по указанным позициям И.А. Ли раскрывает следующим образом (табл. 1).

Таблица 1. Основные сравнительные характеристики финансового и управленческого учета [Ли И. А., 80].

За основу построения системы управленческого учета денежных средств на воспроизводство основных средств можно использовать международный опыт построения учетных систем, которым выступает учет и формирование отчетности в соответствии с международными стандартами учета и финансовой отчетности (МСФО).

Изначально стандарты МСФО ориентированы на конкретных пользователей информации и в их основе лежит критерий полезности финансовой информации для целей принятия пользователями управленческих решений. Именно специфика деятельности предприятия будет определять целесообразность применения того или иного стандарта для целей управленческого учета.

Проанализируем основные принципы, рекомендуемые МСФО к использованию в управленческом учете:

Принцип временной определенности фактов хозяйственной деятельности (принцип начисления), должен быть первостепенным принципом при формировании системы управленческого учета. Данный принцип подразумевает, что факты хозяйственной деятельности должны быть отражены в учете именно в том отчетном периоде, когда они имели место быть. Все доходы и расходы должны быть отражены в учете по мере их возникновения. Результаты хозяйственных операций независимо от выплаты или поступления денежных средств признаются по мере их совершения.

Принцип непрерывности. Данный принцип обозначает, что предприятие намерено продолжать свою хозяйственную деятельность в обозримом будущем, и у него нет намерений и необходимость принятия решений о существенном сокращении своей деятельности или ликвидации. Что это указывает на то, что все имеющиеся обязательства будут погашены в общепринятом порядке.

Принцип соответствия доходов и расходов. Данный принцип обусловливает выбор периода для признания расходов. Согласно этому принципу в отчетном периоде находят признание только лишь те расходы, которые в этом периоде привели к доходам. Расход, обуславливающий получение дохода в ходе нескольких отчетных периодов, признается в отчете о финансовых результатах путем аргументированного распределения между периодами. [2]

Учетная информация должна соответствовать следующим качественным характеристикам:

• Понятность. Понимание информации содержащейся в финансовой отчетности заинтересованными пользователями.

• Уместность. Присутствие необходимой информации для принимающих решения на базе управленческой отчетности.

• Существенность. Все факты хозяйственной деятельности должны быть зафиксированы отдельно в той стоимостной характеристике, которая является существенной для принятия управленческого решения. Каждая отдельная организация порог существенности принимает индивидуально.

• Надежность. Достоверность информации содержащейся в финансовой отчетности, основанной на принципах осторожности в оценке имущества, преобладания сущности информации над ее формой и полноты для целей принятия управленческих решений.

• Сопоставимость. Принятие эффективных управленческих решений требует, чтобы отчетность была сопоставима во времени, т. е. учет должен осуществляться из года в год по одной и той же методике. В случае, если в силу изменения нормативного законодательства текущем отчетном периоде произошло изменение учетной политики, это обязательно должно найти отражение в пояснениях к финансовой отчетности.

При построении учетной политики по управленческому учету денежных средств на воспроизводство основных средств можно использовать требования МСФО 16 «Основные средства».

В соответствии с данным стандартом в отчетности основные средства отражают по справедливой стоимости, которая определяется по итогам оценки независимым оценщиком и скорректированная с учетом последующего поступления амортизации и выбытия.

Согласно МСФО 16 переоценка основных средств проводится каждые три – пять лет. В конце каждого года подлежит пересмотру срок полезной службы актива и метод начисления амортизации. Данный срок или метод должны амортизации должны обязательно скорректированы, если выявится значительное изменение в предполагаемой схеме использования актива для извлечения экономической выгоды. Поскольку процедура переоценки достаточно затратна, проводить переоценку необходимо только фондоемких предприятиях и по тем группам активов, которые оказывают существенное влияние на себестоимость продукции.

В пользу построения системы управленческого учета денежных средств на воспроизводство основных средств по требованиям МСФО говорят следующие факторы:

1. Ориентированность МСФО на справедливую стоимость.

Отражение объектов основных средств в финансовой информации по их справедливой стоимости значительно повысит практическую ценность отчетности поскольку информация, содержащаяся в финансовой отчетности, будет отражать не исторические цифры о стоимости приобретениях зданий, сооружений, транспортных средств, а их реальную стоимость, т. е. ту сумму, которая на самом деле ожидается от дальнейшего использования или реализации того или иного объекта основных средств.

Такая информация позволит своевременно и оперативно принимать управленческие решения с наибольшей выгодой для воспроизводственного процесса. Применение концепции справедливой стоимости ориентирует управленческий персонал на управление ожидаемыми будущими денежными потоками на воспроизводство основных средств.

Возможность сравнивать фактические данные с плановыми.

Несомненно, что максимальную ценность от сравнительного анализа фактического состояния дел и реализации многочисленных планов разной срочности, с одной стороны, и планов, прогнозов, бюджетов, допущений – с другой можно достигнуть исключительно при создании единой методологической базе формирования фактических и плановых показателей.

Данную цель наилучшим образом можно достигнуть путем полной синхронизации методических подходов к учету денежных средств на воспроизводство основных средств в финансовом и управленческом видах учета.

Привлекательность данного пути заключается еще и в том, что применение единых принципов для разных целей – внутреннего управленческого учета и внешней отчетности – позволит значительно снизить затраты на ведение учета.

С целью организации управленческого учета на предприятии необходимо разработать нормативные документы, а именно:

• учетная политика для управленческого учета;

• положения и инструкции по ведению управленческого учета;

• план счетов управленческого учета;

• методика по порядку документооборота при ведении управленческого учета: определить сроки подготовки, способы передачи и хранения управленческих отчетов;

• назначить приказом руководителя лиц, ответственных за подготовку отчетов управленческого учета.

Одним из ключевых направлений повышения эффективности управления денежными потоками на воспроизводство основных средств предприятия может стать введение бюджетирования денежных потоков по операциям с объектами основных средств, т. е. составление инвестиционного бюджета.

Бюджет денежных средств на воспроизводство основных средств предприятия преследует две цели:

1. Он показывает конечное сальдо на счете денежных средств по операциям с объектами основных средств в конце бюджетного периода.

2. Прогнозируя остатки денежных средств операциям с объектами основных средств на конец каждого месяца внутри бюджетного периода, позволит выявить причины их дефицита.

Управление денежными потоками по операциям с объектами основных средств предприятия может быть осуществлено с использованием двух документов:

• бюджета движения денежных средств по операциям с объектами основных средств на этапе планирования;

• отчета о движении денежных средств по операциям с объектами основных средств на этапе учета.

Формирование средств инвестиционного бюджета может осуществляться за счет:

1) Средств бюджета амортизационного фонда, формируемого в результате производства и реализации продукции;

2) Средств бюджета фонда капитализации, формируемого за счет прибыли предприятия из средств специального фонда развития и за счет привлечения внешних источников: кредитов и инвестиций.

Для отражения движения денежных средств по каждому из представленных видов бюджета в системе управленческого учета, на наш взгляд, необходимо открыть счета:

• «Денежные средства фонда капитального развития»;

• «Денежные средства капитального расчетного счета»;

• «Денежные средства амортизационного фонда».

На счете «Денежные средства капитального расчетного счета» в системе управленческого учета будет собираться информация о суммах денежных средств, предназначенных для простого и расширенного воспроизводства основных средств предприятия путем отражения их в учете следующей проводкой:

• Дебет счета «Денежные средства капитального расчетного счета»;

• Кредит счета «Денежные средства фонда капитального развития»;

или

• Дебет счета «Денежные средства капитального расчетного счета»;

• Кредит счета «Денежные средства амортизационного фонда».

В таблице 2 представлен представлен возможный вариант распределения полномочий и ответственности в процессе бюджетирования движения денежных потоков по операциям с объектами основных средств.

В управленческом учете информация о движении денежных средств, направленных на воспроизводство основных средств, позволит лицу, принимающему решение, контролировать и регулировать в каждый отдельный момент времени структуру денежных потоков по операциям с объектами основных средств.

Таблица 2. Распределение функций, полномочий и ответственности при введении бюджета движения денежных средств

Таким образом, одним из важных моментов управленческого учета движения денежных потоков, направленных на воспроизводство основных средств, является получение ответа на вопрос, способна ли текущая инвестиционная деятельность предприятия генерировать денежные средства для осуществления как простого, так и расширенного воспроизводства.

Определяется это путем расчета чистого денежного потока по операциям с объектами основных средств, определяемого приток денежных средств по операциям с объектами основных средств минус отток или остаток денежных средств по операциям с объектами основных средств на конец отчетного периода минус остаток денежных средств по операциям с объектами основных средств на начало отчетного периода.

Практически отсутствует аналитический учет финансовых результатов по операциям с объектами основных средств. Основная задача данного вида учета заключается в выявлении источников поступлений и направлений использования денежных средств по операциям с объектами основных средств, выявление причин избытка или недостатка инвестиционных ресурсов.

Одним из этапов управления денежными потоками в воспроизводство основных средств является этап планирования. Именно планирование денежных потоков по операциям с основными средствами дает возможность специалисту установить источники денежных средств в воспроизводство основных фондов и дать оценку их использованию, а также выявить ожидаемые денежные потоки, а следовательно, перспективы роста имущества предприятия и его будущие финансовые потребности в инвестиционных ресурсах.

Существенная задача составить план движения денежных потоков в воспроизводство основных средств – проверить реальность источников поступления инвестиционных средств и обоснованность их расходования, оценить вероятную потребность в привлечении заемных средств для расширенного воспроизводства.

Управление денежным потоком по операциям с основными средствами особенно важно для хозяйствующего субъекта с точки зрения необходимости:

• управления воспроизводством основного капитала;

• планирования временных параметров капитальных затрат;

• определения источников воспроизводства основных средств (финансирование простого и расширенного воспроизводства за счет собственных или заемных средств);

• управления денежным потоком и его оптимизация с точки зрения более рационального распределения финансовых ресурсов предприятия в процессе воспроизводства.

Управление денежными потоками в воспроизводство основных фондов включает следующие аспекты:

• учет движения денежных средств в воспроизводство основных средств;

• анализ потоков денежной наличности в воспроизводство основных средств;

• составление бюджета движения денежных средств в воспроизводство основных средств;

• контроль за использованием бюджета движения денежных средств в воспроизводство основных средств.

Отдельное раскрытие информации о движении денежных потоков в воспроизводство основных средств имеет большое значение для управленческого персонала, поскольку данная информация показывает, какие затраты были произведены с целью приобретения ресурсов, определенных для генерации будущих потоков денежных средств.

Рис. 3. Структура денежных потоков по операциям с объектами основных средств

При принятии управленческих решений необходимо проанализировать денежные потоки, возникающие от инвестиционной деятельности (т. е. от реализации объектов основных средств, сдачи имущества в аренду и иных капиталовложений). Такой анализ необходимо сделать не только в целом по предприятию, по его структурным подразделениям.

Инвестиции в основные средства составляют базу инвестиционной деятельности отечественных предприятий. Решения о капиталовложениях рассчитаны на длительный период времени между осуществлением инвестиционных затрат и получаемыми от них выгодами. Особый характер инвестиционных решений обусловливается тем, что:

1. Вслед за совершением инвестиций, то есть вложением денежных ресурсов в основные средства предприятия, они оказываются связанными и не могут быстро принести прибыль; меняется сам характер вложенных в этот вид имущества предприятия финансовых ресурсов. Капитальность затрат – это отличительная от других видов затрат форма участия в производственном процессе, то есть отвлечение на длительный срок крупных сумм денег.

2. Вложения в основные средства должны будут приносить доход на протяжении всего периода функционирования приобретённых капитальных активов.

3. В конце срока функционирования основные средства или будут обладать какой-то ликвидационной стоимостью, или же не будут обладать никакой стоимостью вообще.

В связи с этим на первое место выходит вопрос об оптимизации денежных потоков, направленных на воспроизводство основного капитала, и оценке эффективности учетной системы на основе формирования интегрального показателя оценки управления учетом денежных средств, направленных на воспроизводство основного капитала. Оптимизация денежных потоков, направленных на воспроизводство основных средств, с нашей точки зрения, должна основываться на отборе объектов основного капитала (объектов инвестирования) по критерию эффективности воспроизводимых основных средств, поскольку именно этот фактор имеет наиболее высокую значимость в системе оценок. Если анализировать оптимизацию денежных потоков в воспроизводство основных средств с помощью постановки задач линейного программирования, то такая оптимизация вложений в основной капитал сводится к решению задачи нахождения такой комбинации объектов основных фондов, в воспроизводство которых вкладываются средства, которая обеспечила бы максимально возможный уровень их доходности при заданных ограничениях.

Критериальным показателем прибыльности (доходности), который должен быть оптимизирован (а в нашем случае – максимизирован), является сумма чистого приведенного дохода комбинации группы инвестируемых основных средств, отражающая совокупный эффект от вложения средств в эти объекты основного капитала:

Σ NРVi→max, i = 1…., n.

В данном случае ограничениями могут быть нестрогие неравенства (≤ и ≥):

общий объем вложений в основной капитал по объектам основных фондов в составе комбинации из инвестируемых основных средств ΣIi , не должен быть больше объема денежных средств, направленных на финансирование процесса воспроизводства основных средств Ip:

ΣIi <=Ip;

минимальный уровень внутренней нормы доходности по объектам основных средств в рамках группы из инвестируемых объектов основных средств (IRRоф) должен быть не меньше суммы предполагаемых вложений у или установленной инвестором нормы дисконта г:

min (IRRоф)≥y(r);

максимальный срок окупаемости по объектам основных фондов в составе группы финансируемых основных средств Соi не должен превышать установленного организацией ограничения Сор:

max (Соi)≤Соp.

С целью анализа и контроля денежных потоков, направленных на воспроизводство основных средств, мы считаем необходимым рассчитывать за каждый анализируемый период интегральный показатель эффективности организации учета денежных потоков, направленных на воспроизводство основных средств на предприятии, и сравнивать полученные значения в динамике по следующим направлениям:

1. Обеспечение полного и достоверного учета денежных потоков в воспроизводство основных фондов, формирование необходимой отчетности.

2. Анализ денежных потоков организации, направленных на воспроизводство основных фондов, осуществленных в предыдущем периоде.

3. Оптимизация денежных потоков в воспроизводство основных фондов.

4. Планирование денежных потоков в воспроизводство основных фондов в разрезе их видов и источников.

Предлагаемый порядок расчета интегрального показателя эффективности организации учета денежных потоков, направленных на воспроизводство основных фондов, включает в себя 4 этапа:

1. Для осуществления анализа динамики показателей, определенных по каждому из указанных направлений, необходимо предварительно их нормировать с применением следующих формул:

где Zij – нормированное значение i-го показателя для j-го периода;

Zij – фактическое количественное значение i-го показателя для j-го периода;

Zk – фактическое значение i-го показателя для k-го периода, причем k < j.

Формула (1) используется, если большее значение соответствует лучшему в экономическом смысле, и второй вариант, если меньше значение показателя соответствует лучшему в экономическом смысле. Для нормализации показателей могут использоваться как соотношение фактических данных разных периодов, так и соотношения фактических и плановых данных.

2. На основании полученных нормированных значений показателей и определения степени их влияния на учетную систему предприятия (за счет использования метода парных сравнений) для показателя результата функционирования учетной системы предприятия рассчитывается индекс относительного изменения с использованием следующей формулы:

где, OCi – индекс относительного изменения результата функционирования учетной системы предприятия;

yi – нормированное значение i-го оценочного показателя;

к – общее количество оценочных показателей.

3. Эффективность учетной системы денежных потоков, направленных на воспроизводство основных средств, определяется по формуле:

Eoc – эффективность учетной системы предприятия;

Вн – нормированный показатель расходов на функционирование учетной системы предприятия.

4. Показатель эффективности, равный единице, свидетельствует о равном изменении затрат и выгод учетной системы, показатель эффективности больше единицы свидетельствует о преобладании выгод над издержками, показатель меньше единицы – о невыполнении принципа рациональности в организации учета денежных средств на воспроизводство основных средств на предприятии.

Интегрированная система учета и анализа денежных потоков по операциям с объектами основных средств очень удобна тем, что позволяет объединить непосредственно учет и анализ хозяйственной деятельности. Использование данной модели позволит предприятиям организовать учет движения стоимости основных средств для формирования информационно-аналитического обеспечения управленческих решений в соответствии с требованиями рыночной экономики и положениями международных стандартов финансовой отчетности, поскольку в ней, на наш взгляд, в максимальной степени учтены единство формы и содержания учета основных средств, взаимодействие всех его компонентов. Данная система, действуя непрерывно, даст возможность повысить качество и расширить сферу практического применения учетной информации, в конечном счете, положительно влияя, и на качество подготавливаемой и представляемой отчетности и на отчетные показатели, то есть на результативность учетной информации для руководителей и менеджеров предприятия в целях эффективного управления денежными потоками по операциям с объектами основных средств.

Глава XV

Методологические основы оценки бюджетно-налоговой политики на региональном уровне

В последнее время назрела необходимость и сложились актуальные предпосылки реформирования бюджетного процесса в Российской Федерации. Настоящий период характеризуется крупными структурными трансформациями, вызванными как внешними политическими трансформациями, так и внутренними преобразованиями, повлекшими за собой изменение и регламентации бюджетно-налоговой политики, как на региональном, так и на федеральном уровне. В настоящее время все более распространенными становятся элементы среднесрочного финансового планирования, в связи с чем более упорядочена стала система финансовой поддержки регионов Российской Федерации.

Организация бюджетно-налоговой политики на региональном уровне существенно расширила возможность повышения эффективности управления государственными и муниципальными финансами в субъектах РФ, а также способствовала деятельности администраторов бюджетных средств в освоении выделенных им ассигнований на достижение конечных общественно значимых результатов.

Построение налоговых систем на региональном уровне базируется на общих принципах рациональной системы налогообложения, к которым относят:

• эффективность;

• сбалансированность фискальной и стимулирующей функций;

• простоту, рациональность системы закрепления налогов;

• нейтральность;

• объективность;

• финансовую справедливость;

• административно-управленческую обеспеченность;

• широкую базу налогообложения;

• достаточность [3].

Экономически эффективной является такая система налогово-бюджетных отношений в государстве, в рамках которой местные предпочтения определяют уровень и структуру предполагаемых государственных услуг. При этом учитываются такие факторы, как расходы на оплату этих услуг, сдерживающее влияние ограниченных доходов и наличие внешних воздействий. Таким образом, местные жители будут выбирать тот уровень услуг, который они предпочитают, выплачивая соответствующие налоги. Такой принцип налогообложения принципиально ближе всего к рыночным принципам взаимоотношений между хозяйствующими субъектами.

В то же время, при направленности налогообложения на эффективность необходимо учитывать ряд ограничительных условий. Во-первых, региональные и местные органы власти должны быть наделены определенными полномочиями в сфере налогообложения, т. е. контролировать ставки и базу налогообложения. Во-вторых, бремя налогообложения должно распределяться среди жителей данной административной единицы. Если оно экспортируется, то невозможно обеспечить выравнивание стоимости и полезности предоставляемых услуг, получаемых жителями данной территории. В-третьих, наряду с доходными функциями местные органы власти должны иметь возможность эффективно финансировать любые расходы без каких либо ограничений сверху. В-четвертых, эффективная система бюджетных отношений может иметь несправедливый в финансовом отношении характер, поскольку у более бедных административных единиц может оказаться недостаточно ресурсов для финансирования даже основных расходов. В-пятых, эффективность может вступить в противоречие с макроэкономическими целями государства. В-шестых, для создания эффективной системы местных финансов могут потребоваться высокие административные расходы [5].

Принцип сбалансированности фискальной и стимулирующей функций налогообложения является основополагающим условием нормальных расчетов с бюджетом и между хозяйствующими субъектами. Стимулирующее налогообложение обычно противопоставляется фискальному в перспективном плане. Чрезмерно высокий уровень налогообложения препятствует не только производственным инвестициям, ограничивая возможности развития производства в будущем. Он вызывает сокращение оборотных средств предприятий в такой степени, что текущее производство падает. Особенно, если высокий уровень налогообложения сочетается с инфляцией. Высокий уровень налогообложения принципиально изменяет характер действия инфляции на активность хозяйствующих субъектов. При низком налогообложении она стимулирует текущее производство, активизирует использование оборотных средств. Высокий уровень налогов в сочетании с инфляцией "вымывает" оборотные средства предприятий, особенно с длительным производственным циклом. При этом одновременно уменьшается объем поступающих в бюджет налоговых платежей, т. е. обе функции налогообложения не реализуются в достаточной мере.

С другой стороны, низкий уровень налогообложения может способствовать перегреву экономики и, соответственно, разбалансировке воспроизводственных пропорций. Следует считать, что сбалансированность фискальной и стимулирующей функций налогообложения достигается тогда, когда при нулевом приросте производства достигается полная собираемость налогов.

Простота, ясность, предсказуемость налоговой системы на региональном уровне достигаются посредством достаточной жесткости требований не только к налогоплательщикам, но и к органам власти различного уровня. К их перечню относятся внешне очевидные, но зачастую не реализуемые требования:

• планирование налогообложения должно быть стабильным как минимум в среднесрочном плане (3–5 лет);

• в течение финансового года нельзя изменять параметры налогообложения (базы, ставки, льготы);

• должны быть полностью исключены попытки органов государственной власти различных уровней конкурировать в области налогообложения отечественных товаропроизводителей.

При необходимости закрепления конкретной формы бюджетных поступлений за определенным уровнем власти целесообразно жестко разделить их источники. В этом случае тот или иной уровень власти, которому передано право налогообложения, получает возможность установления базы, ставок, использования и взимания налогов.

Региональная налоговая система должна быть нейтральной по отношению к конкретному товаропроизводителю. Данный принцип вытекает из общей системы взаимодействия хозяйствующих субъектов в рыночной экономике. Рынок обеспечивает равную реализацию капитала в любых отраслях и сферах деятельности, равную прибыль на равный капитал. При изменении прибыльности в той или иной сфере деятельности возникают переливы капитала, приводящие к восстановлению принципа «равная прибыль на равный капитал». Различная тяжесть налогообложения в отраслях и регионах приводит к дезориентации капитала, препятствует его рациональным переливам [3].

Тесно связан с принципом нейтральности принцип объективности, означающий минимальное влияние решений органов региональной и местной власти и управления на конкретных хозяйствующих субъектов, на их положение в рыночной среде. Фактически, он является организационной основой обеспечения нейтральности.

Нарушение данного принципа приводит к следующим негативным последствиям для экономики региона:

• слабой ориентации экономической политики на стимулирование хозяйственной деятельности;

• чрезмерности налогообложения для одних хозяйствующих субъектов и необоснованное занижение налогов для других;

• отсутствию единой, целенаправленной системы льгот;

• экономически неоправданному распределению бюджетных ресурсов между регионами.

Общее понятие справедливости в финансовой сфере может быть сформулировано следующим образом: сочетание субсидий центрального правительства и налоговых полномочий местных органов власти должно дать всем административным единицам возможность предоставлять основные виды услуг при одинаковом уровне налоговых усилий. В этом случае неизбежно возникает перемещение ресурсов из богатых регионов в бедные, что и позволяет выровнять качество жизни всех граждан страны. В то же время стремление к финансовой справедливости вызывает ряд проблем.

Во-первых, стремление к финансированию с помощью субсидий снижает уровень налоговых усилий местных органов власти. Во-вторых, уменьшается степень подотчетности местных должностных лиц населению.

В-третьих, неизбежно возникает более широкое участие центрального правительства в установлении расходных приоритетов местных органов власти. Для решения этих проблем центральное значение имеет правильный выбор способа обоснованного перемещения ресурсов центрального уровня на региональный и местный.

Доходы субъектов РФ формируются за счет собственных средств и регулирующих налоговых доходов, кроме доходов, передаваемых в порядке регулирования местным бюджетам. В доходы бюджетов субъектов РФ полностью поступают доходы от использования имущества, находящегося в их собственности, и доходы от платных услуг, оказываемых органами государственной власти субъектов РФ, бюджетными учреждениями, находящимися в ведении органов государственной власти субъектов РФ. Другие налоговые доходы поступают в бюджеты субъектов РФ в порядке и по нормативам, которые установлены федеральными законами и законами субъектов РФ.

Налоговые доходы бюджета субъектов РФ – это собственные налоговые доходы их бюджетов от региональных налогов и сборов, перечень и ставки которых определяются налоговым законодательством, а пропорции их распределения между бюджетом субъектов РФ и местными бюджетами определяются законом о бюджете субъекта РФ на очередной финансовый год. К ним относятся и налоговые доходы бюджетов субъектов РФ, поступающие от федеральных налогов и сборов, распределенных к зачислению в бюджеты субъектов РФ по нормативам, определенным федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год, кроме налогов и сборов, передаваемых в порядке бюджетного регулирования местным бюджетам.

По централизации налоговых доходов Россия примерно соответствует среднему для федеративных государств уровню. Более высокую децентрализацию налогов имеют развитые страны. Россия же – страна с переходной экономикой, и существуют серьезные ограничения, связанные с зависимостью от внешних рынков, значительными межрегиональными различиями, неразвитостью институтов общества. Высокая децентрализация налоговых доходов может быть крайне опасна по разным причинам, в частности, центральное правительство может потерять рычаги для проведения фискальной политики, усиливается роль политических факторов торга между центральными и региональными органами государственной власти [4].

Поэтому возобладало мнение о том, что дополнительная централизация налоговых доходов с обязательным последующим увеличением объемов финансовой помощи может привести к улучшению состояния региональных бюджетов, что и произошло после принятия принципиального решения о полной централизации налога на добавленную стоимость и усилении за счет этого бюджетного выравнивания путем создания Фонда компенсаций.

В России существует фактор, который препятствует перемещению большого количества налоговых доходов на уровень региональных и местных бюджетов: чрезвычайно резкие межрегиональные различия в бюджетной обеспеченности, для выравнивания которых необходимы большие масштабы перераспределения средств через федеральный бюджет.

Для улучшения финансового положения и платежеспособности субъектов Российской Федерации и муниципальных образований региональным органам государственной власти и местного самоуправления настоящими Методическими рекомендациями определяются меры, направленные на мобилизацию бюджетных доходов и оптимизацию бюджетных расходов. Для наиболее полной реализации мер по повышению эффективности и оптимизации бюджетных расходов рекомендуется создание определенных институциональных условий и стимулов для всех участников бюджетного процесса. К таким институциональным условиям относятся: организация бюджетного процесса, ориентированного на результат, реструктуризация бюджетной сети, совершенствование системы управления инвестициями и др. Улучшение финансового положения и платежеспособности невозможно без продуманного распределения бюджетных доходов и расходов во времени [5].

Согласно Налоговому кодексу Российской Федерации, к важнейшим полномочиям законодательных (представительных) органов субъектов Российской Федерации в сфере налоговой политики можно отнести [2]:

1) по налогу на прибыль организаций – возможность установления пониженной налоговой ставки для отдельных категорий налогоплательщиков, максимальное снижение ставки возможно на 4 % (ст. 284 НК РФ);

2) по налогу на доходы физических лиц – возможность в пределах размеров социальных налоговых вычетов, установленных статьей 219 НК РФ, и имущественных налоговых вычетов, установленных статьей 220 НК РФ, устанавливать иные размеры вычетов с учетом региональных особенностей (ст. 222 НК РФ);

3) по транспортному налогу – субъекты Российской Федерации определяют ставку налога в пределах, установленных НК РФ, порядок и сроки его уплаты. При установлении налога законами субъектов Российской Федерации могут также предусматриваться налоговые льготы и основания для их использования налогоплательщиком (ст. 356 НК РФ). Указанные в п. 1 ст. 361 НК РФ налоговые ставки транспортного налога могут быть увеличены (уменьшены) законами субъектов Российской Федерации, но не более чем в пять раз. Допускается установление дифференцированных налоговых ставок в отношении каждой категории транспортных средств, а также с учетом срока полезного использования транспортных средств (ст. 361 НК РФ);

4) по налогу на игорный бизнес – возможность выбора налоговой ставки из указанного в НК РФ диапазона: за один игровой стол – от 25000 до 125000 рублей, за один игровой автомат – от 1500 до 7500 рублей, за одну кассу тотализатора или одну кассу букмекерской конторы – от 25000 до 125000 рублей;

5) по налогу на имущество организаций – возможность определения налоговой ставки в пределах, установленных НК РФ, порядка и сроков уплаты налога, формы отчетности по налогу. При установлении налога законами субъектов Российской Федерации могут также предусматриваться налоговые льготы и основания для их использования налогоплательщиками (ст. 372 НК РФ). Налоговые ставки устанавливаются законами субъектов Российской Федерации и не могут превышать 2,2 процента. Допускается установление дифференцированных налоговых ставок в зависимости от категорий налогоплательщиков и (или) имущества, признаваемого объектом налогообложении (ст. 380 НК РФ).

Если возникает риск неплатежеспособности регионального бюджета, региональные власти могут повысить налоговые ставки по перечисленным выше налогам, отказаться от предоставления каких-либо дополнительных льгот, снизить размеры социальных и имущественных вычетов по налогу на доходы физических лиц.

Данные меры могут привести к повышению платежеспособности субъекта РФ, но их реализация сопряжена с двумя группами рисков. Во-первых, необходимо учитывать состояние экономики региона. Если риск неплатежеспособности бюджета субъекта Российской Федерации вызван общим экономически спадом в регионе, то увеличение налоговой нагрузки может привести к увеличению налоговой недоимки. Во-вторых, данные меры способны ухудшить инвестиционный климат в регионе, так как для ведения бизнеса важна стабильность налогового режима. В этой связи наибольший ущерб инвестиционному климату в случае повышения уровня налогообложения наносит не увеличение налогового бремени, а само изменение налогового законодательства. С другой стороны, необходимо отметить, что для инвесторов зачастую налоговая система не столь важна при принятии решений о вложении средств по сравнению с прочими условиями. Как более существенные факторы могут оцениваться гарантии прав собственности, политическая стабильность, наличие четкой и прозрачной законодательной базы, ситуация на рынке труда, наличие инфраструктуры и др. При прочих равных условиях для инвестиций более привлекателен регион, в котором исполняются бюджетные обязательства, но отсутствуют налоговые послабления, нежели регион-банкрот с низкими налоговыми ставками.

Таким образом, при решении проблемы ухудшения финансового положения и платежеспособности регионального бюджета с помощью увеличения налоговой нагрузки необходимо тщательно оценить все выгоды и издержки такого решения в каждом конкретном случае.

Важным источником мобилизации доходов местного бюджета является увеличение поступлений от местных налогов (налог на имущество физических лиц и земельный налог). В целях увеличения доходов местного бюджета, а также организации контроля за начислением и поступлением земельного налога и налога на имущество физических лиц, необходимо предусмотреть:

1. Проведение мероприятий по выявлению собственников земельных участков и другого недвижимого имущества и привлечения их к налогообложению.

2. Содействие в оформлении прав собственности на земельные участки и имущество физическими лицами.

3. Установление экономически обоснованных налоговых ставок по местным налогам.

Другим важным аспектом повышения налоговых поступлений является работа по взысканию накопившейся задолженности по налогам. Данную работу осложняет тот факт, что у регионального (местного) бюджета зачастую отсутствует соответствующая информация. Для решения данной проблемы рекомендуется создавать Комиссию по мобилизации доходов, в которую входят представители региона (муниципального образования) и налоговые органы. В полномочия данной комиссий может входить рассмотрение дел неплательщиков налогов. Мероприятия в данной области включают в себя работу по сокращению и ликвидации задолженности путем ее реструктуризации. В отношении той части задолженности, которая не может быть подвергнута реструктуризации по причине финансового состояния должника, должны быть применены меры принудительного погашения путем осуществления процедуры банкротства. В последнем случае необходимо учитывать тот факт, что требования по обязательным платежам в бюджет и во внебюджетные фонды удовлетворяются в четвертую очередь, и получение средств по такого рода искам для бюджета может быть проблематичным [3].

В условиях перехода централизованно-регулируемой экономики к рыночной закономерно возрастает роль налогов как инструмента бюджетно-регулирующего воздействия государства на социально-экономическое развитие.

Налоговая политика имеет стратегическую цель создания сбалансированной и приемлемой для государства и субъектов хозяйствования системы налогообложения, стимулирующей производственное накопление, рост производительности труда, инвестиционную активность всех субъектов хозяйствования в реальном секторе экономики, рост предпринимательской активности населения и самозанятости.

Совершенствование регионального налогообложения должно базироваться на концепции стабильного, полного и своевременного перечисления налоговых платежей Центру, при гибкой дифференциации налоговых ставок на территории региона с целью стимулирования приоритетных отраслей, производств, отдельных видов деятельности, услуг и т. д.

Построение концепции налоговой политики региона возможно исключительно в рамках региональной компетенции. Стратегические направления этой политики разрабатываются федеральными органами.

Центральное место в разрабатываемой концепции занимает развитие региональной системы налогообложения, которая представляет собой систему, функционирующую на территории субъекта Федерации в соответствии с нормами, установленными Налоговым кодексом Российской Федерации.

Без определения функциональных границ региональной системы налогообложения и пределов самостоятельности в решении ее проблем невозможно построение концепции. Компетенция региональных органов в налоговой политике и, прежде всего, в налогообложении установлена законодательством о налогах и сборах Российской Федерации. Это трансферт федеральных налогов, право устанавливать льготы, ставки, сроки уплаты региональных и местных налогов.

Региональная самостоятельность в налоговом регулировании определена в НК РФ по следующим направлениям: регионам разрешено принимать областные законы на базе "рамочных" федеральных законов. Такие законы уже приняты в субъектах Северо-Кавказского Федерального округа, по единому налогу на вмененный доход; а также установлен порядок, упрощающий систему налогообложения малого бизнеса.

Для региональных налоговых систем актуальными и не в полной мере решенными задачами являются:

• наращивание налогового потенциала и общее снижение налогового бремени;

• осуществление высокоэффективных для экономики налоговых изменений;

• поддержка производителей, особенно работающих на потребительский рынок;

• существенное усиление налогового стимулирования для инвестиционной активности и инновационной деятельности;

• обеспечение в полной мере доходной части бюджетов всех уровней;

• расширение использования инвестиционного налогового кредитования;

• введение в действие механизмов, обеспечивающих невозможность и невыгодность уклонения от налоговых платежей.

Основными приоритетами налоговой реформы на региональном уровне должны стать:

• более обоснованная дифференциация региональных и местных ставок по федеральным налогам при своевременной и полной уплате причитающихся сумм налоговых платежей федеральному бюджету;

• обеспечение реализации принципа «равный налог на равный доход» (усиление прогрессивности шкалы подоходного налога с физических лиц);

• последовательная оптимизация налогооблагаемых баз, исключение разовых доходов, показателей, не отражающих экономическую и юридическую сущность облагаемого налогом объекта;

• систематизация и упорядочение налоговых льгот, стимулирование посредством установленных льгот инвестиционной активности производственной, научной и коммерческой деятельности предприятий и организаций;

• унификация налоговой системы региона, выведение из нее ряда платежей неналогового характера;

• снижение объемов налоговых платежей натуроплатой, увеличение доли денежных расчетов;

• усиление мер по укреплению налоговой дисциплины, обеспечения соблюдения налогового и бюджетного законодательства, упорядочения денежного обращения;

• разработка и реализация механизма списания безнадежной недоимки и пени, числящейся за отдельными налогоплательщиками, плательщиками сборов и налоговыми агентами, по региональным и местным налогам;

• усиление контроля за производством и реализацией алкогольной продукции;

• разработка механизма более действенного контроля правоохранительными, контролирующими органами за реализацией горючесмазочных материалов;

• повышение ответственности головных акционерных обществ за дочерние предприятия, имеющие задолженность по платежам в консолидированный бюджет региона.

В соответствии с указанными приоритетами определяются следующие концептуальные направления в следующих областях налоговой политики:

• налогооблагаемая база и налоговый потенциал;

• экономический механизм региональных и местных налогов;

• меры повышения инвестиционной активности;

• методическое и информационное обеспечение налогообложения.

Наращивание налогооблагаемой базы – главное, перспективное направление экономического развития региона. Предусматривается сохранить и усилить положительные и устранить негативные тенденции в изменении облагаемой базы федеральных налогов.

Регулирование действия вновь введенных региональных налогов нуждается во всех видах поддержки, в том числе законодательной, информационной, методической.

Акценты налоговой политики сконцентрировать на работе с контингентом налогоплательщиков с наибольшей налогоотдачей, имеющих доминирующую долю в общей численности налогоплательщиков (городская часть плательщиков, занятые промышленной деятельностью, многочисленные группы по видам уплаченных налогов). Это сохраняет и развивает действующую в области систему налогообложения как в отношении численности и состава налогоплательщиков, так и степени участия их в уплате налогов.

Налоговая политика должна обеспечить непрерывный рост регионального налогового потенциала, размеры которого в равной степени связаны как с доходной, так и с расходной частью бюджета. Пополнение доходной части обеспечивает фискальная направленность, которая сегодня предпочтительней. Для экономики не менее существенное значение имеет регламентация расходной части. Цели бюджетной и налоговой политики должны быть согласованы. Приоритет в этой сфере необходимо отдать обеспечению взаимосвязи между уровнем потенциально располагаемых налоговых доходов и уровнем и направлениями расходования бюджетных средств, отказу от политики прямых бюджетных дотаций. Субсидированию противопоставлен механизм предоставления отсрочек и рассрочек по уплате налога или сбора, налогового кредита, инвестиционного налогового кредита.

Приоритеты в предоставлении налоговых льгот должны быть отданы тем категориям налогоплательщиков, которые занимаются внедрением элементов НТП с получением реального экономического эффекта за счет соответствующего снижения себестоимости на суммы эффекта. Особенно следует ужесточить контроль за льготами для малых предприятий, созданных в результате «разрушения» крупных производств. Практика показала, что за порядком их налогообложения кроется легальный способ неуплаты налогов. Главам Администраций городов и районов необходимо запретить предоставление льгот и отсрочек предприятиям без особых на то оснований (основными из них являются рост объемов производства и снижение его себестоимости).

В льготах, которыми пользуются предприятия и организации, должны быть учтены специфика регионов, стратегические цели его социально-экономического развития, обусловленные двумя факторами: природными и географическими. В этом случае в издержках производства легче учитывать энергоемкость ВРП, которая дифференцирована по регионам, видам производств, транспортным расходам. Кроме того, учет вышеприведенных особенностей позволит и на федеральном и на региональном уровнях осуществлять более обоснованную дифференциацию природно-географической ренты.

Совершенствованию налогообложения в регионе будет способствовать принцип «нейтральности» налогообложения, отмена особых налоговых режимов для предприятий, не имеющих на то оснований. Это увеличит базу обложения, сократит налоговое различие, неравенство. Особую проблему налоговой политики составляют недоимки. В этой связи необходимо реструктуризировать задолженность крупных предприятий в ценные бумаги и векселя, а также ввести практику продажи дебиторской и кредиторской задолженности на федеральном и региональных аукционах через существующий федеральный долговой центр и уполномоченные им органы на открытых торгах; способствовать созданию факторинговых компаний, а также переходу от бартерных и взаимозачетных завышенных цен к ценам реальным.

Особое место в налоговой политике региона занимает регулирование основных групп налогов региональной компетенции: доходные, ресурсные, поимущественные. В каждую из этих групп попадают налоги, относящиеся к разным уровням бюджетной системы.

Методическое обеспечение по насущным проблемам регионального налогообложения включает ряд методик:

• расчета налогового потенциала регионального бюджета; постинвестиционного контроля;

• имитационного моделирования налоговых изменений и их экономических последствий;

• системы бухгалтерского сопровождения и контроля за исчислением налоговых обязательств по единому налогу на вмененный доход и другие.

Организовать информационную систему регулярного наблюдения за функционированием налоговой системы региона. Ныне действующую оперативно-информационную систему расширить и дополнить аналитико-информационным блоком. Включить в сферу его деятельности такие виды работ, как аналитическая, экспертная, исследовательская.

Без повышения качества прогнозно-аналитической деятельности в области бюджетно-налоговой политики на различных уровнях государственной власти Российской Федерации невозможно оздоровление общеэкономической ситуации в стране.

На региональном уровне необходимо создать специализированные региональные центры прогнозирования бюджетно-налоговой политики с привлечением специалистов, которые хорошо ориентируются в экономической ситуации своего региона. В таком случае объединенные информационные данные всех центров прогнозирования по стране будут отражать реальное положение дел с бюджетными и налоговыми потоками, что облегчит общегосударственное бюджетно-налоговое прогнозирование. Сведение таким образом данных по прогнозам региональных бюджетов воедино в специально созданном государственном центре прогнозирования и планирования бюджетно-налоговых показателей, по сути, ознаменует начало прогнозирования всего национального консолидированного бюджета. Для того, чтобы эффективно управлять бюджетно-налоговыми потоками в нашей стране необходимо осуществлять прогнозирование не только федерального бюджета, но и всего консолидированного бюджета государства.

В период экономического кризиса особенного внимания заслуживает бюджетно-налоговое планирование на региональном уровне, в силу того, что в условиях явного дефицита информации эта процедура существенно усложняется. Во избежание негативных экономических тенденций, вызванных дальнейшим углублением кризисных явлений предлагается организационный механизм регионального бюджетно-налогового планирования (рис. 1).

Рис. 1. Бюджетно-налоговый механизм регулирования экономики

С момента образования Российского государства очень мало внимания уделялось долгосрочному планированию национального хозяйства, между тем, мы твердо убеждены в том, что долгосрочное планирование социально-экономического развития – приоритетная управляющая стратегия государства.

Этапы анализа системы межбюджетных отношений в регионе представлена на рисунке 2.

Рис. 2. Этапы анализа системы межбюджетных отношений в регионе

Основной составляющей частью бюджетного процесса является бюджетно-налоговое планирование. Объектом данного планирования являются финансовые ресурсы, аккумулируемые в бюджетной системе. В субъектах Российской Федерации бюджетно-налоговым планированием занимаются исполнительные органы местного самоуправления, территориальные подразделения налоговой и таможенной служб. Во многом финансовое состояние субъектов Федерации и муниципальных образований зависит от качественного проведения финансово-бюджетного анализа с использованием комплекса показателей. Показатели качества налогового планирования в регионе представлены в таблице 1.

Такой анализ целесообразно выполнять на всех этапах бюджетного процесса, с тем, чтобы его результаты использовать в практике региональных и местных администраций, финансовых и налоговых органов при разработке научно обоснованных направлений бюджетной и налоговой политики, оценке эффективности действующей модели межбюджетных отношений на уровне субъектов Федерации и муниципальных образований, осуществлении процедур среднесрочного финансового планирования и формировании стратегических планов и программ развития территорий.

Таблица 1. Показатели качества налогового планирования в регионе

Необходимо, чтобы анализ бюджетно-налоговых показателей проводился не формально, т. е. не ограничивался только расчетом уровня исполнения плановых назначений налоговых доходов и налоговой задолженности.

Так, повышение надежности налоговых прогнозов и одновременно ликвидности бюджетных средств зависит от стабильности и предсказуемости уровня налогового бремени. В связи с этим рекомендуется рассчитывать показатель налоговой нагрузки как по видам налогов, так и отдельно по прямым и косвенным налогам.

Необходимые изменения элементов налогов, по которым региональные (местные) органы власти имеют законодательную инициативу, следует предусмотреть в среднесрочном финансовом плане и направлениях бюджетно-налоговой политики.

Диверсификация налоговых платежей способствует стабильности и мобильности их поступления. Поэтому так важно знать состав собственных налоговых доходов и налогов, распределяемых в порядке межбюджетного регулирования, оценивать уровень налоговой автономии.

Об эффективности фискальных функций регионального и местного налогообложения свидетельствуют результаты оценки равномерности налогового бремени и «чувствительности» объема налоговых поступлений к изменению налоговых ставок и налоговых баз, объема финансовой помощи, т. е. показатели эластичности, приведенные в таблице 2.

Таблица 2. Показатели бюджетной сбалансированности

Для своевременного и полного исполнения обязательств финансовому органу следует утвердить соответствующий график, который должен соотноситься с прогнозом поступления доходов (с поквартальной, помесячной и понедельной разбивкой). Детальность и частота пересмотра прогноза зависят от амплитуды колебаний объема финансовых обязательств.

По данным Минфина России, доминирующую роль в наполнении консолидированного бюджета Российской Федерации (90 % всех налоговых доходов) играют федеральные налоги и сборы, значение региональных и местных налогов невелико.

Для большинства субъектов Федерации и муниципальных образований приоритетными направлениями налоговой политики должны стать создание стимулов для наращивания налогового и финансового потенциалов, повышение налоговой культуры и эффективности налогового администрирования с учетом отраслевой специализации.

Система администрирования налогов должна привести к снижению издержек исполнения налогового законодательства как для государства, так и для граждан.

Проводимая налоговая реформа позволяет увеличить собираемость налогов в консолидированный бюджет как на региональном, так и на федеральном уровнях. Достичь такого показателя стало возможным на фоне снижения налоговых ставок и общей либерализации налоговой системы.

Вместе с тем налоговая реформа не привела к упрощению налоговой системы и ликвидации препятствий для экономического роста. Налоговая система по-прежнему слишком затратна, как для налоговых органов, так и для налогоплательщиков.

Успех проведения бюджетно-налоговой реформы в России зависит от того, насколько согласованными будут усилия различных заинтересованных государственных структур.

Глава XVI

Развитие ресурсного потенциала аграрного сектора экономики ставропольского края

Необходимость создания на Юге России эффективного экономического механизма и государственного регулирования аграрного производства, включающего в себя комплекс мер государства в области финансово-кредитных отношений, вытекает из места и роли этого сельского хозяйства в рыночной экономике Аграрный сектор в условиях рынка занимает особое положение, не позволяющее в полной мере и на равных участвовать в межотраслевой конкуренции. Кроме этого, она влияет на себестоимость продукции по независимым от производителя причинам, а следовательно, на общую доходность. Вложенные в отрасль капиталы приносят меньшую отдачу, как в целом, так и в неблагоприятных условиях. В целом более отсталое в плане развития производительных сил сельское хозяйство является относительно статичной отраслью, медленнее, чем другие, приспосабливающиеся к меняющимся экономическим и технологическим условиям [5].

С учетом этих обстоятельств, в большинстве стран с рыночной экономикой действуют развитые системы государственной поддержки аграрного производства. Анализ этих систем показывает, что их основными задачами являются:

Поддержание стабильной экономической ситуации в сельском хозяйстве.

Стабилизация рыночной конъюнктуры и колебания доходности в отрасли.

Предотвращение нежелательных миграционных процессов.

Поддержание продовольственной безопасности на должном уровне.

Финансирование программ сокращения производства.

Помощь в адаптации к новым условиям.

Защита внутреннего рынка.

Обеспечение конкурентоспособного участия национальных товаропроизводителей в международном разделении труда [6].

При этом применяется гарантированная скупка излишков продукции по минимальным ценам, закупочные и товарные интервенции на рынке продовольствия, специфические формы льготного кредитования, таможенное регулирование (как экономическое, так и административное) и др.

Комплекс мер по государственной финансовой поддержке находит отражение в соответствующих законах, его используют в зависимости от реальной ситуации в сельском хозяйстве и на рынке продовольствия. Анализ финансовой политики в сельском хозяйстве развитых стран Запада показал, что конкретные меры этой политики могут быть сгруппированы по целевому признаку. Основными из них являются следующие:

1. Поддержка доходов производителей. Сюда входят: компенсационные платежи, в том числе связанные с действием естественных рентообразующих факторов; платежи при ущербе от стихийных бедствий; платежи за ущерб, связанный с реорганизацией производства.

2. Ценовое вмешательство, предполагающее ряд мер воздействия на рынок продовольствия: поддержка внутренних цен на сельскохозяйственную продукцию; установление квот; установление налогов на экспорт и импорт продовольствия.

3. Компенсация издержек. Сюда входят меры по субсидированию производителей, приобретающих средства производства: субсидирование или льготное налогообложение при приобретении удобрений, кормов и ядохимикатов; субсидирование выплат процентов по полученным кредитам; субсидирование выплат по страхованию имущества.

4. Содействие развитию рынка. Меры, сгруппированные в этом разделе, предполагают государственное финансирование: разработку и осуществление рыночных программ; затрат на хранение продукции, а также проведение транспортных работ по перевозкам продукции всех звеньев АПК [5].

5. Содействие развитию производственной инфраструктуры. Предполагает выделение бюджетных средств на проведение мероприятий долгосрочного характера, обеспечивающих рост эффективности производства; субсидии на строительство хозяйственных помещений; субсидии на осуществление ирригационных проектов; субсидии на рекультивацию земель; содействие созданию фермерских объединений.

6. Осуществление региональных программ. Предполагает выделение средств на осуществление государственных программ развития производства. Данные меры государственной поддержки распространены в Канаде, ЕС, США и во многих других странах [6].

7. Макроэкономическая политика. В этой группе представлены меры государственного регулирования сельского хозяйства, не связанные непосредственно с данной областью, но оказывающие воздействие на эффективность ее функционирования – проведение льготной налоговой политики; поддержка национальной валюты; внешнеторговая деятельность.

К первой группе относятся меры прямого государственного финансирования, остальные группы сочетают меры прямого и косвенного экономического регулирования аграрного производства.

Развитие аграрного сектора экономики во многом зависит от эффективного использования ресурсов, которыми он обладает. Диалектика процессов ее формирования и развития требует учета не только территориально-отраслевых компонентов, но и действенного механизма управленческого воздействия. При этом управленческие решения должны разрабатываться на основе оценки текущего состояния элементов ресурсной базы аграрного сектора экономики и прогнозных перспектив их развития. В этой связи возникает необходимость целенаправленного регулирования процессов развития, воспроизводства и реализации ресурсного потенциала аграрного сектора экономики, выступающего важнейшим элементом обеспечения функционирования социально-экономических систем [2].

Регулирующее воздействие на процессы развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики должно вестись на адаптивно-адресной основе. Одним из вариантов выполнения данного условия является повышение степени соответствия аналитической и прогнозной информации о состоянии и перспективах развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики.

Вопросы, касающиеся теоретических основ исследуемой проблемы, изложены в трудах отечественных и зарубежных ученых.

Методологические подходы к исследованию процессов формирования и использования ресурсов отражены в работах Дж. Б. Кларка, К. Маркса, А. Маршалла, В. Пети, Д. Рикардо, П. Самуэльсона, А. Смита, Ж.Б. Сэя и др. Необходимо отметить результаты теоретического исследования ресурсного потенциала аграрного сектора экономики, которые нашли свое отображение в трудах отечественных ученых экономистов Н. Д. Аварского, A. И. Алтухова, В.Г. Андрийчука, Н.А. Борхунова, A.M. Варюхина, С.М. Горлова, В. А. Добрынина, Л.В. Бондаренко, А.П. Зинченко, Н.Я. Коваленко, В.З. Мазлоева, В.В. Масловой, В.В. Милосердова, А.Г. Папцова, П.П. Пастернака, П.М. Першукевича, И.С. Санду, А.Ф. Серкова, B. А.Свободина, В.Л. Тамбовцева, В.В. Тарана, А.В. Ткача, А.И. Трубили-на, И.Г. Ушачёва, С.А. Шанина, А.М. Югая.

Изучению проблем, связанных с измерением и оценкой ресурсного потенциала, посвящены работы В.Н. Авдеенко, П.С. Алексеева, А. С. Бойцова, Ю.В. Василенко, Т.И. Заславской, Г.Л. Исаева, А.Х. Каган, С.В. Котеева, П.В. Никифорова и др.

Несмотря на проведенные исследования в данной области, остаются недостаточно изученными научно-методические проблемы и особенности анализа и прогнозной оценки развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики. Необходимы соответствующие рекомендации по использованию полученных аналитических и прогнозных оценок при осуществлении управляющего воздействия на его элементы [1].

Систематизация научных взглядов, позиций и мнений о сущности понятия «ресурсный потенциал аграрного сектора экономики» показывают, что определяющую роль в её идентификации играют особенности сельскохозяйственного производства. С нашей точки зрения, неправомерно отождествление «ресурсного потенциала аграрного сектора экономики» и «аграрного ресурсного потенциала», поскольку последнее указывает исключительно на отраслевую привязку при определении компонентного состава, а первая подразумевает включение межотраслевых и территориальных составляющих, что существенно расширяет её и определяет системный характер её сущности. Такое понимание обуславливает исследование ресурсного потенциала аграрного сектора экономики в контексте системного подхода [2].

При этом в категориальном и структурном аспектах ресурсный потенциал аграрного сектора экономики нельзя рассматривать только как сочетание различных видов ресурсов в пределах деятельности сельскохозяйственного субъекта. Здесь важны качественные характеристики ресурсного потенциала, а также свойства характеристики, вытекающие из его системной природы. Исходя из этого ресурсный потенциал аграрного сектора экономики можно определить как совокупность ресурсов с различной этиологией и свойствами, определяемыми системным характером его формирования и развития, доступность которой определяется не только отраслевой востребованностью, но и территориальной неоднородностью.

На основании проведенных нами исследований, мы предлагаем ресурсный потенциал аграрного сектора экономики рассматривать как сложную, непрерывно воспроизводящуюся систему, элементами которой являются природный, демографический, социально-экономический, материально-технический, финансовый, инфраструктурный и информационный субпотенциалы. Рассмотрение компонентов ресурсного потенциала аграрного сектора привело нас к пониманию того, что многомерная оценка ресурсного потенциала – это синтетическое сочетание количественных и качественных характеристик, причем ключевая роль должна отводиться исследованию динамических свойств исследуемых параметров с привязкой к их отраслевой специфике [3].

Как и любому системному явлению, ресурсному потенциалу аграрного сектора свойственны сходство функций или действий объектов, иерархичность, автономность и в тоже время взаимосвязь компонентов, полифункциональность.

Специфика формирования, использования и воспроизводства ресурсного потенциала аграрного сектора экономики обусловлена инерционностью неизменяемых условий ведения сельскохозяйственной деятельности, а с другой стороны – динамичностью его отраслевых структурных характеристик, свойственных любому системному явлению или процессу. В этой связи нами рассмотрены основные системные аспекты формирования, использования и воспроизводства ресурсного потенциала аграрного сектора экономики.

Представленное научно-модельное видение системного характера триединства стадий обуславливает необходимость по-новому рассматривать вопросы управления развитием ресурсного потенциала агарного сектора [4].

Управляющее воздействие на систему ресурсного потенциала аграрного сектора экономики на уровне государства, региона, муниципалитета, предприятия должно базироваться на учете следующих условий.

Во-первых, безусловность циклического характера воспроизводства ресурсной базы. Во-вторых, постоянная асинхронность темпов воспроизводства различных компонентов ресурсного потенциала аграрного сектора экономики. В-третьих, проявление принципа Ле-Шателье, согласно которому при внешнем воздействии на систему, нарушающем ее равновесие, возникают реактивные процессы, противодействующие этому возмущению, нейтрализующие его.

Приведенные условия повышают значимость использования аналитических и прогностических методов в ходе проведения системного анализа состояния и тенденций развития исследуемого ресурсного потенциала, что указывает на необходимость научно обоснованной модификации механизма управления. В её основе – выделение аналитико-прогнозных процедур и их объединение в самостоятельный информационно-обеспечивающий блок, использующий как комплекс расчетно-аналитических методов, так и инструменты прогностического анализа.

Подобного рода модификация позволит обеспечить упреждающий характер принимаемых управленческих решений по стратегическому управлению развитием ресурсного потенциала аграрного сектора экономики, ориентированному на его наращение.

Проведенные научные исследования показали объективную необходимость разработки методики системного исследования функционирования и развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики. Анализ существующего методического обеспечения в данном проблемном аспекте выявил, что в настоящее время методики оценки ресурсного потенциала могут быть сведены к двум основным подходам: использованию совокупности частных критериев с экспертной оценкой полученных результатов или построение интегрального показателя на базе свертки комплекса локальных критериев. Оба этих подхода основываются на стремлении исследователей к рассмотрению различных аспектов ресурсного потенциала [3].

К их недостаткам следует отнести, с одной стороны, высокую долю субъективизма, а с другой – потерю содержательной составляющей при построении интегрального показателя. На наш взгляд, существенным образом снизить негативные информационно-аналитические последствия указанных подходов можно на основе использования системной методологии оценки ресурсного потенциала аграрного сектора экономики. В соответствии с данной методикой нами разработан алгоритм его исследования (табл. 1).

Таблица 1. Основные стадии и этапы системного исследования ресурсного потенциала аграрного сектора экономики

Данный алгоритмизированный порядок имеет унифицированный характер для различных уровней экономических систем. Он может быть реализован на уровне региона, федерального округа, а с незначительной коррекцией и на уровне отдельного предприятия или группы предприятий. Достижение подобной универсальности позволяет говорить о снижении трудоемкости аналитических процедур выявления территориальных особенностей состояния и тенденций развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики и проведения межтерриториальных и межсубъектных сопоставлений [1].

Практическая апробация представленного алгоритмизированного порядка исследования уровня развития ресурсного потенциала аграрного сектора проводилась на эмпирико-фактологической базе Южного и Северо-Кавказского федеральных округов. В соответствии с методикой системного подхода в качестве подсистемы более низкого уровня для проведения анализа выбраны территории Ставропольского края.

В Южном Федеральном округе за анализируемый период уровень экономической активности населения вырос всего на 1 %, причем в 2008 году показатель – до 51,1 %, а в 2010 г. снизился до 50,2 %, и данный показатель продержался практически без изменений до 2012 г.

В Северо-Кавказском Федеральном округе в период с 2006 по 2012 гг. уровень экономической активности населения вырос на 2 %. Минимальное значение индекса относительного уровня экономической активности в Кабардино-Балкарской республике – 85,1 %, максимальное в Карачаево-Черкесской республике – 114,0 %. Максимальный рост экономической активности населения за анализируемый период произошел в Республике Ингушетия и составил 26 %.

Аграрный сектор экономики Ставропольского края – сложная экономическая система. На период исследования она включала 242 предприятия, свыше 15 тысяч крестьянских (фермерских) хозяйств, и более 400 тысяч личных подсобных хозяйств. В аграрном секторе экономики Ставропольского края занято 17 % населения, используется более 12 % основных средств производства и около 90 % земельных ресурсов региона, что позволяет отрасли производить около 15 % валового регионального продукта, используя имеющийся ресурсный потенциал (табл. 2)

Для выявления особенностей в уровне развития ресурсного потенциала аграрного сектора исследуемых регионов мы, в соответствии с предложенным порядком системного исследования, воспользовались инструментарием кластерного анализа, под которым традиционно понимается многомерная статистическая процедура, выполняющая сбор данных, содержащих информацию о выборке объектов, и затем упорядочивающая объекты в сравнительно однородные группы (кластеры).

При его проведении основной методической проблемой является отбор показателей с максимальной факторной нагрузкой и минимизацией явления мультиколлинеарности между факторными признаками. Исходя из этого, а также руководствуясь принципами необходимого разнообразия, целевой ориентации и минимальной достаточности, нами сформирован комплекс следующих показателей:

х_1 – доля посевных площадей, %;

х_2 – доля экономически активного населения, проживающего в пределах региона, %;

х_3 – плотность населения проживающего в пределах региона, чел/км^2;

х_4 – плотность дорог с твердым покрытием, км/км^2;

х_5 – обеспеченность тракторами, шт./тыс. га;

х_6 – стоимость основных производственных фондов приходящихся на 1 га посевных площадей, млн руб./га;

х_7 – инвестиции в основной капитал сельского хозяйства/в 1 га посевной площади, тыс. руб./ га [2].

Для осуществления кластерного анализа мы воспользовались возможностями статистического пакета STATISTICA 7.0.

Исследование уровня развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики макрорегиона проведено с использованием кластерного анализа методом k-средних.

Таблица 2. Состояние и использование ресурсного потенциала Ставропольского края

Согласно данной методике, производится многомерная группировка исследуемых территориально-хозяйственных образований региона на основе выделенных типологических признаков. Для обеспечения сопоставимости достаточно разных как по единицам измерения, так и по масштабам данных в ходе осуществления многомерной группировки исследуемых субъектов нами использовались нормированные значения применяемых показателей.

В результате кластерного анализа было получено распределение регионов Южного и Северо-Кавказского федеральных округов по уровню обеспеченности ресурсным потенциалом аграрного сектора экономики региона. С целью принятия достаточно обоснованных управленческих решений была осуществлена группировка исследуемых региональных субъектов для каждого года из рассматриваемого периода [3].

При определении требуемого количества необходимых групп по регионам было обосновано, что оптимальным является использование трех кластеров со следующими уровнями развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики:

I группа – высокий уровень развития;

II группа – средний;

III группа – низкий, что позволяет достаточно точно охарактеризовать имеющийся уровень ресурсного потенциала аграрной сферы. Результаты группировки исследуемых регионов представлены в таблице 3.

С целью обеспечения системного характера исследования, по той же методике осуществлено ранжирование районов Ставропольского края. В качестве показателей, используемых для группировки территорий нами использовались следующие: х_1 – доля земель, имеющих сельскохозяйственное назначение в территориально-хозяйственном образовании, %; х_2 – балл бонитета почвы, балл; х_3 – плотность населения, проживающего в пределах территориально-хозяйственного образования, чел/км^2; х_4 – доля экономически активного населения, проживающего на территории района, %; х_5 – обеспеченность тракторами, шт./тыс. га; х_6 – плотность дорог с твердым покрытием, км/км^2; х_7 – стоимость ОПФ приходящихся на 1 га посевных площадей, млн. руб./га; х_8 – инвестиции в основной капитал сельского хозяйства/в 1 га посевной площади, тыс. руб./га.

Таблица 3. Группировка регионов Южного и Северо-Кавказского федеральных округов по уровню развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики

В нашем случае, учитывая количество анализируемых субъектов, обосновано, что на уровне региона оптимальным является использование четырех групп. При этом мы, учитывая относительные различия районов Ставропольского края, полагаем, что выделяемые нами группы территорий характеризуют следующие уровни развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики: I – высокий; II – средний; III – ниже среднего; IV – низкий [1].

К первой группе районов с высоким уровнем развития ресурсного потенциала аграрной сферы относятся Александровский, Изобильненский, Кировский, Новоалександровский, Петровский, Советский и Труновский районы. Охарактеризовать данную группу районов можно как «крепкое село». Ко второй группе со «средним» уровнем развития ресурсного потенциала агарного сектора экономики относятся Георгиевский, Кочубеевский, Минераловодский, Предгорный и Шпаковский районы. Третья группа районов с ресурсным потенциалом аграрной сферы «ниже среднего» является самой многочисленной. В неё вошло наибольшее число по сравнению с другими однородными группами территорий края, среди которых:

Апанасенковский, Арзгирский, Благодарненский, Буденновский, Грачевский, Ипатовский, Новоселецкий, Степновский и Туркменский районы.

Несмотря на то, что значения выявленных в ходе проводимого исследования группировочных признаков в целом находятся на уровне среднекраевых значений, стоимость ОПФ, приходящихся на площадь земель сельскохозяйственного назначения в несколько раз ниже, чем в среднем по региону, а обеспеченность тракторами и показатели почвенного бонитета в третьей группе соответствуют минимальным значениям по модельному региону. К четвертой группе районов с «низким» уровнем ресурсного потенциала аграрного сектора экономики относятся: Андроповский, Красногвардейский, Курский, Левокумский и Нефтекумский районы [4].

Распределение районов Ставропольского края по группам во многом определяется природно-климатическими и социально-демографическими характеристиками, тем не менее, однозначно необходимы и активные действия по воспроизводству и развитию ресурсного потенциала аграрного сектора экономики. Эти процессы должны быть управляемыми, в том числе и на основе использования методов моделирования и прогностического анализа.

Для формирования портфеля стратегических альтернатив развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики края нами был проведен SWOT-анализ.

Наиболее важные факторы развития ресурсного потенциала представлены в таблице 4.

Таблица 4. SWOT-анализ ресурсного потенциала аграрного сектора экономики Ставропольского края

Следует отметить, что определяющим фактором, который влияет на развитие ресурсного потенциала аграрного сектора экономики, остается государственная поддержка. В этой связи существенно повысило роль государства вступление России во Всемирную торговую организацию и в качестве элемента управления развитием ресурсного потенциала аграрного сектора экономики нами обоснованы следующие направления деятельности региональных органов отраслевого управления, ориентированные на его наращивание:

• развитие сельских территорий как базовое условие восстановления и устойчивого развития всего агропромышленного производства, включая его ресурсный потенциал;

• реализация инновационной модели развития АПК, базирующейся на модернизации технологий производства, эффективном использовании инновации;

• осуществление экономически целесообразной и социально ориентированной институциональной политики, характеризующейся преимущественными возможностями владения или распоряжения землей теми, кто непосредственно на ней работает;

• увеличение инвестиций на повышение плодородия и развитие мелиорации сельскохозяйственных земель;

• введение в оборот неиспользуемых пашни и других категорий сельскохозяйственных угодий;

• преодоление стагнации в скотоводстве, создание условий для наращивания производства молока и молочных продуктов, а также импорто-замещения мяса крупного рогатого скота;

• научное и кадровое обеспечение – в качестве важнейшего условия формирования инновационного агропромышленного комплекса;

• стимулирование инновационной деятельности и инновационного развития агропромышленного комплекса;

• ускорение обновления технической базы агропромышленного производства на базе восстановления и развития отечественного сельскохозяйственного машиностроения;

• экологизация и биологизация агропромышленного производства на основе применения новых технологий в растениеводстве, животноводстве, пищевой промышленности в целях сохранения природного потенциала и повышения безопасности пищевых продуктов [1].

Реализация указанных направлений должна производиться в рамках, определяемых параметрами Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013–2020 годы и ее подпрограмм с учетом требований ВТО.

Формирование региональных адаптивно-стратегических планов по развитию ресурсного потенциала аграрной сферы требует не только идентификации региональных различий по уровню состояния ресурсного потенциала, но и учета прогнозных характеристик его динамики в перспективе [3].

Проведенные нами исследования динамических характеристик использования элементов ресурсного потенциала во многих случаях не выявили выраженных устойчивых тенденций роста для всех административно-территориальных образований Южного и Северо-Кавказского федеральных округов, поэтому при построении имитационной модели нами был использован метод экспоненциального сглаживания (модель Брауна), позволяющий при использовании разных параметров сглаживания получать целый спектр прогнозных сценариев. При этом нами были построены соответствующие прогнозные сценарии для развития аграрного ресурсного потенциала модельных территорий (табл. 5).

Оптимистический прогнозный сценарий развития ресурсного потенциала сельского хозяйства Ставропольского края основывается на предположении, что в этих социально-экономических системах на период упреждения будет иметь место определенный рост численности населения, а также доли посевных площадей и стоимости основных производственных фондов.

Инвестиции в основной капитал сельского хозяйства Ставропольского края согласно данному прогнозу возрастают, что позволяет сделать вывод о возможности развития благоприятного инвестиционного климата в аграрной сфере края и активизации инвестиционной деятельности всех хозяйствующих субъектов [4].

Инерционный прогноз основывается на предположении, что в будущем (до 2020 года) будут сохранены нынешние тенденции развития соответствующих процессов (и их показателей). Незначительно будет расти стоимость основных производственных фондов, приходящихся на 1 га посевных площадей. Показатель обеспеченности тракторами имеет тенденцию снижения, согласно данному сценарию.

Пессимистический прогнозный сценарий развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики Ставропольского края основывается на предположении, что рост численности населения будет минимальным, доли посевных площадей и доля экономически активного населения, проживающего на территории района, практически не будут изменяться, а стоимость ОПФ будет расти незначительно.

Таблица 5. Соответственно оптимистический, инерционный и пессимистический прогнозные сценарии развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики Ставропольского края

Далее в соответствии с логикой предложенного информационно-обеспечивающего блока механизма управления развитием ресурсного потенциала аграрного сектора экономики, нами была построена матрица синтетических ситуативно-прогнозных профилей территорий в контексте перспектив развития их ресурсного потенциала (табл. 6).

Использование предложенного синтетического профиля, построенного на основе использования как результатов группировок территорий по уровню текущего состояния ресурсного потенциала аграрного сектора экономики, так и прогнозных сценариев его развития, в качестве инструмента стратегического управления ресурсным потенциалом будет способствовать повышению адресности, адаптивности регулирующе-управленческого воздействия с высокой степенью упреждения возможных проблемных ситуаций.

Таблица 6. Синтетический ситуативно-прогнозный профиль территорий в контексте перспектив развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики

Таким образом, следует отметить, что предложенные подходы и рекомендации аналитико-прогнозного характера могут стать существенным дополнением к существующему научному обеспечению процессов развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики Ставропольского края, так как управление этими процессами будет учитывать расширенный информационно-прогнозный блок, что существенно повысит качество и адекватность вырабатываемых управленческих решений [1].

Проведенные нами исследования показали, что:

1. Развитие ресурсного потенциала аграрного сектора экономики требует перехода от односторонних и локальных подходов к адаптивно-системной парадигме, предусматривающей использование инструментов, методов и механизмов развития, сформированными в соответствии с иерархической структурой ресурсного потенциала по уровням мир-страна-регион-район-предприятие.

В соответствии с реализацией системного подхода к теоретическому исследованию ресурсного потенциала аграрного сектора экономики нами определено, что он представляет собой сложную, непрерывно воспроизводящуюся систему, элементами которой являются комплекс компонентов локального уровня, которой свойственны изоморфизм, изофункционализм, иерархичность, автономность, генетическая взаимосвязь компонентов и полифункциональность.

2. Обобщение системных аспектов формирования и развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики выявило, что в настоящее время возрастает значимость повышения обоснованности принимаемых решений в системе отраслевого менеджмента, что обуславливает роль аналитических и прогностических инструментов получения релевантной информации о протекающих в ресурсной сфере АПК процессах. С целью совершенствования организационно-методических подходов к совершенствованию методов и механизмов управления развитием ресурсного потенциала аграрного сектора экономики нами предложено объединение аналитико-прогнозных процедур в самостоятельный информационно-обеспечивающий блок единого механизма управления, что позволит обеспечить упреждающий характер принимаемых управленческих решений.

3. Управление развитием ресурсного потенциала аграрного сектора экономики в контексте адаптивно-системной парадигмы предусматривает выявление региональных (в масштабах макрорегиона) и территориальных (в масштабах региона) особенностей состояния и тенденций развития ресурсного потенциала аграрного сектора экономики. Для этого считаем необходимым использовать экономико-статистический анализ, экономико-математическое и имитационное моделирование, а также прогностический анализ. В результате применения инструментария многомерного статистического анализа по обоснованным индикативным показателям выявлены группы территорий с различным уровнем развития ресурсного потенциала.

4. Важным условием перспективного развития ресурсного потенциала является соотнесение целевых индикаторов программ регулирования и прогнозных параметров, для чего требуется регулярное проведение системного прогностического анализа, предназначенного для упреждающей диагностики проблем и выработки адекватных управленческих действий в ответ на возмущающие внешние и внутренние воздействия комплекса разнообразных факторов.

Это особенно актуально в связи с инерционностью развития большинства системы ресурсного потенциала. Реализация разработанных в исследовании прогнозных сценариев для Ставропольского края возможна при осуществлении предложенных нами мероприятий по развитию сельских территорий, эффективному использованию инноваций, формированию государственных информационных ресурсов, увеличению инвестиций и других, в рамках, определяемых параметрами Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013–2020 гг., ее подпрограмм, федеральных целевых программ с учетом ограниченности бюджетных ресурсов.

5. Управление развитием ресурсного потенциала требует формирования адаптивных региональных стратегий, учитывающих результаты аналитических и диагностических процедур. Это позволяет принимать в расчет не только статические оценки, но и характер динамики воспроизводственных процессов в ресурсных системах аграрного сектора экономики. Для повышения объективности оценок при принятии управленческих решений нами рекомендовано использовать ситуативно-прогнозный профиль территорий, отражающий состояние и тенденции развития их ресурсной составляющей аграрного сектора.

Он должен проходить систематическую регулярную актуализацию с учетом принятия в расчет 3 % прогнозного уровня роста основных параметров развития ресурсного потенциала, что позволит обеспечить прирост удельного веса аграрного сектора в валовом региональном продукте на 2–3 % в год.

Глава XVII

Применение теории нечетких множеств в стратегическом планировании предприятий энергетической отрасли

Управлению организацией жизненно необходим стратегический аспект развития, состоящий в определении долгосрочных целей ее развития и средств достижения этих целей с учетом неопределенности развития рынка, на котором функционирует предприятие. Неспособность определить, вовремя сменить и следовать правильной стратегии своего развития в равной степени чревато непредсказуемыми последствиями как для организации, стоящей на пороге финансового краха, так и для успешно функционирующей организации.

Фундамент, на котором строятся современные стратегии, представляет собой учет условий внешней и внутренней среды, в пределах которой работает предприятие и определение задач, стоящих перед предприятием. Это способствует возникновению самых разнообразных проектов развития, которые в свою очередь обуславливают выбор такого варианта развития, который обеспечит стабильность предприятия и хорошие экономические результаты.

Одним из основополагающих принципов, обеспечивающих устойчивое развитие, является стратегическое управление предприятием. В условиях жесткой конкурентной борьбы и быстро меняющейся ситуации на рынке предприятие должно не только концентрировать внимание на внутреннем состоянии дел, но и вырабатывать долгосрочную стратегию, которая позволяла бы успевать за изменениями, происходящими в ее окружении.

Для государств, имеющих дефицит собственных энергоресурсов, к которым относится и Республика Беларусь, оптимальное развитие и функционирование топливно-энергетического комплекса – одно из приоритетных направлений деятельности законодательной и исполнительной власти, всех производителей и потребителей топливно-энергетических ресурсов для обеспечения конкурентоспособности продукции на мировом рынке. Энергетика Беларуси является ключевой, жизнеобеспечивающей системой, базовым элементом, гарантирующим целостность и эффективность работы для всех отраслей и субъектов экономики.

Для преодоления экономикой страны последствий мирового финансового кризиса необходимо максимально эффективно использовать имеющийся технический, технологический и кадровый потенциал топливно-энергетического комплекса (ТЭК). Приоритетом энергетической политики Республики Беларусь наряду с устойчивым обеспечением страны энергоносителями является создание условий и реализация мер для функционирования и развития экономики при максимально эффективном использовании топлива и энергии.

Таким образом, рост нестабильности условий предпринимательской деятельности, специфические условия функционирования предприятий ТЭК объективно требует учета факторов неопределенности в предпринимательской деятельности. Необходимость адаптации белорусских энергетических предприятий к сложным условиям реформирования экономики обусловила активизацию интереса к разработке стратегий достижения высокой конкурентоспособности предприятий, так как без выявления перспектив и предвидения будущих тенденций развития практически невозможно принимать эффективные управленческие решения в условиях рыночной экономики.

Топливно-энергетический комплекс (ТЭК) является важнейшей структурной составляющей народного хозяйства Республики Беларусь в обеспечении функционирования экономики и повышения уровня жизни населения. ТЭК включает системы добычи, транспорта, хранения, производства и распределения всех видов энергоносителей: газа, нефти и продуктов ее переработки, твердых видов топлива, электрической и тепловой энергии. Отрасли комплекса занимают значительное место в народном хозяйстве республики. На них приходится 26 % капитальных вложений в промышленность, почти пятая часть основных производственных фондов, 14 % валовой продукции промышленности отрасли [6].

Главными отличительными особенностями энергетической отрасли следует считать:

• постоянство производства и потребления;

• зависимость объемов производства энергии исключительно от потребителей и невозможность наращивания объемов производства по желанию и инициативе энергетиков;

• необходимость оценивать объемы производства и потребления энергии не только в расчете на год, но и часовые величины энергетических нагрузок;

• необходимость бесперебойности энергоснабжения потребителей, являющейся жизненно важным условием работы всего национального хозяйства;

• планирование энергопотребления на каждые сутки и каждый час в течение года [4, 5, 6].

Стабильность функционирования ТЭК полностью зависит от ее целевых функций. Целевая функция – это:

• бесперебойность – постоянство обеспечения энергией всех отраслей национальной экономики;

• сбалансированность – производиться должно столько, сколько потребляется;

• качество – соблюдение необходимых энергетических параметров (напряжение, частота, давление, температура и т. д.);

• экономичность – максимальная прибыльность при минимальных затратах;

• соблюдение интересов трудового коллектива.

Эффективное управление производственно-хозяйственной деятельностью – это обеспечение социально-экономической стабильности при разумном государственном регулировании и организационно-правовом обеспечении рыночных отношений.

Стратегическое управление основывается на активном формировании будущего положения предприятия, базирующегося на системном анализе текущего состояния, динамике функционирования и положения предприятия на рынке, с использованием методов разработки и обоснования стратегии предприятия с учётом изменения ситуации во внешней среде функционирования.

Концепция и проблемы стратегического управления находятся на стадии активного исследования, а методы и инструменты постоянно совершенствуются. Понимание сущности концепции стратегического менеджмента позволяет найти адекватные и эффективные пути и направления управления предприятием в условиях динамичной, изменчивой и неопределённой среды.

Основными направлениями деятельности в области стратегического менеджмента являются:

• проведение стратегического анализа и оценка внешней среды;

• разработка и формирование иерархии целей и задач предприятия;

• определение альтернативных долгосрочных стратегий развития предприятия;

• поиск и указание способов практической реализации выбранной стратегии развития;

• создание системы управления, постоянно обеспечивающей соответствия между непрерывно изменяющейся внешней средой и деятельностью предприятия.

Основными задачами анализа являются:

• формирование информационной базы, позволяющей выявить тенденции изменения макро- и микросреды;

• формирование альтернативных сценариев развития будущего, при сочетании возможностей и угроз – от крайне оптимистического, до крайне пессимистического;

• выявление главных экономических характеристик отрасли, определение движущих сил, перспектив развития отрасли;

• определение ключевых факторов успеха.

В настоящее время особое значение приобретают скорость и качество управленческих решений, которые определяют как стратегическое направление развития и основные цели деятельности предприятия, так и тактические и оперативные вопросы, связанные с управлением предприятием. Усиление конкуренции на внутренних и международных рынках приводит к тому, что управленческие ошибки руководства и недостаточное внимание к стратегическим аспектам ведут к возникновению кризисов различной природы.

Управленческая деятельность в условиях конкуренции предполагает использование рационального подхода и применение современного инструментария в принятии решений, что обеспечивает своевременность принятия управленческих решений на предприятии и таким образом позволяет предотвращать управленческие промахи либо снижать риски негативных последствий в случае их неизбежного характера.

На эффективность поиска оптимальных решений значительное влияние оказывают методы, используемые для анализа и описания имеющейся в задаче неопределенности, при этом важно то, насколько адекватно эти методы отражают реальную ситуацию. Метод принятия управленческого решения – это система операций, приемов научного исследования и изложения материала, отбора и обработки данных, оценки полученных результатов, используемая при принятии управленческих решений.

Разработанные в настоящее время количественные методы принятия решений (максимизация ожидаемой полезности, минимаксная теория, методы максимального правдоподобия, теория игр, анализ „затраты – эффективность“ и другие) помогают выбирать наилучшие из множества возможных решений, лишь в условиях одного конкретного вида неопределенности или в условиях полной определенности. К тому же, большая часть существующих методов для облегчения количественного исследования в рамках конкретных задач принятия решений базируется на крайне упрощенных моделях действительности и излишне жестких ограничениях, что уменьшает ценность результатов исследований и часто приводит к неверным решениям.

В реальных ситуациях принятия решений цели, ограничения, критерии выбора в большей части субъективны и точно не определены. Поэтому при построении моделей принятия решений возникает необходимость использования нечеткой логики, нечетких множеств и отношений.

Важной особенностью среды функционирования предприятия является наличие рыночной неопределённости, а эффективность использования информации зависит от способности применяемых средств анализа учитывать этот фактор. Качество стратегических управленческих решений определяется полнотой и достоверностью информации, что обуславливает её важность и ценность как фактора, оказывающего непосредственное влияние на деятельность предприятия, и требует внедрения эффективных технологий хранения, обработки и анализа информации. Наличие в сложной многоуровневой иерархической системе управления одновременно различных видов неопределенности делает необходимым использование для принятия решений теории нечетких множеств, которая позволяет адекватно учесть имеющиеся виды неопределенности.

В 1970 году Беллман и Заде опубликовали статью "Decision – Making in Fuzzy Environment", которая послужила отправной точкой для большинства работ по нечеткой теории принятия решений. Категории нечеткости и связанные с ними модели и методы очень важны, так как с их появлением стало возможным подвергать количественному анализу те явления, которые раньше могли быть учтены только на качественном уровне [1, 2, 3, 7].

Теория нечетких множеств появилась как результат обобщения, переосмысления положений: многозначной логики, теории вероятности и математической статистики, дискретной математики. В теории нечетких множеств, предлагаются следующие способы формализации нечетких понятий:

1. Предполагает отказ от основного утверждения классической теории множеств о том, что некоторый элемент может принадлежать, либо не принадлежать множеству. При этом вводится специальная характеристика множества – функция принадлежности, которая имеет значения из интервала [0, 1].

2. Более общий способ формализации нечеткости предполагает, что характеристически функции множества принимают значения не из интервала [0,1], а в конечной или бесконечной дистрибутивной решетке (это обобщение получило название нечеткого множества в смысле Гогена).

3. φ – нечеткие множества. При этом обобщении каждый элемент универсального множества связан не с точкой в интервале [0, 1], а с подмножеством или частью этого интервала. Алгебра ф-нечетких множеств может быть сведена к алгебре классов.

4. Гетерогенные нечеткие множества. Элементам универсального множества ставятся в соответствие значения в различных дистрибутивных решетках. Каждый элемент может быть связан с наиболее подходящей к нему оценкой, более того – сами значения оценок могут быть нечеткими и задаваться в виде функций.

Нечеткие отношения позволяют моделировать постепенное изменение свойств, а также неизвестные функциональные зависимости, выраженные в виде качественных связей. Нечеткие алгоритмы, допускающие использование нечетких инструкций, позволяют описывать приближенные рассуждения и являются полезным инструментом для приближенного анализа таких систем и процессов принятия решений, которые слишком сложны для применения общепринятых количественных методов.

Открытость систем, взаимодействие с внешней средой ставят целый ряд проблем при конструировании соответствующих моделей. Эти проблемы связанны с неопределенностями, неизбежными при описании состояний внешнего мира. Источниками неопределенности, такого представления, являются: невозможность точного измерения реальных величин; невозможность полного и четкого описания многих физических объектов и ситуаций; принципиальное ограничение по точности, большие погрешности; недостаточность размерности модели, не позволяющие отразить все значимые свойства. Все это позволяет считать отношение моделирования нечетким. В результате приходим к использованию в качестве состоянии моделей нечетких множеств в исходных пространствах, а в качестве действий или операторов – нечетких преобразований над этими пространствами.

Таким образом, теория нечетких множеств успешно применяется в области анализа сложных систем, так как получение выводов о поведении сложной экономической системы, в которой человек играет активную роль, требует отказа от высоких стандартов точности и строгости, которые характерны для простых систем.

Стратегическое планирование – это одна из функций управления, которая представляет собой процесс выбора целей организации и путей их достижения. Стратегическое планирование обеспечивает основу для всех управленческих решений. Поэтому, большинство предприятий и организаций ориентированы на выработку стратегических планов развития.

Формирование стратегии в условиях динамичной экономики, нечеткой, неполной, быстро устаревающей информации требует разработки новых методов, позволяющих работать в динамичной, неопределенной, нечеткой среде. Сложность выбора стратегии связана с необходимостью учета множества динамичных, нечетких, не всегда формализуемых целей и ориентиров, возникает возможность выбора стратегии на основе противоречивых ориентиров. В условиях неопределенности предлагается новый подход к выбору оптимальной стратегии управления из множества возможных, с целью обеспечения устойчивого развития предприятия относительно поставленным целям функционирования.

Практически стратегия есть путь, основание для достижения цели. Проблема стратегии лежит в плоскости принятия решения, так как каждое решение является основой для реализации намеченной цели. В этом качестве выбор того иного решения совпадает с выбором стратегии. Какое решение будет принято в данной конкретной ситуации, в значительной степени зависит от подхода, выступающего в качестве методологического средства. Следует отметить, что порядок принятия и реализации стратегических решений не систематизирован должным образом, и специалисты и руководители слабо вооружены методологией и технологией управления.

Важнейшим моментом функционирования предприятия является ее взаимодействие с внешней средой, объективным свойством которой является неопределенность. Неопределенность внешней среды обуславливает риск отклонения от поставленной цели. Однако, как показывает практика, и в условиях неопределенности многие предприятия достигают поставленных целей. Это происходит благодаря тому, что каждое предприятие обладает определенной устойчивостью функционирования относительно поставленной цели. Устойчивость относительно поставленной цели – это внутренне присущее любой организации свойство, заключающееся в способности достичь поставленной цели при непредсказуемых воздействиях внешней среды.

Нечеткие отношения позволяют моделировать постепенное изменение свойств, а также неизвестные функциональные зависимости, выраженные в виде качественных связей. Нечеткие алгоритмы, допускающие использование нечетких инструкций, позволяют описывать приближенные рассуждения и являются полезным инструментом для приближенного анализа таких систем и процессов принятия решений, которые слишком сложны для применения общепринятых количественных методов [15].

Категории нечеткости и связанные с ними модели и методы очень важны, так как с их появлением стало возможным подвергать количественному анализу те явления, которые раньше могли быть учтены только на качественном уровне.

Таким образом, теория нечетких множеств успешно применяется в области анализа сложных систем, каким является предприятие, так как получение выводов о поведении сложной экономической системы, в которой человек играет активную роль, требует отказа от высоких стандартов точности и строгости, которые характерны для простых систем.

Необходимость адаптации белорусских предприятий к сложным внешним условиям обусловила активизацию интереса к формированию стратегий предприятий, так как без выявления перспектив и предвидения будущих тенденций развития практически невозможна и выработка тактических мер в сложных рыночных условиях. Формирование стратегии – это, во-первых, получение определенного представления о будущем развитии предприятия; во-вторых, активное использование предприятием современных методов управления, обеспечивающих определенную сбалансированность и будущие направления развития предприятия.

Энергетика Беларуси является ключевой, жизнеобеспечивающей системой, базовым элементом, гарантирующим целостность и эффективность работы для всех отраслей и субъектов экономики.

Стратегия развития Брестской энергосистемы на 2011 – 2015 годы с перспективой до 2020 года определяется, исходя из концепции энергетической безопасности и повышения энергетической независимости Республики Беларусь (утверждена Указом Президента Республики Беларусь от 17 сентября 2007 № 433). А вместе с тем, из Стратегии развития энергетического потенциала Республики Беларусь, утвержденной Постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 09.08.2010 № 1180.

Стратегия развития Брестской энергосистемы на 2011 – 2015 годы с перспективой до 2020 года разработана с целью оптимального развития и функционирования, совершенствования организационных, экономических, технических и технологических условий для эффективного обеспечения потребителей тепловой и электрической энергии, повышения конкурентоспособности продукции, повышения уровня энергетической безопасности страны.

Предлагаемая стратегия направлена на снижение уровня использования природного газа, как доминирующего вида топлива в электро- и теплоэнергетике за счёт вовлечения в топливно-энергетический баланс местных видов топлива, вторичных энергоресурсов, возобновляемых источников энергии, обновления основных производственных фондов для достижения к 2020 году уровня износа не более 37 %, повышения надёжности и эффективности энергоснабжения.

Основной целью стратегии является инновационное и опережающее развитие энергетических источников, электрических и тепловых сетей РУП „Брестэнерго“, обеспечивающее производство конкурентоспособной продукции на уровне мировых стандартов при безусловном надежном и эффективном энергообеспечении всех отраслей экономики и населения.

Одной из важнейших задач ближайшего периода является создание новых организационных основ для эффективного развития и функционирования энергетики в условиях рыночных отношений. Приоритетами стратегии являются:

• повышение уровня энергетической безопасности страны;

• полное, надежное обеспечение населения и экономики республики энергоресурсами;

• снижение удельных затрат на производство, транспорт и потребление энергоресурсов;

• максимально целесообразное использование собственных энергоресурсов;

• повышение финансовой устойчивости, эффективности функционирования и развития РУП „Брестэнерго“.

Достижение поставленных целей должно базироваться на:

• ускоренном развитии и обновлении генерирующих источников, электрических и тепловых сетей РУП „Брестэнерго“;

• внедрении энергоэффективных технологий;

• развитии энергетических источников на местных видах топлива и возобновляемых источниках энергии;

• модернизации автоматизированных систем управления и связи;

• совершенствовании сбытовой деятельности, ценовой и тарифной политики;

• проведении активной инвестиционной политики.

Эффективность работы РУП „Брестэнерго“ будет полностью зависеть от работы каждого филиала. Для того, чтобы повысить эффективность структурных подразделений необходимо создать мини стратегию в соответствии с нуждами предприятия и развития региона в целом, при достижении которой будет осуществляться общая стратегия РУП „Брестэнерго“.

При разработке мини стратегий предлагаем использовать метод нечетких множеств, который позволит рационализировать принятие решения на основе суждения экспертов.

Для успешного функционирования предприятия необходимо наличие стратегии (мини стратегии) устойчивого развития относительно поставленных целей. Формирование любой стратегии начинается с определения целей стратегического развития предприятия (таблица 1).

Таблица 1. Примеры стратегических целей

Выбрав предпочтительные цели, можно построить дерево целей и альтернатив. Такое дерево состоит из 3-х уровней: 1) Цель (в нашем случае это стратегия); 2) Критерии (10 критериев: эффективность управления, движение персонала, состояние основных фондов, состояние оборотных фондов, внедрение инноваций, платежеспособность, финансовая независимость, рентабельность, продолжительность оборота, прибыль); 3) Альтернативы (массив стратегии, из которых необходимо выбрать оптимальную) (рисунок 1).

Рис. 1. Иерархическое дерево

Почти любую многокритериальную задачу можно решить при помощи метода попарного сравнения. Сравнение всех частных критериев производится при помощи шкалы лингвистических оценок, которые представлены в таблице 2.

Таблица 2. Шкала лингвистических оценок

Построение таких лингвистических ошибок обычно не вызывает затруднений у специалистов. Такая шкала отражает особенности человека как субъекта принятия решений и обработки информации.

Исходя из выбранных критериев, строим таблицу, в которой попарно будем сравнивать каждый параметр при помощи лингвистической шкалы (таблицы 3).

Таблица 3. Таблица попарных сравнений критериев стратегии

Для нахождения приоритетных направлений найдем ранги критериев. Для этого существует ряд методов. Наиболее точным является определение при помощи метода Лагранжа. Для данного метода нужны сложные вычислительные программы. Для более простого отыскания рангов критериев используется приближенный метод попарных сравнений Т. Саати.

Этот подход заключается в отыскании приближенных значений вектора рангов, как среднегеометрических величин каждой строки матрицы парных сравнений (таблица 4).

Таблица 4. Среднегеометрические значения

В соответствии с полученными данными мы можем найти нормализованный вектор критериев (таблица 5).

Таблица 5. Нормализованный вектор критериев

Информативным показателем достоверности определения рангов является индекс согласованности (ИС) матрицы парных сравнений А, который дает информацию о степени нарушения численной и транзитивной (порядковой) согласованности парных сравнений. В случае плохой согласованности рекомендуется поиск дополнительной информации и пересмотр данных, использованных при построении матрицы парных сравнений.

Индекс согласованности для каждой матрицы рассчитывается на основе оценки максимальной величины собственного значения матрицы. Он может быть приближенно получен следующим образом: сначала суммируется каждый столбец матрицы парных сравнений (таблица 6), затем сумма первого столбца умножается на величину первой компоненты нормализованного вектора рангов, сумма второго столбца – на вторую компоненту и т. д. Затем полученные числа суммируются

Таблица 6. Сумма столбцов попарных сравнений

На основе индекса согласованности ИС рассчитывается показатель отношения согласованности ОС: ОС = ИС/СС, где СС – значение согласованности случайной матрицы того же порядка. Средние значения согласованности СС для случайных матриц разного порядка, полученные при случайном выборе количественных парных оценок относительной важности из шкалы 1/9, 1/8, 1/7….,1, 2….,9 и образовании обратно-симметричной матрицы, приведены в таблице 7.

Таблица 7. Средние значения согласованности

Отобразим в таблице 8 основные параметры соответствия.

Таблица 8. Основные параметры соответствия

Для того чтобы парные сравнения можно было считать согласованными, величина ОС должна быть менее, чем 10 %, в ряде случаев приемлемой для практики согласованностью можно считать величину ОС до 20 %. Если ОС выходит из этих пределов, то экспертам нужно пересмотреть задачу и проверить свои суждения. В нашем случае ОС лежит в приемлемой зоне.

Построив нормализованный вектор можно определить наиболее важные параметры при разработке стратегии. При данном наборе критериев наиболее важными стали: прибыль (0,24), рентабельность (0,217), продолжительность оборота (0,144), платежеспособность (0,14). Остальные параметры относительно незначительные. Исходя из этого, можно составить ряд мероприятий долгосрочной перспективы, которые будут максимально соответствовать наиболее весомым параметрам.

При разработанных стратегиях, которые можно взять в качестве альтернативы возможно использование метода анализа иерархии (МАИ) Т. Саати. Метод состоит в декомпозиции проблемы на более простые составляющие части и дальнейшей обработке последовательности суждений лица, принимающего решение, с помощью матриц парных сравнений. В результате работы с матрицами рассчитываются относительные степени взаимодействия элементов в иерархии, и выбирается наилучшая с точки зрения цели альтернатива.

В соответствии с МАИ, построим множество матриц парных сравнений для каждого из нижних уровней – по одной матрице для каждого критерия верхнего уровня. При этом элементы нижнего уровня сравниваются друг с другом с точки зрения удовлетворения критерию на верхнем уровне. Таким образом, получается набор квадратных матриц суждений. Парные сравнения проводятся в терминах доминирования одного из элементов над другим.

Таким образом, при трех альтернативных стратегиях необходимо построить 11 матриц, одна матрица второго уровня (которая построена выше) и 10 матриц для относительно каждого критерия (таблицы 9-18).

Таблица 9. Таблица попарных альтернатив по критерию «Эффективность управления»

Таблица 10. Таблица попарных альтернатив по критерию «Движение персонала»

Таблица 11. Таблица попарных альтернатив по критерию «Состояние основных фондов»

Таблица 12. Таблица попарных альтернатив по критерию «Состояние оборотных фондов»

Таблица 13. Таблица попарных альтернатив по критерию «Внедрение инноваций»

Таблица 14. Таблица попарных альтернатив по критерию «Платежеспособность»

Таблица 15. Таблица попарных альтернатив по критерию «Финансовая независимость»

Таблица 16. Таблица попарных альтернатив по критерию «Рентабельность»

Таблица 17. Таблица попарных альтернатив по критерию «Продолжительность оборота»

Таблица 18. Таблица попарных альтернатив по критерию «Прибыль»

Приоритеты синтезируются, начиная со второго уровня вниз. Локальные приоритеты перемножаются на приоритет соответствующего критерия на вышестоящем уровне и суммируются по каждому элементу. Исходя из этого, для каждой стратегии получилось определенное число, которое и определяет выбор стратегии (таблица 19):

Таблица 19. Значение альтернатив

В данном случае более приоритетной стратегией для предприятия является № 3. При выбранной стратегии достигается максимально возможный эффект.

Выводы:

• формирование стратегии в условиях динамичной экономики, нечеткой, неполной, быстро устаревающей информации требует разработки новых методов, позволяющих работать в динамичной, неопределенной, нечеткой среде;

• сложность выбора стратегии связана с необходимостью учета множества динамичных, нечетких, не всегда формализуемых целей и ориентиров, возникает возможность выбора стратегии на основе противоречивых ориентиров;

• в условиях неопределенности предлагается новый подход к выбору оптимальной стратегии управления из множества возможных, с целью обеспечения устойчивого развития предприятия относительно поставленным целям функционирования;

• преимуществом нечеткого подхода к принятию стратегических решений устойчивого развития предприятия являются: возможность связать внешние и внутренние цели и условия простыми отношениями; возможность учитывать параметры различной степени неопределенности; возможность получения количественных критериев развития на основе их качественных характеристик;

• формирование стратегии устойчивого развития предприятия в условиях неопределенности на основе теории нечетких множеств позволяет упростить процесс поиска решений, сделать его более оперативным и корректным в условиях высокой сложности объекта управления и его среды, а также является инструментом, дающим основу для определения общей политики и выделяющим возможные действия для достижения поставленных целей с наименьшими потерями;

• для более успешного функционирования сложного предприятия, необходимо разрабатывать мини стратегии. Это позволяет эффективно расставить приоритеты развития и максимизировать эффективность работы всего предприятия;

• чтобы минимизировать затраты на разработку модели, а также оптимизировать любую многокритериальную задачу (построение стратегии) необходимо использовать перспективные методологии. Примером такой методологии является построение модели при помощи нечетких множеств;

• для создания модели мини стратегии предпочтительно образовать аналитический аппарат, который позволит более точно смоделировать и проанализировать сложившуюся ситуацию.

Литература и примечания

Глава I.

1. Бережная, О.В. Методические основы оценки факторов экономического риска регионального транспортного комплекса // Вестник Университета (Государственный университет управления). – 2009. – № 22. – С. 143–147.

2. Бережная, О.В. Формирование конкурентных стратегий автотранспортной организации / О.В. Бережная, А.С. Токарь // Kant. – 2011. – № 1. – С. 63–65.

3. Бережной, В.И. Экономико-математические методы и модели в примерах и задачах / В.И. Бережной, Е.В. Бережная. – Ставрополь, 1996.

4. Бережной, В. И. Методы и модели управления материальными потоками микрологистической системы автопредприятия / В.И. Бережной, Е.В. Бережная. – Ставрополь, 1996.

5. Бережной, В.И. Оценка и управление конкурентоспособностью грузовой автотранспортной организации / В.И. Бережной, А.В. Березовская, О.В. Бережная, А.С. Токарь. – Ставрополь, 2010.

6. Дубров А.М., Мхитарян В.С., Трошин Л.И. Многомерные статистические методы: учебник. – М.: Финансы и статистика, 2000. – 352 с.

7. Нечеткие множества и теория возможностей / под ред. Р.Я. Ягера. – М.: Радио и связь, 1986.

Глава II.

1. Рофе А.И. Экономика труда // Экономический портал [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http: //institutiones.com/

2. Закон РФ о занятости населения в Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 20 апреля 1996 года № 36-ФЗ) (с изменениями на 22 декабря 2014 года) // Электронный фонд правовой и нормативно-технической документации [электронный ресурс]. – Режим доступа: www.docs.cntd.ru/

3. Вицелярова К.Н. Занятость и рынок труда в регионе как функции локальной экономики // Библиотечный каталог [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.lib.ua-ru.net

4. Кистанов В.В., Копылов Н.В. Региональная экономика России / В.В. Кистанов, Н.В. Копылов – М.: Финансы и статистика, 2012. – 584 с.

5. Колесников Ю.С. Этноэкономика в судьбах модернизации юга России // Научные статьи [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.coolreferat.com/

6. Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Краснодарскому краю // Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.krsdstat.gks.ru/

7. Состояние социально-трудовой сферы села и предложения по ее регулированию. Ежегодный доклад по результатам мониторинга: науч. изд. – М.: Росинформагротех, 2013, вып. 14. – 244 с.

8. Бондаренко Л.В. Занятость, доходы и потребление сельского населения / Л.В. Бондаренко. – М.: ГНУ ВНИИЭСХ, 2013. – 129 с.

9.

Глава III.

10. Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской федерации на период до 2020 г.: Распоряжение Правительства Российской Федерации от 17.11.2008 г. № 1662-р. (в ред. от 08.08.2009 г.) // СПС «КонсультантПлюс».

11. Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 г.: Распоряжение Правительства Российской Федерации от 08.12.2011 г. № 2227-р. (в ред. от 08.08.2009 г.) // СПС «КонсультантПлюс».

12. О методических рекомендациях по реализации кластерной политики в субъектах Российской Федерации: Письмо Минэкономразвития России от 26.12.2008 г. № 20615-АК/Д1// СПС «КонсультантПлюс».

13. Агропромышленные комплексы (особенности размещения, планирования и организации учета). – М.: Финансы и статистика, 1975.

14. Агропромышленные формирования холдингового типа. – М., 2002.

15. Агропромышленный комплекс в условиях развитого социализма. – М.: Финансы и статистика, 1986.

16. Агропромышленный комплекс Кубани. Статистический сборник. – Краснодар, 2004.

17. Агропромышленный комплекс России. Статистический сборник. – М., 2001.

18. Александров Н.П. Аграрно-промышленные комплексы и пути их развития. – М.: Финансы и статистика, 1975.

19. Амосов А.И. Программно-целевое планирование интенсивного воспроизводства агропромышленного комплекса. – М.: Финансы и статистика, 1986.

20. Арефьев В.И, Агропромышленные объединения и комплексы. – М., 1976.

21. Баранов А. В. Перспективы развития АПК Ростовской области в условиях глобализации мировой экономики. – Ростов-на-Дону: Феникс, 2003.

22. Бережной, В.И. Территориальное размещение и специализация субъектов аграрного сектора экономики региона / В.И. Бережной, И.В. Таранова. Ставрополь, 2011.

23. Борисглебская Л. Стратегия управления предприятиями АПК по их финансово-экономическому оздоровлению // Международная сельскохозяйственная жизнь. – 2004. – № 1.

24. Ванштейн С.Ю., Ильюшонок С.Е. Моделирование и оптимизация развития аграрно-промышленных образований. – Новосибирск. 1985.

25. Вардапян В.В. Кластеры в экономике РФ. – М.: МАКС Пресс, 2010.

26. Винокурова Ю. В. Влияние кластеров на развитие территорий // Новое в экономике и управлении. – М.: МАКС Пресс, 2007.

27. Воронов А. А. Оценка и менеджмент конкурентоспособности продукции. – Краснодар, 2003.

28. Егорова Л.А. Концепция управления промышленной составляющей агропромышленного комплекса страны, региона и ее предприятиями: дис… канд. экон. наук: 08.00.05: – Кисловодск, 2005.

29. Егорова Л.А. Кластеризация экономики как перспективное направление ее развития // Концепт. 2014. Спецвыпуск № 05. ART 14545. URL: http: // e-koncept.ru/2014/14545.htm. ISSN 2304-120X.

30. Идрисов А.С. Агропромышленный комплекс региона как объект государственного регулирования. – Майкоп, 2003.

31. Марков Л.С. Экономические кластеры: понятия и характерные черты // Сб. науч. тр. – Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 2005.

32. Общая концепция развития в проблемно-программном прогнозировании (на примере АПК). – Новосибирск, 1987.

33. Пилипенко И.В. Кластерная политика в России: возможности реализации и конкурентоспособность регионов: сб. докладов / под ред. В.А. Шупера. – М.: Эслан, 2011.

34. Поличкина Е.Н., Басенцян А.А. Современное состояние и стратегия развития агропромышленного комплекса Краснодарского края // Концепт, 2014. Спецвыпуск № 05. ART 14553. URL: http://e-koncept.ru/2014/14553.htm. ISSN 2304-120X.

35. Портер М. Конкуренция. – М.: Вильямс, 2002.

36. Портер М. Конкурентная стратегия: Методика анализа отраслей и конкурентов / Майкл Е. Портер.; пер. с англ. – М.: Альпина Бизнес Букс, 2006.

37. Соколенко С.И. Кластеры в глобальной экономике. – К.: Логос, 2004.

38. Соколенко С.И. Научно-практическая конференция «Социально-экономическое развитие Крыма на основе кластеров» / С.И. Соколенко. – Симферополь, 2009.

39. Соколенко С.И. Экономическая безопасность и развитие экономики на кластерной основе: Выступление 09.06.2011 г. на Круглом столе Международной конференции «Экономическая безопасность и развитие предпринимательства на кластерной основе» // www.ehkonomiki-na-klasternojj-osnove [Электронный ресурс].

Глава IV.

1. Градостроительный кодекс Российской Федерации № 190-ФЗ (с изменениями на 28 декабря 2013 г.)

2. Земельный кодекс Российской Федерации № 136-ФЗ.

3. Амурский статистический ежегодник: Статистический сборник / Амурстат. – Благовещенск, 2014. – 564 с.

4. Аганбегян, А. Строительство жилья – локомотив социально-экономического развития страны / А.Аганбегян // Вопросы экономики. – 2012. -№ 5. – С. 59–69.

5. Бузырев, В.В. Управление качеством в строительстве: учебное пособие / В.В. Бузырев, М.Н. Юденко. – СПб.: ГИОРД, 2009. – 224 с.

6. Выборова, Е.Н. Методические аспекты анализа и управления инвестиционной активностью организации / Е.Н. Выборова, Э.А. Саляхова// Экономический анализ: теория и практика. – 2013. – № 12 (315). – С. 23–26.

7. Каменецкий, М.И. Строительный комплекс: состояние, проблемы, основные тенденции долгосрочного развития / М.И. Каменецкий, Л.В. Донцова // Проблемы прогнозирования. – 2008. – № 4. – С. 44–55.

8. 8.Козлова, С.В. Методология и практика привлечения инвестиций в использование земельных ресурсов: автореф… дис. док. экон. наук. – 2011. – 49 с.

9. 9. Кузьмич, Н.П. Анализ динамики инвестиций в основной капитал и результатов инвестиционно-строительной деятельности в региональной экономике / Н.П.Кузьмич // Власть и управление на Востоке России. – 2012. – № 1 (58). – С. 76–83.

10. Кузьмич, Н.П. Обеспечение устойчивого развития строительных предприятий на основе эффективного использования инвестиций / Н.П.Кузьмич // Финансовая экономика. – 2014. – № 3. – С. 19–24.

11. Кузьмич, Н. П. Обоснование методологии формирования устойчивого развития строительных предприятий на основе системы менеджмента качества / Н.П.Кузьмич // Сегодня и завтра российской экономики. – 2013. – № 59–60. – С. 111–116.

12. Кузьмич, Н. П. Организационно-экономические аспекты устойчивого развития инвестиционно-строительного комплекса в условиях инновационных преобразований / Н.П.Кузьмич // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2013. – № 3. – С. 44–47.

13. Кузьмич, Н.П. Специфика земельно-имущественных отношений и их влияние на градостроительную политику / Н.П.Кузьмич // Вопросы экономических наук. – Москва: Спутник +, 2014. – № 2(66). – С. 38–41.

14. Мамон, Н. В. Факторы, влияющие на уровень доступности жилья в регионе / Н.В. Мамон, М.С. Пушкарева // Вестник Костромского государственного технологического университета. Серия «Экономические науки». – 2013. – № 1 (3). -С. 29–32.

15. Мхитарян, Ю.И. Совершенствование градостроительной политики и саморегулирования / Ю.И. Мхитарян // Век качества. – 2012. – № V. – С.6–8.

16. Найден, С.Н. Воспроизводство жилищно-коммунальной инфраструктуры как фактор повышения качества жизни населения на Дальнем Востоке РФ / С. Н. Найден, М.А.Грицко // Власть и управление на Востоке России. – 2012. – № 4. -С.37–43.

17. Орт, А.И. Управление качеством и эффективностью регионального строительного комплекса / А.И.Орт: автореф… дис. д-ра экон. наук. – СПб., 2012. – 37 с.

Глава V.

1. Антосенков Е., Кокин Ю. Реформа заработной платы-ожидания и реальность // Экономист. – 2012. – № 9.

2. Белокрылова О.С., Вольчик В.В., Мурадов А.А. Институциональные особенности распределения доходов в российской экономике. – Ростов-н/Д.: Рост. ун-та, 2010.

3. Ларионов И.К. Стоимостные рычаги в кругообороте фондов социалистического предприятия. – М.: Мысль, 1926.

4. Лугинин А.В. Совершенствование денежно-кредитных и финансовых механизмов в связи с кругооборотом и оборотом капитала. – М.: МАКС-Прес, 2001.

5. Мотылев А. Учет синергетического эффекта при построении системы налогообложения. // Предпринимательство. – 1999. – № 2. – С. 147–156.

6. Маркс К. Экономические рукописи 1857–1861 гг. В 2-х ч. Ч. 1. – М.: Политиздат, 1980. – С. 434.

7. Матевосян М.Г. Распределение в процессе кругооборота и оборота капитала предприятия. – М.: Предпринимательство, 2007.

8. Матевосян М.Г. Отношения распределения в рыночном воспроизводственном процессе: дис…..канд. экон. наук. – Краснодар, 2007. – С. 217

9. Методология и основные направления социально-экономических исследований: монография / Матевосян М.Г., Вицелярова К.Н., Абрегова Ф.М. -Майкоп: Магарин О.Г., 2014. – 208 с.

10. Политика доходов и заработной платы: учебник / под ред. П. В. Савченко и Ю.П. Кокина. – М.: Юристъ, 2011.

11. Павлов П. М. Кругооборот фондов производственного предприятия. – М.: Финансы, 1968.

12. Рыночные отношения и механизм распределения: монография / М.Г. Матевосян. – Ростов-н/Д.: Ростиздат. 2013. – 208 с.

Глава VI.

1. Лавров А., Христенко В. Новый этап реформы межбюджетных отношений // Финансы. – 2010. – № 2.

2. Галицкая С. В. Теория и практика бюджетного федерализма: На примере ФРГ: дис… канд. экон. наук. – М., 2010. – 163 с.

3. Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31.07.1998 № 145-ФЗ (ред. от 25.12.2012) (с изм. и доп., вступающими в силу с 01.01.2013. Действующая редакция от 26.12.2014).

4. Поляк Г. Б. Финансы: учебник для студентов вузов, обучающихся по экономическим специальностям, специальности «Финансы и кредит». – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2011.

5. Полозков М. Г. Эффективное бюджетное выравнивание в системе межбюджетных отношений региона // Финансы. – 2010. – № 4. – С. 12–15.

6. Информация об исполнении консолидированного бюджета / Официальный сайт Федерального казначейства Российской Федерации. Электронный ресурс: http://www.roskazna.ru/konsolidirovannogo-byudzheta-rf/.

7. Ниязметов А.К. О понятийном аппарате межбюджетных отношений // Финансы. – 2010. – № 8. – С. 21–26.

8. Хоменко В. Модели реформирования межбюджетных отношений в векторе развития федерализма и региональной экономической инициативы // Казанский федералист. – 2011. – № 3. – С. 102–112.

9. Казанцев С.В. Ключевые факторы развития межбюджетных отношений // Регион: экономика и социология. – 2011. – № 2. – С. 63–79.

10. Богов Х.М. Развитие межбюджетных отношений и предпосылок экономического роста // Финансы и кредит. – 2010. – № 28. – С. 2–10.

11. Постановление Правительства РФ от 30.07.1998 № 862 «О концепции реформирования межбюджетных отношений в Российской Федерации в 1999–2001 гг.» Электронный ресурс: http://referent. mubint.ru/security/1/29078/1.

12. Постановление Правительства РФ от 15.08.2001 г. № 584 «О программе развития бюджетного федерализма на период до 2005 года» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=46662.

13. Распоряжение Правительства РФ от 03.04.2006 № 467-р «Концепция повышения эффективности межбюджетных отношений и качества управления государственными и муниципальными финансами в Российской Федерации в 20062008 годах» [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=59459.

14. Распоряжение Правительства РФ от 08.08.2009 № 1123-р «Концепция межбюджетных отношений и организация бюджетного процесса в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях до 2013 года» [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

15. http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=90696.

16. Распределение межбюджетных трансфертов по субъектам Российской Федерации в 2012 г. в соответствии с ФЗ «О федеральном бюджете» на 2012–2014 гг., тыс. руб. [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

17. http://www1.minfin.ru/common/img/uploaded/library/2012/03/MBT_2012 -2014_(iz_FZ_O_fed_budzhete). pdf

18. Косенко С.Г., Кочурина Р.А. О роли межбюджетных трансфертов в обеспечении продовольственной безопасности регионов // Фундаментальные исследования. – 2014. – № 9-11. – С. 2516–2523 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.rae.ru/fs/?section=content&op=show_article&article_id=10004659 (дата обращения: 10.02.2015.)

19. Официальный сайт статистики Организации экономического сотрудничества и развития [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

http://stats.oecd.org/index.aspx?r=398763.

20. Ерошкина Л. А. Становление и развитие межбюджетных отношений // Финансы. – 2012. – № 7. – С. 10–14.

21. Официальный сайт Министерства финансов Российской Федерации [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.minfin.ru/ru/.

22. Кусраева Д.Э. Оценка налогового потенциала региона // Международный научно-исследовательский журнал. – 2012. – № 1.

23. Постникова Е.А., Шильцин Е.А. Новейшие тенденции регионального развития России: некоторые фрагменты // Регион: экономика и социология. – 2013. – № 3. – С. 67–86.

Глава VII.

1. Аджигов М. Т, Угурчиев О. Б.О сущности устойчивого развития региона. Материалы международной заочной конференции «Проблемы и перспективы развития экономики и управления». – НП «Сибирская ассоциация консультантов»: http//sibac.info.

2. Браткова О.В., Гапоненко В.Ф. Управление устойчивым развитием промышленных предприятий. – М.: Компания Спутник+, 2006.

3. Ильичев А.В.Устойчивое развитие и безопасность сложных систем. Вычислительный центр РАН. – М., 2001.

4. Лушпинин К.В. Управление устойчивым развитием малых предприятий в системе их стратегического взаимодействия с органами власти, коммерческими и некоммерческими организациями. – Саратов: ПАГС, 2007. – 28 с.

5. Павлишин С.Г., Деменок А.А. О необходимости управления возрастной структурой парка АТС, АТП, 4. – 2012. – С. 39–44.

6. Покровский А.К. Исследование систем управления (транспортная отрасль): учебное пособие / А.К. Покровский. – М.: КНОРУС, 2010. – 360 с.

7. Розанова Н.М. экономика отраслевых рынков: учеб. пособие / Н.М. Розанова. – М.: Юрайт; 2010. – 906 с.

8. Советская энциклопедия / под ред. Б.А. Введенского. – М.: Советская энциклопедия, 1985.

9. Управление риском: Риск. Устойчивое развитие. Синергетика. – М.: Наука, 2000.

10. Устойчивое развитие: направления, проблемы, перспективы: сб. науч. тр. – Иркутск: БГУЭП, 2004. – 149 с.

11. Философский словарь / под ред. И.Т. Фролова. – 4-е изд. – М.: Политиздат, 1981.

12. Халиков М.А., Максимов Д.А.Рыночная устойчивость, экономическая безопасность и инновационная стратегия предприятия в условиях трансформируемой экономики // Менеджмент в России и за рубежом. – 2009. – № 2. – С. 16–21.

13. Щербаковский Г.З., Гвичия Г.М. Устойчивое развитие фирмы в условиях конкурентной среды. – СПб.: СПбГУЭФ, 2003. -127 с.

Глава VIII.

1. «Концепция межбюджетных отношений и организации бюджетного процесса в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях до 2013 года», одобренная распоряжением Правительства Российской Федерации от 8 августа 2009 г. № 1123-р.

2. Бюджетное послание Президента Российской Федерации о бюджетной политике в 2013–2015 годах.

3. Бюджетное Послание Президента Российской Федерации о бюджетной политике в 2014–2016 годах.

4. Заключение Счетной палаты Российской Федерации на проект федерального закона «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов».

5. Бережной В.И., Суспицына Г.Г., Учет и анализ источников воспроизводства основного капитала предприятий пищевой промышленности. Монограф. М-во образования и науки Российской Федерации, Георгиевский технологический ин-т (фил.), ГОУ ВПО "Северо-Кавказский гос. технический ун-т". – Георгиевск, 2010.

Глава IX.

1. Авдашева С.Б., Розанова Н.М. Теория организации отраслевых рынков / С.Б. Авдашева, Н.М. Розанова. – М.: Финансы и статистика, 1998. – 352 с.

2. Антикризисное управление. Теория и практика: учебное пособие для ВУЗов, обучающихся по специальностям экономики и управления (060000) / В.Я. Захаров, А.О. Блинов, Д.В. Хавин. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2006.

3. Бункина М.К. Национальная экономика: учебник для вузов / М. К. Бункина. – М.: Деловая литература, 2010.

4. Гладких Ю.Н. Основы региональной политики / Ю.Н. Гладких, А.И. Чистобаев. – СПб.: Изд-во В.А.Михайлова, 2008. – Ч.1. – 443 с.

5. Гранберг А.Г. Основы региональной экономики: учебник для вузов / А.Г. Гранберг. – ГУ ВШЭ, 2004. – 496 с.

6. Государственное управление: основы теории и организации: учеб. п.: в 2 т. – Т.1 / под ред. В. А. Козбаненко. – 2-е изд., с изм. и доп. – М.: Статут, 2002. -366 с.

7. Государственное управление: основы теории и организации: учебник: в 2 т. Т.2 / под ред. В.А. Козбаненко. – 2-е изд., с изм. и доп. – М.: Статут, 2002. -592 с.

8. Изард У. Методы регионального анализа: введение в науку о регионах. / У. Изард. – М.: Прогресс,1966. – 187 с.

9. Кудряшова И.А. Региональная экономическая политика / И.А. Кудряшова. – Кемерово: Кузбассвузиздат, 2008.

10. Паштова Л.Г. Устойчивый экономический рост определяется инвестиционной политикой / Л.Г. Паштова // Финансы. – 2009. – № 7. – с. 11–13.

11. Смирнов А.А. Государственная концепция в инвестиционных вопросах / А.А. Смирнов // Законодательство и экономика. – 2008. – № 4.

12. Скворцова Н.К. Научные основы разработки и реализации структурно-инвестиционной политики в регионах России / Н.К.Скворцова. – СПб, СПбГУЭФ, 2011. – 283 с.

13. Теория управления: учебник. / под ред. А.Л. Гапоненко и А.П. Панкрухина. – М.: Дело, 2003. – 424 с.

14. Хит Р. Кризисное управление для руководителей и менеджеров / Р. Хит. – М.: ЛОРИ, 2004.

15. Шумпетер Й. Теория экономического развития / Й. Шумпетер. – М.: Прогресс, 1982. – 414 с.

16. Юн Г.Б. Методология антикризисного управления: учеб. – практ. пособие / Г.Б. Юн. – М.: Дело, 2004.

17. A Toolkit for Evaluating Public R&D Investment. Models, Methods, and Findings from ATP's First Decade / R. Ruegg, I. Feller, U.S. Department of Commerce, Technology Administration, NIST, July 2003.

18. Baumol, W.J. (2004) The free-Market Innovation Machine // Prinston University Press, pp. 151–245.

Глава X.

1. Федеральная целевая программа «Модернизация транспортной системы России (2002 – 2010 гг.)» WWW.mintrans.ru.

2. Федеральный Закон «О защите конкуренции» от 26.07.2006 № 135-ФЗ.

3. Абалонин, С.М. Конкурентоспособность транспортных услуг. – М.: Академкнига, 2004. – 172 с.

4. Бережная, Е.В., Бережной, В.И. Методы и модели принятия управленческих решений. – М.: ИНФРА-М, 2014. – 384 с.

5. Бережная, О. В. Методика анализа и оценки пространственого развития региональной транспортной системы // Бережная О.В. // Вестник Института дружбы народов Кавказа Теория экономики и управления народным хозяйством. 2012. № 1 (21). С. 52–56.

6. Бережной, В. И., Бережная, Е. В. и др. Формирование стратегии развития автотранспортного предприятия в условиях нестабильной экономической среды. – Ставрополь: СевКавГТУ, 2002. – 233 с.

7. Бережной, В.И., Фурсов, В.А., Березовская, А.В. и др. Управление конкурентоспособностью организаций. – Ставрополь: СевКавГТУ, 2005. – С. 221.

8. Будрина, Е.В. Проблемы формирования и управления развитием регионального рынка транспортных услуг. – СПб.: СПбГИЭУ, 2002. – 276 с.

9. Кротков, А.М. Конкурентоспособность предприятия: подходы к обеспечению, критерии, методы оценки // Маркетинг в России и за рубежом. – 2011. -№ 6. – С. 14–18.

10. Лукинский, В.С., Бережной, В.И. и др. Логистика автомобильного транспорта: учебное пособие. – М.: Финансы и статистика, 2005. – 368 с.

11. Пименов, В., Березин, В. Формирование конкурентной стратегии предприятия // Стандарты и качество. – 2012. – № 6. – С. 62–68.

12. Российский статистический ежегодник. 2012: Статистический сборник / председатель редакционной коллегии В. Л. Соколин. – М.: Росстат, 2013. -847 с.

13. Россия в цифрах. 2012: Краткий статистический сборник / председатель редакционной коллегии В. Л. Соколин. – М.: Росстат, 2013. – 510 с.

14. Токарь, А. С. Оценка и управление конкурентоспособностью грузовой автотранспортной организацией: монография / А.С. Токарь, В.И. Бережной, А.В. Березовская, О. В. Бережная. – Ставрополь: СевКавГТУ, 2010.

15. Токарь, А.С. Формирование цен на транспортные услуги грузовых автотранспортных организаций в конкурентной среде: теория, методы и модели: монография / А.С. Токарь, В.И. Бережной, А.В. Березовская, Н.Е. Письменная, Е.А. Пономарева, В.А. Фурсов. – Ставрополь: СевКавГТУ, 2007.

16. Управление конкурентоспособностью предприятия: монография /

B. И. Бережной, В.А. Фурсов, А.В. Березовская, Т.С. Прахова, О.А. Роин. – Ставрополь: СевКавГТУ, 2006. – 211 с.

17. Транспортная стратегия Российской Федерации на период до 2030 года. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 22 ноября 2008 г. № 1734-р [Электронный ресурс] /

http://mintrans.ru/pressa/doc/TransStrateg_22112008_1734_r.zip

Глава XI.

1. Философский энциклопедический словарь / гл. редакция: Л.Ф. Ильичёв, П.Н. Федосеев, С.М. Ковалёв, В.Г. Панов. – М.: Советская энциклопедия, 1983.

2. Лебедев, С.А. философия науки: словарь основных терминов. – М.: Академический проект, 2004. – 320 с. (серия «GAUDEAMUS»)

3. Новая философская энциклопедия: в 4 т. / под редакцией В.С. Стёпина. – М.: Мысль, 2001.

4. Типология, классификация, систематизация [Электронный ресурс] Режим доступа: http://khutorskoy.ru/be/2007/1026/index.htm

5. Романов, А. А. Зарубежное туристское страноведение: учебное пособие / А.А.Романов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Советский спорт, 2001. – 288 с.

6. Коротков, Э. М. Исследование систем управления. – М., ДеКА 2000.

7. Гранберг, А.Г. Основы региональной экономики / А.Г. Гранберг. – М.: ГУ ВШЭ, 2006. – 496 с.

8. Социальный атлас российских регионов [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.socpol.ru/publications/book.shtml

9. Савеличев М.В. Типы российских региональных экономических систем [Электронный ресурс] // М.В. Савеличев, А.Р. Шарапов. Режим доступа: http://www.unn.ru/pages/e-library/vestnik/99990193_West_econ_finans_2004_2(6)/44.pdf

10. Михалев, О.В… Экономическая устойчивость в типологии российских регионов // Вестник Омского университета. Серия «Экономика». – 2011. – № 2. – C. 107–113.

11. Меньшикова, В. И. Методический инструментарий оценки результативности социально-экономической политики развития регионов / Меньшикова В. И., Черкашнев Р. Ю. // Социально-экономические явления и процессы. – 2013. – № 3 (049): – С: 110–116.

12. Яськова, Т.И. Типология районов смоленской области по положению в системе пространственных отношений «столица – пристоличный регион» // Региональные исследования. – 2013. – № 3. – С. 137–146.

13. Грезина, М.А. Типология регионов как информационно-аналитический инструментарий совершенствования межбюджетных отношений в условиях территориальной дифференциации / Грезина М.А. Колчина О.А., Шевченко И.К. // Вестник томского государственного университета. Экономика. -2012. – № 4(20). – С: 122–130.

14. Тяпушова Е.В. Исследование инновационного развития и типология регионов на основе интегральной оценки их конкурентоспособности / Тяпушова Е,В. Шеховцева Л.С. // Известия УРГЭУ. – 2011. – № 2 (34).

15. Ермакова Н. А. Типологии регионов для целей региональной политики: учеб. пособие / Н.А. Ермакова, А.Т. Калоева. – СПб.: СПбГУЭФ, 2011. – 65 с.

16. Бутс, Б. Типология российских регионов / Б. Бутс, С. Дробышевский,

О. Кочеткова, Г. Мальгинов, В. Петров, Г. Федоров, А. Хехт, А. Шеховцов, А. Юдин. – М., 2002.

17. Бияков, О.А. Теория экономического пространства: методологический и региональный аспекты / О.А. Бияков. – Томск: Том. ун-т, 2004. – 152 с.

18. Токарев, Ю.А. Типология регионов Российской Федерации по уровню и динамике показателей экологической обстановки // Известия Алтайского государственного университета. – 2011. – № 2(70).

19. Нейский, И.М. Классификация и сравнение методов кластеризации [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://it-

claim.ru/Persons/Neyskiy/Article2_Neiskiy.pdf

20. Кутуков, Д. С. Применение методов кластеризации для обработки новостного потока / Д. С. Кутуков // Технические науки: проблемы и перспективы: материалы междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, март 2011 г.). – СПб.: Реноме, 2011. – С. 77–83.

21. Абдуллаева, Г. Д. Региональная экономика: учебное пособие. – Астана, 2012. – 156 с.

22. Абельцева, Н.В. Регионалистика: учебно-практическое пособие. – М.: МГУТУ, 2004.

23. Алехин Э.В. Управление региональной экономикой. – Пенза, 2011.

24. Бережная, О.В. Концепция формирования стратегии развития регионального транспортного комплекса как территориальной социально-экономической системы на основе вероятностно-адаптивного подхода / О. В. Бережная // Вестник Северо-Кавказского государственного технического университета. – Ставрополь: Северо-Кавказский государственный технический университет, 2012. – № 2 (31).

25. Бережная, О.В. Методика анализа и оценки пространственого развития региональной транспортной системы // Бережная О.В. // Вестник Института дружбы народов Кавказа Теория экономики и управления народным хозяйством. 2012. № 1 (21). С. 52–56.

26. Бережной, В.И. Территориальное размещение и специализация субъектов аграрного сектора экономики региона / Бережной В.И., Таранова И.В. Ставрополь, 2011.

Глава XII.

1. Data Envelopment Analysis // http://www.dea-analvsis.com/

2. Бережной, В.И. Экономико-математические методы и модели в примерах и задачах / В.И. Бережной, Е.В. Бережная. Ставрополь, 1996.

Глава XIII.

1. Разработка стратегии развития: учебные материалы / под ред. А.Н. Бурмистрова, М.П. Синявиной. – СПб.: Решение: учебное видение, 19992006. – 43 с.

2. Стратегический менеджмент: Теория и практика: учебное пособие для вузов. – M.: Аспект Пресс, 2012. – 415 с.

3. Гершун А.М. Анализ внешней среды бизнеса // Портал «технологии корпоративного управления. URL: http://www.iteam.ra/publications/marketmg/section_23/article_3634/ (дата обращения 13.09.14).

4. Виханский О.С. Стратегическое управление: учебник. – 2-изд., перераб. и доп. – М.: Гардарика, 2011. – 296 с.

5. Мескон М.Х., Альберт М., Хедоури Ф. Основы менеджмента: пер. с англ. – М.: Дело, 2000. – 704 с.

6. Агранович М.Л., Кожевникова О.Н., Зайцева О.В. Проблемы и тенденции развития образования в Российской Федерации: Статистический информационно-аналитический сборник. – М.: Центр Мониторинга и статистики образования ГНИИ ИТТ "Информика", 2014. – 474 с.

7. Гайдаенко Т. А. Маркетинговое управление. Полный курс МБА. Принципы управленческих решений и российская практика. – М.: Эксмо, 2013. -480с.

8. Малым предприятиям мешают контролирующие органы // Новости малого бизнеса. № 37 (230) от 12.09.2014. URL:

http://www.businesspress.ru/newspaper/article_mId_44_aId_277052.html (дата обращения 13.09.14).

9. Ющук Е.Л. Взаимодействие Конкурентной разведки и PR-службы предприятия. URL: http://ci-razvedka.ru/CI-and-PR.html (дата обращения 18.10.14).

10. Федотова Л. Паблик рилейшнз и общественное мнение. – СПб.: Питер, 2011. – 325 с.

11. Cameron, G.T. (1994), «Does publicity outperform advertising? An experimental test of the third party endorsement», Journal of Public Relations Research, Vol. 6 No.3, pp.185–207.

12. Мартиросян А.Р. Основные закономерности и перспективы развития и взаимодействия банковского и промышленного секторов российской экономики): дис… докт. экон. наук. – М., 2007.

13. См.: Сайт каталога программ для анализа конкурентов (бенчмаркинга) // URL: http://www.benchmarking.ru/; Метод анализа Конкурентной среды организации Сайт консультационной компании «АфинаПаллада». URL:

http://www.afma66.ru/about-company; Исследования конкурентов. Сайт ЮжноРоссийского исследовательского центра «Фактор» URL:

http://www.marketologu.aaanet.ru/company.htm. (дата обращения 02.02.15).

14. Knutson J. Project Management for the Business Professional: A Comprehensive Guide, Wiley, NY, 2001, pp. 440–457.

15. Маточкин Е.Л. Влияние современных тенденций развития прав собственности на процесс моделирования корпоративного управления // Сайт института бизнеса и права г. Санкт-Петербурга. URL:

http://www.ibl.ru/konf/041208/43.html (дата обращения 14.09.14).

Глава XIV.

1. ПБУ 6/01 «Учёт основных средств». Утверждено Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 № 26н (в ред. Приказов Минфина РФ от 18.05.2002 № 45н, от 12.12.2005 № 147н, от 18.09.2006 № 116н, от 27.11.2006 № 156н, от 25.10.2010 № 132н, от 24.12.2010 № 186н)

2. Бережная, Е.В. Диагностика финансово-экономического состояния организации / Бережная Е.В., Бережная О.В., Косьмина О.И. Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению подготовки 080200.62 "Менеджмент" (квалификация (степень) "бакалавр") / Москва, 2014.

3. Ли И. А. Экономический механизм оперативного управления текущими активами корпораций. дисс… канд. экон. наук. – М., 1999.

4. МСФО как основа системы управленческого учета. Режим доступа http://www.dialogit.ru/info/1586/

5. Учетная политика организации в управленческом учете. Режим доступа cfin.ru/ias/manacc/acc_policy. shtml

Глава XV.

1. Российская Федерация. Законы. Гражданский кодекс Российской Федерации: Официальный текст. – М.: Экзамен, 2010. – 304 с.

2. Российская Федерация. Законы. Налоговый кодекс Российской Федерации: Официальный текст. – М.: ИНФРА-М, 1998. Ч 1, 2000. Ч.2.

3. Бюджетные отношения в Российской Федерации: Новые подходы к анализу и правовому регулированию / под. ред. В.Н. Лексина, А.В. Швецова. – М.: Формула права, 2012. – 246 с.

4. Вылкова Е.С. Расчет налогового бремени в современных российских условиях. // Налоговый вестник. 2013. – № 12. – с. 132–136., -2003.-№ 1.-с. 137–140.

5. Шульгин, С.Н. Реформирование налоговой системы / С.Н. Шульгин // Российский налоговый курьер. – 2010. – № 1. – с. 2.

6. Шаталова, О.И. Реформирование бюджетного процесса в Ставропольском крае и его итоги // Вестник университета (Государственный университет управления). – 2011.– № 12. – С. 123–128.

Глава XVI.

1. Бережной В.И. Территориальное размещение и специализация субъектов аграрного сектора экономики региона. / Бережной В.И., Таранова И.В. Ставрополь, 2011.

2. Дешевова Н.В. Развитие ресурсного потенциала аграрного сектора экономики (на материалах Ставропольского края): дис… канд. экон. наук. – М., 2014. – 24 с.

3. Дешевова Н.В. Шанин С.А. Специфика формирования системы ресурсного потенциала аграрного сектора экономики / Н.В Дешевова, С.А. Шанин // Научный журнал «Вестник АПК Ставрополья» – Ставрополь: АГРУС, 2013. – С. 111–113.

4. Дешевова, Н.В. Методологические подходы к оценке ресурсного потенциала региональной экономической системы / Н. В. Дешевова // Вестник Университета (Государственный университет управления). – М.: ГУУ, 2012. – № 2. – С. 18–25.

5. Дешевова, Н.В. Шанин С.А. Направления развития ресурсного потенциала аграрной сферы экономики в условиях глобализации / Н. В Дешевова, С. А. Шанин // е-Журнал «Экономика и социум» [Электронней ресурс]. – Режим доступа: http://www.iupr.ru, С. 1426–1428

6. Новосельцева А.П., Любенкова Е.П., Новосельцев Е.О. Инвестирование экономики регионов Юга России и его проблемы // Научный аспект. – 2014. – Т. 1. – № 1. – С. 27–32.

7. 7 Трухачев, В.И. Международная торговля./ В.И. Трухачев, И.Н. Лякишева, В. Л. Ерохин, А. П. Новосельцева, А. Н. Сиротинский – Ставрополь: Агрус, 2005. – 420 с.

Глава XVII.

1. Берштейн, Л.С. Нечеткие модели принятия решения / Л.С. Берштейн. – Таганрог: издательство ТРТУ, 2009. – 110 с.

2. Бочарников, В.П. Fuzzy-Технология: Математические основы, практика моделирования в экономике / В.П. Бочарников. – Санкт-Петербург, 2009. -328 с.

3. Неформальные логики в системном анализе // [Электронный ресурс].

– Режим доступа: http://berebin.ru/exam/1/neformal logic.htm. – Дата доступа -03.12.13

4. Энергосбережение и энергетический менеджмент: учеб. пособие / А. А. Андрижиевский, В.И. Володин. 2-е изд., испр. – Мн.: Выш. шк., 2005. – 294 с.

5. Экономика энергетики: учеб. пособие для вузов / Н.Д. Рогалёв, А.Г. Зубкова, И.В. Мастерова и др.; под ред. Н.Д. Рогалёва. – М.: Издательство МЭИ, 2005. – 288 с.

6. Основы энергосбережения: Учеб. пособие / М. В. Самойлов, В. В. Паневчик, А.Н. Ковалев. – Мн.: БГЭУ, 2008. – 198 с.

7. Нечеткое моделирование и многокритериальная оптимизация производственных систем в условиях неопределенности: технология, экономика, экология: монография / Н.В. Дилигенский, Л.Г. Дымова, П.В. Севастьянов. – М.: Издательство Машиностроение – 1, 2004. – 397 с.

Информация об авторах

Бережная Елена Викторовна, д-р экон. наук, профессор, Северо-Кавказский федеральный университет, Ставрополь

Бережная Ольга Владимировна, д-р экон. наук, доцент, Северо-Кавказский федеральный университет, Ставрополь

Бережной Владимир Иванович, д-р экон. наук, профессор, филиал Кубанского государственного университета, Армавир

Вицелярова Карина Николаевна, канд. экон. наук, доцент, филиал Кубанского государственного университета, Армавир

Волкова Светлана Владимировна, канд. экон. наук, доцент, Северо-Кавказский филиал Белгородского государственного технологического университета имени Г.В. Шухова, Минеральные Воды

Володько Людвик Павлович, канд. экон. наук, доцент, УО «Полесский государственный университет», Белорусь, г. Пинск.

Володько Ольга Владимировна, канд. экон. наук, доцент, УО «Полесский государственный университет», Белорусь, г. Пинск.

Воробьёва Елена Алексеевна, канд. экон. наук, доцент, Ставропольский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Ставрополь

Голубина Жанна Ивановна, канд. экон. наук, доцент, Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова (филиал), Пятигорск

Дешевова Наталья Викторовна, канд. экон. наук, Ставропольский государственный педагогический институт, Ставрополь

Егорова Лариса Александровна, канд. экон. наук, филиал Кубанского государственного университета, Армавир

Косенко Светлана Геннадьевна, канд. экон. наук, филиал Кубанского государственного университета, Армавир

Кузьмич Наталья Павловна, доцент, канд. экон. наук, Дальневосточный государственный аграрный университет, Благовещенск

Марцева Татьяна Геннадьевна, доцент, канд. экон. наук, Новороссийский филиал Московского гуманитарно-экономического института, Новороссийск

Марченко Светлана Владимировна, канд. экон. наук, доцент, Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова (филиал), Пятигорск

Матевосян Мария Гендриховна, канд. экон. наук, филиал Кубанского государственного университета, Армавир

Милованова Екатерина Александровна, канд. экон. наук, доцент, Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова (филиал), Пятигорск

Новосельцева Анна Петровна, канд. геогр. наук, Ставропольский государственный педагогический институт, Ставрополь

Суспицына Галина Григорьевна, канд. экон. наук, доцент, Северо-Кавказский филиал Белгородского государственного технологического университета имени Г.В. Шухова, Минеральные Воды

Табачникова Екатерина Викторовна, канд. экон. наук, доцент, Санкт-Петербургский государственный экономический университет, Санкт-Петербург

Тельнова Наталья Николаевна, канд. экон. наук, доцент, Ставропольский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Ставрополь

Фурсова Светлана Александровна, канд. экон. наук, доцент, Северо-Кавказский филиал Белгородского государственного технологического университета имени Г. В. Шухова, Минеральные Воды

Халишхова Ольга Николаевна, Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова (филиал), Пятигорск

Шаталова Ольга Ивановна, д-р экон. наук, профессор, Ставропольский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Ставрополь

Шевцова Ольга Николаевна, канд. экон. наук, доцент, Северо-Кавказский филиал Белгородского государственного технологического университета имени Г. В. Шухова, Минеральные Воды

Шеховцов Евгений Владимирович, канд. соц. наук, Ставропольский государственный педагогический институт, Ставрополь

Шеховцова Софья Романовна, канд. экон. наук, Ставропольский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Ставрополь

Шульга Ирина Сергеевна, соискатель, Северо-Кавказский федеральный университет, Ставрополь

Table of Contents

Модернизация экономики и управления: монография. Книга 1 Под общей редакцией доктора экономических наук, профессора В.И. Бережного

Предисловие

Глава I Оценка факторов, формирующих конкурентные преимущества организации

Глава II Занятость и этноэкономика региона

Глава III Понятие кластера и использование концепции кластера в организации управления АПК

Глава IV Устойчивое экономическое развитие инвестиционно-строительного комплекса: инвестиционное обеспечение и земельно-имущественные отношения

Глава V Влияние отношений распределения в процессе материального производства на образование стоимости товара

Глава VI Межбюджетные отношения в РФ: теория и практика реализации

Глава VII Факторы устойчивого развития организации

Глава VIII Финансы как инструмент государственного регулирования экономических процессов

Глава IX Волновые процессы активизации и ограничения государственного регулирования экономики

Глава X Конкурентная среда функционирования организаций автомобильного транспорта Ставропольского края: анализ и прогноз

Глава XI Методы проведения типологии региональных социально-экономических систем

Глава XII Оценка эффективности функционирования региональных транспортных систем

Глава XIII Детерминанты структуры внешнего окружения организации в современной экономической науке как объект управления экономической эффективностью

Глава XIV Принципы построения интегрированной системы учета и анализа денежных потоков по операциям с объектами основных средств

Глава XV Методологические основы оценки бюджетно-налоговой политики на региональном уровне

Глава XVI Развитие ресурсного потенциала аграрного сектора экономики ставропольского края

Глава XVII Применение теории нечетких множеств в стратегическом планировании предприятий энергетической отрасли

Литература и примечания

Информация об авторах