Annotation

Вы не найдёте ни одного человека, который бы не хотел быть счастливым. Вы вряд ли найдёте того, кто не хотел бы быть любимым. Но почему-то одни светятся счастьем, и им для этого много не нужно, а другие стараются изо всех сил быть «хорошими», но их «никто не любит».

В чём секрет счастья? Есть ли формула любви?

Ответы на эти вопросы ищет человек на протяжении всей своей жизни. Пытаются разгадать эту загадку и ученые. Их исследования подтверждают: наша потребность в любви очень велика! А фундаментом любви и счастья является самая первая встреча с миром, у истоков которой стоит наша мать.

Автор делится своим опытом и наблюдениями, как в психотерапевтическом процессе всё-таки возможно излечение, хотя бы частичное, эмоциональной раны, возникшей от недостатка материнской любви в детстве.

Вы сможете заглянуть в кабинет психолога и почувствовать атмосферу этого сакрального пространства. В книге есть полезные упражнения, апробированные автором, которые помогут вам лучше понять себя и окружающих, обрести доступ к самому центру души, который неуязвим и является источником внутренней устойчивости.

- Лилия Валиуллина

- Благодарности

- Мама на кушетке

- Введение

- Часть 1

- «Мама» на кушетке

- «Мама, я здесь!»

- Клиентские истории

- Материнский инстинкт

- Связь материнского образа и образ отца

- Исследуем материнскую любовь

- Исследования безусловной любви матери

- «Видеть всем телом»

- «Безмамные мамы»

- Прикосновение как первое «зеркало» общности

- Бессловесный эмоциональный диалог

- Эмоциональный диалог и эмпатия

- Важность постоянства и стабильности отношений

- Критерий безусловной любви

- Исцеление травмы ранних отношений

- Рефлексия как основа человеческого интеллекта

- Безмолвный интеллектуальный диалог и отцовский инстинкт

- Безмолвный диалог и воздержание

- Материнский и отцовский принципы

- Альтернативные способы помощи при психологических травмах

- Познание себя, или Бессловесный диалог с миром

- Внутренняя точка опоры

- Резюме

- Часть 2

- Сила внутри нас

- Внутренний «Ванька-встанька»

- Потребность в Спасителе

- Мужество дерзать

- О беспомощности

- О выученной беспомощности

- Когда нужна помощь другого?

- Врожденная программа поиска смысла

- Что поможет обнаружить смысл?

- Этапы постижения смысла

- Воображение и обнаружение нового смысла

- Резюме

- Часть 3

- Стремление к счастью

- Страсть к совершенству

- Индивидуальная врожденная цель

- Внутренний конфликт и предназначение

- Целостность

- Формула счастья

- Дорога к счастью

- Искренность как необходимое условие быть живым

- Осознанность и этапы мышления

- Мотивация и искренность

- Пробуждение интуиции

- Обретение счастья как творческий процесс

- Проекция

- Проблема как творческий продукт

- Резюме

- Часть 4

- Что нужно знать, обращаясь к психологу

- «Не навреди»

- Главная заповедь психолога «не навреди» – в чем суть?

- Какое значение имеет опыт прохождения психологом своей личной психотерапии?

- Что делать, если после встречи с психологом стало хуже?

- Что делать, если вы недовольны результатом?

- Как не усугубить свою изначальную проблему, обратившись за помощью к психологу?

- Существуют ли объективные критерии результатов психотерапевтического воздействия?

- Какова разница между вмешательством психолога излишним и недостаточным? Как оградить себя от первого и при этом сохранить эффективность взаимоотношений?

- Можно ли звонить своему психологу, если вдруг стало плохо?

- Как реагировать, если психолог опоздал или забыл о встрече?

- Как не поддаться очарованию личностью психолога или не попасть под его влияние?

- Как не стать невольным заложником метода своего психолога?

- Резюме

- Как найти психолога?

- Тонкости поиска психолога по рекламе

- Кто такой «идеальный» психолог?

- Как найти «подходящего» психолога?

- Можно ли самому себе быть психологом?

- Может ли друг или близкий человек быть вашим психологом?

- Резюме

- Запрос, результат и этапы психотерапевтического процесса

- Как правильно сформулировать запрос к психологу и почему это важно?

- Нужно ли и можно ли ставить при работе с психологом конкретные цели из «физического, материального» мира?

- Нужно ли ставить конкретные сроки решения той или иной задачи?

- Как часто необходимо посещать психолога, если считать, что стрессовых ситуаций нет?

- Как долго стоит посещать психолога, чтобы стали заметны какие-либо результаты?

- Резюме

- Оплата услуг психолога

- Может ли помощь психолога быть бесплатной?

- Есть ли разница в услугах платного специалиста и бесплатного?

- Как договариваться об оплате с психологом?

- Резюме

- Встреча психолога и клиента

- Как договориться о встрече с психологом?

- Где и как должна происходить встреча психолога и клиента?

- Какие можно дать советы человеку перед первой встречей с психологом?

- Резюме

- Разные вопросы

- Возможна ли консультация на условиях полной анонимности (например, по телефону или по скайпу с отключенным видео)?

- Имеет ли консультация психолога и клиента online такой же эффект, как очная? Почему?

- Есть ли разница в динамике отношений между клиентом и психологом в зависимости от пола психолога (клиента)?

- Может ли психолог быть исповедником?

- Можно ли поменять психолога?

- Зачем люди идут к психологу?

- Резюме

- Заключение

- Приложение

- Правила выполнения практических упражнений к книге

- Упражнения

Лилия Валиуллина

Мама на кушетке

Что нужно знать, обращаясь к психологу

© Валиуллина Л.,2017

© ООО «Омега-Л», 2017

© ООО «Книжкин Дом», оригинал-макет, 2017

Благодарности

С любовью и благодарностью посвящаю моим родителям

Эта книга стала возможной благодаря участию в моей жизни очень многих людей. Написание ее не было бы возможно особенно без помощи моих близких. Это, прежде всего, мой любимый муж, который создал самые комфортные условия, чтобы я могла сосредоточиться на написании книги. И более того, он стал ее первым редактором и сделал очень важные замечания, которые я учла. Это наши прекрасные дочери, которые вдохновляли меня, делились своими идеями и разрешили поделиться совместным опытом.

Особую признательность и чувство благодарности я хочу выразить моим учителям, без которых было бы просто невозможно мое становление в практической психологии. Это мой первый учитель профессор Вадим Фатхиевич Сафин, основатель самой первой кафедры психологии в городе Уфе. Именно он научил меня бескомпромиссному отношению к себе. Это Яков Леонидович Обухов-Козаровицкий, который ввел меня в удивительный мир психотерапии с помощью образов. Это Лев Аркадьевич Хегай, аналитический психолог, который для меня является образцом профессионализма и человечности.

Я очень благодарна своим клиентам, которые разрешили поделиться историями из нашего совместного психотерапевтического опыта. Благодаря этому книга стала более живой и человечной. Хочу поблагодарить моих замечательных коллег, которые очень тепло откликнулись на мою просьбу ознакомиться с черновыми набросками книги, – это помогло мне в уточнении центральной идеи.

Хочу поблагодарить всех, и знакомых и незнакомых, кто откликнулся на мою просьбу принять участие в опросе в социальной сети. При написании книги я учитывала результаты этого опроса и дала ответы на самые популярные вопросы.

И, конечно, эта книга не обрела бы плоть и жизнь без помощи моих издателей – Александра Белановского и Жанны Фроловой, они оказали решающее влияние на судьбу книги.

Мама на кушетке

Введение

– Кто из людей более всего достоин того, чтобы я с ним хорошо обходился?

– Твоя мать.

– А кто потом?

– Твоя мать.

– А кто потом?

– Твоя мать.

– А кто потом?

– Твой отец.

Сунна (аль-Бухари, хадис 5971)

Большинство людей обращаются к психологу со своими душевными ранами. И в процессе длительной работы с этими людьми выясняется, что и за другими их проблемами скрыта душевная боль, некогда причиненная близкими.

Это, прежде всего, травмирующие отношения с самыми близкими людьми – с отцом и матерью. Самый травматичный образ в человеческой душе – материнский образ. Необходимы долгие часы встреч, чтобы «познакомиться» с образом мамы в душе, чтобы освободиться от влияния детской травмы, связанной с матерью.

Причина психологической травмы отношений ребенка с матерью не столько в реальной маме, а сколько в объективных психологических закономерностях развития взаимоотношений матери и ребенка. Понимание этих закономерностей невозможно без осознавания сути материнского инстинкта. К сожалению, в современном обществе все труднее и труднее женщине сохранить связь со своими природными основами и выполнить свою материнскую задачу.

Много в современной психологии говорится и пишется о ведущей роли самого человека в том, что случается в его жизни. Порой при этом как будто забывается о том, что личность человека – это результат взаимодействия его врожденных задатков и влияния окружающей среды. У истоков этого взаимодействия наши инстинкты, которые контролировать невозможно, но можно и важно признать их объективное действие. Чтобы взять личную ответственность за изменения, нужно признать честно, что есть нечто, что изменить невозможно.

Если говорить о материнском инстинкте, то в его основе находится образ безусловной любви матери. Неутоленная потребность в такой любви сохранилась в памяти человечества как образ утерянного рая, как исконная колыбель человечества. Человек на протяжении многих веков вновь и вновь отправляется на поиски утерянного райского источника любви.

Неизъяснимая словами нужда побуждает и современного человека вновь и вновь обращаться к образам утраченного блаженства. Существует какое-то неукротимое внутреннее стремление утолить эту нужду и создать «рай на земле». Это стремление выражается в наших самых обычных потребностях, когда мы стремимся их удовлетворить в совершенстве. Например, желание иметь не просто дом, в котором можно комфортно жить, а «самый лучший дом». Не просто воспитать здорового счастливого ребенка, а сделать это так, чтобы он был «лучше, чем другие».

Но на «лучшее» всегда найдется еще более «лучшее», и бесконечная погоня за таким миражом приводит к неизбежным разочарованиям и чувству опустошенности и бессмысленности. Пустота в душе невыносима, она заполняется экстремальными ощущениями, беспорядочными связями, зависимыми отношениями, алкоголем, уходом в работу «с головой». Эта пустота оказывается бездонной пропастью и требует заполнения вновь и вновь. Человек замечает, что попал в порочный круг неконтролируемой навязчивости.

Навязчивость может проявиться как один и тот же сценарий отношений, который вновь и вновь повторяется с разными людьми. Это может быть просто какое-нибудь неприятное внутреннее чувство или ощущение, которое постоянно возвращается. Это может быть и серия неудач в каком-то деле, хотя вы все вроде бы делаете «правильно».

Желание выйти из замкнутого круга приводит, в конце концов, к самому себе. Человек вдруг понимает, что в погоне за счастьем вне себя он потерял подлинную связь с самим собой. В процессе глубинной психотерапевтической работы человек обнаруживает, что восстановление этой утраченной связи возможно. Ее истоки находятся в раннем детстве – в отношениях с матерью.

Отношения с матерью помогают ребенку ощутить реальность самого себя. Но проблема возникает тогда, когда невозможно вспомнить моменты настоящей близости ребенка и его матери. Приходит понимание, что важны не просто отношения с мамой, а качество близости.

В индивидуальной психотерапии очень явно открывается то, о чем давно уже сказано в священных книгах, – что основа всех наших отношений – это отношения с матерью. В христианстве, например, особо почитается мать Спасителя Дева Мария, ее называют Царицей небесной. В Коране говорится о том, что «Рай находится у ног матери».

Человек на собственном опыте убеждается, что опыт первых отношений с матерью служит незримым фундаментом для всей его жизни: отношений с людьми, здоровья.

Но порой с реальной матерью связаны такие непереносимые переживания, что «дотрагиваться» до этих истоков просто опасно. Необходима очень долгая и кропотливая работа. Для этого нужно осмелиться встретиться лицом к лицу с самим собой, таким как есть, признать свою слабость и несовершенство. Очень много чувств вины и стыда обнаруживается именно в раннем опыте. Осмелившийся на встречу с собой с удивлением обнаруживает, что источник проблемы оказывается источником исцеления.

До человека постепенно доходит понимание, что причиной недостатка счастья и любви была не его мама, не он сам, а потеря СВЯЗИ МЕЖДУ НИМИ. Мама, стоящая у истоков психической жизни ребенка, навсегда остается символом внутренней жизни. Отец связан для ребенка с опытом реализации себя во внешнем мире и символически связан с опытом, полученным вовне.

Для ребенка счастье – это когда «мама и папа вместе», когда между ними есть хорошие, по-настоящему близкие отношения. Эти отношения – продукт того окружения и общества, в котором живут родители. Общество, в котором нет понимания и признания истинной роли матери, не может создать условий для рождения модели подлинных счастливых семейных отношений.

Чем больше в обществе понимания этого, тем больше шансов для радостного будущего. Общество – это прежде всего люди. Основы для глобальных изменений создаются сегодня обычными мужчинами и женщинами. В их личной внутренней работе в поисках их личного счастья рождаются новые смыслы и новые модели отношений.

Одно из определений состояния счастья – это способность находить пути к гармонии между собой и окружающими, между внутренней реальностью и внешним миром. Предлагается много способов обретения такой гармонии – от аффирмаций до длительной глубинной психотерапии.

В своей практике я наблюдаю, что у большинства людей, обращающихся за помощью, достаточно много претензий к родителям. Эти претензии – не всегда особенность характера, а часто имеют объективную причину. Для этих людей необходима непростая, порой очень трудная, внутренняя работа по признанию своих родителей обычными несовершенными людьми. Только тогда «способность к счастью» становится более устойчивой.

Для трансформации претензий в источник сил недостаточно интеллектуального понимания. Процесс внутреннего исцеления требует профессионального помощника. У людей есть вполне обоснованный страх перед работой с психологом, сомнения в ее эффективности.

В этой книге я делюсь своими наблюдениями, историями клиентов и личным опытом того, как в психотерапевтическом процессе все-таки возможно залечивание, пусть и неполное, эмоциональной раны, нанесенной недостатком любви в детстве.

Работа с психологом принесет вам больше пользы, если вы будете подходить к ней не с позиции «ребенка», а с позиции «взрослого», который берет на себя ответственность за процесс исцеления. Однако это потребует специальных знаний о законах внутренней реальности. Отдельная часть книги посвящена этим законам и самым базовым знаниям, которые необходимы клиенту в этом путешествии к себе.

Путь к внутреннему источнику любви в себе непрост. Он напоминает нелегкий процесс вынашивания и родов. Когда-то мама родила нас, а на этом пути будет необходимо «родить себя самому».

Путь к источнику любви в себе – настоящее приключение и захватывающая история. Но иногда настолько болезнен ранний опыт отношений с мамой, что сначала необходимо «выносить и родить» новый образ мамы в душе. Отсюда и название книги – «Мама на кушетке».

Здесь вы найдете много конкретных примеров, которые помогут вам лучше прочувствовать тонкости внутренней работы, описание научных экспериментов, касающихся объективных законов взаимоотношений матери и младенца. Есть в книге и отдельная глава с ответами на самые часто задаваемые вопросы клиентов, – это поможет читателям лучше ориентироваться как в мире взаимоотношений клиента и психолога, так и в других отношениях.

Часть 1

«Мама» на кушетке

У того, у кого нет тоски по прошлому, не было матери.

Гр. Нанн

Каждый человек от рождения обладает своим уникальным даром. Но почему бывает так, будто человеку что-то мешает раскрыть и не растерять свои таланты?

Как выращивание проросшего ростка зависит от окружающей его среды, так и для человека воплощение в жизнь его врожденных способностей зависит и от его самого первого окружения. Взрослый человек, понимая, что он «родом из детства», понимает и то, что он не в состоянии поменять своих родителей и других близких людей. Это просто его опыт.

Но детский опыт порой начинает как будто «жить собственной жизнью» и сильно влияет на жизнь сейчас. Как будто наш маленький «внутренний ребенок» нуждается в нашем, уже «взрослом», внимании. Внутренняя работа по осмыслению и принятию детского опыта непроста и у каждого человека имеет свои особенности.

Но есть один универсальный закон, которому подчиняется такой процесс. Наверное, помните фразу из фильма «Солярис»: «Человеку нужен человек». Этот замечательный фильм – прекрасная иллюстрация идеи о том, что для познания себя нужны «зеркала». Человеку, чтобы познать в себе человеческое, рядом нужен человек.

Наша жизнь неразрывно, на уровне души, связана с другими людьми и с самым первым человеком в нашей жизни – мамой. Она – самый первый человек, который дает нам опыт встречи с миром. Именно мама порой незримо присутствует в кабинете при длительной психотерапии. Именно к ней обращены слова отчаяния и любви. Именно мама создает те начальные условия, которые помогают нам в жизни «укорениться» так, чтобы хотелось расти дальше.

Иногда эти связи очень трагичны, некоторые из них оставили у нас неприятные воспоминания, связанные с чувством собственной неполноценности, вины и стыда. Иногда мы их просто не в состоянии вспомнить. А порой это настолько яркие и необыкновенные ресурсные воспоминания, что мы пребываем в иллюзии возможности их возвращения, забывая о реальной жизни.

Но однозначно, когда мы не осознаем связи нашего прошлого опыта с нашей сегодняшней жизнью, он продолжает неумолимо оказывать влияние на нашу жизнь. И только признав эту живую связь с теми, с кем свела нас судьба, дав им место в своей душе, мы можем найти путь к реализации предназначенной нам от рождения задачи. Порой отказ человека признать эту связь может довести его до безумия.

Чтобы этого не произошло, нужно суметь открыться другому человеку как «зеркалу» и увидеть через него свои потаенные чувства и страхи. Но не каждый человек способен быть «зеркалом», которое вернет вам потерянную когда-то часть души. Для этого и нужен профессиональный психотерапевт. Но даже с психотерапевтом это бывает непросто – открыться и заглянуть туда, где живет страх. Для того чтобы открыться другому, нужно уже быть достаточно «безумным». Такое «безумие» означает желание перестать быть «нормальным» с точки зрения обывательской морали, которая на все навешивает ярлыки «это хорошо, а это плохо, это правильно, а это неправильно». Такое «безумие» также означает прекращение постоянного стремления к совершенству, к погоне за недосягаемым идеалом. Такое «безумие» означает понимание того, что дорога к идеалу начинается с небольших, несовершенных, но самостоятельных шагов.

Иногда наши представления об идеальном образе себя не допускают признания своего несовершенства. Так, у Гибаряна, героя вышеупомянутого фильма «Солярис», не хватило «безумия» открыться другим. Он не смог преодолеть свой стыд и, думая, что такое происходит только с ним, покончил с собой, – его настигло реальное безумие.

С точки зрения последующего психического развития сильнейшее влияние на нас оказывают самые ранние годы. Это происходит потому, потому что они наполнены очень сильными чувствами, чувствами маленького ребенка, который совершенно не мог сознательно влиять на свою жизнь и полностью зависел от того окружения, где он рос.

Если раннее окружение было приятным и комфортным, то этот опыт живет в человеке как некий источник сил. Если же этот опыт был травматичен для психики ребенка, то он остается незаживающей раной или дырой в душе, которая поглощает энергию, мешая человеку направить свои силы на дальнейшее развитие в реальной жизни.

Я хочу в этой части книги привести примеры из практики, эксперименты ученых, которые исследовали эту тему взаимоотношений матери и младенца и обнаружили универсальные начальные условия, которые необходимы для того, чтобы ребенок в дальнейшем был здоров.

В процессе рассказа я буду употреблять термин «психотерапия». В нашей стране психотерапевтами официально могут называть себя только врачи, имеющие специализацию по психотерапии, в основном медицинскую. В медицинской модели психотерапии чаще, но не всегда, происходит работа с человеком как носителем симптомов, а не как целостным существом.

За рубежом, чтобы стать психотерапевтом, не всегда обязательно иметь медицинское образование, достаточно бывает психотерапевтического образования. Модели западной психотерапии ориентированы на работу с человеком как с целостной личностью.

Примерами таких направлений являются клиенто-центрированная терапия, аналитическая психология, экзистенциальная психотерапия, символдрама, гештальт-терапия, телесно ориентированная психотерапия и другие. Психотерапевт в западной модели – это человек, который помогает другому человеку разобраться со своими проблемами через использование психотерапии без применения лекарств, через познание себя, своих особенностей и возможностей.

Я не врач, я практический психолог и психотерапевт по методу символдрамы. В книге я использую термин «психотерапия» именно в западном ключе, когда речь идет о психологической помощи именно в западных моделях психотерапии. Термин «психотерапия» в западном ключе у нас уже приживается и часто используется именно в этом смысле. Надеюсь, в скором времени у нас будет принят долгожданный закон о психологической помощи, который все эти нюансы прояснит.

«Мама, я здесь!»

Внимай словам даже младенцев и извлекай из них истину, говорящую твоему сердцу.

Йога-Васиштха

Вспоминаю очень ярко один эпизод из своей жизни.

Я с книгой в своем любимом кресле погружена глубоко в свои размышления. Совсем неожиданно подходит ко мне младшая дочь и решительно, но спокойно берет из моих рук книжку, откладывает ее на журнальный столик. Затем с нескрываемым удовольствием усаживается «в меня» и говорит твердо, но с улыбкой: «Мама, я здесь!».

Для меня этот момент был и уроком, и отражением проявления мудрости души ребенка, которому важно, чтобы мама «не улетала» в свой внутренний мир, потеряв связь с реальностью, а чувствовала связь с теми, кто рядом.

Но, к сожалению, не всегда ребенок может вырвать свою маму из ее переживаний. Я хочу привести несколько непростых клиентских историй.

Клиентские истории

«Ну, почему меня никто не любит? Я ведь все делаю правильно. Я так стараюсь. Хожу к психологу. Даже мама меня не любит.», – это из пропитанных горечью слов одной моей пациентки. А вот строки из ее дневника, который она принесла мне почитать и разрешила опубликовать.

«Мама меня не любит…»

«Мама меня не любит… Не знаю даже, какой знак препинания ставить в конце… Как выразить крик души? Наверное, подошли бы три огромные слезы, но таких знаков препинания нет… Жизнь моя как будто запнулась, как будто замерла на крике, который невозможно прокричать, и все слезы проталкиваются обратно в горло… А хочется плакать… Психотерапевт мне сказала: „Вы как будто оплакиваете кого-то…“. Оплакиваю себя – это точно. Только кого – себя? Кто я?

Чувствую свою ничтожность и просто безнадегу: кто я, если меня собственная мать не любит? Я недостойна любви мамы, тогда зачем я? Невозможно полюбить себя, если мама тебя не любит… Ты никому на самом деле не нужен, если не нужен маме. В общем, без мамы тебя нет. Ты – пустое место. Ты – никто. Буддисты говорят о великом просветлении, когда ты – Никто. Но чтобы получить от этого счастье, надо сначала быть кем-то. А если тебя не любит мама, то кто ты?

Ты изначально – никто, и вот всю жизнь пытаешься быть кем-то, завоевать хоть чью-то любовь. А оказывается, любовь людей переменчива: сегодня ты их кумир, а завтра – другой. И только мама любит всегда. Но моя мама меня не любит… Это удар ниже пояса, это удар в горло, это удар в самое сердце. Хочется не жить…

Ты ущербный, ты не такой как все. Ты – темное пятно, черная дыра на теле человечества, куда проваливается вся любовь, обращенная к тебе, но там нет одной простой такой вещи – маминой любви. Как объяснить эту боль, этот ужас, это несчастье? Слов нет для этой боли…

Говорят, что надо любить несмотря ни на что, но где взять силы на это? И как понять: ты любишь или пытаешься завоевать любовь? Где эта разница? Трагедия в том, что я не различаю любовь и нелюбовь – этому учатся, наверное, у мамы, а меня моя мама не любит.».

Вот такой крик души. Многоточие – как три огромные слезы маленького недолюбленного ребенка, который до сих пор живет в душе этой женщины. По моей щеке текли слезы, когда я читала на нашей встрече эти строки. Не было слов для утешения. Хотелось просто обнять эту женщину, как маленькую девочку, и дать ей выплакаться. Я просто была рядом. Я не знала, что сказать какое-то время, и ничего не говорила. Внутри тоже поднялся откуда-то комок боли.

«А вы меня любите?»

После паузы клиентка спросила вдруг: «А вы – вы меня любите?».

Я немного растерялась, видя обращенные ко мне полные слез глаза. И смогла только сказать: «Мне кажется, что я чувствую сейчас вашу боль… Мне очень трудно говорить… Я чувствую комок в горле… Но я очень благодарна Вам, что вы дали это мне прочесть… Иногда любовь – это так больно…»

Эта клиентка очень начитанна. И читая книги по психологии, она поняла, что истоки ее периодически накатывающей депрессии именно из раннего детства. Поэтому она пришла к психологу. Ее мать мало чем отличается от женщин своего поколения. Правда, она всю жизнь одинока, – ей пришлось развестись с мужем, который ее бил. По ее рассказам, она проплакала всю беременность. Они прожили с мужем всего два года, и больше она не вышла замуж. К тому же она, как и все работающие матери в те времена, вышла на работу очень рано – спустя два месяца после родов. И ребенка пришлось передать на воспитание бабушке. Бабушка очень баловала свою единственную внучку.

Этой моей клиентке никакие отношения с другими людьми не приносили удовлетворения. Чаще это была любовь-жалость, или любовь-использование, или просто любовь-секс. А ей хотелось, как она говорила, «любви-принятия». Правда, она сама так и не смогла сказать, что это означает для нее.

«Чтобы мама меня заметила»

В процессе анализа я попросила клиентку принести ее семейные фотографии. И на одной из них, где ее мама была в молодости, я увидела что-то очень узнаваемое. В процессе беседы это заметила и клиентка. Она и до этого знала о своей внешней похожести с мамой, но тут обнаружила очень глубокое внутреннее сходство. Это сходство было в какой-то бездонной печали в глазах.

Клиентка вдруг сказала: «Как будто я эту печаль впитала вместе с ее молоком. Это не моя печаль. Мама не должна была мне ее давать! Почему она не думала обо мне? Она была занята только собой и своими отношениями с папой!».

Я спросила: «Если бы вы тогда могли говорить, что бы попросили у своей мамы?». Какое-то достаточно долгое время клиентка была глубоко погружена в себя. Вдруг она сказала: «Чтобы просто мама меня заметила. Заметила, что я тоже есть. Смотрела на меня и видела меня».

Именно этого – чтобы ее, именно ее, заметили, увидели – искала она всегда и в других людях. Искала вновь в своей стареющей маме. Мама, как могла, угождала своей дочери, так как чувствовала перед ней вину. Но реальную свою дочь она так и не видела. Мать научила свою дочь тому, что делала сама – стремлению угождать другому.

Ведь она сама не знала другого способа получить любовь, ее тоже не научили любить. Обществу «нужна» была «послушная» женщина, которая приносит свою личную жизнь и свои желания в жертву. А врожденная потребность во внимании и признании другим – утоляется через угождение этому другому. И вот передается такой сценарий в семье из поколения в поколение.

Но психика целостна, и как невозможно далеко уйти на одной ноге, так и невозможно направлять энергию только в одну сторону. Нужно уметь не только быть внимательным к другим, но и уметь просить ответного внимания. И вот в судьбе моей клиентки эта противоположность прорвалась наружу. Клиентка не хотела уже никому угождать, как это делала ее мать, она хотела, чтобы ее любили.

Душа ее почувствовала, что любовь – это не «угождение», не принесение своей жизни в жертву. Прежде всего, любовь – это способность заметить другого человека рядом. Заметить, что это живой человек, что это другой человек. Но у клиентки не было такого опыта любви.

Этот опыт человек получает в самые первые моменты и месяцы общения с матерью. Его может передать только счастливая мать, мать, которая имеет возможность в первые годы своего ребенка быть просто матерью, слышать свои материнские инстинкты, доверяться им. Но часто ли вы видели в нашем современном обществе женщин, которые могут проявить свою материнскую природу без страха нанесения ущерба другим своим ролям?

Может быть, эта история поможет другим мамам понять и почувствовать, что даже самой занятой маме нужно найти буквально несколько минут в день, чтобы ОСТАНОВИТЬСЯ и посмотреть на себя в зеркало, и просто СЕБЯ УВИДЕТЬ. ОСТАНОВИТЬСЯ и ОЩУТИТЬ СВОЕ ТЕЛО. ОСТАНОВИТЬСЯ и ПОЧУВСТВОВАТЬ СВОЕ НАСТРОЕНИЕ.

И может быть, эта история поможет понять, что каждая мама в состоянии ВЗГЛЯНУТЬ НА СВОЕГО РЕБЕНКА не только как на того, о ком нужно заботиться: кормить, укладывать спать, играть с ним и чему-то учить. А КАК НА ЧЕЛОВЕКА, которому нужно, прежде всего, почувствовать и ощутить рядом МАМУ КАК ЧЕЛОВЕКА. Как человека, которому нужно увидеть вас «ГЛАЗА В ГЛАЗА», чтобы почувствовать важность внутреннего мира души.

ДЛЯ РЕБЕНКА ЭТО ВАЖНЕЕ.

Еще одна история из клиентской практики.

«Это никогда не должно повториться!»

Ко мне обратилась на коуч-консультацию молодая, хрупкая, красивая женщина. Она предъявила запрос на увеличение доходности ее бизнеса. Я сказала ей, что не работаю как коуч-эксперт, который помогает выстроить конкретную стратегию достижения цели, а работаю в так называемом «большом» коучинге, где ресурс изменений ищется внутри через прояснение внутренних ценностей.

В случае с моей клиенткой оказалось, что она уже работала с коучем-экспертом, которая и порекомендовала обратиться ко мне.

Процесс нашей совместной работы не удавалось направить в сторону заявленной цели. При уточнении запроса выявилась недавняя ситуация эмоционального срыва, в которой всегда сдержанная женщина не смогла справиться с эмоциями. Она проплакала несколько дней навзрыд и, с трудом успокоившись, решила «не тратить время впустую» и вернулась в свой бизнес с еще большим рвением.

В процессе знакомства с биографией клиентки я обнаружила у нее детскую психологическую травму – смерть отца, когда ей было 3 года. Отец был очень значимой фигурой для нее и для ее матери. С того трагического дня матери как будто не стало: как ни старалась маленькая девочка привлечь ее внимание к себе, у нее ничего не получалось.

Вспоминая тот период своей жизни, клиентка рассказала, что ощущала между собой и матерью холодную непробиваемую стену.

Ощущение жизни девочка чувствовала только рядом со своей младшей сестрой, с которой можно было поиграть. Постепенно мама как будто бы начала оттаивать, но через 3 года вновь трагедия – умирает сестренка. Мама вновь исчезает в мире своей боли и утраты.

Моя клиентка фактически получила такое символическое послание от матери: «Я ничего не могу дать тебе, меня просто нет. Ищи сама, что тебе нужно». И бедная маленькая девочка, от природы очень одаренная умом и острым мышлением, осталась предоставленной самой себе. Она усвоила с детства, что надеяться нужно только на себя. На других надеяться опасно, – они могут «исчезнуть».

Проговорив свою детскую травму, клиентка поняла, сколь много горя и невыплаканных слез оставила в ее душе семейная трагедия. Запрятанные глубоко эмоции никуда не ушли, они как будто ждали удобного момента, чтобы выйти наружу. В детстве пришлось трятать очень глубоко свою недетскую боль. И казалось, что она была упрятана надежно, ведь «это никогда не должно повториться!». Но недавняя ситуация показала, что собственный опыт невозможно «удалить».

Я уже говорила о том, что эта моя клиентка обладает очень высоким логическим интеллектом, потрясающей интуицией, но способов управления своим эмоциональным состоянием, кроме подавления неприятных эмоций, она не знала. Она достаточно быстро поняла, в чем ее проблема, и согласилась на психотерапию. Процесс оказался очень непростым, очень долгим. Было много «взлетов и падений».

Клиентка не жаловалась, что «мама ее не любит», не ждала заботы от нее. Она изо всех сил сама заботилась о своей маме и о себе. Но в процессе психотерапии вышла на поверхность ее неутоленная потребность во внимании и любви. Последовал непростой процесс признания этой потребности, выстраивание новых отношений дочери и матери.

Нельзя сказать, что у этой клиентки сейчас все идеально, жизнь и не может быть идеальной. Рубец от раны останется навсегда, но сейчас ее жизнь налаживается, идут поиски своего места и своего собственного смысла.

Я благодарна этой маленькой, хрупкой, но очень сильной женщине, на примере ее жизни я поняла, что в действительности означает «мужество жить».

И пусть этот пример поможет понять матерям, что никакие самые трагические ситуации не должны стать причиной того, что вы оставляете своего маленького ребенка наедине с самим собой.

МАЛЕНЬКОМУ РЕБЕНКУ ЕЩЕ СЛОЖНЕЕ, ЧЕМ ВАМ.

Еще одна клиентская история.

«Не перебивайте меня! Дайте мне сказать!»

В первые годы моей частной практики ко мне обратилась молодая женщина: красивая, образованная, умная. Она поставила конкретную цель, зная, что для ее решения нужна не одна консультация. Клиентка послушно выполняла все предлагаемые ей задания, была очень сдержанна и молчалива. Но несмотря на внешнее благополучие, у нее налицо были все признаки депрессии.

Больше всего меня поразило из ее истории то, что ее мама ни разу не удовлетворила НИ ОДНУ ее детскую просьбу.

Даже на дни рождения ей дарили только «полезные» вещи типа колготок или платья. Даже на просьбу купить определенный вид мороженого покупалось то, которое считалось нужным с точки зрения ее мамы.

Пройдя небольшой курс психотерапии (10 занятий), она ушла и вернулась снова через год-полтора. Теперь она заказала курс терапии более длительный и притом сессии сразу по два часа, которые она оплачивала заранее. Удивительно было то, что все эти два часа говорила только она и так, что я не могла сделать никаких комментариев, кроме «да-а», «угу-м».

Я наивно искала повод «причинить пользу» клиентке, а тут никакой возможности. Однажды – это была примерно 5-я двухчасовая встреча – я воспользовалась незначительной паузой и что-то сказала, как мне казалось, очень важное.

На меня обрушился гнев неимоверной силы: «Почему вы меня все время перебиваете?! Не даете ни слова сказать!». Я от изумления просто замерла.

Позже до меня «дошло», что я действительно «все время перебивала»! Да, я не успевала вставить слова, но мое неуемное желание быть «полезной» выражалось и без слов. В моей мимике, жестах, напряженной позе, взгляде чуткая клиентка улавливала это «неслушание» и изо всех сил старалась быть услышанной.

У меня хватило тогда ума понять, что самое важное, что я могу «дать» сейчас пациентке, – это просто «дать выговориться», «активно слушать» и просто быть рядом, сопровождая и дальше этот процесс своими «угу-м».

Остальные сессии я училась по-настоящему слушать. Через работу с этой клиенткой я обрела бесценный опыт – не выполнять иной функции, кроме как быть рядом. Тотально быть рядом, не стараясь быть полезной как-то иначе.

Молчаливое тотальное и комфортное присутствие – как позволение другому человеку ПРОСТО БЫТЬ, быть таким, какой он есть, не оценивая его и не «растворяясь» в нем.

Зрелость этой молодой женщины заключалась в том, что она понимала то, что ей требуется помощь. Сознательно или бессознательно, но она знала, что именно ей нужно, за что она платит деньги— за то, чтобы я просто была рядом. Ей не нужно было никаких советов. Ей на тот момент был необходим опыт эмоционально комфортного присутствия рядом с другим, которого до этого у нее не было.

Годы спустя я поняла, что первый цикл встреч был отыгрыванием роли «послушной» дочки и «знающей» мамы. Второй, более интенсивный – «отыгрыванием наоборот», то есть пробами самой руководить «мамой» через терапевта. Порой именно так – через повторение – происходит снятие старых сценариев и освоение новых ролей, которых не было в детском опыте.

Второй курс – в форме нашего «молчаливого диалога» тоже завершился. Я всегда поражаюсь мудрости психики, которая как будто «знает» о необходимости перерыва во внутренней работе, нужного для освоения полученного опыта во внешнем мире.

Когда клиентка вновь обратилась ко мне через год-полтора, это уже была совершенно иная по качеству работа. В процессе психотерапии происходит в какой-то момент нечто удивительное – у клиентов вдруг просыпаются ранее неведомые способности. Однажды моя клиентка принесла стихи, никогда до этого стихов она не писала. Клиентка разрешила поделиться теми своими первыми строками.

Чувственность мира на кончиках пальцев,

Жгучее таинство огненных танцев,

Слышать всей кожей, видеть всем телом

Правду Вселенной в касании несмелом.

Жарким дыханием сердце открою,

Тихо мурлыкая рядом с тобою.

Теплой ладошкой прочту твои думы,

Кутаясь в счастье с изяществом пумы.

Выход из заколдованности ранним опытом позволил ей прочувствовать связь с миром через свою женскую чувственность, телесность. До терапии чувственность могла импульсивно прорываться и вновь запираться под мощной защитой развитого интеллекта.

История с этой клиенткой – пример того, что человек на уровне инстинктов точно ЗНАЕТ, что ему нужно. Главное – уметь его слышать и слушать, отличать свои представления о том, что «правильно», от настоящих потребностей того, кто рядом.

Особенно важно просто уметь слышать и слушать в отношениях с детьми. Это важно в любых отношениях. Попробуйте хотя бы РАЗ В ДЕНЬ ВСЕГО ПЯТЬ МИНУТ СЛУШАТЬ ДРУГОГО С ИНТЕРЕСОМ, ничего своего не добавляя в разговор.

Материнский инстинкт

Бог не мог быть всюду, поэтому он создал матерей.

Еврейская пословица

Много написано в психоанализе о роли матери. Дональд Винникотт, детский психоаналитик, сформулировал понятие «достаточно хорошей матери». Достаточно хорошая мать – это та мать, которая на уровне инстинктов обладает способностью «чувствовать достаточность» того, что и сколько необходимо ее ребенку для нормального развития.

При таком отношении матери у ребенка не возникает фиксации на отношениях только с матерью, он способен активно проявлять интерес к миру и успешно развиваться.

Действительно, новорожденный – это существо инстинктивное, у него еще нет интеллекта как понятийной системы. И только мама, чувствующая сама свою инстинктивную природу, может передать своему ребенку чувство связи со своими врожденными инстинктами.

Самое главное, что должна уметь мать, – это слышать, чувствовать саму себя, свою внутреннюю врожденную мудрость, от природы данные инстинкты.

Проблема только в том, как матерям войти в это состояние своего естества. В нашем мужском мире женщинам трудно сохранить связь с природными и мудрыми инстинктами подлинного материнства. Да и ранее, до нашей эры, многие известные мыслители-мужчины не признавали роль женщины в обществе.

В то же время большие религии отводят огромную роль женщине-матери. Все великие книги – это суть метафоры, содержащие в сконцентрированном виде мудрость, накопленную человечеством на непростом пути познания себя и выраженную через тех, кто приблизился вплотную к таинственному источнику Жизни.

В Библии сказано, что мать Христа была девственницей. Какой символический смысл скрывается за этим? Почему для рождения ребенка – Христа – будущего Спасителя – необходимо присутствие матери-девственницы – женщины, которая не связана плотской любовью с мужчиной?

Может быть, девственность – это символ того, насколько важен во время беременности и в первые месяцы жизни ребенка ЧИСТЫЙ И ПРЯМОЙ КОНТАКТ ДУШ ребенка и матери? Может быть, об этом говорит «зачатие от Духа Святого»? Может быть, именно это условие того, чтобы ребенок в дальнейшем мог слышать себя, чувствовать на уровне инстинктов свое жизненное предназначение?

Такие вопросы и мысли возникали у меня как у психолога во время совместной работы с клиентами по исцелению их непростых душевных ран. На образ Девы Марии как на символическое отражение чистого материнского инстинкта я обратила внимание, когда два клиента в один и тот же день выбрали одну и ту же открытку.

Мужчина обратился ко мне по поводу своих проблем в отношениях с женой. В ответ на мой вопрос, что могло бы сейчас символически отразить то, что он хочет, он выбрал из набора более чем в тысячу предметов и картинок рождественскую открытку с изображением Девы Марии и младенца. В тот же день женщина, которая исследовала тему поиска любимой работы, тоже выбрала эту открытку как символ эмоционального состояния, которое даст ей любимая работа.

Случайно ли это? Я думаю, что нет. Люди ищут бессознательно то, чего им не хватило в отношениях с матерью, проецируя это на другие отношения, на различные ситуации. И материнский образ еще долго будет присутствовать в терапии. Ведь в нашем современном обществе нет совершенно никаких условий для обращения женщины к своей инстинктивной материнской сути.

И «выросшие дети» так и несут по жизни свою неутоленную потребность в «достаточно хорошей матери». Где же выход?

Инстинкт – это нечто, существующее безусловно. Возможно, когда мы говорим о любви как нашей врожденной сущности, мы на самом деле говорим о нашей инстинктивной природе. Если это так, то доступ к этому может дать только та мать, которая открыта своему природному естеству материнства.

Последние века женщине постоянно приходится доказывать, что и она «человек». А может, и правда, женщина – не совсем «человек»? А может быть, она не только «человек»? А может быть, нечто большее говорит через нее? Я ни в коем случае не хочу сравнивать мужчин и женщин. Я просто хочу обратить внимание на некоторую сущностную разность их природы.

Может быть, ключ к безусловной любви и законам любви – понимание этой разницы – разницы между инстинктивной природой мужчины и женщины?

Для здорового духовного развития человека – будь то женщина или мужчина – действительно необходимо базовое соприкосновение с чем-то абсолютным, лежащим у основания нашей человеческой природы. Доступ туда, возможно, лежит через материнский и отцовский инстинкт, через их взаимодействие.

Известный на весь мир психотерапевт Ирвин Ялом сказал: «Исцеляет не что иное, как отношения». Я бы добавила, что базовой основой здоровых отношений являются не просто отношения, а опыт реальных отношений с «инстинктивной матерью», или с «достаточно хорошей матерью».

«Инстинктивная мама» – это некий внутренний прообраз, существующий в каждом из нас. Он присутствует, например, в христианстве в виде образа Девы Марии. Напомню еще раз высказывание из Корана, в котором запрещены изображения людей: «Рай у ног матери». Это как будто указывает на некий корень, основание, которое доступно нам через мать. Есть похожие по смыслу метафоры и в других религиях.

С одной стороны, образ этот недоступен – «Царица Небесная», а с другой, он такой земной – «у ног». Еврейская пословица «Бог не мог быть всюду, поэтому он создал матерей» отражает вездесущность образа матери.

Как будто человек пытается на протяжении многих веков через Мать нащупать связь между собой и чем-то очень важным. Глубинная психология показывает, что доступ к изначальному материнскому прообразу и ведет к исцелению самых болезненных переживаний и травм.

В нас всегда будет эта внутренняя борьба – борьба между инстинктивной природой и природой рациональной. И, наверное, действительно образ Матери как символ безусловной любви, как символический мост, как некое пространство, в котором встречаются Небесное и Земное, «животное» и человеческое, может служить исцелению раненой души.

Мне эту непростую, можно сказать, даже весьма сложную тему захотелось донести не только до психологов, но и для людей, далеких от психологии. Почему? Потому что любые значимые отношения в нашей жизни – это отношения любви. Любовь как некая энергия, сила притяжения между людьми. Наше «Я» познается только в отношениях «Я и другой». И базовая матрица этих отношений – «Мать и Младенец».

Очень модные сегодня темы самореализации невозможно, на мой взгляд, раскрыть без понимания сути инстинктивной любви матери. Без понимания этой сути мы ждем любви-жалости или любви-беспрестанной заботы. Для понимания любви нужно уловить, что через мать мы устанавливаем СВЯЗЬ между нашей инстинктивной природой и человеческой. В этом основная задача материнской любви.

Через мать мы устанавливаем связь между нашей инстинктивной природой и человеческой.

Связь материнского образа и образ отца

Мать весомее, чем земля, отец превыше небес.

«Махабхарата»

Приведенные мною истории – лишь малая часть клиентских историй, где в пространстве между мной или клиентом главной действующей фигурой становится материнский образ. Именно образ матери находится между психотерапевтом и клиентом в длительном процессе психотерапии. Именно этот образ стоит и между ним и его реальной матерью, не позволяя взрослеть.

У клиентов на рациональном уровне есть понимание и огромное желание перестать по-детски реагировать на материнский образ, отделиться от него. Но выходит так, что условием взросления является воссоединение, подлинная встреча с матерью. Встреча как с внутренним детским образом матери в душе, так и с реальной матерью в жизни. То есть, условием взросления является подлинная встреча с матерью, как в душе, так и в реальности.

Условие взросления – подлинная встреча с матерью, как в душе, так и в реальности.

Порою именно реальная встреча с матерью как с человеком – с «реальным другим» очень сложна. Поскольку тот, самый первый призрачный образ когда-то дал первое ощущение себя как отдельного существа. Самое сложное именно это – разделить образ матери и реальную мать.

Самое сложное – разделить образ матери и реальную мать.

Логика процесса снятия чар изначальных образов себя и матери не поддается контролю и управлению, она требует осознанности, а также конкретных шагов в реальном мире.

И в какой-то чудесный момент вдруг происходит качественный скачок – чары спадают, и «злая ведьма» исчезает. Но это происходит ровно в тот момент, когда человек перестает цепляться за призрачные образы и находит способ укорениться в реальности «здесь и сейчас».

Я выбирала те клиентские истории, в которых ярко была выражена зависимость от раннего материнского образа. Так получилось, что все три приведенных выше случая – женские истории, и у всех трех клиенток не было сознательного опыта отношений с отцом. У двоих из них не было вообще никакого реального опыта общения с ним.

Особенности этапа проработки в психотерапии ранних отношений с матерью (до трех лет) совпадают во многом и у мужчин и у женщин. Отделение же от материнского образа происходит у женщин и мужчин по-разному. Особенно сложно происходит отделение от матерей, если у человека не было опыта отношений с отцовской фигурой, или отец был слабым, пассивным, чему свидетельство вышеописанные истории.

То есть невозможно рассматривать проблему зависимости от материнского образа вне связи с образом отца в личном опыте.

Невозможно рассматривать проблему зависимости от материнского образа вне связи с образом отца в личном опыте.

Для понимания некоторых вещей бывает необходимо их «разделить на части». В данной книге сделан акцент на ту важную часть психотерапевтического процесса, которая касается самого раннего этапа развития ребенка, где самым близким человеком для него является мать. Отец в ранние годы «как будто» остается в тени, но именно от него зависит то, как себя будет чувствовать мать, и сможет ли она настолько расслабиться, чтобы находиться в полном инстинктивном контакте с маленьким ребенком.

То есть во многом именно от отца зависит то, насколько мать сможет проявить свой материнский инстинкт и обеспечить ребенку комфортное ощущение от первой встречи с миром.

Именно от отца зависит то, как мать сможет проявить свой материнский инстинкт и обеспечить ребенку комфортное ощущение от первой встречи с миром.

Если говорить еще точнее, то самым важным является существование хорошего контакта между матерью и отцом, важна связь в паре – «отец-мать». В древних культурах связь в паре «отец-мать» выстраивалась инстинктивно и на уровне ритуалов, заданных обществом.

С развитием общества все больше нарушалась связь с инстинктивной природой отцовства и материнства. Восстановление этой связи сегодня возможно только через сознательную работу.

Восстановление связи с инстинктивной природой отцовства и материнства возможно только через сознательную работу.

Чем человек осознаннее, тем он больше видит, что «все связано со всем». Для здорового развития ребенка необходима хорошая связь между отцом и матерью как реальными мужчиной и женщиной. Чтобы почувствовать инстинктивную природу отцовства и материнства, нужно почувствовать инстинктивную природу мужского и женского начала. Чтобы понимать своего ребенка, нужно разобраться со своими детскими историями и т. д.

В данной книге сделан акцент лишь на одной, самой первичной связи – связи матери и ребенка. В следующей главе рассказывается о некоторых научных исследованиях материнской любви.

Исследуем материнскую любовь

Невозможно понять Любовь.

Невозможно создать Любовь.

Невозможно научиться Любви.

Можно просто перестать Ей сопротивляться.

Джалаладдин Руми

Нет в мире темы более интригующей и волнующей, чем любовь. Немыслимое число книг и фильмов на эту тему выходит в свет каждый год. Счастье человек напрямую связывает с любовью. Для счастья, кроме любви матери, нам нужна и любовь отца, любовь братьев и сестер, любовь детей к родителям, любовь друзей. И, конечно, любовь между мужчиной и женщиной.

Сегодня повсюду можно получить много советов, что и как нужно сделать, чтобы стать любимым и полюбить. Но количество счастливых семей не становится больше, более того, некоторые предрекают распад института брака. Что не так? Почему так происходит?

Одна из причин этому – наша уверенность, что любовь – это то, что вне нас, и нежелание понять, что ключ к пониманию любви – это взаимоотношения. У любви есть свои законы, которые просто необходимо знать, чтобы обрести счастье. Тогда, возможно, мы перестанем требовать и просить любви, особенно безусловной любви от матерей, перестанем любви сопротивляться.

Приглашаю вас к небольшому совместному исследованию – исследованию темы самых первых отношений любви в нашей жизни – любви младенца и его матери. Любовь матери к младенцу считают безусловной. Что это такое: «безусловная любовь матери»? Возможно ли эту тонкую материю измерить?

Исследования безусловной любви матери

Любовь должна обучать разум.

Бернар Клервоский

Любовь, особенно безусловная, – это одна из загадочных субстанций, которая при попытке ее «ухватить» или даже описать просто исчезает. Но однажды в 60-е годы XX века американским психологом Гарри Харлоу была предпринята попытка экспериментально исследовать такую любовь.

Интересно то, что это произошло случайно. Харлоу изучал интеллект обезьян и случайно натолкнулся на то, что малыши странно реагировали, когда их разлучали с матерями. Маленькие обезьянки в отсутствие матерей привязывались к махровым полотенцам, которые были в клетке, как к матерям.

И тогда Гарри Харлоу перешел от изучения интеллекта к изучению материнской любви. Как будто бы интеллект самого ученого «сдался» и «перестал сопротивляться любви».

Эти эксперименты были проведены на детенышах обезьян. Ученый словно почувствовал, что «любовь должна обучать разум», но, видимо, любовь в его раннем опыте была связана с жестокостью. Опыты ученого были настолько жестокими по отношению к малышам, что даже научное сообщество было возмущено. В этих экспериментах новорожденных детенышей обезьян отделяли от их матерей, отсаживая их в отдельные клетки надолго, порой до года.

«Заплатить такую цену» Харлоу решился не просто так. Он хотел доказать ошибочность существовавших тогда в психологии «буфетных теорий». Их называли так, потому что сторонники этих теорий считали, что основой человеческой отношений является удовлетворение матерью младенца в еде.

Насколько неожиданным был переход внимания ученого от изучения интеллекта к изучению безусловной любви, настолько и его жестокие опыты парадоксальным образом послужили открытию истин, которые повлияли на понимание всей детской психологии.

Противоречива и сама личность ученого: человек, доказавший, что любовь важнее, чем уход, в последние годы своей жизни не общался со своими детьми.

Эти эксперименты, как и личность ученого, символически отражают ту атмосферу, в которой человечество существует последнее столетие. Мы, современные люди являемся потомками людей, психологически травмированных революциями, войнами. Мне кажется, что эти эксперименты символически отражают травму, нанесенную нашей душе оторванным от нее интеллектом. Эти же эксперименты подсказывают путь к предотвращению детских душевных травм в дальнейшем.

Как же ученый «измерял» безусловную любовь?

Он просто выделил «кормящую» функцию матери отдельно, а «любящую» – отдельно. В «живой настоящей маме» трудно выделить отдельно эти функции.

Поэтому в экспериментах Харлоу «мамы» были искусственные. Первая мама представляла собой манекен из металлической решетки с прикрепленной к нему бутылочкой молока. Вторая мама – манекен, обитый искусственной меховой или махровой тканью.

Сначала были эксперименты, где с малышом в комнате были одновременно две «мамы». И оказалось, что за сутки всего лишь около одного часа детеныш обезьяны желал проводить рядом с «металлической кормящей мамой». Это всего лишь примерно 4 % времени! Около 17–18 часов (примерно 73 % от всего времени) малыш предпочитал быть «в объятиях» мягкого манекена. В остальное время – почти четверть от всего времени малыш спокойно играл.

Харлоу своими экспериментами хотел доказать, что просто защитить и накормить ребенка – это не главная задача матерей. Эти эксперименты показали, что основой нормального психического развития, а в дальнейшем способности к нормальным взаимоотношениям, является некое особое эмоциональное отношение младенца и матери. Это особое взаимодействие ученый считал проявлением безусловной любви. Он считал свои эксперименты доказательством того, что безусловная любовь гораздо важнее для здорового развития, чем питание.

Безусловная любовь – особое эмоциональное отношение младенца и матери. Оно является основой нормального психического развития и способности к нормальным взаимоотношениям.

Несмотря на то, что результаты экспериментов Харлоу значительно повлияли на психологию детского развития, до сих пор в обществе бытует мнение о том, что сначала нужно «ребенку все дать», забывая дать ему самое главное – безусловную любовь. Почему так происходит? Наверное, потому, что мы до сих пор и не понимаем, что же такое «безусловная любовь».

Харлоу доказал, что безусловная любовь матери и младенца является необходимым условием для развития других форм любви. Например, любви к отцу, любви к окружающим, любви между мужчиной и женщиной, любви к детям.

Безусловная любовь матери и младенца – необходимое условие для развития других форм любви.

Ценность экспериментов американского психолога и в том, что они побудили мир академической психологии обратить внимание на важность любви и эмоциональной поддержки для здорового развития живого существа. Они заставили обратить пристальное внимание на воспитание детей в приютах, больницах и детских домах.

К сожалению, широкая публика мало знает о важных выводах, сделанных Гарри Харлоу.

В следующих главах я хочу познакомить читателей с основными моментами этих экспериментов, сопровождая их своими комментариями, историями из клиентской практики и жизни.

«Видеть всем телом»

Слышать всей кожей, видеть всем телом Правду Вселенной в касании несмелом.

Строки из стихов моей клиентки

Мягкий манекен мамы в экспериментах Гарри Харлоу «ничего не говорит», он «молчит». К нему можно просто прикасаться. Как уже говорилось выше, малыш проводил у «мягкой мамы» 17–18 часов в сутки, а у «металлической мамы» с бутылочкой всего лишь около одного часа. Говорит ли это о том, что именно подобное молчаливое, «ничего не делающее» прикосновение для малыша важнее, чем насыщающая бутылочка с молоком?

Ученые, комментирующие эксперименты Харлоу, говорили, что чувство комфорта от прикосновения важнее, чем еда, что именно комфортность прикосновения является причиной того, что малыш успокаивается и чувствует себя комфортно. Маленьким обезьянкам было достаточно комфортных прикосновений к мягкой маме, чтобы чувствовать себя комфортно и уверенно.

Чувство комфорта от прикосновения важнее, чем еда.

Обе «мамы» помогают обезьянке так или иначе взаимодействовать с окружающим миром. Металлическая мама с бутылочкой дает приятное ощущение насыщения, но явно не приносит ощущение комфорта от взаимодействия. Мягкая мама, доставляя приятные ощущения, дает еще этим почувствовать, что мир окружающий может быть приятным, комфортным, что с ним приятно взаимодействовать.

Через прикосновения происходит первое взаимодействие с окружающим миром.

Через прикосновения происходит первое взаимодействие с окружающим миром.

Прикосновения через ощущения комфорта или дискомфорта дают нам ощущение собственных границ и границ окружающего мира. Но, что еще более важно, именно ощущение комфорта или дискомфорта от прикосновения служит основой нашего выбора – идти на близкий контакт с окружением или избегать его. То есть очень важно, как мы чувствуем контакт с окружением. Приятное прикосновение придает уверенность и желание продолжать общение, а неприятное вызывает дискомфорт и желание уйти.

Ощущения от прикосновений служат основой нашего выбора – идти на контакт с окружением или избегать его.

К неприятной металлической маме малыш-обезьянка подходил только покушать, в остальное время он держался от нее подальше. Зато с приятной мягкой мамой, которая ничего ему не давала, он находился рядом почти весь день.

Неприятные ощущения от прикосновения могут создавать неприятные и внутренние ощущения у малыша, которые не компенсируют даже приятные ощущения от насыщения молоком. Этот внутренний дискомфорт может вызывать растерянность, потерю безопасности, потерю уверенности и желание отдалиться. Комфортные ощущения границы с окружающим миром создают приятные внутренние ощущения и могут придавать уверенность и чувство безопасности, а также желание взаимодействовать.

Прикосновения влияют на внутреннее ощущение себя и чувство безопасности.

Насколько важны прикосновения для развития человека? Хочу сначала привести пример из практики.

Страх близости

Недавно ко мне обратилась молодая замужняя женщина, которая была психологически травмирована опытом отношений с мужчиной вне брака. Она так увлеклась этими отношениями, что решила развестись, так как для нее было невозможным вести двойную жизнь.

Ее новый знакомый, так мило ухаживавший за ней, оказался совершенно не состоятельным в близких отношениях. Даже более того— он избегал их. Позже выяснилось, что этот молодой человек, чувствующий себя неуверенно с женщинами, прошел тренинг, авторы которого обещали научить его навыкам соблазнения женщин.

Он действительно навыки эти прекрасно освоил, но это не дало ему умения строить близкие отношения. Он испытывал страх близости, который никакие навыки преодолеть ему не помогли. Результат этой истории был таков, что были травмированы оба: женщина, которая соблазнилась, и этот молодой мужчина, который обрел опыт повторной травматизации своей несостоятельности в отношениях с женщинами.

Клиентка, о которой идет речь, умная, интеллектуально очень развитая женщина. Но она не смогла устоять перед манипулятивными навыками мужчины. Она осознает, что что-то в ее личной истории «дало» соблазниться, поэтому она и пришла на психотерапию.

Психологи считают, что в таких случаях, когда человек «теряет голову», причиной этому могут быть очень ранние травмы развития и фиксация на них. Какие же это травмы?

Прежде всего, травма, связанная с недостатком или дискомфортом прикосновений. У новорожденного отсутствует осознанная координация движений. Можно сказать, что он совершенно не умеет управлять своим телом. Для того чтобы телом управлять, нужно его чувствовать, ощущать. Первые комфортные прикосновения дают малышу приятное ощущение своего тела.

Благодаря прикосновениям он начинает ощущать свои границы и границы окружающего мира. Если прикосновения приятны, то возникает приятный образ окружающего мира и приятный внутренний образ себя. Поэтому очень важно, чтобы малыша брали на руки и чтобы прикосновения эти были комфортны.

Долгое время в нашей стране было принято сильно пеленать новорожденных детей. Сегодня мы наблюдаем иногда другую крайность – не пеленать совсем. Как всегда, вредны крайности. Большую часть времени новорожденный спит, и сон малыша тоже должен быть комфортным. Чтобы новорожденному было легче уснуть и чтобы он не пугался во сне своих резких хаотичных движений, рекомендуют свободное пеленание. Такое пеленание должно позволять малышу комфортно ощущать границы своего тела и давать такую степень свободы, чтобы он мог постепенно учиться координировать свои движения.

Прикосновения являются первым и очень важным «зеркалом» для младенца, рождающегося совершенно беспомощным. Прикосновения играют огромную роль, они помогают формировать устойчивый и комфортный телесный образ себя.

Прикосновения играют огромную роль для младенца, они помогают формировать устойчивый и комфортный телесный образ себя.

Это важно особенно в первые четыре месяца жизни. Недостаток прикосновений может в дальнейшем у взрослого человека привести к игнорированию потребностей тела вообще или к избыточному вниманию к нему. Некомфортные прикосновения могут вызывать некомфортные внутренние ощущения и желание избегать прикосновений и близкого контакта с окружением.

В дальнейшем такие люди очень избирательны в отношении близости, трудно подпускают к себе других людей, у них могут быть трудности в выстраивании близких отношений. Часто у людей с таким опытом в качестве компенсации бывает высокоразвитый интеллект, они выверяют свои поступки, стараются контролировать окружение. Но иногда, например, в ситуации стресса, они могут захватываться эмоциями – «терять голову».

Но не менее вреден и избыток прикосновений, это может мешать прислушиваться к своим ощущениям и регулировать свое состояние. У человека существует врожденная система саморегуляции различных внутренних процессов. Чтобы включилась эта система саморегуляции, нужен внешний стимул. Недостаток и избыток прикосновений нарушают работу и развитие системы саморегуляции телесных ощущений.

Недостаток прикосновений и их избыток нарушают работу системы саморегуляции телесных ощущений.

Я вспоминаю случай, когда одна женщина ушла с длительной психологической тренинговой программы. Ушла, несмотря на то, что ей было интересно там. Она рассказывала мне, что ушла только из-за того, что там был особый ритуал: было принято, чтобы все участники друг с другом обнимались при встрече. Для нее это было просто невыносимо, просто ужасно – обниматься с не совсем знакомыми людьми. Для нее прикосновения были неприятны.

У этой женщины на первом году ее жизни были непростые отношения с мамой. Ее мама избегала телесного контакта с дочерью, из-за чего у девочки был недостаток прикосновений. Впоследствии это привело к тому, что у нее сформировалось отторжение телесных контактов в целом, особенно с незнакомыми людьми.

Если вернуться к первому случаю, в котором мужчина научился соблазнять женщин, но был абсолютно беспомощен при близости, то можно предположить, что причиной этому было получение похожих травм на этапе «прикосновений». Именно первые приятные контакты-прикосновения ребенка с мамой создают устойчивую основу для других форм общения. Без этого общение лишено особого тепла.

Приятные прикосновения создают у ребенка основу для других форм общения.

В первых экспериментах Харлоу по изучению интеллекта обезьян, детеныши, разлученные с мамой, начинали визжать и буквально впадали в истерику, когда экспериментаторы пытались забрать у них махровое полотенце, с которым они «обнимались» и играли.

Я вдруг вспомнила рассказы о мужьях, которые лежат на диванах и читают газеты (сейчас, правда, чаще смотрят телевизор). Такие мужья, придя домой и покушав, бегут к своим мягким диванам как к мягким мамам, успокаиваются, и у них появляется интерес к миру – к газетке-телевизору. Им порой нет дела до жены, которая накормила. Есть также «жены в халатах», вид которых не вызывает у мужей большого желания общаться, но они упорно, порой годами, не снимают этот халат.

Мне сейчас увиделась связь этих историй с историями обезьянок, не отдающих «память» о своей мягкой маме. Видимо, в детском опыте и в жизни таких жен и мужей было мало теплых прикосновений. Кто-то оживляет детские воспоминания о мягкой маме на мягком диване, а кто-то упорно не расстается со старым халатом. Как же все-таки мы недалеко ушли от животных!

Нам, даже совершенно взрослым и самостоятельным людям также недостаточно, чтобы нас только накормили. Как и у детенышей обезьян, потребность в мягкой маме – приятных прикосновениях у нас гораздо больше, чем в кормлении. Каждый человек, каким бы взрослым он ни был, нуждается в приятных прикосновениях. Потребность в прикосновениях – одна из самых базовых потребностей как человека, так и животного.

Потребность в прикосновениях – одна из самых базовых потребностей как человека, так и животного.

Эта неутоленная ранняя потребность в приятных прикосновениях в дальнейшем будет абсолютно бессознательно влиять на все другие отношения. Она может проявляться в слишком преувеличенной потребности в этом или в ее избегании.

Приятные прикосновения просто необходимы человеку – это основа любви к своему телу, пробуждению сексуальных инстинктов, принятия себя таким как есть. Одна из причин «заедания» стресса – также нехватка приятной мягкой мамы в детстве.

Принятие своего тела создает возможность для более комфортного общения и близости с другими людьми. Если же телесный образ «Я» неприятен, то возникают проблемы с самооценкой. При «предъявлении» себя, особенно с незнакомыми людьми, может возникать дискомфортное ощущение.

«Безмамные мамы»

Гарри Харлоу были проведены и другие опыты. В этих экспериментах новорожденных обезьянок с рождения изолировали от других обезьян и растили в отдельных клетках. При этом они могли видеть и слышать других обезьян, но не могли физически их касаться. Их выпускали, когда они достигали физической зрелости.

Но происходило удивительное – у уже выпущенных на волю обезьянок не было никакого интереса к сексуальным отношениям. Хотя они в клетках видели и наблюдали жизнь других обезьян. То есть для того, чтобы включился сексуальный инстинкт, необходим был реальный физический контакт, прежде всего прикосновения. Также у изолированных обезьян ярко была выражена аутоагрессия – они могли сами себя жестоко укусить.

Далее обезьяны, выращенные в изоляции, были искусственно оплодотворены. Но став «мамами», они не проявляли никакого материнского инстинкта к своим детенышам и обращались с ними как с неживыми предметами. Вот так, без изначального физического контакта появились «безмамные мамы», которые не были способны воспринимать своих детенышей как живых существ.

Вспоминаются «человеческие» истории о том, что если молодая мама взяла своего ребенка на руки после рождения и дала ему грудь, то ей трудно будет от него отказаться. Прикосновения важны для малыша и для его мамы, они включают врожденные инстинктивные программы ребенка и материнский инстинкт. Ученые говорят о том, что важную роль в этом играет не столько кормление грудным молоком, сколько само прикладывание к груди матери как важное телесное прикосновение.

Ребенок у груди матери ощущает и биение ее сердца, которое он слышал еще в утробе, возможно, это более важно, чем качество материнского молока.

Биение любящего сердца

Вспоминаю эпизод из прочитанных мною очень давно чьих-то мемуаров. Писатель-мужчина писал, что он в молодости всегда удивлялся, когда кто-нибудь не мог радоваться обычным вещам. Он же, сколько себя помнил, всегда находил повод для радости в любых мелочах.

Он описал одну историю времен своего младенчества. Оказывается, в годы войны, когда он был грудным младенцем, были моменты, когда было совсем нечего есть. У его мамы исчезло молоко, но она просто прижимала его к груди и давала ему свою слюну, потому что больше ничего не было.

Писатель сделал вывод, что, наверное, именно поэтому у него всегда была вера в то, что «все будет хорошо», потому что его мама никогда не теряла присутствия духа. Видимо, важно впитать не столько молоко матери, сколько биение ее любящего сердца и теплые прикосновения.

Вспоминаю пример из практики.

Ребенок-«Маугли»

Ко мне на консультацию привели маленькую испуганную девочку 6–7 лет. Мама была обеспокоена тем, что девочка вдруг стала всего бояться. В беседе я узнала о том, что мама не работает, поэтому дочка не ходила в садик и «сидела» дома. Именно сидела, потому что мать почти не гуляла с дочерью и вообще не особо утруждала ее воспитанием.

Мама не работала, целыми днями читала книги или смотрела телевизор, мало общалась с другими людьми. Дочери ничего не запрещалось, она была практически с самых ранних лет вольна делать что хочет. Даже элементарной горячей еды в доме не готовилось. Холодильник был набит йогуртами, консервами. И девочка, когда хотела кушать, сама открывала холодильник и брала что хотела.

В остальное время она просто тихо сидела у себя в комнате и играла с игрушками, которых было предостаточно. В результате вот такой результат – ребенок-«Маугли», выросший не в лесу, а в современной квартире.

Здесь мама была все время физически рядом, ничего ребенку не запрещала. Но не было достаточного прикосновения «тела к телу» и «сердца к сердцу». Поэтому ребенку, которому уже пора в школу, окружающий мир стал казаться чем-то ужасным и пугающим.

Чтобы выйти в мир, нужно иметь прочную связь с близкими, прежде всего теплую телесную связь с мамой, теплую сердечную связь. Именно достаток этого нам позволяет исследовать мир самостоятельно.

Мама несчастной девочки очень напоминает «металлическую маму с бутылочкой» из экспериментов Харлоу, ей даже не приходило в голову, что ребенка надо обнимать, играть с ним. К сожалению, есть опасность, что при таком воспитании из ее дочери может вырасти «безмамная мама».

Возможно, увеличение сегодня количества людей, не желающих вступать в брак и иметь детей, это последствия стиля жизни современного общества и современного воспитания. Дети во многом предоставлены самим себе и в поисках хоть какого-то контакта уходят в виртуальный мир. В нашем детстве, даже если не хватало общения с мамами, был двор, были соседи, были подвижные игры. Как будто кроме комфортного прикосновения было еще что-то очень важное. Исследуем это в следующей главе.

Прикосновение как первое «зеркало» общности

Нет ничего красноречивее безмолвных прикосновений.

Элчин Сафарли

«Нет ничего красноречивее безмолвных прикосновений» – в этой фразе из эпиграфа говорится ведь о чем-то большем, чем о комфорте? Это о чувствовании, о чем-то «говорящем» в прикосновении. Речь идет не о простом прикосновении, а о прикосновении-взаимодействии. Взаимодействие – это двусторонний процесс, это влияние друг на друга.

Давайте посмотрим на результаты эксперимента как на двусторонний процесс. Посмотрим на общение обезьянок с их искусственными мамами с точки зрения взаимодействия – то есть взаимовлияния, взаимообмена.

Металлическая мама с бутылочкой дает обезьянке ощущение насыщения, но что может малыш дать в ответ такой маме? Может быть, он так быстро покидает «маму-бутылочку», что ему «нечего ей дать»? Между металлической мамой и малышом нет взаимодействия в плане обмена.

Что же происходит между «мягкой мамой» и малышом? Какое «взаимодействие»? Я долго пыталась это не просто понять, а прочувствовать. Я представила, что прижимаюсь к мягкому меху. И у меня возникло ощущение, что я прижимаюсь к чему-то живому!

Я тут же стала искать ассоциации к слову «мех» в интернете. И что же вы думаете? Первые ассоциации, которые выдал интернет – «шуба, шерсть, животное». Конечно же! Если уж у человека мех ассоциируется с шерстью животного, то у несчастного малыша-обезьянки он уж точно на инстинктивном уровне вызывает ощущение прикосновения к чему-то очень знакомому, «своему», такому же «шерстяному», как он сам!

Я тут вспомнила еще о других научных исследованиях ранних отношений. Известный ученый, зоопсихолог Конрад Лоренц показал, что у новорожденных гусят есть определенный инстинктивно заложенный момент после рождения, когда они ищут маму. Именно в это заложенное инстинктивно определенное время они как бы сканируют объекты в окружающем мире на соответствие, на «похожесть» тому образу мамы, который у них тоже заложен инстинктом.

И первый объект, который похож по ключевым признакам на внутренний образ мамы, и «становится мамой», неважно – живой он или не живой. Например, гусята могут считать теннисный шарик своей «мамой», потому что для них ключевой признак – движение. Нахождение такой «мамы» запускает далее другие инстинктивные программы выживания.

То есть у животных образ мамы заложен инстинктивно. Только в определенный момент после рождения мамой может стать любой объект, даже неживой, похожий на него по ключевым признакам, заданным врожденно.

У животных образ мамы заложен инстинктивно. Только в определенный момент после рождения мамой может стать любой объект, даже неживой, похожий на него по ключевым признакам, заданным врожденно.

То есть для выживания в определенный момент нужно найти «маму». И неважно – живая она или нет, но в ней должен быть ключевой признак, который распознается инстинктивно. Можно говорить о том, что «мама» – это кто-то или что-то, имеющее то, что нужно малышу, и способное включить в психике детеныша образ, заложенный инстинктивно. Мама помогает выживать ребенку в неизвестном мире, став «островком известного», подтверждая своим присутствием изначально заложенный в психике образ.

Мама помогает выживать ребенку в неизвестном мире, став «островком известного».

Достаточно хорошая «известная» мама рядом помогает включению здоровых инстинктов выживания у малыша. Например, в опыте с обезьянками малыш был способен нападать на страшный пугающий механизм, если рядом была его мягкая мама, похожая на него.

Инстинкт – это врожденное стремление к чему-то определенному, ожидание чего-то определенного. То есть в психике существует «как бы» в спящем виде образ чего-то ожидаемого. Инстинкт – это стремление найти то, что «подобно» ожидаемому.

Человек, несмотря на свой достаточно развитый интеллект, тоже во многом задан инстинктивно. То есть у младенца изначально, от природы, к «маме» тоже есть «условия» или «ожидания» того, какой «должна быть мама».

Изначально у ребенка есть ожидания, условия, какой «должна быть мама».

То есть существует изначально некий «известный» образ матери. Материнский образ – это первая врожденная модель, на основе которой создается образ себя как внутренний, так и внешний. Для младенца этот образ важен, чтобы ощутить себя человеком. Рядом нужен именно человек, чтобы младенец мог стать человеком. Именно существование такой связи и является основой для дальнейшего установления человеческой связи с миром.

В экспериментах Гарри Харлоу меховой или махровый манекен обладал ключевым признаком похожести – «шерстью» – признаком похожести на животных. Видимо, именно подобный образ чего-то мягкого – «шерстяного» существует изначально у обезьян как ключевой признак общности и принадлежности «роду обезьян».

Именно мягкая мама, похожая «мехом» на обезьянку, давала уверенность и спокойствие, так как инстинктивно воспринималась «мамой». Мягкий манекен ничего не делал, просто был рядом. Видимо, нахождение ключевого признака похожести – мягкости и «шерстности» – обезьянке было достаточно, чтобы включились другие инстинкты. Рядом с такой «известной» мамой малыш отправлялся исследовать мир и мог постоять за себя– включались базовые инстинкты выживания.

Металлическая кормящая мама, с которой не было «похожести», вызывала у малыша только страх и беспомощность, если не было рядом такой «известной», похожей, мамы.

Опыты Харлоу с обезьянами показывают, что очень важно, чтобы внешний образ материнского существа совпадал с ключевыми признаками вида. Действительно, из детей, выращенных с младенчества животными, не получается людей.

Таким образом, найденная в окружающем мире «мама», похожая по ключевым признакам на врожденный образ мамы, дает детенышу почувствовать принадлежность к своему виду. Тем самым автоматически включаются инстинкты выживания. Можно предположить, что именно чувство принадлежности своему виду дает ощущение безопасности, внутреннего спокойствия и уверенности.

Можно предположить, что именно чувство принадлежности своему виду дает ощущение безопасности, внутреннего спокойствия и уверенности.

Изменить эту фиксацию на первом «материнском» объекте у животных практически невозможно. У гусят заложен интенсивный поиск мамы в первые несколько часов, и первичный образ себя и мамы фиксируется в первые часы жизни. У других животных этот процесс длится дольше, до нескольких недель.

Человеческий детеныш совершенно беспомощен от рождения. Даже для того, чтобы чувствовать себя более самостоятельным «биологическим» существом, нужно минимум год-полтора, пока ребенок не начнет уверенно ходить.

Новорожденный охвачен намерением выжить, и он инстинктивно ищет в окружающем мире то, что созвучно, подобно врожденному образу матери. Самая первая связь-подобие, которую обнаружил малыш, закладывается в основу его представления о мире и о себе.

То есть новорожденный ищет в окружающем мире своеобразное зеркало, в котором фактически обнаруживает свое подобие. Таким образом, «отзеркаливая» врожденный образ себя как представителя вида в другом, человек создает основу реального образа самого себя. Основой нашего «Я» всегда остается первый материнский образ.

Самое первое «зеркало» – это мама. Самые первые отношения – отношения с мамой. Эта связь фиксируется в сознании как базовая модель для создания всех других моделей отношений. Первичная связь с мамой, созданная самим младенцем, становится моделью любых отношений и основой для понимания других людей.

Первичная связь с мамой, созданная самим младенцем, становится моделью любых отношений и основой для понимания других людей.

Родная мама является человеком, который по врожденным качествам наиболее близок, «известен» малышу. То есть у родной мамы как бы больше «ключиков» к душе малыша, так как они генетически ближе. Может быть, поэтому люди, никогда не знавшие своих мам, ищут их всю жизнь. Где-то глубоко в душе как будто есть неотраженные врожденные образы себя, которые отзеркалить могла бы только родная мама.

Для человека первый образ мамы дает первое реальное ощущение себя, первый внутренний образ самих себя. Эти два базовых впечатления – мамы и себя – оказываются связанными прочно и неразрывно друг с другом. Как будто для того, чтобы был «Я», должен изначально быть «другой», похожий на меня. Обычно это мама.

Самая первая связь-подобие – это телесная связь с мамой. Позже становится важной связь эмоциональная, которую тоже помогает почувствовать мама. С возрастом система связей с миром усложняется, но ее центральным ядром так и остается связь с мамой, созданная самим младенцем. Она и лежит в основе его понимания других людей и окружающего мира. Эта связь создает и ощущение принадлежности всему человеческому роду.

Ребенок тоже «создает» маму. Он «включает» в ней материнский инстинкт, который содержит врожденные программы-образы заботы о ребенке. Вспоминаю смешной эпизод из детства.

«Дети – зеркало родителей»

Я первоклассница, одна после школы дома. В доме всегда было включено радио. Больше всего мне нравилось почему-то слушать передачу «Взрослым – о детях». Однажды мне запомнилась фраза из передачи: «Дети – зеркало родителей». И вот однажды, когда мама стала меня за что-то ругать, я ей с важным видом произнесла эту фразу. Мама от удивления замолчала и ругать больше не стала.

Я помню то свое детское ощущение, что раз я – «зеркало родителей», значит такая же, как и они. Что-то уравнялось, и я стала рядом с ними, а не «ниже». Будто бы до этого, когда мама ругала меня, это был односторонний процесс, и у меня не было прав быть такой, какая я есть. А тут я ей смогла той фразой сказать: «Я такая же, как ты», и стал возможен двусторонний процесс.

Сейчас редактирую эти строки и вдруг осознаю, что пишу-то эту книгу – взрослым – и о детях тоже! Пишу про «зеркала»! Видимо, что-то во мне уже тогда в детстве срезонировало с чем-то таким, что эта тема для меня актуальна до сих пор. Удивителен узор жизни – только сейчас это подобие заметила!

Позволю себе привести еще один пример из собственной жизни.

«Мне тоже было 13 лет»

Я тогда еще не была психологом. У меня разладились отношения со старшей дочерью-подростком. Я никак не могла найти к ней подход. Любые мои попытки наладить с ней контакт дочь просто игнорировала. И однажды я просто предложила ей сесть рядом и поговорить.

Дочь всем видом демонстрировала, на мой взгляд, свою независимость и полное нежелание общаться, но все-таки села на диван рядом со мной. Я не знала, как начать разговор с ней, чтобы опять не наткнуться на выпущенные «подростковые иголки». Обычно дочь говорила: «Ты же мама… тебе не понять…»

Я боялась опять услышать эти слова. И неожиданно даже для самой себя я вдруг поняла: «Она ведь меня кроме как „маму“ и не видит!» И я сказала дочери: «Слушай, давай познакомимся, а? Меня зовут Лиля. Я женщина, мне 35 лет». У дочери, как сейчас помню, округлились от изумления глаза. Она с интересом посмотрела на меня. Я продолжала: «Мне тоже когда-то было 13 лет. Я тоже ссорилась с мамой. Если хочешь, я расскажу тебе о себе еще». Дочь кивнула.

Тот разговор был переломным моментом в наших отношениях, но, конечно, не решил всех проблем. Но дочь явно стала меня видеть не только как маму. А как женщину, которая тоже когда-то была девочкой.

Я тогда совсем не философствовала о «безусловной материнской любви». Я просто хотела, чтобы наши отношения с дочерью наладились. Интуитивно я тогда сообразила, что нужно этот барьер «мать-дочь» убрать. Нужно выстроить какой-то другой мостик. И этим мостиком стало, прежде всего, мое открытие, что в отношениях с дочерью я для нее должна стать не «только мамой».

Я надеялась, что и дочь сделает открытие – на уровне чувств, что мама «тоже человек», что мама «тоже была когда-то 13-летней девочкой». То есть мне тогда стало важно, чтобы мы обе ощутили нашу принадлежность к другим общностям кроме семьи. После этого случая с дочерью я поняла, что для понимания нужно уметь найти что-то общее, что может объединить.

Понимание связано с умением каждый раз найти еще что-то общее, что может объединить.

Но здесь следует кое-что добавить. Это мое толкование тех событий, и такое понимание мне помогло тогда искать новые способы взаимопонимания между мной и взрослеющей дочерью. Моя взрослая дочь сейчас вспоминает тот эпизод иначе. То есть тогда процесс понимания для нее был связан с другими вещами. Но главное, что мы старались найти то, что могло нас объединить.

Наверное, поиск чего-то, что может объединить людей, восстановить связь между ними, можно сравнить с действиями изучающих слона слепцов из известной притчи. Напомню ее кратко. Пятеро слепцов наткнулись на слона. Погонщик, который сидит верхом, говорит: «Отойдите, это слон!» Слепцы, которые столкнулись со слоном впервые, пытаются наощупь понять, что же такое «слон». Для одного, ухватившегося за хвост, слон показался веревкой, и он уверенно пытается остальным доказать, что «слон – это веревка». Другие начинают спорить: «Слон – это стена!», «Нет, слон – это столб!», «Нет, слон – это шланг!» и т. д.

Мы с дочерью тогда напоминали таких слепцов, тоже наткнулись на что-то, что никак не могли понять. У каждой из нас была своя правда, но за ней точно скрывалось что-то единое, что было отражением наших «правд».

Можно даже говорить о том, что именно признание общности дает возможность признания и разницы между людьми. Это основа понимания того, что «каждый прав по-своему». В примере с моей дочерью признание того, что мы обе «были девочками», несколько нас объединило и дало возможность продолжить разговор уже на другие темы, где наши точки зрения различались.

Признание общности дает возможность признания и разницы между людьми.

У детей в подростковом возрасте и их родителей происходит известная всем история – обостряется извечный конфликт отцов и детей, конфликт разных поколений и не только.

Со старшей дочерью он проявился у меня более явно, а младшая дочь, став уже взрослой, спрашивала меня: «Мам, а почему мы с тобой не ссорились, когда я была подростком?»

Я же вспоминаю тот период таким же непростым, как и со старшей дочерью. Да, мы не ссорились. Но я, наученная опытом, уже понимала, что «часть слона – это не весь слон», и терпеливо старалась «изучать всего слона».

Действительно, нахождение понимания и общности между людьми – это непростой процесс. Но это условие подключения к нашей врожденной способности общаться. Наверное, неслучайно «общение» и «общность» – слова одного корня.

Нахождение общности – это условие подключения к нашей врожденной способности общаться.

Любовь – это тоже взаимодействие, общение. Может быть, в основе всех видов любви лежит эта способность – способность обнаруживать общее?

Несчастные гусята из опытов Лоренца удовлетворяются той мамой, которую нашли, и живут себе дальше как живется. Детеныш обезьяны в экспериментах Харлоу «доволен» мамой-мягким манекеном. Животные принимают своих детенышей такими, какие они есть, их детеныши не пытаются своих матерей переделать. Или нам это так только кажется?

Одни люди всю жизнь ищут родную маму, которой не знали, другие бросают своих матерей. Почему? Может быть, важно найти еще и другое ощущение похожести, общности, кроме одного ключевого признака похожести? И что для человека является «самым» ключевым признаком «похожести»?

Упомянутая ранее клиентка, которую соблазнил мужчина, рассказывала о том, что изначально в отношениях с тем мужчиной она чувствовала некоторый внутренний дискомфорт, но подавила его, так как тот действительно изысканно ухаживал. На внешнем плане все было очень приятно.

Почему же клиентка не доверилась своим внутренним ощущениям, почему же «потеряла голову»?

В этом своем поведении она стала напоминать утят из других опытов Конрада Лоренца.

Бьющая мама

В одном из опытов с утятами первым материнским объектом стала механическая деревянная мама-утка. Утята бегали только за ней, не признавая реальную маму-утку, которая их высиживала, но появилась в поле их зрения после рождения гораздо позже, чем «деревянная мама».

Лоренц усложнил опыт тем, что деревянная утка стала бить утят током, когда они забивались под ее деревянное крыло. Утят отбрасывало, но они продолжали неизменно возвращаться к «бьющей маме».

Вот и клиентка почувствовала сразу внутренний дискомфорт, но его подавила, как утята «забывали» об ударе током. Какой же образ ввел женщину в обманчивые отношения? Какое внутреннее подобие притянуло ее к этому мужчине? История клиентки для меня только начинает разворачиваться, и я могу только предполагать, что было движущей силой отношений в этой истории.

С одной стороны, я могу предположить, что эту женщину и того мужчину объединяет недостаток комфортной близости в ранних отношениях, физической и эмоциональной.

Мужчины, в опыте которых была недоступна физически и эмоционально мама, склонны обычно избегать общения, так как инстинктивно они тяжело переживают поражение. Или они подходят к теме отношений очень рационально, чтобы контролировать их. Этот мужчина пошел на тренинги по соблазнению, очень хорошо освоил навыки, но навыки – это всего лишь упаковка, а внутренний образ себя остался прежним.

Женщины обычно склонны при недостатке комфортной близости искать новые отношения в надежде восполнить то, чего им не хватило в младенчестве. Наша психика устроена так, что травма, желая исцеления, притягивает людей с похожим внутренним опытом. Мы можем попасть в ловушку, как тот утенок, который вновь и вновь бежит к деревянной маме-утке в бессознательной надежде, что все-таки она его пригреет, а не ударит током. Именно такое ожидание заложено в существующем изначально образе мамы-утки.

С другой стороны, если бы людей притягивали друг к другу только травмы, было бы довольно просто с этим разобраться. Но всегда есть подводная часть айсберга в таких отношениях. Утенок страдает, он не может понять, что происходит, он движим только инстинктами. У него есть на уровне инстинктов ожидание, что мама-утка, раз у нее есть ключевой признак принадлежности, может обеспечить ему и выживание.

Получается интересная вещь – принадлежность становится важнее безопасности. Может быть, и в вышеприведенном примере отношений мужчины и женщины было нечто большее, чем только травма близости? Может быть, было еще что-то общее, более конструктивное, что «притянуло» их друг другу? Это вопрос очень сложный. Для этого необходимо более тщательное исследование.

Человек обладает способностью посмотреть на себя со стороны и почувствовать, что что-то не так. Именно это свойство человеческого интеллекта – осознавать – помогает человеку искать новые способы понимания себя. Но иногда заглянуть в глубины себя возможно только с помощью другого человека. Клиентка поняла, что нужен взгляд другого и обратилась за помощью. Это достаточно высокий уровень личностной зрелости.

Вспомнила еще один пример из практики. До сих пор, несмотря на постоянные предостережения в различных СМИ, люди идут, как «кролики в пасть удава», позабыв о собственной безопасности в различные секты и пирамиды.

Ушла в секту – за эмоциями

Ко мне обратилась женщина лет 45, взрослая дочь которой ушла в религиозную секту. И никакие доводы не помогли ее вернуть. В процессе беседы выяснилось, что женщина воспитывала дочь одна и старалась, чтобы было «все как у всех». Чего же не хватало дочери?

Почему она не оценила жертвы своей матери, которая ради нее работала на двух работах и так и не построила свою личную жизнь? Мать воспитывала дочь без отца, изо всех сил старалась «дать ей все лучшее». От дочери ничего и не требовалось, кроме как учиться. Пообщаться «просто так» у матери и дочери и времени-то не было.

Так и получилось, дочь выросла, а ничего, кроме кровной связи и хозяйственных дел ее с матерью и не связывало. Не было самого главного – «обнимашек-целовашек», разговоров «по душам». И, видимо, дочь ушла туда, где она получала хоть какие-то эмоции.

В приведенной истории мама была больше занята зарабатыванием денег на «приличную» жизнь, но времени для эмоционального общения с дочерью не находила. Что искала ее дочь в секте? Может быть, ощущения того, что жизнь – это не только физическое выживание? Может быть, что-то еще?

В данной печальной истории у девочки не было знания своего отца. Клиентка была и матерью и отцом своей дочери в одном лице. А девочке, видимо, гораздо важнее было получить еще и образец чистой женственности. Женственность у нас ассоциируется в большей степени с эмоциональностью, мягкостью, гибкостью, расслабленностью. Женщине, обеспокоенной зарабатыванием денег, трудно находить время и силы на проявление своих «женских» сторон личности. Но это возможно, если женщина понимает важность этого.

В идеале для воспитания ребенка нужны оба родителя, нужна общность и с матерью, и с отцом. Жизнь не идеальна, а реальна, и дело вовсе не в том, полная семья или нет, а в том, что у ребенка должен быть опыт знакомства с разными полюсами человеческого образа и опыт их самостоятельного объединения в своей душе.

У людей психологически зрелых, более осознанных эти полюса «мужского» и «женского» – Ян и Инь – присутствуют гармонично в их личности. Но, возможно, ребенку важно обрести свой опыт восприятия этих полюсов в «чистом» виде и самому обнаружить еще общность пары «мама и папа».

В связи с этим настораживает практика усыновления детей однополыми супругами, принятая в некоторых странах. Я в этих решениях вижу участие «голого» интеллекта, потерявшего связь с эмоциональной стороной.

Говоря о важности чувства общности в отношениях между людьми, нужно понимать, что общность – это не что-то формальное, а живой, реальный опыт, который людей объединяет. Опыт, прежде всего, эмоциональный. И, видимо, в поисках реального, живого опыта общности мы и находимся, если его нам не хватило с мамой. Именно эмоциональная устойчивость – основа ощущения реальной внутренней устойчивости.

Эмоциональная внутренняя устойчивость – основа ощущения реальной внутренней устойчивости.

Общность эмоциональная является одной из важнейших составляющих общности человеческой. Она возникает в опыте сопереживания внутреннего эмоционального состояния другого человека, для этого важна способность к эмоциональному диалогу. Об этом в следующей главе.

Бессловесный эмоциональный диалог

Есть голос, который не использует слов. Слушай.

Руми

Наблюдения, подобные исследованиям, проведенным американским психологом Гарри Харлоу, были проведены австро-американским психоаналитиком Рене Шпицем еще раньше (с 1935 г.). Рене Шпиц использовал метод наблюдения и киносъемок. Его исследования показали важность эмоционального опыта, полученного ребенком именно в первый год отношений.

При отсутствии эмоционального опыта на первом году жизни ребенок не мог далее нормально развиваться физически, умственно и духовно. Кроме того, наблюдались нарушения и инстинктивной сферы.

При отсутствии эмоционального опыта на первом году жизни ребенок не может далее нормально развиваться физически, умственно и духовно.

Наблюдения в приютах для младенцев показали, что почти у 40 % детей наблюдались признаки маразма и смерти уже на втором году жизни, несмотря на уход за ними. В приютах младенцев достаточно кормили, но им не хватало телесного и эмоционального контакта. Также не было постоянной опекающей фигуры, которая бы замещала мать.

Рене Шпиц пришел к заключению, что развитие эмоциональной сферы предшествует развитию сферы интеллектуальной. Позже, уже опираясь на упомянутые ранее эксперименты Харлоу, Шпиц пришел к выводу о важности базовой эмоциональной связи – как бессловесного эмоционального диалога матери и младенца. Именно такая, прежде всего, пусть бессловесная, но главное – эмоциональная связь стимулирует развитие в дальнейшем мышления ребенка.

Именно эмоциональная связь матери и ребенка стимулирует развитие в дальнейшем мышления ребенка.

Доказательством верности выводов доктора Шпица является еще один эксперимент. Малышей первого года жизни, которых бросили их матери, отдавали на «воспитание» женщинам с диагнозом умственной отсталости, но способных к эмоциональному общению. Малыши, которые имели «хотя бы такую» маму, показали гораздо лучшие показатели развития впоследствии, чем те младенцы, которые остались в приюте совсем без мам.

Хочу привести пример из первых лет моей практики.

«Вы очень, очень мало со мной говорили»

Ко мне обратилась молодая женщина по поводу собственных сильных страхов. Недавно у них с мужем родился ребенок. Но женщина никак не могла сосредоточиться на нем. Она боялась оставаться одна с ребенком. Эти страхи мешали ей сосредоточиться на воспитании маленькой дочери.

В процессе достаточно длительной психотерапии выявилось очень много претензий клиентки к маме. Во-первых, ее мама скрывала от окружающих свою беременность, боясь осуждения. Это было в советские времена, когда добрачные связи осуждались особо. Во-вторых, у ее мамы не было никаких помощников в уходе за новорожденным, она просто не знала, как с ним обращаться. И маленький ребенок иногда оставался плачущим в своей кроватке совершенно один.

Много сессий я выслушивала эту клиентку, ее невыразимую душевную боль. Я очень старалась ей помочь. Охваченная желанием помочь немедленно, я даже не замечала, что нарушаю правило не давать советов. Я на ее постоянные вопросы всегда отвечала, порой очень многословно. После этих встреч я испытывала огромное чувство вины за то, что я очень много говорила в сессии. Но это повторялось вновь и вновь.

Тем не менее, клиентка стала справляться со своими страхами и даже решила стать психологом. И через несколько лет, при встрече уже среди коллег, она мне сказала о том, что терапия была важна для нее, но «вы очень, очень мало говорили со мной». Я, конечно, была весьма удивлена.

К чему я вспомнила этот случай? Мне кажется, что это хороший пример важности «бессловесного эмоционального диалога». Для маленького брошенного ребенка, который до сих пор жил в душе этой женщины и требовал, чтобы его заметили, было очень важно, чтобы мама «разговаривала» с ним на его языке, – нет ничего важнее этого для ребенка. Язык маленького ребенка – это язык эмоций.

Язык маленького ребенка – это язык эмоций.

Для его понимания не нужно слов, это разговор души с душой через контакт «глаза в глаза». Более качественный контакт – «глаза в глаза» будет, если до этого было достаточно контакта «тела к телу», тех комфортных прикосновений, о которых мы говорили ранее.

И клиентка, вернее, ее внутренний травмированный ребенок, не мог «услышать» моих «умных» советов. Ему нужно было, чтобы с ним «разговаривали» через его чувства, разделяли его боль и страх. Я же поддавалась тогда своему ложному стремлению «причинить пользу» либо руководствовалась «правилами», то есть опять «умничала».

Маленькие дети сначала должны «выучить» язык чувств, эмоций вместе с мамой. Интеллект ребенка, как понятийный аппарат, развивается гораздо позже.

Маленькие дети сначала должны «выучить» язык эмоций вместе с мамой. Интеллект ребенка, как понятийный аппарат, развивается гораздо позже.

Взрослый человек, у которого оказался «провал» в его эмоциональном опыте, которому не хватило этой эмоциональной связи с мамой, будет постоянно испытывать нужду в ней. Эта «эмоциональная дыра» будет забирать всю энергию человека, не давая ему возможности направить внимание на что-то другое.

В той ситуации с клиенткой мне лучше было просто чаще спрашивать: «Что вы чувствуете сейчас? А что именно вы хотите сейчас?» Или просто самой говорить о своей растерянности, о своем чувстве вины. Тогда бы действительно состоялся эмоциональный, а не словесный диалог, который не могла «услышать» тогда клиентка, которая была в плену своей детской травмы.

Прошу заметить, что пришла клиентка со своими страхами после рождения ребенка, появившаяся маленькая дочь стала некоей «кнопкой», которая «включила» травматические воспоминания ее младенчества. Из истории клиентки видно, что травма была связана не только с ее младенческими непереносимыми переживаниями, но и с опытом растерянности и беспомощности ее мамы, что является еще большей травмой для маленького ребенка.

Мама клиентки когда-то подавляла свою растерянность, не зная, что делать с новорожденным ребенком, искала «инструкции», но не могла их найти, и просто отстранялась от своего малыша. Я вела себя в отношениях с клиенткой точно так же, пыталась дать «инструкции-советы», а ее душе требовалось сопереживание.

Насколько же первичная внутренняя связь-подобие воссоздает саму себя вновь и вновь! Клиентка в своей взрослой жизни вновь повторила свою детскую историю. Я как психотерапевт тоже отыграла с клиенткой ее первичную связь.

В моем личном опыте не было истории подобной истории клиентки. Я была с самого рождения окружена любовью и заботой, конечно, не идеальной, но достаточной для того, чтобы у меня всегда был интерес к миру. Но у меня была травма прерывания отношений с мамой на первом году жизни. В своей личной психотерапии я проработала эту травму года через три после истории с клиенткой. Хочу поделиться опытом ее проработки в личной психотерапии.

Потребность в чистом сопереживании

В процессе глубинной психотерапии, где-то на 20–25 сессии после работы с образом в технике символдрамы, у меня поднялись очень мощные переживания собственной ничтожности. Они рационально ничем не были обоснованы. Я не помнила ничего из своей жизни, сравнимого с таким состоянием. Или просто раньше таких чувств я не допускала до сознания.

Это было просто непереносимо. Это было ощущение какого-то погружения на неимоверное дно, какое-то вселенское ощущение беспросветности, вселенской трагедии.

Я была в этих переживаниях достаточно осознанно, так как у меня был достаточный опыт личной психотерапии с этим терапевтом. Но таких переживаний у меня еще не было. Мне было очень непросто. Может быть, даже было что-то мазохистское в этом. Но мне было важно это ПЕРЕЖИВАТЬ. И мне БЫЛО ВАЖНО ЭТО ПЕРЕЖИВАНИЕ РАЗДЕЛИТЬ С КЕМ-ТО, НО МОЛЧА.

Мой психотерапевт очень внимательно слушала меня, в ее глазах было глубокое сопереживание. Мне казалось, что терапевт каким-то образом понимает суть моего состояния. Но в какой-то момент кроме сопереживания я почувствовала что-то другое. То ли жалость, то ли ее испуг. Мне это стало очень неприятно. Потому что исчезло сопереживание.

Душа не хотела жалости. Душа хотела опыта чистого эмоционального сопереживания. Душа хотела бессловесного эмоционального диалога. В моем личном опыте я чуть не потеряла маму в 5–6 месяцев. Оттуда, наверное, то переживание безысходности, которое эмоциональная и телесная память сохранила. Это состояние, наконец, при доверительных отношениях с психотерапевтом, стало осознаваемым и требовало принятия.

И я, видимо, даже имея тогда хорошую заботу и папы, и бабушки, нуждалась именно в маме. И то ощущение исчезновения мамы для меня как младенца было, видимо, потерей и своего первоначального образа, который уже сформировался в отношениях с мамой. Первое ощущение «Я» – ребенка – слито с образом его мамы.

Я пережила те чувства, которые испытывает маленький ребенок, вдруг лишившийся практически «своей души», которая для него и есть его «мама». Исчезновение мамы – это «собственное исчезновение» для ребенка. Оттуда эти ощущения безысходности и ничтожности как ощущения того, что «я – ничто».

Но одновременно ведь это память и о беспомощности моей мамы, которая не могла подойти ко мне. Ее-то и «уловила», видимо, мой терапевт. Я приняла ее растерянность за ее личную слабость. Терапевт действительно мне сопереживала и прочувствовала ту мою детскую ситуацию, но, видимо, в какой-то момент слилась с этим переживанием. Сейчас, имея больший опыт, я понимаю, что очень трудно не слиться с такими ранними переживаниями при возникновении их в процессе психотерапии. Только через осознавание этого «слияния» возможно отделение своей личности от этих переживаний.

Сейчас я понимаю, насколько важно в психотерапии договариваться с клиентом о том, что решение о завершении психотерапевтического процесса должно приниматься на очной встрече. И только на очной. Это гарантия того, что произойдет «расцепление» с опытом травмы. В противном случае захватившие в терапии ощущения могут «как будто» притянуть подобные ситуации в жизни. В этом отражается свойство нашего мозга: устанавливать связи с опытом в реальности, похожим на внутренний опыт. Это функции зеркальных нейронов нашего мозга.

В длительной психотерапии мы часто имеем дело с ранними детскими травмами. А это очень мощный заряд энергии и чувств. Этот поток поднимается из глубин нашего опыта. Он принуждает нас поступать определенным образом. Это невозможно контролировать. Это надо знать и клиенту и терапевту. Здесь высока потребность в бессловесном эмоциональном диалоге, но в обязательном присутствии другого рядом. Такой диалог может помочь восстановить утраченные связи в душе и залечить их.

Для проработки ранних травм нужно достаточно времени, порой необходимо возвращение вновь и вновь на разных уровнях сознания. Вспоминаю еще один эпизод проживания той же своей детской травмы.

«Если останется всего лишь три дня»

Однажды я была на обучающем психологическом семинаре по работе с темой смерти по методу символдрамы. Нужно было в парах выполнить работу с образом «Миру осталось жить три дня. Только вы знаете об этом. Что вы будете делать?».

Работа с этим образом в качестве клиента оставила у меня неизгладимое впечатление на всю жизнь. Когда я доверилась своему воображению и представила, что такой кошмар может случиться, у меня потекли рекой слезы. Первое, что я сделала, – это собрала книги Фрейда и Юнга и запечатала их в несгораемый сейф, чтобы сохранить для потомков или других цивилизаций. Второе – я собрала всех моих близких и друзей за общий стол.

Работа с образом была в паре с партнером, который сопровождал практически бессловесно, время от времени лишь эмоционально поддерживая меня словами: «Да..», «да…». Для меня именно такая работа была целительной.

Человек бессознательно ищет самые разные способы исцеления. Очень часто при нехватке или разрыве эмоциональной связи у человека компенсаторно развиваются другие его сферы, в частности интеллектуальная. Чтение книг, которые заставляют чувствовать, размышлять – один из способов восстановления этой связи экологичным образом.

Когда я училась психотерапии, мой преподаватель говорил о том, что душа ищет исцеления любым образом. Это может произойти через социальный катаклизм. Замечено, что, например, во время войны люди практически не болеют, все силы концентрируются на выживании. Может наступить исцеление через личностный жизненный кризис. Это тоже заставляет искать ресурсы в самом себе, задуматься о многом. Но есть третий путь – через психотерапию, через самопознание. Каждый выбирает свой путь сам.

Сопровождение клиента при его встрече с ранним травматическим опытом очень не просто. Потому что там нет вещей рациональных. Есть абсолютно непонятные эмоции и ощущения, которые вроде бы взрослый «нормальный» человек «не должен» испытывать. Вот здесь-то и важно чистое сопереживание.

Я только сейчас начинаю понимать, что чистое сопереживание – это высочайшее искусство. Могу даже предположить, что настоящее искусство, которое не теряет своей силы веками, основано на чистом искусстве сопереживания, бессловесного диалога с кем-то или чем-то.

Вернемся к истории моей клиентки со страхом остаться одной с новорожденным ребенком. Причина большинства послеродовых депрессий женщин – это травматический опыт своего младенчества. История этой женщины показывает, что «убежать» от своего опыта невозможно, он всегда рядом. Если мы его не осознаем, то он управляет нашей жизнью, если же мы сможем его осознать, принять как есть, исцелить, то можем стать очень эффективными помощниками другим людям с подобным опытом.

Корни настолько распространенной сегодня депрессии, прежде всего, в нехватке эмоционального диалога. Но депрессия может иметь разные «маски». У кого-то она будет выражаться, например, больше через эмоции: тоской, подавленностью, страхом. Другие люди могут уходить в навязчивые действия, зависимости, чтобы только не чувствовать «эмоциональную дыру». Кто-то же заполняет нехватку эмоционального опыта навязчивым чтением книг, уходом «с головой» в работу.

Сегодня наряду с угрожающим увеличением заболеваемости депрессией также растет в мире количество детей с диагнозом «аутизм». В специальной литературе пишется, что причина этого заболевания – нарушение развития нервной системы. Но я предполагаю, что это лишь верхушка айсберга. Значительная часть случаев заболевания аутизмом может быть следствием и нарушений эмоциональных связей, которые существуют в нашем современном мире и косвенно или прямо влияют на развитие мозга.

Сегодня большинство родителей, не обремененных финансовыми проблемами, направляют все свои усилия на интеллектуальное развитие своих детей. Они вкладывают туда и время и средства, порой забывая о том, что качественная эмоциональная связь с ребенком – это основа развития его интеллекта. Неизвестно, как рано нужно учить детей читать, считать и прочему, но уж точно не раньше, чем вы с ними начнете понимать друг друга без слов.

Неизвестно, как рано нужно учить детей читать и прочему, но уж точно не раньше, чем вы с ними начнете понимать друг друга без слов.

Пример из практики.

«Взяться за ум»

Мне позвонили родители учеников 10 класса и пригласили на родительское собрание. Запрос звучал так: «Наши дети отбились от рук. Не слушаются ни родителей, ни учителей. Помогите нашим детям взяться за ум. Они не хотят учиться. Через 1,5 года уже заканчивать школу. Они совершенно не думают об этом. Сделайте что-нибудь как психолог!»

Я выслушала и попыталась донести до родителей, что, возможно, что-то не так в их общении с детьми. Объясняла, что желание учиться – это врожденная потребность нормального здорового ребенка. Если же она вдруг пропадает – что-то не так в эмоциональных отношениях ребенка с окружением.

Я предложила родителям провести несколько встреч по навыкам общения для них самих. Родители ответили, что они люди занятые, и вообще скоро ЕГЭ, детям нужно поступать в вуз и т. д. Я поняла, что до родителей достучаться мне не удалось. К тому же, это было обычное родительское собрание, и они очень торопились домой. Тогда я согласилась встретиться со старшеклассниками.

И вот я пришла к назначенному времени в класс. Прозвенел звонок. Несмотря на это стоял такой шум, что я предпочла сесть и ждать. Ученики-юноши ростом выше меня минимум на голову носились по классу, что-то кричали друг другу, играя в своеобразный «волейбол» сумками и книжками. Девочки, их было мало в этом классе, сидели за партами и с интересом смотрели на меня. Было и несколько ребят за партами, но они предпочитали смотреть в окно или просто сидеть с отсутствующим видом.

Время шло. Я просто сидела и внимательно наблюдала, прислушиваясь к себе. Полетел «к черту» весь мой заранее заготовленный план встречи. Просто не было даже возможности начать. Кричать: «Всем сесть!» – мне уж точно не хотелось. Так прошло какое-то время. Уставшие кричать и тупо бегать по классу, ребята стали усаживаться, кто-то просто ушел.

У тех, кто остался, стал проявляться интерес ко мне. И, поймав небольшую паузу, я поздоровалась и спросила: «А вы хотели бы узнать, что я сейчас чувствую?» Дети остолбенело посмотрели на меня и просто закивали головами, как будто потеряв дар речи. Я ответила: «Я сейчас растеряна. Я не знаю, что делать. Я приготовилась к встрече с вами, но как будто это вам совершенно не нужно. Я в полной растерянности. А можно спросить, что вы чувствуете сейчас?»

И вдруг встает одна девочка и говорит: «Знаете, а меня первый раз в жизни спросили, что я чувствую». Тут я потеряла дар речи. У девочки, которой 16 лет, никто и никогда не спросил, что она чувствует! В каком же мире живет этот ребенок?!

После этого пошел процесс реального общения. Конечно, не все были готовы к такой беседе. Но дети затихли и были готовы общаться. Мне удалось к месту использовать и приготовленные к встрече упражнения. Школьники были готовы еще встречаться, но решение принимали родители.

Я позвонила председателю родительского комитета, которая изначально и обратилась ко мне, и сказала: «У вас замечательные дети! С ними все в порядке!» На мое предложение провести тренинг и для родителей и для детей на том конце не ответили, потом обещали подумать, но так больше и не позвонили.

Желание учиться – это врожденная потребность нормального здорового ребенка. Если вдруг она пропадает, что-то не так в эмоциональных отношениях с окружением.

Вот такая история. Как напоминание еще раз о том, что прежде чем «по уму», надо, чтобы было «по сердцу». В очередной раз я убедилась, что недостаток эмоциональной зрелости ведет к незрелым решениям. Родители оказались захвачены своим желанием обустроить благополучное будущее своих детей, даже не поинтересовавшись их чувствами и интересами. Они очень похожи на «металлических мам», к сожалению.

В то время мобильные телефоны были еще не у всех взрослых. Сейчас дети «бунтуют» тихо, уйдя от родителей в виртуальный мир смартфонов и планшетов. Можно ругать их, а можно подойти к своему ребенку, обнять его, заглянуть ему в глаза и задать вопрос: «Как у тебя дела? Что ты чувствуешь?»

К сожалению, многие родители не всегда осознают, что даже самый маленький ребенок имеет право на собственный выбор. Если выбор ребенка не учитывается, то поведение и эмоциональные реакции ребенка будут неконструктивными, вплоть до антисоциального поведения. Или ребенок может совсем потерять связь с собой.

В свое время на меня, тогда еще очень молодую маму, произвели огромное впечатление слова Януша Корчака, выдающегося польского врача и педагога, о том, что даже 4-летний ребенок имеет право распоряжаться своей жизнью и нужно относиться к нему как к личности. Эти слова заставили меня посмотреть на своих маленьких детей совершенно по-другому.

Корчак говорил о том, что ребенка нужно научить не только подчиняться и соглашаться, но и бунтовать, и возмущаться. Нужно научить ребенка не только любить, но и ненавидеть, не только уважать, но и презирать. Только позволив ребенку проживать всю гамму чувств, можно помочь ему стать собой, проживать свою собственную жизнь. Это есть основа зрелого эмоционального интеллекта.

Для формирования личности ребенка очень важно не только предоставление свободы для самовыражения, но и определенные границы и правила. Границы и правила вводят ребенка в мир людей, взаимоотношений с ними. Без понимания этого развитие ребенка остается на инстинктивном биологическом уровне (вспомните пример с ребенком-«Маугли»). Попустительский стиль воспитания так же вреден для формирования личности ребенка, как и авторитарный.

Современные дети сидят «в обнимку» с планшетами и смартфонами, потому что нет рядом того, кто просто подойдет, обнимет и посмотрит в глаза.

Вспомнился пример из практики про диалог без слов.

«Важно, что я ее обнимаю»

Клиентка, которая переживает непростой кризис во взаимоотношениях с супругом. Она чувствует, что ей не хватает в отношениях с ним ощущения близости. Как будто это не дает ей возможности развиваться. Она ставит перед собой вопрос: а действительно ли она любит своего мужа.

На одном из сеансов при работе с образом поднялась тема обид на маму и чувства вины перед ней. В процессе работы с воображением клиентка в представляемом ею образе ощутила потребность просто обнять свою стареющую маму. Она говорила, что все обиды, все претензии перестали иметь значение. Важны были просто объятия, объятия без слов. Клиентка сказала потом: «Важно, что Я ее обнимаю».

Я тут вспомнила того малыша из экспериментов Харлоу, которому было важно просто иногда прижиматься к своей мягкой маме, а может быть, он приходил «обнимать» свою маму? Видимо, когда насыщаешься объятиями мамы, появляется потребность «обнимать» других.

Растущий ребенок начинает задавать вопрос: «Кто я?» Но первые свои ответы он получает гораздо раньше – в «мягких» объятиях, в бессловесном эмоциональном диалоге, с нахождения «похожести». Позже ребенок начинает подражать маме. Уже грудной малыш сует ей в рот свой пальчик, пытаясь маму «накормить» и быть «как мама».

И ему важно получить «ответ глазами» – «мне очень приятно, я тебя чувствую».

Позже роль «исследователя» становится гораздо важнее роли «грудника», но при условии, что кто-то похожий на тебя рядом посмотрит, улыбнется и скажет с любовью: «Вот это да! Как это у тебя получилось? Попробуй еще раз!»

Даже зная о важности эмоционального воспитания детей, мамы часто не могут почувствовать, что их детям действительно нужно. И можно наблюдать некий вариант «эмоциональной бутылочки». Мамы и папы стараются детям дать все возможные эмоциональные впечатления, подразумевая под этим «эмоциональное воспитание». Что же они делают не так?

Дело в том, что когда ученые говорят об эмоциональном диалоге, они подразумевают обмен эмоциями, а не «наполнение извне эмоциями». Если же мы забываем о таком взаимодействии, то легко превращаемся в вариант металлической мамы с «эмоциональной бутылочкой».

Есть еще один момент. Вы, наверное, встречали таких людей— они вроде наполнены эмоциями, что-то постоянно эмоционально рассказывают. Но после общения с ними чувствуешь себя как-то «не очень». Дело в том, что окружающие им не нужны. Они просто «слили» свое содержимое в вас и убежали дальше. И дети таких мам не могут предъявить к ним никаких претензий. В чем дело здесь?

Напомню о том, что слово «диалог» образовано из двух слов. «Диа» – «через». «Логос» – «слово, смысл». То есть диалог – это некая встреча, в которой происходит рождение смысла. И для понимания собственно материнской роли тоже важно понимание именно этой сути взаимодействия – как «диалога».

Мама – это первая фигура, которая помогает постичь радость и смысл жизни, смысл, еще не осознаваемый интеллектуально, – смысл интуитивно-эмоциональный. Мама создает «девственное», нетронутое пространство для возможности ребенку обнаружить свой первый смысл. Она ничего не дает, но создает условия для встречи с этим миром, задает базовую матрицу смыслов, что жизнь стоит того, чтобы жить.

Мама создает комфортные условия для встречи с миром и задает базовую матрицу смыслов, что жизнь стоит того, чтобы жить.

Задумываясь о современной жизни, я замечаю, как мало сегодня для ребенка мест для таких встреч. Например, порой «заглянув в телевизор» в надежде найти там отдохновение для души, я с разочарованием его выключаю. Помню, что в моем детстве кроме передачи «Радионяня» еще и телевизор был настоящим окном в новый мир, заставляющий душу и ум трепетать и бежать исследовать мир. Телевизор раньше служил местом объединения семьи, соседей, он был местом общения.

В прошлом, конечно, «трава была зеленее и снег белее», но я не времена хотела сравнить, а обратить внимание на то, что сегодня весы качнулись в другую сторону – человек ищет свою уникальность, индивидуальность, а новые технологии людей сейчас все больше разъединяют, в то время как раньше – объединяли. Но парадокс в том, что легче обнаружить свою уникальность, общаясь, находя общее с другими. Рядом нужны другие люди, которые станут «зеркалами» для понимания себя.

Ребенку очень важно иметь опыт «зеркального отражения» родителей друг другом, того, как они, такие разные, находят общее.

Некоторые мужчины иногда посмеиваются над женщинами, которые смотрят сериалы, или когда они «требуют походов» в театр. Они считают это неким «женским капризом». На самом деле речь не о капризе. Женщинам, в силу их ведущей эмоциональной природы, необходимы новые впечатления для расширения диапазона чувств. Им «скучно» в одной и той же обстановке, потому что они по природе своей предназначены помогать в создании пространства для рождения новых чувств и новых смыслов.

Проблема в том, что большинство современных женщин потеряли контакт со своей изначальной женской сутью. Существующие «технологии» часто обращены лишь к технической стороне проблемы: «как понравиться», «как одеться», «как удержать» и пр., но забывают научить самому важному – способности чувствовать себя и выстраивать эмоциональный диалог. Именно это лежит в основе природы женского начала – создавать пространство для эмоционального диалога, «погоду в доме».

Эта способность является от рождения более выраженной у женщин, в силу их материнкой природы, но это совсем не значит, что нужно требовать этого от них. Эмоциональная чуткость хорошо выражена и у мужчин, которые находятся в контакте со своей душой. Именно из них получаются прекрасные психотерапевты. На бессознательном уровне способность к эмоциональной чуткости является врожденной и у женщин, и у мужчин. Мужчинам нужно приложить больше усилий, чтобы ее пробудить, они этому учатся у своих матерей, у своих жен.

И если перейти к отношениям мужчины и женщины, то задача их взаимоотношений – это научиться друг у друга тому, чего «не хватает» каждому из них. Мужчина учится у женщины выстраиванию эмоционального диалога, а женщина у мужчины – искусству интеллектуального постижения. К счастью, этому действительно можно научиться.

Хочу привести один интересный пример.

Огромный букет роз

У моей приятельницы, тоже психолога, возникла непростая ситуация в отношениях с мужем. Его как будто подменили. Он приходил домой, почти не разговаривал. Ложась спать, отворачивался к стенке и засыпал. Она пыталась вывести его на разговор, всячески пытаясь найти контакт. Но ничего не менялось.

Они не ругались, но муж по-прежнему был немногословен и молча засыпал. Она обратилась ко мне за советом. Я ее спросила: «А ты ему доверяешь?» Она ответила, что у нее нет причин не доверять. Тогда я сказала: «Не тормоши его, просто будь рядом, как обычно. Может быть, у него произошла какая-то ситуация в бизнесе, что он не может с тобой поделиться.»

Через неделю-полторы приятельница звонит, едва сдерживая радость: «Представляешь, он вчера пришел с огромным букетом роз! И мы всю ночь проговорили. У него действительно были очень большие сложности в бизнесе, и он не мог даже найти сил на разговоры, со мной».

Ещё один пример из клиентской практики.

Так сильно близко к себе я еще не была

Это было совсем недавно. Ко мне на консультацию приходит семейная пара. У них сейчас новый, но очень непростой этап отношений. В их жизни произошли непредвиденные события. В результате преодоления последствий этих событий у супруга появилось ощущение внутренней силы. Он сильно изменился. Его супруга оказалась не готовой к этим изменениям.

И раньше в их отношениях не все было гладко. Но были некоторые механизмы, когда супругам удавалось манипулировать друг другом и удерживать отношения. Это было тогда выгодно обоим. Но последние события так повлияли на мужа, что он не хотел возврата к прежним отношениям. Да и супруга не видит смысла в прежних отношениях. Новый образ мужа ей нравится гораздо больше, но новые отношения с ним требуют нового образа и от нее.

Они изо всех сил стараются жить по-другому, но не получается. Они никак не могут найти новое, что их бы сейчас объединило. Они ищут новый смысл отношений.

На одной из встреч вдруг зашел разговор о практиках молчания, которые муж дома выполняет самостоятельно. И я решила предложить им обоим на консультации какое-то время тоже посидеть молча, с закрытыми глазами. Посидеть так, чтобы просто почувствовать присутствие другого рядом.

И вот, то ли после этой консультации, то ли еще что-то повлияло, но жена стала дома делать самостоятельно такие упражнения. Может быть, решающим стало то, что вдруг окружающие перестали выслушивать ее жалобы на мужа. И родственники, и друзья вдруг стали ей говорить: «Знаешь, у нас тоже проблемы». После этого она ощутила, что «как будто пропала опора» и «нужно вставать на собственные ножки». Другого варианта не было, кроме как искать опору в себе. И она решилась. По часу в день она стала делать «молчаливые упражнения».

Итог уже первых ее «молчаний» был просто поразителен. Она разрешила мне поделиться тем, что она рассказала. Вот ее слова: «Так сильно близко к себе я еще не была. Это совершенно новый этап в моей жизни, к которому я не решалась подойти до этого. Я осознала, что до этого держала мир на дистанции от себя, не разрешая ни себе к нему приблизиться, ни другим к себе приближаться. Я вдруг, почувствовав и ощутив себя, почувствовала и ощутила, что я не одна. Рядом, оказывается, есть другие люди. Они совершенно не такие, как я. Они – другие».

Она пришла к своему собственному открытию, что РЯДОМ ЕСТЬ ДРУГИЕ ЛЮДИ. На уровне ума она и так это прекрасно знала. Даже могла бы и лекцию прочитать на эту тему. Но вдруг она это ОЩУТИЛА И ПОЧУВСТВОВАЛА НА СЕБЕ.

Очень важным было то, что до того как она «обнаружила» окружающих, она сначала «обнаружила» себя. Для этого нужно было начать прислушиваться к себе, к своим собственным чувствам и ощущениям. Только тогда, когда она начала их осознавать и присваивать себе как собственные, вдруг появилась эта разница – между нею и окружающими.

Я хочу подчеркнуть – ПОЯВИЛАСЬ РАЗНИЦА. НЕ ГРАНИЦА, А РАЗНИЦА. До этого многие годы она стремилась выстроить именно границы, стремясь достичь независимости. Но оказалась в «бункере». А тут вдруг оказалось, что не надо строить бункер, – надо просто разрешить себе помолчать наедине с собой.

Почувствовав себя, она почувствовала и окружающих людей как отличных от нее, как ДРУГИХ. И в то же время она почувствовала СВЯЗЬ С ДРУГИМИ. Это было непросто и очень болезненно – «у них совершенно другие интересы». Это ее испугало. Она вдруг осознала, что у них может быть своя жизнь, без нее.

Но был и еще один очень необычный результат этих упражнений. Она поделилась тем, что плакала недавно оттого, что просто гладила кролика в контактном зоопарке. «Глажу его, глажу. И плачу, и плачу». Откуда-то из глубины души полился поток когда-то невыплаканных слез.

Муж был очень удивлен, он не подозревал, что его жена так чувствительна. Видимо, он ее настоящую до этого не видел никогда, а истинную суть женщины заслоняли стены того самого «бункера». Конечно, те стены, из-за которых женщина не хотела так долго выходить, начали выстраиваться в ее детстве. Так ей было безопаснее. Но там, за стенами, не было радости. Там была иллюзия стабильности.

И вдруг муж захотел новых отношений в семье. Видимо, сам не осознавая того, он расхотел общаться с женой через «бункер», он захотел настоящей близости. И она решилась на выход из своего заточения. Через молчаливую встречу с собой – по часу в день. И этот кролик в контактном зоопарке, возможно, символически отражает ее душу, которая была взаперти, но теперь ее можно было «потрогать».

Я не думаю, что дело только в упражнении. Оно бы не сработало, если бы рядом не было другого – ее мужа, который очень любит свою жену. Мужа, который вдруг захотел вытащить жену из ее крепости, но понял, что насильно этого сделать нельзя. Можно просто быть рядом, как с ребенком, который боится сделать первый шаг. Но этот шаг ребенок должен сделать сам. Но нужно быть рядом. Просто быть рядом. Иначе этот «кролик» может вновь уйти за толстые стены.

Так о чем эта история? Для меня эта история об очень многом. Постижение смысла в семейной паре – это огромный труд обоих супругов. Тот «кролик», который так удивил мужа, «принадлежит» и ему тоже. Муж на той встрече сказал: «Это я всегда плачу, когда вдруг что-то такое происходит, типа счастливого конца в фильме. За тобой я никогда такого не замечал». Это говорит о том, что мужчинам очень важна связь с их эмоциональностью, но они меньше ею управляют.

Крольчонок, который вдруг так неожиданно появился в данной истории, – это потерянная когда-то, но вдруг найденная часть души. У супруги в ее детской истории есть нестабильность эмоциональных отношений с мамой на первом году жизни. У нее подсознательный страх вновь потерять привязанность, а для этого лучше вообще ни к кому эмоционально не привязываться. Но такая защита, как она уже поняла, ведет только в эмоциональный тупик.

У мужа тоже есть похожая история. Ему не хватило со своей матерью как раз эмоциональной связи. Аналитики говорят в таком случае: «Притянулись больными боками». И вот в процессе залечивания «боков» происходит восстановление когда-то утерянной эмоциональной связи со своей душой. Но чтобы залечить раны, нужно обрести силы. Для этого важно в паре обнаружить совместный смысл, общность пары.

Этот мягкий, пушистый, дающий себя погладить и ЖИВОЙ крольчонок – еще и символ возрождения эмоциональной связи в этой семье. Наверное, это некий символ и той нашей человеческой сердцевины, которую уничтожить просто невозможно. Но которая порой так глубоко спрятана, что нужна очень осторожная работа, чтобы, наконец, до нее «дотронуться».

Все эти открытия стали возможными благодаря вот тому самому бессловесному диалогу супруги с самой собой в «молчаливом упражнении». Да, не было в ее личной истории достаточного опыта бессловесного диалога с мамой. Но она решилась сама стать себе «мягкой бессловесной мамой», решившись на эти «молчаливые упражнения». Такие упражнения стали реальной возможностью вернуть самостоятельно себе свою способность слышать себя. Эта история говорит о том, что способность слышать себя есть изначально, от мамы зависит ее пробуждение.

Способность слышать себя есть изначально, от мамы зависит ее пробуждение.

Да, человека отличает от животных его способность мыслить, его интеллект. Но именно эмоциональный опыт – душа к душе, глаза в глаза рядом с другим человеком – основа и условие разумности и человечности.

Эмоциональный опыт рядом с другим человеком – душа к душе, глаза в глаза – основа и условие разумности и человечности.

Любовь, а вовсе не интеллект – «краеугольный камень человечности», – прав был Фрейд, сказавший так еще до всех описанных экспериментов. Развитие эмоциональной связи ребенка с матерью должно предшествовать развитию интеллектуальной сферы малыша.

В связи с темой развития интеллекта детей я вспомнила историю венгерского педагога Ласло Полгара, воспитавшего трех дочерей-вундеркиндов, ставших известными шахматистками. Он хотел доказать, что из каждого ребенка можно воспитать гения. Можно сказать, что у него это действительно получилось. На фотографиях, которые есть в интернете, мы видим жизнерадостные лица девушек-красавиц, которых обнимает отец.

И, может, потому, что они женщины, сестры Полгар еще в юности поняли, что жизнь – это не только шахматы. Они все вышли замуж и родили детей. Наверное, у них победил самый сильный инстинкт в природе – инстинкт материнский. На вопрос о воспитании своих собственных детей дочери Ласло Полгара ответили, что у них нет цели воспитать из них чемпионов. Они добавили, что у них и нет столько времени заниматься со своими детьми так, как это делал их отец. Может быть, для них было важнее обычное человеческое общение с детьми, чем их интеллектуальное развитие.

Когда сестер спрашивали о том, что же помогло им стать чемпионками, они отвечали так: «Целеустремленность, дисциплина, усидчивость, мотивация, знание языков и труд, труд и еще раз труд». Как мы видим, здесь все больше о дисциплине и порядке. И нет ни одного слова об эмоциональной составляющей, нет ни слова об отношениях.

Мне нравится изречение Гете: «Гений – человек, нашедший свое предназначение». С этой точки зрения гений вряд ли бросит дело, для которого он предназначен.

Может быть, все дочери Полгара выбрали в своей жизни то, чего им не хватало для реализации своего предназначения? Может быть, это о том, что нельзя сделать человека гениальным насильно. Свое предназначение можно обнаружить только услышав собственный голос.

Пишут, что отец дочерей-чемпионок на пенсии предпочел быть не рядом с внуками, а жить своей жизнью. Или это дочери так захотели? Это заставляет задуматься. Заставляет задуматься о том, что жизнь – это все-таки не личная спринтерская дистанция. Это еще и связь поколений.

Жизнь не спринтерская дистанция. Это еще и связь поколений.

Родители, стремящиеся к интеллектуальному развитию своих детей, подумайте! Может быть, ваши усилия принесут настоящую радость вам и вашим детям, если вы будете иногда общаться «просто так», без ожиданий. Только такой подход поможет найти вашим детям свое предназначение, а в старости они будут с удовольствием стремиться к общению с вами.

Наши ожидания от детей – это отражение наших нереализованных ожиданий от своих родителей. Мы на самом деле часто бессознательно обращены к своим родителям, а своих детей и не видим по-настоящему. Разорвать этот порочный круг возможно, но только вернувшись в реальность и осознав: наши дети – это наши дети, а не наши родители.

Оставьте между собой и ребенком некоторое пространство, которое он может заполнять сам. Вспомните, что вашему ребенку не так уж нужна «бутылочка» – ни эмоциональная, ни интеллектуальная. Ребенку нужно, чтобы его, наконец, просто заметили, увидели и почувствовали таким, какой он есть.

Чтобы почувствовать состояние другого человека, важна способность к эмпатии. Что это – узнаем в следующей главе.

Эмоциональный диалог и эмпатия

Обычно под эмпатией понимают способность почувствовать реальное эмоциональное состояние другого человека, не захватываясь при этом его состоянием. Это так, но и не совсем так.

Слово «эмпатия» происходит от двух греческих слов. «Эм» означает «в», «патос» – «душевное переживание под влиянием воздействия, перемена». Легче понять значение слова «патос», зная понятие, которому оно противопоставляется. Это слово «этос», означающее «характер, нрав, постоянство». То есть и этос и патос имеют отношение к душевным состояниям. Но патос имеет отношение больше к подвижным, переменчивым состояниям души. А этос – постоянному складу, нраву, характеру.

Почему важно это было уточнить? Потому что в самом понимании способности к эмпатии смешивают две способности. От этого, на мой взгляд, есть некоторые трудности в ее понимании.

Если исходить из составляющих слова «эмпатия», которые выше мы прояснили, то было бы вернее понимать эмпатию как способность чувствовать перемены в душевном состоянии.

Душа – это ощущение связи с нашей индивидуальной изначальной психической целостностью. То есть душевное – это то, что относится ко всей нашей психической целостности, которая отражается и в состоянии нашего ума, и тела, и настроения. Тогда наше понимание эмпатии как способности чувствовать перемены душевного состояния расширяется. То есть это и способность чувствовать кроме перемен эмоционального состояния перемены и в телесном состоянии, и способность улавливать логику рассуждений другого человека, а не только понимать его речь.

Эта способность чувствовать перемены требует уже большей осознанности, поэтому развита гораздо хуже, чем способность просто чувствовать эмоциональное состояние. Способность чувствовать эмоциональное состояние другого человека базируется на нашей врожденной способности создавать модели окружающей реальности.

В число универсальных общечеловеческих моделей входят модели, которые общие у нас с животными, – это модели выживания. С ними связаны так называемые базовые эмоции. Они есть и у животных, и у людей. Существуют разные теории эмоций, которые различают разные базовые эмоции. Но в большинстве моделей считаются базовыми эмоции гнева и страха, напрямую связанные с выживанием.

Способность чувствовать эти базовые эмоции существует у нас на инстинктивном уровне. Мы можем не осознавать, как мы это чувствуем у других и у себя, но в поведении проявлять инстинктивную реакцию на них. Например, в состоянии аффекта человек может быть так захвачен, что потом не помнит, что с ним происходило, но люди рядом будут инстинктивно чувствовать опасность или будут захватываться тем же эмоциональным состоянием. Мы реагируем инстинктивно и именно поэтому управлять базовыми эмоциями очень сложно.

Но мы можем научиться осознавать перемены в состоянии другого человека и себя – проявлять собственно эмпатию – и предотвратить захватывание этими эмоциями. Когда же мы не осознаем перемены эмоционального состояния, то можем захватиться состоянием другого человека.

Это очень важно знать не только психологу. Важнее не столько эмоция, столько то, что вызывает ее. Когда и из-за чего произошел переход к этой эмоции. Эмоция – это всего лишь отражение внутренних душевных процессов, но это не сам процесс. Это как волны на поверхности воды. То, что вы заметили, что поднялись волны, и умеете объяснить, какие они, – это замечательно.

Вам это скорее дает понять, что надвигается шторм. Вы можете найти убежище, спрятаться. Но если вы научитесь замечать еще более ранние признаки приближения шторма и то, что его предвещает, то сможете научиться избегать попадания в шторм вообще. Ведь животные, например, крысы, обладают очень тонким чутьем на перемены, поэтому они лучше выживают.

Нам гораздо важнее уметь чувствовать перемены, чем их результат. Возьмем, например, тему экономического кризиса. Многим людям кажется, что кризис пришел вот так вот неожиданно. Ничего подобного. Кризис не приходит внезапно, просто накапливаются малейшие изменения, которые не все замечают, но в какой-то момент это приводит к качественному скачку.

Часто и человек приходит к психологу разобраться с уже кризисным состоянием, но не для того, чтобы поговорить о нем, а для того, чтобы вернуться в «нормальное» состояние. Его тоже интересуют перемены, но только к лучшему. Представьте, что у вас течет кран, и вы вызвали сантехника. Он пришел и говорит: «У вас течет кран. Давайте поговорим об этом». Конечно, вы можете поговорить об этом, но это мало поможет кран починить.

Реально почувствовать эмоциональное состояние другого человека не всегда просто. Но научиться чувствовать перемены его эмоционального состояния и осознавать связь этих перемен с чем-то более первичным, чем эмоции, гораздо более реальная задача и более полезная.

Люди с тонким чутьем на перемены лучше понимают и свое душевное состояние, и состояние других людей. Это чутье на перемены можно тренировать и развивать. Эмпатия как способность чувствовать перемены может помочь установлению более качественного эмоционального диалога.

Важность постоянства и стабильности отношений

Кроме комфортной телесной и эмоциональной близости с мамой, важны еще ее постоянство и стабильность. Про что это?

Обратимся к другим экспериментам Харлоу. Малыша запускали в комнату, где была только одна «мама». Если в комнате была только «металлическая мама» с бутылочкой, то несчастный детеныш замирал от страха или визжал. Но он не подходил к бутылочке, и к окружающему миру интереса не проявлял.

Чего так пугался малыш? Ведь от молока из бутылочки тоже возникает вполне реальный телесный комфорт – комфорт наполненного желудка. Это тоже вполне приятные ощущения. Это удовлетворяет физиологические потребности. Но малыш и не вспоминал о них!

Когда же снова появлялась «мягкая мама», то малыш тут же устремлялся к ней. И какое-то время не отходил от нее. Только достаточно побыв рядом, он шел исследовать мир. То есть малышу нужно было чувствовать постоянство своей «мягкой мамы», чтобы самому стать спокойнее и устойчивее, а потом перейти к другим своим потребностям.

Дальше Харлоу эксперимент усложнил. В комнате, где были обе «мамы», малыша пугали страшным аппаратом с мигающими лампочками-глазами, издающим громкие звуки и размахивающим своими частями. Малыш от страха сразу же бежал к «мягкой маме».

В поисках убежища он опять-таки не бежал к бутылочке, он устремлялся к своей «мягкой маме». Более того, получив нужную порцию успокоения у «мягкой мамы», он переставал бояться «дьяволический аппарат», а даже был способен нападать на него. Потом он совсем успокаивался и, уже не обращая на него никакого внимания, вновь шел с интересом познавать и исследовать окружающий мир и свои возможности.

Чтобы лучше понять результаты эксперимента, нужно понять, как мы выстраиваем отношения с миром.

Наш мозг оперирует образами, а не реальными предметами и вещами. Связь матери с младенцем тоже выстраивается в его воображении, через образы. В мозге сохраняется как фиксированное впечатление – образ внутренней первичной мамы, которую ребенок видит вовне.

Дальше при общении с миром ребенок постоянно соотносит внутренний образ мамы и внешний. Ему важно, чтобы внутренний и внешний образы совпадали! Это основа спокойствия, уверенности, доверия и безопасности для ребенка до тех пор, пока у него не сформируется своя внутренняя устойчивость. Как только появится достаточная внутренняя устойчивость, ребенок перестанет фиксироваться только на маме.

Мы уже говорили о том, что у животных эту фиксацию изменить невозможно. У человека тоже может остаться фиксация на ранних образах, если у него не было достаточно хорошей матери. Требование постоянства мамы означает, что мамой должен быть один и тот же человек.

Если же «внешняя» мама будет меняться, например, сегодня с маленьким ребенком родная мама, завтра няня, потом бабушка, затем папа и т. д., то мозг ребенка, как компьютер, «зависнет», так как не будет совпадения внешнего с внутренним. Как следствие нарушится внутренний комфорт, возникнет растерянность, страх, паника.

Для еще беспомощного и не самостоятельного малыша необходимо подтверждение вовне внутренне ожидаемого образа мамы. Важно понять, что дело не в том, кто лучше ребенка воспитает и прочее, а в том, что происходит сбой первичной связи в мозге ребенка, когда не подтверждаются ожидания. На первом году, пока еще ребенок беспомощен без мамы, мама должна быть одна и та же – она должна быть постоянной, то есть подтверждать его внутренние ожидания.

Мир стремительно меняется, и сегодня мы живем в обществе активных женщин. Это очень хорошо, что женщины сегодня могут себя реализовать так же, как мужчины, и не замыкаться только на своей инстинктивной материнской роли. Но порой в попытке совместить рождение детей с построением карьеры им приходится идти на компромисс.

Молодые мамы часто вынуждены заводить нянь уже в первые месяцы жизни их ребенка. В этом абсолютно нет ничего плохого. Просто надо помнить, что именно мама должна быть самым главным объектом в жизни ребенка, а не няня. Для этого мама не должна «исчезать» надолго, особенно в первый год жизни. Достаточно комфортный и достаточно постоянный образ мамы обеспечит ребенку более устойчивый и комфортный внутренний образ себя.

Достаточно комфортный и достаточно постоянный образ мамы на первом году жизни обеспечит ребенку более устойчивый и комфортный внутренний образ себя.

С этим же связано понятие стабильности мамы.

Если вдруг даже «постоянная» мама неожиданно «исчезает», особенно надолго, то опять у ребенка будет паника и страх.

Понятие стабильности мамы требует, чтобы исчезновение мамы было переносимо ребенком. Переносимость означает, что ребенок может вновь восстановить при появлении мамы внутреннее ощущение устойчивости.

То есть на первом году жизни мама не должна «исчезать» надолго, чтобы ребенок мог достаточно легко вновь восстановить при появлении мамы внутреннее ощущение устойчивости.

На первом году жизни мама не должна «исчезать» надолго, чтобы ребенок мог достаточно легко вновь восстановить при появлении мамы внутреннее ощущение устойчивости.

До определенного возраста только образ мамы вовне – мама как постоянный и стабильный внешний объект – дает ощущение внутренней устойчивости ребенку.

Нужно достаточно долгое и стабильное присутствие мамы рядом, чтобы уверенность стала внутренним качеством ребенка. Вспомним наблюдения Рене Шпица, сделанные им в приютах для младенцев. Возможно, еще одной из причин смерти и маразма этих детей было непостоянство и нестабильность опекающей фигуры, ведь персонал там достаточно часто менялся.

Нужно достаточно стабильное и постоянное присутствие мамы рядом, чтобы уверенность стала внутренним качеством ребенка.

Не у всех читателей этой книги есть дети. Почему это важно знать и им тоже? Потому что многие наши проблемы, особенно в отношениях мужчины и женщины, зависят от нашего раннего опыта.

В моей практике очень много историй, в которых проблемой была нестабильность отношений в браке.

Супруги никак не могли ни расстаться, ни жить «нормально» вместе. Если они «разбегаются», то через некоторое время их вновь тянет друг к другу.

Но как только они снова вместе, начинаются упреки, претензии и требования. В тени отношений обычно родительские фигуры. Приведу конкретный пример.

Кто с кем разводится

На консультацию пришли супруги, которые хотели развестись. По моей просьбе супруги для описания друг друга выбрали символические предметы из моей рабочей коллекции. Дав описание выбранным предметам, они вдруг увидели, кого они описывают. Оказалось, что «разводятся» «папа жены» и «папа мужа». Именно образы родителей супругов стояли в тени их отношений, мешая мужу и жене по-настоящему увидеть и понять друг друга.

В качестве комментария к сказанному выше остается лишь привести высказывание Макаренко о том, что для того чтобы сделать детей счастливыми, нужно самим родителям стать счастливыми. Другого способа нет.

Вернемся к теме стабильности и постоянства мамы. Стабильность и постоянство мамы важны при переходе ребенка от роли «просто малыша» к роли «исследователя».

В экспериментах Гарри Харлоу малышу для перехода к роли исследователя нужно было получение ощущения достаточного физического контакта с мягкой мамой. Как будто от мамы малыш подзаряжался уверенностью. В психоанализе подобный факт давно замечен – необходимо стабильное присутствие рядом мамы для формирования более устойчивого образа себя у ребенка.

То есть, чтобы решиться исследовать мир, малышу необходимо ощущение своей устойчивости и уверенности. Это ощущение возникает, если рядом есть мягкая мама.

Уточним еще раз, что я вкладываю в понятие «мягкая мама». Это наличие минимум четырех признаков.

• Во-первых, это мама, имеющая ключевой признак общности, – для обезьянки, например, это «шерстность».

• Во-вторых, это достаточно постоянная мама.

• В-третьих, достаточно стабильная мама.

• Четвертый момент – необходимо присутствие мамы. Пока ребенок совсем маленький, ему необходимо присутствие в виде реального физического контакта с мамой. Позже ему необходимо только физическое присутствие мамы рядом в пределах его досягаемости. Как будто мама своим присутствием «говорит» ребенку, что «все в порядке».

Важно наличие всех четырех признаков. «Металлическая мама» тоже была постоянной и стабильной, была рядом, но у нее не было ключевого признака общности, и малыш рядом с ней был в панике.

Мы уже говорили о том, что для младенца комфортный физический контакт с мамой – базовая основа его спокойствия и уверенности, дающая стабильность внутреннего образа тела. Но важна еще и стабильная, устойчивая связь с мамой, то есть мама должна быть физически доступна, пока малыш постепенно не станет достаточно самостоятельным.

Более стабильное и относительно устойчивое телесное ощущение себя появляется у младенца к четырем месяцам, если до этого было «все достаточно хорошо». Тогда и начинает формироваться все более и более устойчивый интерес к миру. Малыш тянет руки к предметам, пытается их намеренно захватить. Для закрепления исследовательского интереса у ребенка необходимо достаточно комфортное, стабильное и постоянное присутствие мамы рядом.

Для закрепления исследовательского интереса у ребенка необходимо достаточно комфортное, стабильное и постоянное присутствие мамы рядом.

Приведу пример.

Навстречу новому опыту

Ко мне несколько лет назад обратился молодой человек, который никак не мог решиться жениться. Он жил в гражданском браке с девушкой. Девушка стала решительно настаивать на оформлении отношений, и у него внезапно поднялась паника. Девушка для него была очень дорога, но как только он начинал думать об оформлении отношений, у него вновь появлялась паника.

В процессе терапии сам клиент обнаружил свой повторяющийся жизненный сценарий: как только он решается что-то изменить в своей жизни, его охватывает состояние ужаса и паники.

На одном из сеансов, при использовании техник глубинной психотерапии, он неожиданно ощутил себя младенцем, который с любопытством тянется к чему-то интересному. Вдруг образ резко пропадает, клиент в панике открывает глаза, но благодаря уже сформировавшемуся доверию между нами удалось образ вернуть.

Он снова ощутил себя младенцем, но уже лежащим на полу и истошно орущим. Рядом никого нет, состояние ужаса, беспомощности и безысходности. В процессе дальнейшей работы клиент смог восстановить связь между двумя частями образа. Оказалось, что когда он потянулся с любопытством за чем-то, то оказался на краю стола, на котором он лежал, и упал на пол с высоты стола.

После сеанса клиент ушел очень удивленным, так как он говорил, что переживания в образе были абсолютно реальные, но он ничего подобного о себе не знает. Я тоже была удивлена, так как в моей практике работы с образами это был первый случай такого раннего вспоминания себя.

Клиент позвонил маме и, не рассказывая ей о своем опыте в терапии, стал расспрашивать о своем младенчестве. Насколько же он был поражен, когда мама рассказала ему о том, что он, 4-месячный, однажды упал со стола, когда она ненадолго вышла за чем-то к соседке. Мамы не было минут 5-10, как она ему рассказывала.

Для беспомощного младенца, который испытывает еще и сильную боль от удара на пол, эти минуты кажутся вечностью. Встреча с первым опытом по исследованию окружающего мира оказалась для него травматичной.

Четыре месяца, как я уже упоминала, это возраст появления у ребенка активного интереса к миру. Очень важна в этот период стабильность мамы и безопасность окружения. И, видимо, тот травматический эпизод в истории моего клиента совпал с его первой «пробой» себя в роли активного исследователя мира. Но этот опыт оказался связанным с падением, ужасом, болью, ощущением оставленности.

Конечно, я далека от мысли, что именно этот ранний эпизод падения послужил причиной того, что молодой человек боится изменений. Подобные случаи с «падениями» можно найти в историях многих. «Достаточно хорошая мама» не будет делать из этого трагедию, а постарается успокоить малыша и вернуть ему ощущение безопасности. Фиксируется такой случай и становится травмой, когда мама никак не может успокоиться и позже из-за чувства вины или страха повторения ситуации излишне оберегает малыша. Такая мама не дает своему ребенку рискнуть и проверить свои силы и возможности. Ребенок «заражается» ее тревогой.

Приведенный пример может служить иллюстрацией того, что мы недалеко ушли от животных в отношении фиксации нашего раннего опыта. И нужна реальная работа, чтобы перезагрузить сценарий более сознательно, осознавая, что у нас сегодняшних уже есть выбор, которого у младенца не было.

Клиенту из приведенного выше примера необходимо было научиться вновь делать шаг в неизвестное, научиться «рисковать». Могут помочь тренинги навыков уверенности в себе и навыков общения. Также нужно проработать подобные реальные жизненные ситуации и отношения, в которых в данный момент жизни находится клиент. Осознать, что в них является повторением ранней травмы, а что самостоятельно ценным и служащим развитию и росту.

Но без глубинной психотерапии они не дадут ощущения цельности нового образа себя. Важно еще терапевтически проработать эмоционально похожие травмирующие эпизоды на протяжении всей жизни. Необходимо снять с них эмоциональный заряд, который накапливался в них из-за повторной травматичности. Просто интеллектуального осознавания недостаточно.

Возникновение внутренней устойчивости – это постепенный процесс, который следует своей логике повторного возвращения. То есть, проработав один раз и на одном этапе жизни, нужно освоить новое понимание и новое реальное ощущение на практике. Позже обычно происходит возвращение вновь к теме травмы, но уже с другим ощущением себя. Пример с другим клиентом.

Повторное возвращение

Мужчина повторно обратился на терапию, но при этом сказал: «Ничего не изменилось, я по-прежнему одинок». Я попросила его сравнить ощущение самого себя перед началом прошлого цикла и сейчас, дав ему выразить их символически. Он был удивлен.

Он вспомнил, что когда пришел первый раз, он был так не уверен в себе, что боялся даже подойти к женщинам. Сейчас же у него есть подруга, с которой он живет вместе. И ощущение одиночества сейчас оказалось несравнимо с тем первым, когда он просто не хотел жить.

На пути развития своей способности самостоятельно обретать внутренний комфорт нам нужны помощники. И маленьким детям, и обычным взрослым часто необходима реальная конкретная физическая связь и поддержка, когда нет близкого человека рядом.

Вспоминается сейчас мягкий мишка или другая мягкая игрушка, которая помогает малышу успокоиться и уснуть. В каждом из нас, даже у самых сильных взрослых, до последних дней живет внутри этот малыш, которому приятно, когда рядом есть кто-то «мягкий», чьи прикосновения и объятия можно чувствовать. Но почему же дети любят все-таки именно мишек?

Я стала искать еще и синонимы слова мех. Первыми вышли по частоте употребления: «мешок, медведь, шкура, шерсть…». Медведь – второй по частоте синоним к слову «мех»! Пример из практики.

«А настоящие-то мишки у вас где?»

Я в своей практической работе использую и различные небольшие предметы: это могут быть и маленькие игрушки, открытки – главное, чтобы они вызывали какую-то живую ассоциацию, эмоции. И вот однажды на мою просьбу подобрать предмет или картинку как ассоциацию на обсуждаемую тему мой клиент долго блуждал своим взглядом по моим полкам.

На них стояло и лежало больше 1000 предметов и еще несколько сотен открыток с различными изображениями. Держа в руках пластикового белого медвежонка, он тяжело вздохнул и сказал: «А настоящие мишки-то у вас где?» Он имел в виду мягкого коричневого мишку.

Меня действительно застал тогда врасплох вопрос клиента, я задумалась. И долго потом искала в магазинах маленького мягкого коричневого медвежонка. По требованиям к подбору предметов экземпляры моей коллекции должны были быть небольшими и не сильно различаться по размерам.

В нашей психике есть глубокие бессознательные основания иметь симпатии именно к мягким мишкам. Вспомним, сколько сказок для самых маленьких, где главные герои медведи. Медведи символически связаны для нас с нашим внутриутробным периодом и периодом первых месяцев нашей жизни. Это время, когда рядом с нами обычно наша мама, и мы, возможно, чувствуем себя так же уютно, как мишки в берлогах, когда сосут лапу.

И возможно, Гарри Харлоу тоже что-то двигало из глубин его бессознательного, когда он вдруг подстелил обезьянкам в клетки махровый – «мохнатый» – материал, а не какой-то другой. В своей работе я всегда поражаюсь мудрости психики, мудрости бессознательного своих клиентов. Действительно, внутри нас есть способность чувствовать то, что именно нам нужно.

Внутри нас есть способность чувствовать то, что именно нам нужно.

Наша психика целостна и способна чувствовать то, что действительно нам нужно, и порой это происходит невероятным образом. Я вспомнила один эпизод из своей жизни, который как раз есть подтверждение того, что мы слышим себя изначально, но этого не осознаем. И наш травматический опыт как будто сам ищет возможности исцелиться.

Репетиция исцеления

Я искала репетитора по английскому языку и зашла познакомиться с одним преподавателем. Как только я вошла в его квартиру первое, что тут же, абсолютно полностью, завладело моим вниманием – это мягкие пушистые живые комочки, ползающие на полу. Это были еще слепые новорожденные котята.

Я совершенно забыла, для чего пришла, дрожащим голосом, боясь, что мне могут отказать, спросила: «А вы их (указывая на крошечных котят) не продаете?» Хозяйка, ответила, будто осчастливленная: «Да просто так забирайте! Вот кошка родила и бросила, сбежала на улицу, не знаю, что с ними и делать». Я, суетливо найдя рубль в кошельке (советские еще времена), сую его в руки хозяйке, до сих пор не веря в свое счастье.

Я сразу беру в руки трехцветный мягкий пушистый комочек, который сразу будто загипнотизировал меня. Совершенно не помню, как мы тогда договорились об услугах репетитора, но помню это крохотное создание, которому даже моя варежка была великовата.

Удивительнее всего то, что я до этого никогда не испытывала к кошкам особых чувств: кошки и кошки. А тут меня совершенно неожиданно просто захватила невероятная нежность вперемешку с реальным страхом больше никогда не притронуться к этому крошечному комочку.

Эта история была бессознательной попыткой исцеления все той же моей травмы «исчезновения» мамы, когда она так внезапно заболела. В это время со мною рядом были мои бабушка и папа. Человеческий младенец до шести месяцев практически «слепой котенок». И, видимо, на маленького новорожденного слепого котенка я и спроецировала свой ранний опыт оставленности и брошенности.

Интересно и то, что нашла я котенка у репетитора. Репетитора дочери тогда пришлось искать потому, что учительница английского языка в ее школе долго отсутствовала из-за болезни, и нужно было «нагонять» пропущенное.

По сути, бабушка и папа были тогда вместо мамы для меня «репетиторами»!

И, видимо, беспомощный котенок – очень подходящий образ для символического отражения состояния души ребенка в том возрасте, когда он еще не мог говорить. Язык нашей души – это язык образов. Иногда послания души мы получаем через сновидения, а иногда таким вот невероятным образом, который кажется случайным совпадением обстоятельств, но за этим скрывается своя особенная логика души.

Теперь я немного (кажется) понимаю всех «кошатниц». Они, возможно, в поиске своей исчезнувшей «мягкой мамы», в поисках способа исцеления своего внутреннего раненого ребенка. Но это всего лишь мои фантазии, «кошачья история» других может быть наполнена совершенно иным содержанием.

Критерий безусловной любви

Итак, возможно ли измерить безусловную любовь?

Эксперименты ученых показывают, что материнская любовь – это врожденный инстинкт.

Вспомним о том, что инстинкт задан наследственностью, то есть генетически. Это предрасположенность к определенным действиям и ожидание от окружения чего-то определенного. Мы говорили о том что у малыша изначально есть ожидания-условия к этому миру, в первую очередь в виде ожидания определенного материнского образа.

Материнский образ пробуждается только через прикосновения матери и ребенка и по ключевым признакам. Наблюдения ученых за детьми показывают, что для развития интеллекта и активного интереса к миру и себе важно предварительное развитие эмоциональной сферы.

Ученые обнаружили, что важны не просто прикосновения и эмоциональная связь с матерью, а их комфорт и достаточность этого комфорта. Также мама должна быть постоянной и стабильной. То есть не должно быть «много мам», должен быть постоянно ухаживающий человек – «главная мама», при этом она не должна надолго исчезать.

Любовь – это взаимодействие, общение, диалог. Мы увидели, что очень важной для диалога является общность. Для того, чтобы ребенок вырос человеком, рядом с ним должен быть человек. Важно такое общение, в котором мать может дать ребенку проявить интерес к миру и свои познавательные способности.

Все, что перечислено выше, невозможно измерить, но можно почувствовать. Почувствовать может только та мать, которая находится в контакте со своим материнским инстинктом.

В основе такой любви лишь одно условие – мать должна быть в контакте со своей инстинктивной материнской природой. Других условий нет. Мне кажется, что такое отношение матери к ребенку можно назвать безусловной любовью. Но это требование не может быть адресовано только матерям, это требование и к обществу, в котором они живут.

Это условие должно соблюдать все окружение ребенка, а не только мать. Но мать может осознать важность такого отношения к ребенку со своей стороны. Мы еще долго в психотерапии будем вынуждены встречаться с последствиями ранних травм, пока не осознаем это условие.

Мы что-то требуем и ставим условия тогда, когда нам чего-то сильно не хватает. Когда же у нас «все достаточно хорошо», мы мало задумываемся об «условиях». Можно предположить, что если в основе первого физического и эмоционального ощущения человека в этом мире было все «достаточно хорошо», то есть достаточно комфортно, то в дальнейшем в жизни он, скорее всего, будет непритязателен к физическим и эмоциональным условиям, будет способен сам себе их создавать, то есть будет сам способен к безусловным отношениям.

То есть ощущение безусловности любви возникает, когда есть достаточный комфорт от взаимодействия.

Ощущение безусловности любви возникает, когда есть достаточный комфорт от взаимодействия.

Достаточность комфорта подразумевает, что комфорт этот не должен быть избыточным, иначе возникает зависимость от него, сосредоточенность только на нем. Достаточность комфорта в отношениях – такой уровень комфорта, при котором есть ощущение безопасности, внутренней уверенности, и когда возникает желание исследовать мир.

Достаточность комфорта в отношениях – такой уровень комфорта, при котором есть ощущение безопасности, внутренней уверенности, и когда возникает желание исследовать мир.

Таким образом, любить безусловно – это так взаимодействовать с ребенком, чтобы у него осталось от взаимодействия ощущение достаточности комфорта, которое побуждает к дальнейшему взаимодействию (но не зависимости) и вызывает активный интерес к миру.

Любить безусловно – это так взаимодействовать с ребенком, чтобы у него оставалось от взаимодействия ощущение достаточности комфорта, которое побуждает к взаимодействию и исследованию мира.

Если в ранних отношениях ребенка не было достаточного комфорта, то сохраняется ощущение внутреннего дискомфорта, ощущение что что-то не так. Это может ощущаться как «недолюбленность», «нелюбимость» и будет заставлять человека вести постоянные поиски любви-комфорта или, наоборот, приводить к отвержению близости вообще.

Нашей потребностью является действительно получение достаточно комфортного опыта в отношениях, достаточно комфортного ощущения себя в них. Именно ощущение достаточного комфорта в отношениях может служить признаком того, что потребность в любви в достаточной степени удовлетворена.

То есть критерием безусловности любви и отношений может служить достаточно комфортное ощущение себя в отношениях и достаточная комфортность самих отношений без ожиданий чего-либо друг от друга. То есть это ОЩУЩЕНИЕ, а не обладание чем-то. Говорят: богатый тот, кому хватает. По аналогии можно сказать, что любимый тот, кому хватает любви.

Критерием безусловности любви и отношений может служить достаточно комфортное ощущение себя в отношениях и достаточная комфортность самих отношений без ожиданий чего-либо друг от друга.

Нехватка комфортной телесной и эмоциональной связи с матерью ощущается лишь бессознательно, так как мы были тогда еще достаточно малы и понятийный аппарат еще не был сформирован. Когда есть недостаток этой ранней связи, мы находимся в постоянном поиске этого так и не обретенного рая на земле, что обретает форму страсти. Вот эту-то страсть мы и принимаем за любовь.

Вспомним, что мать является для нас проводником из мира инстинктивно-животного в мир человеческих инстинктов и творческих возможностей. Тем самым мать позволяет установить ребенку связь со своей биологической природой и природой разумного существа, некий мостик между своей животной природой и разумной природой. Потребность в этом «мостике» задана изначально.

Если эта связь оказалась недостаточно комфортной, то «мостик» неустойчив. Человека кидает то в одну сторону – в инстинктивную страсть, то в другую – в отчужденность от своей биологической природы. Только осознанность может помочь восстановить утраченную связь.

Наше человеческое развитие не идеально, так как не идеален мир, в котором мы живем. Но основанием других форм любви и отношений навсегда останется наш первый опыт отношений с матерью. Целью данной части книги было лишь небольшое исследование этого важного основания.

Исцеление травмы ранних отношений

Где есть развалины,

Там есть надежда найти сокровище —

Так почему же ты не ищешь Божье сокровище

В разбитом сердце?

Руми

Мы живем в несовершенном мире, отношения с людьми порой нам так разбивают сердце, что мы не замечаем, какое сокровище скрывается за этими сердечными ранами. И в отчаянной попытке стать счастливыми мы оттачиваем наш логический интеллект, раскладываем нашу жизнь по полочкам. Но в какой-то момент обнаруживаем, что превратились в некий хорошо работающий и предсказуемый механизм, и нам не хватает радости.

Но жизнь человеческая устроена так, что радость нельзя познать без печали. У большинства из нас было так много печали в раннем опыте, что мы отчаянно убегали от нее в дальнейшем. Мы бежали за новым опытом в надежде найти радость в нем. Но невозможно наполнить чашку свежим чаем, если в ней есть старый недопитый чай. И порой как «старый недопитый чай» в чаше нашего жизненного опыта находятся сердечные раны ранних отношений, которых мы просто не помним, настолько они были ранние.

Пока мы их не осознаем и не признаем как часть нашего опыта, он будет смешиваться с новым опытом и портить его «вкус». Невозможно просто «вылить» старый опыт отношений, потому что он является и частью образа нас самих. Бессознательный образ первичного «Я» как будто сросся с нашей личностью. Это все равно что отказаться от себя самого.

То есть перед нами как человеческими существами стоит необходимость осознавания своего внутреннего опыта как части самих себя и как опыта первых отношений с миром. Но также стоит задача признания разницы между нашим опытом и нашей личностью. Только тогда возможны настоящие изменения.

Необходимо осознать свой опыт как часть самих себя и признать разницу между своим опытом и своей личностью. Только тогда возможны настоящие изменения.

Наш опыт ранних отношений может содержать боль, унижение, чувство использованности. Тогда на уровне глубоких ощущений остается некомфортное ощущение себя, неприятие себя, часто глубоко запрятанное. Чтобы не поддаваться магическому воздействию травмы, нам важна способность к рефлексии – умению посмотреть на себя со стороны.

Рефлексия как основа человеческого интеллекта

Именно в способности к рефлексии состоит отличие человеческого мышления от мышления животных. Именно эта способность помогает нам создавать интеллектуальную модель своего «Я» и новые модели окружающей реальности. Возможно, именно в этом секрет дуальности нашего мышления. Ведь рефлексия как способность посмотреть на себя со стороны разделяет мир на внутреннее и внешнее, приятное и неприятное, светлое и темное и т. д. Такое разделение является основой наших представлений о мире, основой нашего рационального мышления.

Иногда рефлексия на этом и завершается – только на обнаружении дуальностей и противоречий. Тогда и происходит разрыв связей между внутренним и внешним, и интеллект превращается в орудие только, например, внешнего мира, который можно измерить, потрогать и что-то в нем изменить. Или захватывается магией внутренней реальности, крайний вариант этого – уход в безумие.

Такое расщепление происходит, потому что для формирования рефлексии нам нужен другой, кто «отзеркалит» нас. У человека есть врожденная способность разумно мыслить, то есть самостоятельно искать ответы на свои вопросы, но эта способность «включается» через Другого. Именно Другой задает первое лекало для ответов на вопрос: «Кто я?».

Важно, чтобы первые «зеркала» были действительно «зеркалами» и не вкладывали в головы младенцев готовые ответы. Для этого важен бессловесный интеллектуальный диалог между ребенком и его родителями. Здесь большую роль играет уже отец, который помогает малышу выйти из-под власти потребности в «райском» наслаждении телесным и эмоциональным комфортом, выйти из-под власти удовольствия.

Отец помогает ребенку выйти из-под власти потребности в удовольствиях.

Фрейд говорил о том, что важным основанием человечности кроме любви является работа. Работа становится ценностью, когда человек понимает, что ему никто и ничего не должен, что за себя и свое существование он отвечает сам. Прежде всего, это, конечно, работа над собой как способность к познаванию самого себя и самостоятельному направлению своей энергии в нужное русло.

Важное основание человечности – это работа над собой как способность к познаванию самого себя и самостоятельному направлению энергии в нужное русло.

Работа связана со способностью преодолевать внутреннее напряжение и находить самостоятельные решения. В основе этого – способность к настоящей рефлексии, которую можно назвать способностью к бессловесному интеллектуальному диалогу.

Есть одна очень древняя притча. К сожалению, я не нашла первоисточник, передаю как помню.

Бог и пустота

Жил-был Бог. И он был Все. Все было Хорошо. В какой-то момент Богу стало грустно быть Всем. Он сжался от грусти и ушел в себя, и вокруг него появилась Пустота. Оттуда родился наш мир.

Эта притча говорит о том, что новое появляется из свободного пространства. А чтобы появилось это свободное пространство, необходимо фокус переместить внутрь, как бы «сжаться», чтобы обратить свой взор внутрь себя, чтобы освободить внутри свободное пространство между собой и своей привычной личностью, чтобы дать родиться новым связям и в душе, и между миром и собой.

Суть настоящей рефлексии в этом и заключается – дать свободное место в уме для рождения новых смыслов. В развитии интеллекта также важна «безмолвность», чтобы в процессе рефлексии не победил вновь наш травматический опыт.

Безмолвный интеллектуальный диалог и отцовский инстинкт

Эпизод из моего детства.

«Дурацкое» условие

Это было в начальной школе. Примерно в третьем классе, когда вдруг нам стали задавать более сложные задачки «с вопросами», в которых нужно было поэтапно расписать ход решения. Я, видимо, что-то не так поняла и никак не могла решить задачу. Папа сел рядом и мягко спросил: «Что тебе непонятно?»

Я не могу даже ответить, потому что ничего не понимаю совсем! Тогда папа говорит: «Хорошо, тогда прочитай снова условие задачи и скажи, что тебе непонятно». Я сижу и тупо читаю «дурацкое» условие, еще больше тупею, а папа спокойно и мягко: «Ну? Что тебе непонятно в условии задачи?»

Я ничего не могу сказать, потому что «все непонятно»! Папа: «Не торопись, прочитай еще раз. И скажи, что в условии тебе непонятно». Мне показалось, что прошла вечность, я уже почти плачу. Мои подруги уже гуляют, а я тут за этим «дурацким» заданием! И тогда папа медленно, проясняя каждое слово, читает условие. Не успел он дочитать до конца, как я уже выпалила ответ.

Папа: «Ну, как ты быстро все решила!» Я ему: «Папа, ты так понятно все прочитал!» Позже я узнала, что когда мы думаем-мыслим, то любое слово, которое нам непонятно, просто разрывает процесс мышления, и наш мозг, как компьютер, атакованный вирусной программой, просто «зависает».

Папа, читая мне условие задачи, уточнял: «А ты знаешь, что слово „…“ означает?» Как только папа этот «вирус» вычислил, сразу все встало на свои места. У моего папы не было высшего образования, но он прекрасно умел мыслить. Когда я обучалась коучингу, то подумала о том, что моим первым коучем был папа.

Папа, может быть, целенаправленно, может быть, просто интуитивно говорил со мной очень спокойно, мягко и доброжелательно. То есть он общался со мной, а не разговаривал с моими мозгами! Ему было важно, чтобы я чувствовала себя эмоционально комфортно, общаясь с ним. Поэтому я мгновенно решила задачку, когда он помог прояснить мне незнакомые слова. Но при этом он создал пространство для рождения моих собственных ответов, в котором мне НЕ было комфортно, я испытывала сильнейшее умственное напряжение.

Этот пример показывает, что интеллектуальный диалог – это не всегда приятная вещь. Самое главное условие диалога – это создание пространства для рождения своих ответов. Интеллектуальный диалог требует способности справляться с внутренним умственным напряжением и преодолевать его самостоятельно.

Интеллектуальный диалог требует способности справляться с внутренним умственным напряжением и преодолевать его самостоятельно.

Замечено, что дети, которых учили ходить в ходунках, не умеют правильно падать. У них нет этого опыта – падать. Чтобы научиться ходить, надо научиться падать. По сути те дети в ходунках так и не научились ходить. Они научились переставлять ноги. Иногда им это помогает удержаться на ногах. Но не «ходить».

Сегодня на рынке псевдопсихологических услуг достаточно много практик-«ходунков». Например, вам предлагают повторять созданные кем-то другим аффирмации и т. п.

Нас в школе учили алгебре и физике, мы пытались даже анализировать «Идиота» Достоевского, но как-то забыли нас научить находить собственные ответы. А это ведь и есть суть человеческого мышления – обнаруживать собственные ответы. Эта способность передается нам через отцов, но, к сожалению, в нашем обществе, которое было травмировано войнами, так не хватает «настоящих отцов», воспитанных именно отцами. Наши мужчины после войны воспитывались в основном женщинами. Задача матерей в раннем воспитании ребенка в корне отличается от задач отцов. Инстинктивная материнская задача женщины – дать изначальное ощущение комфортных физических и эмоциональных отношений с миром, а задача отца – научить справляться с умственным напряжением, которое возникает внутри при встрече с задачами, которые приходится решать в реальном, порой жестоком мире.

Я считаю эту способность основой инстинкта отцовства, некой способностью быть «твердым папой», но НЕ жестоким.

ИНСТИНКТ ОТЦОВСТВА – способность создать достаточно твердые условия, в которых ребенок способен самостоятельно справляться с внутренним интеллектуальным напряжением и преодолевать его.

Инстинкт отцовства – способность создать достаточно твердые условия, в которых ребенок способен самостоятельно справляться с внутренним напряжением и преодолевать его.

Достаточная твердость, или жесткость, этих условий состоит в том, чтобы сохранять благожелательную нейтральность в отношениях с ребенком, когда он испытывает умственное напряжение, не пытаясь стать для него «бутылочкой» с готовыми решениями.

Если рядом нет такого отца, то приходится выполнять эту роль женщине. И если у нее самой не было опыта отношений с таким «инстинктивным» отцом, то она превращается в «маму с бутылочкой», которая считает, что надо «накормить» готовыми ответами, и чем больше, тем лучше. Вспоминаю еще один эпизод в той же начальной школе.

«Единица» для мамы

Это были самые первые недели в первом классе, когда нас учили писать в прописи различные крючочки и палочки. У меня получалось очень плохо, неаккуратно, «некрасиво» – так считала мама. Она заставляла меня, вырывая листы из тетради и вставляя новые, переписывать и переписывать вновь.

Я плакала, мама очень сердилась и, в конце концов, заставила обвести меня написанное ею карандашом, сказав, что потом сотрет карандашную основу. Я отчаянно сопротивлялась, говоря о том, что нам запрещают в школе стирать резинкой написанное. Но мама не слушала меня и настояла на своем.

На следующий день в школе учительница, проходя между рядами, поставила мне жирную «единицу» на всю страницу в тетради, где был тот «совместный» с мамой текст. Учительница очень спокойно, но доброжелательно сказала мне: «У нас правила – не стирать резинкой написанное, оставлять так, как получилось. Единицу я ставлю за невыполнение этого правила».

Я очень радовалась этой «единице», так как после этого мама больше не приставала ко мне с прописями, позволяя писать так, как получается. Я даже думаю сейчас, что та «единица» была адресована моей маме мудрой учительницей, потому что у меня не осталось никакого ощущения дискомфорта или унижения от той «единицы». Моя первая учительница была очень мудрым человеком. Видимо, у нее был в жизни свой опыт общения с «твердым» папой, который, возможно, помог раскрыть ей свою «твердость».

Моя мама знала своего отца мало, он погиб на войне. И, видимо, ей не хватило достаточного опыта присутствия рядом папы, который мог бы по-мужски и по-отцовски «твердо» быть рядом.

По рассказам мамы мой дедушка был очень сильным, но чувствительным человеком. Мама помнит, как он брал ее на свои сильные плечи. Она запомнила, как ее и всю деревню будили по утрам музыкальные аккорды пианино из клуба.

Дедушка был тогда председателем колхоза и приходил рано утром в клуб, где находилось правление, и играл на пианино. Мелодии он сам подбирал на слух, его никто никогда не учил играть на музыкальных инструментах.

Вспоминаю, что я была на одной конференции, на которой выступал сын Симона Соловейчика, величайшего нашего педагога. Артем Соловейчик рассказывал, что в школе он плохо учился, но отец никогда его не ругал. В доме всегда было много людей, их посещали артисты, художники. И все общались вместе – взрослые и дети. Симон Соловейчик считал, что нельзя ругать ни учителей, ни детей. Главной своей задачей он считал укрепление веры человека в свои возможности, в этом он был «тверд».

Симон Соловейчик – прекрасный пример человека, у которого есть способность доверять способности другого находить свои ответы. Я сейчас подумала, что способность быть «твердым папой» – это способность создавать условия для пробуждения творческой силы ребенка. Может быть, у Симона Соловейчика был рядом такой папа или другой кто-то рядом, кто передал ему это состояние на уровне души.

Сказанное может говорить о том, что в основе материнского и отцовского инстинктов есть нечто общее – способность создавать условия, достаточно комфортные для того, чтобы у ребенка проснулся активный интерес к миру. Мама делает это в большей степени через эмоциональную мягкость, а папа – в большей степени через эмоциональную твердость.

В каждом человеке, повторюсь, на уровне задатков есть и та и другая способность.

Задача родителей – создать условия, достаточно комфортные для того, чтобы у ребенка проснулся интерес к себе и к миру.

Еще один эпизод из жизни.

«Пусть „двойка“ будет счастливой»

Родители моего мужа, когда вышли на пенсию, купили себе дом в деревне, где родилась свекровь. Когда мы с детьми приезжали к ним туда на выходные, замечали, что у одного дома почти всегда стояло несколько машин, среди них были черные «Волги» и другие очень хорошие автомобили. Это было советское время, и «Волга» тогда считалась очень «крутой» машиной. Мы поинтересовались однажды, кто там живет. Свекровь ответила, что там живет одна женщина, о которой у нее сохранилось яркое воспоминание из детства.

В детстве моя свекровь, еще совсем маленькой, ходила осенью вместе со взрослыми на колхозные поля. Возвращаясь домой, колхозники всегда слушали установленный на улице деревни громкоговоритель, по которому передавались новости, в том числе местные, деревенские. В них бесхитростно передавали и школьные новости об отметках детей. В том числе часто звучали и «двойки», которые получали сыновья той женщины.

Женщина нисколько не расстраивалась, а говорила: «Пусть „двойка“ будет счастливой». Мудрая женщина давала своим детям то, что она как мать могла тогда – эмоциональное принятие. Все ее сыновья стали персональными водителями, которые возили министров и прочих важных лиц в правительстве.

Я ничего не знаю об отце тех мальчиков из этой истории. Но у меня есть предположение, что раз все они выбрали одну и ту же «мужскую» профессию, то, возможно, им не хватало отца.

Присутствие рядом «мягких мам» и «твердых пап» разрешает нам «тупить» и получать «двойки». Но не для того, чтобы получать двойки, а для того, чтобы научиться что-то делать самому. И достаточно комфортные условия нужны до тех пор, пока мы после первых падений и шишек наконец не встанем на окрепшие ножки. Правда, это очень непросто – разрешить ребенку «падать» и принимать «дурацкие» решения. Пример из своего жизненного опыта.

Серо-буро-малиновые носочки

Мне повезло, что в какой-то момент воспитания своих детей я вдруг осознала, что со старшей дочерью перегибаю палку— слишком стараюсь, чтобы у нее все было хорошо. При этом ее собственные желания упускаю из виду. И вот свой этот опыт я решила учесть при воспитании младшей сразу, с самого раннего возраста. Уже в 2–3 года я ее спрашивала: «Какие носочки ты хочешь надеть? А какое платье?»

И она могла выбрать совершенно неподходящие по цвету носочки к своему платью (так мне казалось). Мое эстетическое чувство скукоживалось, но я понимала, что разъяснять ребенку про «эстетическое чувство» еще рановато. И она шла в серо-буро-малиновых носочках и розовом платье. Я внутри краснела-бледнела оттого, что люди подумают, что у меня нет вкуса.

Но понимала, что с моим вкусом ребенок не сможет выстроить собственную жизнь. Ей будет нужен собственный вкус, который она должна сформировать сама. Конечно, когда дочь немного повзрослела, я учила ее сочетать вещи. Но сначала важен опыт принятия собственных решений и опыт собственных ошибок.

Вот такая история о моем «бессловесном диалоге». Эта история показывает наглядно, как в моем поведении ярко проявился мой собственный опыт отношений с моими родителями. Опыт с мамой, которая хотела, чтобы все «было красиво», опыт с папой, который позволял мне самостоятельно находить решения, преодолевая внутреннее напряжение. Приведу еще пример из практики.

С человеком все в порядке

Я прошла обучение коучингу в Москве и вдохновленная приехала домой. До сих пор многие не знают, что такое «коучинг», а уж тогда, 8 лет назад, в Уфе мало кто об этом знал. Я решила объявить неделю бесплатного коучинга – пробные 20-минутные сессии. За три дня ко мне записалось 27 человек.

Все было замечательно первые три дня – и клиенты и я получали от сессий удовлетворение. И вот на четвертый день заходит в кабинет очередная клиентка, женщина лет 55–57. Я, «гордая» своим трехдневным опытом, предлагаю озвучить запрос. И женщина начинает мне очень серьезно рассказывать о том, что она разговаривает с ангелами. И что ей порой скучновато, так как соседи с ней не хотят общаться, они ее не понимают.

Тут у меня внутри что-то оборвалось. Думаю: «Вот, завлекла людей, а о собственной безопасности не подумала. Не сделала на входе никакого „фильтра“.» Я имела в виду то, что я как психолог не занимаюсь определенным рядом проблем, которые относятся к ведению психиатрии.

Я на всякий случай задала женщине еще несколько вопросов. Сомнений не было. Я внутри продолжаю «холодеть». Запаса времени нет, скоро следующий клиент. И тут я задумываюсь, а кто я сейчас, если так «затрепыхалась»? И поняла, что раз я обещала коучинг, то я должна быть только коучем, и больше никем, эти отведенные 20 минут.

Я вспомнила также о том, что основной принцип коучинга – «С человеком все в порядке. У него есть вопросы, у него есть и ответы». А задача коуча – помочь эти ответы обнаружить. Мне ничего не оставалось, как признать и основной принцип коучинга, и свою задачу.

Я стала заботиться только о выполнении своей задачи – быть своеобразным островком стабильности и уверенности, который, как маяк, излучает сигнал «все в порядке».

Мне было важно внутри себя ощутить некий главный свой центр. Центр сознания, который «все замечает», но «не ум», поэтому он ничего не сравнивает, не сортирует, не выбирает. Центр сознания, который способен чувствовать, сопереживать, но это не эмоциональный центр. Центр сознания, который устойчив и помогает, как маяк для моряков, уточнить направление тем, что просто светит.

Я просто поддерживающе кивала или поощряла простыми фразами: «И?…», «Да…», «Что-то еще?…». Уже оставалась буквально одна минута. Вдруг клиентка говорит: «А ведь я умею печь вкусные пирожки, а вдруг им понравятся? А?»

Я, не удержавшись, одобрительно кивнула.

Эта коуч-сесссия была самой осознанной из всех проведенных на той неделе сессий, ведь на ней я убедилась на собственном опыте, что действительно у любого человека есть ответы на свои вопросы. Главный принцип коучинга – это принцип невмешательства во внутренний процесс клиента, который основан на доверии его творческой способности.

После этой сессии я также задумалась о сути некоторых описаний душевных расстройств. Большинство из них описывает симптомы, которые проявляет человек во время болезни. Это то же самое, что описывать шторм как волны на поверхности океана. Конечно, описание волн годится, чтобы, увидев подобные, не подходить близко, это помогает не попасть в шторм. Но когда ты уже в океане, остается только, как серфингисту, довериться этой волне.

Этот пример также может быть и иллюстрацией способности быть «мягкой мамой» и одновременно «твердым папой», у которых нет от «ребенка» никаких ожиданий, а есть способность просто быть рядом. Это очень непросто, особенно с маленькими, с больными. Со «здоровыми» и «взрослыми» тоже трудно. Для этого нужно самому быть психологически здоровым и взрослым, чтобы не мешал довериться внутренней силе другого «детский» страх, что «не так поймут», или «родительская» позиция все контролировать и оценивать. Поэтому, наверное, коучинг стоит так дорого. Это требует внутренней взрослости, огромной веры и в себя, и в другого.

Вспомнила еще один случай из практики моего учителя.

Человек – это не его мозг

При обучении символдраме преподаватель рассказывал о том, что он применял работу с образами с девушкой 18 лет, имеющей диагноз «олигофрения». Условием применения метода является уровень интеллекта более высокий, чем при олигофрении.

Но, несмотря на это, девушка в результате курса психотерапии по этому методу показала хороший прогресс. Она улучшила свои навыки самообслуживания, стала более самостоятельной.

А что было бы, если бы признали с самого ее рождения, что она не есть только её мозг!

Эффект символдрамы во многом именно в том, что там не разрешается никак интерпретировать терапевту, а только сопровождать пациента, создавая условия для проявления его творческой силы через воображение. По сути это и есть бессловесный и эмоциональный и интеллектуальный диалог.

Хочу привести еще один пример из своей практики, в котором показан мой непростой путь к нахождению верной позиции в отношениях с клиентом в психотерапии.

«Стерилен, здоров, безопасен для жизни»

Это был клиент с мощным интеллектом, обладающий глубокими познаниями в различных областях. С ним было очень непросто работать. Трудности же были в том, что сложные отношения с миром с самого рождения оказали влияние на его судьбу. В силу различных обстоятельств женщинам он просто не доверял. И в то же время он в них очень нуждался.

Было в этом повторение ранней психологической травмы: ему по вине врачей пришлось находиться с мамой в разных больницах с момента его рождения до 3–4 месяцев. Ко мне на прием он пришел только потому, что попросила его девушка.

У меня уже был какой-то практический опыт, но мне еще не приходилось быть под таким пристальным вниманием настолько мощного интеллекта. Именно интеллекта.

Часто при ранних травмах, связанных с недостатком психологической поддержки и телесного контакта, развивается мощный логический интеллект. Для человека очень ВАЖНО ЧУВСТВОВАТЬ СВЯЗЬ С ОКРУЖАЮЩИМ МИРОМ. Если невозможно чувствовать связь телесную и эмоциональную, то человек изо всех сил – сознательно или бессознательно – старается установить связь через другие каналы, прежде всего, интеллект.

Так вот, интеллект этого мужчины был очень острый, у него было прекрасное логическое мышление. Он мыслил очень неожиданно и нестандартно. И мне приходилось мой ум держать в постоянном напряжении. Я не раз в те моменты вспоминала с благодарностью папу и моего первого учителя в психологии.

Порой мне было сложно угнаться за ходом его мыслей. И оставалось только очень внимательно слушать и задавать уточняющие вопросы. Какие-то применяемые техники и упражнения выполняли только вспомогательную роль. Мне было важно удержать с клиентом контакт, найти с ним общий язык, настроиться на ту «волну», где могла бы произойти «встреча душ».

При мощном интеллекте у него была очень тонкая и нежная душа, которая была вынуждена защищать себя от рождения. Во взрослой жизни он как будто хотел переиграть тот злополучный сценарий и удержать маму рядом. Для него очень было важно, чтобы его женщина была матерью и находилась дома.

В одном из своих стихотворений, которые рождались у него в ходе психотерапии, были такие слова: «Стерилен, здоров, безопасен для жизни. Впрочем, тебя ведь не обмануть, верно?». Они предназначались для его близкой женщины, с которой он тогда был в отношениях. Но они были обращены, в первую очередь, к самому себе, к своей душе.

Это был своеобразный диалог ума и его души. Ум его был, как он признал, «стерилен, здоров, безопасен для жизни», но после контакта с «душой» как будто понял, что себя не обмануть. Невозможно сбежать в «ум» от реальности жизни. Жизнь невозможно контролировать. Ее порой можно только осознавать и осмыслять.

Вот так через стихи просыпалась его душа. И моя работа в оказании помощи ему, в пробуждении этой «внутренней женщины-души» была очень сложной. Мне важно было не превратиться в «кормящую маму», но в то же время помочь в восполнении того опыта, которого у него не было с реальной мамой.

И вот однажды он сказал: «Я понял, что такое психотерапия. Это качественная обратная связь». Я выдохнула. Это не было завершением терапии, но это был момент «встречи». Чтобы эта связь ума с душой стала прочной, необходима очень длительная работа.

Суть моей «качественной обратной связи» была скорее в том, что я в какой-то момент поняла, что контролировать в этих отношениях я точно ничего не могу. А могу только сопровождать, быть рядом, учиться быть рядом.

Когда у человека есть опыт «качественной связи» с окружением, ему легче обрести возможность обретения более цельного знания о себе, о мире. Знания, которое не изолирует от мира, а соединяет с ним. Знания, которое несет личный смысл.

У приведенного в примере клиента уже на другом этапе терапии, когда стал возможен «бессловесный интеллектуальный диалог», в различных формах начала выражаться внутренняя творческая способность. У клиента возникла спонтанная потребность в самовыражении различным образом. Он приносил прекрасные фотографии, рисунки и стихи. На один из сеансов он принес неожиданное стихотворение. Клиент разрешил им поделиться.

Мне бы переписать слова наоборот,

И выдумать мысли в обратном порядке,

И вырыгнуть пищу наружу, обратно,

И схлопнуться в семя, пройти без остатка.

Тогда бы мне вырасти в новую ветку,

Поскольку я знаю живую отметку,

С которой начнется повторный виток

И ветка привьется в повторный росток.

Я выстрою дом и вырасту сам.

Я плотник, я пекаря старший помощник,

Я выпишу буквы в обратном порядке,

Но выглядят символы новой загадкой:

:йокдагаз йовон ыловмис тядялгыв оН

,екдяроп монтарбо в ывкуб ушипыв Я

,кинщомоп йишратс яракеп я, кинтолп Я

,мас утсарыв и мод юортсыв Я

котсор йынротвоп в ястеьвирп актев

И котив йынротвоп ястенчан йороток С

,уктемто юувиж юанз я укьлоксоП

,уктев юувон в итсарыв енм ыб адгоТ

актатсо зеб итйорп, ямес в ясьтунполхс И

,онтарбо, ужуран ущип ьтунгырыв И

,екдяроп монтарбо в илсым ьтамудыв И

,торобоан аволс ьтасипереп ыб енМ

Когда человек начинает больше доверять себе, своей творческой интеллектуальной способности, он не ограничен рамками, он их использует, чтобы обнаружить свой собственный язык. Иногда это может быть язык «наоборот». И снова загадка, но эти загадки человек ставит себе сам. Так он постепенно обнаруживает свой уникальный язык.

Безмолвный диалог и воздержание

Взрослея, человек сталкивается с нормальным сопротивлением среды, а также внутренним конфликтом между устоявшимися привычками, взглядами и требованиями окружения. Это вызывает некомфортное внутреннее напряжение.

Напряжение – важнейшая характеристика для понимания психических процессов. На пути взросления и обретения внутренней силы нормально испытывать дискомфорт внутреннего напряжения.

На пути взросления нормально испытывать дискомфорт внутреннего напряжения.

Чтобы понять психическое напряжение, давайте вспомним физику. В физике напряжение создается разностью потенциалов.

В психике почти то же самое – напряжение возникает из-за разности потенциалов, например, энергии внутренней – «хочу» и требований окружения – «надо».

Мы можем неразумно расходовать нашу внутреннюю энергию на борьбу с ветряными мельницами, как Дон Кихот. А можем «из лимона сделать лимонад». Но чтобы догадаться сделать лимонад, а не кривить физиономию, нужно проявить способность выдержать напряжение между полюсами, это даст возможность рождения чего-то нового. То есть напряжение это источник энергии для рождения чего-то совершенно нового.

Напряжение – источник энергии для рождения чего-то совершенно нового.

Личность человека развивается как раз через такое творческое преодоление внутреннего психического напряжения. Фрейд называл это сублимацией. Он считал сублимацию механизмом защиты от наших биологических инстинктов. При этом происходит переход на более высокий осознанный уровень выживания человеческого существа.

Учение Фрейда является основой всех сегодня существующих научно обоснованных методов психотерапии. Одним из этих принципов является принцип воздержания, о нем нужно знать и клиентам, проходящим длительную психотерапию. Но сначала небольшая история-метафора.

Идет по дороге монашка. Останавливается машина, и молодой священник, сидящий за рулем, предлагает подвезти ее. Монашка очень красива, а священник очень молод. Священник в какой-то момент не удерживается и предлагает монашке познакомиться. Монашка говорит ему: «Отец, вспомните „Отче наш“». Священник смущается.

Но через некоторое время он говорит опять: «Дорогая, мы ведь современные люди. Давайте просто познакомимся». Монашка в ответ: «Отец, вспомните „Отче наш“». Священник смущенно замолкает.

Дорога оказалась долгой. Через некоторое время священник опять делает попытку: «Дорогая, мы ведь обычные люди. Что же будет такого, если мы просто познакомимся». Монашка снова ему: «Отец, вспомните „Отче наш“.»

Это мною переделанный известный анекдот. Через него я хотела донести символическую суть принципа воздержания. Принцип воздержания – это своеобразное «Отче наш» практикующего психолога, он подразумевает невозможность личных отношений между психологом и клиентом, если они находятся в терапевтических отношениях.

Принцип воздержания подразумевает также способность не реагировать импульсивно, а реагировать осознанно. В основе воздержания, прежде всего, – необходимость нейтральности по отношению к симптомам проблемного состояния, которые проявляет в поведении клиент. Опишу посредством примера.

Например, у человека, страдающего алкоголизмом, при воздержании от алкоголя развивается «похмелье» как отклик организма и психики на отмену стимулятора желаемого состояния. Это очень неприятные, часто невыносимые реакции.

Возможно, например, что первый прием алкоголя вызвал у человека состояние раскрепощенности, внутренней легкости, которого человеку не хватало, чтобы комфортно общаться с другими. То есть алкоголь первоначально явился стимулятором вхождения в состояние способности легкого общения.

Позже алкоголь включал автоматически состояние внутренней легкости, но появилась от него зависимость как от внешнего стимулятора. Чтобы избавиться от зависимости, нужно воздержание.

И проявление психотерапевтом воздержания, нейтральности – залог того, чтобы не стать неким внешним стимулятором облегчения проблемного состояния клиента, а помочь ему в процессе терапии обнаружить пусть небольшой, но внутренний ресурс для изменений. Иначе психотерапия может превратиться в «бесконечный анализ» и зависимые отношения.

К сожалению, процесс понимания и освоения этого принципа происходит не так легко и просто. И у меня в практике было достаточно ошибок на этом пути, пока я научилась понимать подлинный смысл принципа воздержания. Путь к этому только через осознанность.

Неосознанность, автоматизм нашего поведения в человеческих отношениях приводит к внутренней дисгармонии, расщепленности. Мой коллега, который много лет работал с зависимостями, заметил, что в процессе терапии очень явно проявляются две стороны личности алкоголика как две самостоятельные личности. Это ярко обнаруживается в позе, движениях, голосе. И лечение зависимости, не только алкогольной, это помощь в обнаружении такого «расщепления» личности. Это не патология, а психологический механизм защиты – расщепление, помогающий нам справиться с внутренним напряжением.

То есть мы можем справиться с напряжением путем сублимации, создавая нечто новое, творчески используя энергию напряжения. А можем использовать расщепление – тогда мы лишаем себя энергии, направляя ее на питание своих комплексов. Следствие – нехватка энергии и поиск ее в зависимых отношениях.

Напряжение в вышеприведенном примере с алкогольной зависимостью связано со сложностью выдерживать чувства и эмоции, связанные с неумением легко общаться. И психотерапевтическое лечение заключается в налаживании способности выдерживать это напряжение, справляться с ним, не приходя к помощи внешних стимуляторов. Для этого и необходимо воздержание, оно помогает выйти из замкнутого круга зависимого поведения.

Небольшое отступление. Одна очень известная притча.

Два монаха и девушка

Приняв обет аскезы, идут вместе по дороге два монаха. Один еще совсем молодой, а другой – уже достаточно поживший и многое повидавший. На их пути появляется горная река.

На берегу стоит молодая красивая девушка. Она растеряна. Вода бурна и глубока, девушка боится, что ее снесет течением. Но ей очень нужно на тот берег. Юноша залюбовался девушкой и хотел ей помочь перебраться на другой берег, но не решился, данный им обет не позволял притрагиваться к женщинам.

Его старший товарищ молча взял девушку на свои крепкие мужские руки, перенес ее на другой берег. Там он ее опустил на землю и пошел дальше по своей дороге.

Долго шли два монаха в молчании по длинной дороге в пустынной долине. И вдруг молодой монах, с трудом сдерживая возмущение, закричал: «Как! Как ты посмел взять ее на руки? Ведь данный нами обет этого не позволяет?!» На что старший его товарищ спокойно ответил: «Я ее оставил там, на берегу. А ты до сих пор ее несешь».

Эта притча очень наглядно показывает суть механизма расщепления. Молодой монах, связанный обетом, испытывал внутренний конфликт между необходимостью послушания обету и желанием притронуться к женщине.

Этот конфликт он решил подавлением одной своей части другой, не выдержав напряжения.

Старший его спутник, скорее всего, тоже испытал подобное напряжение, но смог справиться с ним, не занимая ничью сторону в конфликте своих внутренних частей личности, а исходя из разумности и целесообразности ситуации. Видимо, у него была очень хорошая способность к рефлексии.

Правило воздержания, введенное Фрейдом, было предназначено в первую очередь для исследования причины внутреннего конфликта пациента и выхода из него через осознавание.

Воздержание относилось лишь к симптомам, с которыми должен был справиться сам пациент. По отношению к самому человеку важна была обычная человечность. Известны истории того, как Фрейд мог накормить голодного пациента.

То есть правило воздержания совершенно не означает недоступности, холодности аналитика, и применяется лишь к симптомам проблемы, а не к человеку в целом как личности.

Принцип воздержания применяется лишь к симптомам проблемы, но не к человеку в целом как личности.

Есть еще одна метафора, которую сам Фрейд предлагал для понимания сути правил психотерапевтического лечения. Он сравнивал правила психотерапевтического лечения с правилами шахматной игры. В шахматах есть только несколько неизменных правил, которые касаются формата игры. В процессе же самой игры, используя заданные правила, есть множество бесконечных вариантов ходов. Но формальные моменты очень важны. Как в шахматах, например, это одна и та же доска, ее никто не перекраивает по-своему, и каждая фигура «ходит» только определенным образом.

В остальном игра – это творческий процесс, но возможный только благодаря изначальным правилам. Также и психотерапия – это некое совместное творческое исследование аналитика и пациента, включающее важные формальные моменты, но это не формальная процедура.

Психотерапия – это творческий процесс, а не формальная процедура, но в нем важно соблюдение базовых правил.

Чтобы соблюдать правила, нужно научиться сдерживать желание немедленно получить удовольствие. Фрейд считал принцип удовольствия ведущим в восприятии мира младенцем, более старшие дети уже начинают опираться на принцип реальности.

«Зефирный» эксперимент

В 60-70-х годах прошлого века были проведены исследования в Стэндфордском университете по изучению способности отсрочить удовольствие. В этих экспериментах детям 4–6 лет предлагалось что-нибудь вкусное, но с определенными условиями. Если дети могли терпеливо подождать и не есть сразу предложенный зефир, мармелад или печенье, а подождать минут 15, то они могли получить сладостей в два раза больше.

Наблюдения за участниками того эксперимента продолжались и дальше – до 2011 года, и оказалось, что жизнь тех их них, кто смог дождаться и проявить терпение, складывалась гораздо благополучнее, успешнее, выше был уровень активности их мозга в середине жизни. Стоит над этим задуматься.

Материнский и отцовский принципы

Принцип воздержания, такой, каким его предложил Фрейд, на мой взгляд, это в большей степени «отцовский» принцип. Не случайно у Фрейда ключевым мифом его теории является конфликт между отцом и ребенком. Способность справиться с внутренним напряжением формируется у ребенка благодаря отцовской фигуре примерно с трех лет, при верном воспитании к семи годам эта способность на базовом уровне сформирована. Именно в этом возрасте ребенок готов к школе, в которой существуют достаточно твердые правила.

Если у человека есть травмы отношений до трех лет, то его способность выдерживать напряжение в психотерапии снижена. Необходима сначала своеобразная «материнская» модель психотерапии, где основное внимание уделяется формированию более комфортного базового ощущения себя у клиента. Неслучайно сегодня очень популярны телесные практики, которые способствуют осознаванию и принятию человеком телесного образа себя.

Иногда наш первичный образ себя представляет такое хитросплетение, что нужна очень долгая и кропотливая работа по восстановлению связей с истинным образом себя, а не тем образом, который возник в результате травмы.

Травматический опыт, связанный с ранними отношениями, – это опыт бессловесного существа, еще не умеющего мыслить и говорить осознанно. Маленькому ребенку очень важен комфорт от прикосновений, комфорт эмоциональной связи с мамой – это его самая насущная и неотложная потребность, которую он хочет инстинктивно удовлетворить сразу и немедленно.

Именно в результате опыта приятных телесных прикосновений, приятных эмоциональных «прикосновений» формируется у ребенка комфортный образ внутреннего ощущения себя. Этот сформированный в первые месяцы жизни комфортный внутренний образ себя служит основой хорошей самооценки человека в жизни.

Комфортный внутренний образ себя, сформированный в первые месяцы жизни, служит основой хорошей самооценки человека в жизни.

И в психотерапии ранней травмы важно фокус направить в большей степени на ресурсную составляющую психотерапии, на удовлетворение потребности во внутреннем комфорте, а не на решение внешних задач. Иначе может начаться повторное и более усиленное отыгрывание травмы. Приведу историю, где первичный образ себя очень травматичен.

«Неизъяснимая грусть в красивых глазах»

Ко мне обратилась молодая женщина, на вид ей было лет 25–27, но оказалось 35. Поражали ее большие красивые глаза, в которых была какая-то неизъяснимая грусть, которая никак не вязалась с ее милой улыбкой. Она обратилась ко мне за советом о том, как ей быть. Вместе с ней с недавнего времени в ее однокомнатной квартире жил брат, который младше ее на 13 лет. Ему негде стало жить после того, как он попал в неприятную историю, из которой сестре удалось его с трудом вытащить.

Выяснилось, что личная жизнь клиентки не складывается. У нее появился молодой человек как раз тогда, когда случилась эта история с ее братом. Девушка чувствует сильный внутренний конфликт. В процессе знакомства выяснились следующие детали ее истории.

Замужем никогда не была, отношения с мужчинами для нее были травматичны с детства. Отец сильно выпивал и бил мать при детях. Мать, женщина замкнутая и необщительная, забывалась в работе. Дети были предоставлены самим себе, но ухожены и накормлены.

Пятнадцатилетнюю, ее отправили учиться в училище в незнакомый город совершенно одну. Она была по своему характеру очень стеснительна, а тут еще и незнакомая городская жизнь. Она попала в ситуацию, в которой не смогла постоять за себя и была изнасилована. Ситуация изнасилований повторялась еще неоднократно. Сколько себя клиентка помнит, ее никогда не покидало ощущение одиночества и тоски.

В процессе длительной внутренней работы (в течение двух лет с перерывами), когда казалось по всем признакам, что идет «выздоровление души», в одном из ее образов вдруг появился маленький мальчик примерно полутора-двух лет. Это было очень радостное и безмятежное состояние, когда она представляла, что играет с ним.

Вдруг образ резко оборвался. Клиентка открыла глаза и заплакала. Плакала она долго и очень горько. Когда она смогла говорить, то рассказала, что этот мальчик напомнил ей родного братишку, умершего в возрасте около двух лет. Когда он умер, ей было всего три-четыре года. По ее редким воспоминаниям, братишка был единственным человеком, с которым она в раннем детстве чувствовала состояние радости.

Внезапная смерть братишки была для моей клиентки просто невыразимой трагедией. Клиентка сама предположила, что именно со смертью братишки в ее детской душе появилась огромная «черная дыра», неизъяснимая тоска. Она осознала, что за ее желанием умереть, которое периодически внезапно появляется у нее, стоит потребность воссоединения с братишкой, чтобы восстановить то ощущение радости, которое ей дарило общение с ним.

Она поняла также, что ее, порой навязчивое, желание заботиться о втором брате как-то связано с трагической историей с первым братом. Но с этого момента терапия как будто опять уткнулась в тупик. На рациональном уровне клиентка осознавала, что должна жить своей жизнью, а ее брат – своей.

Но как только она решала поговорить с братом и матерью о том, что ей нужно строить свою собственную жизнь, происходили какие-то невероятные «сюрпризы» с ее братом, и она снова включалась в его «спасение». То вдруг заболевала мама, и клиентка не хотела ее расстраивать.

Эта история еще не закончена. Ранняя душевная травма, которая таким образом раскрылась в процессе, требует очень осторожной работы. «Препарировать» психику ни в коем случае нельзя, а нужно довериться ее мудрости и сопровождать этот процесс, не вкладывая никаких ожиданий. Иначе возможна повторная травматизация.

Данная история говорит о том, что были переоценены и терапевтом, и самой клиенткой возможности внесения в жизнь кардинальных изменений. У клиентки еще не была сформирована внутренняя устойчивость. Этот пример – еще одна иллюстрация того, насколько ранние впечатления влияют на формирование образа себя в настоящем и не дают возможности идти навстречу собственным интересам. В раннем образе «Я» клиентки образ ее матери, которая позволяет себя унижать и бить и не может постоять за себя.

Человеку также важно чувствовать, чтобы его «видели». Это отражение другой изначальной потребности человека как социального существа – чувства «нужности» другим, «полезности» себя для других. В роли заботливой старшей сестры мама ее «видела», она в этой роли была «полезна и нужна». Именно потребность в «нужности» и «полезности» нас делает людьми, так человек познает вложенные в него от природы уникальные возможности, присущие только ему. Но «нужность» и полезность другим людям оказались для клиентки связанными с травматическим опытом.

Если вновь вернуться к истории этой клиентки, то до сих пор основанием ее личности служит необходимость заботы о брате. Она по-матерински заботится и о своем втором брате, уже взрослом, пробует устроить его жизнь, потому что об этом просит мама. Это та роль, в которой мама реально ее видит. Эта роль дает ей почувствовать свою нужность, а через это – реальную связь с миром.

Потеря этой роли и этой связи в опыте клиентки закончилась однажды катастрофой, когда умер ее первый братишка. Но та первая история связана и с ощущением радости, самым первым чувством нужности маме. Вот такой конфликт. Он неразрешим с точки зрения того раннего опыта маленького ребенка.

Для разрешения этого внутреннего конфликта тоже необходим принцип воздержания, но отнесенный к желанию получить удовольствие немедленно и сразу с помощью внешних стимулов. Необходима «материнская» стратегия, чтобы создать те условия, которые помогают получить удовольствие, ощущение внутреннего комфорта, но не через психотерапевта, а через ту внутреннюю работу, которую предлагает клиенту терапевт.

Хорошо подходят здесь различные арт-терапевтические техники – рисование, музыка, представление образов. Человек спонтанно в жизни сам удовлетворяет эту потребность, например, рассматривая красивые пейзажи, отдыхая на природе, общаясь с приятными людьми.

Терапевту и самому клиенту нужно быть неторопливыми по отношению к формированию резких перемен в жизни. Прежде нужно дать, где это необходимо, возможность подпитки, мягко побуждая к новым стратегиям.

Как метафору можно использовать следующий пример. Маленького ребенка нельзя торопиться сажать раньше времени, он сам должен научиться присаживаться, это должно идти изнутри. Но важно «снаружи» мягко побуждать, чтобы ребенок тянулся за игрушкой и таким образом развивал нужные мышцы. Только после того как эти мышцы окрепнут, и внутреннее побуждение будет устойчивым, можно ребенка сажать. Иначе, даже если он научится сидеть, мышцы и позвоночник будут сформированы неправильно, там останется излишнее внутреннее напряжение.

Пример из практики.

Клиент был озабочен судьбой младшего брата, который был неустроен в жизни. Клиент сам человек очень успешный, владелец своего бизнеса, настоял, чтобы его брат бросил работу и начал свое дело. Несмотря на опеку и материальную поддержку старшего брата, младший не смог успешно реализоваться. Более того, младший брат после неудачи сильно запил.

В приведенном примере, скорее всего, у младшего брата был изначально травмирован внутренний образ себя. Резкие перемены в жизни привели только к ухудшению его состояния и к очередной жизненной катастрофе. Поэтому, ставя перед собой жизненные задачи, нужно «трезво» посмотреть и на свое изначальное состояние, и на свои ресурсы.

Это ни в коем случае не говорит о том, что травма мешает реализоваться. Это о том, что прежде чем идти навстречу переменам, нужно позаботиться о ресурсах. Поспешать нужно медленно. Вспомним слова Экзюпери:

«Научи меня искусству маленьких шагов.

Сделай меня наблюдательным и различающим, чтобы в быстроте будней вовремя останавливаться на тех открытиях и опыте, которые мне необходимы».

Так и в психотерапии клиент должен понимать, что невыносимые переживания раннего травматического опыта «торопят» его к изменениям, но спешка дает обратный эффект.

Клиенту тоже нужно научиться быть воздержанным, не требовать от терапии быстрых изменений, довериться психотерапевту, который поможет пережить вам травму более осознанно. Это как путешествие героя в сказках, где важный этап – это встреча с чудовищами, которые охраняют сокровище. Но до встречи с чудовищем происходят встречи с символическими помощниками. Психотерапевт и помогает клиенту подойти к встрече с «чудовищем»-проблемой, обретя необходимые внутренние ресурсы, которые и являются внутренними «помощниками».

Для понимания роли травмы хочу привести еще одну метафору. Раковая клетка делится и воспроизводит саму себя, она застряла на уровне выживания себя как отдельной клетки, потому что у нее нет связей с другими клетками. Человек, потерявший возможность найти в своем окружении связи с другими людьми, потерявший связь со своими внутренними ресурсами, уходит в себя точно так же как раковая клетка, воспроизводя вновь и вновь свою травму.

И исцеление ранней травмы – это и помощь в восстановлении простых, конкретных, но продуктивных связей человека с его окружением, это восстановление его внутренних связей с прошлым опытом. Помощь в этом – работа с психотерапевтом.

Такая работа поможет признать все чувства в душе, связанные с опытом психологической травмы. Мы так сильно «цепляемся» за травму, потому что этот опыт «замешан» на противоречивых ощущениях и эмоциях. Порой они и комфортны и дискомфортны одновременно. Это мешает занять по отношению к ним определенную позицию. Отсюда навязчивые жизненные сценарии и ощущение невозможности изменить ситуацию.

Мы так сильно «цепляемся» за старые модели отношений, потому что они «замешаны» на противоречивых ощущениях и эмоциях. Именно это противоречие делает наши сценарии навязчивыми и создает ощущение невозможности что-то изменить.

Важно осознать существующее внутреннее противоречие как в раннем опыте, так в отношениях сейчас. Клиентке из приведенной ранее истории для освобождения от навязчивого сценария необходимо признать и свою навязчивую роль в сегодняшних отношениях с матерью и братом, и в других отношениях.

Но для этого нужна определенная эмоциональная зрелость, сила личности, чтобы не свалиться в обвинения или в отчуждение. Нужно в реальных отношениях с близкими научиться обнаруживать новые смыслы и новые роли, нужные сегодня. Для исцеления нужен совместный процесс взросления и нового сближения со своими близкими и значимыми людьми, посредником в котором может быть психотерапевт. Исцеление ранних травм в одиночку очень сложно, для этого необходима помощь профессионального специалиста.

Исцеление ранних травм в одиночку очень сложно, для этого необходима помощь профессионального специалиста.

Но, выбирая психолога, нужно помнить, что часто профессию психолога выбирают люди психологически травмированные. В этом нет ничего плохого, именно такие люди способны понять и боль другого. Но опасно, когда они не осознают своих травм, не проходят свою личную психотерапию. В этом случае они не могут реально помочь, пока не исцелят свою травму. А иногда, при невыполнении других требований профессии, могут даже навредить.

Клиентам с ранней травмой отношений особенно важен психотерапевт, с которым будет по-человечески комфортно. Конечно, важно, чтобы это не были зависимые отношения. Для этого нужен контракт с терапевтом, устный или письменный.

Наша человеческая суть еще только проходит свое становление. В том, что наш ранний опыт травматичен, нет вины конкретной матери и ребенка. Но есть необходимость принятия ответственности каждым из них за осознавание этого опыта. Это позволяет решиться на простые и конкретные шаги навстречу реальности.

В том, что наш ранний опыт травматичен, нет вины конкретной матери, нет вины ребенка. Но есть необходимость принятия ответственности каждым из них за осознавание этого опыта.

Иногда такая работа доступна через психотерапию, но есть и другие способы разрешения траматических отношений. Об этом в следующей главе.

Альтернативные способы помощи при психологических травмах

Вспоминаю один пример. Я проходила обучение медиации – это процедура урегулирования споров и конфликтов. Преподаватель рассказала нам очень интересный случай из семейной медиации, который произошел в Италии.

Денежная компенсация

На медиацию обратилась женщина лет примерно шестидесяти. Она вдруг осознала, как сильно повлияла на ее жизнь и лишила многих возможностей травма сексуального соблазнения ее отцом в детстве. С отцом она не общалась долгие годы. Но тут ее не могли отпустить вдруг нахлынувшие сильные чувства агрессии, горечи и обиды. Она не могла никак успокоиться и решила пригласить отца на медиацию. Отец, которому уже было за 80 лет, согласился.

В процессе медиации стороны пришли к взаимовыгодному решению. Дочь получила денежную компенсацию, достаточно высокую, а отец избавился от чувства вины, которое его тоже мучило эти годы. Нам может показаться это несколько необычным. Но суть медиации – не поиск «правильных» способов, а нахождение подходящего обеим сторонам взаимовыгодного решения конфликта.

В результате данного урегулирования отец и дочь смогли общаться друг с другом как родные люди.

Я вижу за медиацией большое будущее. Подход медиации подразумевает ответственность людей за то, что происходит «здесь и сейчас», без взаимных упреков и обвинений. Суть процесса – выявление при помощи медиатора истинной причины конфликта сторон «здесь и сейчас» и поиск выхода из этой ситуации в настоящем времени. Искусство медиатора и заключается в том, чтобы помочь людям сохранять разумность, не сваливаться в «детские» игры и исходить из более зрелой позиции.

Мы все заложники этого невероятного эксперимента по рождению и становлению человеческого существа. Но у нас есть выбор. Первый выбор – стать своеобразными «учеными» – наблюдать, осознавать, что происходит с нами, создавать новые идеи и смыслы. Второй – продолжать жить в мире иллюзий и бегать за своей «деревянной мамой», ругать ее за то, что «бьет током». Но можно заметить вокруг реальных людей, с которыми сегодня можно договориться.

Важно помнить, что «договориться» – это не вернуть ощущение желанного рая, а найти способы жить и развиваться дальше из тех возможностей, которые есть сейчас.

Договориться с другим – это найти способ жить и развиваться дальше из тех возможностей, что есть сейчас.

Когда мы используем свой выбор – выбор замечать то, что есть в реальности, тогда наша жизнь действительно становится настоящей. Наша жизнь не будет идеальной, совершенной, но она будет настоящей. Хочу еще раз обратить внимание на то, что зрелая способность справляться с конфликтом основана на способности справляться с внутренним напряжением, но если не получается, то обратиться за помощью к другим.

Познание себя, или Бессловесный диалог с миром

Самое непостижимое в этом мире – это то, что он постижим.

Альберт Эйнштейн

Формирование личности человека требует обязательного присутствия рядом другого человека. Это очень долгий процесс, который включает формирование и биологических, психических, интеллектуальных и других функций и способностей. В процессе этого формирования личности создается в нашем мозгу система связей с миром. Создается нами еще будучи младенцами на основе установления самой первой связи с миром через маму. В процессе развития этот образ себя и мира все больше уточняется.

Уже с рождения у каждого человека таким образом закладывается уникальная структура мыслительного аппарата. Это одновременно универсальная, но и очень индивидуальная и уникальная система обработки информации. Внутри возникает своеобразная карта, которая служит человеку путеводителем в окружающем мире и мире отношений.

Уникальность ее в том, что каждый человек использует в качестве базовой модели свою уникальную пару «младенец-мать». Поэтому эта внутренняя карта у каждого человека неповторима, именно она и создает уникальность каждой личности.

И каждый человек видит мир через призму этой своей уникальной внутренней карты. Поэтому, чтобы познать мир, нужно действительно познать себя. Остается только поражаться мудрости древних, которые призывали к этому сотни лет назад.

Познание себя происходит через постепенное разделение первичного образа, созданного нами, от реальной матери и от реального мира. И только осознавая – наблюдая и исследуя – свою реальную маму, реальные отношения с ней и с окружающими, мы можем лучше понять и отделить то, что принадлежит собственно нам самим, а что – маме и миру.

Можно не «копаться» в себе, в своих истоках и довериться просто потоку жизни. Но и в таком случае именно осознавание и признание базовой связи себя с миром, как объективного и непреложного основания, поможет сохранять чувство внутренней гармонии и счастья.

Но все-таки в процессе эволюции возник мощнейший инструмент познания себя и мира – наш разум, такой Богом данный талант нельзя «зарывать в землю». Важно только понять, что он помогает нам ориентироваться в жизни, но, с другой стороны, он же эту жизнь и «создает». Трудно удержаться и не вспомнить библейское изречение: «Человек создан по образу и подобию Божьему».

Можно сказать, что «Бог», по чьему «образу и подобию» мы созданы, – это некий идеальный образ человеческих возможностей, существующих в нас изначально. Великий психолог Юнг, возможно, именно это называл объективной психикой. В каждом из нас есть некая «искра Божья» от этого идеального образа, который объективно существует.

И получается, что реальная мама или те, кто нас окружает изначально, могут «зажечь эту искру Божью» или не дать ей зажечься. Дело как будто в маме, но вовсе не в маме, потому что мама – это не Бог. Единственная истина, которую подтверждает наука, это то, что в основе нашего восприятия мира – та первичная связь с мамой, которую мы сами и создали.

Но мы наивно, будучи взрослыми, ожидаем от мира, что он будет нашей «мамой», забыв, что того «первого мира» вовне уже давно нет. Он есть только в нашей внутренней реальности – в нашем воображении и памяти – в виде нашей самой первой модели мира, самой первой карты отношений.

Когда мы ощущаем себя «продуктами», следствиями того, что произошло в окружающем мире, мы забываем, что как нельзя вырастить из семечка моркови яблоню, так и в человеке невозможно проявить то, чего в нем не было изначально.

В осознавании того, что человек сам создает свою реальность, что он «творец», есть опасность ухода в другую крайность. Когда мы безоговорочно считаем себя творцами реальности, то сваливаемся постепенно в манию величия и отрываемся от реальности. Вот тут для проявления подлинного творчества необходимо уметь находиться в бессловесном интеллектуальном диалоге – в некотором внутреннем безмолвии.

Создатели нейролингвистического программирования говорят, что «карта – не территория». Да, карта – не территория. Многие, осознав это, предлагают создавать новые, так называемые «позитивные» модели реальности, пытаясь себя и свою жизнь «перепрограммировать» по образцу других, так называемых «успешных» моделей.

Но такая перезагрузка жизни, которая исходит лишь из прямолинейных логических рассуждений, помогает лишь частично и временно, так как обращена только к одной стороне нашего разума. Представьте, что мне вдруг не нравится дом, в котором я живу. А вызывает восхищение и зависть дом соседа. И я буду пытаться изменить свой дом, копируя дом соседа. Вряд ли из этого что-то получится. Закончится это, скорее всего, разрушением собственного дома, так как дом – это целостная конструкция, в которой части определенным образом связаны.

Это нужно осознавать, когда вы стремитесь к решительным переменам. Я свидетель многих историй, когда во время депрессивного состояния «перепрограммирование» на время помогало, а позже человек сваливался в более глубокое депрессивное состояние, чем было ранее. Чужой образ «успеха» разрушил, изначальную уникальную целостность человека.

Чужой образ успеха может разрушить изначальную уникальную целостность человека.

Прежде чем создавать карты новых внутренних территорий, необходимо осознать и признать СВОЕЙ ту «территорию в душе», когда зарождалась основа нашей личности. Та первая «территория в душе» так и останется неким уникальным основанием нашей личности, потеря которой равнозначна потере души, потому что основой ее является наш собственный первичный образ, отзеркаленный в образе матери.

Истинное познание себя возможно на уровне определенной зрелости. Такая зрелость заключается в понимании того, что образ самого себя для человека неразрывно связан с образом окружающей реальности и людей.

И в первую очередь с образом самой первичной безмолвной связи, которую мы ощущали и чувствовали с миром еще в утробе матери.

Кроме физического, эмоционального и интеллектуального основания нашей разумности есть и другое основание. Оно существует изначально, еще до нашего рождения. В утробе младенец ближе всего к связи с этим основанием. Он не ощущает себя от мира отдельно, он воспринимает свое существование и существование мира как нечто единое.

После рождения человеку важно выделять себя из мира все более и более отдельным, но эта изначальная связь, видимо, никогда не исчезает. Просто мы можем терять ощущение этой связи и думать, что мы независимы и управляем своей жизнью. Но жизнь нам мягко предлагает варианты событий, которые удивительно резонируют с нашим внутренним опытом. Мы воспринимаем эти события как веер возможностей, которые нам предлагает жизнь, и не подозреваем, насколько этот узор отзеркаливает нас самих.

Многие люди замечали проявление этой никуда не исчезающей загадочной связи между нашими внутренними и внешними событиями. У этой связи есть своя логика. Но логика здесь не причинно-следственная, а другая – логика подобия. Юнг называл такую связь внутренних и внешних событий синхронистичностью. Ранние травмы в период, когда еще у ребенка не развиты мышление и речь, как у взрослых, могут восстанавливаться и исцеляться только таким образом – через поиск символического подобия, как поиск вовне «узора», похожего на «внутренний узор».

Психология, мы уже говорили об этом, имеет дело с реальностью, которую нельзя «потрогать», невозможно «измерить» (по крайней мере, в науке на сегодняшний день). Но Юнг говорил о психической реальности, что это единственное, что реально существует. Как признать эту реальность и не свалиться в мистику? У нас есть большая угроза в мистику свалиться, если как раз не признавать, что есть нечто, с чем мы еще связаны.

У нас есть большая угроза в мистику свалиться, если как раз не признавать, что есть нечто, с чем мы еще связаны.

В моей жизни было достаточно моментов, когда я на своем собственном опыте убеждалась в существовании какой-то загадочной связи разных событий, вроде бы никак не связанных между собой логически. Они для меня как свидетельство бессловесного диалога моей души и мира вокруг. Один из необычных эпизодов произошел лет двадцать назад.

Брусника

Однажды я зашла случайно на рынок и увидела, что продают ягоду, которая не растет в наших краях. Оказалось, что это брусника. Продавец сказала, что очень полезно для почек. Я постояла, задумалась, брать или не брать, но пошла дальше. Дома в тот день я затеяла генеральную уборку.

Вдруг из-за моего неосторожного движения с полки падает картонная коробка, и рассыпается все ее содержимое. Там хранились старые листки отрывных календарей с различными, казалось, полезными рецептами. Я хотела сразу взять и все выкинуть в мусорную корзину, но решила все-таки рассмотреть и взяла один листок.

Там был рецепт напитка из брусники, и говорилось о том, что он полезен при болезнях почек. В тот же день близкий мне человек пожаловался на то, что болят почки.

Я тогда была просто поражена совпадением событий. Позже, когда занялась психологией глубже, узнала, что Юнг подобное совпадение нескольких внешних событий считал отражением изначального творческого принципа, который проявляется при совпадении не только внешних событий, но и внутренних.

Мой опыт работы с клиентами тоже содержит массу примеров синхронистичности. Приведу пример из моей практики и опыта коллеги.

Два небоскреба

Моя коллега, с которой мы тогда принимали в одном кабинете, рассказала поразившую ее историю. Она ходила в одну семью заниматься репетиторством со школьником. В один из моментов младшая дочь-дошкольница хозяйки примерно пяти лет говорит своей маме: «Мама, а знаешь, я видела, что в Америке небоскребы упали». Мама отмахнулась: «А, опять выдумывает».

А дочь продолжает: «Ну, два таких, высоких-высоких. Они упали». Мама девочки сказала о том, что дочка часто рассказывает подобные необычные вещи, мама не понимала, то ли это сны, то ли проявление буйной фантазии ребенка.

Моя коллега с изумлением рассказывала об этом потому, что это событие было за день-два до той катастрофы с башнями-близнецами в Америке. Слушая ее, я вдруг вспоминаю, что одна моя клиентка недавно, тоже за два-три дня до событий в Америке, рассказывала «странный», по ее собственному определению, сон о двух невероятно высоких башнях из песка, которые по очереди рассыпаются.

Различные философские системы и религиозные учения говорят о единстве всего живого. О связи всего со всем тоже много где написано, это один из основных принципов многих духовных и целительских практик. Но когда люди говорят о своем подобном опыте таких переживаний, они рискуют иногда нарваться на «диагноз» – психиатры могут приписать им психотическое расстройство.

Замечено, что именно люди с нарушениями внутриутробного и раннего младенческого развития склонны к развитию психических нарушений. Видимо, они таким образом уходят в мир иллюзорной реальности в поисках необходимой и важной связи с собой, которая у них физически, через комфортное прикосновение или комфортную эмоциональную связь с окружением не состоялась или трагически прервалась.

В истории жизни многих гениальных людей есть внутриутробные травмы или травмы рождения. Но они, несмотря ни на что, смогли вернуть эту незримую связь и сохранить контакт и с физическим миром. Возможно, так сложилось потому, что рядом были те, кто сказал: «Все в порядке! Ты справишься!».

Можно вспомнить из современников Джона Нэша, который стал прототипом героя фильма «Игры разума». Ему поставили диагноз «шизофрения» в 30 лет, но он смог стать лауреатом Нобелевской премии по экономике в 66 лет! Что же ему помогло? Может быть, то, что его жена, несмотря на его тяжелую болезнь, нашла силы быть рядом с ним? Скорее всего, он мог удерживать эту хрупкую связь с физическим миром именно благодаря своей жене, для которой ее муж был не человеком с диагнозом, а прежде всего, просто человеком.

Но не у всех гениев судьба складывается так удачно.

Автор рассмотренных нами экспериментов с обезьянами Гарри Харлоу, к сожалению, закончил свою жизнь печально. После смерти своей жены он впал в депрессию, запил и даже не мог общаться с собственными детьми. Подобных историй много. Вспомним только две из самых известных – историю Сальвадора Дали и Ван Гога.

У Сальвадора Дали после смерти жены, видимо, тоже выполнявшей для него роль «мягкой мамы», появились кошмары и галлюцинации. Можно сказать, что после потери жены он остался наедине с «ужасным монстром» из его раннего опыта детской травмы. Без присутствия человека, дававшего ощущение комфорта и безопасности, призраки раннего травматического опыта ожили. Дали не создал впоследствии ни одной картины, превосходящей по ценности его предыдущие работы.

Роль такого стабильного объекта для Ван Гога, отрезавшего себе ухо в приступе кошмара, наверное, выполнял его младший брат Теодор. Огромную роль играла переписка братьев, которая длилась 18 лет.

Можно сказать, что даже самый травмированный человек может на какое-то время выйти из-под оков своего ужасного травматического опыта, если вдруг рядом появится кто-то или что-то, что даст ощущение безопасности и эмоционального комфорта.

Даже травма может не давать знать о себе, когда рядом есть такие «мягкие» люди. Но может появиться зависимость от таких отношений. И тогда их потеря может привести к непредсказуемым последствиям.

Даже самый травмированный человек может на какое-то время выйти из оков своего травматического опыта рядом с тем, с кем эмоционально комфортно. Но это могут быть зависимые отношения.

Приведенные истории жизни Гарри Харлоу, Сальвадора Дали, Ван Гога, а также и многих других гениев, закончивших свою жизнь печально, говорят о том, что «мягкая мама» снаружи может исчезнуть. Даже книг когда-то может не оказаться рядом. И тогда можно вновь оказаться наедине со своим внутренним кошмаром.

У многих современных людей существует нехватка стабильных эмоциональных отношений в детстве. Кто-то ищет «мягкую маму» в книгах, кто-то – в близких. Но очень важно научиться обретать источник «мягкой мамы» внутри себя. В этом как раз может и помочь психолог, психотерапевт, понимающий важность этого. Но это очень долгая, кропотливая и бережная работа.

«Мягкая мама» внутри – это способность сохранять связь с собой, с физическим миром, способность эту связь укреплять, способность создавать новые смыслы, которые помогают раскрыть свою природу и быть полезным другим людям.

«Мягкая мама» внутри – это способность создавать новые смыслы, которые помогают раскрыть себя и быть полезным другим людям.

Я узнала недавно, что Галилео Галилей был слеп последние четыре года своей жизни. Книга, которую он написал в эти годы, была настольной книгой Исаака Ньютона. Возможно, именно осознавание нужности и полезности своих открытий для конкретных людей придавало силы Галилею.

Когда есть ощущение реальной нужности и полезности для себя и для других того, что делаешь, созданный смысл становится исцеляющим и удерживает раненую душу в равновесии.

Эта способность – создавать новые смыслы – лежит в основе нашего интеллекта, который помогает нам создать целостную картину миру. Когда мы теряем это базовое ощущение целостности, то происходит сужение нашего мышления лишь к двоичной логике: «правильно – не правильно», «можно потрогать – нельзя потрогать».

Но базовой основой нашего мышления является понимание связи всего со всем, понимание существования подобия внутренней реальности и того, как мы воспринимаем мир.

Если же мы отрицаем часть реальности, она уходит в тень и становится автономной частью нас самих, то есть независимой от нашего сознания. Эта Тень содержит в себе очень много энергии, и если ее не осознавать, то Тень может начать активно влиять на нашу жизнь, почти как в сюжете известной сказки Евгения Шварца «Тень». Печальные последствия встречи со своей Тенью возникают лишь тогда, когда мы отрицаем связь нашей личности с чем-то большим, чем мы сами есть.

В тень рационального человека нашей эпохи в какой-то момент ушли тело и душа. И мы сегодня наблюдаем обратное движение – захваченность, например, некоторых людей культом тела. Душа тоже стремится вырваться из тени самыми разными способами – и через духовные практики, и через творчество, но порой это приобретает формы, которые озадачивают.

Надпись «Познай самого себя» была обнаружена на одной из стен храма Аполлона в Дельфах, где пророчествовала пифия. Надпись сделана на фоне изображения человека, возлежащего на ложе. Пифия была жрицей, которая избиралась из низших слоев, и раз в год она изрекала пророчества. Пифию для этого вводили в некое измененное состояние сознания под воздействием одурманивающих паров. Пророчества Пифии были неясными, туманными, казались бессвязным и бессмысленным текстом. Потом эти слова толковались жрецами и давались в форме прорицаний.

Пифия была в своеобразном сновидческом состоянии. Порой после некоторых своих сновидений мы тоже чувствуем себя озадаченными, нам кажется, что нам приснилась полная бессмыслица. Эрих Фромм, ученик Фрейда, психоаналитик, философ, считал, что пониманием языка сновидений должен владеть каждый человек.

Он считал сон выражением умственной деятельности, имеющей определенный смысл. Язык сновидений – это язык символов, на котором говорит душа. У этого языка своя логика, отличная от нашей дневной рациональной логики.

Древние признавали важность и значение этой «темной», ночной стороны нашего разума. И надпись «Познай самого себя» на стенах храма, где происходили пророчества, может говорить о том, что древние мудрецы осознавали, что подлинное познание себя без признания важности иррациональной стороны нашего разума не будет полным.

Чтобы вернуть себя в «рай», в состояние гармонии, любви и счастья, возможно, действительно нужно признать свою гордыню – гордыню рационального интеллекта, который пытается судить «все и вся», вместо того, чтобы служить лишь инструментом постижения реальности.

Ницше сказал: «Память мне подсказывает, что я сделал это, гордость говорит, что я не мог этого сделать. И память уступает». Процесс познания – это процесс восстановления в памяти связей, которые возвращают нам утраченную когда-то целостность.

Внутренняя точка опоры

При работе с ранней травмой, чтобы сместить фокус с прошлого опыта и решиться сделать шаг навстречу реальности «здесь и сейчас», нужна реальная точка опоры, которая поможет нам устоять, если что-то вдруг будет не так. Хорошо, если есть рядом близкие, которые в состоянии увидеть разницу между вашим опытом и вашей личностью. Точкой опоры могут быть друзья, с которыми у вас есть похожие жизненные ценности. Важно, чтобы в окружении были те, с кем вы могли бы ощутить общность не только травматическую.

Постепенно важно научиться находить точку опоры внутри. Для этого нужно научиться слышать и видеть окружающих не через призму своего опыта, а такими, какие они есть. Это поможет вам лучше слышать и собственный голос.

Моя клиентка, которая мужественно продолжает этот путь навстречу себе и миру, разрешила поделиться своей сказкой, которую она недавно сочинила.

Сказка про то, как некто научился слушать себя

Давным-давно, когда у Мира еще не выпали молочные зубы, жил на свете маленький зверек с огромными ушами. И вот беда: большие то они большие, но ими он мог слышать только звуки извне, а к собственному внутреннему голосу был абсолютно глух. Ну, или почти. «Как же так?» – думал зверек. Многие великие люди слышали своих внутренних руководителей и советчиков. А вот зверек ничего не слышал. «Это не дело», – подумал он.

Что только ни делал со своими ушами зверек. И тер, и заворачивал в трубочку, даже пытался засунуть их обратно в голову. Но от этого уши начинали гореть и краснели, и… ничего… не менялось. И вот однажды в серый осенний день, когда наш зверек печально брел по дороге, на его макушку приземлилась бабочка. А может быть, зверек просто сладко заснул, и это все ему просто приснилось?

Так вот: у бабочки были золотистые переливающиеся крылья, хитрые глазки и любопытные усики. Зверек испуганно пытался согнать ее хвостиком. Еще зверек пытался отогнать бабочку, размахивая своими длинными большими ушами. Они плавно взмывали вверх, как удивительные морские скаты, и медленно падали вниз.

Зверек подумал: «Надо же, как похожи движения моих ушей и крыльев бабочки.» И решил посмотреть, что же будет дальше. И тут неожиданно в голове зверька раздалось множество голосов. И мужских и женских, и взрослых и детских, и тихих и громких, и веселых и печальных, и старых и молодых, и даже картавых и шепелявых. Боже, каких только голосов ни звучало в его голове! И каждый что-то советовал. «Как же я разберусь во всем этом гуле?» – подумал зверек.

Никуда не денешься, пришлось зверьку знакомиться с каждым голосом отдельно. И там уж разбираться, свой или чужой. И даже если свой, то друг он или не очень. И он оставил в своей голове только два голоса. Они всегда советовали противоположное.

Если один советовал идти направо, то второй – обязательно налево. В таких ситуациях зверек останавливался, внимательно смотрел по сторонам. Шевелил своим умным носом, втягивал им воздух, чесал затылок – и шел прямо. С тех пор зверьку всегда было с кем поговорить, ведь лучшего собеседника и советчика, чем ты сам, и быть не может.

Сказка очень красиво отражает, что внутренний голос всей нашей целостности может не противоречить голосам окружающих. Постепенно приходит признание того, что мы больше слышим наши интерпретации голосов других людей, которые преломляются через дуальность нашего логического интеллекта. Зрелость приходит, когда мы догадываемся использовать дуальность нашего ума как два берега и двигаться в направлении, нужном нам.

А что же стало с бабочкой? Нет, она не улетела. Она сидела на голове зверька как большой золотистый бант. И, черт возьми, кажется, наш зверек был девочкой! Видели бы вы, как был к лицу ей этот бант-бабочка! А не улетала бабочка потому, что без нее наш зверек-девочка опять перестала бы слышать саму себя. А это никуда не годится.

Удивительно, стоило только признать, что «я – не мой ум», тут же новое открытие. Оказывается, зверек – не просто зверек! Для многих женщин, как и для моей клиентки, действительно, способность выйти за пределы дуальности нашего ума приближает к своей истинной женской природе. Для мужчин выход за пределы двузначной реальности – это шаг навстречу иной реальности, – духовной. Но это уже, похоже, начало нового сюжета. Как всегда, завершение настоящей истории – это начало новой.

Бабочка издревле считалась символом души. Что это за загадочная субстанция – душа? Для меня душа – это ощущение связей между различными формами реальности, – внутренней и внешней, эмоциональной и интеллектуальной, физической и духовной. Нам порой кажется, что мы «мыслящие» и «материальные» существа, а порой, что материальное совершенно не имеет значения, а важна лишь духовность.

Так и происходит процесс познания себя, как некое челночное движение нашего внимания, в процессе которого «разматывается» нить нашей жизни. И мудрость, наверное, наступает тогда, когда мы, как китайский философ Чжуан-Цзы, увидевший во сне, что он бабочка, задаем себе подобный вопрос: «Я Чжуан-Цзы, которому снится, что он бабочка, или я бабочка, которой снится, что она Чжуан-Цзы?»

Резюме

Любовь – начало и конец нашего существования.

Конфуций

Я очень надеюсь, что вы, читая эту часть книги, смогли почувствовать, что наша «человечность» только рождается. Мы еще находимся у самого начала «выхода из рая», и предстоит еще огромная работа на долгом пути к подлинно человеческому пониманию себя и мира взаимоотношений.

На этом пути важно осознавание того, что наш самый первый образ себя неотделим от первичного образа наших родителей, и прежде всего, мамы. Неосознавание этой связи – источник многих наших жизненных проблем. И обнаружение материнского образа неизбежно во внутреннем путешествии к самому себе не только «на кушетке», а повсюду в жизни рядом с собой. Он идет к нам навстречу в самых разных ликах и одеждах.

Но опять мы сталкиваемся с магией зеркального основания мышления: за самим образом нашей матери – череда других образов, и ряд этот бесконечен. И чтобы сохранить ощущение стабильности своей личности и устойчивости, необходимо, сохраняя осознанность, бережно устанавливать связь с самим собой, начиная прямо с того места, где находишься. Если «рай у ног матери», то он и у наших собственных ног, – так было всегда. Понимание этого и есть одно из оснований понимания природы безусловной любви.

Реальная мать – всего лишь первый проводник нас в этот мир, и она сама часть этого мира. Невозможно требования к матерям отделить от требований к миру в целом, в котором мы живем.

Если и есть какое-то «требование» к матерям – то это дать своему ребенку ощущение комфорта от первого «прикосновения» к себе на телесном и эмоциональном уровнях. Главным основанием личности, свидетельством ее «реальности» служит комфортный телесный образ тела, который, пока ребенок мал, почти всецело в руках матери. Задача реальной матери – дать ощущение комфорта и от первого эмоционального контакта души с душой – «глаза в глаза».

Первое комфортное ощущение на уровне первого суждения о себе, что «у меня есть и вопросы, и у меня самого есть на них ответы», – это уже задача не только материнская.

Каков наш мир, таковы и наши матери. Но мир невозможно изменить, разрушая его. Такое уже было в нашей истории: «разрушим до основания, а затем новый мир построим…». Все мы знаем на опыте нашей совместной истории, к чему это привело. Где же выход?

Я поняла в непростых встречах со своими клиентами, что им самим важно почувствовать в самих себе источник той силы, которая помогает находить им в жизни радость. Именно это они находят ценным. Хотя в реальности сначала усиленно пытаются добиться от меня ответа на их жизненные вопросы. Но в процессе терапии, как только они чуть-чуть «вкусили» этого внутреннего ощущения контакта с чем-то живым внутри, позже, когда возникают в их жизни какие-то новые задачи, они обращаются вновь уже именно за этим.

И практически у всех «вкушение» этой внутренней силы происходило после непростой работы по безусловному принятию материнского образа в собственной душе.

И это совершенно не зависело от того, какой была реальная мать. Иногда даже «слишком хорошие» реальные мамы гораздо больше мешали рождению способности жить несмотря ни на что.

Самое трудное и самое главное – это решиться по-настоящему посмотреть в сторону реальной матери. Увидеть ее как обычного реального человека и позволить ей быть тем, кем она является. И, наконец, перестать требовать от нее того, что есть у нас самих. В какой-то момент вдруг происходит понимание, что источник безусловной любви находится в самом младенце от рождения. Но нужен порой очень долгий путь, чтобы его обнаружить. И нужен компас на этом пути.

Компас этот – это способность быть осознанно безмолвным. Это помогает устанавливать безупречную связь между миром и собой.

У каждого из нас именно с нашей реальной мамой был опыт этого первого безмолвия. У кого-то его было достаточно, чтобы он оживлялся без помощи других. А кому-то нужна помощь в оживлении этого реального воспоминания безмолвной встречи, который есть у каждого из нас.

Путь достижения жизненных целей – это уже путь к «отцовскому» миру. Ведущим здесь является принцип реальности, способность взять на себя ответственность и начать делать свои самостоятельные шаги по ее преобразованию. Даже начиная путь к себе с помощью помощника, необходимо знать хотя бы карту внутренней реальности, иметь элементарное представление о законах душевной жизни. Об этом в следующих частях книги.

Часть 2

Не просите у Бога легкой жизни, а просите, чтоб он сделал вас сильнее.

Джон Фицджеральд Кеннеди

Сила внутри нас

«Реальный» человек – это живой человек, значит, он может чувствовать боль и радость, испытывать отчаяние и вдохновение, беспомощность и веру в себя. Но самое главное, чтобы человек доверял себе, тогда вдруг откуда-то появляется внутренняя сила.

Вспоминаю свои студенческие годы.

Идти так, как смогу

Мы отправились в выходные с семьей и друзьями в лыжный поход за город. Когда мы вышли с лыжами из электрички, наш инструктор сказал, что нужно пройти через лес до следующей станции, трасса хорошая, максимум километров десять. Мы шли уже часа полтора, но лыжня вдруг пропала, появились огромные рыхлые сугробы, в которые мы проваливались даже на лыжах.

Инструктор перепутал направление и потерял дорогу, мы оказались глубоко в лесу. Была прекрасная снежная зима, солнечный день, хотелось просто отдышаться и отдохнуть, но вся еда была в электричке, которая ждала нас в назначенное время, а мы уже опаздывали.

Помню свое ужасное состояние тогда: мне было трудно идти, даже дышалось с трудом, в душе было возмущение. Я решилась на такой подвиг только ради хорошей компании, никогда не испытывала к лыжам особой страсти. И вдруг такая новость – пройти еще минимум столько же, чтобы вернуться обратно! Ноги меня не слушались, я постоянно падала, без помощи других я не могла выбраться из некоторых сугробов.

В очередном сугробе я почувствовала, что «все, не могу!». Я стала просить оставить меня, убеждая, что у меня нет никаких сил, что мне нужно отдохнуть, а потом я догоню.

Меня никто не собирался оставлять, помогали подняться, и мы шли дальше по сугробам в поисках лыжной трассы.

До сих пор помню, как удивительно было красиво в лесу! Видимо, в такие минуты обостряется восприятие. Лыжня вскоре появилась, но до станции было еще далеко. Я плелась в хвосте, едва перебирая ногами. В какой-то момент вновь наступил пик беспомощности, было ощущение, что я уже не могу даже выдохнуть, не то что сделать следующий шаг.

Уже темнело, я понимала, что назад пути нет, но не было никаких сил идти дальше. Я вдруг остановилась, выдохнула, потом вдохнула полной грудью, и вдруг меня пронзила мысль! До меня дошло, что я боюсь отстать от других, хочу их непременно догнать, но чем я больше стараюсь, тем становится меньше сил, и я отстаю еще больше.

Как только я это поняла, мое дыхание успокоилось, я решила идти так, как я смогу. К удивлению, силы мои только прибавлялись, и к электричке я дошла в числе первых.

Внутренний «Ванька-встанька»

Величайшее испытание мужества человека – потерпеть поражение и не пасть духом.

Ральф Ингерсолл

Помните детскую игрушку неваляшку? Чтобы ни случилось, Ванька-встанька постоянно возвращается в исходное положение. Его отличает от остальных игрушек умение самому возвращаться в исходное состояние – вставать самому. У этой игрушки встроен механизм «вставания» внутри. Такое вот постоянство – несмотря ни на что – вставать!

У каждого человека, как и у любого живого существа, есть подобный внутренний врожденный механизм «самовставания»! Способность самовосстанавливаться, самоисцеляться есть изначально у каждого. Вспомните, например, как заживают раны, царапины. Если раньше бытовало мнение, что «нервные клетки не восстанавливаются», то сейчас наука развеяла это как миф. Оказывается, что оставшиеся «в живых» нервные клетки способны восстановить утраченные связи. Такой же механизм самовосстановления есть и у психики в целом.

У психики есть встроенный механизм самовосстановления.

Но при некоторых проблемах как будто происходит сбой этой нашей способности. Гуманистическая психология доказывает, что уничтожить этого внутреннего «ваньку-встаньку» просто невозможно. Может быть только потеряна связь с ним, уйдя глубоко в бессознательное.

«Неизвестный науке зверь»

Есть несколько игрушек, которые обязательны для маленьких детей. Их называют «архетипическими», так как они помогают устанавливать связь с нашими изначальными человеческими инстинктами, не зависящими ни от места рождения, ни от культуры, ни от пола. «Архе» – переводится как «изначальный», «стоящий у истоков».

Так вот, к этим обязательным игрушкам относится и неваляшка. История происхождения неваляшки неизвестна. Есть версии, что эта игрушка пришла к нам с востока, из Японии. Но историки находят корни подобных игрушек и в русской истории. Например, известен непотопляемый деревянный шар «чебурка», или «чебурашка», который использовали бурлаки. В словаре Даля «чебурашка» описывается как «шашка бурлацкой лямки, привешенная на хвосте», либо как «ванька-встанька, куколка, которая, как ни кинь ее, сама встает на ноги».

Здесь речь также идет о способности сохранять свое исходное состояние, в данном случае – о непотопляемости. Помните историю Чебурашки? Он приплыл из жарких стран. У обеих игрушек есть смысл «упасть, но вернуться в исходное состояние».

Интересно, что наш любимый Чебурашка, «неизвестный науке зверь», стал очень популярен сегодня в Японии. Эти две игрушки, наверное, неслучайно так востребованы. Они, видимо, действительно необходимы для здорового развития ребенка, важны для принятия его способности «падать», «чебурахаться». И важны для пробуждения и закрепления его врожденной способности вставать вновь и вновь или не потопляться.

Очень многие мои клиенты заявляют как запрос – потребность в жизненной стабильности. Может быть, они ищут, сами не подозревая того, своего внутреннего «ваньку-встаньку»? Свою способность вставать, несмотря ни на что, и не потопляться? С точки зрения гуманистической психологии даже при самых тяжелых психических заболеваниях не затрагивается некое сокровенное ядро личности человека.

Даже при самых тяжелых психических заболеваниях не затрагивается сокровенная сердцевина личности человека.

Популярность Чебурашки в Японии сегодня просто невероятная. Может быть, в этой игрушке и в неваляшке отражается наша символическая общечеловеческая «память» об этом сакральном ядре личности? Может быть, эти игрушки так важны современному человеку, чтобы не терять связи с изначальной духовностью? Изначальной духовностью в очень простом и практическом смысле – вновь вставать и идти, несмотря ни на что.

Через эти игрушки глубинная человеческая мудрость в нас хочет как будто сказать: «Встань! Несмотря ни на что – встань!». Можно уверенно говорить, что духовность начинается с этого простого действия – встать – в прямом и переносном смысле.

Духовность начинается с простого действия – несмотря ни на что вставать – в прямом и переносном смысле.

Взрослый человек находит в себе силы вставать и идти на работу. Что помогало вам в детстве возвращать себе хорошее настроение, чувствовать себя увереннее? Может быть, это была какая-то любимая игрушка или какое-нибудь занятие?

Во время написания этой книги я делилась ее набросками с близкими и знакомыми. Было интересным замечание одного человека. Он сказал: «Я тоже каждое утро встаю и делаю зарядку, это для меня как молитва. Именно так я чувствую своего „ваньку-встаньку“.»

И до меня вдруг дошло: у каждого человека свой, уникальный, способ пробуждения этой внутренней силы. Кто-то делает зарядку, и именно это является для него доступом к внутренней силе. А кому-то важно начать день с молитвы, обращенной к Богу. Кому-то важнее включить радио или телевизор и узнать, что происходит в мире. А для кого-то это – прижаться к любимому человеку и почувствовать его рядом.

Возможно, нам иногда не хочется вставать по утрам тогда, когда мы забываем об этом личном способе, который помогает установить связь со своей внутренней силой. Я хочу предложить вам одно упражнение, которое поможет вам обнаружить этот ваш личный способ. Его вы найдете в Приложении.

Потребность в Спасителе

Даже Христу нужна была помощь, чтобы нести свой крест.

Американское изречение

При потере связи со своей внутренней устойчивостью может возникнуть ощущение какой-то потерянности, чувство умирания. И мы тогда прибегаем к внешним «заместителям», ищем «спасителя» снаружи. Порой нам действительно нужен кто-то другой, чтобы разбудить эту нашу способность – способность несмотря ни на что подняться и идти дальше. Нужен внешний «Спаситель».

О спасителе

Давно уже стали частью человеческой культуры, а не только христианства, притчи о чудесах исцеления, совершенных Иисусом. В девяти историях исцеления есть одно и то же послание Христа, суть которого: «Встань и иди!».

В одной из притч Иисус говорит больному: «Встань, возьми постель и ходи!» В другой притче после слов Христа: «Девица, встань!» – умершая оживает. Прокаженному самарянину Мессия говорит: «Встань и иди: вера твоя спасла тебя!»

Возникает мысль: уж не образ ли Иисуса является прообразом русской игрушки ваньки-встаньки? Или есть нечто более раннее, стоящее у истоков нашей человечности, которое воплотилось и в фигуре Христа тоже?

В чем же суть воздействия Спасителя? Это, с одной стороны, вера в Высшую силу – так обычно трактуют. А с другой стороны, Иисус ведь иногда просто без объяснений говорит: «Встань и иди!». Что этим простым обращением пробуждает Иисус в душах людей? Их веру в собственные возможности? Как будто говорит: «Я могу, и ты сможешь»?

У человека, в отличие от животных, есть духовные инстинкты – стремление к истине, красоте, к поиску смысла, стремление быть полезным своим собратьям. Эти духовные инстинкты невозможно никак уничтожить. Но человек может стать собственным тюремщиком своей духовности, если будет все время уповать только на внешние обстоятельства. Он может просто не знать, что у него есть такая сила. И тогда для ее пробуждения нам важен «Спаситель» извне.

Сегодня в какой-то степени роль такого «внешнего спасителя» выполняют и психологи, психотерапевты. Для меня как практического психолога было очень важно понять, в чем же суть такого «спасения». Я понимала, что не должна превращаться в «батюшку», который говорит о важности веры. Я понимала, что не должна давать никаких советов, но должна помочь человеку обрести веру в свои возможности. Помочь обрести веру в свои возможности, не становясь при этом костылем. Как?

Нам такая фигура нужна не только как символическая, но и реальная. Нам всем на разных этапах жизни так нужен живой реальный человек, который просто поддержит нас, когда мы упали. Поверит в наши силы и возможности, когда мы потеряли веру в себя. Когда мы совсем еще маленькие и беспомощные, особо нужна рядом мама, которая с любовью скажет: «Солнышко, встань и иди! Тебя ждут великие дела!».

Я вспомнила сейчас о реальной, а не мифологической фигуре такого «Спасителя».

«Грех не подняться»

Я была однажды на одной из психологических конференций, которая проходила в Сергиевом Посаде. И на всю жизнь запомнилось высказывание Сергия Радонежского, которое попалось мне на глаза по пути к святому источнику: «Не грех упасть под ударом судьбы, грех не подняться». Говорят, что это он произнес, напутствуя русских воинов на поле Куликово.

Еще раз хочется повторить то, что свойство «падать» – это постоянное свойство живых существ. Но также постоянна способность живых – вставать, несмотря ни на что. Если невозможно встать физически, то можно устоять духовно. Всем известен пример Ника Вуйчича, человека, родившегося без рук и ног, но сохранившего способность радоваться да еще и вдохновлять других. Он сегодня – реальное воплощение идеи, что «спасителя» можно обнаружить внутри себя самого.

Действительно, история человечества говорит о том, что самое постоянное в жизни – это изменения, падения и способность подниматься.

Самое постоянное в жизни – это изменения и наша врожденная способность вновь подниматься, несмотря ни на что.

Вспомните, был ли в вашей жизни человек, который вдохновлял вас, вселял в вас уверенность. Вспомните его. Это может быть реальный человек или тот, с которым вы никогда лично не встречались, но его образ вас вдохновляет. Поищите его фотографии, другие вещи, которые вам напоминают о нем. И прислушайтесь к себе при этом. Какие ощущения и чувства будят эти образы или вещи? Запишите. Выполните из этого состояния упражнение «Мандала», которое есть в Приложении к книге.

Мужество дерзать

Возможности человека не измерены до сих пор. Судить о них по предыдущему опыту мы не можем – человек еще так мало дерзал.

Генри Дейвид Торо

Но иногда просто нет никаких сил подняться. Приходят предательские мысли: зачем вставать? Ради чего? Практичного человека современной эпохи часто волнует именно практическая целесообразность. Но до сих пор цель жизни человеческого существа – тайна из тайн. Большинство великих людей, оставивших реальный след в истории всего человечества, не знали, в чем смысл жизни человека.

Может быть, потому что он для каждого уникален и индивидуален? Но практически все люди, оставившие след в памяти человечества, едины в одном. В том, что самое главное – обрести мужество, встать и, несмотря ни на что, продолжать двигаться к своей личной цели.

Высшим отличием человека является упорство в преодолении самых жестоких препятствий.

Людвиг ван Бетховен

Человек лишь тогда чего-то добивается, когда он верит в свои силы.

Андреас Фейербах

Люди, которые не решаются дерзать, часто напоминают героя «Бесконечной истории» Вольфганга Петерсена – мальчика Бастиана. Бастиану попадается книжка под названием «Бесконечная история». Книга его очень захватывает. И вдруг он доходит до места, где говорится о том, что продолжение истории возможно только с его участием. Для этого Бастиан сам должен попасть туда, в сказку, стать ее активным героем. Мальчик пугается и захлопывает книжку. Через какое-то время мальчик вновь решается открыть эту книгу. Но снова доходит до слов: «Продолжение возможно только с твоим участием». Он снова пугается и сбегает.

Метафору этой сказки можно использовать и для каждого человека. У каждого человека в жизни есть такая история, когда жизнь вдруг предлагала новый неожиданный поворот событий, требуя от него активного участия. Но мы сбегали, часто даже осознавая, что испугались. Мы стараемся изо всех сил делать вид, что «все хорошо». Мы боимся стать главными героями нашей жизни, боимся стать ее соавторами. А потом вдруг каждый день становится похож на другой. В общем, постоянный «день сурка».

Так или иначе, но наша жизнь – это результат и нашего участия, только часто мы не осознаем, как это делаем. И жизнь тогда может превратиться или в скучную историю, или в бег с постоянными препятствиями. А ведь есть большой шанс сделать свою жизнь осмысленной и полезной для других. Для этого нужно принять в сочинении истории своей жизни самое активное и осознанное участие.

Для этого подходят разные способы. Очень простой способ, который можно применять с разными целями, называется «техника исчерпывания». Важно! Упражнения нужно делать только из комфортного внутреннего состояния! Если вы себя чувствуете не очень комфортно, выполните сначала упражнение «Приведение в ресурсное состояние» из Приложения. Потом приступите к выполнению нижеследующего упражнения.

Упражнение

«Если бы это было возможно, то я бы научился (научилась)…»

Найдите время – минут 30–40 и такое место, чтобы вам никто не мешал.

Возьмите лист бумаги, ручку и напишите 50 предложений, каждое из которых начиналось бы словами «Если бы это было возможно, то я бы научился…». Условие: писать нужно с «пустой головой» – первое, что приходит на ум. Записать, отпустить и снова с «пустой головой» писать дальше.

Отнеситесь к этому как к игре. Это может быть что угодно, например: «Если бы это было возможно, то я бы научился летать, как птица», «Если бы это было возможно, то я бы научился водить машину», «Если бы это было возможно, то я бы научился стоять на голове». То есть в списке могут быть самые разные «возможности». Только важно, чтобы они приходили из комфортного состояния и «пустой головы».

Из них выберите 10 самых для вас интересных возможностей, от чтения которых появляется какое-то приятное волнение, предвкушение. Из них выберите еще три – самых приятных, самых вдохновляющих. Из трех выберите ту, которая вызывает ощущение готовности к действию.

После этого приступайте к реализации. Как? Это работа творческая, поэтому вариантов реализации множество.

Например, вас больше всего вдохновила фраза «Если бы это было возможно, то я бы научился летать, как птица».

Задайте себе вопрос: «Если бы я научился летать, как птица, что бы я почувствовал?» Запишите двадцать пять вариантов. Выберите из них пять самых привлекательных для вас сейчас. Из пяти выберите три самых-самых привлекательных для вас сейчас изменения. Из трех выберите одно. Например, «Если бы я научился летать как птица, то почувствовал бы легкость».

Следующий вопрос: «Когда я точно так же себя чувствую?» Запишите минимум двадцать пять вариантов реальных и конкретных моментов. Например, «я чувствую легкость, когда приму душ», «я чувствую легкость, когда общаюсь с внуком». Выберите из них три самых доступных, запишите их отдельно.

После того как запишете, осознайте свое состояние, запишите его в виде образной метафоры. Например: «я чувствую себя как на старте беговой дорожки». Или: «я чувствую себя как капитан корабля». Запишите. Если вы еще нарисуете эту метафору или выполните коллаж, отражающий ее суть, будет просто замечательно. Сохраните все свои записи и рисунок (коллаж), чтобы они были доступны вам.

Теперь выберите самую доступную из трех возможностей чувствовать. Например, это может быть «принимать душ». Если это возможно, реализуйте ее каждый день, минимум три раза в неделю. На второй неделе подключите еще одно, на третьей – третье. Еще одну неделю реализуйте все три возможности каждый день. При этом не думая совершенно о выбранной вами возможности научиться в п. 2, просто делайте!

Через 3–4 недели подведите итог. Запишите. Осознайте свое состояние, запишите его в виде образной метафоры.

Если вы еще нарисуете эту метафору или выполните коллаж, отражающий ее суть, будет просто замечательно.

Достаньте свои записи, рисунки. Положите оба рисунка (записи) состояния «до» и «после». Что вы чувствуете сейчас. Что хочется? Запишите.

Эта игра может быть бесконечной. Просто уловите ее суть: чему я могу научиться? Что бы я чувствовал, если бы научился этому? Что конкретно я могу сделать сейчас из того, что делал, когда чувствовал это? И делайте! Тот, кто не сделает первый шаг, никогда не научится ходить.

Видите, начинать писать самому свою историю совсем не сложно, но, конечно, нужно приложить конкретные усилия. Будет замечательно, если вы будете иметь еще и личного проводника-психолога или коуча в этом путешествии по исследованию себя и сочинению истории своей жизни. Для этого нужно встать навстречу самому себе. Это точно имеет смысл. Это интересно.

О беспомощности

Самая ненавистная из всех человеческих бед – знать правду, но не иметь никакой власти над происходящим.

Геродот

Даже самый духовно сильный человек испытывает порой отчаяние и беспомощность. Каждый из нас, если действительно что-то в этой жизни РЕАЛЬНО ДЕЛАЕТ, временами может ощущать состояние бессилия и безысходности. Человек психологически зрелый способен признать, что ему нужна помощь, если он сам не справляется.

Каждый, кто реально что-то делает, временами может чувствовать себя беспомощным.

К психологу часто обращаются тогда, когда есть ощущение внутренней беспомощности. В таком состоянии нам как будто чего-то не хватает. А чего же не хватает на самом деле – не сразу понятно. Но внутри это может ощущаться как растерянность, разбитость, расколотость, бесцельность, потеря гармонии, потеря душевного равновесия.

Может возникнуть смутное ощущение какой-то неполноценности, как будто чего-то не хватает. В общем, «что-то со мной не так, как обычно». Бывает очень трудно понять – чего же хочется, трудно поставить конкретную цель.

В моменты внутренней беспомощности трудно определиться с целью. Почему? Причины могут быть разные. Одна из причин – выученная беспомощность.

О выученной беспомощности

Выученная беспомощность – это состояние, когда живое существо после повторяющихся неудач теряет веру в свою способность оказывать хоть какое-то влияние на жизненные обстоятельства.

Впервые опыты по исследованию выученной беспомощности были проведены на собаках. Собак подвергали влиянию слабого электрического тока и лишали любой возможности избежать этого испытания. После серии неудачных попыток повлиять на свою судьбу животное отказывалось от любых попыток что-то делать. Впоследствии, если вновь появлялась возможность что-то изменить, собаки ничего не предпринимали.

У каждого человека бывают ситуации или сферы жизни, где есть проявление такого поведения. Человек пытается что-то сделать, но опять очередная неудача. Такое происходит, когда слишком сильно влияние окружения, слишком высока планка, которую вы себе ставите. Результатом того, что вы вновь потерпели неудачу, могут быть апатия, состояние безразличия, неспособность поставить цель.

Важно понять, что истинное состояние выученной беспомощности связано в большей степени с неблагоприятным окружением. Не обязательно с нынешним окружением, а, возможно, с опытом раннего детства. Лень или безответственность – часто следствие выученной беспомощности. Человек по своей природе активен, любопытен. Если вдруг эти его качества пропадают, то надо задуматься, а что происходит вокруг.

Лень, безответственность – часто следствие выученной беспомощности.

Пример из клиентской практики.

Бомж

Однажды клиентка «принесла» сон, в котором ей приснился бомж. Сон вызвал у нее неоднозначные чувства. С одной стороны, как она говорила, – «противный, грязный, опустившийся» человек. С другой стороны, ей было его очень жалко, в его глазах была глубокая печаль, какая-то тоска.

В процессе работы со сном она вдруг вспомнила свое состояние, очень похожее на состояние подобной тоски. Это была непростая сессия. Были горькие слезы, непростые воспоминания. В конце сессии она испытывала огромную благодарность к персонажу своего сна. Ей уже было не так важно, что у него грязная одежда, гораздо важнее для нее было то, какая у него душа. А она у него «чистая».

Из беседы с клиенткой: «Важно, что в душе».

Удивительно, но в этот же день другая клиентка тоже говорила о «бомжах». Я как символдраматист задумалась о символике этой темы.

И только позже я связала это состояние – «без определенного места жительства» – с состоянием внутренней беспомощности в нашей душе. Я поняла, что и некоторые трудности в моей работе были следствием подобного опыта у клиентов, который я не учитывала. Например, часто клиенты не могли никак сформулировать цель, не могли понять, что они хотят. Я предлагала им различные техники по уточнению целей и т. п. Это вызывало лишь временный энтузиазм, но на следующую сессию они приходили с сообщением «все так же, ничего не изменилось».

На примере сна той клиентки я в очередной раз убедилась, насколько же мудра наша психика, и как она порой прямо говорит о том, на что нужно обратить внимание. Хочу привести еще один пример из своей практики, в котором, как я сейчас понимаю, была и тема внутренней беспомощности.

Панические атаки

Ко мне обратился молодой мужчина. Его неожиданно начали беспокоить внезапно наступающие состояния страха. Чаще всего это было в автомобиле, как только он садился за руль. Он с трудом преодолевал свой страх, чтобы добраться до работы и домой.

В процессе беседы выяснилось, что он занимается не любимой работой, а той, на которой настояли его родители. Мой клиент получил образование, которое родители посчитали нужным для него. А сейчас, оказывается, близится время защиты диссертации, которую опять-таки он должен защитить по настоятельному требованию отца.

На мой вопрос: «Что вы сами хотите?» – клиент честно сказал, что не знает. Он очень плохо помнил свое детство. Помнит только, что отец был всегда очень властным и не терпел непослушания. Было понятно, что «корни» панических атак растут из самого детства. Конечно, в той ситуации я даже не стала объяснять клиенту об этом. Ему и так слишком много «объясняли».

Я предложила ему поискать ресурсы в самом себе. Спросила его: «А что же для Вас самого-то сейчас важно?» Каждую сессию я спрашивала: «А что Вы сегодня хотите?» Клиент изо всех сил «старался», но никак не мог понять, чего же он все-таки на самом деле хочет. Я тоже использовала все свои возможности ему помочь, но все было бесполезно.

Клиент честно говорил, что он просто даже не понимает, что такое «собственная цель». Я тогда только набирала опыт в символдраме, которой обучалась, это мне очень помогло. Это работа с воображением, которая позволяет недирективно, мягко, экологично обратиться к глубинным ресурсам психики, к собственной мудрости человека.

И я просто предлагала клиенту представить в своем воображении то, что ему хочется. На десятой сессии вдруг произошел прорыв. Он, наконец, сформулировал свою собственную цель.

То, что это его собственная цель, он скорее почувствовал, чем понял. С этого момента панические атаки перестали беспокоить клиента.

Хочу сразу прояснить, что панические атаки – это всего лишь симптом, который может быть вызван разными причинами. Я привела здесь пример не лечения панических атак, а того, как этот симптом ушел в результате определенной работы.

Работа каждый раз должна вестись индивидуально, с учетом истории клиента. Например, с этим клиентом было возможно применение образов. С кем-то другим это было бы просто недопустимо.

В этой истории тогда я думала, что дело в том, что клиент наконец-то научился ставить собственную цель. Сейчас я понимаю, что более важным было его обращение к собственным внутренним силам.

В каждом из нас есть некий «ванька-встанька», которого надо пробудить. Читайте об этом дальше.

Когда нужна помощь другого?

Одно из самых важных умений, благодаря которому можно достичь любой трудной цели, – вовремя попросить помощь и принять ее.

Хайди Хэлворсон «Психология достижений»

Действительно, человек иногда и не понимает, что ему нужна психологическая помощь. Он может списывать какие-то свои психологические затруднения на загрузку на работе и прочее. Но учеными доказано, что от какой-либо деятельности, умственной или физической, человек мало устает. А устает он больше от эмоций, связанных с этой деятельностью. Часто эти эмоции не осознаются, вытесняются как нечто несущественное, но, накапливаясь, они начинают влиять на наше телесное и эмоциональное самочувствие.

Действительно, как же понять, что вам нужна психологическая помощь?

Вас должно насторожить, что вы начинаете терять интерес к миру и все чаще ощущаете бессмысленность жизни. Должны насторожить и повторяющиеся ощущения брошенности и ненужности, чувства уныния и тоски, а также излишняя раздражительность и вспыльчивость. Если вы заметили, что плюс ко всему перечисленному вам совсем ничего не хочется, даже сериалы, социальные сети и еда не интересуют вас – срочно ищите психолога.

Это все классические признаки надвигающейся депрессии. Полный перечень признаков депрессии вы можете найти в открытом доступе в интернете.

По сегодняшним данным Всемирной организации здравоохранения заболеваемость депрессией во всем мире «растет в геометрической прогрессии», и «к 2020 году депрессия станет первой в списке наиболее распространенных заболеваний, обогнав даже сердечно-сосудистые и онкологические».

Это угрожающий прогноз. Вы понимаете, наверное, что исключительно медикаментозная терапия не спасет в данном случае, – это опять путь к зависимости. Зависимости от лекарств.

На одной из конференций уважаемый профессор, доктор медицинских наук, говорил о том, что в западных странах с осторожностью относятся к медикаментозному лечению депрессии. Научные исследования в этих странах показали, что бесконтрольное применение антидепрессантов может вызывать маниакально-депрессивные психозы. Так что будьте очень внимательны к себе, не занимайтесь самолечением.

Бесконтрольное применение антидепрессантов может вызвать психоз. Не занимайтесь самолечением.

Есть случаи, когда человек просто не в состоянии сам обратиться за помощью. Это может быть и состояние выученной беспомощности, о котором мы говорили выше. Тогда задача окружающих обратить на это внимание и дать человеку почувствовать, что ВЫХОД ЕСТЬ. Помогите ему найти профессионального психолога. Пожалуйста, будьте внимательны к вашим близким!

Из любой самой сложной ситуации ВЫХОД ЕСТЬ. Нужно просто знать, к кому обратиться.

Помощь психолога может понадобиться не только тогда, когда вы не справляетесь с чем-то. Сегодня очень часто обращаются к психологу по поводу личностного роста, самопознания. Эти сферы уже за пределами проблемного подхода. Здесь человек уже ставит себе задачи сам.

И, несмотря на то, что такие задачи ставят перед собой достаточно зрелые люди, все-таки разумнее будет в путешествие по раскрытию своих новых возможностей и исследованию разных сторон себя отправляться с проводником.

Почему все-таки лучше с проводником?

Во-первых, потому что жизнь каждого из нас тесно переплетена с жизнью окружающих, всего мира в целом. И какие-то связи мы точно упускаем, у каждого из нас есть «слепое пятно», которое можно обнаружить только с помощью других. Можно сказать, что и у мира есть свой изначальный целостный эскиз, задумка, а вы часть этого плана. То есть наша жизнь – это неотъемлемая часть целостного образа мира, в котором мы живем.

Наша жизнь – неотъемлемая часть изначального целостного образа мира, в котором мы живем.

Во-вторых, на пути к связи с этим «общим целым» есть немало трудностей, которые в одиночку преодолеть порой очень сложно. Помните, в сказках у главных героев всегда есть помощники? Помощники есть именно у главных героев. Главный герой в сказке символически и отражает наше врожденное стремление к воплощению себя в этом мире и стремление быть нужным.

На пути к себе всегда есть трудности.

И часто без помощников не обойтись.

У главного героя в сказке всегда есть помощники.

Запомните:

• К помощи психолога стоит обратиться сразу же, как только вы у себя обнаружите признаки депрессии. Не занимайтесь самолечением!

• В остальных случаях, когда у вас нет особых личных затруднений в жизни, но есть интерес к самопознанию, стоит все-таки проконсультироваться с профессиональным психологом, какие выбрать способы. Может быть, стоит рассмотреть варианты не только индивидуальных занятий, но и группы самопознания, открытые встречи, которые проводят психологи.

• Будьте внимательны к своим близким! Не все люди осознают необходимость помощи. Иногда просто внимание к человеку, интерес к его жизни способны придать человеку уверенности и веры в жизнь. Такое внимание и интерес не имеют никакого отношения к жалости. Вы не должны становиться человеку «костылем», не должны становиться «жилеткой». Но вы можете быть просто тем, кто проявит живое участие и интерес.

Врожденная программа поиска смысла

Если в мире все бессмысленно, – сказала Алиса, – что мешает выдумать какой-нибудь смысл?

Льюис Кэрролл «Алиса в стране чудес»

Животные живут, опираясь в основном на свои врожденные инстинктивные программы. И если во внешней ситуации происходит нечто, с чем не помогают справиться их инстинкты, происходит сбой программ выживания и включается инстинктивная программа смерти, как у собак в ранее упомянутых опытах. И у человека как биологического существа есть подобные инстинктивные программы жизни и смерти. Но человек не собака, у него, в отличие от животных, есть способность посмотреть на себя со стороны, есть и другие врожденные «духовные программы».

В практической психологии существует много направлений, которые занимаются именно вопросами духовности. Поиском ответов на жизненные вопросы через обращение к вопросам смысла жизни занимаются экзистенциальные направления психологии и психотерапии. Есть очень известная книга австрийского психолога и врача Виктора Франкла «Скажи жизни „Да!“».

Эта книга описывает опыт его пребывания в немецком концлагере во времена Второй мировой войны. Франкл, наблюдая за другими узниками, заметил, что самым тяжелым испытанием для людей была неизвестность. То, что они не знали, что ними будет, когда закончатся их страдания. Но лучше себя чувствовали те узники, которые обращались к своим воспоминаниям, фантазировали о встречах с близкими. Они вспоминали ту реальность, когда могли на что-то влиять, когда могли сами распоряжаться своим временем.

Узникам помогали их реальные воспоминания, в которых они могли на что-то влиять.

Была еще природа, которая была неподвластна нацистам. Узникам никто не мог запретить любоваться красотой неба или заходящего солнца и через природу чувствовать связь с остальными людьми. Лучше выживали также те, кто находил в себе силы, чтобы помогать другим. Некоторые люди умудрялись в этих ужасных условиях находить все-таки возможность что-то делать по своей воле, не по указке. Выживали лучше те, кто не соглашался с тем, что их жизнь определяют только внешние обстоятельства.

Виктор Франкл из своих наблюдений сделал заключение о том, что лучше выживали те, кто умел находить смысл в чем-то, в любой деятельности.

Лучше выживают те, кто умеет находить смысл в любой деятельности.

Франкл еще добавил, что отсутствие смысла – это самый большой стресс для человека.

Самый большой стресс для человека – отсутствие смысла.

Это очень важно знать, что самый большой стресс – это отсутствие смысла. Это просто надо написать крупными буквами и читать как молитву по утрам. Но так много подобных «крупных букв» перед глазами. Почему же окружающий мир порой напоминает сумасшедший дом? Слушая в новостях о том, как крушат исторические памятники, задумываешься, а откуда это варварское поведение у современных людей?

Может быть, это проявление отчаянных попыток таким образом обнаружить смысл? Что нужно для того, чтобы смысл создавал «мосты» и объединял людей, а не создавал пропасть непонимания между ними?

Что поможет обнаружить смысл?

Человек ощущает смысл и цель своей собственной жизни лишь когда осознает, что нужен другим.

Стефан Цвейг

Что же все-таки такое смысл? Можно ли его «потрогать»? Как его находить? Почему эта способность находить смысл в простых вещах у одних есть, а у других ее нет?

Почему совершенно здоровые люди, с руками, ногами и с прочим «материальным достатком», теряют вдруг радость жизни? Почему же иногда ничто не радует, и один день похож на другой? Почему не радует должность, к которой так стремился? Почему вдруг возникает ощущение, что куда-то очень-очень быстро-быстро бежал-бежал, а потом оказывается, что это был всего лишь мираж?

Мы часто сегодня слышим об инвалидах, у которых нет рук и ног, нет зрения или слуха, но они находят силы радоваться, находят смысл в своей жизни. Да еще и делятся своей радостью и смыслом с другими. Только дело совершенно не в том, что можно физически ощутить и увидеть. Но только ли дело в их личном мужестве жить?

У Ника Вуйчича в его биографии был момент, когда он хотел покончить собой. Но вдруг представил картину похорон: «И тут я понял, что не могу себя убить. Все, что я видел от родителей, – это любовь ко мне». Что же все-таки придало ему мужества жить дальше? Только ли любовь его родителей к нему? Скорее всего, то, что он ощутил эту любовь как связь между ними. Он почувствовал, что лишая себя жизни, он и родителей лишит многого. Но почувствовал, что не мог только брать любовь. Он хотел делиться. И его жизнь, на мой взгляд, – это поиск и нахождение им способа делиться с другими тем, чем он сам обладает.

Инвалид из Австралии Стелла Енг уже с 14 лет начала проверку местных магазинов на предмет их доступности для инвалидов. Что ею двигало? У нее было, как она говорит, обыкновенное детство, как у всех. Возможно, ей не хватало связи с другими миром, который ей был недоступен. И она сделала сама шаг навстречу этому миру.

Вроде бы такая простая вещь пандусы на входах! Но действительно трудно обычным людям, которые не видят инвалидов, встать на их место и вообще понять, что они существуют.

Ведь в нашем обществе еще совсем недавно как будто стыдно было говорить об этом. Откуда это?

Стелле Енг, наверное, помогло делать такие «рейды» по магазинам то, что она чувствовала за собой свою семью, связь с ней. К ней в семье относились как к обычному ребенку. Но, видимо, она хотела показать, что она все-таки ДРУГАЯ. Что она не «как все». Есть вещи, которые ей недоступны. И она не постеснялась об этом заявить.

Действительно, очень важно, чтобы в трудные минуты можно было к кому-то обратиться.

Не всегда близкие и друзья могут поддержать, ведь, действительно, у них есть своя жизнь. Сегодня эту функцию взяли на себя профессиональные психологи и психотерапевты. Они знают, как профессионально помочь вам в этом непростом пути обнаружения смысла.

Этапы постижения смысла

Даже в самых бессмысленных взглядах, которые когда-либо пользовались успехом у людей, всегда можно найти какую-то долю правды.

Иммануил Кант

Обретение нового смысла – это творческий процесс. Этапы этого процесса подобны этапам духовного постижения, которые предложила Эрика Ландау, израильский психотерапевт. Она рассматривала четыре этапа духовного постижения.

Первый этап – это определение подлинного запроса.

Следующий этап: это «вынашивание» собственного смысла. На этом этапе ни в коем случае нельзя человека ускорять.

Третий этап – озарение, рождение нового смысла. Начало его трудно предугадать, как момент родов.

И очень важен этап четвертый – это способность передать свое новое видение другому. Люди, действительно прошедшие непростой путь рождения нового смысла, испытывают глубочайшую потребность поделиться им. Так рождаются и детские рисунки, на которых два кружочка и палочка, а для ребенка восторг и счастье: «Мама, смотри, это ты!». Так рождаются великие книги, произведения искусства, музыка, новые теории.

Успешная психотерапия – это тоже творческий процесс. Ее критерий – обретение личного смысла и готовность им делиться с другими.

Успешная психотерапия – это творческий процесс. Ее критерий – обретение личного смысла и готовность делиться им с другими.

Получается, что обретение людьми личностного смысла обращает их вновь к людям, к миру, а не замыкает на самих себе. Стоит над этим задуматься. Открытость миру и людям – одно из важнейших качеств творческих людей.

Открытость миру и людям – одно из важнейших качеств творческих людей.

Воображение и обнаружение нового смысла

Воображение – это глаза души.

Жозеф Жубер

Если обратиться к биографиям людей, которые находили мужество жить осмысленно, несмотря ни на что, то можно заметить, что у них было хорошо развитое воображение и активная внутренняя жизнь.

Те, кто умеют находить смысл, отличаются развитым воображением и ведут активную внутреннюю жизнь.

Эти люди обращались к воспоминаниям из своей прошлой жизни или фантазировали о будущем. Но при этом всегда удерживали связь с настоящим. Они находили и в воспоминаниях, и в своих фантазиях то, что поможет им делать что-то конкретное и реальное в настоящем.

То есть эти люди вели активную внутреннюю жизнь не для того, чтобы вспоминать или фантазировать, не для того, чтобы тосковать о прошлом. Они искали смысл в своих фантазиях и воспоминаниях для жизни здесь и сейчас. Активная внутренняя жизнь важна не сама по себе, она служит более целостному выражению себя в реальном мире. Воображение помогает нам ощущать свою целостность, выстраивая связь между внутренним и внешним в нашей жизни.

Воображение помогает нам, выстраивая связь между внутренней жизнью и внешней, ощущать свою целостность.

Но активная внутренняя жизнь – это не просто обращение к своей способности что-то вспоминать или фантазировать. Это способ обретения нового смысла в жизни через обращение к своему внутреннему опыту. Некоторые ученые считают, что мы не можем вообразить того, чего не было в нашем опыте. Наш прошлый жизненный опыт дает пищу для наших фантазий о будущем.

Наш прошлый жизненный опыт дает пищу для фантазий о будущем.

Но одни люди вроде бы только и делают то, что постоянно повторяют прошлый опыт, но не могут выйти за его пределы. А другие свою жизнь постоянно наполняют новыми смыслами, им не помеха даже их тяжелый травматический опыт.

Почему же одни люди могут выйти за пределы своего прошлого опыта, а другие – нет?

Древние сказали: «что внутри, то снаружи». То есть у кого-то внутренняя реальность как будто не меняется, и это отражается снаружи. А у других, возможно, постоянно происходит обновление их внутренней реальности. За счет чего?

Чаще всего потому, что внутренняя активность одних людей абсолютно бессознательна. Поэтому и вращается только вокруг одного и того же. Активность других людей более осознанна. Они способны посмотреть на свой внутренний и внешний опыт и с точки зрения активного участника, и с точки зрения зрителя, и с точки зрения активного сотворца своей судьбы.

То есть наша внутренняя жизнь всегда активна, иначе бы мы не могли оставаться живыми. Различие в осознанности.

Внутренняя жизнь может быть осознанной, а может быть и абсолютно бессознательной, но она всегда активна.

О связи психики и мозга знали еще в древности. Известно, что именно мозг руководит нашей деятельностью. Как? Там происходит процесс обработки информации, принятие решений. Если это так, то источник приятия решений находится у нас внутри, а не во внешней среде. Выходит ли так, что среда влияет на нас, но не определяет наши действия?

Восточные мудрецы считали, что мир – это «иллюзия». Они абсолютно правы в том смысле, что мозг работает с образами, впечатлениями от мира, а не с самим миром как таковым. Поэтому очень важно понимать роль воображения в принятии нами решений.

Мозг работает с образами, впечатлениями от мира, а не с реальным миром.

«А чье это кресло?»

До сих пор помню, как я работала с подростком 13–14 лет. Родители жаловались на его безынициативность, лень, нежелание учиться. Мальчик стал ходить на занятия только потому, что «родители заставляют», а «у меня вообще-то все хорошо». Наши занятия в основном носили творческий характер. Я видела своей задачей пробудить у подростка прежде всего интерес к самому себе.

Однажды я никак не могла донести до него мысль о том, что вещь не является тем, что мы о ней думаем. Я тогда решила использовать небольшое упражнение. Я попросила мальчика сесть за большой стол, который стоял на достаточном расстоянии от кресел, сидя в которых мы обычно беседовали. И попросила его нарисовать кресло, в котором он только что сидел, но нарисовать не глядя, повернувшись к креслу спиной.

Мальчик решительно встал и сказал, что «нет проблем, я сейчас быстро нарисую». Он действительно быстро нарисовал кресло. Я наблюдала процесс рисования с удивлением. Нарисованное им кресло было на достаточно высоких ножках, с подушечками-подлокотниками. В общем, совершенно не похоже на кресла в моем кабинете.

Я его спросила: «А ты какое кресло рисовал?» Он ответил: «Как какое? Вы же сказали – то, на котором я сижу вашем кабинете». Я вновь спросила: «А ты уверен?» «Конечно!»– был ответ. Я попросила подростка повернуться к креслу и сравнить свой рисунок с оригиналом. Он посмотрел и спросил: «Ну и что? Все правильно я нарисовал». Я попросила сравнить его детально, как в заданиях «найди различия».

Он был очень шокирован, когда обнаружил, что у кресла в моем кабинете нет высоких деревянных ножек, как у его кресла. У него нет «подушечек-подлокотников». И вообще оно другой формы, нежели на его рисунке. Он спросил с удивлением сам себя: «А чье это кресло?» Мальчик был поражен, так как дома у них были тоже совершенно другие кресла.

Вдруг у него всплыл образ – образ кресел из его раннего детства. Именно такое кресло он нарисовал. Подросток был очень удивлен: кресла уже давно нет, а он его видит. С этого момента у нас начались с ним действительно реальные занятия. Он старался научиться видеть то, что происходит «здесь и сейчас».

Очень широко распространено мнение, что якобы правое полушарие мозга «образное», а левое – «логическое». Это совершенное заблуждение, если учитывать то, что образ – это не то, что «размещается» у нас в правом полушарии. Образ вещи – это ее отражение в нашем сознании, в котором задействованы разные зоны мозга. В его создании участвует весь наш прошлый опыт и опыт восприятия «здесь и сейчас».

Воспоминания содержат и образную информацию, и логические заключения, наши выводы, убеждения. На возникновение образа влияют и внешние моменты, мнение окружающих, наши отношения с ними. То есть важное влияние оказывает и эмоции, и наши ценности и убеждения. Образ как таковой не «гнездится» в правом полушарии, а содержит в себе отражение и логической, и эмоциональной информации.

Образ не «гнездится» в правом полушарии, а содержит отражение и логической, и эмоциональной информации.

На образ влияет также наша цель, осознаваемая или совсем не осознаваемая. Например, в случае с подростком, который я описала, при беседе выяснилось, что тот период детства, когда у них в семье были те самые кресла, был очень важен для него.

Воображение дает нам доступ к новым возможностям, открытым нейропсихологией – наукой о мозге. Однажды доктора Дойджа, психиатра, поразило, насколько изменения, которые происходят с его пациентами, противоречат существующему учению о мозге. Так он открыл свойство нейропластичности – способности мозга изменяться и восстанавливать свои функции.

Наш мозг способен изменяться и восстанавливать свои функции.

Я в этом нисколько не сомневаюсь после того, как побывала в Германии на семинаре по работе с психосоматическими расстройствами. У доктора медицинских наук Вольфганга Леша свой авторский метод лечения, основанный на работе с воображением. Мы с коллегами на его семинаре видели воочию его многочисленных пациентов и их родственников. Комплексный подход доктора Леша подразумевает включение в работу и членов семьи пациента.

Пациенты были рады с нами поделиться своим опытом излечения от самых разных заболеваний. Мне запомнилась история пациента, у которого была атрофирована одна почка, ему пересадили донорскую почку, но возникла проблема и с ней. Этот пациент работал с доктором Лешем, используя техники воображения. И что удивительно – в результате этой работы прижилась донорская почка и восстановилась атрофированная! Воображение – это ключ к способности нашей психики самоисцеляться.

Воображение – это ключ к способности нашей психики самоисцеляться.

Доктор Леш помог более чем 200 своим пациентам победить рак, что официально зарегистрировано медицинскими обследованиями. Одной из его пациенток с диагнозом рассеянный склероз удалось остановить развитие болезни и родить двоих детей.

Если воображение помогает побеждать телесные недуги, то каким же мощным инструментом оно может стать в наполнении жизни новым смыслом!

Обращение к воображению не всегда безопасно

Ханскарл Лейнер, создатель символдрамы, показал, что при работе с образами происходит «операция на символе», которая потом влияет на реальную жизнь человека. То есть преобразования внутренней реальности ведут к изменениям во внешней – «материальной» – реальности. В руках непрофессионала воображение может быть очень опасным инструментом, вызвав, например, травматические воспоминания. Лейнер также говорил, что «образ – это лекарство», а бесконтрольно принимать лекарства, согласитесь, не рекомендуется.

Воображение – это огромная сила, которая раскрывает доступ к необычайным возможностям. Но в руках человека несведущего эти возможности могут стать причиной ухудшения состояния.

С психологом-психотерапевтом вы отправляетесь в очень непростое путешествие. Это путешествие во внутреннюю реальность. Доступ туда возможен только через воображение. Издревле духовные практики используют обращение к этой нашей врожденной способности как к исцеляющей. Практические психологи сегодня, независимо от направления, часто используют работу с образами.

Если вмешиваться в процесс воображения, не зная его законов, можно сильно навредить человеку. Чтобы грамотно сопровождать этот процесс, нужно пройти специальное и достаточно длительное обучение. Причем, с обязательным прохождением метода на собственном опыте личной и групповой психотерапии.

Если вмешиваться в процесс воображения, не зная его законов, можно сильно навредить человеку.

Но даже то, что у человека есть сертификат об обучении, не является гарантией того, что при работе с образами будет соблюдена экологичность. Это важно помнить, обращаясь к психологу или записываясь на тренинги личностного роста. Важно также помнить о технике безопасности, если вы используете упражнения с образами из книг. В главе, в которой приведены упражнения, я привожу основные правила безопасности, которые вам помогут получить максимум пользы от упражнений без нанесения ущерба вашей целостности.

При работе с воображением нужно помнить о технике безопасности.

Таким образом, в обнаружении источника вашей проблемы, в обнаружении нового смысла вашей жизни важным инструментом является воображение. Работа с воображением – это сложный и творческий процесс, который требует от вас осознанности. Но в результате вы получите бесценный дар – обретение нового смысла в жизни.

Критерий подлинности смысла

Важно уметь отличать подлинный смысл от надуманного. Критериями могут служить критерии успешной психотерапии. Обычно специалисты выделяют следующие основные признаки:

• снятие проблемы;

• восстановление работоспособности;

• повышение самостоятельности;

• обретение ощущения счастья в жизни.

Я бы добавила еще два критерия. Это укрепление конструктивных социальных связей, то есть таких, которые вносят в жизнь больше смысла и радости. А также возвращение себе ощущения внутренней силы и устойчивости. По сути эти моменты – смысл и радость, внутренняя сила и устойчивость и есть основа ощущения счастья. Обретение подлинного смысла делает человека счастливее и радостнее, возникает желание делиться обретенным смыслом с другими людьми.

При неправильном использовании творческой силы воображения, неумении ею управлять могут возникнуть сложности и в жизни. Это может быть внезапный, ничем не объяснимый упадок сил, потеря ощущения радости, возникновение неожиданных проблем, нежелание общаться. При возникновении таких симптомов лучше обратиться за помощью к психологу.

Резюме

Источником нашей жизненной стабильности является наша врожденная способность к самоисцелению, самовосстановлению. Эта способность нам позволяет в самых тяжелых ситуациях вновь подняться и продолжать жить. У каждого человека свой уникальный способ пробуждения этой внутренней силы.

Нельзя судить о своих возможностях по предыдущему опыту, поэтому нужно ориентироваться не на препятствия, которые возникают на пути, а на те возможности, которые открывает перед вами их преодоление.

Силы придает возможность обнаружения нового смысла. Стремление к смыслу – это главная человеческая потребность. И самым большим стрессом для человека является отсутствие смысла. В поисках смысла важно уметь обращаться за помощью как к накопленной веками человеческой мудрости, так и к реальным людям, которые смогут поддержать вас и просто выслушать. Иногда важна профессиональная помощь психолога.

Даже самый сильный человек временами может испытывать отчаяние и беспомощность. Ваша жизнь – неотъемлемая часть изначального плана мира. Поэтому в любой самой сложной ситуации ВЫХОД ЕСТЬ. Нужно просто знать, к кому обратиться за помощью.

Специалисты считают, что 50 % способности справиться с трудностями зависит от наших представлений о себе, от наших знаний законов внутренней жизни. Об этом и пойдет речь в следующей части.

Часть 3

Где нет стремления к счастью, там нет и стремления вообще.

Стремление к счастью – это стремление стремлений.

Людвиг Андреас Фейербах

Стремление к счастью

Я часто слышу от клиентов: «хочу гармоничных счастливых отношений», «хочу гармонии в душе», «не хватает счастья». Чего хотят люди, чего им не хватает? Один мой коллега сказал, что счастья нет, и это бесполезное дело – искать счастье. Что-то внутри меня не согласилось, и я задумалась.

Если мы просто возьмем словарь, то узнаем, что гармония – это состояние согласованности разных частей чего-то целого, это слаженность работы целого организма. Даже в самом слове «счастье» мы можем найти похожий смысл «СогласованностьЧАСТей», «СлаженностьЧАСТей».

Когда мы говорим о счастье, мы чаще понимаем его очень глобально – что «хорошо все-все-все», некое детское представление о счастье как о рае. Такое счастье в реальности, на практике, не совсем доступно. А ведь можно понимать счастье действительно как «согласованность частей» какой-то конкретной сферы жизни. Можно быть счастливым, например, в работе, любви, дружбе. Но опять чего-то начинает не хватать. Почему нам всегда «мало»?

Оказывается, у человека есть врожденное стремление к развитию как к обретению все большей полноты ощущения себя. Но порой мы путаем такую полноту с совершенством.

Страсть к совершенству

Стремиться к совершенству – значит убить любовь, ибо совершенство не признает человечности.

Мэрион Вудман

Совершенствоваться – это очень понятно, это про «улучшиться», достичь в чем-то высшей степени. То есть улучшение или достижение – это некоторое движение от чего-то имеющегося к чему-то желаемому.

Это некое поступательное движение от точки А к точке Б, когда мы сравниваем себя вчерашнего с желаемым образом в будущем или с кем-то рядом. То есть совершенствование – это движение от имеющегося состояния к желаемому.

Совершенствование – это движение от имеющегося к желаемому.

Совершенствование само по себе неплохо. Ведь здорово, что у вас улучшается память, а не ухудшается. Проблема начинается тогда, когда мы начинаем искать лучшее вместо более полного. Но на лучшее всегда есть еще более лучшее. Так возникает бесконечная гонка за ложно понимаемым счастьем как за совершенством. Но иногда мы начинаем себя чувствовать недостаточно полноценными. Почему?

Так произошло, потому что мы вместо того, чтобы стремиться к полноте своего ощущения себя, стали улучшать что-то, не связанное с нашей полнотой. Полнотой как целостностью себя. Задумайтесь над словом «полноценность», ведь это о ценности полноты, а не о ценности какой-то части себя. Когда мы путаем счастье с совершенствованием какой-то части себя, тогда и возникает ощущение собственной неполноценности.

Мы путаем счастье с совершенствованием части себя. Тогда возникает ощущение собственной неполноценности.

Например, мы рьяно можем начать худеть – ведь в моде стройность. И если мы худеем только потому, что нам важно стройнее выглядеть в глазах окружающих, то наедине с собой мы будем снова переедать. А утром чувствовать себя ничтожными и неполноценными по сравнению с желаемым образом себя в зеркале. Но вместо рыданий о несчастной судьбе, может быть, стоит поразмышлять: «А зачем лично мне быть стройным?»

Для этого нужно немного больше узнать о себе.

Предлагаю вам сейчас простое упражнение.

Упражнение

«Что я улучшаю».

Нарисуйте ниже слева точку – условное обозначение момента, когда вы родились.

Проведите из этой точки линию вперед вправо – в будущее.

Найдите на этой линии точку «сейчас». Отметьте ее.

Найдите еще одну точку – момент, когда вы себя впервые помните, обозначьте ее на линии.

Запишите минимум пять своих качеств (какой/какая) в том возрасте.

1-

2-

3-

4-

5-

Свяжите каждое качество со способностью. Например: «глупая» – способность размышлять, «агрессивная» – способность управлять чувствами. Запишите ниже.

1-

2-

3-

4-

5-

Оцените каждую способность по 10-балльной шкале. Запишите рядом.

А сейчас скажите себе, как в вас изменились те качества, которые вы в себе нашли в возрасте первого воспоминания, к моменту сейчас. Запишите на той же строке в п. 5 рядом.

Оцените, как изменились способности по 10-балльной шкале. Запишите напротив в п. 6.

Что вы чувствуете сейчас? Запишите.

Какие выводы вы можете сделать? Запишите.

Что вы хотите сейчас? Запишите.

В этом упражнении я предложила вам посмотреть на ваши качества как на отражение способностей. Например, «глупая» – это отражение умственной способности – способности думать. Но есть качества, которые не являются отражением ваших способностей. «Красивая» – отражение какой способности? Если речь идет о внешней красоте, то, сколько ни старайся, а красота внешняя с возрастом увядает. Если речь о стройности, то это качество тоже можно улучшать до поры до времени. Наступает момент, когда природа сделает свое дело.

Вы знаете кучу примеров известных людей, которые заботятся о своей красоте, о своем теле, и это порой восхищает. Но со временем вы видите на их лицах морщинки, которые появляются, несмотря на омолаживающие операции. Однако есть люди, лицо которых усеяно целой сетью морщин, но в их глазах такой блеск, что забываешь об их возрасте.

Улучшение подчиняется закону линейного развития – закону причины и следствия. Делая по утрам зарядку, вы чувствуете себя более крепким, гибким, выносливым. То есть что-то происходит вследствие чего-то. Но бывает так, что вы делаете зарядку, а чувствуете себя хуже и хуже. Почему не работает закон причины и следствия?

Я придумала это упражнение, чтобы помочь понять, что можно и стоит улучшить, а что – нет. Однозначно можно улучшать внутренние качества как отражение наших способностей. Но не до бесконечности. Ведь, прежде всего, мы реальные биологические существа – в этом смысле мы ограничены этой своей природой. Улучшение внешних качеств – еще труднее, они почти не зависят от наших способностей. В большей степени это природный дар.

Стоит ли тратить тогда на это время и энергию? Есть ли смысл в таком улучшении? Конечно, есть. Без такого развития своих врожденных способностей мы бы просто остались дикарями. Но улучшение, совершенствование себя не может быть самоцелью. Оно служит чему-то другому. Чему?

Индивидуальная врожденная цель

… мы будем теми, кем рождены были стать, но почему-то забыли об этом.

Эльчин Сафарли

Оказывается, кроме причинно-следственной связи, существует еще связь другого типа. Эта связь внутренняя. Это связь с некой внутренней врожденной целью живого существа. Она индивидуальна для каждого. Эта цель существует изначально в каждом живом существе как некий план развития, эскиз его индивидуальных возможностей. Как в семени растения, например, уже заложена его возможность быть каким-то определенным растением.

В каждом живом существе есть от рождения внутренний план развития, эскиз его индивидуальных возможностей.

То есть личная цель существования существует изначально, как некий врожденный, заданный от рождения потенциал наших возможностей.

И личное счастье – это реализация именно ваших уникальных возможностей. Вспомнилась притча о розе и винограде. Читала очень давно и не помню автора.

Роза и виноград

Рос в саду виноград, он был зеленый, с крупными гроздьями ароматных сочных ягод, которые переливались на солнце. Однажды виноград заметил в тени недалеко от себя розу. Это был прекрасный цветок с нежнейшими розовыми лепестками. К розе часто подходили, просто любуясь ею и восхищаясь ее нежнейшим ароматом. К винограду же подходили, чтобы подправить лозу и снять спелые гроздья, но никто не восхищался его ароматом. Виноград очень завидовал розе.

Прекрасная роза тоже однажды заметила виноград, растущий на открытом солнце. Она видела, как люди подходили к нему и снимали спелые гроздья, восхищались их качеством и урожайностью. Она с завистью смотрела на виноград. Розе казалось, что виноград очень нужен и полезен. А она совершенно бесполезна, никому не нужны ее цветы. Что с того, что люди подходят и любуются ею?

Но не с кем было винограду и розе поделиться своими переживаниями. Через какое-то время от тоски и зависти зачах виноград, так и не узнав, о чем думала роза. И роза никогда не узнала, о чем тосковал виноград. Ее лепестки облетели быстрее, чем у других роз, может быть тоже от зависти и тоски.

Важно уметь ценить уникальность другого. Но для обретения личного счастья необходимо знать и ценить свою врожденную природу. Каждое живое существо ведомо изначально заданным эскизом своих индивидуальных и уникальных возможностей.

Для обретения личного счастья необходимо знать и ценить свою врожденную природу.

Кроме этой изначальной природы в нас заложена еще и огромная врожденная сила, которая позволяет превратить предварительный эскиз наших врожденных возможностей в целостную картину уникальной личности, которая связана с остальным миром.

Нужен только подходящий момент, чтобы эта сила в нас проснулась. Я каждый раз поражаюсь, когда вижу на балконе или на крыше какого-нибудь старого заброшенного дома выросшее там непонятно как деревце. Оказывается, достаточно лишь немного занесенной ветром пыли и естественной влаги, чтобы прорасти попавшему туда семени.

Так и человеку бывает порой достаточно какого-то, вроде бы обычного услышанного слова от окружающих, чтобы вдруг поверить в себя и сказать жизни «Да!».

В нас вложена огромная врожденная сила реализовывать нашу врожденную природу. Для этого иногда нужно совсем немного.

Жизнь – это огромная тайна. Чем дальше изучают ученые законы развития живого, законы работы нашего мозга, тем больше возникает у них новых вопросов. Все больше появляется подтверждений тому, что мы очень мало сознательно влияем на наши решения.

Как будто действительно существует некая сила в нас, отличная от рационального интеллекта, принуждающая действовать определенным образом.

Как семя растения, прорастая, воплощает вложенный в него план, так и человек воплощает вложенную в него задачу. И тогда путь к личному счастью можно понимать как процесс восстановления связи с этим изначальным индивидуальным эскизом, своей изначальной целостностью, с его воплощением и реализацией. То есть личное счастье – очень индивидуально.

Люди с ограниченными, чем у обычных людей, возможностями с рождения сталкиваются со своей физической уникальностью, сильным физическим отличием от других. Им очень больно чувствовать свою инаковость, но она так явна, что остается это только признать. И возможно, именно это признание своего физического отличия от других дает им силы не замыкаться только на том, что дано им лично от природы, а искать и находить с людьми общность другого рода – духовную.

«Обычные» люди – люди с «обычными» возможностями – попадают в ловушку стремления «быть как все», так как не могут разобраться, в чем их отличие от других. Так они начинают терять связь с изначальным стремлением быть собой, «быть тем, кто ты есть». Возникает мучительный внутренний конфликт.

Внутренний конфликт и предназначение

«Нормальный» человек – это не тот, кто изжил в себе все противоречия, а тот, кто использует их, вовлекая в дело своей жизни.

Морис Мерло-Понти

Итак, в нашей душе два стремления. Первое, изначальное, – это стремление раскрыть свою индивидуальность, проявить свои возможности, обращено наружу, навстречу к миру. Второе – обращенное от мира к нам, как требование учесть, что «есть и другие рядом». Когда мы не осознаем своего отличия, то поддаемся требованиям мира, ложно понимая его как «будь как все».

ПЕРВОЕ СТРЕМЛЕНИЕ побуждает нас учиться предъявлять себя миру такими, какие мы есть. Это позволяет реально почувствовать свои возможности и свои истинные потребности.

Например, новорожденный. В его инстинктах и физиологии заложено от рождения заявить о себе криком. Это заставляет мир обратить на него внимание и понять, что ему нужно. Если были нарушения на этой фазе развития, то есть к младенцу не подходили по первому требованию, позже у человека во взрослой жизни проявляется в различных формах отторжение окружающего его мира, бунт. Или, наоборот, подчинение условностям: появляется такой «удобный для всех» человек, но очень несчастный внутри.

Я читала, к сожалению, не помню автора, что исследователи обратили внимание на связь движения «хиппи» 60-х годов прошлого века с «воспитанием по Споку». Оказалось, что большинство родителей хиппи воспитывали своих детей, следуя рекомендациям Бенджамина Спока. Одна из его странных рекомендаций – не подходить к ребенку, когда он плачет, не баловать его своим вниманием. В результате выросло целое поколение бунтарей, но оказались на виду только те, кто «забунтовал». А сколько же тех, кто просто тихо где-то в одиночестве спился, «забылся»?

Приведенный пример – пример крайних проявлений, оба этих проявления не являются здоровыми. Здоровье – это состояние целостности, способность установить диалог, набраться силы найти общий язык и продолжать быть вместе, пока есть общая задача.

Для этого важно учесть, что объективной реальностью является ВТОРОЕ СТРЕМЛЕНИЕ – стремление мира, обращенное к вам изначально с любовью. Вспомните слова Маяковского:

Послушайте!

Ведь, если звезды зажигают —

значит – это кому-нибудь нужно?

Значит – кто-то хочет, чтобы они были?

Эти два стремления в какой-то момент начинают конфликтовать. В душе возникает смятение, душа болит. Вы задаете в эти минуты себе вопрос: «Почему со мной такое? Что делать?» Вы обращаетесь за советом к близким и друзьям. Но им трудно понять, что с вами происходит, ведь у вас все есть для «обычного человеческого счастья».

В нас ищет выхода «необычность», наша врожденная уникальность. И тогда вопрос: «Почему?», который годится для обычной жизни, уже не приводит к ответу. Важными становятся вопросы: «Для чего?», «В чем смысл того, что происходит со мной?», «В чем мое предназначение?», «В чем цель моей жизни?». Самое трудное – найти ответы на эти вопросы.

Ранее мы говорили о том, что человек есть часть целостного плана мира, то есть он реально нужен этому миру и таким, каким родился. Просто мы путаем видимое внешнее с внутренним, отсюда сложности в том, как ответить на вопрос: «Кто я?» Нет однозначного ответа на этот вопрос, но жизнь устроена мудро, окружение постоянно нам подсказывает, какие наши роли и что «игры» устарели. Когда мы не слышим голосов окружения, появляются трудности и сложности. Трудности появляются и тогда, когда эти голоса подавляют наш собственный голос.

Сложность еще и в том, что мы воспринимаем послания от окружения буквально, не прислушиваясь к себе. Окружающие нас люди – «тоже люди», они тоже могут не быть в согласии со своей внутренней силой и выражать свои требования, бессознательно – как младенцы. Непонимание приводит к тому, что «быть вместе с другими» мы воспринимаем как «быть как все».

Поэтому нужно научиться прислушиваться к себе. Постепенно можно научиться обнаруживать смыслы того, что происходит. Это способность, которая развивается. Попробуйте прочувствовать сами, как можно научиться обнаруживать смыслы, – выполните простое упражнение из Приложения «Превращение жалобы в проблему».

Именно когда происходит настоящая встреча человека и окружения, тогда и происходит понимание смысла текущей ситуации, осознавание своего текущего предназначения.

Предназначение, на мой взгляд, это не что-то раз и навсегда заданное. Предназначение это как некий секретный сундучок, который вы открываете, обнаруживаете в нем другой сундучок, который вас так же удивляет и радует, а потом вдруг в этом сундучке обнаруживаете еще один, более удивительный, и т. д. Или это можно сравнить с распусканием цветка. Очень красиво это представлено в восточных учениях о чакрах: о новых уровнях сознания говорится как о цветках лотоса – на каждом уровне сознания все больше лепестков.

Удивительным образом состояние счастья и любви совпадает с чувством реализованного предназначения. Видимо, так происходит потому, что все эти состояния – следствие обретения большей целостности. Об этом достаточно широком понятии рассказывается в следующей главе.

Целостность

Целостное существо знает не уча, видит не смотря и достигает не делая.

Лао-Цзы

Люди уже давно обратили внимание на то, что слова: «цель», «бесцельность», «целое», «целостность», «исцеление» имеют общий корень. Чтобы «исцелиться», надо обрести цельность или целостность. Уже древние люди знали или чувствовали это, и, наверное, именно поэтому появилось такое простое и емкое слово «исцеление». Лечение как восстановление связи со своей целостностью. Что же такое целостность?

Мы уже понимаем, что современный человек без реализации, хотя бы частичной, своего индивидуального врожденного плана начинает чувствовать себя несчастным. Индивидуальный план – это вещь очень «нелогическая». Вдруг врачи начинают петь, а юристы – рисовать. Почему? Чтобы понять это, нужен не ум как мозг, а некий психологический и духовный опыт проживания себя – опыт внутренний. Наверное, поэтому так сейчас популярны всякие психологические тренинги и духовные практики. Ведь в школе этому не учат, а потребность в этом сегодня огромна.

Но в то же время мы живем среди других людей, в мире, в котором есть правила и ограничения. Мы вынуждены подстраиваться, приспосабливаться. И целостность, к которой стремится наше существо, – это состояние сгармонизированности двух противоположных по цели стремлений. Это как дерево, которому, чтобы выше расти, нужно пускать корни глубже. То есть, чтобы себя реализовать, необходимо быть укорененным в обществе.

Задача обретения целостности – это непрерывный рост и вглубь и вверх. Важно чувствовать связь и со своим личным изначальным эскизом возможностей, и связь с окружающей реальностью.

Процесс исцеления в этом смысле – это не совершенствование чего-то в себе, а некое распаковывание внутренних смыслов, которые возникают при решении этого внутреннего конфликта между индивидуальным и общечеловеческим. Это подобно распусканию бутона.

Психологи часто используют слово «гештальт» для обозначения целого. Что за зверь такой «гештальт»? Воспользуюсь случаем прояснить это важное в психологии понятие, поскольку оно связано с нашей темой. Чаще всего в психологии используется суть слова «гештальт» как обозначение целого. Это такое целое, которое состоит из частей, связанных так, что они вместе составляют НЕРАЗРЫВНОЕ ЦЕЛОЕ. То есть гештальт – это одновременно И ЧАСТИ, И СВЯЗИ, которые их соединяют. И есть еще нечто важное для понимания гештальта – это тот же вопрос: «Для чего?»

Простой, «материальный» пример – ручка, которой вы пишете. Ручка – как целое – это не просто набор элементов, из которых она состоит, а элементы, объединенные определенным образом, чтобы ручка выполняла вложенную в нее функцию – писать. Но ручка существует как нечто целое, служащее какой-то цели, только в руках пишущего.

То есть в понятие «гештальта» как целого вложен смысл чего-то еще большего, чему это целое служит. Есть еще такое выражение: «завершить гештальт». Если говорить доступно, то «завершить гештальт» – это обнаружить смысл, выяснить, «чему служит это целое». Ручка без пишущего – абсолютно бесполезная вещь как ручка. Как только появляется «пишущий», появляется смысл и завершенность гештальта «ручка».

Когда это не осознается, то «завершают гештальт» таким образом, что покупают, например, ручку с бриллиантами за несколько миллионов рублей. Для чего такая ручка? Явно не писать. Скорее всего, значение имеют бриллианты, которые в ней. Речь идет совсем не о ручке, когда покупается именно такая ручка. Возможно, речь идет об очень низкой самооценке обладателя, который ее компенсирует таким образом. Тогда в данном случае гештальтом будет самооценка.

То есть в создании гештальта участвует и тот, кто взаимодействует с этим гештальтом. Например, вот эта книга, которую вы читаете. Вы можете вырвать из нее часть листов, решив, что и без них все равно книга останется книгой. Если вы действительно думаете, что книга – это только скрепленные листы бумаги, то, наверное, это так. Маленькие дети так и думают и рвут страницы, играя с книгой как с игрушкой.

Но для взрослых книга с вырванными страницами может не быть гештальтом. Почему? Потому что важной частью книги является еще и текст, и содержание, и смысл, который вы в ней находите. И может быть, это гораздо важнее. Может быть, поэтому и сказано: «рукописи не горят» – обретенный смысл невозможно «сжечь».

Есть произведения музыки, изобразительного искусства, которые до сих пор волнуют людей. Видимо, это происходит потому, что такая музыка или картина – это не просто набор звуков или цветовых пятен, а нечто большее, как гештальт – целое. Великие произведения искусства затрагивают наши иные, нематериальные потребности. Они воссоединяют нас с более высоким уровнем нашей целостности, большим, чем уровень биологических существ.

Понятие гештальта как целого связано с его назначением, которое имеет смысл только при взаимодействии. Взаимодействие может быть на разных уровнях. И на практичном уровне, имеющем конкретное назначение. А может быть абсолютно на первый взгляд непрактичным и нецелесообразным. Вспомнила пример из практики.

Студенческие тетрадки

Однажды после одной лекции ко мне подошла участница и спросила: «Вот у меня на антресоли до сих пор лежат студенческие тетради с конспектами. Я каждый раз при уборке хочу их выкинуть, но в очередной раз рука не поднимается. Почему?» Я задала 50-летней женщине вопрос: «А что было самым важным в студенческие годы для вас?» Она задумалась и отошла.

В следующий раз она подошла снова и сказала: «Знаете, а тетрадки я выкинула. Я просто поняла, что тоскую по этим студенческим временам. Особенно по одному сокурснику, который брал мои конспекты. Когда я это вдруг поняла, тетрадки стали не нужны».

Как поняла сама женщина, дело было вовсе не в тетрадках. Я могу пофантазировать, что у этой женщины были не завершены в юности отношения с человеком, к которому у нее были определенные чувства. И часть ее внимания была направлена в далекое прошлое, отнимая и энергию, и физическое пространство в настоящем. Возможно, для обретения целостности нужно было осознать эту связь и признать ее как реальную и важную.

Хранение тетрадок, занятие «глупое» с точки зрения наблюдателя, для ее души было ЦЕЛЕСООБРАЗНЫМ, так как служило связью с незавершенными отношениями, которые имели для нее ценность. Эти отношения были важны для ее целостности. Тетрадки были не просто тетрадками, они были неким контейнером для части души этой женщины. Когда она осознала, с чем они для нее связаны, тогда тетрадки стали просто тетрадками.

Дорога к нашему «личному счастью» порой и состоит из таких небольших шагов по признанию и осмыслению нашего опыта.

Дорога к личному счастью состоит из небольших шагов по признанию и осмыслению нашего опыта.

Женщине так важно было хранить те тетрадки 30 лет, возможно, еще и потому, что они давали чувство связи не только с тем человеком и с юностью. В ее опыте тетрадки были еще символом ее нужности другим. Они символизировали связь ее уникальности и полезности, нужности. Ее тетрадки ведь были «нужны» другим, как тщательно записанные конспекты лекций. Она умела делать это очень хорошо, и это было нужно другим. И, возможно, они служили ей неким символом ее нужности, когда ее жизнь стала казаться скучной и бессмысленной.

Таким образом, наша целостность имеет смысл, если она соотносится с окружением и служит ему.

Целостность имеет смысл, если она соотносится с окружением и служит ему.

Еще один пример. Женщина как некая целостность существует только в глазах мужчины. Конкретная женщина существует в глазах конкретного мужчины. Например, женщине, если она хочет женского счастья, важно понимать, что ее конкретное женское счастье существует только рядом с конкретным мужчиной.

Если она для всех, то она «ничья». Когда я говорю «ничья», это не о том, чтобы нужно быть «чьей-то». Человек – не вещь, он не может кому-то принадлежать. Но он может иметь принадлежность, общность с кем-то такую, что это раскрывает его личность еще полнее.

Чтобы понять, «чей», или обнаружить свою принадлежность, нужно обнаружить свою уникальную целостность как личности. Личностная целостность не имеет ничего общего с чем-то идеальным. Это просто согласованность частей личности таким образом, что возникает неповторимая индивидуальность.

Например, Сократ. Говорят, он был очень некрасив. Если бы он сосредоточился на совершенствовании своей внешности или переживании своей «некрасивости», он никогда бы не раскрыл тот талант, который позволил ему стать тем, кем он стал. Сократ, видимо, был действительно мудрым человеком. Он не стал тратить усилия на исправление того, что тленно, а принял свое тело таким, какое есть. И сосредоточился на развитии того, что ему дала природа, что было под силу ему, и что приносило пользу другим людям. Так появилась целостность «Сократ».

Формула счастья

Никогда счастье не ставило человека на такую высоту, чтобы он не нуждался в других.

Сенека Луций Анней (Младший)

Для человека очень важно, если то, что он умеет делать очень хорошо, нужно другим. Вот это и есть, по сути, формула целостности и формула счастья: «Я умею и люблю делать что-то такое, что нужно другим».

Формула счастья: «я умею и люблю делать что-то такое, что нужно другим».

Есть смысл себя совершенствовать в чем-то, если это радует не только вас. А если это никому не нужно, то зачем это? Ник Вуйчич обнаружил в себе способность вдохновлять других людей. Для проявления этой способности не нужны ноги или руки, для этого нужна душа. Он признал, что это он умеет делать очень хорошо, ему это нравится. Это нужно другим, это дарит людям новый смысл их жизни, не ограниченный телом. Это и является его уникальностью, а не то, что у него нет рук и ног.

Стелла Енг, тоже человек с ограниченными возможностями, но она не любит, когда говорят, что инвалиды должны быть примером мужества и вдохновлять других. Видимо, это точно не ее предназначение. А свое предназначение она видит в том, чтобы люди задумались о том, как инвалидам сложно в жизни обычных людей. И это ее миссия – показать, что наши ограниченные возможности, наше тело имеют значение не меньшее, чем душа. Она именно этим расширяет поле смыслов других людей.

Интересно получается, что не сама по себе уникальность важна, а только если ее понимание помогает обрести смысл. Раскрыть свою уникальность – это обнаружить в себе то, что наполняет вашу жизнь и жизнь других смыслом.

Не сама по себе уникальность важна, а только если ее понимание помогает обрести смысл.

Если нет осознавания подобной уникальности – «я что-то умею, мне это нравится, это нужно другим», – то и нет ощущения счастья. Когда ты занимаешься тем, что тебе нравится и что нужно другим, то ты стараешься эту способность улучшать и улучшать. Мы уже говорили выше о том, что совершенствование – это всего лишь инструмент, но не цель. Цели меняются по мере нашего развития. Но все эти цели подчиняются закону полезности. Наверное, огромные динозавры вымерли, потому что никому не были полезны.

Совершенствование – это всего лишь инструмент, но не цель.

Главная цель и основа счастья человека – найти любимое дело, которое приносит пользу другим людям и миру, в котором он живет. То есть счастье все-таки есть! И оно не где-то «там», а прямо в вас и в тех людях, которые рядом с вами.

Есть такое выражение: «Счастье не пункт назначения, а способ передвижения». Путь к обретению своего любимого дела порой долог и непрост. Но если вы вдруг его обнаружили и готовы этим заниматься и заниматься, то «способ передвижения» становится счастьем.

Я думаю, что счастье существует и как «пункт назначения» – в понимании для кого или для чего вы это делаете.

Часто спрашивают, что такое «личностное развитие». Можно сказать, что личностное развитие – это как раз движение в сторону «счастья», в сторону раскрытия своей уникальности, полезной миру. А какой смысл в другом развитии?

Личностное развитие – движение в сторону счастья как раскрытия вашей уникальности, полезной миру.

Дорога к счастью

Обыкновенно нам недостает не самого счастья, а умения быть счастливым.

Морис Метерлинк

Я думаю, что вы, читатель этой книги, хотите не просто знаний, но реальных изменений своей жизни к лучшему, чтобы ваши отношения с собой и с окружающими стали более живыми, более человеческими, чтобы ваша жизнь стала радостнее.

Чтобы знания, которые есть в этой книге, реально привели к нужным для вас изменениям, нужно самому при восприятии этих знаний быть живым. Как? Мой личный и опыт работы с клиентами говорит о том, что для этого необходимо соблюдение условия искренности. Что это?

Искренность как необходимое условие быть живым

Если у человека нет ни одной искренней мысли, он подобен нищему, который отовсюду уходит с пустыми руками.

Хун Цзычен

Искренность описывают обычно как качество личности или как проявление внутренней силы, позволяющей сохранять единство своей личности и на внутреннем, и на внешнем планах, преодолевая внутренние противоречия. Если быть более точным, речь идет о нескольких способностях – о способности быть осознанным, способности брать ответственность на самого себя за свое состояние, способности привести себя в более целостное состояние.

То есть ключевыми понятиями в определении искренности являются осознанность, целостность, ответственность.

Я включаю осознанность как определяющее качество. Именно осознанность помогает посмотреть на себя «со стороны» и заметить свои чувства, телесные ощущения, свои мысли, желания и то, насколько они соответствуют друг другу.

Когда нет осознанности, то это не искренность, а что угодно, например, наивность, импульсивность. Именно об этом, наверное, высказывание Роже Белльгарда: «Искренними находят только тех, у которых недостаточно ума для того, чтобы быть обманщиками». Или высказывание Джона Коллинза: «Люди слабые и импульсивные могут быть и часто бывают искренни, но редко бывают правдивы».

Иногда считают искренность одним из аспектов правдивости, честности, открытости. Мне кажется это неверным, если под «правдивостью» подразумевать «говорить правду» другому. Искренность необязательно подразумевает обязанность «говорить правду». Искренность – это «признавать правду», но не обязательно ее говорить. Искренний человек если говорит, то говорит о себе, для него важно, чтобы он был правдив по отношению к себе прежде всего.

Например, вам неприятен какой-нибудь человек, и вам с ним не хочется общаться, а тот настаивает. Быть искренним – признать это для себя самого. А человеку можно честно сказать только то, что вы готовы/не готовы сделать сейчас. Например: «Прости, я сейчас с тобой говорить об этом не готов». Это будет настоящей правдой, она соответствует целостности вашего состояния.

То есть честность допустима только в отношении себя и реальных вещей, которые есть «здесь и сейчас». Если же сказать: «Ты мне неприятен, я с тобой не хочу говорить», – это будет не совсем про искренность, так как фокус смещен на другого. Здесь нет ответственности за свое действие, фокус ответственности смещен на другого: «Ты мне неприятен». Лучше сказать: «Мне неприятен этот разговор». Это будет и про осознанность, про настоящую правду, то есть «про себя» и про свое отношение к тому, что происходит между людьми, а не к личности человека.

Томас Огден, известный психоаналитик, описывает в своей книге свои переживания на начальных курсах английского языка, когда он еще был студентом. Этот опыт стал основой и его собственного подхода в психоанализе. Томас Огден пишет: «Курс начинался со следующего письменного задания: „Опишите ситуацию (реальную или воображаемую), в которой вы были искренни. Опишите ситуацию, когда вы были неискренни“».

Это были курсы английского языка и вдруг на первом занятии – такие неожиданные упражнения! Огден пишет, что это не были упражнения в философии или психологии. Это были «необходимые усилия по созданию условий, в которых каждый студент мог слушать себя, старающегося подбирать слова и составлять предложения, чтобы выразить/создать свои мысли и чувства при письме».

Благодаря знакомству с опытом Огдена я стала тоже делать усилия по созданию условий для искренности и в своей жизни, и в работе с клиентами. Это очень непросто. Но если это условие вы соблюдаете, то происходит что-то невероятное.

По-настоящему живой человек постоянно чему-то учится. Познавательная способность – это самая главная способность всех живых существ.

Искренность – это действительное минимально необходимое условие для того, чтобы вы могли чему-то научиться. Именно в состоянии искренности мы можем по-настоящему слышать и чувствовать себя и окружающих. Мудрый преподаватель английского языка, далекий от психологии, прекрасно знал, что для того чтобы начать понимать чужой язык, сначала надо слышать, чувствовать и понимать самого себя.

Искренность – минимально необходимое условие, чтобы вы могли чему-то научиться.

Упражнение

«Искренность»

1. Вспомните, пожалуйста, любую реальную ситуацию, в которой вы были искренни. Представьте, как будто вы находитесь прямо сейчас в этой ситуации. И прислушайтесь к своим ощущениям, эмоциям, чувствам именно в тот момент, когда, на ваш взгляд, есть максимальное ощущение своей искренности в этой ситуации. Осознайте, какие в этот момент возникают ощущения, чувства, желания. Запишите результаты своего осознавания в таблицу.

Вспомните еще две реальные ситуации, в которых вы были искренни. Также прочувствуйте себя на всех уровнях вашей целостности и запишите результаты в таблицу ниже.

2. Вспомните, пожалуйста, любую реальную ситуацию, в которой вы были неискренни. Представьте, как будто вы находитесь прямо сейчас в этой ситуации. И прислушайтесь к своим ощущениям, эмоциям, чувствам именно в тот момент, когда, на ваш взгляд, есть максимальное ощущение своей неискренности в этой ситуации. Осознайте, какие в этот момент возникают ощущения, чувства, желания. Запишите результаты своего осознавания в таблицу.

Вспомните еще две реальные ситуации, в которых вы были неискренни. Также прочувствуйте себя на всех уровнях вашей целостности и запишите результаты в таблицу.

3. Проделайте сейчас исследовательскую работу. Отметьте цветным фломастером в описаниях ситуаций искренности то, что есть во всех трех ситуациях. Выпишите их в отдельный столбец. Теперь отметьте другим цветом то, что есть во всех трех ситуациях неискренности, выпишите в отдельный столбец.

4. Сделайте небольшой анализ своих записей. Запишите свои выводы ниже:

Выводы из этого упражнения.

Я множество раз и в индивидуальной, и в групповой работе с клиентами давала это упражнение. Сейчас это упражнение, с которого я начинаю любой длительный процесс работы с клиентами.

Вот один из выводов одного из участников, который отражает типичную картину «неискренности»: «Когда я неискренен, я пытаюсь побыстрее завершить ситуацию, почти „сбежать“ из нее. Тело напряженное, сжатое, дыхание несвободное. Чувство стеснения, беспокойства, тревоги. Не хочется думать. Как будто меня здесь нет». Свое состояние в ситуации искренности люди описывают примерно так: «Дышится легко, тело приятно расслаблено, приятно общаться, хочется продолжать общение. Интерес к тому, что есть».

В процессе своих наблюдений я заметила, что подавляющее большинство людей (более 90 %) в ситуации искренности свое состояние описывают как комфортное и приятное на всех уровнях его целостности:

• ключевое состояние – интерес к миру, к людям, к делу, которым человек занят;

• в теле комфортные ощущения: приятная расслабленность, легкость, но с приятной концентрацией как готовностью к действию;

• ясность, гибкость мышления;

• готовность к диалогу, к взаимодействию.

В ситуации неискренности подавляющее большинство чувствуют дискомфорт на всех уровнях:

• ключевое состояние – беспокойство, неприятное волнение, стеснение, эмоции не осознаются;

• в теле напряжение, зажатость;

• мышление заторможенное, нежелание воспринимать информацию;

• нежелание взаимодействовать, желание как можно скорее завершить ситуацию.

Итак, можно выделить КРИТЕРИИ ИСКРЕННОСТИ. Это комфортное телесное и эмоциональное состояние, интерес, ясность ума, готовность к взаимодействию.

КРИТЕРИИ ИСКРЕННОСТИ: комфортное телесное и эмоциональное состояние, интерес, ясность ума, готовность к взаимодействию.

Таким образом, это упражнение позволяет осознать, что продуктивное и эффективное состояние – это состояние искренности. В нем мы проявляемся целостно на всех уровнях. В состоянии неискренности нет целостности, мы словно расщеплены физически; как будто находясь в ситуации, мы на самом деле отсутствуем эмоционально и интеллектуально. То есть в состоянии неискренности полноценное восприятие новой информации практически невозможно.

Продуктивное и эффективное состояние – это состояние искренности.

Еще очень важно знать, что состояние неискренности небезопасно для здоровья. Так как в нем мы нецелостны. Нет согласованности различных частей нашей личности между собой. Например, вытесняются эмоции, которые неприятно осознавать. Но они ведь никуда не деваются, а остаются в виде телесных блоков, которые приводят к заболеваниям.

Состояние неискренности небезопасно для здоровья.

Для возвращения себя в состояние искренности используйте упражнение «Приведение в ресурсное состояние» из Приложения.

Осознанность и этапы мышления

Ты жив пропорционально тому, насколько ты осознан. Осознанность – это разница между жизнью и смертью.

Ошо

Я хочу поделиться здесь историей создания упражнения на возвращение себе более ресурсного и осознанного состояния. Само упражнение вы найдете в Приложении. Это упражнение родилось из моего практического опыта работы с одной клиенткой, с которой я использовала сначала обычные практики осознавания. Сейчас я понимаю, что эти практики приводили к большему состоянию искренности. Вот краткая история работы с этой клиенткой.

«Я хочу понять, как начинается приступ»

Мне позвонила одна хорошая знакомая, врач по профессии, невролог. И попросила: «Слушайте, возьмите, пожалуйста, одну женщину, ей нужна психологическая помощь». Потом мне позвонила сама клиентка, и мы договорились о встрече.

Узнав при встрече ее историю, я поняла, что это не моя компетенция. У пациентки случались приступы навязчивых состояний такой интенсивности, что ее приходилось госпитализировать. Эти приступы приходили внезапно. Так уже длилось три года с регулярностью два раза в год в одни и те же месяцы.

Сама пациентка занимала хорошую должность в крупной компании, ее очень ценили за профессиональные качества. Но она все-таки боялась, что болезнь будет все больше прогрессировать, и что она останется без работы.

Я честно сказала пациентке, что я психолог, а не врач, что у меня нет опыта помощи при таких состояниях. Но пациентка настаивала, ссылаясь на нашу общую знакомую, которая была уверена, что я могу ей помочь. Пациентка говорила о своей готовности выполнять любые задания и заниматься столько, сколько будет нужно. Мотивация – вещь сильная, и я согласилась еще на одну встречу.

За это время я созвонилась еще раз с нашей общей знакомой – врачом-неврологом. Та еще раз попросила меня все-таки помочь пациентке, говоря о том, что это всего лишь пока невроз, и я смогу помочь. У каждого человека есть моменты искушения. Я взялась за помощь этой женщине. Тогда шли первые годы моей практики.

Основной метод, который я использовала тогда, включал работу с образами как основной инструмент. Но я четко усвоила при обучении, что в таких случаях, пока не выявлена истинная причина таких приступов, нельзя использовать никаких техник, использующих воображение. Без достаточного опыта нельзя использовать ни работу со сновидениями, ни психоанализ. Они вполне могут неожиданно спровоцировать новый приступ.

Клиентка сама дала мне подсказку. Она сказала: «Я хочу понять, как начинается у меня приступ. Если я это смогу узнать, то я смогу контролировать свое состояние». Я поняла, что самое лучшее – это научить пациентку практикам осознавания.

Есть разные техники осознавания. Практически все они как минимум направлены на осознавание своих ощущений, эмоций, мыслей. И я просто просила ее описывать свое состояние на всех этих планах – телесном, эмоциональном, интеллектуальном. На сеансе это происходило во время наших бесед. Как только я замечала во время ее рассказа малейшие изменения в ее состоянии, я сразу просила ее описать свои ощущения в этот момент, свои чувства и мысли.

Конечно, в процессе выполнения этого упражнения моей пациентке пришлось прояснить, что такое эмоции, чувства, какие они бывают, научиться их описывать. Ей пришлось научиться осознавать самые различные ощущения и их описывать. Немного позднее мы добавили осознавание процессов, которые есть в настоящий момент в ее окружении. А также ее реакции на них.

Дома пациентка каждый день занималась сама. Она записывала в тетрадь описания своего состояния обязательно в те моменты, как только у нее появлялась хотя бы небольшая тревога, страх, что приступ может повториться. Моя пациентка оказалась очень понятливая и дисциплинированная. Она старательно выполняла все мои инструкции. Она занималась со мной три месяца по 2–3 раза в неделю. Она достигла своей цели – выявила, что вызывает те навязчивые мысли, которые ее привели ко мне.

Работа с этой клиенткой дала осознать мне самой очень многое в своей практике. Тогда, еще не имея достаточного практического опыта, я думала, что важны инструменты, которые я применяю, что я должна что-то «дать» своему клиенту. Что именно за это я беру деньги. Этот опыт научил меня тому, что самые эффективные инструменты внутри нас. Это способность просто осознавать: как ты себя чувствуешь, как ощущаешь, о чем думаешь, чего хочешь.

В случае с данной клиенткой проблемой было не то, что у нее были приступы навязчивых состояний, и не ее страхи. Это были лишь следствия. А проблемой было то, что она теряла контроль над своим состоянием и поэтому не могла им управлять. Пациентка сама осознала это.

Ситуация тогда была такова, что приближался момент очередного приступа, и ей было не до жалоб. У нее была сильная мотивация и очень развитый интеллект, что помогло быстрее перейти от уровня жалоб на уровень осознавания. И она сама поставила себе задачу: научиться осознавать моменты изменения своего состояния перед приступами и таким образом научиться контролировать свое состояние, а в дальнейшем научиться управлять им.

Инструментом помощи в данном случае служила простая практика – постоянное осознавание и описание своего состояния на всех уровнях: ума, чувств, тела. Эта практика дала ей возможность научиться вовремя замечать малейшие изменения ее состояния. И впоследствии самостоятельно справляться со своей тревогой.

В процессе работы с клиенткой я неожиданно прояснила для себя еще один важный момент. На свой вопрос: «Какие мысли вы осознаете сейчас?» – я часто слышала что-то типа «Я хочу прекратить». До меня дошло, что эта мысль представляет собой лишь один этап процесса мышления.

Процесс мышления – это очень тонкий, часто не осознаваемый, но целостный процесс. Если говорить очень кратко, он состоит из следующих этапов: 1 – сбор информации, 2 – обработка (сортировка, классификация, обобщение), 3 – создание некоего вывода (умозаключения). Процесс принятия решения происходит аналогично и во внутреннем, и во внешнем мире. Наши мысли отражают те этапы внутреннего процесса осмысления, которые осознаются.

Данной клиенткой осознавалось только решение «прекратить это». При этом она не могла убедительно ни себе, ни мне объяснить, как это связано с тем, что происходит в момент времени «здесь и сейчас». Эмоции и телесные ощущения были при этом неприятные.

Неприятные телесные ощущения и эмоции говорят о том, что источник этих эмоций не осознается и вытесняется. Вытесняясь, он все равно влияет на наше состояние, вызывая дискомфорт. Дискомфорт сигнализирует нам о том, что мы находимся в нецелостном состоянии. То есть существует рассогласованность тела, ума и эмоций.

Телесный и эмоциональный дискомфорт говорит о том, что мынаходимся в нецелостном состоянии.

Бывает так, что появляются навязчивые мысли типа: «Ну как же так…, ведь я…, а он…», – это говорит о том, что мы застряли на этапе обработки, как будто никак не можем дойти до вывода. Мы «застреваем» на этапе обработки, потому что нам не хватает точной информации. И чаще всего информации о самих эмоциях или ощущениях, которые мы испытываем, и о том, с чем они связаны. Приведу простой пример из «материальной» жизни.

Подходящий костюм

Меня пригласили выступить на очень официальном мероприятии. Я заглянула в свой гардероб и заметила, что у меня нет подходящего костюма. Почему-то в тот момент я подумала, что нужен «строгий костюм». Я пошла в магазин в поисках «строгого» костюма.

Я примерила, купила, пришла домой и вдруг чувствую что-то не то. Некомфортно мне в нем, а объяснить ничего не могу. Я села, вошла в более комфортное состояние контакта с собой. И до меня сразу дошло! Я же пыталась подстроиться под окружение, в котором мне предстоит выступить, но забыла о себе.

Я была так захвачена «подстройкой», потому что это приглашение грело мое тщеславие. Если бы я при примерке костюма была искренней, то обратила бы внимание на свой внутренний дискомфорт, который тогда однозначно был, но вытеснялся. И тогда я бы купила костюм, который пригодился бы не только в той ситуации. А тот костюм я так ни разу и не надела.

Так и в работе с клиенткой решение «хочу прекратить» было лишь частью процесса осмысления, как у меня «нужен строгий костюм». Какие-то важные изначальные вещи не осознавались ею и вызывали дискомфорт. И тогда я стала клиентку спрашивать: «Вы сказали, что хотите прекратить. Прислушайтесь, пожалуйста, к своим желаниям сейчас так, как если бы они были отдельно от мыслей. Чего сейчас вам хочется?»

И оказалось, что когда я таким образом направляла внимание к ее желаниям, клиентка немного успокаивалась, ее мыслительный процесс становился более осознаваемым. Так и родился в упражнении новый пункт: «Какие желания вы сейчас осознаете?».

Это помогло сделать процесс более осознанным, дав еще одно «измерение». Оказалось, что когда клиентка ощущала телесный и эмоциональный комфорт, мыслей в ее голове «не было». Была в голове, как она говорила, «приятная пустота – голова свободна». Или же это были мысли – «сбор информации»: «У вас картина висит, а она всегда тут была?». А желания ее в этом состоянии были абсолютно конкретны и имели отношение к моменту «здесь и сейчас».

Часто люди путают осознанность с работой интеллекта, они живут постоянно в своей голове. Они очень много знают и о многом, но нет контакта, например, со своими телесными или эмоциональными процессами, а также с окружением. Или люди часто бывают настолько погружены в свои эмоциональные переживания, что тоже не замечают того, что происходит вокруг. Приведу пример.

«А это что?»

Однажды еще в самом начале практики меня очень удивила клиентка, которая на восьмой встрече вдруг спросила: «А это что?», показывая на большие полки с многочисленными предметами для работы.

Обычно эти полки с предметами были первыми, что замечали клиенты в моем кабинете, когда приходили впервые. Эта женщина была, видимо, так погружена в свои эмоциональные переживания, что начала замечать окружающую обстановку в кабинете только на восьмой встрече.

Этот эпизод заставил меня в свою очередь задуматься о том, а насколько я осознанна?

Ведь этот случай говорит о том, что между нами не было достаточного контакта со взрослой позиции. Видимо, клиентка приходила ко мне как маленький ребенок к своей маме, жаловалась, а я принимала эту расстановку ролей.

Так я все больше начинала понимать значение осознанности и искренности в своей работе и в жизни. В какой-то момент я обнаружила, что такое состояние целостности и искренности – ключ к мотивации. Об этом следующая глава.

Мотивация и искренность

Нельзя мотивировать, можно только мотивироваться.

Александр Журба

О мотивации сегодня очень много говорят. Мотивация, если говорить просто, – это нечто, что побуждает нас к определенному действию. Психологи, работающие с темой мотивации, любят приводить как образный пример мотивированного состояния состояние, которое возникает при возникновении желания немедленно сходить в туалет. Действительно, в этом состоянии мы полностью движимы одним желанием, сосредоточены только на нем.

Как достичь этого состояния при воплощении наших жизненных планов и задач? Мы можем на уровне сознания знать, например, что для сохранения физической формы нужна физическая активность. Но продолжаем лежать на диване и смотреть телевизор или сидим, не отрываясь от компьютера. Мы себя ругаем, но продолжаем делать то, что делаем. Почему так происходит? Почему мы «побуждаемся» не к тому, что «правильно»?

Для понимания мотивации нужно научиться различать желания и мечты. Мы путаем желания с мечтами.

Желание – это конкретное проявление определенной и актуальной (важной на данный момент) потребности, связанной с нашими реальными возможностями. Например, «хочу есть». Желание связано с тем, что важно и срочно. Желание наполнено энергией, которая нас побуждает действовать. Мы в этот момент сфокусированы, сосредоточены на чем-то одном.

Мечта – это нечто более абстрактное, она не связана с чем-то срочным, требующим реализации немедленно. Мечта может быть связана с чем-то важным для нас, а может и не быть связана.

Мечты – это очень хорошо, они побуждают нас видеть жизнь шире, не замыкаться на сиюминутных потребностях, они нас вдохновляют и позволяют развиваться. Но мечты бывают разные. Бывают действительно мечты, которые отражают стремление нашей врожденной природы реализоваться и воплотиться более полно.

Но есть псевдомечты, они идут от наших комплексов. Комплексы – это наши несознаваемые и как бы отдельно живущие части личности, связанные с травматическим опытом. Мы живем тогда непродуктивно, не можем войти в согласие с окружающей реальностью и с собой. Это свидетельство того, что мы «застряли» на таких мечтах-комплексах.

Приведу пример из практики.

«Хочу замуж за олигарха»

Одна клиентка, молодая женщина, формулирует свой запрос так: «Я хочу выйти замуж за олигарха». Ощущалась захваченность ее этим желанием. Нас обычно захватывают мечты-комплексы. Они захватывают так, что мы теряем критичность по отношению к себе. Как же определить, какая это мечта – из нашей истинной сути или из комплекса?

Я дала клиентке упражнение «Вход в ресурсное состояние», которое позволяет вернуть состояние искренности. Клиентка во время его выполнения вдруг осознала, что забыла позвонить подруге и отменить встречу, о которой они договаривались. Она почувствовала необходимость немедленно позвонить, чтобы подруга зря ее не ждала.

Она сделала звонок. Потом сама вернулась к своему запросу и сказала: «А знаете, я вдруг подумала, а зачем мне олигарх? А вдруг он мне запретит с подругами общаться… Я так не хочу». Таким образом, в процессе простого упражнения она стала более осознаннее, и ее контакт с окружением стал более продуктивен и реален.

Дальше я ее спросила: «А сейчас как вы сформулируете свой запрос?» – «Я не знаю, – ответила клиентка, – но я точно не хочу, чтобы меня ограничивали». То есть состояние искренности привело ее к контакту с ее внутренними ценностями. Понадобилось еще несколько сессий, чтобы клиентка почувствовала и поняла, что действительно ей в жизни нужно.

В процессе этих сессий вышла из тени сознания ее детская травма. Она росла без отца и чувствовала себя ущербной в этом. Она осознала, что в ее душе живет маленькая девочка, которая завидует своим подружкам, которых из садика забирает папа. Это и был ее комплекс, который не давал ей услышать собственный голос.

Итак, можно сделать следующий вывод.

Состояние мотивации – это состояние такого контакта с собственными ценностями, в котором есть ощущение целостности, согласованности и сконцентрированности на одной цели. Движение к этой цели выражается в простых конкретных реальных действиях. Эти конкретные действия приводят к еще большей согласованности и цельности.

Состояние мотивации – это состояние такого контакта с собственными ценностями, в котором есть ощущение целостности, согласованности и сконцентрированности на одной цели.

Наш «внутренний голос» – ГОЛОС НАШЕЙ ВРОЖДЕННОЙ СУЩНОСТИ – ПРЕДЕЛЬНО КОНКРЕТНЫЙ. Он выражается в конкретных, реальных, земных и простых желаниях-действиях, которые относятся к моменту «здесь и сейчас».

И особенно важно, что ПРИ ЭТОМ ЕСТЬ СОГЛАСОВАННОСТЬ ВСЕХ УРОВНЕЙ НАШЕЙ ЦЕЛОСТНОСТИ с присутствием некоторого внутреннего напряжения, – НАПРЯЖЕНИЯ-КОНЦЕНТРИРОВАННОСТИ.

И нет в голове сомнения, нет ощущения внешнего принуждения.

Голос нашей врожденной сущности – предельно конкретный. Нет ощущения внешнего принуждения и нет сомнения.

Это как растение, оно просто выполняет вложенную в него программу – тянется к солнцу и растет, испытывая вполне реальное напряжение. При этом вполне конкретно корни тянутся вглубь земли и вытягивают то, что нужно именно этому растению для роста и развития. Вполне «конкретно» листья улавливают из окружения свет, воздух, преобразуя в энергию жизни. То есть выполняют вполне конкретные и реальные действия, служащие жизни и росту. В данном примере, например, мотивация – «расти», конкретное действие – «тянуть из земли влагу».

Еще один важный момент. Такие конкретные желания должны быть связаны лично с вами. То есть желание: «Я хочу, чтобы муж…» не является проявлением вашей сущности. Это желание из вашего комплекса.

Скорее всего, вы в этот момент в состоянии неискренности. Если взять пример с растением, то было бы абсурдом ожидать, что растение «скажет»: «Я хочу, чтобы земля мне дала влагу». Верным будет: «Я хочу взять влагу».

С растениями и землей все понятно. Они живут по природным законам, они не «думают».

У человека же процесс взаимоотношений с окружающими не может быть таким прямолинейным.

Если же он так прямолинеен, то мы тогда превращаемся в бессознательных существ. Человеческая сущность подразумевает осознанность, которая необходима, чтобы соотнести свои желания и желания окружающих.

Этому и служит диалог, цель которого – нахождение взаимоприемлемого решения, которое и способствовало бы развитию каждого. В процессе диалога и происходит обращение на себя, в результате возникает конкретное личное желание-действие.

Истинное желание-действие МОЖНО РЕАЛИЗОВАТЬ ПРЯМО ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС, то есть в настоящий момент, и оно СВЯЗАНО С ВАМИ ЛИЧНО. Например: «Ну-ка, почитаю дальше», «Пойду и попью чаю», «Схожу-ка в туалет», «Пойду пополню счет за телефон», «Душ пойду приму», и т. п. То есть это желания-действия, которые связаны с важными и срочными текущими делами. ОНИ ВЫПОЛНИМЫ ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС.

Если они невыполнимы, стоит задуматься, – скорее, это проявление комплекса. Проверьте себя через возвращение себе состояния искренности.

Если вам приходят в голову невыполнимые «здесь и сейчас» желания, это могут быть «желания от комплексов». Верните себя в состояние искренности.

Желание: «Хочу научиться кататься на сноуборде» – это не желание-действие, это желание-мечта, потому что оно не связано с моментом «сейчас и здесь».

Конкретным желанием настоящего момента будет, например, такое: «А узнаю-ка я сейчас, где можно взять сноуборд в прокат» или «Позвоню-ка я Васе и узнаю, с чего начать…». Если же мы останемся только на формулировке «хочу научиться кататься.», но не предпримем конкретных шагов, то мы не сдвинемся с места. Чтобы сдвинуться с места, нужно войти в состояние искренности. Тогда и возникает внутренняя мотивация.

Итак, важным критерием внутренней мотивации является возникновение конкретного желания-действия, которое имеет следующие признаки:

• Желание предельно конкретно.

• Желание связано с вашими лично.

• Желание возникает из внутреннего состояния комфортного «напряжения-концентрированности» как готовности к действию.

• Желание исходит из состояния искренности, которое характеризуется следующим:

1) комфортным телесным состоянием;

2) комфортным эмоциональным состоянием;

3) спокойным состоянием ума без внутреннего диалога.

Если же нет такого конкретного желания-действия, исходящего из состояния искренности, то говорить о настоящей мотивации нельзя. Скорее, это захватывание комплексом.

Без возвращения себе состояния искренности и мечта останется на уровне мечты.

Итак, путь к обретению мотивации – искренность. Сохранение состояния искренности при решении задачи позволяет через конкретные желания-действия вернуть «себя себе». Это основа подлинной мотивации.

Путь к обретению мотивации – искренность.

В процессе работы с клиенткой, у которой были навязчивые состояния, у меня родилось также понимание того, как распознать голос интуиции и пробудить его. Об этом следующий раздел.

Пробуждение интуиции

Я не считаю, что разум слабее интуиции, но полагаю, что любой поступок или идея рождаются из интуиции.

Чабуа Амирэджиби

Я давно интересуюсь аналитической психологией Юнга. Он выделял 4 основные функции психики: ощущение, чувство, мышление и интуицию. В существующих практиках осознавания я не встречала критериев определения голоса интуиции.

В процессе понимания сути искренности я поняла, что настоящий голос интуиции возможно «услышать» только в состоянии искренности как в состоянии подлинного контакта с собой и с окружением.

Настоящий голос интуиции можно услышать только в ситуации искренности как настоящего подлинного контакта с собой и с окружением.

Чтобы прояснить, что я понимаю под интуицией, приведу пример.

В одном научно-популярном фильме про интуицию показывали следующий сюжет. Пожарный с очень большим стажем работы выезжает на сложный пожар со всей своей командой. Он приказывает команде войти в горящее здание и начать его тушить. И вдруг внезапно, в одно мгновение, он отдает другой приказ – срочно покинуть здание без промедления и без обсуждения.

Буквально через несколько секунд раздается взрыв, и здание рушится. С точки зрения обычной логики развития пожара произошло что-то невероятное. Но командир пожарных в какое-то мгновение сумел принять единственно верное решение, которое спасло десятки жизней. Если бы он стал рассуждать, то случилась бы трагедия.

Сам пожарный потом не мог объяснить, как это решение пришло ему в голову. При эксперименте, в гипнотическом состоянии, он вспомнил один эпизод. Это был один из его первых пожаров. Там при возгорании появился какой-то ингредиент, который привел к неожиданному взрыву. Такое бывает очень редко. Это нечто исключительное. И вот тогда так же неожиданно здание рухнуло, пожарные не успели выйти и погибли.

Во время гипноза этот человек вспомнил, что тогда он слышал еле заметное, но очень специфическое потрескивание в воздухе. И оказалось, что в тот момент, когда он резко поменял свое решение, дав всем команду покинуть помещение, он тоже слышал похожее потрескивание. Он это осознал только во время гипноза.

В реальной ситуации он этого не осознавал, но решение принял единственно верное. Он любил свою работу, гордился, что он пожарный, и, наверное, поэтому он был в целостном состоянии во время своей работы. И именно это дало возможность «услышать» голос интуиции как неосознаваемого знания. Знания, которое идет из целостности всего существа.

Порой, как и в этой истории, наши скрытые возможности раскрываются в критической ситуации. Но если мы целостны, то нам на помощь приходит наша интуиция. В Приложении я даю упражнение на пробуждение интуиции.

Обретение счастья как творческий процесс

Все, что вызывает переход из небытия в бытие, – творчество.

Платон

Процесс обретения счастья – процесс по-настоящему творческий. Ведь вы раскрываете свои внутренние таланты не в пустоте. Мы уже говорили о том, что для раскрытия индивидуальности важно взаимодействие с другими. При таком взаимодействии много чего происходит и приятного, и много того, что может разочаровать. Это процесс умирания старого и рождения нового. На этом пути возникает много напряжения и трудностей. Но наша психика прекрасно с этим справляется. У нее есть множество механизмов, чтобы достучаться до сознания и таким образом познать саму себя. Один из способов перехода «из небытия в бытие» – это проекция.

Проекция

Дословно «проекция» переводится с латинского языка как «бросание вперед». Ввел этот термин Фрейд для обозначения механизма того, как мы переносим свои внутренние неосознаваемые чувства и желания на других живых существ и даже на неживые объекты. При этом сначала мы совершенно этого не осознаем.

Такого рода «бросание» – отражение изначально присущего нам стремления выразить себя более полно и цельно, чем есть сейчас. Человек таким образом на протяжении всей своей жизни как бы «распаковывает» свои внутренние смыслы, свои нераскрытые способности, потаенные желания, травмы и «бросает» их на то, что рядом. И другой – человек, живое существо или просто предмет – при этом становится своеобразным зеркалом. То есть мы обнаруживаем то, что в нас было «упаковано», сначала в других.

Почему так происходит? Если объяснять просто, то стоит вспомнить то, о чем мы уже говорили. Как растению нужна почва, чтобы вырасти, так и человеку нужен кто-то другой или что-то, чтобы он смог выразить и понять себя. При проекции мы бессознательно «выцепляем» своим вниманием то, на что важно сейчас посмотреть. Древние мудрецы говорили об этом так: «Подобное притягивает подобное. Что внутри, то снаружи».

ПРОЕКЦИЯ – это когда мы снаружи обнаруживаем то, что глубоко запрятано внутри, но не считаем это своим.

Еще раз напомню, что проекция – это врожденное свойство психики познавать себя. Исходя из этого свойства, когда-нибудь что-то глубоко запрятанное обязательно найдет выход, «тайное всегда становится явным».

Проекция – это абсолютно бессознательный процесс, происходящий внезапно, без всякого сознательного намерения. Это происходит тогда, когда, как говорится, «человек готов» внутренне. Вспомним, как об этом красиво сказал Соломон: «Время разбрасывать камни и время собирать камни».

Осознавать свои проекции – «собирать камни» – это непросто, здесь необходимы сознательные усилия. Когда мы «разбрасываем камни», мы как будто считаем мир нашим продолжением. В какой-то момент мир начинает «отвечать» нам, и не всегда этот ответ нам нравится. Мир как будто нам «говорит»: «Это твои камни, собери!»

Иногда эту «черную работу» делать не хочется. Тогда мы превращаемся в Дон Кихотов и сражаемся с воображаемыми мельницами, не замечая, что это мы их сами «выбросили впереди» самих себя. Или же можем свалиться в «великую печаль» о несовершенстве мира. Если же мы хотим все-таки действительно лучше узнать себя и вернуть «себя себе», то нужно признать своими «выброшенные части». Это происходит по-разному. Как?

Предлагаю сейчас сделать упражнение, которое вам поможет на себе прочувствовать механизм «разбрасывания» и «собирания» проекций. Эта техника простая и экологичная, но нужно все записывать, в том числе свои выводы и намерения.

Упражнение

«Предмет передо мной»

Приведите себя в ресурсное состояние (Упражнение «Приведение в ресурсное состояние» в Приложении).

Очень-очень медленно и мягко поворачивая голову, осмотритесь вокруг. Постарайтесь смотреть вокруг так, как будто ваше внимание «скользит» по поверхности того, что

окружает вас. Постарайтесь не «цепляться умом», а просто рассматривайте все вокруг без какого-либо ожидания.

Разрешите какому-нибудь предмету в вашем окружении самому «выбрать вас». Как будто этот предмет предлагает вам пообщаться с ним. Просто почувствуйте это. Как только встреча произойдет, запишите на листе бумаги или прямо здесь в книге название этого предмета. Название предмета:

Посмотрите снова на этот предмет и опишите его (минимум 5 слов или словосочетаний):

1

2

3

4

5

Представьте, что вы как ребенок, можете притвориться этим предметом. И представьте, что бы рассказал этот предмет о «себе», если бы он мог говорить. Запишите:

Теперь везде, где есть местоимения и существительные, замените их на «Я» и «себя», «собой», «себе». Эта техника называется «Я-кательный перевод», она изобретена Петром Бурланом.

Перепишите ниже исправленный текст.

Какие выводы вы можете сделать? Запишите.

Что вы хотите сейчас? Запишите.

Проверьте свое намерение/желание на искренность. Это следующие критерии: комфортные ощущения и эмоции (приятная расслабленность, легкость, но с приятной концентрацией как готовностью к действию, ясность в голове, интерес).

Если оно не соответствует критерию искренности, еще раз прислушайтесь к себе и снова запишите, что хотите сейчас. И так до тех пор, пока ваше намерение/ желание не будет удовлетворять критерию искренности.

Чтобы вам легче было разобраться, приведу пример из практики.

«По мне все ходят»

Ко мне пришла женщина с жалобами на усталость, депрессивное состояние, потерю радости. Я ей дала это упражнение. Женщину «выбрал» ковер в комнате. Вот что получилось у нее из «знакомства» с ковром. Она о ковре: «незаметный, все по нему ходят, в центре комнаты, не сразу бросается в глаза, обычный, практичный». Ковер о себе: «Я лежу на полу. По мне все ходят. Обо мне никто не думает. Давно пора меня почистить. Но меня никто не слышит».

Делаем «перевод» и получается: «Я лежу на себе. Я по себе хожу. О себе я не думаю. Давно пора себя почистить. Но себя я не слышу». После этого упражнения женщина осознала, что она себя действительно не слышит себя, о себе не думает, а застряла в роли домохозяйки, себя не ценит, позволяет всем по ней «ходить», обо всех заботится, а о себе нет.

Вот так обычный ковер стал объектом для проекций. Другой человек в этом же ковре заметил бы то, что отражает его внутренние процессы.

Но что же тогда получается, что мы вокруг видим все время себя? В какой-то степени да, а в какой-то нет. Как отличить? Отличить достаточно просто. Если это действительно «ваше», то, во-первых, оно вызывает эмоции, очень приятные или не совсем приятные. Этим самым «выброшенное» как бы притягивает к себе или отталкивает. Или как в упражнении – что-то само «бросается» вам навстречу. Если же не «бросается», оставляет нейтральное отношение, то этот предмет (человек, живое существо) сейчас не подходит вам как зеркало.

Иногда нет особых эмоций, но если вы при этом все время думаете о ком-то или чем-то, ведете навязчивый внутренний диалог, то это тоже проекция. Но некоторые проекции так глубоко спрятаны, что их можно обнаружить только в теле. Например, вы при виде кого-то вдруг начинаете суетиться, сами не понимая, что с вами. То есть какие-то внезапные неконтролируемые движения, внезапные неприятные ощущения в теле – тоже могут быть признаком проекции. Самостоятельно распознать, что стоит за телесными проекциями трудно. Лучше для этого сначала поработать со специалистом, так как за этим может скрываться ранняя психологическая травма.

Присвоение проекций – процесс не из самых приятных. Происходит внутренний конфликт, результатом которого является проблема. Чтобы не возникло соблазна снова «раскидать», необходимо понять, что проблема – это тоже часть творческого процесса восстановления более целостного осознавания себя.

Проблема как творческий продукт

Карл Поппер, один из величайших философов 20 века, считает одним из творческих продуктов человека – проблему. «Творчество проблем» – отражение изначальной нашей способности к творчеству. Но не те проблемы, которые «жалобы», а те проблемы, которые ставят перед нами определенную задачу для решения, и в результате получается нечто полезное для общества.

Но мы порой творчество проявляем на очень невысоком уровне – на уровне жалоб. Кто-то творит новые теории о происхождении мира и межпланетные корабли, а кто-то «творит» новую реальность, например, под названием «все вокруг плохо». Просто одна реальность полезна и для себя и для других, а другая портит всем жизнь. Но проблема становится жалобой, когда не осознается ее полезность. То есть проблема как задача – продукт творчества, ее решение приносит пользу.

Проблема как задача – продукт творчества, ее решение приносит пользу.

Ученые это прекрасно умеют делать – из проблем формулировать творческие задачи. А вот наука взаимоотношений у нас пока только зарождается. Чаще проблемы во взаимоотношениях так и остаются на уровне «жалоб». Как же превратить «жалобу» в проблему? Первое, что нужно понять и признать, это то, что это вы «сотворили» свою проблему. Это следует признать прямо и бесповоротно.

Первый шаг к решению проблемы – это признать прямо и бесповоротно, что это вы ее творец.

Проблемы человека во взаимоотношениях – это отражение общей задачи всех существ – стать счастливыми. То есть согласовать все свои части и себя с окружением так, чтобы реализовать свое предназначение. Но путь к такому счастью у каждого индивидуальный, так как «дорога к счастью» у каждого своя. Поэтому второе, что нужно признать, это то, что проблема содержит ключ к «счастью» – как к большей согласованности и гармонии вашей жизни.

Проблема – ключ к вашему личному счастью.

Итак, когда мы бессознательны относительно нашей творческой способности, мы все равно не перестаем творить. А за жалобами скрывается условие новой задачи, которую нам нужно решить для того, чтобы стать счастливее. Истинная проблема – это то, что происходит с нами, когда мы рассказываем о своих жалобах. Нужно научиться видеть, слышать и чувствовать именно то, что происходит с вами в этот момент. Именно это ключ к решению проблемы.

За жалобами скрывается условие той творческой задачи, которую вы хотите решить.

Если мы не хотим видеть полезность наших проблем, они снова и снова появляются на нашем пути. Если же вы осознали проблему как творческую задачу, то у вас появляется новое полезное качество, которое вашу жизнь делает легче. Например, способность хамелеона менять свою окраску – это его творческое решение в ответ на ситуацию постоянной опасности. Он выбрал не убегать, не защищаться, не притворяться мертвым, а менять свою окраску. Это уменьшает уровень стресса и помогает ему лучше выживать. Это творческое решение проблемы безопасности.

Решив проблему, вы обретаете новое полезное качество.

Есть много разных способов сотворить из жалоб проблему как творческую задачу. Я предлагаю очень простое упражнение, которое часто использую сама.

Оно помогает мне поднять себе настроение и увидеть суть задачи, которая стоит передо мной. Это упражнение «Превращение жалобы в проблему», его вы найдете в Приложении.

«Собирание» разбросанных частей, преодоление внутреннего конфликта, осознавание задачи, которую нужно решить, – это непросто. Но если вы вдруг решились на это, то «камни» могут превратиться в чудесную внутреннюю мелодию или стихи, как у Анны Ахматовой:

Когда б вы знали, из какого сора

Растут стихи, не ведая стыда,

Как желтый одуванчик у забора,

Как лопухи и лебеда.

Сердитый окрик, дегтя запах свежий,

Таинственная плесень на стене…

И стих уже звучит, задорен, нежен,

На радость вам и мне.

Когда действительно происходит признание своих проекций, то найденные части находят место в душе. И возникает состояние внутренней согласованности, гармонии, целостности, ритма. Возникает ощущение радости.

Признание своих проекций ведет к большей целостности и согласованности.

Резюме

В этой части я хотела донести идею о том, что счастье есть, оно достижимо и порой очень конкретно. Но если мы ищем источник его вне себя, то оно будет казаться недосягаемым и призрачным. Лев Толстой сказал, что «в человека вложена потребность счастья, стало быть, она законна».

Когда-то, может быть, произошла неудача в реализации этой законной потребности счастья, но неудача в удовлетворении говорит лишь о том, что, может быть, способ был выбран неверный. Потребность бесполезно отрицать. Неудовлетворенные потребности, как заметили психологи, вновь и вновь заявляют о себе. И порой наше игнорирование этих потребностей и создает проблемы. Это приводит к ощущению чувства неполноценности, к состоянию нецелостности, в котором трудно почувствовать счастье.

Стремление к счастью связано напрямую с нашими врожденными возможностями и талантами. Свои собственные таланты мы порой не ценим и даже не видим их, как порой не признает в «обыкновенных стекляшках» алмазы человек, который их никогда не видел. Только огранка в руках мастера превращает алмазы в бриллианты.

Как огранка алмазов непроста и требует воли и творческой силы, так и раскрытие своих талантов требует дисциплины, внимания, осознанности и способности слышать голос своей индивидуальности. «Огранка» личности требует постоянного «трения» с окружением, и нужно научиться различать, какое «трение» помогает вам, а какое разрушает вашу целостность. В этом вам поможет способность быть искренним.

Человек – существо прежде всего мыслящее, и как минимум нужно знать, из чего состоит процесс мышления и научиться осознавать ваш способ осмысления реальности. Осознанность поможет вам развить интуицию и обнаружить доступ к загадочной мотивации. Главное – помнить, что жизнь – это результат творчества, и в каждом человеке есть искра этого творческого начала.

У каждого человека есть свое «слепое пятно», и только окружающие могут помочь его обнаружить. И лучше, чтобы помощниками в этом деле были профессионалы. Как выбрать себе помощника, что нужно знать, обращаясь к психологу, поговорим в следующей части книги.

Часть 4

Что нужно знать, обращаясь к психологу

У меня много знакомых, друзей, которые никогда не были у психолога. И они часто спрашивают: «А зачем люди приходят к тебе? Чего им не хватает?» И действительно – зачем же люди идут к психологу? Почему на Западе этот вопрос почти не задают? Там иметь собственного аналитика стало частью элементарной культуры, почти так же, как своего стоматолога.

Почему же у нас такой культуры нет? Это непростые вопросы, на которые может быть много ответов. Ведь реальность души, внутренней жизни человека – это особая реальность.

Одна из причин, которые останавливают на пути к психологу, – это высокая стоимость услуг. Вы узнаете в этой части, за что берет деньги психолог, и какому психологу действительно и за что стоит платить.

Есть люди, которые уже понимают жизненно важную необходимость внутренней работы с психологом. Это очень непростой путь, на нем достаточно трудностей, особенно у тех, кто проходит длительную психотерапию. Возникает много вопросов, например, таких: может быть, нужно поменять психолога? Может, со мной что-то не так? Почему чем дальше, тем становится сложнее? Откуда эти сложности?

Вот об этом непростом мире взаимоотношений клиента и психолога вы тоже узнаете в этой части. На примере историй из моей практики и в виде конкретных пояснений и рекомендаций.

Данная часть книги посвящена ответам на вопросы, которые были выявлены в ходе опроса. Я выбрала те, которые оказались самыми популярными. Формулировки этих вопросов представлены в том виде, в каком их сформулировали сами участники опроса. Ответы на них сгруппированы по самым повторяющимся темам.

Эта книга адресована широкой публике, поэтому я старалась отвечать на вопросы, насколько это возможно, простым «человеческом» языком. Важно учесть, что в ответах выражен, прежде всего, подход современной психологической науки, но преломленный через призму моего личного практического опыта в частной практике и в обучении психологов. Эти ответы нельзя ни в коем случае считать исчерпывающими и «истиной в последней инстанции».

Важно учесть и то, что внутренний мир каждого человека – это как иная вселенная. Основной «инструмент», которым помогают здесь практические психологи, – это их личность, их душа. Как говорят профессионалы в этой области, «исцеление души» возможно только через соприкосновение с другой живой душой.

Это процесс, который очень сложно объективно описать и оценить. Поэтому, конечно же, четких и однозначных рекомендаций здесь нет и не может быть.

Моя цель заключалась в том, чтобы дать некий компас, некие ориентиры на пути поиска качественной профессиональной психологической помощи, касающейся решения проблем, связанных с обращением к внутреннему миру человека.

Что волнует людей, обращающихся за психологической помощью?

Чтобы уточнить, какие именно вопросы, касающиеся работы с практическим психологом, интересуют людей сегодня, я провела небольшой опрос в сети facebook.

ОПРОС В СОЦИАЛЬНОЙ СЕТИ

В опросе, проведенном в августе 2016 г., участвовало 46 человек. Во время первой части опроса было собрано более 150 вопросов. Затем был повторный опрос с целью выявления наиболее востребованных вопросов из этого списка.

Данный опрос не ставил перед собой цели научного исследования, а исходил из задачи получить некий срез того, что волнует людей в сфере взаимоотношений «клиент-психолог».

В результате самыми «популярными» оказались вопросы, касающиеся качества взаимоотношений между клиентом и психологом. Это следующие вопросы:

1. Что делать, если после встречи с психологом стало хуже? 80,4 %.

2. Что делать, если вы недовольны результатом? 78,3%

3. Существуют ли объективные критерии результатов психотерапевтического воздействия? 76,1%

4. Какова разница между вмешательством психолога излишним и недостаточным? Как оградить себя от первого и при этом сохранить эффективность взаимоотношений? 69,6 %.

5. Можно ли звонить психологу, если стало хуже? 69,6 %.

6. Какими должны быть отношения «психолог-клиент»? 63%

7. Если вы недовольны результатом, как сказать психологу об этом? 54,3 %.

Среди участников опроса более 80 % уже имели клиентский опыт. И «популярность» именно их вопросов – гораздо выше 50 % – говорит о том, что люди обеспокоены своим состоянием и результатом после встречи с психологом. Это еще раз напоминает всем нам, практическим психологам, о важности соблюдения принципа «Не навреди». Примерно с той же частотой встречались следующие вопросы:

• Можно ли самому себе быть психологом? 73,9 %.

• Как найти своего психолога? 67,4 %.

• Имеет ли консультация онлайн такой же эффект, как личная? 67,4 %

• По каким критериям нужно выбирать специалиста? 60,9 %.

То, что людей волнует больше всего качество взаимоотношений с психологом, на мой взгляд, красноречиво свидетельствует о том, что есть достаточно высокая потребность в обращении за психологической помощью.

Неудовлетворенность результатом психологической помощи может служить подтверждением того, что профессия практического психолога еще находится в фазе очень ранней, только еще происходит становление качественных взаимоотношений «клиент-психолог».

Можно также предположить, что люди ценят свой клиентский опыт, осознают необходимость работы с психологом, но вызывает их опасение качество предлагаемой психологической помощи, а также есть сложности в нахождении своего, подходящего именно им психолога.

Было достаточно много вопросов, касающихся темы запроса и критерия достижения результата. Интересно то, что вопросы, касающиеся оплаты услуг психолога, не вошли в категорию «популярных». Это говорит, на мой взгляд, о том, что люди осознают необходимость и ценность работы с психологом, но для них важнее качество психологической помощи.

Значительная часть аудитории – это достаточно молодые люди. Почти половина из них не имеет отношения к психологии как к профессии.

«Не навреди»

Главная заповедь психолога «не навреди» – в чем суть?

У всех практических психологов есть то, что их объединяет. Их деятельность всегда имеет отношение к человеку, хотя и необязательно прямое, и в любом случае затрагивает интересы людей. Забота о человеке – это самое главное в работе любого практического психолога.

Работа любого психолога всегда затрагивает интересы людей. Забота о человеке – это самое главное в работе любого практического психолога.

Даже психолог-консультант, консультирующий производителей рекламы, должен в первую очередь, раз он психолог, думать не о прибыли от рекламы, но и о том, чтобы воздействие рекламных материалов не наносило урона психическому здоровью человека, который эту рекламу воспринимает. Помнить о том, например, что потребителями рекламы могут быть и дети, и люди психически очень уязвимые, и многое другое.

К психологу чаще всего идут люди с проблемами, то есть не всегда в гармоничном и целостном состоянии. Когда мы не очень целостны, мы готовы «цепляться» за любое, что нам предлагают в качестве «соломинки». Поэтому психолог обладает огромным влиянием на человека, особенно недостаточно психологически зрелого.

Я навсегда запомнила при обучении символдраме, что сначала нужно научиться работать со взрослыми клиентами, приобрести достаточный опыт в работе с ними, прежде чем приступать к работе с детьми. За этим скрывается огромная мудрость. Дети, по сравнению со взрослыми, очень уязвимы и незащищены, они не могут постоять за себя, поэтому требования к детскому психологу более высокие.

Дети не могут постоять за себя. Поэтому требования к детскому психологу более высокие.

Взрослый может просто не прийти на следующий сеанс, если он недоволен. Так и происходит чаще всего: по статистике трое из четырех клиентов не возвращаются к психологу после первой встречи. Но ребенок подневолен, во-первых. А во-вторых, причины проблем ребенка кроются именно в нехватке внимания в семье. И он может привязаться слишком сильно к психологу, что недопустимо.

Но, на мой взгляд, у некоторых психологов есть некое чутье, врожденный дар работать именно с детьми, а работа со взрослыми их не привлекает. Тогда детскому психологу обязательно нужно проходить свою личную психотерапию и обращаться на супервизии.

Супервизии – это консультации более опытных коллег в анализе и сопровождении практической работы психолога. Или это консультации специалиста по более узкой теме, в которой психолог не специалист. Например, может возникнуть необходимость обращения психолога к психиатру. Вспоминаю один случай обращения на супервизию детского психолога.

Ко мне обратилась на супервизию психолог, начинающая свою практику. Коллега, представляя работу с клиентом, с нескрываемой гордостью рассказывала о том, что ребенок после занятий не хочет идти домой. Ее запрос заключался в том, «что же делать с мамой».

Цель психолога в работе с ребенком – помочь в восстановлении отношений с родителями и тем реальным окружением, в котором он находится. Критерием качественной работы было бы то, что ребенок с интересом занимался бы у психолога и с радостью шел домой.

То, что ребенок так сильно привязался, может быть неизбежным отражением терапевтического процесса, и психолог должен обратить на это внимание как на симптом некоторых внутренних процессов ребенка и семьи. То, что психолог «гордится» этим, может говорить о нерешенных личных проблемах самого психолога.

Я обратила внимание психолога именно на эту связь и порекомендовала личную психотерапию, чтобы выявить, как запрос «что делать с мамой» связан с ее личной историей.

Психолог, который работает с детьми, обязан проходить свою личную психотерапию.

Психолог, который работает с детьми, обязан проходить свою личную психотерапию.

Самым главным инструментом практически любого психолога является слово. Есть такое явление – ятрогения – это ухудшение здоровья пациента вследствие неосторожного действия или слова врача. Действительно, врачи и психологи относятся к тем профессиям, к которым у нас есть особое отношение. Они имеют дело с реальностью, которую человек не может особо контролировать, здесь нужны специальные знания. И поэтому любое слово может восприниматься как авторитетное и обладать сильным воздействием.

Поэтому психолог должен избегать оценочных суждений относительно состояния человека, относительно его личности. Важно давать и новую информацию, и метафоры клиенту с учетом его реальности. Вспоминаю случай из свей практики.

«Я ни в чем не виноват»

Ко мне пришла семейная пара. В процессе знакомства я предложила упражнение, которое бы помогло познакомиться через метафору. В процессе обсуждения метафоры клиенты осознали, что их взаимоотношения напоминают отношения в их родительских семьях.

Когда они пришли на следующую сессию, жена сказала: «Знаете, он говорит, что ни в чем не виноват. Он понял так, что во всем виноваты его родители. Я ему объясняла, что вы такого не говорили, но он стоит на своем». Я во время прошлой сессии как комментарий использовала фразу: «Все мы родом из детства, причины многих наших сегодняшних затруднений именно оттуда».

Этого было достаточно, чтобы клиент выстроил свою логическую цепочку и сделал вывод. Теперь, когда я использую метафору или даю новую информацию, которая может быть полезной, стараюсь выяснить, насколько она понята клиентом, и обсудить с ним это.

Человек, который мало знает о законах психики, может доверять специалисту безоговорочно. Но сегодня мы живем в мире, где знания открыты. О многом можно прочитать и даже самим попасть под воздействие неосторожного слова. Об этом нужно знать и относиться к любым печатным словам достаточно критически.

Критически – означает не критику как обесценивание, а как способность прояснить непонятное, выяснить целесообразность и уместность того, что вы заметили, если в этом есть необходимость. Важно обратить внимание как на дискомфорт в отношениях с психологом, так и в своем внутреннем состоянии. Способность воспринимать процесс «критически» с такой точки зрения говорит об интеллектуальной и эмоциональной зрелости. То есть, если что-то непонятно, сразу же нужно спросить, не испытывать ложного стыда или страха «обидеть» психолога.

Способность выяснить целесообразность и уместность того, что вы заметили, – важная критическая способность зрелого человека.

Прошли те времена, когда врачи, психологи, психотерапевты были редкостью и отношение к ним было больше как к родительским фигурам. Сегодня ответственность за отношения должна исходить и от клиента, который должен и сам уметь позаботиться о своей минимальной безопасности, зависящей от его выбора. Это ни в коей мере не снимает ответственности с психолога, который, если уж взялся оказать помощь, несет полную ответственность за свою работу. Особенно это важно в отношении методов глубинной психологии.

Психолог несет ответственность за СВОЮ работу, которая касается ПРОЦЕССА взаимоотношений между клиентом и психологом. Его обязанность как специалиста – знать особенности и этого процесса и тех инструментов, которые он использует в этом процессе, и то, как это влияет на человека.

Психолог отвечает за ПРОЦЕСС взаимоотношений.

Сегодня у нас еще нет культуры заключения с психологом контракта. Мне кажется, это помогло бы выстроить отношения с психологом не как с гуру или со «спасителем», а как со специалистом, который осознает свою компетенцию и ее границы. Помогло бы понять, что психолог тоже человек, но у него есть некие навыки, которые он и «продает».

Заключение контракта с психологом может послужить основой работы с ним как со специалистом, который осознает свои компетенции.

Важным в соблюдении принципа «не навреди» является понимание того, человек – это целостное существо, у которого есть и инстинкты и установки, убеждения, которые могут отражать особенности его мировоззрения, воспитания, культуры. Надо это учитывать, чтобы случайно не задеть чувств человека.

Очень важное влияние на жизнь человека оказывает история его семьи, детства. Важно это обязательно учитывать, чтобы не навредить. Например, при некоторых заболеваниях, при сильном травматическом опыте клиента нужно быть очень осторожным при работе с техниками, использующими воображение. В общем, это о том, что у любого метода есть показания и противопоказания. Вы можете узнать о них у психолога. Профессионал учитывает все эти тонкости и особенности отдельного клиента.

У любого метода есть показания и противопоказания, вы можете узнать о них у психолога.

Клиент встроен в систему различных взаимоотношений с миром, это тоже нужно учесть. Нужно понимать, что человек является частью различных систем – семейной, родовой, национальной, профессиональной и многих других. Изменения человека могут привести к переменам в его отношениях. Об этом нужно знать и клиенту, чтобы осознавать влияние изменений во внутреннем мире и поведении на другие сферы жизни.

Психолог не отвечает за жизненный выбор клиента. Но он как специалист может помочь осознать человеку, как связан его жизненный выбор со всей его личностной целостностью и целостностью его взаимоотношений.

Психолог не отвечает за жизненный выбор клиента, но помогает осознать, как выбор связан со всей его целостностью.

Сегодня в сфере практической психологии происходит понимание, что профессионалу важно кроме глубокого знания своего направления иметь хотя бы представление о всех возможных других направлениях психологической помощи. Это важно, во-первых, для того, чтобы действительно правильно понять основной запрос человека. Во-вторых, это важно для того, чтобы использовать для помощи наиболее подходящий метод.

Поэтому настоящий специалист-профессионал не берется за решение «всех проблем». Он знает, в чем силен, а когда лучше человека направить к другому коллеге. Такая позиция психолога тоже исходит из принципа «не навреди».

Настоящий профессиональный психолог не берется за решение «всех» проблем, он знает границы своей компетентности.

Какое значение имеет опыт прохождения психологом своей личной психотерапии?

Не раз мне приходилось слышать от своих клиентов: «Как вы можете целыми днями сидеть и слушать других людей!» Действительно, у психологов должен быть особый навык слушания. Но я хотела сейчас сказать о другом. Практический психолог – это профессия особо опасная, так как нам приходиться слушать чаще всего истории не очень радостные. А эмоции, как известно, заразны. Как же устоять и находить в себе силы на помощь и поддержку?

Практикующие психологи – это люди, которые всю жизнь учатся, так как вузовского диплома недостаточно, чтобы начать помогать другим людям. Настоящее становление профессионала происходит в профессиональных сообществах, которые объединяют психологов обычно по какому-то направлению психологической помощи или психотерапии, где одним из условий работы практического психолога является прохождение им самим личной психотерапии.

Крупные психотерапевтические школы требуют прохождения самими психологами минимум пятидесяти часов индивидуальной психотерапии. Это делается, во-первых, для того, чтобы человек на самом себе испытал метод, его сложности и возможности. Во-вторых, в нашу профессию идут люди не просто так. Обычно в биографии многих есть какая-то психологическая тема, которая побудила человека искать ответы в самом себе, есть некая психологическая «рана».

Очень часто эта тема не осознается самим человеком. И человек, не проходящий личный анализ или терапию, может бессознательно «лечить самого себя», а не помогать клиенту в решении его проблем. То есть быть опасным уже для клиентов. Но психолог, у которого есть опыт исцеления собственной раны, способен лучше помочь людям с подобными проблемами, как никто другой.

В ответе на предыдущий вопрос мы уже коснулись необходимости прохождения личной психотерапии для психолога в работе с детьми. Личная психотерапия специалиста необходима везде, где основной инструмент – взаимоотношения или есть необходимость глубокого исследования внутренней сферы человека.

Также, на мой взгляд, личная психотерапия необходима и тем, кто применяет в своей практике техники, использующие воображение, так как воображение – это очень сильный инструмент. Человек, который его использует, должен знать показания и противопоказания и иметь собственный опыт использования этих техник на себе в личной терапии.

Психолог, имеющий опыт личного анализа или терапии, способен лучше понять другого человека, его переживания в роли клиента. Это дает и опыт преодоления трудностей терапевтического процесса. Только тот, кто имеет такой опыт, способен быть устойчивым и не «кидаться спасать», когда клиент тоже сталкивается с непростым опытом своих внутренних переживаний.

Опыт личной психотерапии помогает психологу быть устойчивым, когда клиент сталкивается с тяжелыми внутренними переживаниями.

Что делать, если после встречи с психологом стало хуже?

Во-первых, «стало хуже» – это очень субъективный фактор. Он может касаться и физического самочувствия, и эмоционального, и интеллектуального. А также это могут быть состояния, которые очень трудно поддаются описанию. Например, «как-то пусто на душе стало».

Во-вторых, нет никакой обязательности того, чтобы после встречи с психологом «стало лучше». Психолог – это не таблетка от головной боли. Это специалист, который помогает вам разобраться с вашими проблемами, лучше понять себя. Обычно после встречи с психологом происходят какие-то изменения. Эти изменения связаны с тем, что вы стали что-то яснее видеть, посмотрели на свою проблему с другой стороны. То есть ваше сознание «расширяется». Хуже, когда нет никаких изменений. Тогда стоит подумать, а профессионал ли перед вами.

Но психолог не должен «загонять в рай», не должен «причинять пользу осознанностью». Чтобы этого не случилось, психолог должен исходить и из актуального жизненного запроса человека, и из его психологического состояния, и из жизненного опыта. То есть быть способным оценить ситуацию человека со всех сторон и реально, не внося туда своих личных фантазий.

Это очень непросто. На Западе, где психотерапия оплачивается по страховке, психотерапевт должен заполнить «кучу бумажек», где он обосновывает применение метода в том или ином конкретном случае. У нас, к сожалению, такой культуры еще нет, так как в нашей стране статус западной модели психотерапии не определен, хотя она активно используется психологами в практике.

При прояснении вашего запроса вдруг могут быть обнаружены какие-то очень неприятные вещи, которые вам не доставят радости. Но если психолог действительно профессионал, то у вас не будет ощущения, что это «я плохой, поэтому так». Профессионал, помогая вскрыть причину проблем, обязательно соотносит это с возможностями конкретного человека. Помогая прояснить проблему, он также направит ваше внимание и на ваши возможности. После встречи с профессионалом у вас будет ощущение, может быть, непростого и небольшого, но движения вперед к решению проблемы.

Профессионал обязательно направит ваше внимание на ваши возможности. И у вас после приема будет ощущение, может быть, непростого, но движения вперед.

Состояние «ухудшения» может быть следствием особенностей хода и развития психотерапевтического процесса. Но обычно профессионал, знающий действительно метод, который он применяет, учитывает такие моменты и проявляет дополнительное внимание к деталям процесса. Если необходимо, он обязательно поинтересуется вашим состоянием в конце сессии и поможет найти ресурсы для того, чтобы справиться с негативными моментами.

В психоаналитически ориентированных направлениях психотерапии один из главных принципов работы – принцип воздержания. Он предполагает «нереагирование» на невротический симптом. Например, пациент обидчив, и вдруг в какой-то момент терапевтического процесса его что-то задело. Он, как в обычной жизни, ждет, чтобы окружающие среагировали на его обиду. Но психоаналитик не должен поддаваться на этот невротический симптом, не должен на него «реагировать». Но это относится к симптому, не к самому человеку.

Сохраняя нейтральное отношение к невротическому проявлению в поведении пациента, терапевт проявляет принятие и уважение к личности пациента. Уважение к его возможности самому справиться с обидой. Это описание терапевтического процесса в очень общих чертах. На самом деле это кропотливая и творческая совместная работа пациента и аналитика.

Ухудшение состояния может быть вызвано неосторожным высказыванием психолога, которое затронуло какую-то болезненную для вас тему. Профессиональный психолог избегает оценочных суждений. Оценочные суждения могут касаться какой-нибудь стороны психотерапевтического процесса, но не личности. Вспомните, после чего именно на сеансе возникло у вас «ухудшение» и проговорите это с психологом.

Психолог также должен проявлять безоценочность суждений относительно третьих лиц, о которых вы упоминаете в беседе. Ни в коем случае недопустимо, например, подобное высказывание: «Да, ну и муж у вас! Как вы с ним только живете!». Психолог сохраняет нейтральность, но не равнодушие, он проявляет уважение и принятие к вам, вашему опыту и людям в вашей жизни.

Также состояние «после» – это не значит «по причине». Например, вы на обед что-то съели не очень доброкачественное. Через какое-то время встретили кого-то, и после этой встречи вам стало плохо. Ведь это не значит, что именно встреча явилась причиной ухудшения вашего состояния. В любом случае, об этом нужно сказать своему психологу на следующей сессии.

Если у вас есть договоренность о возможности задать вопрос по телефону, и вы чувствуете, что с трудом переживаете ухудшение состояния, то позвоните и расскажите психологу об этом. Если вы поделитесь тем, что вам стало «хуже», профессиональный специалист не станет отрицать связи между сеансом и вашим состоянием, но он и не станет соглашаться с этим. Он просто внимательно выслушает вас, поможет вам успокоиться и найти ресурс, дающий силы дождаться следующей сессии, или назначит внеочередную сессию.

Важно знать, что звонок психологу по телефону – это не сессия по телефону. Такой звонок может длиться не более 10 минут. Если есть необходимость, то может состояться по взаимной договоренности сессия по телефону, но она оплачивается обычно точно так же, как и очная сессия.

Ухудшение состояния «по нарастающей» бывает часто при раннем травматическом опыте. Ранний опыт связан с тем, что наше сознание еще незрелое, мы были тогда не в состоянии осознавать себя. И когда происходит вдруг выход на поверхность сознания опыта таких ранних переживаний, то его очень трудно переносить эмоционально, может ухудшиться и физическое самочувствие. Но обычно, если психолог действительно профессионал, вы ощущаете его принимающее и вдохновляющее присутствие.

Если же вам становится хуже после встречи с психологом уже не в первый раз, и вы не ощущаете поддержки и принятия, то стоит над этим задуматься. Обязательно скажите об этом психологу. Спросите у него: А проходит ли он сам психотерапию? Есть ли у него еще опыт работы с такими проблемами, как у вас? Вы не должны бояться задавать такие вопросы. Но нужно делать это с уважением, ведь психолог «тоже человек». Психолог – это не волшебник, он не обязан быть идеальным. Важно, чтобы вы рядом с ним могли чувствовать себя искренним.

Что делать, если вы недовольны результатом?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно знать то, чем именно вы недовольны, что вы подразумевается под «результатом». Есть общие критерии эффективности психотерапии – это снятие заявленной проблемы, повышение работоспособности, самостоятельности, ощущение обретения счастья.

Исходя из этих критериев становится ясно, что важно с самого начала хорошо осознавать, по какому поводу вы обращаетесь к психологу. То есть, в чем ваша проблема? Профессиональный психолог достаточно времени уделит тому, чтобы помочь вам сформулировать реальный запрос. Часто недовольство происходит именно потому, что у клиента были ожидания, очень важные для него, но он не сказал об этом психологу.

Если же проблема была четко сформулирована, то вам стоит об этом поговорить с психологом и вернуться к обсуждению запроса. Если же запрос был достаточно ясен обеим сторонам, то, возможно, дело в недостаточной компетенции специалиста или неподходящих методах, выбранных им, что тоже говорит о недостатке профессионализма.

Но чтобы об этом говорить «предметно», у вас должен быть сформулирован устный или письменный контракт со специалистом, в котором оговариваются ваши запросы, ожидания, критерии результата, методы, сроки и другое, относящееся к процессу помощи. Контракт – это договоренность двух дееспособных людей, которые несут взаимные обязательства друг перед другом по предмету договора. Если речь шла о конкретной услуге, которая имеет четко описываемые критерии, то контракт вам поможет заявить о ваших правах.

Если же контракта не было, то вам нужно вернуться к этой теме с психологом на очной встрече и попросить его прояснить ваши и его права и обязанности. Это бывает сложно, когда процесс касается длительных психотерапевтических отношений. Специфика этих отношений такова, что причиной недовольства может быть ваш материал из бессознательного опыта, который вдруг всплыл в процессе. Такой материал абсолютно неосознаваемо проецируется, прежде всего, на отношения с психотерапевтом. Если вы не чувствуете каких-то объективных объяснений своего недовольства, то это может быть проявлением как раз механизма проекции.

В любом случае нужно обязательно встретиться с психологом и высказать свое недовольство. Высказать его нужно с уважением, без обесценивания, не как претензию, а как желание прояснить непонятное. Настоящий профессионал воспримет это как проявление вашей зрелости и сможет вместе с вами обсудить этот вопрос.

Как не усугубить свою изначальную проблему, обратившись за помощью к психологу?

Во-первых, это нужно найти настоящего профессионала. Не пожалеть времени на поиск. О том, на что опираться при поиске психолога, написано в ответе на этот вопрос отдельно.

Во-вторых, важно прояснить, что значит «усугубить»? Иногда, обращаясь за помощью, мы не подозреваем, что видим только верхушечку айсберга годами нерешаемой проблемы. Тогда начало решения такой проблемы напоминает генеральную уборку. Вроде внешне был порядок, все вещи лежали в шкафах, а тут, когда вы все это вытащили, охватывает ужас— как же это там все помещалось? Так может быть и в длительной психотерапии – излечение происходит через обострение, как это бывает при лечении хронических заболеваний в медицине.

В-третьих, важно выяснить, подходит ли метод вам лично и для решения вашего запроса. Метод, конечно, выбирает специалист. Но настоящий профессионал будет работать не «из метода», а из интересов обратившегося к нему человека, и он ответит вам на вопросы о методе, его показаниях и противопоказаниях.

Некоторые думают, что глубинная психотерапия – это некий универсальный способ помощи. Есть состояния, при которых вот так глубоко «лезть и раскапывать» категорически запрещено, так как может стать действительно хуже. Разным людям нужны разные методы помощи, нет универсальных методов.

Более того, профессионалы считают, что к каждому человеку требуется свой уникальный подход, потому что помощь в решении внутренних психологических проблем – это штучная работа. Поэтому самым важным является «человеческий фактор» – установление таких взаимоотношений с психологом, чтобы был возможен диалог и искренность. Подробнее о диалоге и искренности можно прочитать в других частях книги.

Существуют ли объективные критерии результатов психотерапевтического воздействия?

Критерии эффективности психотерапии до сих пор еще обсуждаются в психотерапевтическом сообществе. Есть общие критерии эффективности психотерапии – это снятие заявленной проблемы, повышение работоспособности, самостоятельности, ощущение обретения счастья. Они мне представляются наиболее объективными.

В своей книге я обращаю усиленное внимание на тему искренности. Для меня состояние искренности, которое присутствует в отношениях «психолог-клиент», является одним из условий экологичного движения к желаемому результату. И если клиент в процессе работы с психологом обретает способность все к большей и большей искренности, это может служить признаком успешной психотерапии. Но это лишь мои наблюдения из личного практического опыта, которые нуждаются в проверке.

Какова разница между вмешательством психолога излишним и недостаточным? Как оградить себя от первого и при этом сохранить эффективность взаимоотношений?

Способность чувствовать грань между излишним и недостаточным вмешательством дает психологу его практический опыт, личная психотерапия и обращение за помощью к более опытным коллегам. Этому научить нельзя, но этому можно научиться. Приобретается эта способность и через тренировку способности чувствовать малейшие изменения как в своем состоянии, так и в состоянии клиента.

Как же клиент сам может почувствовать разницу между вмешательством излишним и недостаточным? Это непростой вопрос. Отношения «психолог-клиент» – это многомерные отношения, и всех нюансов заметить просто невозможно. Поэтому очень важно, чтобы сам клиент давал вовремя обратную связь своему психологу. Выход только в качественных отношениях. Качество отношений определяется уровнем осознанности, которая в отношениях присутствует. За это, конечно, отвечает психолог, это одна из главных его компетенций. Но это не снимает ответственности и с клиента, ведь именно он решает свою проблему.

Я бы предложила еще ориентироваться на критерии искренности вашего состояния. Если вмешательства достаточны, то, несмотря на то, что вмешательство психолога может вызвать у вас напряжение, это напряжение будет вам по силам, у вас останется интерес к процессу, готовность взаимодействовать с психологом и дальше.

Если же вмешательство было излишним, то могут появиться признаки неискреннего состояния: зажатость в теле, нежелание воспринимать информацию, нежелание взаимодействовать. Но нужно учесть, что подобные симптомы могут быть вызваны прикосновением к вашему травматическому опыту и отражать особенность отношений в этом опыте. Профессионал способен различать эти нюансы и обсуждать их с вами, обратив на них ваше внимание.

Но психолог не идеальный образ, а реальный человек. Он может захватиться вашим травматическим опытом тоже. Ответственность клиента – давать обратную связь сразу же, как заметили дискомфорт в отношениях или в своем внутреннем состоянии.

Можно ли звонить своему психологу, если вдруг стало плохо?

Это зависит от нескольких факторов. Во-первых, от самого простого: как это оговорено или описано в вашем контракте с психологом. Если вы с ним в контракте прописывали такой момент, то исходите именно из этого. В иных случаях действуют нормы и правила обычных человеческих отношений. Отношения «клиент-психолог» – это рабочие отношения. Поэтому допустимо звонить только в рабочие дни и в рабочие часы, которые указаны вашим психологом.

Но жизнь больше, чем правила. Если вы действительно чувствуете, что сами не справляетесь до следующей встречи, то можете об этом написать сообщение или позвонить своему психологу. Но учтите, что он тоже человек. Например, во врачебной практике врач может отказать пациенту, если он сам болен. Точно так же и психолог – он, прежде всего, человек. Но сообщить о вашем неотложном самочувствии все-таки стоит, и уже психолог примет решение, сможет ли он вам сейчас помочь и как.

Как реагировать, если психолог опоздал или забыл о встрече?

Я еще и еще раз напоминаю о контракте. Все эти моменты должны быть учтены там. Если это не было оговорено, то нужно обратить на это внимание психолога и обсудить. Сама я сразу договариваюсь с клиентом насчет таких моментов. В моем контракте я восполняю пропущенный по моей вине сеанс за свой счет.

Это помогает мне, с одной стороны, не чувствовать вину, если вдруг такое произошло. С другой стороны, дает почувствовать клиенту, что я «тоже человек» и могу ошибиться, но несу ответственность за свои поступки. Но если все-таки такое произошло, я обязательно это обсуждаю с клиентом.

У меня был случай в практике, когда я по совершенно необъяснимым причинам, несколько раз подряд путала время встречи с одной клиенткой: то записывала ее на другой день, то на одно и то же время с другим клиентом. Когда мы это обсудили, то клиентка вспомнила, что ее чувства напомнили ей моменты ожидания, когда ее несколько раз в детстве забывали забрать из садика. В моей личной истории похожего опыта не было.

Как не поддаться очарованию личностью психолога или не попасть под его влияние?

«Очарование» может иметь разные причины. Во-первых, нужно почаще вспоминать, что психолог «тоже человек». Во-вторых, если вы действительно чувствуете очарование личностью психолога, скажите ему об этом.

Профессионал сможет вам дать такую качественную обратную связь, что вы почувствуете, что между вами появился настоящий контакт, «чары спали», и вы стали себя и другого видеть реальнее.

Если же вы сказали, а после этого чувствуете еще большую зависимость от психолога, то опять же скажите ему об этом. Возможно, если «чары не спадают», то перед вами человек, который наслаждается властью, которую ему дает роль психолога. Это не профессионал. Срочно ищите другого психолога.

В-третьих, это может быть и отражение вашей личной истории. Нужно опять же говорить об этом. Только диалог, только качественная беседа поможет вам найти ответ на этот вопрос.

Как не стать невольным заложником метода своего психолога?

Действительно, психологи часто осваивают какой-нибудь один метод помощи и специализируются только на нем.

В этом нет ничего плохого. Плохо если психолог «берет всех подряд», тогда это отсутствие профессионального подхода, который подразумевает то, что нужно браться только за то, в чем ты компетентен и где твоя компетентность будет кстати.

Я уже выше писала о том, что главный инструмент – это не метод. В работе психолога самое важное – это сам человек, а главный инструмент – способность выстраивать эффективные отношения. Поэтому психологическая помощь требует индивидуального подхода к каждому человеку.

Метод служит лишь средством помощи человеку, но не является ни в коем случае целью в работе психолога.

И если вы почувствовали, что вашему психологу важно следовать своему методу в первую очередь, а вы как личность, индивидуальность, для него на втором плане, это может быть свидетельством непрофессионализма.

Но нужно опять-таки учесть, что эти ваши чувства могут иметь отношение совершенно к иным процессам. Поэтому самый лучший способ – это дать обратную связь психологу, если у вас возникают сомнения насчет его подхода.

Может быть, окажется, что дело и не в методе, и не в личности психолога, а в чем-то другом.

Резюме

Подведем итог по теме «ГЛАВНАЯ ЗАПОВЕДЬ „НЕ НАВРЕДИ“». Чтобы помощь психолога «не навредила», важно самому клиенту знать о следующих моментах:

• Забота о человеке, о его целостности – это самое главное в работе практического психолога.

• Практический психолог обязан иметь опыт личной психотерапии и опыт супервизий.

• Психолог должен избегать оценочных суждений относительно личности человека, его состояния и его истории.

• Важно знать, что у каждого метода есть показания и противопоказания, клиент имеет право спросить об этом.

• Ответственность самого клиента – относиться к словам и действиям психолога достаточно критически, но не в смысле обесценивания, а в смысле способности с уважением прояснить то, что непонятно или настораживает, без ложного стыда или страха обидеть.

• С целью большей осознанности и ясности цели взаимной работы с психологом нужно заключить устный или письменный контракт, оговаривающий основные моменты.

Как найти психолога?

Относительно работы практического психолога – «проводника во внутреннем мире» – на мой взгляд, понятия традиционной рекламы и продвижения услуг и т. п. не совсем уместны. Но в то же время сегодня «проводникам в мире души» тоже важно уметь себя представить «открыто», особенно это важно для начинающих свою практику психологов.

Обычно к психологам-психотерапевтам приходят через «сарафанное радио», от «человека к человеку» – это самый безопасный способ найти психолога. Найдите тех знакомых, которые уже обращались к психологу и остались довольны. Самая лучшая реклама психолога – это его довольные клиенты, как почти в любой сфере услуг.

Но психологическая помощь во внутреннем мире – это очень специфическая сфера услуг. Главной сутью такой психологической помощи являются взаимоотношения. С кем-то они комфортнее выстраиваются, а с кем-то труднее, это зависит от индивидуальных особенностей людей. Поэтому то, что подошло одному человеку, может совершенно не подойти другому.

Если же вы пока не нашли психолога по «сарафанному радио», просто задайте поиск психологов в поисковых системах. Сейчас очень много информации на эту тему в интернете, но нужно знать некоторые тонкости, чтобы не попасть к непрофессионалу.

Тонкости поиска психолога по рекламе

При поиске психолога в поисковых системах лучше заходите только на страницы профессиональных сообществ, которые объединяют психологов. Тем не менее нужно уметь ориентироваться и в рекламе на специальных сайтах, посвященных рекламе услуг психологов. Почему это важно, я покажу на конкретных примерах. Я сама задала в интернете поиск психологов и увидела сразу на первой странице разного рода рекламу. Ниже хочу поделиться своими наблюдениями.

«Авторская метода… Звоните прямо сейчас!»

«Авторская метода… Звоните прямо сейчас!» Вот такая занимательная «вещица» вышла на первый пришедший мне в голову запрос. Если полностью привести этот пост: «Наталия. Хороший психолог… Авторская метода, не имеющая аналогов в СНГ… Звоните прямо сейчас!». В объявлении указан телефон и есть фотография.

Здравомыслящему человеку сразу должны броситься в глаза несколько вещей. Первое. Сразу настораживает, что указано просто имя. Просто по имени найти более подробную информацию об этом психологе (и психологе ли?) вы нигде не сможете. Обнаружив информацию о психологе без фамилии, просто пройдите мимо.

Второе. «Авторская метода, не имеющая аналогов…». Я уж не буду говорить о слове «метода», я о другом.

Автор, претендующий на открытие, «не имеющее аналогов», как минимум должен иметь официальные научные публикации, в которых конечно же указываются полностью фамилия, имя и название метода или методики.

Вполне может быть, что человек изобрел что-то действительно уникальное, но почему он тогда прячет фамилию? Такого рода удивительная «скромность» психолога должна насторожить.

Третье. «Звоните прямо сейчас!» У меня есть некоторое отторжение этой фразы, у меня она, видимо, вызывает ассоциации с услугами рекламных агентов. Наверное, в рекламных центрах, где есть администратор, это допустимо, а также на телефонах доверия. Но если это личный телефон психолога, то его доступность в любое время настораживает: а земной ли это человек? Жизнь-то личная есть у него? Мне кажется, что даже в рекламе своих услуг психолог должен уметь разумным образом обозначить свои границы.

Четвертое. Фотография данного психолога. На фото молодая женщина, демонстрирующая переполняющую радость жизни и полное отсутствие проблем, вызвала у меня определенные фантазии о сфере ее «методы», подняв из памяти одни воспоминания.

Эскорт-услуги

Я тогда только начинала работать в сфере психологии. Руководство дало мне задание дать психологические характеристики соискательниц на должность секретаря. Я проверяла каждую из претенденток по целой батарее тестов. Результаты тестов одной из них меня сильно насторожили.

Очень высокий уровень уверенности в себе и при этом нулевой уровень показателя тревожности на фоне низкой социальной ответственности. Я обратила внимание руководства именно на эту кандидатку, на то, что она никоим образом не подходит на должность по этим качествам.

Но девушка очаровала руководство, и выбрали именно ее. Прошло всего лишь недели две-три, как выяснилось, что эта девушка предоставляет по вечерам и ночам эскортуслуги, и, конечно, ее тут же уволили.

Вот какие воспоминания подняла фотография из рекламы. Но это лишь мои личные ассоциации, которые возникли не только от одной фотографии, но и от всего образа в целом.

Вывод: «нормальный» человек (в данном случае я имею в виду человека взрослого) осознает, что мир реален, что кроме него есть еще и другие люди. И у людей «нормальных» в этом смысле обычно имеется хоть какой-то уровень тревожности, сомнения, что указывает на то, что человек осознает границы своих возможностей. Плохо, когда тревожность слишком высока, – это говорит о том, что вы забыли про свои возможности, а видите только ограничения.

Вернемся к той рекламе. Пятый момент, который насторожил меня с самого начала, – словосочетание «хороший психолог». Одно из профессиональных качеств психолога заключается в том, что он избегает оценочных суждений везде, где можно без этого обойтись, особенно в оценке людей. А уж тем более в рекламе самого себя. Реально мыслящий человек в какой-то момент жизни начинает понимать, что однозначно «хороших» и однозначно «плохих» людей нет. Есть просто люди, и они разные. Иногда очень разные. И они иногда почему-то вместе.

И психологи – тоже люди, и они тоже не обязаны быть «хорошими». Они, если уж назвались психологами, обязаны быть психологами. Но об этом подробнее чуть позже. Пока посмотрим, что же я еще нашла.

«Несмотря на молодой возраст и нежную внешность»

На этом же сайте я нашла другое объявление, которое сделано с точки зрения рекламы услуг в сфере психологии очень грамотно. Полностью фамилия, имя, сканы полученных дипломов и сертификатов, ссылка на собственный сайт, где есть статьи автора, видеоподборка выступлений самого психолога, отзывы с указанием полностью фамилии и имени клиентов.

На видео автор держится очень уверенно, знает, о чем говорит, и говорит профессионально. Автору этой публикации я бы позвонила и договорилась о встрече, но сначала только на пробную консультацию. Почему? Сомнения насчет достаточности профессионального опыта – диплом психолога получен не так давно – в 2014 году.

Особенность работы психолога состоит в том, что в ней играет огромную роль жизненный опыт. Если его не хватает, то должен быть хотя бы достаточный опыт в профессиональной сфере. Обычно в профессиональной сфере опыта должно быть не менее трех лет, недаром раньше в советское время специалист должен был отработать 3 года после вуза на одном месте.

Конечно, из каждого правила есть исключения. И как написала в отзыве одна из клиенток этого психолога: «Несмотря на молодой возраст и нежную внешность, является профессионалом и умельцем своего дела…».

Гениев очень трудно втиснуть в какие-то рамки. И кто-то должен помочь гению, и начинающему психологу надо на ком-то учиться. Но в таком случае все-таки подумайте: вы хотите решить свою проблему, обращаясь к психологу, или помочь ему раскрыть в себе гения? Конечно, хорошо, когда удается решить обе эти задачи. В любом случае, проверьте свой выбор и будьте уверены в том, что вы делаете его осознанно.

Я бы выбрала пробную консультацию, и если стоимость сессии показалась бы мне высокой, я бы «поторговалась». А можно ли «торговаться» с психологом, и торгуются ли они, я выскажу собственное мнение в теме оплаты услуг психолога.

«Психолог. Очищаю от сглаза и порчи. Обещаю просветление и изменение к лучшему»

Такое объявление я нашла на том же сайте. Без фотографии, только телефон. Слов у меня нет. Есть воспоминание.

Утраченные надежды

То были времена первых лет моей частной практики. Я арендовала кабинет для приема во Дворце культуры. В нашем городе тогда было просто какое-то повальное нашествие разного рода ясновидящих и колдунов. И вот одна ясновидящая арендовала кабинет для приема на одном этаже с моим.

Утром я проходила к своему кабинету через большую толпу жаждущих исцелиться у этой ясновидящей и заранее, с раннего утра, занявших живую очередь. Почему-то вся толпа была как будто из одной компании: все были одеты, как мне казалось, во что-то черное или очень темное.

Восприятие черноты, наверное, усиливалось еще и потому, что лица были «темные». «Темные» в смысле какой-то обреченности, безысходности. Я, почти не дыша, проходила через эту толпу, которая на самом деле меня совершенно не замечала. Я боялась смотреть в их глаза, столько там было отчаяния и какой-то утраченной надежды. Тогда, проходя мимо них, я думала: «Наверное, хорошо, что есть эти ясновидящие и гадалки. Я бы точно никак не смогла бы помочь этим людям, утонувшим в своих проблемах».

Что я хочу сегодня сказать этим воспоминанием. Не доводите себя до того состояния, чтобы проблема захватила вас настолько, что вы стали бы отчаянно искать помощи у гадалок.

Признак того, что проблема вас захватила, это то, что вы ищете причину этой проблемы вовне. Это, например, порча или злой начальник, любовница мужа или несчастное детство, полнолуние или просто «меня никто не любит». Как только начинаются малейшие признаки этой «болезни», ищите хорошего психолога. Но только не гадалку или ясновидящую, ведь настоящих ясновидящих вы по подобной рекламе точно не найдете.

А деньги, и в немалом количестве, из вас точно вытрясут. Но это тоже выбор – это вы решаете, сколько стоит ваша надежда на изменения.

Очень странная реклама

«Частный репетитор. Психолог… Торгующий на реале трейдер… Историк, журналист, психолог. Подготовка по ЕГЭ. Имею кроме трех дипломов о высшем образовании сертификат Школы тренеров и являюсь сертифицированным коучем».

Приведено в той последовательности, как было в тексте автора. И не знаю, что сказать. В общем, как у классика: «драмкружок, кружок по фото, хоркружок – мне петь охота». Так и хочется продолжить словами Агнии Барто: «выбирай себе, дружок, один какой-нибудь кружок».

Мы живем сегодня в необычное время, когда у каждого из нас есть возможность реализоваться в самых разных направлениях, было бы желание и время. Но не нужно путать это с профессией. Профессия – это та сфера, где вы являетесь экспертом и за ваши услуги готовы платить. Из данной рекламы совершенно не ясно, в какой сфере человек себя предлагает как эксперта.

Есть профессионалы, интересы которых касаются самых разных областей, порой очень разных, но при более глубоком знакомстве четко прослеживается некий стрежень, вокруг которого выстроены эти интересы. Это вызывает уважение и восхищение.

Здесь же, с уважением относясь ко всем его дипломам, я точно к такому психологу не пойду. Прежде чем «иметь», надо сначала «быть». А для этого нужен некий внутренний стержень и цель – а ради чего все это приобреталось? А иначе возникает мысль, что данный «психолог» некий «коллекционер» дипломов, сертификатов и тому подобного.

У профессионального психолога в презентации его услуг должно быть, на мой взгляд, две идеи. Первая, общая для всех психологов, – ориентация на помощь другому человеку. Вторая – в чем особенность именно ваших профессиональных услуг, в чем конкретно психолог помогает людям, за что берет деньги, в чем его экспертность?

При выборе психолога нужно иметь в виду, что сегодня высокопрофессиональные специалисты работают в государственных психологических центрах, где помощь оказывается бесплатно. Я часто направляю клиентов к своим знакомым коллегам из подобных центров, которые могут квалифицированно помочь решить обращенный запрос. Также я направляю в такие центры людей, которые не могут в силу разных причин оплачивать услуги. Вам обязательно стоит узнать о такой возможности в вашем городе.

Есть у меня также знакомые коллеги, которые имеют частную практику. Но к ним я никогда не направлю клиентов, так как они не имеют ничего, кроме диплома, не проходят личную терапию и не знают, что такое супервизия.

Кто такой «идеальный» психолог?

Конечно же, в нашей жизни идеального ничего нет. Но есть состояние, которое нам представляется более гармоничным и цельным. И есть способность возвращать себе это состояние. Способность вновь подниматься и идти дальше. Большинство людей не подозревают, что эта способность есть исключительно у каждого человека. Они обращаются к психологу в надежде на то, что именно он даст рецепт от их проблем и ключи от их счастья.

Но история показывает, что практически всеми человеческими поступками неосознанно движет надежда на возвращение этой врожденной способности – способности приводить себя в состояние устойчивости и внутренней гармонии.

И для меня критерием «идеального» психолога является то, что он осознанно испытал этот опыт – способность самостоятельно возвращать себе это ощущение цельности и гармонии. Поэтому он готов ко встрече с неизвестным, не боится что-то потерять. Ключ к любым обретениям вовне – это внутренняя устойчивость и способность продолжать идти дальше, несмотря ни на что. Эта способность дана нам инстинктивно, но связь с ней может быть утеряна.

Однако для построения человеческих отношений этого недостаточно. Важна, особенно для психолога, способность выстраивать отношения на понимании сути подлинного диалога. Подлинный диалог – это не отношения «двоих», а способность вместе (неважно, сколько человек) создавать пространство «между, через» («диа»), в котором рождается смысл («логос»). Именно эта способность является гарантией соблюдения и этики психолога.

Понимание сути диалога ведет к тому, что пространство для рождения смысла является «священным», то есть доступ туда «посторонним» невозможен. Именно из такого понимания сути «диалога» вытекает необходимость в конфиденциальности, а также и другие принципы этики психологической работы.

Если у психолога есть эти два самых важных качества – быть внутренне устойчивым и способным к диалогу, считайте, что вам повезло. С таким человеком постепенно вы сможете научиться слышать и чувствовать это незримое пространство диалога, то есть создавать свои смыслы. Научить этому невозможно, но можно научиться. На пути такого «обучения» много взлетов и падений, и только человек, который умеет сам справляться с последствиями «падений», способен помочь вам научиться раскрывать и свою собственную устойчивость, и веру в себя. Общаться по-настоящему вы сможете научиться только у человека, который умеет выстраивать искренние человеческие отношения.

Быть внутренне устойчивым и быть способным к диалогу – два базовых навыка практического психолога.

Быть внутренне устойчивым и быть способным к диалогу – два базовых навыка практического психолога.

А в остальном психолог – «тоже человек». Но «человеческие» нюансы не менее важны, чтобы встреча из «идеальной» превратилась в «реальную». Поэтому важно, чтобы с самого начала у вас с психологом возникло некое «созвучие» как основа фундамента для того, чтобы стал возможным диалог. Что я имею в виду? Это то, что очень индивидуально. Это то, что именно для вас имеет значение и ценность на данном отрезке жизни.

Часто это каким-то таинственным образом связано с запросом. Приведу пример из своей практики. Именно тогда, когда у меня был период выстраивания новых отношений со своей мамой, ко мне вдруг «толпой» пошли клиенты с подобной темой. Слава Богу, я тогда находилась в личной терапии и могла отделить собственные проекции от запросов моих клиентов и помочь им услышать именно их собственный запрос.

То, что мы, я и мои клиенты, находились в момент нашей встречи в похожем пространстве смыслов, помогло обеим сторонам. Обязательно, чтобы психолог мог эти свои проекции осознавать. Исходя из этого, наверное, можно добавить еще один штрих к портрету «идеального» психолога. Это то, что он осознает свое человеческое несовершенство.

Если психолог это действительно осознает, он проходит свою терапию или анализ и в сложных моментах обязательно обращается за помощью к коллегам. Есть два вида такой помощи. Первая – «супервизия» – это помощь более опытного коллеги или помощь специалиста в определенной теме, в которой психолог некомпетентен. И «интервизия» – помощь коллег примерно одного уровня опыта, с которыми психолога объединяет общее профессиональное пространство или работа.

Из профессиональных качеств психолога очень важной является способность видеть и чувствовать человека целостно. Она выражается в способности понимать и язык его тела, и язык эмоций, и логику его рассуждений. Важна способность понимать ценности человека, его духовные устремления. Очень важно и понимание того, как выстроены его связи с окружающим миром. Способность чувствовать человека целостно напрямую зависит от целостности – но не совершенства! – личности психолога.

Способность чувствовать и видеть человека целостно – важная профессиональная способность психолога.

Но даже всего перечисленного выше для психолога недостаточно. Нужно иметь еще предрасположенность и определенные личностные качества, чтобы справляться с работой «проводника в мире души». Этого не купишь ни за какие деньги. Самые главные из личностных качеств – это искренность и честность по отношению к самому себе.

Самые главные из личностных качеств «проводника в мир души» – это искренность и честность по отношению к самому себе.

Итак, «идеальный» практический психолог должен:

• иметь предрасположенность к работе психолога;

• быть искренним и честным по отношению к самому себе;

• быть внутренне устойчивым;

• быть способным к диалогу;

• осознавать свою целостность;

• осознавать свое несовершенство;

• постоянно работать над повышением личной осознанности;

• постоянно повышать уровень профессиональных компетенций.

Как найти «подходящего» психолога?

Этот вопрос непростой. Только вы можете знать, что вам требуется. Для ответа на него нужно, во-первых, знание о необходимом «наборе» качеств «идеального психолога». Об этом мы говорили выше. Но «идеальный» психолог – это лишь умственная конструкция, модель. Даже психолог, обладающий полным «набором» качеств «идеального» психолога, может вам не подойти по самым разным причинам. Важно, чтобы вам с ним было комфортно. Нужна личная встреча, чтобы проверить на практике свои чувства и ощущения. Читайте об этом в ответе на вопрос о первой встрече.

Можно ли самому себе быть психологом?

Нельзя ответить на этот вопрос однозначно нет или да. Ведь вы зубы чистите сами, но ставить пломбу идете к специалисту. Таким же образом профилактикой психологических затруднений, конечно, вы можете заняться сами. Для этого существуют книги и другие источники. Психология как самопознание, понимание себя и других людей возможна и через просмотр фильмов, чтение художественной литературы, через встречи с театром и просто с интересными людьми. Психология – это такая сфера, которая являются связующей для всех других сфер жизни людей. Поэтому образованный и, как говорят, «культурный» человек, конечно, должен развиваться и психологически.

Но если речь идет не о профилактике, а о затруднениях, которые продолжаются длительное время, то стоит обязательно обратиться к специалисту на консультацию. «Самолечение» в таких случаях опасно, как и в медицине. Профессионал поможет понять, нужна ли вам профессиональная помощь и какая именно.

Может ли друг или близкий человек быть вашим психологом?

В жизни мы не случайно сближаемся с людьми. Наша психика познает себя путем проекции. То есть к нам притягиваются люди, которые отражают те стороны нашей психики, которые мы не осознаем. Например, человек очень не уверен в себе. Бессознательно он может выбрать в друзья человека самоуверенного.

Друг часто отражает какую-то сторону нас, которая нас дополняет до целого. То есть вы с друзьями взаимно «притянули» друг друга. Это помогает вам шире и глубже узнавать мир и других людей через опыт дружеского взаимодействия, учиться друг у друга чему-то новому. «Самоуверенный» учится деликатности у своего робкого друга, а «робкий» учится ценить себя у своего уверенного в себе партнера. С другом вы на равных обмениваетесь своим опытом, своими переживаниями.

Вы оба и учителя и ученики друг для друга, но попеременно. Но вы нарушите уже устоявшиеся отношения с другом, если будете другу платить деньги. Вы и ваш друг попадете в конфликт ролей. Любые взаимодействия между людьми – это своеобразные «ролевые игры». Очень трудно быть и в роли друга, и в роли психолога, потому что у этих ролей разные сценарии. Представьте, что актер вживую должен одновременно – в один и тот же час – играть в двух пьесах на разных театральных площадках. Это невозможно в принципе. Вот в такую непростую ситуацию вы попадете с близкими и знакомыми, если включитесь в игру «психолог-клиент». Приведу пример из практики.

Ко мне на терапию приходила молодая женщина. Уже несколько сессий подряд она вскользь проговаривала недовольство своей подругой. Я попросила ее выразить свое внутреннее состояние рядом с подругой в виде какой-нибудь метафоры. Она не могла найти слов, которые бы точно отразили это состояние. Тогда я попросила выбрать из коллекции разных предметов (более тысячи) что-нибудь подходящее.

Она долго искала на полках и вдруг с удивлением принесла «унитаз» из детского кукольного набора. Она была поражена сама. И вдруг она поняла, почему подруга последнее время стала вызывать у нее раздражение. Подруга постоянно ей звонила и жаловалась на свои отношения с мужем. И клиентка прочувствовала, что в эти моменты она ощущала себя таким предметом, куда все «сливают». Вы ведь не хотите таких отношений со своими близкими и друзьями?

Но есть и еще один момент. То, что вы с близкими оба «другие» друг для друга, означает еще, что вы бессознательны относительно каких-то сторон друг друга. Это не позволяет вам быть объективными в полной мере. Психологу в работе необходимо соблюдать нейтральность, невключенность в личные отношения с вами. Это позволяет ему сохранять объективность и помочь создать пространство, где вы сможете сами обнаружить ответы, особенно если это глубинная работа.

Но есть еще один не менее важный момент. Это плата за услуги. Плата важна, чтобы был взаимообмен. Но здесь не может быть «бартерного» обмена жизненным личным опытом. Отношения «психолог-клиент» изначально неравные в плане компетенций. Чтобы сохранить «равноправность» отношений, вы у психолога услуги покупаете.

Представьте, что вы бы приходили в магазин за хлебом и просили бы его для себя бесплатно. Вас бы, может быть, пожалели, приняли за нищего, и кто-то купил бы хлеб и дал вам. Что бы вы почувствовали? Наверное, как минимум, что-то неприятное в плане самоуважения. А отдавая деньги за хлеб, вы проявляете уважение к людям разных профессий (и продавцов, и хлебопеков и других) за их труд. И сохраняете самоуважение.

То есть стоимость услуг практического психолога несет еще и символический смысл. «Покупая» услуги психолога, вы тем самым становитесь в позицию человека зрелого, который способен оценить труд другого человека.

Но все сказанное не мешает вам обсуждать с близкими и друзьями что-то из мира психологии, но только не «лечите» друг друга.

Резюме

Подведем итог по теме «КАК НАЙТИ ПСИХОЛОГА».

Чтобы найти психолога, необходимо:

• Знать, чем занимаются психологи.

• Знать, какие способности и навыки психолога являются самыми важными.

• Знать, в какой области вам нужна помощь психолога.

• Знать, что близкие и друзья не могут быть для вас психологами.

• Знать, что самому себе быть психологом в случае затяжных или повторяющихся проблем нельзя, лучше обратиться к специалисту.

• Найти информацию о психологах у знакомых, в интернете, журналах и других источниках.

• Знать, что безопаснее обращаться к тем психологам, у которых психология является основным видом деятельности.

• Знать, что государственный диплом не служит гарантией безопасности, но говорит о том, что человек серьезно относится к выбору профессии.

• Знать, что важным для профессионала являются связи с профессиональными сообществами психологов и коллегами.

• Выбрать из нескольких кандидатур того психолога, который помогает решать круг именно ваших проблем и субъективно вам приятен.

• Позвонить и договориться о первой встрече.

• Заключить устный или письменный контракт, если вы договариваетесь о длительной работе.

• Спросить у психолога сразу, если что-то непонятно или покажется подозрительным, но только в уважительной форме, без оценок и обвинений.

• Помнить, что отношения с психологом – это отношения двух взрослых людей.

• Знать, что задача психолога помочь вам осознать, какие ваши личностные качества и умения необходимы для решения вашей конкретной жизненной задачи, помочь их развить, если необходимо, или дать научно обоснованные рекомендации.

• Знать, что психолог не решает вашу задачу.

• Помните, что психологи тоже люди.

Запрос, результат и этапы психотерапевтического процесса

Вопросы, выявленные в ходе опроса, скорее всего, связаны со сложностями психотерапевтической работы с психологом. Поэтому в этом разделе будет идти речь в большей степени о работе с запросом практического психолога в этой сфере.

Запрос и результат работы с психологом – это две вещи, которые взаимосвязаны. Чем яснее вы и ваш психолог понимаете суть запроса, тем эффективнее будет ваше взаимодействие, тем лучше будет результат. Выявленная в ходе работы с запросом проблема должна быть верно сформулирована, как некая задача, которую вам нужно решить.

Прежде чем отвечать на вопросы, я хочу обратить внимание на два типа обращений к психологу.

«Хочу разобраться в себе»

Первый тип запросов – он нередко исходит от клиентов, очень начитанных в области психологии. Приходя на консультацию, они часто говорят: «Я хочу разобраться в себе, понять, почему со мной происходит такое» или «Я слышал, что именно в детстве закладывается основа личности, я думаю, что корни и моих проблем оттуда, хочу пройти психотерапию». Это достаточно «широкие» запросы. Важно понять, что же более конкретное стоит за этим.

Прежде чем перейти к обсуждению заявленного запроса, я ориентирую клиентов на формулировку конкретной жизненной задачи. Я задаю вопросы подобные следующим: «Если вы разберетесь в себе, чему конкретно в вашей жизни это может помочь?», «Почему так важно разобраться в детстве?». Я считаю, что только после формулировки такой «жизненной» задачи возможно глубинное психоаналитическое исследование. Иначе в «раскопках» своей личной истории можно надолго завязнуть и разбалансировать уже существующие связи в реальной жизни.

Иногда на понимание такой связи уходит до 10 сессий, а то и больше. И получается, что основная задача человека – это понять, что же он на самом деле хочет. Часто человек путает способ достижения с целью. Такое происходит, когда потерялась какая-то связь между разными проявлениями целостности: между умом и телом, эмоциональной и духовной сферой, например. Или когда человек не ощущает подлинной связи с окружающими. Человек бессознательно ищет способ восстановить эти связи, но важно, чтобы человек осознавал, за какой конкретно помощью он обращается к психологу и как это связано с его жизнью в целом.

Важно осознавать, как ваш запрос к психологу связан со всей вашей жизнью в целом.

Это особенно важно для клиентов-мужчин.

Пример.

Мужчина пришел с запросом разобраться в себе. В процессе психотерапии, результаты которой он оценивал достаточно высоко, он вдруг задал вопрос: «Что-то у меня вдруг с бизнесом появились непонятные проблемы, это не связано с психотерапией?» Я сильно тогда озадачилась.

Позже я поняла, что у многих мужчин энергия в большей степени направлена на внешний мир, на достижения. Психотерапия для мужчины – это тоже некий процесс, связанный с конкретными достижениями. Глубинная психотерапия требует огромного количества энергии и внимания. И видимо, работает закон сохранения энергии. Внимания и энергии на бизнес остается меньше. Это просто надо учесть.

У большинства женщин от природы больше выражена потребность в отношениях, чем в достижениях. Жизнь для большинства женщин – это, прежде всего, отношения. И психотерапия для них тоже служит изменению взаимоотношений.

Пример.

Клиентка, тоже прошедшая процесс психотерапии, спрашивает: «Знаете, сейчас все хорошо, появилась уверенность в себе. Но вот только мне уже неинтересно с прежними подругами, а где найти новый круг общения?»

Эта женщина, у которой тоже есть свой бизнес и достаточно высокий статус. Но для нее важнее оказался «круг общения», и влияние на него было большим, чем на работу.

Прошу учесть, что это всего лишь мои наблюдения. У каждого человека в психике есть и «мужское», и «женское». Но я все больше замечаю важность понимания различий: что-то лучше работает с одними людьми, что-то лучше с другими.

Иногда имеет значение пол человека, иногда очень важно учитывать возраст, образ жизни и многое другое. Иногда это не имеет никакого значения.

Сказав о том, что выявление жизненной задачи очень важно, я хочу подчеркнуть, что это не самоцель для психолога. Просто важно обратить внимание клиента на это – на целостность его самого как личности, на целостность его взаимоотношений с окружением.

«Дайте мне таблетку»

Вторая категория запросов – это запросы от клиентов, которые очень точно формулируют задачу. Они как будто точно знают, что хотят. Часто их запрос сформулирован относительно других людей. Например, «Я хочу, чтобы мой муж…».

Они ждут от психолога конкретных советов, они не нацелены на продолжительную внутреннюю работу.

Я заметила, что если «идти за ними» и подбирать этим клиентам какие-то способы краткосрочной помощи, то не всегда они остаются удовлетворенными.

Запрос у них часто на уровне «ума», а свою эмоциональную сферу они склонны вытеснять. Им-то чаще всего нужно лучше разобраться в себе, но это требует очень длительной работы, к которой они не готовы. Хочу привести пример.

«За что я вам плачу?!»

Клиентка – врач по профессии. Рассказывает: «У меня есть друг, но он не предлагает мне замуж, хотя мы встречаемся уже много лет. Что мне делать, посоветуйте. Что я ему должна сказать, чтобы он решился?» На мое замечание, что «друг – это не вещь», а живой человек и с ним можно просто поговорить об этом, рассказать ему о своих переживаниях, я тут же получила ответ: «Мы уже много разговаривали, он избегает этой темы, а я хочу замуж. Как его заставить?»

Безуспешны были мои попытки развернуть запрос в сторону ее собственных переживаний. Она на все мои попытки говорила примерно следующее: «Вот я врач. Ко мне приходит пациент. Он жалуется на что-то. Я ставлю диагноз, и я знаю, какое ему нужно лекарство. И от вас я жду конкретного совета. Скажите, что мне делать». Попытка объяснить, что психолог – это не врач, вызывали только возмущение: «А тогда за что я вам плачу деньги?!»

Мне удалось ее убедить, что деньги я получаю не за советы, а за помощь в решении ее вопроса. Ответ есть у нее самой, нужно только эту свою мудрость услышать. Я предложила ей работу с образами, чтобы она научилась прислушиваться к себе. Образы ей приносили некоторое облегчение, расслабление. Но она не понимала, зачем ей это: зачем нужно рисовать образы, зачем искать в них смысл, когда нужен конкретный совет.

Только сейчас я понимаю, что этой женщине нужна была действительно «конкретная» терапия – терапия работы с телом. К сожалению, тогда я была больше сконцентрирована только на классической психоаналитической модели.

Каждый клиент – это мой своеобразный учитель. Эта клиентка достаточно жестко заставила меня задуматься о критериях эффективности применяемых мною методов. Она меня заставила увидеть, что она находилась в плену медицинской парадигмы, а я – в плену психоаналитической.

Это привело меня к пониманию того, что важно идти не от «парадигмы», а от конкретного человека.

О важности связи запроса с жизнью и целостностью человека

Очень важно прежде чем приступить к помощи, прояснить, как человек осознает связь своего запроса со своей жизнью целом. И очень важно взятие клиентом ответственности при этом на себя. Ведь это его жизнь.

Даже конкретный вроде бы запрос – «хочу выйти замуж» – к психологу не имеет никакого отношения, ведь психолог не сваха. Но этот запрос может быть его жизненной задачей, а может и не быть.

Психолог помогает разобраться, какова истинная жизненная задача, что сам клиент может сделать для ее решения, что ему в самом себе нужно развить.

На прояснение этого иногда уходит достаточно времени. Если же человек настаивает на своем, требует начать работу немедленно, мол «я сам разберусь», я привожу какую-нибудь метафору. Вот одна из них. Случай из жизни – как метафора.

Новый участок

Однажды мы купили участок под дачу. Весь участок был покрыт жестким дерном пырея, корни которого уходили очень глубоко, лопата была бесполезна. И муж решил подойти глобально: взять мотоплуг, перепахать весь участок, вытащить все корни и только потом размечать места под грядки, газоны и пр.

Сказано – сделано. Но мы люди очень занятые и не смогли появиться на этом участке месяца полтора. Лето было очень жарким и очень дождливым. Приехав, мы просто обомлели: наш ли это участок? Он весь густо зарос разнотравьем выше моего роста. Это был для меня очень хороший урок. Тогда до меня дошел смысл притчи о том, что на место изгнанного беса придут семь новых.

Раз мы затеяли перепахать участок, то надо было решить сразу, для чего мы это делаем.

Тогда я не знала, что в глубинных слоях почвы в «спящем» состоянии находятся очень много семян. Вот мы их-то и «разбудили». Мы тщательно собрали все корни пырея, сожгли, но этого было недостаточно.

Нужно было рассчитать свои силы и начать с небольшого кусочка – например, под одну грядку, и сразу засеять ее тем, что нужно нам.

Мы направили очень много энергии, как казалось, на «дело», а надо было задуматься и о том, а для чего конкретно это все делается.

Тогда бы мы, может быть, среди своей занятости нашли бы денек-другой, чтобы приехать и посеять то, что нужно. Мы перепутали цель и средство.

Действительно, важно не пожалеть времени на эту работу по осмыслению. По осмыслению того, ради чего в реальной жизни это нужно, почему это сейчас важно? Иначе может быть ухудшение состояния и клиента, и его жизненной реальности.

Я привела лишь два крайних типа запросов, чтобы показать, что часто истинная тема обращения не осознается. И нужно достаточно времени, чтобы ее обнаружить.

Вышеприведенные типы запросов исходят от более или менее психологически подготовленных людей.

Эмоциональная зрелость и собственный выбор

Случай из практики.

«Я сам во всем виноват».

Ко мне обратился молодой человек примерно 27–30 лет по рекомендации моей коллеги. Как только он вошел в кабинет, я сразу обратила внимание на его суетливость, испуганность, какое-то чрезмерное беспокойство. Молодой человек не переставая говорил о том, что он виноват, что ему уже ничем не помочь, что он не знает, что делать.

Мои уточняющие вопросы только ухудшали его состояние: он зацикливался на чувстве вины и то еще больше сжимался, то начинал еще больше суетиться, с трудом усиживая на месте. Я пыталась до него донести мысль о том, что, не зная, чем я могу ему помочь, мне будет трудно это сделать. Я пыталась его просто успокоить. Но ничто не меняло ситуацию.

Он вдруг отчаянно сказал: «Нет, никто мне не поможет, я сам виноват во всем!» Потом он быстро встал и просто выбежал из кабинета. Я была растеряна, догонять его в этой ситуации было бесполезно. Позже я хотела позвонить ему и узнать, как он. Но в то время я, как «девочка-отличница», долго размышляла, а «правильно ли это будет».

В конце концов, я не стала звонить, просто боясь ухудшить его состояние. Я позвонила своей коллеге, по чьей рекомендации он пришел (это был ее родственник). Попросила позвонить ему, просто пообщаться с ним по-родственному, по-человечески быть с ним рядом.

Сейчас я подумала о том, что, возможно, этот молодой человек был воспитан в таком подчинении и послушании, что собственное «Я» так и осталось на уровне маленького испуганного ребенка, который боится и шагу ступить без разрешения.

Его, видимо, и не учили делать собственный выбор, его не научили бунтовать и возмущаться. Поэтому он не может отделить свое «Я» от собственных поступков.

И может быть, тот поступок, за который он чувствует такую безмерную вину, был его отчаянной попыткой сделать хоть раз самостоятельный шаг. Помощь такому человеку оказать не так просто. Нужно очень много времени только на то, чтобы он, наконец, начал доверять людям, прежде чем начнет доверять себе.

Эти истории показывают, что для выявления запроса необходимо знать и историю клиента, и особенности его окружения. Иногда личность человека настолько эмоционально незрелая, что исследовать запрос на «истинность» он не в состоянии. Основным фокусом работы с такими людьми является помощь в адаптации и формировании более эмоционально зрелой личности.

Этапы психотерапевтического процесса и запрос

Что входит в сам процесс? Если коротко, то процесс состоит из трех основных этапов. Первый этап, самый важный, – это выявление истинной задачи. Не всегда то, о чем говорит человек, является той проблемой, которую нужно ему решить. Второй этап – сам процесс решения задачи. Третий – результат.

Можно эти этапы образно описать метафорой: зачатие, беременность, роды. Результат, как роды, неизбежен, если была беременность. Сам процесс, как и беременность, возможен, только если было зачатие. Поэтому не зря говорят, что формулировка проблемы – это 50 % работы. Без этого этапа работа в принципе не имеет никакого значения.

Очень часто как раз работа и заключается в том, чтобы помочь человеку разобраться, что он хочет, что его беспокоит. Часто приходят именно с подобным запросом, например, «я хочу понять, что я хочу», «я хочу понять, что со мной не так», «я не знаю, как захотеть».

При формулировке запроса важно также осознать то, как вы будете оценивать результат. Результат – это нечто, что покажет, что проблема ваша решена. Именно факт появления ребенка и говорит о том, что беременность была успешна. Формулировка образа желаемого результата – это часть работы с запросом.

Но все эти этапы бесполезны без самого важного – без установления настоящего, подлинного контакта между клиентом и психологом. Это тоже задача психолога.

Этот важный момент учитывают сейчас даже в гуманистических моделях продаж товаров и услуг, совсем не касающихся сферы психологии. Без установления настоящего человеческого контакта у человека после покупки товара в магазине, например, может остаться ощущение использованности. Настоящие продавцы это давно поняли и активно используют. Для них важно продать товар, но также важно, чтобы у человека осталось приятное впечатление от встречи. Человек, даже не купив в таком магазине товар, придет еще или порекомендует его своим знакомым.

Иногда в работе психолога и клиента «не идет» работа с запросом, потому что этот «нулевой» этап пропущен. Я назвала его «нулевым», потому что задача установления настоящего контакта вновь и вновь возникает в отношениях на протяжении всего процесса. Метафорически можно выразить это так.

Чтобы стало возможным зачатие ребенка, необходима встреча мужчины и женщины, их взаимное притяжение. Но их контакт друг с другом необходим и во время беременности, чтобы она протекала нормально, и во время родов, и после.

То есть подлинный контакт – связующая нить всех этапов процесса. Это реальное ощущение взаимодействия двух личностей – самое важное условие того, чтобы процесс привел к желаемому результату. Непонимание этого важного условия может привести к осложнениям процесса.

Далее – ответы на вопросы, поступившие в ходе опроса.

Как правильно сформулировать запрос к психологу и почему это важно?

Запрос – это очень важно. Но в формулировании запроса должен вам помочь психолог. Важно понять, что запрос – это не обязательно то, что можно измерить. Важно, чтобы и психолог, и клиент чувствовали и понимали, что они оба имеют в виду одно и то же.

Еще важно понимать, что запрос – это не нечто грандиозное. Иногда подлинным запросом может быть то, что человек хочет выговориться, чтобы его действительно слушали, чтобы просто были рядом. Психолог должен не просто слушать, а помочь человеку осознать, как связана эта потребность с тем, что происходит в жизни его сейчас, чему она в его жизни служит.

Важно еще понимать, что клиент не нанимает психолога, чтобы тот решил его задачу. Он договаривается с психологом и оплачивает его услуги по прояснению задачи, по сопровождению в процессе нахождения решения.

Психолог отвечает за процесс взаимоотношений, за их качество. Он является посредником между личностью клиента и его внутренней реальностью. И помогает человеку лучше себя понять.

Запрос помогает сделать процесс более сфокусированным. Важно сформулировать запрос, чтобы понимать направление движения: где, в какой сфере жизни нужно внести ясность. В процессе движения цель может уточняться и меняться. Этому могут быть объективные причины, а иногда это может быть отражением какой-то внутренней динамики конкретного человека.

Важно, чтобы запрос не стал какой-то сверхценной идеей. Запрос существенно облегчает движение. Иногда кому-то может быть важно просто начать двигаться, выйти из оцепенения. Но это и есть его истинный запрос.

Нужно ли и можно ли ставить при работе с психологом конкретные цели из «физического, материального» мира?

Важно уточнить, что под этим имеется в виду. Если, например, клиентка заявляет «я хочу замуж», то, конечно, этот вопрос совсем не к психологу, а к свахе. Психолог может помочь вам понять, что именно вам в себе нужно развить, а может быть, какие-то убеждения пересмотреть, чтобы вы сами в «материальном» мире смогли решить этот вопрос.

Нужно ли ставить конкретные сроки решения той или иной задачи?

Это зависит от поставленной задачи. Обычно, например, в глубинном процессе не ставятся сроки, но обозначаются критерии результата, которого вы хотите достичь. Например, человек говорит о том, что он очень не уверен в себе и это мешает ему общаться. Критерием завершения работы может служить повышение уверенности, ощущаемое самим человеком.

Но чтобы не возникло ощущения использования вас психологом, можно обозначить критерии на каждый сеанс, но достаточно реальные. Критерий хорошей работы с психологом – это изменения, но не обязательно приятные. В процессе психотерапии может подняться неприятный материал. Но при качественной работе у вас останется ощущение хорошего контакта и качественной поддержки. Вам не захочется «сбежать».

Но при тяжелых травмах бывает трудно управлять собой и хочется просто «прекратить мучения». Поэтому обязательно психотерапевты берут оплату вперед и договариваются о том, чтобы прекращение курса состоялось после обсуждения на очной отдельной встрече (или нескольких встречах).

Как часто необходимо посещать психолога, если считать, что стрессовых ситуаций нет?

Нет необходимости посещать психолога, если вас ничто не беспокоит. Но даже к стоматологу мы ходим на профилактический прием. И к психологу тоже «ходят» не только «лечиться», но и для того, чтобы поставить какие-то новые жизненные задачи. Когда и сколько раз прийти для этой цели, вы решаете сами или обсуждаете вместе с психологом.

Как долго стоит посещать психолога, чтобы стали заметны какие-либо результаты?

Это зависит от многих факторов. На этот вопрос ответить однозначно нельзя, не зная конкретной ситуации, запроса, человека.

Резюме

Итак, подведем итог по теме «ЗАПРОС, РЕЗУЛЬТАТ И ЭТАПЫ ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА».

Обращаясь за помощью к психологу, клиенту важно:

• Осознать связь своего запроса с конкретной жизненной задачей, в этом поможет психолог.

• Осознать связь запроса с вашей целостностью и вашей жизнью в целом, в этом тоже вам поможет психолог.

• Знать, что для эффективного решения психотерапевтической задачи необходимым условием является подлинный контакт с психологом – это связующая нить всех этапов работы.

• Знать, что задача психолога – создать условия для эффективного решения вашей задачи.

• Знать, что сам клиент отвечает за поиск решения своей задачи.

• Знать, что вы всегда можете задать своему психологу уточняющие вопросы, если вам что-то непонятно или вас что-то беспокоит.

• Знать, что критерии хорошей работы с психологом – это изменения при ощущении качественной поддержки психолога и хорошего контакта с ним.

Оплата услуг психолога

Сегодня стоимость услуг такого психолога – «проводника в мире души» – достаточно высока. То, что происходит в кабинетах психоаналитиков, психотерапевтов, практических психологов трудно переоценить. Там порой, в тиши кабинетов, действительно происходит встреча «души с душой», чего так не хватает человеку в реальной жизни. Видимо, человек готов отдать большие деньги за это.

Такая встреча с профессиональным «проводником в мире души» – это возможность уловить живую ткань человеческих отношений, которая порой в обычной жизни ускользает в суете наших дел. Один из моих коллег на одном из учебных семинаров сказал: «Человек платит деньги за возможность хотя бы час в неделю встретиться с самим собой». Удивительно точные слова, символически передающие суть психотерапевтического процесса.

Любая, даже разовая психологическая консультация – это тоже возможность такой встречи. Говорят, что на Западе принято иметь своего собственного аналитика почти как своего стоматолога. Похоже, эти люди ценят внутреннюю реальность души не меньше, чем здоровые крепкие зубы. Конечно, понятие «Запад» достаточно широкое, и не везде на Западе именно так.

Я была вместе со своими коллегами на обучении в Германии. И мы с удивлением обнаружили, что в основном на психотерапию люди там обращаются только тогда, когда есть реальные проблемы со здоровьем и имеется возможность оплаты по страховке. Такого количества людей, как у нас в стране, отдающих свои личные деньги за личную терапию, за тренинги, там не так уж и много. Но я знакома с женщиной из Америки, для которой нормально на протяжении уже более чем трех лет три раза в неделю проходить психоанализ за свои деньги. Можно сказать, что у нас в стране психологическая культура самопознания еще только зарождается и ищет свои формы. Но интерес к психологии у нас очень велик.

Услуги «психолога-проводника» не могут быть дешевыми. Во-первых, психологу необходимо постоянно поддерживать в сохранности и развивать свой главный инструмент – личность и душу. Это требует вложения отнюдь немалых личных средств, так как обычного диплома здесь явно недостаточно. Прежде всего, это обучение практическим профессиональным навыкам в определенном направлении практической психологии и психотерапии.

Важно «психологу-проводнику» сохранять стрессоустойчивость и расширять понимание себя. Для этого необходимо проходить личную терапию или анализ, которые требуют тоже немалых затрат. Также настоящий профессионал периодически обращается для анализа своей работы к своим более опытным коллегам, и это тоже обычно платная услуга.

Может ли помощь психолога быть бесплатной?

Конечно, в срочной ситуации любой психолог обязан помочь бесплатно. Но психолог может вам отказать, если сам нуждается в этот момент в психологической или медицинской помощи.

Бесплатную помощь оказывают психологи в государственных учреждениях. Во время чрезвычайных ситуаций организуются команды из профессионалов, которые оказывают бесплатную помощь. Но услуги по конкретному вопросу и длительная психотерапия не могут быть бесплатными.

Но если вы оплачиваете услуги психолога, то это позволяет вам выстроить более ответственные «взрослые» отношения. Это означает, что вы и психолог представляете, в чем заключается сам предмет вашей совместной работы. Это уже некоторая гарантия того, что работа будет эффективной.

Жизнь – это процесс обмена энергией. Деньги – это один из символических эквивалентов затраченной энергии. Если психолог не берет денег, то все равно что-то «берет». Это заставляет задуматься о нескольких моментах. Прежде всего: какую свою потребность он этим удовлетворяет? Не решает ли он таким образом задачу своей невостребованности?

В стоимость услуг психолога входят и затраты на его постоянное повышение квалификации, без этого просто невозможно сохранять надлежащий уровень профессионализма для практического психолога. Необходимо учесть затраты на личную терапию или анализ, так как в профессии практического психолога огромную роль играют и его личностные качества, и его нерешенные проблемы.

Если психолог работает «реально», то у него могут возникать время от времени сложности в работе с клиентами, ведь он не волшебник. И профессионал, особенно начинающий свою практику, обязательно обращается за помощью к старшим коллегам за супервизией. Помощь эта платная и достаточно дорогая.

Психолог, если он реальный и взрослый человек, понимает, что он живет в реальном мире. И он уважает правила этого мира. Поэтому деятельность практического психолога обязательно должна быть государственно определена. Или это психолог, работающий в государственном учреждении. Или это психолог, который ведет свою частную практику, и тогда он обязательно должен быть зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. А это тоже определенный вид затрат. Исходя из затрат можно задать себе вопрос: а если психолог не берет денег, то за счет чего он живет? Или за счет кого?

В любом случае помощь психолога всегда платная, даже если вы не отдаете за нее деньги. Если психолог работает в государственном учреждении, то вы, как налогоплательщик, оплачиваете расходы на зарплату специалиста.

Если это частный психолог, который не берет денег, то вы таким образом «оплачиваете» какие-то его скрытые потребности. Профессионал понимает, что он оказывает услуги, которые имеют конкретную стоимость, исходя из определенных затрат на их осуществление.

Психолог может говорить, что он работает бесплатно, потому что чувствует в этом свою миссию. Миссия как некий смысл существования и конкретная помощь конкретному человеку – это разные вещи. Если вы соглашаетесь на такую бесплатную помощь, то вы как будто соглашаетесь быть смыслом существования этого психолога – это очень дорогая плата.

Я знаю психолога, который видит свою работу как служение. У него достаточно высокая стоимость услуг, но он значительную часть дохода направляет на благотворительность, никак это громко не афишируя. Его клиенты об этом не знают. Я считаю это примером настоящего служения.

Сегодня есть понимание того, что даже ребенок «должен оплачивать» работу психолога так, как он может, исходя из ощущения полезности для него этой работы. Например, может принести свой рисунок, камушек или осенний лист, которые он нашел на улице, и они ему понравились. То есть поощряется способность ребенка осознавать значимость работы с психологом.

Такого рода «оплата» ребенком не требование, а поощрение его способности понимать, что эта работа ему лично нужна, а не только его родителям. Уровень зрелости человека определяется его способностью понимать, что в этом мире все чего-то да стоит.

Есть ли разница в услугах платного специалиста и бесплатного?

В ответе на предыдущий вопрос мы уже затронули тему того, что «бесплатной» помощи не существует. Любая деятельность требует определенных затрат, явных и неявных.

Как договариваться об оплате с психологом?

Если вы обращаетесь в частные психологические центры, то там уже есть четкие тарифы на услуги психолога. В государственных центрах помощь может быть бесплатной и платной.

Обычно оценивается стоимость академического часа услуг психолога – 45–50 минут. Может оцениваться просто конкретная услуга и указываться примерное время, которое необходимо, например, 1–2 часа.

У частного психолога своя, им самим назначаемая стоимость услуг, которая зависит от опыта его работы и различных затрат, а также самооценки (адекватной или не очень).

Можно ли с психологом «торговаться»? Конечно, это слово не подходит в данном случае, но договариваться можно, так как частный психолог работает, заключая контракт (устный или письменный). Стоимость услуг тоже может быть предметом договора. Есть психологи, которые делают скидки студентам, пенсионерам. Или может быть скидка при оплате вперед определенного количества встреч.

Вы имеете право договариваться и обсуждать тему оплаты с психологом. Стоимость услуг должна быть вам по силам, но достаточно высока, чтобы вы ее не обесценивали, а также адекватно отражать затраты на ее осуществление.

Если вам не подходит стоимость услуг конкретного психолога, вы можете обратиться к другому специалисту. Только помните, что стоимость отражает затраты.

Резюме

Подведем итог по теме «ОПЛАТА УСЛУГ ПСИХОЛОГА».

• Срочную помощь психолог обязан оказывать безвозмездно, если он сам не нуждается в этот момент в помощи.

• Бесплатной помощи не существует.

• Стоимость услуг отражает затраты на ее осуществление.

• Затраты частного психолога складываются из:

1) затрат на личную психотерапию;

2) супервизии;

3) постоянного повышения квалификации;

4) затрат на ведение предпринимательской деятельности.

Встреча психолога и клиента

Как договориться о встрече с психологом?

О встрече с психологом нужно договариваться лично, а не через кого-то. Обычно договариваются о встрече по телефону. Если вам реально нужна психологическая помощь, то вас будет интересовать не стоимость услуг психолога, а те вопросы, которые он помогает решать. В начале разговора, конечно, вы должны сначала представиться. Это обычное требование этикета. А потом сказать, буквально в двух словах, в чем состоит ваша проблема, и спросить, занимается ли психолог помощью в решении таких задач и сколько примерно нужно времени на ее решение.

Если у вас конкретная услуга, занимающая конкретное время, то вы можете записаться и договориться о встрече, предварительно уточнив стоимость услуги и необходимое время на нее. Речь идет, например, о таких конкретных услугах, как диагностика, тестирование, профориентация и т. п. Здесь обычно нет необходимости длительной работы, а достаточно одной-двух встреч.

Если же психолог вам объяснит, что для решения вашей задачи может понадобиться длительная работа, то попросите записать вас на пробную консультацию. Если психолог вдруг ответит, что у него нет пробных консультаций, это должно вас насторожить. Профессиональный психолог, использующий психотерапевтические методы, сам заинтересован в пробных консультациях.

Во-первых, на первой консультации может выясниться, что его круг компетенций не подходит для решения вашей задачи. И он вам порекомендует другого, более подходящего для решения вашей проблемы специалиста. Во-вторых, клиент и психолог должны еще подойти друг другу чисто по-человечески, особенно это касается психотерапии. И первая встреча обычно есть некий «тест» на это.

Если психолог имеет большой опыт и востребован, то первая, даже пробная встреча может стоить гораздо выше, чем обычный час его работы. Почему?

Потому что профессионал способен помочь вам на первой встрече сформулировать четко вашу проблему, даже за 20 минут, а это уже 50 % ее решения.

Обычно пробная консультация длится не более 15–20 минут. Тогда это только знакомство и прояснение темы работы. Она может быть как платной, так и «бесплатной». Это зависит от специалиста. Мы уже выше говорили, что «бесплатных» услуг не существует. Затраты на такие «пробные» консультации учитываются в стоимости других услуг.

Вы можете уточнить все условия первой встречи по телефону. Если вы раздумали вдруг идти на встречу, обязательно заранее предупредите психолога об этом – это требование обычных взрослых отношений в любой сфере услуг.

Где и как должна происходить встреча психолога и клиента?

Это зависит от специализации практического психолога и от темы вашего обращения. Конечно, желательно, чтобы был отдельный кабинет, в котором принимает психолог. Особенно если он ведет частную практику или прием в центре психологической помощи.

Если это длительная терапия, то важно, чтобы это было постоянное и защищенное пространство, куда никто не мог бы вмешиваться и нарушать этот процесс. Это имеет особое символическое значение при работе с определенными темами и на определенных стадиях процесса. Но важнее всего, чтобы было постоянство связи, контакта между вами и психологом.

Есть сейчас и вариант онлайн-консультирования, который может быть совершенно не привязан к месту. В любом случае, где бы и как бы это ни было организовано, важно, чтобы была качественная связь. Под качественной связью подразумевается и качество установленного контакта и доверия, и чисто «материальное» качество, например, интернет-соединения.

Профессионал никогда не позволит себе отвлекаться на посторонние дела или разговоры во время сессии. Если у него возникает срочная необходимость, он обязательно, извинившись, предупредит о возможности таких помех.

Психолог отвечает за процесс, как это уже говорилось выше в ответах на другие вопросы. Из этого следует, что именно психолог регулирует рамки – время начала и завершения консультации. Временные рамки – это тоже один из инструментов психолога. Профессионал обычно строго соблюдает эти рамки, но понимает, что не процесс служит рамкам, а рамки – процессу. Поэтому, если есть необходимость, может проявить гибкость, но осознавая, для чего это нужно.

Какие можно дать советы человеку перед первой встречей с психологом?

Действительно, очень важна эта – первая – встреча с психологом. Ведь это человек, которому вы готовы раскрыться, рассказать о своих проблемах и болезненных переживаниях. Но важно помнить, что психолог – это не «мама», он специалист, который помогает решить вашу проблему, связанную с психологическими затруднениями.

Важно осознать, какую проблему вы хотите решить с психологом. Для этого можно сделать предварительную самостоятельную работу. Запишите минимум 5 вариантов формулировки вашей проблемы. Выберите затем ту формулировку, которая больше всего вызывает у вас эмоции. Если эмоций особых нет, возможно, нет и проблемы. Для проверки напишите еще минимум 5 формулировок, снова проверьте на эмоции. Это простое упражнение поможет вам лучше понимать, для чего вы пришли к психологу и провести встречу с ним более осознанно.

Если у вас возникли трудности с формулировкой проблемы, то, возможно, это и есть основная проблема – с этим тоже обращаются к психологу.

Предварительная работа по формулировке проблемы поможет вам быть не захваченным своим проблемным состоянием. Как в продуктовый магазин лучше идти за покупками сытым и со списком продуктов, так и идя к психологу, нужно привести себя «в сознание и в чувство». Можете приготовить к встрече еще и список вопросов по вашей проблеме, минимум пять.

Итак, у вас есть формулировка проблемы, список вопросов по проблеме. И, как в магазине мы не покупаем первое, что попадается нам на глаза, так и при обращении к психологу вы должны осознавать, к кому вы обращаетесь за помощью. Вы можете задать психологу вопросы об используемых им методах, о его квалификации, профессиональной принадлежности.

Вы можете также задать любые другие вопросы, которые касаются процесса решения проблемы. Это вопросы о длительности консультации, о частоте встреч, о количество встреч, о критериях достижения результата, о необходимости выполнения самостоятельных заданий, о возможности звонков психологу между встречами, об отмене встреч по разным причинам, о компенсации пропущенных встреч и др.

Профессиональный психолог обычно сам все эти вопросы выносит на совместное обсуждение. Они являются необходимой частью устного или письменного контракта, который необходим особенно при длительной работе.

На встрече с психологом старайтесь замечать, как он себя ведет, как меняется ваше внутреннее состояние.

Профессионал не позволит себе отвлекаться во время встречи с клиентом на посторонние дела, или, если есть необходимость в этом, заранее вас предупредит.

Если в результате первой встречи у вас появилась большая устойчивость, повысилась уверенность, что проблема разрешима, но нет эйфории, вы можете считать, что нашли себе подходящего помощника.

Будет разумно помнить и о других критериях. Прочтите ответ на вопрос: «Кто такой „идеальный“ психолог?». Обратите внимание на критерии искренности, приведенные в этой книге. Но помните, что взаимоотношения – это то, что нельзя «измерить в граммах». Хорошие эффективные отношения с психологом – это те, которые продвигают вас в решении вашей проблемы, позволяя стать устойчивее, самостоятельнее и увереннее.

Резюме

Подведем итог по теме «ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА ПСИХОЛОГА И КЛИЕНТА».

• Совершеннолетний клиент договаривается о встрече с психологом лично, обычно по телефону.

• Эффективность встречи во многом зависит оттого, насколько вы осознаете цель своего обращения к психологу. Заранее подготовьте формулировку проблемы и список вопросов к психологу по вашей проблеме.

• Обсудите с психологом все вопросы, которые могут касаться процесса решения проблемы и взаимоотношений между вами. Профессиональный психолог обычно сам выносит эти вопросы на обсуждение.

• Обратите внимание на свое внутреннее состояние во время встречи с психологом. Если в результате встречи у вас появилась большая устойчивость, повысилась уверенность, что проблема разрешима, но нет эйфории, вы можете считать, что нашли себе подходящего помощника.

• Профессионал не позволит себе отвлекаться во время встречи с клиентом на посторонние дела, или если есть необходимость в этом, заранее вас предупредит.

Разные вопросы

Возможна ли консультация на условиях полной анонимности (например, по телефону или по скайпу с отключенным видео)?

Есть служба «Телефон доверия», куда можно позвонить в любое время и получить помощь профессионального специалиста, который обучен именно этому методу помощи. Помощь абсолютно анонимная.

Имеет ли консультация психолога и клиента online такой же эффект, как очная? Почему?

Этот вопрос заставил меня задуматься с точки зрения различения эффекта и эффективности. «Эффект» связан с производимым впечатлением, с реакцией на что-то. Мы действительно можем его путать с эффективностью, которая подразумевает продуктивность, полезность.

Иногда впечатление от консультации настолько приятное, что мы можем находиться под его гипнотическим воздействием на нас. Это может мешать эффективности работы, мы можем из-за этого не осознавать неконструктивность взаимодействия. Точно так же неприятное впечатление может мешать осознавать пользу какого-то реально эффективного действия или взаимодействия с кем-то.

В очной консультации как будто больше возможностей осознавать эффект, так как доступна более полная визуальная информация друг о друге – мы видим друг друга более целостно и в связи с окружением. Но это может мешать осознавать информацию по другим каналам. Например, в онлайн-варианте встречи многое остается скрытым визуально, но зато, как компенсация, обостряется слуховое и смысловое восприятие.

Можно выделить четыре измерения консультации. Первое измерение – ЦЕЛЬ – ДЛЯ ЧЕГО? – решаемая ПРОБЛЕМА. Я выделила это измерение как самое первое, так как решаемая проблема и есть основа контракта между психологом и клиентом.

Профессиональный психолог, неважно, принимает он в формате онлайн или очно, уделив внимание установлению первичного контакта с человеком, обязательно узнает его запрос. Если будет ясно, что у человека нет настоящего запроса, что человек звонит или приходит «просто посмотреть», то профессиональный психолог, который ценит свое время и свою работу, не будет продолжать общение. Он уважительно даст человеку понять, что его работа – это помощь в решении реальных проблем и задач.

Второе измерение – ДЛЯ КОГО? Когда запрос в общих чертах ясен, становится важным именно этот вопрос: для кого? Для психолога важно суметь создать более целостную картину о человеке, который обратился за помощью, чтобы подобрать наиболее подходящие методы работы.

То есть третье измерение консультации – МЕТОДЫ, которые необходимы для решения проблемы. Если для эффективного решения проблемы методы требуют очного сопровождения, то профессионал вам об этом обязательно скажет. Эффективность во многом зависит от используемых методов, необходимых для решения конкретного запроса, но я бы не считала их определяющими.

Определяющим эффективность все-таки остается способность устанавливать, поддерживать и восстанавливать качественный контакт и взаимодействие между психологом и клиентом. Это главная компетенция психолога, именно от нее во многом зависит эффективность любой консультации. Это некий стержень, без которого теряет смысл сам процесс консультирования.

Часто по телефону доверия или на скайп-консультацию обращаются люди с затруднениями в общении. Мой коллега, замечательный психолог, визуальный психодиагност, настоящий профессионал своего дела Герман Владимирович Тепляков обратил мое внимание на то, что на горячих линиях, на телефоне доверия работают настоящие мастера своего дела, которые чувствуют тонко любую интонацию, умеют так подстроиться к человеку, что такая заочная консультация гораздо эффективнее, чем очная. Консультация с таким специалистом в онлайн-формате может помочь человеку приобрести опыт качественного общения.

Можно встретиться очно, но не почувствовать этой живой связи настоящего контакта. А можно быть за тысячи километров, но чувствовать, что вам сопереживают, вас понимают. Только нужно учесть, что при онлайн-формате имеет большое значение качество интернет-соединения, которое не зависит от психолога. Разрыв соединения может нарушить процесс. Но даже этот момент решаем, если уже установлен настоящий контакт – человеческий.

Если необходим длительный терапевтический процесс и возможно использование онлайн-формата, то все-таки желательно, чтобы они перемежались периодически очными встречами. Это позволяет создать и клиенту, и психологу более полную картину друг о друге, некоторые детали которой могут ускользнуть при заочном общении, но могут быть очень полезны в длительном процессе, чтобы он не становился «плоским».

Я могу поделиться своим опытом. Мой психолог живет в Москве, и я приезжаю периодически на очные встречи, а между ними у нас консультации по скайпу. Иногда мне казалось, что встречи онлайн даже эффективнее, я больше во время них сосредоточена на самой себе, а терапевт выполняет некую функцию незримой поддержки.

На очной встрече терапевт становился для меня более реальным, слетал налет идеализации с его образа, это оказывало сильное влияние на процесс. Также сама дорога к психологу и обратно становилась тоже частью терапевтического процесса. При онлайн-формате прочувствовать этот переход между процессом на сессии и обычной жизнью удается редко.

Эффективность консультации зависит, таким образом, не столько от формата консультации, сколько от целей и задач, методов, личных предпочтений. Но без способности психолога устанавливать, удерживать, восстанавливать качественный контакт и доверие методы и формат не имеют уже особого значения. Для решения срочных проблем, где важно быстро вернуть человеку состояние уравновешенности, эта способность является ключевым фактором помощи.

Но если выбор формата все-таки становится для вас очень важным, подумайте о том, что за этим скрывается? Возможно, какая-то проблема, касающаяся общения. Это и можно обсудить с психологом.

Есть ли разница в динамике отношений между клиентом и психологом в зависимости от пола психолога (клиента)?

Я проходила психотерапию у разных психотерапевтов в разных психотерапевтических направлениях. И могу сказать о собственном опыте. При возникновении тем, имеющих отношение к очень ранним моим переживаниям, для меня не имел особого значения пол психотерапевта. Важна была его способность просто присутствовать со мной рядом безоценочно, без советов, но с принятием и уважением.

Когда же я столкнулась с проработкой так называемых «эдипальных» проблем, то для меня стал иметь значение пол терапевта. «Эдипальные» темы – это темы, связанные уже с темой взаимоотношений с матерью и отцом как с мужчиной и женщиной. Они имеют отношение к проработке уже более сознательного периода ребенка. Эти темы я прорабатывала с психотерапевтом-мужчиной, и мне показалось, что это мне очень подошло. У меня было ощущение, что с женщиной это было бы не так динамично. Но это может быть проявлением моих личных особенностей и моей истории.

Я думаю, что важно осознать значение пола терапевта именно для вас и в данный момент жизни, а также в связи с решаемой темой. Это можно проговорить с психотерапевтом, тогда могут выйти на сознательный уровень очень значимые переживания.

На самом деле самый важный фактор психотерапии – это личность психотерапевта, его зрелость, опыт, профессионализм. Сначала как критерий выбирайте это, а уж потом другие критерии, пол в том числе.

Может ли психолог быть исповедником?

Исповедь по определению подразумевает признание в совершенных грехах. А исповедник выполняет роль посредника между человеком и Богом, который символически «отпускает грехи». За это денег не берут. Это не профессия, это служение.

Но в процессе работы психолог может услышать от клиента «исповедь» о его чувстве раскаяния в совершенных ошибках. Профессионал занимает нейтральную позицию, выражает сопереживание, но ни в коем случае не утешает, а помогает человеку лучше разобраться в том, чего он сейчас хочет, что для него наиболее важно сейчас.

Например, психолог может помочь человеку понять, как и какими конкретными своими действиями тот может вернуть себе душевное равновесие и радость от жизни. Такая помощь – уже профессиональная психологическая помощь.

Можно ли поменять психолога?

Ответить на таким образом поставленный вопрос сложно. Важно было бы прояснить причину возникновения желания «поменять».

Во-первых, психолог – это не ваш родитель, конечно, его «поменять» можно. Но вообще такая постановка вопроса слегка настораживает, так как возникает фантазия о каких-то очень зависимых отношениях. Я бы порекомендовала этот вопрос обсудить вместе с психологом.

Иногда причиной может быть банальное нежелание клиента «напрягаться», то есть не брать ответственность на себя за решение проблемы. Тогда решение «поменять» ничего не поменяет, ведь самого себя «поменять» невозможно.

Я предполагаю еще, что такой вопрос мог прозвучать от человека, который еще не обращался к психологу, но испытывает страх зависимости от него. Тогда важно понять, что психолог – это специалист, который помогает в решении различных психологических проблем. Необходимо осознать, чего вы хотите, и поискать такого психолога, который помогает решать именно такие задачи и заключить с ним контракт (устный или письменный). Тогда рамки ваших взаимоотношений с психологом будут определяться так, как вы договоритесь.

Вопрос о смене специалиста может возникнуть по другим причинам. В некоторых направлениях психотерапии считается, что, несмотря ни на что, нужно продолжать работу с одним и тем же психотерапевтом. При решении задач, связанных с очень ранними травмами, где бывает много сопротивления и нужна стабильность терапевта, такой подход оправдан, пока клиент не исцелит эту рану. В любом случае, на мой взгляд, важен не сам принцип, а интересы клиента и профессионализм специалиста.

Также важно учесть, что по мере решения одних задач возникают другие задачи развития. И психотерапевт, который хорошо помогает в исцелении ранних травм, может быть неспособен помочь в решении задач другого плана.

Просто это не круг его ключевых компетенций. Можно использовать метафору: мама для ребенка важна в одном, папа гораздо компетентнее в другом, а в школе есть учитель, задача которого отлична от родительских задач. В таких случаях – смены задач развития – нужно завершить цикл взаимоотношений с психотерапевтом. Хороший критерий завершения отношений – чувство благодарности с обеих сторон за совместный опыт.

Если завершать ответ на вопрос, то это вопрос и личного выбора, и требований экологичности процесса. Важно, чтобы выбор был, насколько возможно, сознательным. А экологичность подразумевает профессионализм специалиста и завершенность процесса. Идеальных отношений и процессов не бывает, но всегда есть возможность диалога.

Зачем люди идут к психологу?

Круг возможностей практической психологии сегодня очень широк. Это личное развитие и улучшение взаимоотношений, это воспитание детей и вопросы профориентации. Это помощь в урегулировании затяжных конфликтных ситуаций, из которых, казалось бы, нет выхода. Это и помощь в тренировке определенных личностных навыков и качеств.

Это тренировка команд и организаций. Это помощь в достижении целей. Есть психологи, которые помогают спортсменам улучшить те их личные качества, которые влияют на их спортивные результаты. Есть психотерапия характера, даже характер поддается коррекции. Это и консультации супружеских пар. Это и вопросы самопознания и поиска предназначения.

Это любые сферы, где есть психологические затруднения или трудности взаимоотношений.

Общая цель – желание людей, чтобы их жизнь стала более гармоничной и счастливой.

Но психолог не делает людей счастливыми, а помогает им найти ключи к решению тех проблем, которые мешают этому.

Резюме

Ответы на вопросы, которые даны в этой главе, могут служить для вас ориентиром в мире непростых взаимоотношений клиента и психолога. Основной ключ ко всем трудностям на этом пути, как и в жизни, это общение. Разговаривайте! Общайтесь! Несмотря ни на что, продолжайте искать возможность настоящего диалога, где нет правых и виноватых, а есть смысл, который рождается только при взаимодействии людей.

Заключение

Будущее нации – в руках матерей.

О.Бальзак

Современный человек очарован достижениями техники и науки, это сделало его их заложником. Мы еще не до конца осознаем, что наше мышление до сих пор не вышло из оков нашей инстинктивной природы. Невидимым мостиком между нашей инстинктивной природой и нашей разумностью является наш первый опыт – приход в этот мир. Наша мать навсегда останется символическим образом безмолвного стража у ворот, дарующих жизнь.

Именно обращение за помощью к этому «стражнику» дает нам возможность исцелиться. Именно в секрете образа матери в нашей душе ключи от нашего счастья и любви. Осознавание личного опыта отношений с матерью дает нам возможность находить силы продолжать жить и строить отношения подлинно человеческие. Самое важное на этом пути – понять, что опыт первичной связи с матерью является основой нашего образа себя. Этот опыт абсолютно бессознателен, но именно он краеугольный камень нашей человечности.

Люди, глаза которых светятся счастьем, несмотря ни на что, возможно, обладают опытом такой первичной связи, которая дает им ощущение жизнестойкости и веры в свои возможности. Этим людям повезло иметь мать, которая обладала хорошей связью с собой и со своим материнским инстинктом.

Но мы, большинство современных людей, – дети тех матерей, от которых требовали соответствовать нормам общества, а не собственной материнской природе. Мы можем завязнуть в бесконечном круге претензий к обществу и к матерям, но это совершенно никоим образом не поможет нам стать счастливее. Потому что основная причина внутри нас – это наш собственный опыт – опыт установления первичной связи с миром через мать.

Осознать этот опыт полностью не всегда возможно, но всем под силу его ПРИЗНАТЬ. Нужно эту первичную связь ПРИЗНАТЬ ТАКОЙ, КАКАЯ ОНА ЕСТЬ, БЕЗ ВСЯКИХ УСЛОВИЙ, признать как часть своего личного опыта. Это даст возможность выйти из заколдованного круга претензий к самому себе и к миру. Именно признание этой первичной связи, такой как есть, нахождение ей места в своей душе, и есть источник нашего счастья и любви.

Память об этой связи есть у всех, но порой возникает ощущение, будто бы она оборвалась, будто рай навсегда потерян. Разорвать эту связь невозможно, но можно вернуть вновь ощущение этой связи. Ее можно найти в глубине своей души, выносить вновь, как мать ребенка и дать ей родиться в виде прочной связи с этим реальным миром.

Но это и есть самое сложное, так как опыт этот безмолвен и наполнен порой такими острыми физическими ощущениями и сильными эмоциями, вплоть до паники, что рядом нужен помощник. Признать – это не значит «согласиться», это осознать реальность факта на всех уровнях своей личности и не пытаться с ним «спорить», не пытаться его изменить. Но это очень трудно совершить в отношении нашего эмоционального и телесного опыта.

Даже с профессиональным помощником это очень непростой путь – путь признания различных частей своего опыта. Но если уж вы сделали шаг в эту сторону, вы никогда не захотите повернуть обратно. Вы обретете нечто, что невозможно объяснить словами, что нельзя потрогать руками. Вы почувствуете, что реальность души также осязаема и «материальна». Только это «материя» особого рода, и она не менее важна, чем та материя, которая зримо окружает нас каждый день.

Кто однажды почувствовал эту связь – связь со своей душой, понимает, что процесс этот бесконечен, но этим еще более притягателен. И чем больше он узнает в этих глубинах себя, тем больше поражается тому, почему он так долго не осмеливался открыть эту дверь, истинное название которой «Я»?

Человек начинает понимать, что то, что он искал сначала снаружи, а потом внутри, оказалось просто у его собственных ног, рядом, и оно всегда было там. Но парадокс в том, что чтобы все-таки это обнаружить, нужно было достаточно долго побродить снаружи, потом спуститься глубоко внутрь себя и вернуться, чтобы, наконец, услышать свой собственный голос.

Настоящие ключи к счастливому будущему, успеху, процветанию – в выращивании в нашей душе способности быть самому себе «мамой» – любить себя безусловно. Но прежде необходима подлинная встреча с реальным опытом – внутренним и внешним.

В 20 веке в психологии стало много внимания уделяться теме «внутреннего ребенка», но порой ее понимание слишком сужено. Сужение происходит за счет фокусирования на удовлетворении исключительно своих личных потребностей. Истинное понимание темы «внутреннего ребенка» возможно через исследование наших взаимоотношений с «внутренней» и реальной мамой с учетом реального окружения матерей и того общества, в котором мы живем.

Долг общества по отношению к матерям невозможно оценить материально как денежный «материнский капитал», это долг иного рода. С одной стороны, это долг общества и окружающих создать такие условия, чтобы женщинам было безопасно и комфортно чувствовать себя женщинами и матерями. С другой стороны, это долг каждого взрослого человека совершать непростую внутреннюю работу по осознаванию своих человеческих истоков.

Надеюсь, что сказанное в книге поможет людям почувствовать безусловную ценность той роли реальных матерей, которую они выполняют в меру своих возможностей, несмотря на незрелость нашего человеческого общества в целом.

Наш собственный голос и наш «внутренний ребенок» зарождаются и формируются только в отношениях, только во взаимодействии с окружающим миром. Надеюсь, что представленные в книге «голоса» разных людей помогут вам лучше услышать уникальный и неповторимый голос вашей индивидуальности.

Приложение

Правила выполнения практических упражнений к книге

Все эти правила я применяю и по отношению к себе, когда изучаю что-то для себя новое. Коллеги часто спрашивают меня: «Когда вы все успеваете?» Я, конечно, «все» не успеваю. Но успеваю то, что важно успеть. Я успеваю выполнить то, что важно для меня, потому что выполняю эти простые правила.

Эти правила – результат моего личного жизненного опыта, опыта в обучении, опыта работы со своими клиентами. Интересно, что самые главные части правил исходят из опыта с моими «заочными» учителями. Это люди, которых я никогда не встречала, но которые оказали огромное влияние на меня, мою жизнь, мою работу. Первый мой заочный учитель – психоаналитик Томас Огден. Второй – это Мойше Фельденкрайз.

Эти правила следуют из простого вывода, сделанного мудрыми людьми: «НИКОГО НИЧЕМУ НАУЧИТЬ НЕЛЬЗЯ. МОЖНО ТОЛЬКО НАУЧИТЬСЯ». Из этой мудрости следует следующая мудрость: «Научить нельзя, но можно создать условия для обучения». Правила, которые я приведу, – это минимальные необходимые условия, чтобы запустить у вас процесс освоения новых знаний.

Итак, правила.

1. Самое первое и самое главное – отнеситесь к упражнениям «честно», не «для галочки», а как «для себя любимого».

2. Для выполнения каждого упражнения важно найти такое место и время, чтобы никто и ничто вас не отвлекало примерно час-полтора. Лучше заранее выделить конкретное время и место и записать в свое расписание.

3. Проверьте свое состояние на «искренность». Признаки искренности: комфортное телесное и эмоциональное состояние, интерес, ясность ума, готовность к взаимодействию.

Признаки искренности: комфортное телесное и эмоциональное состояние, интерес, ясность ума, готовность к взаимодействию.

Признаки «неискренности» – ощущения дискомфорта на разных уровнях: беспокойство, неприятное волнение, стеснение; зажатость и неприятные ощущения в теле; навязчивые мысли или нежелание воспринимать информацию; нежелание общаться и взаимодействовать, желание как можно скорее завершить текущую ситуацию.

Признаки неискренности – это ощущения дискомфорта на разных уровнях: беспокойство, неприятное волнение, стеснение, зажатость и неприятные ощущения в теле; навязчивые мысли или нежелание воспринимать информацию; нежелание общаться и взаимодействовать, желание как можно скорее завершить текущую ситуацию.

Если вы заметили в своем состоянии признаки неискренности, нужно выполнить упражнение «Возвращение ресурсного состояния», и только тогда можно приступать к другим упражнениям.

НЕЛЬЗЯ ВЫПОЛНЯТЬ УПРАЖНЕНИЯ В СОСТОЯНИИ НЕИСКРЕННОСТИ! Это небезопасно для здоровья! Зажатость в теле может «накапливаться» и превратиться в телесные заболевания. Заторможенность и неясность мышления тоже могут все больше и больше фиксироваться, приводя впоследствии к проблемам с памятью.

4. Второе – делать! Что значит «делать» по отношению к упражнениям в этой книге? Это не просто читать и думать, а еще достаточно часто записывать. Во всех упражнениях есть письменная часть. Записывать можно будет прямо в книге – в отведенных для этого специальных страницах.

Записывать очень важно. Почему? Во-первых, потому что через движения руки при письме «оживает» вся ваша целостность. При письме задействованы не только пальцы, но и вся рука. Когда мы пишем, мы больше структурируем свои мысли, свои эмоции. Мы более целостны, наше сознание не только «в голове», как во время простого мыслительного процесса. И мозг активизируется совершенно иначе при такой письменной речи. Конечно, эти небольшие изменения в активизации наших нейронов в мозгу очень незаметны. Но Мойше Фельденкрайз, «мастер тонких различий», открыл, что включение тела в процессе мышления ведет к более эффективным и мощным изменениям. Он любил китайское изречение: «Слышу – забываю. Вижу – вспоминаю. Делаю – понимаю».

Во-вторых, важно писать еще и потому, что при усвоении знаний очень важен диалог. При чтении у вас не всегда есть возможность с кем-то обсудить тему. Когда же вы записываете или говорите вслух, у вас происходит некая возможность быть в своеобразном «диалоге с самим собой». Когда вы говорите вслух с кем-то – вы ведь совсем по-другому подбираете слова, чем просто «думаете в голове», потому что хотите донести смысл до других, быть услышанным другими. Когда вы пишете, то происходит почти то же самое. Чтобы написать, нужно сделать уже некоторую дополнительную работу по осмыслению вопроса, темы. В диалог с вашим «умом» вступает и тело, и ваши эмоции. И текст уже становится чем-то самостоятельным и отдельным от вас. Далее в процессе анализа упражнений с этим текстом можно будет взаимодействовать, входить в некий «диалог» с ним тоже.

Ученые говорят, что при письменной речи активизируются особые зоны нашего мозга, и есть возможность быстрее запустить процесс желаемых изменений. Записывая, мы вновь оживляем связи между нейронами. При записывании происходит почти то же самое, что в процессе психоанализа. Фрейд говорил про лечение невротических симптомов: «Вспомнить, повторить, переработать».

При процессе вспоминания и повторения всплывают вдруг какие-то давно забытые вещи и становятся доступными сознанию. Перерабатывая «всплывшее», мы освобождаем ту энергию, которая была до этого заблокирована в нем.

Эта бессознательная энергия после вспоминания, повторения и переработки возвращается вновь нашему сознательному «Я». И мы можем изменить свои поступки гораздо легче, так как у нас стало больше энергии. Наши поступки становятся более целостными. И появляется реальный шанс не «наступать вновь на те же самые грабли».

5. Делать «с удовольствием». Что это за правило? И как его выполнить? Удовольствие связано для нас с ощущением счастья, радости, с получением выгоды. Также оно связано и с ожиданием и предвкушением всего этого. Представьте, что работа с упражнениями – это не простая работа по выполнению заданий, а нужная для улучшения ваших реальных отношений. Представьте, какие отношения вы хотите улучшить. С кем конкретно? И во время выполнения упражнений, как только стало трудновато, вспомните, а ради чего вы все это затеяли? Почувствуйте, что каждое выполненное задание приближает вас к заветной цели. Почувствуйте удовольствие от достижения этой цели. И продолжайте вновь делать упражнения. А чтобы помнить о вашей заветной цели, нарисуйте прямо на обложке книги что-то, что напоминало бы вам об этом. Нет цели «делать упражнения». Выполнение упражнений лишь инструмент для улучшения вашей способности лучше понимать себя. Упражнения служат вашей цели! Поэтому главное – это вы сами. Приведите себя в состояние «удовольствия» или «предвкушения удовольствия»!

6. «Поспешайте медленно!» Настоящие и реальные изменения происходят, когда наше движение размеренное, когда мы делаем что-то в нашем собственном ритме. Но чтобы обнаружить свой ритм, иногда нужно делать что-то очень-очень медленно. Не пытайтесь успеть за чем-то и кем-то, успевать надо за собой! «Нащупайте» собственный ритм! Только двигаясь в своем темпе и только согласовав все уровни вашей целостности, вы достигнете своей цели быстрее!

Если вы действительно будете точно следовать этим правилам, то почувствуете то, как с каждым упражнением будете становиться мудрее и мудрее, спокойнее и уравновешеннее.

Упражнения

Упражнение

«Обнаружение источника личной силы».

Вспомните, что вы любите делать, что вам нравится, что вам доставляет удовольствие, что приносит радость? Напишите список минимум из 25 пунктов. А лучше 50. Почему 50? Иногда нам в жизни так доставалось, что мы запрятали себя так глубоко и надежно, что нужно достаточно времени, чтобы обнаружить себя.

В вашем списке могут быть совершенно простые вещи. Например, вкус мороженого. Может быть запах любимых духов. А может там оказаться чье-то высказывание, образ какого-нибудь человека, музыка, картина. Это может быть что угодно, что приносит вам радость.

Просто «тупо» записывайте все, что приходит и «греет душу». Почему важно делать это «тупо»? Душа каждого человека очень индивидуальна, у каждого из нас свой уникальный «душевный» язык. И порой наше «умничанье» мешает его услышать.

Из всего списка выберите 10 самых приятных для вас вещей, от которых вы отказались бы в жизни в последнюю очередь. Из десяти выберите три, которые быстрее всего вас приводят «в чувство» – то есть в состояние более радостное и более комфортное.

Создайте руками символические образы этих трех вещей – в виде рисунка, фигурки из пластилина, коллажа. Можно, если затрудняетесь «приложить руки», взять какой-нибудь реальный предмет из того, что у вас есть, или купить его в магазине. Если вас приводит «в чувство» вспоминание какого-нибудь высказывания, то это может быть портрет автора этих слов или его книга.

Для этой практической работы может понадобиться достаточно времени. Не пожалейте его, ведь вы ищете зримую и осязаемую дорожку к своей душе. Но нужно это сделать в тот же день, не откладывая. Перестаньте встречу с собой откладывать, а сделайте ее приоритетом номер один в вашей жизни. Я хочу уточнить – встречу с собой, а не себя самого.

Из этих трех реальных – «материальных» образов выберите один, который каким-то непонятным образом как будто заставляет вас «проснуться», лучше себя ощутить и почувствовать, настраивает на какой-то ритм, побуждает к действию.

Пусть он будет вашим «другом», если хотите, «талисманом». И когда вдруг в жизни снова возникнет потребность в помощи, первое, что сделайте – это достаньте ваш «талисман», возьмите его в руки, ощутите с ним связь, почувствуйте его, вспомните, с каким приятным воспоминанием он связан. Побудьте так – молча, без суеты и «думанья» – столько времени, сколько вам нужно.

Упражнение

«Мандала».

Найдите удобное место, где вы сможете быть в хорошем контакте с собой. Прислушайтесь к себе и возьмите лист бумаги для рисования. Доверьтесь в этом не своему «уму», а внутреннему состоянию. Может быть, в вас сейчас проснулся «внутренний ребенок», который желает нарисовать рисунок на огромном листе. Тогда вы, может быть, найдете большие листы или просто остатки старых обоев. А может быть, вам сейчас достаточно обычного листа.

На этом листе нарисуйте замкнутый круг такого размера, который вы захотите. После этого внутреннее пространство этого круга заполните рисунком, которому позвольте просто «рождаться». Вы можете это пространство вместо рисунка заполнить коллажем из разных материалов. Не нужно стремиться к чему-то «идеальному». Завершите тогда, когда возникнет конкретное желание-действие.

Желание-действие имеет следующие признаки:

• Желание предельно конкретно.

• Желание связано с вами лично.

• Желание возникает из внутреннего состояния «напряжения-концентрации».

• Желание исходит из состояния искренности, которое характеризуется следующим:

1) комфортным телесным состоянием;

2) комфортным эмоциональным состоянием;

3) спокойным состоянием ума без внутреннего диалога.

Это действие непременно осуществите. Иногда это невозможно осуществить сразу же, но это желание истинное, если вы этого хотите всем существом и при этом находитесь в состоянии искренности. Например, вдруг вы вспомнили вкус любимого борща, и вам его захотелось прямо сейчас. Тогда осуществите реальные конкретные действия по осуществлению своего желания. Это или самому приготовить борщ, или попросить кого-то сделать это для вас, или пойти в кафе или ресторан.

Вы даже можете и не понимать, зачем вам это нужно, но это знает ваша целостность.

Упражнение

«Приведение в ресурсное состояние».

Предварительное условие. Чтобы практика была эффективной, убедитесь, что вы не сильно голодны и в тоже время не только что после еды. Также важно, чтобы вы чувствовали себя достаточно выспавшимися. Для упражнения необходимо минимально 15–20 минут.

• Оцените уровень личного (субъективного) ощущения комфорта на 4-х уровнях: телесные ощущения, эмоциональное состояние, состояние ума, интерес к миру. Оцените по шкале от «-10» до «+10» Нет «правильных» оценок. Есть ваша личная (субъективная) и честная оценка. То, что вы реально чувствуете и ощущаете как верное для себя, и будет правильным. При этом «+10» – максимально возможная положительная оценка. «-10» – максимально возможная негативная оценка. «0» – абсолютно нейтральное состояние, «никак». От «-10» до «0» – это когда у вас есть неприятные ощущения, эмоции, ощущение неуправляемости состоянием.

• ВАЖНО! Если уровень комфорта в отрицательной зоне на 3-х или 4-х уровнях, то вам нужна помощь психолога. Самостоятельно выполнять это упражнение вам не рекомендуется. Если уровень дискомфорта очень высокий – больше «-7» даже в одной зоне, то то же упражнение делать не следует. Улучшить ваше состояние может помочь упражнение «Обнаружение источника личной силы», оно есть в Приложении. Сделав его, вы можете снова вернуться к данному упражнению и проверить свое состояние. Если состояние не улучшается, то нужно обязательно обратиться к психологу.

• Если же уровень дискомфорта от «-6» до «0» и максимум в 2-х зонах, то выполнять упражнение можно, но только записывая все, что вы осознаете, – шаг за шагом.

• При уровне комфорта в положительной зоне на всех уровнях можете записать результат упражнения после его выполнения. Записывание повышает осознанность и «заземленность» в реальности и повышает эффективность упражнения.

Записывайте наблюдаемые результаты в следующую таблицу:

• УСТАНОВЛЕНИЕ КОНТАКТА С ТЕЛОМ. Осознайте свою позу, прислушайтесь к телу и примите ту позу, которую «просит» ваше тело. Далее просто направляйте ваше внимание к ощущениям в теле. Уже простое направление внимания на телесные ощущения позволяет телу войти в комфортное состояние. Продолжайте далее прислушиваться к своему телу и «улавливайте» его «желания».

Например, вы «уловили» зажатость в мышцах рук. Представьте, что это «желание» вашего тела – «зажать руки». Усильте зажатость в руке, может быть, напрягая ее в этом месте, может быть, сжав кулаки. Делайте все это очень и очень медленно.

Потом продолжайте дальше «улавливать» движения своего тела. Например, вы почувствовали дрожь в теле. Разрешите вашему телу задрожать сильнее, но не превращайтесь сами в «дрожь», а наблюдайте, как вы «дрожите». Если вы заметите, что дрожь замедляется, то «помогайте дрожи» замедляться.

Может быть, вы заметите, что дергается глаз. Представьте, что это «желание» вашего тела и помогайте ему «дергать глаз». Делайте так: улавливайте желания тела и помогайте ему, пока вы не почувствуете в теле приятное ощущение достаточного комфорта.

Далее – понаблюдайте за своим дыханием, никак его не регулируя! Просто наблюдайте и замечачайте, как происходит процесс дыхания. Делайте до тех пор, пока вы не почувствуете, что вам относительно легко и ровно дышится. Запишите оценку вашего состояния в следующую строку таблицы.

• КОНТАКТ С ЧУВСТВАМИ. Необходимо сейчас направить внимание на осознавание своих чувств и эмоций. Просто осознавать. Не оценивать! Например: «Я осознаю сейчас злость». И все. Просто осознать, признать как факт, «дать место» этой эмоции или чувству, никак не пытаясь избавиться от них. Просто осознать, назвать так, как «называется», признать, дать место в своем сознании. Это даст возможность не поддасться эмоции, а как раз выйти из-под ее влияния, просто разрешив себе проживать ее осознанно. Без критики, без оценки. И вы заметите, как эмоциональное состояние постепенно становится все более комфортным.

Когда будет ощущаться в эмоциональном состоянии уровень достаточного комфорта, запишите оценку своего состояния в следующей строке таблицы.

• КОНТАКТ С УМОМ. Это самое трудное – осознавание процесса осмысления. Напомню, что процесс мышления – это более тонкий уровень личности. Если говорить очень просто, наши мысли отражают этапы процесса мышления: сбор информации, ее обработку (сортировку, классификацию, обобщение) и создание некоего вывода (умозаключения).

Контакт с «умом» – это процесс осознания, насколько возможно, всех этапов процесса мышления.

Осознавайте, какие мысли приходят в голову, записывайте их так, как приходят, без анализа.

Продолжайте до тех пор, пока не наступит более ясное состояние ума, исчезнет «застревание» на одной и той же теме. Запишите в следующей строке таблицы оценку своего состояния.

• КОНТАКТ С МИРОМ. Осознавайте возникающие желания. Проверьте их на реальность и конкретность. Реальные и конкретные желания помогают нам установить с миром непосредственную связь. Они также продуктивны, то есть способствуют улучшению вашего состояния и связи с окружением.

Это желания-действия, которые имеют следующие признаки:

• Желание предельно конкретно.

• Желание связано с вами лично.

• Желание возникает из внутреннего состояния «напряжения-концентрированности».

• Желание исходит из состояния искренности, которое характеризуется следующим:

1) комфортным телесным состоянием;

2) комфортным эмоциональным состоянием;

3) спокойным состоянием ума без внутреннего диалога.

Если возникает такое желание, то упражнение нужно завершить, записать это желание, выполнить его. Если же нет, то перейдите к следующему пункту.

• Повторяйте упражнение снова, начиная с пункта 1 до того состояния, пока не возникнет конкретного желания-действия.

Упражнение

«Превращение жалобы в проблему».

1. Приведите себя в ресурсное состояние (Упражнение «Приведение в ресурсное состояние» в Приложении).

2. Вспомните о тех отношениях, на которые вы склонны чаще жаловаться, огорчаться по их поводу. Опишите свою «жалобу» простыми словами, как если бы вы кому-нибудь в разговоре жаловались, ища сочувствия и понимания. Записывайте прямо здесь ниже или в отдельной тетрадке.

3. А теперь все местоимения 2-го и 3-го лица – ты, он, она, они, вы, его, ее, их, им, ею, ими – замените местоимения 1-го лица – я, мое, моя, меня, мной, мне. Просто зачеркните в написанном вами тексте и сверху запишите нужное. А теперь перепишите ниже тот же текст с исправлениями. Используем сейчас «Якательный перевод» для перевода жалоб в проблему.

4. Итак, у вас получился перевод. Снова прочитайте его и сформулируйте настоящую проблему. Проблема – как условие задачи, решение которой вам нужно затем найти. Хочу привести пример.

Властный я

Вот кусочек рассказа из общения в открытых форумах: «У меня очень властные родители. Отец меня воспитывал в основном криком и руганью. Похвалы от него я вообще никогда не получал. Все время только критика».

В процессе перевода получилось: «У меня очень властный Я. Я меня воспитывал в основном криком и руганью. Похвалы от Себя я вообще никогда не получал. Все время только критика. И так всю жизнь».

Итак, мы видим следующее условие: «Я – очень властный. Я умею ругать себя. Я умею кричать на себя. Я не умею себя хвалить. Я умею себя критиковать». Вопрос: «Что делать, чтобы стать счастливее?» Как решить эту задачу при данных условиях? Человек видит во всех этих качествах лишь негативный аспект.

Нужно, во-первых, найти для каждого указанного качества позитивные стороны. Для этого просто смотрим значение и синонимы этого слова в словаре, даже если вы считаете, что знаете их. Если слово воспринимается вами негативно, берем из словаря «позитивные» аспекты.

Итак, «властность» – самовластие, повелительность, властолюбие, неодолимость, авторитетность. Далее идет действительно творческий процесс. Нужно обнаружить, зная негативные оттенки качества и его позитивные стороны, то, что за ними скрывается. Меня сразу привлекло «самовластие» и «авторитетность». Я увидела за этим способность владеть собой так, чтобы быть авторитетным.

Смотрим дальше. Крик, ругань, критика – это все отражения нашей способности критично посмотреть на себя. Способность критично оценить свои действия и теории Карл Поппер считал творческой способностью. То есть можно сделать вывод, что этот человек очень творческая личность и у него есть способность посмотреть на себя критически. Правда, он это тщательно скрывает, хорошо видя в других. Скрывает потому, что эта способность у него еще плохо развита.

Итак, теперь из универсальной для всех задачи отношений – как стать счастливым – появляется индивидуальная задача и способ ее решения.

Задача: Научиться управлять собой так, чтобы стать авторитетом для других. Способ: развивать способность критически смотреть на себя.

Критически – это не значит критиковать, это значит «смотреть реально, с точки зрения полезности».

Точно также сделайте работу по обнаружению вашей уникальной задачи, которая скрывается за вашими жалобами. И найдите способ решения, который там обязательно тоже присутствует. Запишите.

Упражнение

«Пробуждение интуиции».

Это упражнение нужно обязательно записывать. На следующей странице приведена таблица, куда можно внести записи.

• Нужно просто осознать свои ощущения. Первое, какое придет вам в голову. Важно! Только первое телесное ощущение, которое осознается. Без всякого рассуждения или анализа. Записать и сразу же переходить к следующему пункту.

• Нужно просто осознать свои чувства, эмоции. Первые, какие придут вам в голову. Важно! Только первое, что осознается, так, как вы это можете описать, без всякого рассуждения или анализа. Нет ничего правильного или неправильного. Записать и сразу же переходить к следующему пункту.

• Нужно просто осознать свои мысли. Первую, какая придет вам в голову. Важно! Только первую мысль, которая осознается в этот момент. Просто первая мысль, без всякого рассуждения или анализа. Записать и сразу же переходить к следующему пункту.

• Нужно просто осознать свои желания, приходящие не из головы, а как бы изнутри всего вашего целостного существа. Первое желание, какое придет вам в голову. Важно! Только первое желание, которое осознается. Без рассуждения и анализа записать. Перейти к следующему пункту.

• Перейти к пункту 1 и выполнить снова весь цикл осознавания внутреннего состояния. Сделать минимум 5 таких циклов осознавания внутреннего состояния.

• Затем нужно добавить осознавание того, что вы видите в окружении сейчас. Важно! Самое первое, что заметили. Без анализа и рассуждений. Запишите в таблицу. Если вы незрячи, то пропустите этот пункт и перейдите к п. 8.

• Выполните пункты 1, 2, 3, 4, все записывая. И перейдите потом к пункту 8.

• Добавьте осознавание того, что вы слышите в окружении сейчас. Важно! Самое первое, что услышали. Без анализа и рассуждений. Запишите в таблицу. Если вы глухи, то пропустите этот пункт и перейдите к п. 10.

• Выполните пункты 1, 2, 3, 4, все записывая. И перейдите потом к пункту 10.

• Добавьте осознавание того, какие запахи в окружении сейчас. Важно! Самое первое, что почувствовали. Без анализа и рассуждений. Запишите в таблицу.

• Выполните пункты 1, 2, 3, 4, все записывая. И перейдите потом к пункту 12.

• Повторите выполнение пунктов 6-11 минимум 5 раз.

• Посмотрите последние записи в таблице и оцените их с точки зрения критериев желания-действия. Если нет соответствия, выполните снова пункты 1–5.

• Снова проверьте по критериям подлинного желания-действия. Если нет соответствия, выполните пункты 6-11, каждый раз проверяя на соответствие критерию искренности.

Критерии желания-действия:

• Желание предельно конкретно.

• Желание связано с вами лично.

• Желание возникает из внутреннего состояния «напряжения-концентрированности».

• Желание исходит из состояния искренности, которое характеризуется следующим:

1) комфортным телесным состоянием;

2) комфортным эмоциональным состоянием;

3) спокойным состоянием ума без внутреннего диалога.

При правильном выполнении упражнения вы должны почувствовать себя более комфортно и целостно, будет ощущение прилива энергии. Появится конкретное желание-действие, знание, что нужно сейчас сделать это без всяких сомнений. Это намерение нужно обязательно осуществить!

Это запускает связь со своей интуицией. Иногда это невозможно осуществить сразу же, но это желание может быть истинным, если оно соответствуют всем критериям желания-действия.

Например, вдруг вы вспомнили вкус любимого борща, и вам его захотелось прямо сейчас. Тогда осуществите реальные конкретные действия по осуществлению своего желания. Это – или самому приготовить борщ, или попросить кого-то сделать это для вас, или пойти в кафе или ресторан.

Вы даже можете и не понимать, зачем вам это нужно, но это знает ваша целостность.

Практиковать это упражнение минимум 3–4 недели каждый день. Чем больше вы будете практиковать, тем этот навык постепенно станет автоматическим, как ходьба, речь.

Но периодически можно возвращаться и обновлять осознавание этого процесса.

Процесс осознавания – процесс циклический, то есть периодически на поверхность сознания выходят то наши ощущения, то чувства, то мысли, то желания, то связь с нашим окружением. Часть этого процесса отражена в рисунке, который приводится ниже.

Таблица к упражнению «Пробуждение интуиции».

И если вы будете практиковать это упражнение в моменты, когда вам нужно принять верное решение, то постепенно вы обнаружите, что всё легче и легче ориентируетесь в трудных ситуациях. Вы обнаружите, что верное решение приходит спонтанно и неожиданно, при этом не нарушая вашей целостности.

Table of Contents

Лилия Валиуллина Мама на кушетке Что нужно знать, обращаясь к психологу

Благодарности

Мама на кушетке

Введение

Часть 1

«Мама» на кушетке

«Мама, я здесь!»

Исследуем материнскую любовь

Исцеление травмы ранних отношений

Резюме

Часть 2

Сила внутри нас

Внутренний «Ванька-встанька»

О беспомощности

Врожденная программа поиска смысла

Резюме

Часть 3

Стремление к счастью

Внутренний конфликт и предназначение

Дорога к счастью

Обретение счастья как творческий процесс

Резюме

Часть 4

Что нужно знать, обращаясь к психологу

«Не навреди»

Резюме

Как найти психолога?

Резюме

Запрос, результат и этапы психотерапевтического процесса

Резюме

Оплата услуг психолога

Резюме

Встреча психолога и клиента

Резюме

Разные вопросы

Резюме

Заключение

Приложение

Правила выполнения практических упражнений к книге

Упражнения