Annotation

Журнал Time назвал Гейтса одним из ста самых влиятельных людей двадцатого века. Неординарная биография Билла Гейтса послужит хорошим примером всем, кто хочет развить свой бизнес, добиться успехов в карьере, воплотить в жизнь самые амбициозные планы.

- Дэниел Смит

- Введение

- Вехи большого пути

- Включи свой мозг

- Герои Гейтса

- Друг и ролевая модель

- Найди свое призвание

- Рождение эры микрокомпьютеров

- Прими своего внутреннего гика

- Не упусти свой шанс

- Найди соратников

- Справка: Пол Аллен

- Справка: Стив Балмер

- Справка: Чарльз Симони, Натан Мирволд, Кацухико Ниси

- Нанимай лучших

- Решись мечтать

- Большая сделка Microsoft

- Придумывай, изобретай, совершенствуй

- Стресс-тест для ваших идей

- Гейтс и интеллектуальная собственность

- Веди за собой

- Учись на своих ошибках

- Интернет: успеть в последний момент

- Наблюдай за соперниками

- Microsoft против Apple

- На войне как на войне

- Microsoft и монополии

- Один в поле не воин

- Справка: Мелинда Гейтс

- Наслаждайся успехом

- Самый богатый человек на Земле

- Найди время на перезагрузку

- Читай, как Билл Гейтс

- Любимая книга Гейтса о бизнесе

- Отплати миру

- Новое значение филантропии

- Фонд Билла и Мелинды Гейтс

- Креативный капитализм

- Задействуй знаменитость

- Цели филантропии: обеспечить образование и равенство возможностей

- Цели филантропии: борьба с болезнями

- Борьба с полиомиелитом

- Гейтс и вера

- Наследие Гейтса

- Выборочная библиография

Дэниел Смит

Думай, как Билл Гейтс

Daniel Smith

How to think like Bill Gates

© Michael O’Mara Books Limited, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Посвящается моей маме

Введение

Он наделен талантом предугадывать развитие технологий и умением продавать их всем нам. Сочетание этих качеств делает Гейтса уникальным предпринимателем.

Дез Деарлав, 1999

У разных людей Билл Гейтс ассоциируется с разными вещами. Для одних он гений информационных технологий, обеспечивающий мировой бизнес программным обеспечением вот уже тридцать лет. Для других он гик, покоривший мир. Его критики видят в нем символ недостатков капитализма – человека, ставшего самым богатым в мире, прежде чем он достиг сорока лет. И вот в последние несколько лет, пожалуй, вопреки ожиданиям, он стал «благодетелем» с большой буквы, открывшим новую страницу современной филантропии.

Его неординарная биография открывает перед нами очень сложного человека. Он родился в благополучной американской семье. Вскоре стало ясно, что в сфере компьютеров Гейтс – настоящий вундеркинд. Первые несколько десятилетий своей жизни он был сосредоточен только на создании программ и собственной бизнес-империи.

К 1980-м он превратил свою компанию, Microsoft, в одну из самых успешных фирм на планете. Он стал одним из двух столпов технологической эры, но в то время, как его главный противник (а иной раз и друг) Стив Джобс привнес в компьютерный бизнес дух богемного бунта, очкарик Гейтс стал символом консервативной, но процветающей корпоративной Америки.

Он заработал репутацию безжалостной акулы бизнеса. Он не только знал, как разработать программный продукт для рынка, но и умел его продать. Иной раз его обвиняли в том, что он слишком сильно стремился уничтожить своих противников в бизнесе. Это привело к нескольким многолетним судебным тяжбам в отношении законности бизнес-практик Microsoft. Созданные в компании Гейтса продукты фактически полностью захватили рынок, так что другие разработчики почувствовали, что для них там уже не осталось места. Гейтс же настаивал на том, что Microsoft процветает лишь потому, что опередила всех в области разработок.

Начав бизнес в собственной комнате, Гейтс из отважного паренька, который вызывал симпатию, превратился в главу мировой империи, которого многие ненавидят. Когда по сравнению с твоими доходами ВВП многих стран кажется крошечным, сложно позиционировать себя как защитника простых людей. Несмотря на огромный интеллект и ясность мысли, Гейтсу не хватает природной харизмы, которая обеспечила Джобсу популярность любимой всеми поп-звезды, в то время как на его счет сыпались миллионы.

В середине девяностых, впрочем, стало очевидно, что Гейтс меняется. Очкарик-компьютерщик, днями и ночами оптимизировавший свои разработки, стал взрослеть. Он женился, завел детей и, самое главное, отвлекся от монитора, чтобы увидеть окружающий мир. Несправедливость, царящая вокруг, его возмутила и шокировала: он осознал, что шансы человека на хорошее образование и продолжительную жизнь определяются лишь тем, где он родился.

После нескольких десятилетий, на протяжении которых он использовал свои таланты для обогащения, Гейтс решил, что пора поделиться чем-то с миром. Постепенно он перенаправил поток своей энергии с ежедневного управления всеми делами Microsoft на филантропическую деятельность. Его стремление изменить мир не было преходящим увлечением. Фонд Билла и Мелинды Гейтс, который он основал в 2000 году вместе с женой, сейчас является одной из самых богатых благотворительных организаций в мире. И еще важнее то, как Фонд задает новые стандарты во всей отрасли.

Конечно, не все соглашаются с методами привлечения и распределения капитала, которыми пользуется Фонд, и сам Гейтс признает, что далеко не все инициативы достигли желаемого результата. Но мало кто будет отрицать огромное влияние Фонда как внутри США, так и в развивающемся мире. И если полиомиелит, наконец, в ближайшие годы исчезнет, то благодарить за это во многом стоит именно Фонд Гейтса.

В конце концов, Гейтс полностью изменил себя. Человек, который в восьмидесятые и девяностые для многих олицетворял западный капитализм, действующий под лозунгом «получать, получать и получать», в двадцать первом веке стал одним из лидеров движения «отдавать, отдавать и отдавать». Журнал Time назвал его одним из ста самых влиятельных людей двадцатого века. И теперь крайне любопытно, что же будет его главным наследием: вклад в техническую сферу или то, как он изменил наши представления о благотворительности.

Книга «Думай, как Билл Гейтс» рассказывает не только об идеях и личности Билла Гейтса, но и о тех, кто оказывал на него влияние в различные периоды жизни. Если книги этой серии что-то доказывают, так это то, что великие люди, как правило, оказываются противоречивыми фигурами, и Гейтс не исключение. Наделенный огромными талантами, Гейтс решителен, а иногда и беспощаден в бизнесе. В первую очередь он человек, который обожает решать задачи (будь то вопрос о том, как повысить эффективность электронных таблиц или же как сократить бедность по всему миру). В молодости Гейтс был в немалой степени мотивирован жаждой признания и наживы. Повзрослевший Гейтс интересуется не столько накоплением личных средств, сколько тем, как эффективно их потратить. Это была необыкновенная трансформация, за которой очень интересно проследить от самого ее начала.

Вехи большого пути

Хронология выдающейся жизни

1955 – 28 октября у Вильяма и Мэри Гейтс в Сиэтле, Вашингтон, родился сын Вильям Генри Гейтс Третий. В семье его стали звать Трей.

1967 – Билл поступает в привилегированный частный лицей Лейксайд в районе Халлер Лейк на севере Сиэтла.

1968 – В рамках занятий в школьном компьютерном клубе он пишет свою первую программу на языке BASIC с помощью терминала Телетайп Модель 33, подключенного к удаленному компьютеру. Одним из членов клуба был Пол Аллен, с кем в итоге Билл основал Microsoft.

1970 – Гейтс и Аллен написали программу отслеживания дорожного движения, назвав ее Traf-O-Data. Так подростки заработали несколько тысяч долларов.

1972 – Летом Гейтс проходит стажировку в качестве ассистента одного из членов в Палате представителей США.

1973 – Успешно сдав выпускные экзамены, Гейтс поступает на подготовительную программу юридического факультета Гарварда. Там он подружился со Стивом Балмером.

1974 – Гейтс и Аллен летом работают в Honeywell, технологической компании в Нью-Джерси.

1975 – Гейтс и Аллен представляют программный пакет BASIC для передового компьютера Altair 8800, созданного MITS. Гейтс бросает Гарвард, чтобы присоединиться к Аллену в Альбукерке, Нью-Мексико, и работать на благо компании. Друзья основывают Microsoft.

1976 – Компания, ныне известная как Microsoft, официально зарегистрирована. Гейтс публикует открытое письмо с осуждением краж программного обеспечения пользователями компьютеров.

1977 – Отношения с MITS не выдерживают коммерческих разногласий. В это же время Гейтс представлен Кацухико Ниси, который помогает приступить к реализации программ Microsoft в Японии.

1978 – Компания открывает офис продаж в Японии. Доходы Microsoft достигают миллиона долларов за год.

1979 – Штаб-квартира компании переносится в родной город Гейтса и Аленна – Сиэтл.

1980 – Microsoft соглашается поставлять операционные системы для персональных компьютеров, разработанных гигантом индустрии – компанией IBM.

1981 – Microsoft становится акционерным обществом с Гейтсом в качестве генерального директора и председателя совета директоров. Он же владеет 53 % акций компании. Стив Джобс, глава Apple, обращается к Гейтсу с просьбой о разработке программного обеспечения для готовящегося к выпуску Apple Macintosh.

1983 – Компьютер назван журналом Time Машиной года. Полу Аллену диагностируют болезнь Ходжкина, и он покидает Microsoft.

1985 – Microsoft выпускает свою операционную систему Windows, в которой используется графический пользовательский интерфейс.

1986 – Выход Microsoft на биржу (IPO). Акции Гейтса оцениваются в сотни миллионов долларов.

1987 – Гейст становится самым молодым в истории миллиардером. На мероприятии в Нью-Йорке он знакомится с Мелиндой Френч, сотрудницей Microsoft, которая впоследствии станет его женой.

1988 – Apple безуспешно судится с Microsoft. Джобс обвиняет Гейтса в краже инновационных разработок Macintosh в ходе создания Windows.

1989 – Гейтс основывает Corbis – архив мультимедийного контента. Microsoft выпускает пакет приложений Office, включающий в себя Word и Excel.

1990 – После взлета, обусловленного выпуском Windows 3.0, доходы компании впервые превышают миллиард долларов.

1992 – Журнал Forbes называет Гейтса самым богатым человеком в США.

1993 – Министерство юстиции начинает расследование монополизации рынка компанией Microsoft.

1994 – Гейтс женится на Мелинде Френч. Также он основывает Фонд Уильяма Гейтса.

1995 – Выпуск Windows 95, а также собственного веб-браузера Microsoft – Internet Explorer. Гейтс издает свою первую книгу «Дорога в будущее». Журнал Forbes впервые называет его самым богатым человеком в мире, состояние которого оценивалось в сумму без малого 13 миллиардов долларов.

1996 – У Мелинды Гейтс рождается девочка Дженнифер. Компания-разработчик интернет-браузеров Netscape обращается в министерство юстиции с просьбой расследовать практику включения Internet Explorer в состав Windows.

1997 – Гейтс с семьей переезжает в свое поместье Lake Washington, построенное по специальному заказу.

1998 – Министерство юстиции США предъявляет компании Microsoft обвинение в нарушении законов о конкуренции.

1999 – У Мелинды рождается сын Рори. Билл Гейтс публикует вторую книгу «Бизнес со скоростью мысли». Акции Microsoft достигают рекордно высокого уровня.

2000 – На посту генерального директора Microsoft Гейтса сменяет его друг со времен колледжа Стив Балмер. Гейтс становится главным архитектором программного обеспечения. Суд постановляет разделить компанию на две части: одна часть должна заниматься операционной системой Windows, вторая – остальным программным обеспечением. Год спустя это решение было отменено. Тем временем Фонд Уильяма Гейтса включен в состав недавно появившегося Фонда Билла и Мелинды Гейтс.

2001 – Выпущены Windows XP и консоль Xbox.

2002 – У Мелинды рождается еще одна дочь – Фиби.

2004 – Европейская комиссия возбуждает против Microsoft антимонопольное дело.

2005 – В знак признания их заслуг в области благотворительности Билл и Мелинда Гейтс, наряду с Боно, названы Людьми года по версии журнала Time. Также британской короной Биллу пожалован почетный рыцарский титул.

2006 – Инвестор-миллиардер Уоррен Баффет передает бóльшую часть своего состояния Фонду Билла и Мелинды Гейтс. Microsoft объявляет о том, что Гейтс уйдет с постоянной работы в компании в 2008 году.

2007 – Microsoft выпускает Windows Vista. Через тридцать два года после того, как он бросил обучение, Гейтс удостоен почетной степени Гарвардского университета.

2008 – Европейская комиссия налагает на компанию рекордно большой штраф в 1,4 миллиарда долларов. В июне, как и было запланировано, Гейтс покидает работу в компании, чтобы уделять больше времени своему Фонду. В ходе Большого экономического Форума в Давосе он говорит о своей новой философии «креативного капитализма».

2010 – Фонд обязуется предоставить 10 миллиардов долларов в течение десяти лет на исследования, разработку и обеспечение вакцинами беднейших стран мира.

2011 – Фонд организует конкурс «Изобрети заново туалет», поощряя разработки в этой области, чтобы помочь 2,5 миллиарда людей, живущих в небезопасных для здоровья санитарных условиях.

2012 – Полиомиелит побежден в Индии. Важнейший этап в борьбе Гейста с заболеванием по всему миру.

2013 – Фонд Гейтса начинает сотрудничество с Фондом Билла, Хиллари и Челси Клинтон, чтобы проанализировать проблемы гендерного неравенства.

2014 – Гейтс покидает пост председателя совета директоров Microsoft. Он соглашается выступать в качестве советника по технологиям в команде нового генерального директора компании Сатьи Наделлы. Также он в очередной раз был назван самым состоятельным человеком в мире по версии журнала Forbes после перерыва, начавшегося в 2010 году.

2015 – По результатам опроса общественного мнения, созданного газетой The Times, Гейтс признан самым уважаемым человеком в мире.

Включи свой мозг

Жизнь становится намного веселее, если подходить ко всем ее вызовам творчески.

Билл Гейтс в интервью Джанет Лоу, 1996

Вряд ли кому-то может прийти в голову, что история Билла Гейтса из разряда «из грязи в князи». Ему не нужно было пробивать себе путь из трущоб или даже самому пробиваться к успеху. И все же его ранние годы могут быть уроком того, как использовать по максимуму то, что тебе дано.

Уильям Генри Гейтс Третий родился в Сиэтле, штат Вашингтон, 28 октября 1955 года. Он был средним ребенком в семье и при этом единственным мальчиком. Его родителями были юрист Уильям Гейтс Старший и Мэри, преподаватель и предприниматель. Поскольку Билл стал уже третьим Уильямом Гейтсом, а в семье любили карточные игры, он получил прозвище Трей (так игроки называют тройку).

Его родители были интеллектуалами и хотели видеть своего ребенка образованным человеком. С самого начала ему прививали интерес к вещам, развивающим мыслительные способности. Например, ему не разрешали смотреть телевизор по будням, с чем, впрочем, Билл легко соглашался. Как он говорил в одном из интервью 1986 года: «Я не из тех людей, что ненавидят телевидение, но не думаю, что оно развивает мышление». Вместо того чтобы прилипнуть к экрану, семья Гейтсов свободное время проводила за беседами, играми и чтением.

Это повлияло на многие фазы последующей жизни Гейтса, а о его отношениях с книгами будет сказано подробней позже (в главе «Читай, как Билл Гейтс»). Что же касается его детства, то вечерние семейные беседы обо всем на свете, начиная от новостей и заканчивая культурой, спортом и просто повседневными пустяками, сформировали у Билла широкий круг интересов и умение высказывать свое мнение. Так что, вопреки стереотипу о среднестатистическом гике, Билл вовсе не был замкнутым маленьким мальчиком, который может почувствовать себя уютно, лишь надежно укрывшись от людей за монитором.

В общем-то он был скорее экстравертом с выраженной тягой к соревнованию. Если уж даже семейным прозвищем он был обязан карточным играм, нетрудно догадаться, что клан Гейтсов всегда поддерживал дух соперничества. Например, каждый год его семья ездила отдыхать в район фьордов, известных как Худ-Канал, неподалеку от Пьюджет-Саунд. Кульминацией их совместного времяпрепровождения со знакомыми всегда были мини Олимпийские игры, в которых принимала участие вся семья. И хотя Билл не отличался выдающимися антропометрическими данными, физическую подготовку ему заменяли целеустремленность и смелость. Недооценивать его как соперника было весьма опрометчиво. В разговоре с публицистом Джанет Лоув в 1998 году он вспоминал о тех временах: «Каждый год летом мы отправлялись на Худ-Канал, где собирались с несколькими другими семьями и устраивали соревнования – эстафеты, метание яиц, борьбу за флаг. Там всегда было здорово, мы чувствовали, что можем соревноваться и побеждать».

Оглядываясь назад, едва ли стоит удивляться тому, что Билл больше всего увлекался стратегическими играми, особенно шахматами (он мечтал стать гроссмейстером) и го. У него отлично получалось, благодаря врожденным логическим способностям и поразительной памяти. Однажды священник из церкви, куда ходила его семья, обещал приз тому, кто выучит Нагорную проповедь наизусть. Само собой, Гейтс прочел ее слово в слово. Когда священник спросил его, как ему это удалось, Билл небрежно ответил: «Если серьезно взяться, я сделаю все что угодно».

Уже став взрослым, Гейтс мог без запинки продекламировать свои реплики из школьной пьесы, в которой когда-то давно играл. Феноменальная память оказалась отличным подспорьем, когда проявилась его страсть к программированию: человек, способный запомнить огромные объемы компьютерного кода, сразу получал огромное преимущество.

Выросший на историях из «Бойз Оун» о покорении космоса, Гейтс интересовался технологиями будущего. Когда ему было шесть, он был на Всемирной выставке в Сиэтле, центром которой была потрясающе высокая футуристическая башня, известная как Космическая Игла (Space Needle). В Америке шестидесятых будущее виделось как место, где возможно абсолютно все, и юный Билл всем сердцем принял эту идею. И он пронес свои детские мечты через всю свою взрослую жизнь.

В начальной школе Гейтс показал себя одаренным учеником, но ему было трудно концентрироваться на занятиях, так что в шестом классе (когда ему было около одиннадцати), родители перевели его в частную школу Лейксайд, где, как они надеялись, их сын получит достаточную нагрузку, чтобы его незаурядные интеллектуальные способности проявились в полной мере. Гейтс показал особенно впечатляющие результаты в математике и естественных науках, и, когда сдавал SAT (стандартизованные выпускные экзамены), набрал 800 баллов по математике – великолепный результат. И нельзя сказать, что это была единственная сфера, в которой он был успешен: в старшей школе он интересовался самыми разнообразными предметами, увлекался театром и политикой. Много лет спустя он признавал, что юношеские годы были главными для его развития, заявив Стивену Леви, автору книги «Хакеры: Герои компьютерной революции», что его «программистский ум» был огранен к 17 годам.

Его таланты не остались без внимания. Сразу несколько университетов Лиги Плюща предложили ему продолжить учебу, и Гейтс выбрал Гарвард. Впрочем, как и его будущий соперник Стив Джобс, он часто прогуливал там занятия. Он преуспевал в тех предметах, которые ему были интересны, но игнорировал остальные. Зато Гейтс в полной мере использовал возможности компьютерной лаборатории для реализации собственных проектов, иной раз не выходя оттуда сутками. А когда пресыщался и этим, устраивал продолжительные покерные турниры.

Гейтс вырос в обстановке, где живой ум не только вызывал восхищение, но и постоянно подстегивался. Сообразительный, вдумчивый и готовый ко всему, что может предложить будущее. Может, он и не был образцовым студентом, особенно в тех предметах, которые не захватывали его воображение, но он ценил свой ум, и ему никогда, в отличие от стольких детей, не приходилось его скрывать.

В 2000 году в книге Синтии Кроссен «Богатые. Как они стали ими» есть цитата Гейтса: «Ум – это способность схватывать новые факты, вникать в ситуацию и, выслушав все необходимые объяснения, сразу спросить: „А что у нас здесь?“ Это способность задавать вопросы с глубоким смыслом и воспринимать ответы в режиме реального времени. Это способность запоминать и соотносить услышанное с областями, которые на первый взгляд кажутся не относящимися к делу». И это кредо его не подвело.

Герои Гейтса

Как некрасивый маленький парень, который даже не был французом, смог добраться до вершины и переписать законы всей Европы… Просто это был очень умный парень.

Билл Гейтс, цитата из книги «Как воротила Microsoft заново изобрел индустрию и стал самым богатым человеком в Америке», 1993

Гейтс никогда не имел кумиров, даже в подростковом возрасте, когда все его сверстники увешивали свои стены постерами спортсменов, поп-звезд, киноактеров или политиков – всех тех идолов, приверженность к которым иногда остается, а иногда с возрастом исчезает. Тем не менее у него был небольшой круг людей, которыми он восхищался, среди которых были великие деятели истории.

Он был большим фанатом Исаака Ньютона, ученого конца семнадцатого – начала восемнадцатого века, более всего известного формулировкой законов гравитации. Сам Гейтс, будучи физиком и математиком, конечно же, подражал лучшим. Еще одним человеком, которым он восхищался, был Леонардо да Винчи, итальянский полимат, достижения которого (от картины «Мона Лиза» и до создания прототипа летающей машины за много веков до первого полета, совершенного человеком) сделали его архетипом «человека Возрождения». Леонардо восхищал Гейтса и во взрослом возрасте, что недешево ему обошлось, о чем мы узнаем в главе «Наслаждайся успехом».

Как Билл Гейтс говорил в T e New York Times в 1995: «Леонардо был одним из самых потрясающих людей в истории. Ни один из когда-либо живших ученых не смог охватить столько областей, и он был поразительным художником и скульптором».

Властители дум

Говорят, что одним из исторических персонажей, которые захватывал воображение Билла Гейтса, был Наполеон Бонапарт, великий французский полководец, ставший диктатором. Оба они не могли похвастаться своей комплекцией, оба отправились завоевывать мир, используя ум и храбрость. Они оба научились находить слабости своих соперников и заработали себе репутацию жестких лидеров. Билла Гейтса можно назвать Наполеоном технологической эры.

Позже в жизни Гейтса появились и другие герои, хотя его критериям трудно было соответствовать. Например, Генри Форд не выдержал его оценки. Он мог бы служить примером для подражания в том, что касается достижения успеха, но не в том, как он действовал, когда преуспел. С другой стороны, Нельсон Мандела заслужил симпатию Гейтса своим великодушием и способностью оставаться рассудительным даже в очень сложных условиях. Хотя сложно проводить параллели между лидером борьбы с апартеидом и гуру программирования, которым был Гейтс в юности, превращение лидера Microsoft в филантропа несет на себе отпечаток того впечатления, которое произвел на него Мандела.

Пожалуй, сходство с Тайгером Вудсом, еще одним объектом восхищения Гейтса, более очевидно: Тайгер Вудс появился из ниоткуда и задал новые стандарты в мире гольфа точно так же, как незадолго до этого Гейтс совершил переворот в компьютерной индустрии. Оба достигли многого в юные годы и привлекли всеобщее внимание к тому, что делали.

Гейтс нашел своего героя в современном научном сообществе – лауреата Нобелевской премии Ричарда Фейнмана. Билл Гейтс очень горевал, когда Фейнман умер в 1988 году, вскоре после того, как тот решил встретиться с ним лично. Фейнман родился в 1918 году, был американским физиком-теоретиком, более всего известным своими работами в квантовой механике (включая квантовые вычисления) и физике частиц, а в 1965-м разделившим со своими коллегами Нобелевскую премию по физике за вклад в квантовую электродинамику. Он искал новые способы подачи своих открытий и создал систему изображений, ставшую известной как диаграммы Фейнмана. Без сомнения Гейтс отдавал должное его умению ценить как форму, так и содержание. Возможно влияние, оказанное им на главу Microsoft, лучше всего отражается в строках, которые Фейнман писал одному из своих студентов: «Достойные внимания задачи – те, которые ты можешь решить или помочь решить, те, где твой вклад будет заметным. … И если мы можем как-то приблизиться к решению задачи, она уже не может считаться несущественной или слишком тривиальной». Эти слова мог бы сказать и сам Билл Гейтс.

Друг и ролевая модель

Не сравнивай себя ни с кем в этом мире. Поступая так, ты себя оскорбляешь.

Билл Гейтс

Вероятно, человеком, на которого Билл Гейтс больше всего равнялся, был тот, кто, по его же признанию, мало разбирался в мире технологий, которым жил и дышал Гейтс. Тем не менее это Уоррен Баффетт, миллиардер, добившийся всего сам, и один из главных соперников основателя Microsoft за титул самого богатого человека в мире. Именно он оказал неоценимое влияние на увлечение Гейтса благотворительностью. Баффетт родился в Омахе, Небраска, в 1930 году. Глава Berkshire Hathaway – общепризнанно один из самых коварных инвесторов, когда-либо живших. Его состояние, которое было оценено в 73 миллиарда долларов в 2015 году, появилось практически в одночасье после того, как он поставил на «нужную лошадку». Баффетт, известный как «Оракул из Омахи», считает, что своим успехом обязан принципам профессионального инвестора Бенджамина Грехама, чьи работы он изучал в 1940-е. Чтобы дать представление о предпринимательском гении Баффетта, достаточно того, что его 10 000 долларов, вложенные в Berkshire Hathaway в 1965 году, в 2014-м обернулись более чем 50 миллионами долларов.

Гейтс впервые встретился с Баффеттом в 1991 году на вечере, организованным матерью Билла, Мэри. Они сразу нашли общий язык. В 2006 году в интервью газете T e Guardian Гейтс сказал, что Баффетт «наделен простым и свежим взглядом на вещи». У них было похожее чувство юмора и одни политические пристрастия – оба выступали за партию демократов. У них даже общие вкусы в еде: несмотря на все их богатство и регулярные походы на торжественные банкеты, на самом деле они все еще любят обычные скромные бургеры. Они оба отличаются такой бережливостью, что в ходе одной совместной поездки в Китай Гейтс и Баффет обедали в McDonald’s, причем за свой обед Баффетт расплатился своими скидочными купонами. Конечно, влияние Баффетта на его юного протеже распространялось и дальше.

Например, его заслугой было то, что Гейтс всерьез увлекся игрой в бридж (конечно, немного странно, что человек, с детства любивший карточные игры, не пришел к этому сам, ведь это идеальная игра для стратега). Намного важнее, впрочем, что Баффетт оказал влияние на подход Гейтса к торговле. В своей речи в Университете Сан-Хосе в 1998 Гейтс заметил: «Полагаю, Уоррен больше других лидеров бизнеса повлиял на то, как я думаю о своей компании, и то, как лучше управлять ею». Кстати, Баффетт никогда не вкладывал деньги в Microsoft – лишь потому, что следовал своему правилу: инвестировать только в те области, в которых он разбирается. Компьютерные технологии были вне области его знаний. Впрочем, он по достоинству оценил предпринимательские способности Гейтса, сказав в 1992 году: «Я не обладаю квалификацией, чтобы судить о его технических способностях, но считаю его талант бизнесмена поразительным».

Наверное, потомки сочтут влияние Баффетта и на участие Гейтса в благотворительности – в смысле финансовой стратегии, формулирования тактики и моральной поддержки – самым важным плодом их дружбы (см. главу «Новое значение филантропии»). В 2008 году Гейтс сказал в шоу Чарли Роуз:

«Уоррен Баффетт ближе всех к образцу для подражания благодаря честности, вдумчивости и радости, которые он привносит во все, что делает. Я продолжаю учиться у своего отца, я до сих пор учусь у Уоррена и очень часто, принимая решение, стараюсь представить себе, как они подошли бы к проблеме».

Найди свое призвание

Мне повезло: в юном возрасте я нашел то, что любил и чем восторгался – и восторгаюсь до сих пор.

Билл Гейтс в Industry Week, 1996

В 1986 году студент Гейтс был похож на миллионы других сверстников, погруженных в самосозерцание и пытающихся вступить во взрослую жизнь, как характеризует его Wall Street Journal. Гейтс сам описывал себя как «вечно сидящий в свое комнате философски депрессивный парень, который все никак не поймет, что делать со своей жизнью».

Без сомнения, это определение было верно в том смысле, что свой жизненный путь ему еще только предстояло проложить. Но в то время как многие студенты не имеют ни малейшего представления о том, что с ними будет после того, как беззаботные дни учебы подойдут к концу, Гейтс уже собирался внести свой вклад в компьютерную индустрию. В конце концов, он все свое свободное время проводил, шлифуя свои навыки в программировании. Когда Гейтс впервые всерьез подступился к компьютеру, ему было всего тринадцать, но уже тогда стало очевидно, что эти отношения построены на серьезной базе. Он нашел свою любовь и собирался ее взращивать и дальше.

«Первое свидание» состоялось в 1968 году в школе Лейксайд. Это было скорее «свидание вслепую». Дело в том, что у Лейксайд не было своего компьютера. В те дни компьютеры были слишком большими и слишком дорогими для школ. Чтобы иметь мейнфрейм – передовой компьютер того времени – нужно было обладать миллионным бюджетом и пространством в несколько тысяч квадратных метров с хорошей вентиляцией, где можно было бы хранить все необходимое оборудование при правильной температуре. Тем не менее у Лейксайд был телетайп, который был подсоединен к мейнфрейму в другом месте. Лейксайд платил за использование мейнфрейму по договору таймшера, как и многие другие организации.

Конечно, вычисления, которые могла производить эта система, были весьма примитивными, но и этого хватило, чтобы увлечь Гейтса. Вместе с несколькими другими учениками он основал «Клуб программистов Лейксайд» (Lakeside Programmers), и уже вскоре Гейтс написал свой первый кусок настоящего кода – игру в крестики-нолики. Гейтс никогда не позволял своему возрасту его останавливать, так что он был самым младшим членом клуба и тем не менее одним из самых активных. В какой-то момент его попросили выйти из клуба, поскольку он никак не хотел уступать телетайп остальным, но, в конце концов, его приняли обратно, когда поняли, что он способен на такие технические трюки, которые другим и не снились. Он согласился вернуться, но в своей типичной манере настоял на своих правилах. И, вернувшись, стал настоящим лидером группы.

Другой проблемой были финансы: час работы с машиной стоил 8 долларов. Это дороговато и для современного интернет-кафе, а для школьника того времени это было целое состояние. В первое время школьников спонсировала группа родителей, но вскоре этот поток доходов стал иссякать. Родители Билла изо всех сил старались оплатить обучение в школе, но у них не хватало на то, чтобы оплачивать и новое хобби сына. Так что Гейтс сделал то, что он делал и дальше всю свою жизнь – взял инициативу в свои руки. Ему нужны были деньги – и он нашел работу.

Как ни удивительно, но именно те навыки, которые он хотел развить, и нашли ему работу, чтобы платить за продолжение обучения. В то время в Сиэтле недавно открылась компания Computer Center Corporation (C–Cubed). Гейтс и его сокурсники заключили с ними новаторский договор: они искали ошибки в разрабатываемых компанией программах, а взамен получали доступ к мейнфрейму бесплатно. Само собой, работать во время занятий было невозможно, так что Гейтс и его приятели быстро вписались в режим работы по ночам и на выходных. Работа на C–Cubed привлекла к Гейтсу внимание одной компании, работающей над анализом потребления электричества в бассейне реки Колумбия. Они не знали, что на тот момент Гейтс был всего лишь девятиклассником, так что ему удалось получить отличную работу в Портленде. Там он познакомился со старшим разработчиком Джоном Нортоном, который произвел на него неизгладимое впечатление и впоследствии всячески подталкивал его к дальнейшему развитию. Впрочем, Гейтсу и не нужно было ничье подбадривание.

К пятнадцати годам навыки программирования Гейтса были гораздо выше игры в крестики-нолики. Он объединил силы с другим членом клуба, Полом Алленом, который был на пару лет его старше. Так начались профессиональные отношения, которые привели обоих в высшие эшелоны самых богатых людей мира. Но начинали они с малого. Их первым большим проектом была программа, которая собирала сырые данные о дорожном движении Сиэтла и создавала из них отчеты, которые бы использовали инженеры-транспортники. Они назвали свою программу Traf-O-Data и в итоге выручили за нее около 20 тысяч долларов. Что важнее, они получили бесценный опыт командной работы.

Разрабатывая Traf-O-Data, Гейтс и Аллен привлекли третьего партнера, Пола Гилберта, для работы над «железом» для программы. Это предприятие убедило их, что для них путь в будущее – это разработка программного обеспечения. Немногим позже Гейтс создал программу, которая автоматизировала создание расписаний для учителей Лейксайд. В благодарность ему разрешили проводить больше времени в работе с мейнфреймом, который использовала школа. Так, благодаря своим знаниям, Гейтс получал возможность развивать свои способности и использовал их по максимуму.

Вполне возможно, Гейтс задумывался о том, что ждет его после окончания Гарварда. Известно, например, что он взвешивал возможность пойти по стопам отца и сделать карьеру в юриспруденции либо стать ученым. Но, скорее всего, он не долго колебался и, избрав свой путь, вступил на дорогу, по которой будет следовать многие годы.

Рождение эры микрокомпьютеров

Никогда не доверяй компьютеру, который не можешь выбросить из окна.

Стив Возняк

В конце шестидесятых вычисления проводились практически только на мейнфреймах, огромных машинах, которые использовали только государственные учреждения и крупные компании для массовой обработки данных. Для всех остальных частных лиц иметь свой компьютер оставалось недостижимой мечтой, кроме разве что немногих энтузиастов, собиравших микросхемы в пустых кладовках.

Но уже в начале семидесятых начали открываться новые возможности, во многом благодаря стремительному развитию микропроцессоров. Примерно в это время начала расцветать Силиконовая долина, как стали называть долину Санта Клара в Калифорнии, куда стягивалось все больше хай-тек компаний, многие из которых сотрудничали со Стендфордским университетом. Среди них были такие проекты, как научно-исследовательский центр Xerox PARC, оказавший существенное влияние на технологическое развитие индустрии в последующие десятилетия, не в малой степени через Билла Гейтса в Microsoft и Стива Джобса в Apple.

1975 стал прорывным годом в развитии персональных компьютеров. В этом году компания Micro Instrumentation and Telemetry Systems (MITS) выпустила Altair 8800. Он работал на процессоре Intel 8080, выпущенном в 1972 году, и представлял из себя микрокомпьютер, который энтузиаст мог собрать из деталей сам. Более того, он поступил в продажу по цене в 439 долларов – то есть был более или менее доступным (правда, цена его стремительно возрастала, если докупались комплектующие).

На самом деле Altair 8800 не особенно похож на те персональные компьютеры, которые знакомы нам сейчас. У него не было монитора и клавиатуры, а память была всего 64 килобайта. Так что на этом компьютере нельзя было посмотреть кино или поиграть в GTA. Тем не менее именно с него началась настоящая революция персональных компьютеров. Этот компьютер не только напрямую привел к основанию Microsoft, но и вдохновил другого технаря-энтузиаста, некоего Стива Возняка на создание собственного компьютера – Apple I.

Мир был готов измениться раз и навсегда.

Прими своего внутреннего гика

Если быть «ботаником» означает, что вы способны всю ночь с неослабевающим интересом изучать возможности своего компьютера, то такое описание полностью подходит ко мне. Я не вижу ничего унизительного в этом слове. Однако вот вам настоящее доказательство: никогда в жизни я не пользовался карманными пластиковыми вкладышами для авторучек. А без этого какой же я «ботаник»?

Билл Гейтс, New Your Times, 1996

Есть фотографии Гейтса в студенческие годы и первые годы существования Microsoft, на которых он выглядит как типичный мальчик-гик. Щуплый, в своих бесформенных свитерах, в огромных очках, с невнятной прической – даже если бы он специально постарался, он не мог еще больше походить на главного ботаника класса. А если вам мало одного внешнего вида, можно вспомнить о том, что он играл на самом «не клевом» музыкальном инструменте. Выбор Гейтса пал не на гитару и даже не на саксофон. Он играл на тромбоне.

Даже став одним из самых богатых людей на планете, он не проявлял ни интереса к моде, ни тем более умения одеваться. В журнале Playboy Гейтс объяснял:

«Был в моей жизни момент, когда мама пыталась объяснить мне, как должна сочетаться расцветка рубашки и галстука. …Думаю, когда дело касается моды, люди обычно прислушиваются к советам своих матерей. Я не претендую на особые познания в этой области … и в течение рабочего дня даже не смотрю, какого цвета на мне галстук. Но если кому-то из окружающих приятно отметить, что я не ошибся с выбором, я рад за них. Нет, я, конечно, немного разбираюсь в этом, но ниже среднего уровня».

На юного Гейтса легко было навесить ярлык гика, но в действительности все было не так просто. Может быть, он и не стал самым популярным спортсменом в школе, но был неплохим атлетом и, как мы видели, яростно соревновался. Да, он проводил уйму времени за компьютером, но его интересы были весьма обширны. Тем не менее в нем было нечто такое, что закрывало перед ним дверь в «клуб крутых ребят».

Образ дополнялся легендами о его привычке качаться взад-вперед даже на совещаниях. В детстве у него была лошадка-качалка, сидя на которой он провел уйму времени в размышлениях о мире. Конечно, со временем он перерос свою лошадку, но привычка двигаться, чтобы сосредоточиться, осталась с ним и во взрослой жизни.

Мальчишкой Гейтс отличался необычной любовью к прыжкам. Например, он любил забираться внутрь коробки, а потом выпрыгивать, с каждым разом стараясь выпрыгнуть дальше. И, как ни странно, он продолжил тренироваться в прыжках, хотя большинство из нас рано или поздно забросило бы эту детскую забаву.

Не такой, как все

Периодически возникали предположения, что у Гейтса есть признаки аутизма. В общем-то эти слухи не имели под собой никакой доказательной базы, тем более что многие из нас находятся где-нибудь на «шкале аутизма» в силу особенностей характера. Тем не менее в 1994 году журнал Time опубликовал статью, в которой черты характера Гейтса сопоставлялись с чертами, свойственными аутистам. В частности, там упоминались его логический подход к проблемам (что и говорить, у программиста, конечно, должна быть любовь к порядку, но между тем письменный стол Гейтса не отличался идеальной чистотой), его способность к абстрактному мышлению, его свойство избегать визуального контакта и его внезапные всплески эмоций. И хотя такой «дистанционный диагноз» вряд ли можно считать обоснованным, тем не менее он дает представление о том, насколько «другим» был Гейтс.

В 1994 году он говорил журналу New Yorker: «Я уже не начинаю внезапно прыгать, как когда-то, в первые годы существования компании… или даже на совещаниях…» Впрочем, хотя Гейтс и утверждает, что это увлечение осталось позади, известно, что он принимал участие в конкурсе прыжков через стол на рождественской вечеринке Microsoft. Кстати, его будущая жена, Мелинда Френч, была на той вечеринке и предложила повысить ставки, поставив на стол свечи.

Возможно, правда заключается в том, что Гейтсу быстро начинает претить «обычная» жизнь, и его подчас странные увлечения служат тому лучшим доказательством. Например, поскольку Гейтс левша (многие считают это качество проявлением творческой натуры), скучные лекции он начинал записывать правой рукой – просто чтобы бросить самому себе вызов.

Поначалу он считал себя белой вороной, несмотря на то что редко проявлял застенчивость в обществе. В его программистской юности, когда он работал над поиском уязвимостей в программах, Гейтс воспринимал себя не столько как программиста, сколько как хакера, своего рода фигуру вне закона. Как он писал в The New York Times в 1996 году: «Когда я был подростком, сломать что-то в компьютере дорогого стоило. Мы ведь на этом и учились». В самом деле, однажды в юности его поймали на взломе коммерческой программы, и тогда под угрозой наказания как со стороны властей, так и со стороны его родителей ему пришлось бросить программирование на несколько месяцев.

Ко времени поступления в Гарвард ощущение отчужденности только усиливалось. Как Гейтс объяснял в своей речи на церемонии вручения дипломов: «Так получилось, что я стал вожаком некоего антиобщественного кружка. Мы держались друг друга, стараясь подчеркнуть свое неприятие общества». Как и многие до него, Гейтс в какой-то момент понял, что если ты не можешь вписаться в группу, то можно организовать свою и преуспеть там. Рядом с ними можно было и сидеть за компьютером, и выпрыгивать из коробки, и качаться взад-вперед.

Но не так давно он прошел что-то вроде реабилитации. Многие годы мы наблюдали карикатурное противостояние между Биллом Гейтсом – карманной собачкой большого бизнеса и суперботаником, и Стивом Джобсом – таинственно крутым апологетом индивидуальности и философии «думай иначе». Когда Гейтс отошел от каждодневного управления всеми делами Microsoft, он открыл себя миру с совершенно новой стороны, как один из главных филантропов современности. Теперь он уже не просто самый известный программист на планете, сыгравший одну из главных ролей в том, что знаменитый документальный фильм 1996 года назвал «Триумфом ботаников». Теперь он непримиримый борец против болезни, несправедливости и неравенства. Своего рода супергерой, если хотите. И в этом уже нет ничего «чудаковатого». Но даже если бы и было, Гейтса это не волнует. В интервью газете Daily Mail в 2011 году он говорил: «Слушайте, если под этим словом вы подразумеваете готовность взять 400-страничную книгу о вакцинах, описывающую, в каких случаях они действуют, а в каких нет, изучить ее, а затем, опираясь на полученные знания, подтолкнуть других к расширению своего кругозора, тогда, безусловно, я – „ботаник“. Охотно признаю себя виновным».

Не упусти свой шанс

Давай откроем компанию. Давай просто это сделаем.

Пол Аллен Биллу Гейтсу в 1975

Как бы ни сомневался Гейтс в своем будущем, пока учился в Гарварде, но не упускал ни одной возможности из тех, что представлялись на его пути – как он делал всю свою жизнь. Там, где человек более осторожный мог бы остановиться и оценить риски, Билл Гейтс с юных лет демонстрировал врожденный инстинкт делать правильный выбор.

1975-й год изменил для Гейтса все, в немалой степени благодаря Полу Аллену и Altair 8800. Именно Аллен первым увидел статью в Popular Mechanics, где в деталях был расписан выпуск революционной машины. Он связался с Гейтсом в Гарварде и предложил работать над созданием языка для нее. В сущности, Altair 8800 был, несмотря на все его функции и цели, всего лишь коробкой с мигающими лампочками, а Аллен верил, что из него можно сделать много, много больше. Как говорил Гейтс годы спустя, Аллен заклинал его объединить их накопления и создать свою компанию. Они набросали несколько имен для зарождающейся корпорации. Одним было «Аллен и Гейтс» (именно в таком порядке), но в итоге они остановились на Micro-soft (поскольку они собирались производить программное обеспечение для микрокомпьютеров). Дефис они выбросили через несколько месяцев.

Между сочинением имен для своего будущего предприятия и воплощением его в жизнь лежит огромная пропасть. Но у Гейтса и Аллена хватило упорства и смелости, чтобы ее перешагнуть. Конечно, начинание их пугало: они боялись, что могут пропустить революцию программного обеспечения. Нужно было не упустить момент, который больше не повторится. Руководствуясь принципом «Кто не рискует, тот не пьет шампанского», Гейтс решился связаться с Эдом Робертсом, основателем MITS.

Он сказал Робертсу, что они с Алленом (совершенно никому не известные люди) создали интерпретатор для Altair 8800, который позволял компьютеру запускать программы на BASIC, что расшифровывается как «универсальный код символических конструкций для начинающих» – язык, популярный с середины 1960-х. Неожиданно это заинтриговало Робертса, и он организовал им демонстрацию в одном из офисов своей компании в Альбукерке, в Нью-Мексико, через шесть недель. Это был успех! Правда, конечно, у Гейтса и Аллена пока решительно нечего было показать MITS. Но, как говорится, время рождает героев.

Главной проблемой, конечно, было то, что у них не было доступа к Altair 8800 и не было денег, чтобы купить себе этот компьютер. Но у них была смекалка. Гейтс настроил защищенный доступ к мейнфрейму в Компьютерном центре Айкена в Гарварде, а Аллен использовал все информацию, которую смог найти в Popular Mechanics, чтобы создать эмуляцию. Весь февраль и март они работали не покладая рук, бóльшую часть времени проводя в комнате Гейтса в общежитии, и постепенно создали программу приличного качества.

Они выбились из сил, стремясь сделать программу отточенной, простой и максимально элегантной. В книге Джеймса Уоллеса и Джима Эриксона «Жесткий диск» приводятся слова Гейтса об этой эпопее: «Это была самая крутая программа, которую я когда-либо написал».

Наконец, они решили, что Аллен поедет презентовать программу в Альбукерке и будет продолжать ее отшлифовывать даже в пути на встречу с главой MITS. Робертс был действительно впечатлен тем, что увидел (даже не зная, как быстро они успели создать программу). Он согласился купить ее за 3000 долларов и авторские отчисления. Этой программе суждено было стать золотым стандартом в индустрии в ближайшие шесть лет, и Гейтс поставил себе целью сделать все программы Microsoft таким же золотым стандартом.

Благодаря их успеху Аллен получил работу в MITS в качестве главного разработчика. Гейтс взял небольшой академический отпуск в Гарварде и присоединился к нему в Альбукерке, где работал по контракту. Вскоре после возвращения в Массачусетс он решился уйти из университета окончательно – что и сделал в июне 1975-го. Они с Алленом действительно решили вложить все силы в Microsoft, чтобы стать лидерами индустрии, существовавшей тогда только в зародыше. Впрочем, явно понимая, куда дует ветер. Эпоха персональных компьютеров лишь маячила миражом на горизонте, и буквально никто (кроме еще одного маленького стартапа Apple) не производил компьютеров с собственным ПО. Так что многим производителям компьютеров нужно было программное обеспечение для работы их машин. Стив Джобс удачно выразился о рождении Microsof: «Билл создал компанию по разработке программного обеспечения раньше, чем кто-либо понял, что такое программное обеспечение».

Партнеры-учредители согласились, что Гейтс должен быть президентом компании, а Аллену следует занять должность вице-президента. Кроме того, поскольку Аллен зарабатывал в MITS, Гейтс убедил его, что ему должны принадлежать 60 процентов акций, а Аллену – только 40. С самого начала Гейтс держался принципа, что любые средства хороши в любви, войне и бизнесе.

Первое время державшаяся на плаву благодаря сделке с MITS, компания Microsoft вскоре имела свой собственный список клиентов. Гейтс в это время прилагал неимоверные усилия, чтобы пробить путь для своей компании. Он не только участвовал непосредственно в программировании, но и заботился об административной стороне дела, параллельно занимаясь поиском новой работы. Когда отношения с MITS в 1977-м подошли к концу, у Microsoft уже не было никаких причин оставаться в тихой технологической заводи Альбукерке. Гейтс и Аллен были готовы вернуться домой и переместили свою компанию в Белвью, Сиэтл, в 1979. К этому времени у них было уже тринадцать сотрудников. За два года их штат увеличился в десять раз, а к 1983 году он достиг численности в 500 человек (к тому моменту, когда Гейтс покинул руководящий пост в 2008-м, штат составлял около 9000 сотрудников). Гейтс гордился тем, что знает члена каждой команды по имени, однако эти времена быстро закончились. Microsoft попал в большую лигу, так что Гейтс мог быть спокоен, что свою возможность он не упустил.

Найди соратников

Я не учитель, а ученик. И одна из вещей, которая очень нравится мне в жизни, это то, что я окружен людьми, которые любят учиться.

Билл Гейтс, «Дорога в будущее», 1995

Гейтс обладал потрясающей мотивацией и множеством талантов, однако он быстро осознал, что необходимо найти единомышленников, без сотрудничества с которыми его грандиозные мечты никогда не станут реальностью. Именно поэтому он всегда стремился окружить себя доверенными лицами и союзниками, чьи навыки дополняют его собственные. В столь быстро развивающейся индустрии даже самый выдающийся программист не может выступать как человек-оркестр, сам занимаясь всеми задачами: это привело бы к провалу. Цитата в начале этой главы лучшее свидетельство тому, что в успешной команде все участники должны быть готовы учиться друг у друга. Гейтс достаточно уверен в себе, чтобы не бояться работать с людьми, которые могут бросить ему вызов, и чьи таланты в каких-то областях превосходят его собственные. Как в 1997 году сказал журналу Time один из его наиболее влиятельных коллег Натан Мирволд: «Билла не пугают умные люди, его пугают глупые». Далее будут представлены небольшие досье на некоторых соратников Гейтса, начиная с Аллена – человека, который помог Microsoft превратиться в лидирующую глобальную компанию рынка программного обеспечения.

Справка: Пол Аллен

Гейтс и Аллен стали друзьями в школе Лейксайд и начали вместе работать над проектом Traf-O-Data по сбору и анализу данных о движении транспорта. Позже Аллен стал соучредителем компании Microsoft. Они были как Буч Кэссиди и Сандэнс Кид (герои американского вестерна), впрочем, в данном случае более уместным будет сказать, что для Гейтса Аллен был тем, кем Воз (Стивен Возняк) стал для Джобса. Родившийся 21 января 1953 года Аллен был старше Гейтса, но еще в школе держался скромнее и оставался в тени своего приятеля. Их дружба базировалась на общей вере в то, что у компьютеров есть сила, которая может изменить мир. Еще когда их альянс только сформировался, Аллен отметил, что Гейтс был «взрывным и… рад был любым странным развлечениям. У нас было полное взаимопонимание». Они сохранили хорошие отношения и после того, как Аллен, окончив школу, начал учиться в Университете Вашингтона. Тем не менее Аллен так и не получил диплом, поскольку решил устроиться в одну из технологических компаний Бостона. В 1975 году Аллен стал соучредителем Microsoft. Он оставался в компании на протяжении всего периода ее становления и роста вплоть до 1983 года, когда он на время покинул бизнес после того, как ему диагностировали болезнь Ходжкина. К этому моменту Microsoft уже была безусловным лидером мировой индустрии программного обеспечения.

Партнерство Гейтса и Аллена оказалось настолько продуктивным, поскольку было хорошо сбалансированным. Оба были отличными программистами, однако на первых порах Гейтс отвечал главным образом за развитие бизнеса, в то время как Аллен сосредоточился на технической стороне предприятия. Гейтс описывал это так: «Я более решителен и невероятно азартен… веду бизнес, в то время как Пол обеспечивает высокий уровень исследований и разработок». И хотя Аллен идеально дополнял Гейтса, это не значит, что история их отношений была безоблачной. Оба признают этот факт. Например, Аллен быстро пришел к выводу, что не стоит играть с Гейтсом в шахматы, поскольку тот совершенно не умел себя сдерживать и от досады расшвыривал фигуры с доски, если Аллен имел наглость одержать победу. В своих мемуарах, увидевших свет в 2012 году и озаглавленных «Человек идеи», Аллен описывает несколько драматичных эпизодов, не в самом лучшем свете представляющих Гейтса. При этом последний говорит, что у него остались совсем другие воспоминания об этих моментах. Примечательно, что, по словам Аллена, когда выяснилось, что он болен, Гейтс постарался сократить долю своего партнера в бизнесе, в итоге вынудив его покинуть компанию. Уже само название книги намекает на то, что вклад ее автора в успех Microsoft так и не был по достоинству оценен. Тем не менее они были блестящей командой. В 1997 году Гейтс скажет журналу Time: «Мы были настоящими партнерами. Каждый день мы могли разговаривать часами… мы очень близкие друзья, и, я уверен, всегда будем ими оставаться».

У нас было множество разногласий за последние четырнадцать лет. Тем не менее сомневаюсь, что есть другие партнеры, единодушные столь во многом.

Из письма Гейтса Аллену, написанного, когда последний покинул Microsoft в 1983 году

Вскоре после того, как Microsoft вышла на биржу в 1986 году, Аллен стал миллиардером, и, по состоянию на декабрь 2014 года, он обладал активами на сумму в 17,1 миллиарда долларов. Тем не менее, как и Гейтс, он не сидел сложа руки. В 1986 году он основал Vulcan Inc., деятельность которой связана с различными проектами, в том числе благотворительными. Также он владеет командой Seat le Seahawks, одержавшей победу в финальной игре за звание чемпиона Национальной лиги (американский футбол), баскетбольной командой Portland Trail Blazers и футбольным клубом Seat le Sounders. Кроме того, Аллен основал институты изучения мозга и искусственного интеллекта, названные его именем, субсидировал создание первого частного суборбитального корабля SpaceShipOne и финансировал киностудию Стивена Спилберга DreamWorks. Большой любитель музыки (иногда выступающий как гитарист в группе The Underthinkers), он использовал свои связи, чтобы организовать выступления с такими исполнителями, как Пол Маккартни, Мик Джаггер и Боно. Купив несколько очень дорогих реликвий, таких как белый Stratocaster Джимми Хендрикса – ту самую гитару, на которой легендарный музыкант играл на фестивале в Вудстоке, – Аллен организовал Experience Music Project (в настоящее время музей EMP), собрав в здании, спроектированном выдающимся архитектором Фрэнком Гери, стоявшим у истоков деконструктивизма, множество уникальных артефактов. Он также собрал частную художественную коллекцию старых мастеров, которую эксперты считают одной из наиболее значительных на американском континенте. Аллен владеет по крайней мере тремя супер-яхтами, среди которых 126-метровый «Осьминог» стоимостью 200 миллионов долларов, считавшийся в 2003 году самым крупным кораблем в своем классе. На этом судне с экипажем в 50–60 человек есть кинотеатр, звукозаписывающая студия, баскетбольная площадка, бассейн и даже восьмиместная подводная лодка. Работа с Гейтсом может быть очень непростой, но у нее определенно есть свои плюсы.

Справка: Стив Балмер

Гейтс впервые столкнулся с Балмером в Гарварде, и вскоре они стали друзьями. Он присоединился к Microsoft в 1980 году и возглавлял несколько подразделений, прежде чем стать сначала президентом компании в 1998 году, а затем и преемником Гейтса в качестве генерального директора пару лет спустя. Он занимал этот пост до 2014 года, а его собственный капитал оценивался тогда примерно в 22 миллиарда долларов. Уроженец Детройта Балмер на несколько месяцев моложе Гейтса, и, когда они впервые встретились, он занимался прикладной математикой. Оба были заинтересованы в том, чтобы углубить свои знания в области бизнеса, так что Балмер также стал бакалавром в области экономики. Возможно, значительная часть курсов, которые они прослушали, не слишком им пригодилась в дальнейшем, однако и тот и другой придавали большее значение изучению основ ведения бизнеса. Кроме того, в колледже Балмер был менеджером футбольной команды, а также писал для университетской газеты Harvard Crimson и литературного журнала. В отличие от Гейтса и Аллена, Балмер окончил университет, причем получил диплом с отличием, но отказался от продолжения обучения в Высшей школе бизнеса при Стэнфордском университете.

Бизнес Microsoft к 1980 году развивался столь быстро, что Гейтс почувствовал необходимость привлечь менеджера, который оказывал бы ему помощь, и не смог найти лучшего кандидата, чем его друг по колледжу. Балмер стал двадцать четвертым сотрудником компании. Вскоре он уже пользовался в Microsoft репутацией «надсмотрщика» Гейтса. Если основатель Microsoft своими вспышками гнева пугал сотрудников, то Балмер ничуть ему в этом отношении не уступал. Хотя ему не хватало технической смекалки, присущей основателям компании, он яростно защищал ее интересы и стремился содействовать выводу бизнеса на новый уровень. Балмер станет главой нескольких подразделений, в том числе операционного департамента, отдела разработки операционных систем, а также отдела продаж и поддержки, активно работая с американскими и европейскими рынками. Когда Гейтс решил, что пришло время передать бразды правления созданной им компании кому-то другому, Балмер показался ему наиболее подходящим кандидатом. Балмер любит рисковать, как и многие незаурядные предприниматели, он полагает, что значительная часть успеха зависит от готовности руководства компании делать «смелые ставки». Тем не менее его стремление следовать этой тактике привело к отставке с поста генерального директора. После серии поглощений, которая не принесла ожидаемой прибыли, Балмер столкнулся с противодействием совета директоров в отношении многомиллиардной сделки по приобретению производителя мобильных телефонов Nokia. Хотя в итоге покупка и состоялась, в августе 2013 года было объявлено, что Балмер уйдет в отставку. Ходят слухи, что после того, как Балмер стал генеральным директором, их отношения с Гейтсом стали очень напряженными и, более того, что они перестали разговаривать друг с другом. Это весьма печально, поскольку до передачи полномочий Балмеру Гейтс говорил: «Стив – мой лучший друг».

Тем не менее Балмер показал, что жизнь не заканчивается в Microsoft, и через пару месяцев после отставки приобрел команду НБА Los Angeles Clippers. Он заплатил за нее баснословные два миллиарда долларов. Должно быть, с играми этого клуба против Portland Trail Blazers связана особая интрига.

Справка: Чарльз Симони, Натан Мирволд, Кацухико Ниси

Хотя Балмер и Аллен были столпами компании, есть и другие люди, чьи усилия сделали возможной технологическую и финансовую экспансию Microsoft. На самом деле, конечно, мы перечислим далеко не всех. Однако три человека, о которых пойдет речь ниже, заслуживают особого упоминания.

Архитектор программного обеспечения Чарльз Симони родился в Венгрии и переехал в Соединенные Штаты в 1968 году, когда ему было 20 лет. Какое-то время он проработал в легендарном Xerox Palo Alto Research Center (Xerox PARC), где его коллегой был хорошо известный инженер Роберт Меткалф, участвовавший в разработке персонального компьютера Xerox Alto. В 1977 году Симони получил докторскую степень в области компьютерных технологий в Стэнфордском университете, а четыре года спустя познакомился с Гейтсом, предложившим ему возглавить отдел разработки новых приложений. На этой позиции Симони курировал создание Word, Excel и других офисных приложений, заложивших основу долгосрочного успеха Microsoft. Он оставил работу в компании в 2002 году и стал сооснователем компании Intentional Software. Его пятнадцатилетние отношения с известным предпринимателем и телеведущей Мартой Стюарт также попадали в поле зрения СМИ. Располагая личным состоянием, выражающимся числом с девятью нулями, влюбленный в космос Симони успел уже дважды слетать на МКС. Он также активно занимается благотворительностью. Натан Мирволд является «земляком» Гейтса и Аллен – он родом из Сиэтла. Мирволд учился в Калифорнийском университете и Принстоне, где он получил докторскую степень по теоретической и математической физике. Впоследствии он создал технологическую компанию, которую Microsoft приобрела в 1986 году за 1,5 миллиона долларов. С этого началась тринадцатилетняя карьера Мирволда в Microsoft, где он работал в качестве технического директора, а также создал Microsoft Research в 1991 году. Он приложил руку ко многим технологиям, вознесшим Microsoft на вершину мирового рынка программного обеспечения в 80–90 годы. После Microsoft Мирволд успел создать Intellectual Ventures (компанию, специализирующуюся на патентах), стать чемпионом мира в приготовлении барбекю и написать книгу «Кухня в стиле модерн», посвященную научным подходам к приготовлению еды. В 2010 году его состояние оценивалось в 650 миллионов долларов.

Кацухико Ниси родился в 1956 году в Кобе, Япония. В 1977 году он основал компанию ASCII Corporation, издававшую популярный журнал о вычислительной технике и активно работавшую в области разработки программного обеспечения. Ниси, склонный к полноте студент инженерного факультета, присоединился к Гейтсу в 1978 году, когда обоим было немного за двадцать. Ниси, известный под именем Кай, стал представителем Microsoft на Дальнем Востоке и отвечал за сделку с японской компанией NEC, которая открыла Гейтсу путь рынки этого региона. Он также был одним из ключевых участников переговоров с IBM, завершившихся подписанием соглашения о сотрудничестве. Гейтс вспоминает: «В тот вечер Кай первым вскочил и сказал: „Мы должны это сделать, должны!“ Кай – тот человек, который, загоревшись чем-то, верит в это очень сильно. Он встал, объяснил свою точку зрения, и мы просто сказали „Ага!“».

Однако к 1986 году отношения Гейтса и Ниси испортились, во многом из-за экстравагантного поведения и непредсказуемости последнего. Это выражалось в различных вещах, начиная от привычки спать на деловых встречах (в этом отношении, впрочем, как мы увидим, Гейтс и сам не был образцом для подражания), заканчивая безответственными сделками, осуществляемыми от лица компании. Поскольку Microsoft готовилась к IPO, Гейтс хотел ввести в их сотрудничество определенные правила и предлагал Каю постоянную позицию в компании. Однако того это не устраивало. Их разрыв был довольно болезненным и сопровождался резкими комментариями с обеих сторон. В интервью Wall Street Journal Гейтс скажет: «В жизни этого парня просто бардак. Я приношу деньги, а он их выбрасывает. И это, конечно, не может радовать».

Нанимай лучших

Мы умеем находить талантливых сотрудников, которым комфортно работать с другими умными людьми…

Билл Гейтс, Программная речь в Университете Сан-Хосе, 1998

Гейтс старается окружить себя теми, кто разделяет его видение и предлагает свежие идеи, он стремился строить Microsoft, опираясь на талантливых сотрудников, объединенных общими целями. В своем выступлении 1998 года в Университете Сан-Хосе он скажет об этом так: «Нам нравятся заинтересованные люди, горящие работой, болеющие за продукт, технологии; люди, искренне верящие, что в нашей области можно творить чудеса». Те, кто идут работать в Microsoft (награждаемые всевозможными не слишком благозвучными прозвищами, такими как «мелкованы», «мелкостные» или «пропеллеро-головые»), знают, что их ждут тяжкие испытания. Восьмидесятичасовая рабочая неделя, например, вовсе не является чем-то необычным для многих сотрудников. Дэниэл Ичбиа приводит в своей книге «Сотворение Microsoft» такую цитату Гейтса: «Если вы не готовы много работать, полностью выкладываться, чтобы добиться наилучших результатов, это место не для вас». Требования, предъявляемые Гейтсом к сотрудникам, отражают его веру в то, что Microsoft всегда должна выпускать качественную продукцию. «Microsoft создана для того, чтобы производить выдающееся программное обеспечение, – приводит его слова Forbes, – мы не должны быть хороши в чем-то еще». Так что бездельникам тут делать нечего. Однако те, кому удается соответствовать требованиям, могут рассчитывать на многое. И это не только значительное финансовое вознаграждение (впрочем, новым сотрудникам не следует ожидать немедленного обогащения), но и возможность донести свою точку зрения и быть замеченным. В своей книге «Бизнес со скоростью мысли», увидевшей свет в 1999 году, Гейтс провозглашает: «В нашей компании умные люди на любом месте должны иметь право проявлять инициативу».

В интервью для проекта Смитсоновского института «История в аудио- и видеодокументах» Гейтс поясняет:

«В первую очередь мы ориентировались на выпускников школ. Среди ведущих сотрудников было совсем немного опытных, таких как Чарльз Симони, например. Нанимая основную часть программистов, мы искали людей с открытым, не замусоренным сознанием, в котором еще не укоренились другие подходы. Такие люди были готовы учиться нашим методам разработки программ, привнося в работу свой энтузиазм, что мы считали ключевым фактором успеха».

Во многом Гейтс всегда стремился воспроизвести формулу, ставшую залогом первых успехов компании: сотрудники, полные юношеского энтузиазма, не обремененные скепсисом, находящиеся в постоянном поиске возможностей, скрытых в новейших технологиях.

Естественно, если ваша производительность начинает снижаться, это чревато осложнениями. Хотя по меркам отрасли у Microsoft весьма впечатляющие показатели в том, что касается удержания сотрудников, уже долгое время ходят слухи, что каждый год работы в компании лишаются 5 % наименее продуктивных программистов. Как Гейтс сформулировал это (с явным оттенком угрозы) в New York Times в 1996 году: «У концепции поощрения наиболее ценных сотрудников есть и другая сторона. Необходимо удостовериться, что теми, кто не справляется, хорошо управляют, либо назначить их на другие должности».

Сон для слабаков

Мы плевали на то, что в сутках 24 часа, приходили на работу и сидели над программами несколько дней подряд.

Билл Гейтс, «Триумф Ботаников», 1996

Хотя войти в роль «мелкована» совсем непросто, Гейтс не ожидает от своих сотрудников больше, чем он готов сделать сам. Ему всегда были присущи феноменальные – можно сказать нечеловеческие – стандарты в работе, и он вкалывал до тех пор, пока в буквальном смысле не валился с ног. Первые годы существования Microsoft ознаменовались бесчисленными «марафонами» по написанию кодов, участники которых подкреплялись горами пиццы, а перерывы делались лишь для того, чтобы погонять с ветерком по автострадам Нью-Мексико. К своим воспоминаниям, процитированным выше, Гейтс добавляет: «Нас было четверо или пятеро. Были мы и наши друзья. То были веселые деньки». Руководители компании, бывало, начинали дремать на встречах с клиентами – столько сил уходило на разработку приложений. Во время внутренних совещаний Гейтс предпочитал проводить мозговые штурмы, полулежа на полу, что тоже нередко заканчивалось тем, что он проваливался в сон.

Для него сон был чем-то, что важно для слабаков. В 1997 году он пишет в New York Times, что завидует тем, кто может довольствоваться тремя-четырьмя часами сна, потому что у них «настолько больше времени для работы, учебы и развлечений». Суть его отношения к отдыху сводится к следующему. В то время как медицина утверждает, что сон имеет огромное значение для физического, умственного и эмоционального здоровья, Гейтс полагает, что это время, которое можно было бы провести, делая нечто куда более ценное. В конце концов, мы говорим о человеке, который, насколько известно, в период между 1978 и 1984 годами отдыхал в общей сложности 15 дней. Тем не менее Microsoft была одной из первых компаний, которая в 80–90-е годы стала предоставлять сотрудникам рекреационные ресурсы. Убежденный в том, что сотрудник, у которого есть возможность прерваться, бросить все и перевести дух, вернется с новыми силами и мотивацией, Гейтс создал в Редмоде, неподалеку от Сиэтла, штаб-квартиру компании, которая славится своей атмосферой, напоминающей ту, что царит в университетских кампусах. Есть там, например, множество спортивных объектов, в том числе футбольные поля и беговые дорожки, а также кафе и закусочные, которые работают круглосуточно. Многие годы компания проводила ежегодные летние Micro-Games (чем-то сходные с мини-олимпиадами, в которых когда-то участвовал Гейтс на школьных каникулах), но в какой-то момент сотрудников в компании стало так много, что организация этого мероприятия стала чрезмерно сложной.

«Кампус» в Редмонте совсем не похож на те офисы, которые большинству из нас довелось увидеть. Но не стоит на том лишь основании, что вам здесь встретятся беспечные люди в одежде, которую, деликатно выражаясь, можно назвать неформальной, делать вывод, что это место, где можно надолго расслабиться.

Решись мечтать

С самого начала наш лозунг гласил: «Компьютер на каждом рабочем столе и в каждом доме».

Билл Гейтс, 1997

В 2008 году Гейтс скажет в интервью журналу PC Magazine: «Я много мечтал, когда был ребенком». Его нежелание сдерживать свое воображение оказало ему неоценимую услугу, когда он начал свой бизнес в области разработки программного обеспечения – индустрии, даже общие контуры которой в 70-е годы еще не были намечены. Гейтс никогда не позволял страху перед неизведанным ограничивать его амбиции. Говорит за себя тот факт, что одним из вариантов названия их предприятия, который они придумали с Алленом, было «Компания с ограниченной ответственностью „Без границ“». Возможно, именно Apple ввел в обиход фразу «Думай иначе», однако это философия, которую так же в полной мере разделял и Гейтс. «Наша бизнес-стратегия с самого начала резко отличалась от подходов всех компьютерных компаний того времени, – скажет Гейтс слушателям во время выступления в Университете Сан Хосе в 1998 году. – Мы решили сосредоточиться исключительно на разработке крупных программных пакетов, а не на аппаратуре и чипах. Только на программах». Сейчас, во времена, когда на рынке работает бесчисленное множество разработчиков приложений, это может показаться странным, но в то время это был шаг, требующий огромного мужества, и Гейтс не дрогнул ни на мгновение. Прагматичный, а иногда и безжалостный в бизнесе, Гейтс вступил в игру не только ради быстрых денег. Подобно большинству выдающихся предпринимателей, у него всегда был долгосрочный план. В интервью журналу PC Magazine в 2008 году он пояснит: «Мы [Microsoft] видели дальше, чем кто бы то ни было еще». Более того, хотя он и был прирожденным бизнесменом, Гейтс в первую очередь считал себя ученым и изобретателем. Например, в своем интервью журналу Playboy в 1994 году Гейтс заявит: «В своих размышлениях я посвящаю бизнесу, наверное, не более 10 процентов времени. Бизнес не так сложен. Это не то, что мне хотелось бы указывать на своей визитке. Я – ученый». Два года спустя Рэндалл Стросс процитирует Гейтса в своей книге «Путь Microsoft»: «…будущее – вот что имеет значение. Вот почему я не слишком часто оглядываюсь назад». Присущие Гейтсу и Аллену решимость и способность заглянуть в будущее позволили Microsoft закрепиться в новой отрасли на стыке 70-х и 80-х годов. Они быстро создали команду из девяти основных специалистов, и к 1980 году штат компании насчитывал уже 32 человека. Сделки с такими компаниями, как MITS, Commodore и Apple, гарантировали, что работы будет хоть отбавляй. Затем Гейтс заключит «сделку его жизни» с неоспоримым лидером отрасли того времени – IBM. В этой компании тогда работало свыше 300 тысяч человек, другими словами, примерно 10 тысяч на каждого сотрудника Microsoft. Это был альянс Давида и Голиафа, хотя Гейтс оказался настолько прозорлив, что условия сделки позволили его компании в итоге намного опередить IBM с точки зрения рыночной стоимости. В 1983 году журнал Time нарушил традицию и не выбирал «Человека года», вместо этого назвав компьютер «Машиной года». Гейтс и Джобс были теми людьми, которые в наибольшей степени отождествлялись с происходящей революцией. Годом позже сам Гейтс впервые появится на обложке Time. Еще через два года Microsoft станет публичной компанией, вознеся Гейтса в ранг самого молодого миллиардера в мире. Это был потрясающий взлет – между отчислением из колледжа и превращением во всемирную знаменитость прошло чуть больше 10 лет. Это тем не менее не было чем-то выходящим за рамки ожиданий, которые были у самого Гейтса в 1975 году, когда он и Аллен обсуждали свои мечты и планы, лучше всего выраженные во фразе, предпосланной к этой главе – компьютер на каждом рабочем столе и в каждом доме. То, что многим казалось фантастикой, быстро стало реальностью в Microsoft. Но Гейтс стремился к большему. Появление графической операционной системы Windows в 1985 году (поначалу несовершенной), вместе с приложениями для офисной работы, включающими в себя Word и Excel, позволило Microsoft сделать еще один рывок вперед. К середине 90-х годов компания добилась мирового господства (мы вполне осознанно используем именно этот термин) на рынке программного обеспечения, а затем, пусть и с небольшим опозданием, смогла подняться на гребень волны в индустрии, связанной с Интернет.

Этот успех породил еще более смелые мечты. «Теперь мы можем себе позволить сделать пару ошибок, но не можем себе позволить не попытаться, – цитирует Гейтса в 1995 году в журнале Fortune Брент Шлендер. – Microsoft теперь занят исключительно стремлением к далеким горизонтам. Но, эй, мы можем достичь горизонта. Все ожидают, что мы его достигнем. Мы любим далекие горизонты». Составить представление о том, каким он видел тогда будущее, можно по такой цитате из уже упомянутой книги Рэндалла Стросса: «Будущее компьютеров – машина, которая говорит, слушает, видит и учится».

За последние годы Гейтс перенес столь же высокие стандарты на свои благотворительные проекты – деятельность, направленную на решение самых значимых глобальных проблем. В качестве примера можно рассмотреть его предложения по борьбе с климатическими изменениями, представленные в Wired: «Если вы хотите быть лапочкой, начните со своего дома. Установите на крыше солнечные батареи – будет круто! Но если вы действительно заинтересованы проблемой энергетики во всей ее полноте, то поймете, что ее решение в [крупномасштабных солнечных электростанциях] в пустыне». Это слова человека, который ставит перед собой самые амбициозные цели.

Большая сделка Microsoft

Я был инициатором. Я был тем парнем, который сказал: давайте попробуем что-то продать реальному миру.

Билл Гейтс. Цитируется по Hard Drive, 1992

В 1980 году Гейтс заключил сделку, которая превратила Microsoft из перспективной компании в глобальную корпорацию. С 2,5 миллиона долларов годового оборота Microsoft быстро выросла до многомиллиардного бизнеса. Эта возможность представилась, когда самый известный игрок того времени – IBM – решил обратить внимание на рынок персональных компьютеров. Не вызывает сомнений тот факт, что IBM была очень сильна в своих традиционных сегментах – обеспечении высокотехнологическим оборудованием бизнеса и крупных организаций. Но в данном случае все было иначе. К 1980 году компания стала столь крупной, что ее деятельности уже не хватало быстроты и гибкости – качеств, которыми Microsoft обладала в избытке. В Кремниевой долине попытки IBM создать сколько-нибудь приемлемую операционную систему для своих персональных компьютеров были секретом Полишинеля. Гейтс и команда Microsoft не могли не привлечь к себе внимание, так что в итоге руководство IBM обратилось к ним в поисках аутсорсингового решения. Гейтсу в ту пору еще не исполнилось 25 лет, но в нем распознали очень перспективного профессионала, прекрасно разбирающегося в проблемах индустрии, несмотря на юный возраст.

Рассказывают, что на первую встречу с сотрудниками IBM, носившими строгие деловые костюмы, Гейтс явился в футболке и брюках свободного кроя. Все чувствовали себя довольно неловко, так что лидер Microsoft решил перед следующим совещанием облачиться в рубашку и галстук. Однако представители IBM пришли на него одетыми в стиле Гейтса! Несмотря на разночтения в вопросах моды, Гейтс сделал все возможное, чтобы предложить им полезное решение. Поначалу он рекомендовал IBM связаться с партнерами Microsoft из Digital Research Inc., поскольку собственной операционной системы у компании не было.

К несчастью для Digital Research (и к счастью для Гейтса и его команды), переговоры зашли в тупик, так что руководители IBM снова обратились за помощью к Microsoft. Гейтс согласился разработать в их интересах операционную систему. Как и в случае с MITS несколькими годами ранее, Гейтс пообещал предоставить то, чего у него еще не было, так что требовался очень неординарный ход, чтобы выполнить свои обязательства.

Он связался с программистом из Сиэтла Тимом Патерсоном, который незадолго перед этим создал передовую операционную систему, получившую название Q-DOS (Quick and Dirty Operating System). Гейтс приобрел права на этот продукт. Оценки в отношении уплаченной суммы разнятся, но, как полагают, речь шла примерно о 50 тысячах долларов. И это, несомненно, была одна из лучших покупок в жизни Гейтса. Затем в Microsoft приступили к реконфигурированию Q-DOS с учетом потребностей IBM и представили ее под названием MS-DOS (Microsoft – Disk Operating System). В IBM вздохнули с облегчением – они зарегистрировали и начали реализацию этой системы под маркой PC-DOS.

Гейтс знал, в какой сложной ситуации находились его заказчики, и, будь он человеком иного склада, возможно, попытался бы сразу получить максимальную прибыль от этого проекта. Вместо этого он поступил совершенно иначе, будучи уверенным в том, что реальную выгоду принесет такая организация взаимодействия, при которой удастся захватить доминирующую позицию на рынке операционных систем. Именно поэтому он подписал соглашение, по которому за сравнительно небольшую единовременную выплату IBM получала MS-DOS, однако, что крайне важно, Microsoft сохраняла за собой авторские права на этот продукт. Гейтс шел на риск, но он рассчитывал на то, что многие компании подобно IBM начнут производить персональные компьютеры, и, когда это произойдет, у него будет готовая операционная система, для того чтобы предложить ее рынку. Это был обдуманный риск, и он окупился сторицей.

IBM PC поступила в розницу с тремя пакетами программного обеспечения на выбор, и PC-DOS была только одним из них. Благодаря тому, что эту операционную систему IBM получила за небольшие деньги, она оказалась самой доступной из всех. Это имело решающее значение в долгосрочной стратегии Гейтса, поскольку он понимал, что конечный результат будет предопределен тем, какой из пакетов окажется самым популярным у покупателей IBM PC. Разумеется, низкая цена помогла PC-DOS завоевать потребителей. Учитывая влияние IBM в компьютерной отрасли, нарастающие объемы продаж привели к тому, что Microsoft создала себе репутацию высококлассного поставщика программного обеспечения. PC-DOS стала отраслевым стандартом. Более того, как и рассчитывал Гейтс, более сотни других производителей вскоре обратились к нему за лицензиями на эту операционную систему. Помимо этого ряд ведущих игроков на рынке оборудования, таких как Sony, NEC и Matsushita, заказали Microsoft разработку различных пакетов и приложений. В денежном выражении продажи компании выросли в период между 1980 и 1981 годами более чем вдвое. Вскоре Microsoft стал лидирующей компанией на стремительно развивающемся рынке программного обеспечения.

Придумывай, изобретай, совершенствуй

Мы говорим своим сотрудникам – если ни одна ваша идея не стала объектом насмешек, возможно, вам не хватает креативности.

Билл Гейтс, New York Times, 1996

В 2003 году Гейтс скажет Newsweek: «Прорывом является то, что изменяет поведение сотен миллионов людей, то, что невозможно у них отнять. Вы только попробуйте – и услышите: „Нет, вы не отберете у нас это!“ Прорывы чрезвычайно важны для нас. Именно за них нам платят деньги. Иначе люди, купившие сейчас наши программы, будут продолжать пользоваться ими до скончания века и больше не потратят на нас ни цента».

Эта решимость выйти за границы существующих технологий и первым предоставить заказчикам продукты, которые им понравятся, позволяет Microsoft оставаться на вершине уже четвертый десяток лет. Однако притом, что Гейтс как никто понимает финансовую ценность инноваций, он также видит и нечто большее. Как он сказал MIT Technology Review в 2010 году: «Поверьте, когда кто-то в качестве предпринимателя фанатично работает над созданием нового, польза для всего мира оказывается огромной». Что бы кто ни думал о Microsoft как о компании, никто не сможет отрицать, что ее разработки полностью изменили подходы к работе (и к отдыху) во всем мире. На протяжении долгого времени репутация Гейтса, считавшегося безжалостным бизнесменом, создавала неверное представление о его жизненной философии, однако те, кто хорошо его знал, никогда не склонны были недооценивать его как мыслителя. Рич Карлгаард, издатель журнала Forbes, как-то заметил: «Былое различие между идеями и продуктами, эфемерным и осязаемым, испаряется». Гейтс во многих отношениях олицетворяет эту тенденцию. Его любовь к инновациям в области компьютерных технологий огромна. Смитсоновский журнал в 1996 году задал Гейтсу вопрос о том, какое историческое событие он хотел бы увидеть. Гейтс выбрал изобретение транзистора в Bell Labs в 1947 году. Это был, как он сказал, «ключевой момент, предопределивший начало информационной эры».

Кроме того, Гейтс боится, что конкурентам удастся его опередить. В книге Паскаля Захари «В центре внимания» приводится такая фраза Гейтса: «Вы всегда должны думать о тех, кто может подкрасться незаметно». Согласно свидетельству человека, которым восхищается Билл Гейтс, – основателя корпорации Intel Эндрю Гроува, решившего назвать свою автобиографию «Выживут только параноики», – это ощущение очень хорошо знакомо всем, кто работает в безжалостном мире Кремниевой долины.

Гейтс знает, что от неудачи всегда отделяет лишь пара шагов и что в претендентах на престол нет недостатка. «В индустрии, которая быстро развивается, – скажет он во время своего выступления в Калифорнии в 1997 году, – успешными оказываются те компании, которые способны опередить тенденции и создать новые, действительно полезные приложения». В том же году Гейтс поясняет Businessweek: «Мы придерживаемся подхода, нацеленного на перспективу. Это означает, что мы вкладываем много средств в исследования и разработки, чтобы понять, какие тенденции будут превалировать в будущем, и одновременно оставаться конкурентоспособными в том, что касается создания продуктов уже сейчас». Натан Мирволд, в то время технический директор Microsoft, обозначил это еще более ясно: «Единственный способ получить доступ к стратегически важным технологиям – создать их самим».

Не почивать на лаврах

Поучительная история легендарной Xerox PARC побудила Гейтса еще активнее заниматься развитием новых продуктов. Созданная компанией, которая сделала себе имя на рынке печати, Xerox PARC стала пионером индустрии, разработчиком многих прорывных технологий семидесятых годов, в том числе и в сегменте персональных компьютеров. Тем не менее ей не удалось конвертировать эти достижения в финансовые показатели, и в итоге она проиграла таким игрокам, как Apple и Microsoft. Гейтс был полон решимости не встать на путь этой компании.

Таким образом Гейтс потратил много времени и усилий на то, чтобы создать благоприятную обстановку для НИОКР (научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ). В 2003 году в своем интервью для документального проекта Смитсоновского института «История в аудио- и видеодокументах» Гейтс говорит:

«Пересматривать то, чем мы занимаемся, необходимо каждые три года. Если компания не меняется, ее не обгонит только ленивый, и тому есть множество прекрасных примеров… Я всегда считал, что среда, в которой ведется разработка, должна доставлять удовольствие и чем-то походить на кампус университета».

В самом деле, у Microsoft репутация компании, в которой царит почти студенческая атмосфера, а сотрудники нередко дурачатся во время работы. Гейтс описывает программное обеспечение как сочетание искусства и техники, той смеси, что должна перебродить какое-то время. В 1996 году в интервью Advertising Age он говорит: «У людей должно быть время подумать». Во время своего выступления в колледже Святого Иоанна (Кембридж) в 1996 году Гейтс скажет: «Красота исследований отчасти состоит в том, что великие умы собираются вместе, не заботясь о временных ограничениях». Конечно, Microsoft пользуется сомнительной славой компании, задерживающей, иногда на несколько лет, выпуск новых версий Windows. Но Гейтс яростно защищает право разработчиков откладывать реализацию продукта до тех пор, пока он не будет соответствовать требованиям рынка. «Если вы считаете качество главным, – заявит он InfoWorld в 1994 году, – всегда будет оставаться некоторая неопределенность в отношении сроков… Точная дата выхода продуктов не может быть задана. И точка».

Также Гейтс предпочитает строить небольшие команды для выработки идей. Financial Times приводит в 1996 году его комментарий на этот счет: «Размеры обратно пропорциональны качеству. Даже если мы действительно большая компания, мы не можем мыслить как большая компания – тогда нам конец». Идеальная команда не должна насчитывать более 35 человек, вне зависимости от того, над каким проектом она работает, – вот подход, которого Гейтс старался придерживаться, даже когда расширение его компании стало действительно стремительным. Он пытался создавать своеобразные миниорганизации, действующие внутри компании. «Небольшие группы могут эффективно взаимодействовать, и они не обременены довлеющей над ними большой структурой, замедляющей работу», – говорит Гейтс Industry Week в 1995 году. Кроме того, он насаждал отношение к исследованиям и разработкам, в основе которого лежат потребности и пожелания клиентов, поиск простых и изящных решений. «Проблема состоит не в том, что мы проявляем мало заботы, а в том, что все становится слишком сложным», – скажет он во время торжественной речи в Гарварде в 2007 году.

Разумеется, Microsoft Labs смогли избежать печальной участи Xerox PARC, блестящими идеями которой воспользовались совсем другие компании. С целым портфолио решений, изменивших ландшафт отрасли, таких как MS-DOS, Windows, Of ce, Internet Explorer и Xbox, Microsoft стал едва ли не эталоном в том, что касается лидерства на рынке и конвертации идей в прибыль. В том же интервью Industry Week Гейтс размышляет о том, что «предпринимательский образ мышления продолжает процветать в Microsoft, потому что одной из наших главных целей является реинкарнация нас самих – мы должны быть уверены, что именно мы заменяем наши же продукты, а не кто-то другой».

Стресс-тест для ваших идей

В основу каждого значимого решения Microsoft заложен конфликт. Эта компания постоянно находится в состоянии войны. Не только с конкурентами, но и с самой собой.

Паскаль Захари, «В центре внимания», 1994

Учитывая, что идеи являются главным в его бизнесе и в его мировоззрении, Гейтс воспринимает их очень серьезно. Если кажешься, что возникла хорошая идея, он любит устраивать ей проверки, подвергая серьезным испытаниям. Одобряются только те, что проходят эту проверку. Он считает, что хороший менеджер никогда не должен возвращаться к уже принятым решениям, потому что он уже всесторонне проанализировал все однажды и выбрал верные с первого раза (о чем подробнее будет рассказано в главе «Веди за собой»). Поэтому вы можете не сомневаться, что после того, как идея получит его одобрение, он будет верить в нее и отстаивать. Тем не менее добиться этого очень непросто. Есть множество историй о том, как Гейтс отвергал разумные предложения, озвученные коллегами, не слишком обременяя себя деликатностью и не заботясь о чувствах других людей. Он известен как человек, который может ругаться и кричать на совещаниях, с легкостью раздавать едкие эпитеты, не опасаясь возникающих конфликтов. Само собой, все только ради проверки истинности гипотез. Он придерживается, если угодно, дарвинистского подхода, считая, что только самые сильные идеи заслуживают того, чтобы выжить. Он часто заявляет: «Самая тупая [вставьте сюда нецензурное слово по вашему выбору] вещь, которую я когда-либо слышал» – реакция, обескураживающая даже самых компетентных и уверенных в себе собеседников. Однако Гейтс искренне верит, что это допустимый способ проверки предложения, а вовсе не оскорбление того, кто его озвучивает. В интервью Playboy в 1994 году он утверждает:

«Я никогда не критиковал людей, я критикую идеи. Когда я думаю, что нечто является пустой тратой времени или попросту неверно, то не буду тянуть резину. Прямо так и скажу. Мы живем в режиме реального времени. Так что в ходе какого-нибудь совещания вы можете сто раз услышать, как я называю ту или иную идею самой тупой из всех, что мне доводилось слышать».

Многие пали жертвой этой его манеры, а кое-кому и вовсе не удалось оправиться от нее. Однако Гейтс ценит тех, кто может с ним поспорить. Хотя многие обвиняют его в оскорбительном поведении, он в то же время уважает людей, защищающих свою точку зрения. На корпоративном видео 1990 года программист Microsoft Крис Петерс советует: «Никогда не скрывайте что-то от Билла, потому что он отлично во всем разбирается. Но вы должны быть решительными, способными рявкнуть в ответ… Умейте сказать „нет“. Билл уважает „нет“».

Гейтс также готов признать, что может быть неправ. Натан Мирволд, регулярно принимавший участие в мозговых штурмах вместе с ним, отдает должное этой способности босса. Это, однако, тоже часть метода Гейтса, благодаря которому он рассчитывает добиться того, что лишь лучшие идеи пройдут отсев. Эта стратегия, даже если ее сложно назвать изысканной, безусловно, оказалась весьма эффективной.

Гейтс и интеллектуальная собственность

Огромный успех пришел к нам, когда мы стали собирать все, что востребовано, и предлагать дальнейшее развитие… чтобы объединить все, что создано, и облегчить сосуществование систем.

Билл Гейтс, 1997

Высокотехнологический бизнес, базирующийся на идеях, поднимает множество сложных вопросов, касающихся интеллектуальной собственности. Это та область, в которой можно обнаружить противоречивость подхода Гейтса, в зависимости от того, чью интеллектуальную собственность мы рассматриваем. Согласно определению Всемирной организации интеллектуальной собственности, к таковой относятся «творения человеческого разума: изобретения; литературные и художественные произведения; символика, названия и изображения, используемые в коммерческих целях». В более широком смысле это все, что юридически защищено патентами, авторскими правами и торговыми марками, часто обозначаемыми небольшими символами на товарах. Однако точно установить, что именно составляет интеллектуальную собственность, весьма непросто, и это одна их тех областей, где принятые решения могут иметь огромные финансовые последствия. Так что Билл Гейтс и юристы Microsoft на протяжении многих лет оставались частыми гостями различных судебных инстанций как в США, так и за рубежом. Им довелось поучаствовать в многочисленных слушаниях. И тех, на которых их обвиняли в присвоении чужой интеллектуальной собственности, и тех, где сами выступали в роли истцов.

С одной стороны, в начале своей карьеры Гейтс на совершенно законных основаниях участвовал в развитии и совершенствовании чужих продуктов. Например, во время сотрудничества с MITS он создавал решения, базирующиеся на используемом и сегодня языке BASIC. Позже он модифицировал уже существовавшую операционную систему для IBM, и в обоих случаях ничьи права не были нарушены.

Гейтс всегда был уверен в том, что Microsoft не ворует чьи-то решения, но удачно использует различные идеи, объединяя и улучшая уже существующие концепции. Многие известные эксперты рассуждают о том, что Кремниевая долина возникла благодаря свободному обмену идеями, став плавильным котлом, в котором они могли развиваться. В таких условиях неизбежно появляются те, кто чувствует себя незаслуженно обойденным, упустившим прибыль от своих изобретений. Часто победителем в итоге оказывался тот, кто мог правильно обыграть идеи и первым предложить их рынку. В 1991 году Гейтс напишет в корпоративной почте Microsof: «Если бы, когда была придумана большая часть сегодняшних идей, люди понимали, как выдаются патенты, и получили бы их, отрасль сегодня находилась бы в полном бездействии».

Другими словами, если бы разработчики с самого начала были более прижимистыми в том, что касается патентования, обмен идеям стал бы невозможен и вся отрасль не смогла бы быстро развиваться. С другой стороны, Гейтс очень решителен в вопросах защиты интеллектуальной собственности. Еще когда он только начинал свой бизнес, он написал весьма эмоциональную статью, в которой яростно критиковал тех «любителей», которые занимаются нелегальным копированием программного обеспечения Microsoft. Он выдвигал очень простой аргумент: разработчики должны получать деньги за свою работу. В своем знаменитом «Открытом письме любителям» он саркастически интересуется: «Как вы знаете, большинство из вас пользуется краденным программным обеспечением. За оборудование надо платить, а программу можно взять просто так. Кого волнует, получают ли те, кто ее создал, какие-то деньги?» Тезис Гейтса сводится к тому, что, если у них не будет такой возможности, основной стимул для развития индустрии пропадет. В итоге проиграют все.

В Microsoft начали патентовать все, что только можно, и преследовать тех, кто, по мнению компании, посягнул на ее права. В 2004 году Стив Балмер заявил, что только при создании операционной системы Linux были нарушены 235 патентов Microsoft. Таким образом, патенты стали существенной частью бизнеса компании, принося миллиарды долларов каждый год и обеспечивая работой множество сотрудников, объединенных в отдельный департамент. Между тем в Microsoft утверждают, что правильная политика в области патентованного права является обязательным условием для того, чтобы обеспечивать технологические прорывы.

Гейтс придерживается аналогичного подхода и в своей филантропической деятельности. Он настаивает, что законодательство в области защиты интеллектуальной собственности играет решающую роль в разработке и внедрении передовых под ходов, ориентированных на решение глобальных проблем. Почему, например, фармацевтическая компания должна вкладывать огромные средства в разработку лекарств от болезней, свирепствующих в Африке к югу от Сахары, если она не может рассчитывать на возврат своих инвестиций? Этот подход не всегда убедителен для его критиков, в частности потому что однажды сам Гейтс заявил, что «у интеллектуальной собственности срок хранения как у банана». Кроме того, многие полагают, что Гейтс не слишком озабочен вопросами соблюдения прав собственности, если они принадлежат не ему.

Патентовать, как Гейтс

Примечательно, что свой первый патент Microsoft получила только в 1986 году и до 1990 года оформила еще лишь десять. Тем не менее в 1991 году была издана внутренняя инструкция, которая ознаменовала резкое изменение концепции компании. Опасаясь, что «некоторые крупные игроки запатентуют очевидные компоненты интерфейса, объектного подхода, алгоритмов, расширений для приложений или других критически значимых технологий», тем самым гарантировав себе прибыль на долгие годы вперед, Гейтс предложил «обмен патентами с большими компаниями и стратегию, в рамках которой мы патентуем все, что только возможно». К 2009 году число патентов Microsoft перевалило за 10 тысяч, и каждый год компания подает новые заявки еще на добрые две с половиной тысячи.

Например, в 1997 году Wall Street Journal привел слова Даниэля Бриклина, основателя Trellix Corp, о сотрудничестве с Microsof: «Очень страшно танцевать со слоном. Они смотрят на то, что вы делаете, а потом забирают все, что захотят».

Несомненно, самым известным случаем, когда Гейтс бился (и победил) за интеллектуальную собственность, является противостояние со Стивом Джобсом и компанией Apple. После того как Microsoft выпустила Windows, Apple обратилась в суд, утверждая, что команда Гейтса украла «внешний вид» пользовательского графического интерфейса Apple, ставшего популярным, благодаря успеху Mac. Дело тянулось несколько лет, прежде чем в 1994 году суд вынес решение в пользу Microsoft, и породило множество интересных вопросов о том, что может быть предметом интеллектуальной собственности, а также где проходит грань между кражей и легальным развитием существующей технологии. Гейтс был особенно откровенен в этом вопросе, когда речь зашла о том, чем обе компании обязаны Xerox PARC. Ставшая теперь уже легендарной стычка в офисе Apple упоминается в биографии Джобса, написанной Уолтером Айзексоном в 2011 году:

«Вы нас обворовываете! – кричал Джобс. – Я вам доверял, а теперь вы у нас воруете!»

Гейтс спокойно взглянул на Джобса и холодно парировал: «Что же, Стив, думаю, на происходящее можно посмотреть иначе. Ситуация скорее такая – у нас с тобой был богатый сосед по имени Xerox, и когда я залез к нему в дом, чтобы стащить телевизор, обнаружил, что ты уже украл его».

Веди за собой

Я бы не назвал «нежность» основной чертой Microsoft или менеджмента компании.

Стив Балмер, Wall Street Journal, 1998

Похожий на вечного студента, с манерой речи и стилем выступлений, не слишком соответствующими эталонам ораторского искусства, Гейтс не выглядит как выдающийся лидер. Присущая ему склонность к разговорным словечкам вроде «отпадно!» едва ли позволяет принять его за кого-то, подобного Уинстону Черчиллю. Тем не менее во многих отношениях он стал одним из самых значительных лидеров современности. В двух совершенно разных областях (разработке программного обеспечения и филантропии) он умудряется сочетать такие качества, как креативное мышление, прагматизм, организаторские способности и умение вдохновлять тех, кто работает с ним.

Как уже отмечалось, у Гейтса репутация человека, который часто бывает невыносим, когда общается с коллегами или сотрудниками Microsoft. Оскорбительные реплики, склонность перебивать собеседников, неприкрытый сарказм, неконтролируемые вспышки гнева во время дискуссий, сопровождаемые переходом на крик (хотя кое-кто считает, что Гейтс делает это вполне осознанно), присущи ему наравне со странной привычкой раскачиваться в состоянии глубокой задумчивости и начисто игнорировать вопросы, на которые Гейтс не хочет отвечать. Вместо этого он может просто уставиться на собеседника. Многие его сотрудники боялись приглашения зайти в кабинет босса. Как он сам скажет Newsweek в 2000 году, вскоре после отставки с поста CEO: «Это была бесчеловечная работа. Она предъявляет вам немыслимые требования». Тем не менее, чтобы стать хорошим руководителем компании, совершенно не обязательно быть самым популярным парнем в офисе. Несмотря на то что с ним иногда было очень сложно иметь дело (временами у него случались скандалы даже с такими высокопоставленными фигурами, как Балмер и Аллен), сотрудники были преданы ему, а достигнутые результаты невозможно переоценить. Несмотря на первое впечатление, Гейтс обладает многими качествами лидера, органичными именно для него. Как он признался во время выступления на историческом проекте Смитсоновского института в 2003 году, желание вести за собой было присуще ему уже в школе. Приятели, с которыми он организовал группу Lakeside Programmers, сперва изгнали его, а затем позвали обратно. «Я сказал другим программистам: если вы хотите, чтобы я вернулся, я должен возглавить проект, – поясняет Гейтс. – Но это опасный выбор, потому что, если я стану лидером в этот раз, я захочу оставаться им всегда».

Хотя стремление к лидерству свидетельствует об определенном эгоизме, Гейтс хорошо понимает, что настоящий руководитель взращивает компанию, которая может процветать почти независимо от него. В 2006 году на пресс-конференции, во время которой Гейтс объявил об уходе с постоянной работы в Microsoft, он сказал: «Мир уделяет мне слишком много внимания». Таким образом, лидерство для Гейтса не столько путь возвеличивания себя, сколько возможность убедиться в том, что работа ведется в соответствии с его высокими стандартами. У него есть завидная способность сфокусироваться на стоящей перед ним задачей и работать не жалея сил и времени, чтобы убедиться, что его бизнес функционирует так, как он хочет. Гейтс работает не только упорно, но и очень методично. Например, он редко посещает заседания, если у него не подготовлен краткий обзор всех вопросов, которые будут обсуждаться на этой встрече. В 1996 году он скажет New York Times: «Когда я иду на совещание, я держу в голове определенные цели. Там не бывает светской болтовни, особенно если это встреча с коллегами, которых я хорошо знаю». Он твердо убежден, что стоит попотеть над какими-то вопросами сразу, чтобы не делать бессмысленную работу позже. Убедившись в том, что он разобрался во всех тонкостях вопроса, Гейтс уверен в том, что сможет точно обозначить задачи с первого раза.

«Не принимайте одно и то же решение дважды. Всесторонне обдумайте вопрос, чтобы определиться с первого раза и не возвращаться к нему потом».

Билл Гейтс, 1997

Он уверенно управляет бизнесом, отталкиваясь от фактов и руководствуясь инстинктом. Каждый сотрудник должен быть готов объяснить, как и для чего он делает свою работу, в то время как новые идеи подвергаются самому пристальному изучению. Но Гейтс также доверяет своему внутреннему голосу. В 1997 году он скажет Time: «Сейчас я уже не думаю, как раньше, что IQ решает все. Для успеха, помимо высокого IQ, вы должны уметь делать выбор и широко мыслить». Он разовьет эту мысль, в ходе выступления 2008 года, посвященного креативному капитализму, заявив: «Рациональность имеет свои пределы».

Если вам покажется, что Гейтс принимает свою роль лидера чересчур серьезно, то следует отметить, что он совсем не забывает о развлечениях, как для себя, так и для тех, с кем он работает. Спонтанные вспышки озорства, когда Гейтс начинает попросту дурачиться, Эд Робертс (руководитель MITS) как-то прокомментировал так: «Он чем-то похож на Элвиса Пресли – никогда не станет взрослым». Это правда, что в Гейтсе есть что-то от Питера Пэна, и не только с виду. Он сохраняет наивную веру, что можно сделать все, что угодно, и что он именно тот человек, который на это способен. В своем выступлении в Колумбийском университете в 2009 году он скажет: «Бывают такие волшебные моменты, когда вы должны верить в себя. Моменты, когда вы доверяете себе и говорите да, все может получиться, – вы должны ухватиться за них, потому что их будет не так уж много».

Кроме того, не приходится сомневаться, что Гейтс не тратит свое время на то, что не кажется ему захватывающим. Достаточно привести такой его комментарий о своей работе, данный в интервью Time в январе 1997 года: «Она и сейчас кажется мне обалденной». Но, пожалуй, наиболее точно он сформулировал эту мысль в New York Times годом ранее:

«Даже сейчас мне совершенно не интересно делать деньги ради них самих. Если бы пришлось выбирать между моей работой и огромным богатством, я бы выбрал работу. Вести за собой тысячи талантливых, ярких людей гораздо круче, чем владеть большим счетом в банке».

Итоги его деятельности в роли генерального директора были подведены консультантом Аланом Бру, слова которого приводит Wall Street Journal: «Билл Гейтс – это Microsoft … Характер всей компании вылеплен по образу и подобию ее боевого, юного, заносчивого лидера».

Учись на своих ошибках

Ваши самые недовольные клиенты – лучший объект изучения для вас.

Билл Гейтс, «Бизнес со скоростью мысли», 1999

Следует отметить, что многие величайшие спортсмены говорят, что радость, которую они испытывали после своих выдающихся побед, была сравнительно недолгой. Их стремление к новым высотам в большей степени подстегивается желанием избежать провала, чем удовольствием от успехов. Это черта, которая присуща и Биллу Гейтсу. Он не любит почивать на лаврах. Вместо этого он всегда готовится к новым вызовам. В 1995 году в книге «Дорога в будущее» он пишет: «Успех – плохой учитель. Он заставляет умных людей думать, что они не могут проиграть».

Годом ранее он затронул эту тему в интервью журналу Playboy, заметив: «Страх должен направлять нас, но оставаться при этом скрытым. У меня есть один страх. Я всегда боюсь потерпеть поражение». Это постоянное беспокойство кто-то может посчитать надуманным, но оно заставляет его критически оценивать все свои достижения, которые большинству простых смертных могут показаться безупречными.

В своей работе 1999 года «Мастера бизнеса», посвященной современным предпринимателям, Генри Брандс приводит такое высказывание Гейтса: «Я всегда был очень суров в оценках того, что мы сделали неправильно. Мы не слишком много времени проводим, думая о вещах, которые нам удались. Но мы можем быть безжалостны к себе, анализируя то, что у нас не получается». Несмотря на то что он создал компанию, являющуюся мировым лидером на рынке программного обеспечения, а также стал самым богатым человеком в мире, было несколько неудач, о которых Гейтс может вспоминать до сих пор. На заре развития Microsoft его самым большим разочарованием было то, что базирующаяся в Юте компания Novell нанесла упреждающий удар на едва зарождающемся рынке LAN (локальных вычислительных сетей). Речь идет о технологии, благодаря которой несколько компьютеров могут быть соединены в пределах определенной территории. Вытесняя доминировавшую прежде модель мейнфреймов, LAN сыграли огромную роль в наступлении эры ПК. И Гейтс был очень огорчен из-за того, что не успел вскочить в этот поезд.

Еще одной заметной неудачей был Microsoft Bob, анимированный персонаж, представленный компанией в конце 90-x в качестве помощника для пользователей. К сожалению, это приложение было настолько требовательным к аппаратной части, что нередко оказывалось скорее помехой, чем помощью, так что ему не удалось завоевать сердца большого числа потребителей. В тот раз Гейтс решил, что компания переоценила развитие рынка, и он был просто не готов к таким решениям. (Между прочим, хочется думать, что Гейтс не отправился устраивать разнос менеджеру этого проекта, которым была не кто иная, как Мелинда Френч – будущая миссис Гейтс.)

Но каждая неудача, в конечном счете, становилась для Гейтса стимулом, чтобы стать еще сильнее. Как он сказал в 1998 году:

«Обычно компании склонны действовать согласно поговорке „Хорошие вести не ждут на месте“. О, мы только что выиграли тендер! О, дела идут прекрасно! Но хорошие новости имеют один изъян: они не требуют принятия мер… Зато плохие новости взывают к немедленному действию. Чем раньше до вас дойдут плохие известия, тем лучше для вас: тем скорее вы соберетесь с силами, измените план производства, переговорите с людьми и реально разберетесь в проблеме».

Интернет: успеть в последний момент

Иногда нас застигают врасплох. Например, когда появился Интернет, для нас он был где-то на пятом или шестом месте по приоритету…

Билл Гейтс, 1998

К началу двухтысячных годов разработанный Microsoft браузер Internet Explorer (IE) занимал доминирующее положение на рынке. Хотя новые игроки, такие как Firefox и Google Chrome, заметно изменили ландшафт индустрии в последние годы, IE остается одним из самых известных браузеров.

Все, однако, могло сложиться совсем по-другому, потому что в какой-то момент, в середине 90-х, казалось, что Интернет станет отличной вечеринкой, на которую Microsoft опоздал. Эта история служит не только иллюстрацией того, какой опасной может быть самоуспокоенность, но и примером необыкновенного дара Гейтса быстро исправлять ситуацию, когда это действительно важно.

Происхождение интернет

Интернет, каким мы его знаем сегодня, на самом деле зародился в шестидесятые годы как сеть агентства передовых оборонных исследовательских проектов (DARPA), призванная соединить сотрудников различных научных центров. Система не была предназначена для массового использования. Во времена, когда мечта о полноценном персональном компьютере еще не была воплощена в жизнь, мысль о том, чтобы подключить население планеты к глобальной информационной инфраструктуре, могла показаться даже не научной фантастикой.

Даже когда такие игроки, как Microsoft, смогли довести до конца разработку настольных компьютеров, развитие сетей, выходящих за пределы крупных организаций, происходило очень медленно. Прорыв произошел в 1989 году, когда Тим Бернерс-Ли, британский ученый и сотрудник CERN (Европейский Центр ядерных исследований), предложил проект, предполагающий публикацию гипертекстовых документов, связанных между собой гиперссылками, что обеспечило бы возможность их просмотра в браузере. Через два года Всемирная паутина ожила и стала стремительно расти, спровоцировав подлинную революцию в индустрии. В то время Microsoft переживала переходный период, трансформируясь из компании, сфокусированной на продаже решений для бизнеса, в поставщика программного обеспечения для частных пользователей. Это может отчасти объяснить тот факт, что компания была застигнута врасплох появлением технологии, востребованной миллиардами людей и больше не выступавшей лишь в роли инструмента, задействованного в крупных учреждениях.

Какой бы ни была причина, разработчики Microsoft не слишком внимательно следили за новым рынком, пока в 1995 году Гейтс не осознал, что это может попросту уничтожить его компанию. В мае того года он разослал сотрудникам меморандум, озаглавленный «Приливная волна Интернета», в котором он охарактеризовал Интернет как «самую важную разработку с момента появления IBM PC в 1981 году». Microsoft просто не мог проигнорировать это. «Интернет – приливная волна, – продолжал Гейтс. – Он меняет правила. Это одновременно потрясающая возможность и невероятная угроза». Он приложил немало усилий, чтобы скрыть охватившую его панику. Через пару лет он признает, что ситуация в компании достигла тогда точки кипения, но принятые меры, пусть и с опозданием, позволили выйти из кризиса, что, по словам Гейтса, явилось свидетельством того, что «нервная система» компании оставалась в порядке.

Гейтс подгонял разработчиков как никогда прежде, и через несколько месяцев компания анонсировала появление собственного браузера – Internet Explorer. Благодаря интеграции с Windows, IE стал наиболее широко используемым браузером в мире, потеснившим прежних лидеров, таких как Netscape.

По мнению некоторых, Microsoft повела себя как распоясавшийся хулиган, раскидавший на школьном дворе всех на своем пути. Подход Microsoft оказался настолько сокрушительным для конкурентов, что Министерство юстиции США начало расследование возможного нарушения антимонопольного законодательства. Однако в итоге Microsoft отделалась несколькими огромными штрафами, которые легко покрывались из колоссальной прибыли, полученной компанией. Хотя поначалу казалось, что взрывной рост Интернета подорвет могущество его компании, Гейтс вступил в игру как раз вовремя, чтобы выдвинуться в авангард этой революции.

Слова Гейтса о буме интернет-технологий, произнесенные во время выступления в Вашингтоне в 1997 году, весьма поучительны: «Это больше всего напоминает золотую лихорадку, как мне кажется. Все бросились на поиски своего счастья, но люди были довольно сильно удивлены тем, как все в итоге обернулось».

Наблюдай за соперниками

Будь то Google, Apple или разработчики свободного программного обеспечения, у нас появились фантастические конкуренты, и это держит нас в тонусе.

Билл Гейтс, 2010

Нет сомнений в том, что жажда соперничества, присущая Гейтсу, способствовала успеху Microsoft. Идет ли речь о соревнованиях по бегу, в которых он участвовал в детстве, игре в шахматы с юным Полом Алленом или состязании со Стивом Джобсом в области создания пользовательских графических интерфейсов, Гейтс успокаивался только в том случае, если становился победителем. И, как всякий выдающийся боец, он всегда стремился убедиться в том, что действует максимально эффективно, при этом изучая слабые стороны своего соперника. Гейтс слишком умен, чтобы считать, что он может (или должен) победить каждого соперника на своем пути. Он обладает даром поиска союзников на пути к цели. Он договорился с MITS, когда они дали ему точку опоры для того, чтобы сделать первые шаги, а затем, когда пришло время большой игры, он заключил соглашение с IBM – лидерами компьютерной индустрии того времени. Он даже объединил усилия с Apple, когда это соответствовало стоявшим перед ним задачам, более того, он оказал им содействие в тяжелые для них времена.

В своей книге «Дорога в будущее» Гейтс пишет: «Наш успех с самого начала базировался на сотрудничестве». Он очень рано понял, что вместо того, чтобы пытаться выбить с поля всех соперников, ему стоит внимательно и критично наблюдать за происходящим. Благодаря этому он мог определить, какие союзы принесут ему выгоду и, что еще более важно, в какой момент конкуренты могут нанести ему упреждающий удар. Это то, что искушенный шахматный игрок постоянно держит в голове – как свести на нет преимущество соперника и вернуть себе инициативу.

Он скажет об этом в интервью CNN в 2008 году: «В хороших капиталистических компаниях все, просыпаясь по утрам, сразу начинают думать: „Как нам улучшить продукт? Что хорошего у конкурентов? Мы собираемся сделать продукт дешевле, лучше, проще и быстрее“. Великие конкуренты подгоняют вашу компанию. И обратите внимание – на каждом этапе нашего развития у нас были разные соперники».

Помимо этого, его критический подход выражается в том, что Гейтс считает необходимым не просто воспроизводить то, что хорошо удается конкурентам, но выявить дополнительные преимущества, которые они сами еще не заметили. В 1996 году в своей колонке для New York Times он пишет:

«Мы ориентируемся на то, что другие компании делают хорошо, а не на то, что плохо. Мы не отвергаем компанию с порога, считая, что она никуда не годится, лишь потому, что какие-то вещи в ней далеки от совершенства. Может быть, здесь занимаются чем-то очень интересным, даже не осознавая всей важности вопроса».

Кроме того, Гейтс последовательно отстаивал свое мнение, даже если оно противоречило доминирующему на рынке. Если кто-то начинает испытывать нервозность из-за того, что его взгляды отличаются от представлений всех прочих, Гейтс упивается ими. Он не считает, что идея, которою не разделяют другие, обязательно неверна. Подобно многим выдающимся изобретателям и предпринимателям, он рассматривает это скорее как возможность найти нечто, что ускользнуло от внимания других. В своем выступлении 1995 года он обозначил причины успеха Microsoft так: «У нас были идеи, которые гиганты проспали».

Этот комментарий между тем в какой-то мере указывает на одну «слепую зону» Гейтса, который, подобно Джобсу и множеству других успешных людей, начинавших бизнес с нуля, не может осознать, что он и его компания уже давно сами получили статус «гигантов». То, что могло выглядеть смелым и решительным во времена, когда он был «Давидом», многим кажется замашками громилы после превращения Microsoft в «Голиафа».

Гейтс пояснял в 1995 году: «То, как воспринимают Microsoft, и то, как Microsoft воспринимает себя сам, – абсолютно разные вещи. Мы всегда видим себя в роли догоняющих».

Хотя эта точка зрения противоречит тому, что в реальности Microsoft доминирует на рынке, она позволяет понять, кем Гейтс видел себя на протяжении большей части своей взрослой жизни – отважным пареньком, бросившим вызов верзилам и делающим все, чтобы преуспеть.

Microsoft против Apple

Единственная проблема с Microsoft – у них нет вкуса. Абсолютно. Я имею в виду не по мелочам, а по-крупному. У них нет своих идей, в их продуктах нет культуры.

Стив Джобс, 1996

Из всех историй соперничества, что пришлись на век Билла Гейтса, ни одна не привлекала столько внимания, как его противостояние со Стивом Джобсом. В самом деле, можно сказать, что это был один из самых захватывающих поединков не только периода технологической революции последних 40 лет, но и вообще в истории коммерции. В каком-то смысле он определил лицо эпохи.

Во многих ключевых аспектах эти двое очень похожи. Хорошие парни из благополучных семей, рано проявившие незаурядный талант и бросившие колледж, чтобы последовать за своей мечтой – добиться успеха на одном и том же, только зарождающемся рынке. Кроме того, оба они любили принимать на себя ответственность, получили репутацию беспощадных и решительных руководителей, требующих от тех, кто работает с ними, полной отдачи. Ну и, конечно, они оба построили глобальный бизнес, который принес им баснословное богатство. Возможно, именно тот факт, что они обнаружили друг в друге свои собственные черты (и общую жажду соперничества), сделал их взаимоотношения настолько взрывоопасными. Едва ли стремление Джобса, тщательно создававшего свой немного отстраненный и загадочный образ, противопоставить себя Гейтсу, воспринимавшемуся как преуспевший «ботаник», упрощало дело. Однако, несмотря на все перипетии, у них возникла взаимная симпатия, которая стала в итоге хотя и непростой, но искренней дружбой. Часто говорят «держите друзей рядом, а врагов еще ближе». В данном случае, однако, это не совсем подходящее объяснение тому, что их привлекало друг в друге. Нет сомнений, они питали взаимное уважение, отдавая должное тому, чего каждый из них смог добиться. Были, впрочем, и серьезные расхождения во взглядах, но их роль не стоит преувеличивать. В то время как Джобс всегда рекламировал свою продукцию как инструмент для тех, кто «думает иначе», Гейтс изначально ориентировался на потребности бизнеса. И если Джобса интересовала эстетика, Гейтс фокусировался на функциональности.

Я бы многое отдал за то, чтобы иметь такой же вкус, как у Стива.

Билл Гейтс о Джобсе, 2007

Но какими бы ни были различия в их подходах, оба инстинктивно понимали, что присутствие одного из них делает другого еще сильнее. Возможно, они боролись за один и тот же рынок, но если бы одной из их компаний не существовало, сам рынок был бы гораздо меньше. На нем оказалось достаточно места для них обоих. Джобс был куда более резок в оценках конкурентов, чем Гейтс, и его цитата в начале этой главы – яркое тому свидетельство. Если был повод для нападок на Microsoft или самого Гейтса, Джобс редко сдерживался. В одном своем интервью он, например, высказался о Гейтсе в таком духе: «Если бы он в молодости принимал ЛСД или пожил в ашраме, научился бы шире смотреть на вещи».

Тем удивительнее, быть может, что две компании тесно сотрудничали. Более того, для независимого наблюдателя очевидно, что Apple гораздо больше нуждалась в Microsoft, чем Microsoft в Apple. Можно вспомнить, например, как Джобс в 1982 году уговорил Microsoft создать базы данных, графические программы и электронные таблицы для Mac. И едва ли можно не оценить великодушие Гейтса, заявившего в 1984 году:

«Чтобы создать новый эталон, мало придумать несколько усовершенствований. Необходимо что-то реально новое, способное поразить воображение людей. И „Macintosh“ – единственная машина из всех виденных мною, которая полностью соответствует понятию „эталон“».

После того как Microsoft заметно опередил Apple в том, что касается финансовых показателей, отношения между двумя выдающимися лидерами индустрии испортились. Эта ситуация была для Джобса тем более неприятной, что он осознавал: Apple столкнется с большими проблемами без программного обеспечения Microsoft, такого как Word и Excel, тогда как компания Гейтса может быть уверена в том, что, исчезни Apple в одночасье, на ее место немедленно придет другой производитель компьютеров, который захочет закупать продукцию Microsoft.

Характерно, что Джобс решил идти в атаку. Он подал в суд на своего партнера по бизнесу, обвинив Microsoft в том, что компания в своей операционной системе скопировала пользовательский графический интерфейс Apple. Хотя иск был в итоге отклонен, это, очевидно, не способствовало добрым отношениям между Apple и Microsoft, так что и те и другие обеспечили многочисленным юристам безбедную жизнь на долгие годы вперед, развернув битву за патенты и авторские права.

Когда Джобс вернулся в Apple, чтобы во второй раз возглавить компанию после того, как его бесцеремонно выставили из нее 12 годами ранее, его характер, как и характер Гейтса, несколько смягчился. Вполне возможно, дело тут не только в возрасте, но и в нескольких миллиардах долларов на банковских счетах каждого из них. К тому времени Apple была бледной тенью той передовой компании, какой она являлась прежде под руководством Джобса, и большая часть экспертов считала, что ее лучшие дни остались позади. Хорошо понимая ситуацию, Джобс нашел в себе силы пойти на новую сделку со своим визави. Microsoft приобрел акции Apple на 150 миллионов долларов и согласился продолжить производство программного обеспечения для Mac. Это не только дало Apple еще один шанс утвердить себя в роли крупного игрока, но и убедило рынок в том, что лидер отрасли верит в его перспективы.

Нет сомнений, Джобс не пытался принизить значение этого шага. «Думаю, это было необходимо и это очень здорово», – прокомментирует он произошедшее.

Тем не менее, когда на конференции Macworld на гигантском экране появился Билл Гейтс, фанаты Apple встретили его оглушительным свистом. Это можно считать итогом многолетней уничижительной риторики Джобса в отношении своего визави и выглядело как прискорбное проявление неблагодарности за оказанную помощь.

Как показывают упомянутые ранее резкие высказывания о краже у Xerox PARC, в которой Гейтс обвинил Джобса, лидер Microsoft вовсе не собирался лишь улыбаться в ответ на все нападки. Тем не менее на публике он продолжил делать заявления, представляющие оппонента в наилучшем свете. Например, в своем выступлении в Университете Сан-Хосе он был более чем любезен:

«Как лидер, способный вдохновить своих сотрудников, Стив Джобс действительно лучший из всех, кого я когда-либо встречал. Я имею в виду то, что он может заставить людей работать, знаете, больше, чем следует. Это огромная власть, ею очень легко злоупотребить, поэтому он должен соблюдать большую осторожность. Он первоклассный маг, я, пожалуй, тоже волшебник, но куда ниже классом».

В 2007 году они вместе стояли на сцене в ходе конференции Wall Street Journal D5, запомнившейся очень доброжелательной атмосферой. Говоря о разнице в их подходах, Гейтс тогда заметил: «Он делает вещи совершенно по-другому, это отдает волшебством».

Незадолго до смерти Джобса – он скончался в 2011 году после продолжительной борьбы с раком в возрасте 56 лет – Гейтс приехал к нему домой, и они провели долгие часы за разговором на самые разные темы и воспоминаниями обо всех перипетиях их карьеры. Как здорово было бы услышать, о чем они говорили!

Мы со Стивом впервые встретились 30 лет назад и являлись коллегами, конкурентами и друзьями в течение более чем половины своих жизней. Вряд ли мир когда-либо видел человека, который оказал на него такое глубокое влияние, как Стив. Это влияние смогут почувствовать многие поколения. Для всех, кому когда-либо посчастливилось работать с ним, это была невероятно огромная честь. Я буду очень сильно скучать по Стиву.

Билл Гейтс о смерти Стива Джобса

Разумеется, соперничество вдохновляло их на пути к новым высотам, и это то, за что каждый, кто когда-либо пользовался компьютером, должен быть ему благодарен. Несмотря на множество резких слов, их противостояние не оставило проигравших. Каждый сыграл свою огромную роль в той технологической революции, что изменила мир. Говоря словами самого Джобса, каждый из них пробил огромную «брешь во вселенной». И самое примечательное, что их наследие может оказаться совсем не таким, каким его некогда представляли. Хотя Microsoft, казалось, выиграл в 90-е битву за рынок, в 2010 году Apple опередила ее в качестве дорогой технологической компании в мире благодаря созданной под руководством Джобса линейке успешных новых продуктов, таких как iPod, iPhone и iPad. В то время как Джобс снискал громкую славу и стал иконой стиля для миллионов людей, Гейтс превратился в величайшего филантропа на планете, что еще может сделать его победителем в этом своеобразном конкурсе популярности. И уж точно можно сказать, что Гейтс стал очень широко смотреть на вещи – с ЛСД или без.

На войне как на войне

Бизнес – хорошая игра. Много соперничества и мало правил. Счет ведется на деньги.

Билл Гейтс, 1996

Несмотря на множество великих свершений, ставших возможными благодаря огромному состоянию Билла Гейтса, – а на его счету немало славных дел, – следует заметить, что в отношении накопления денег Гейтс всегда был очень жестким игроком. Как заметил один из основателей софтверной компании Borland Филипп Кан: «Гейтс абсолютно беспощадный бизнесмен».

Возможно, сам Гейтс видел себя в первую очередь компьютерным специалистом, однако он также является одним из наиболее незаурядных руководителей своего поколения. То, что на протяжении столь длительного времени ему удавалось совмещать свои таланты в области создания программного обеспечения с ежедневной работой по управлению тысячами людей и ведению отчетности, можно назвать своеобразным подвигом. Но он принял эту непростую роль, выступая одновременно в качестве разработчика и бизнесмена с того самого момента, когда они с Алленом основали компанию. «Я думаю, что успех Microsoft стал возможным благодаря тому, что я понимал, насколько эти вещи взаимосвязаны. Бизнес и технология подталкивают друг друга», – пояснял Гейтс в 1993 году. Однако Уоррен Баффетт однажды заметил: «Если бы Гейтс начал торговать хот-догами, он бы стал мировым лидером на этом рынке».

При этом Гейтс старается формулировать свой подход к делам предельно просто. Как-то раз он сказал об этом так: «Я думаю, что бизнесом управлять легко. Прибыль. Убытки. Берете продажи, вычитаете затраты и получаете большое положительное число. Чистая математика». Похоже, что лекции, которые Гейтс посещал с Балмером в Гарварде, не прошли впустую. И так как практика – лучшая проверка теории, очень сложно назвать его подход ошибочным. По состоянию на конец 2014 года Microsoft была второй по стоимости компанией в мире (уступая лишь, как вы, вероятно, догадались, Apple) с капитализацией в 410 миллиардов долларов и штатом сотрудников, насчитывающим 130 тысяч человек. Как бы то ни было, настоящий расцвет бизнеса Microsoft пришелся на период, когда ее возглавлял Гейтс. С 1975 года, когда два человека написали за несколько тысяч долларов код для MITS, к 1997 году он превратил Microsoft в самую крупную компанию на планете, оценивавшуюся тогда в 261 миллиард долларов. Любой, у кого были деньги и здравый смысл, чтобы инвестировать в 1986 году 2100 долларов в 100 акций Microsoft, когда компания вышла на биржу, спустя тринадцать лет мог бы продать их за 1,4 миллиона долларов. В декабре 1999 года капитализация Microsoft составила 618,9 миллиарда долларов – рекорд, который удалось побить только Apple 20 августа 2012 года, когда по итогам торгов стоимость компании достигла 623,5 миллиарда долларов.

Гейтс, однако, никогда не поддавался магии этих умопомрачительных цифр. Всегда очень осторожный в оценке успехов, он более чем сдержанно отзывался о перспективах компании. «Microsoft не бессмертна, – напишет он для New York Times в 1997 году. – Все компании ждет провал. Вопрос только в том, когда он произойдет». Впрочем, вероятно для того, чтобы не посылать рынкам тревожный сигнал, он закончил свою мысль на более позитивной ноте: «Моя цель, разумеется, состоит в том, чтобы обеспечивать процветание моей компании так долго, как это только возможно».

Следить за расходами

Как CEO Гейтс всегда стремился избегать безответственных трат, не желая транжирить средства. Хотя в итоге он и обзавелся любимой игрушкой миллиардеров – частным самолетом, – Гейтс внимательно следит за своими расходами. Например, для перелетов он обычно бронирует себе место в эконом-классе – подход, который определенно одобрил бы Баффетт, – хотя в любой момент мог бы купить целую авиакомпанию. «Летать эконом-классом гораздо дешевле. Ты попадаешь в пункт назначения столь же быстро, как если бы летел в бизнес-классе. С моей комплекцией это удобно. Если бы я был крупнее или выше, возможно, мое мнение было бы иным», – пояснял Гейтс в 1995 году.

Помимо этого, Гейтс крайне жестко ведет любые переговоры. Он полон решимости добиться наилучшего предложения, не останавливаясь ни перед чем.

В качестве иллюстрации можно вспомнить эпизод из его раннего детства, когда он предложил сделку своей старшей сестре Кристи. Она была счастливым обладателем вожделенной для Билла рукавицы для игры в бейсбол. Так как он не мог себе позволить купить собственную, Гейтс посулил сестре щедрый гонорар в 5 долларов за исключительное и неограниченное право пользования указанным спортивным инвентарем. Он даже прописал все условия в контракте, который предложил ей подписать.

Став взрослым, он продолжил совершенствовать свои навыки и деловую хватку. Подлинный мастер в том, что касается извлечения максимальной выгоды из каждой представившейся возможности, он также стал экспертом в области защиты своих интересов в ситуациях, когда что-то идет не так. С каждой новой проблемой, которую ему удавалось решить, он извлекал для себя урок и закалял характер для того, чтобы достойно встретить следующий вызов. Хотя Microsoft сделала первые шаги к успеху благодаря сделке с MITS, которую Аллен и Гейтс оформили чрезвычайно грамотно, последовавший разлад между компаниями привел к тому, что Гейтсу пришлось столкнуться с суровой реальностью делового мира. Проблема стала следствием пункта контракта, по которому MITS обязалась «приложить все усилия» для того, чтобы способствовать продвижению интерпретатора BASIC, который Microsoft разработала для них. Гейтс и Аллен получали за каждую проданную копию роялти, дополнявшее весьма скромный гонорар, полученный ими за разработку продукта. Тем не менее Гейтс почувствовал, что из-за уровня пиратства MITS утратил интерес к тому, чтобы активно предлагать его. Поэтому он решил восстановить свои права на эту разработку. К тому времени MITS была куплена компанией Pertec, которая перестала выплачивать деньги Microsoft, пока дело находилось в арбитраже. В 1996 году Гейтс скажет об этом в интервью Fortune: «Pertec пыталась уморить нас голодной смертью». Он был близок к тому, чтобы урегулировать конфликт, но в итоге решил идти до конца. На суд не произвели большого впечатления аргументы Pertec и MITS, поэтому решение было вынесено в пользу Microsoft. В итоге Гейтс не только восстановил свои права на продукт, что позволило ему продавать лицензии другим компаниям, он также пришел к выводу, что после прекращения сотрудничества с MITS у Microsoft нет никаких причин оставаться в Нью-Мексико. Сумев извлечь все, что можно, из этой непростой ситуации, они с Алленом решили вернуться домой, в штат Вашингтон. В такой длинной и драматичной карьере, как у Гейтса, неизбежно должны были быть и другие конфликты. Помимо всех перипетий с Apple, серьезным проблемой оказались отношения с IBM. Кризис разразился в конце 80-х, во время разработки OS/2, которой суждено было стать преемницей MS-DOS. «Многие забыли, каким серьезным было влияние IBM в этой отрасли, – скажет Гейтс в „Триумфе ботаников“, – отношения Microsoft и IBM всегда были столкновением культур. Их парни – это ребята в строгих костюмах, застегнутых на все пуговицы».

Отчасти проблема заключалась в том, что программистам IBM показалось, что они вынуждены делать больше работы, чем оговаривалось. Со своей стороны Гейтс возражал, что, если его сотрудники пишут меньше кода, это не означает, что они отлынивают от работы, а свидетельствует о более высокой эффективности. Усугубляло ситуацию и то, что в компаниях был абсолютно разный взгляд на то, какой должна быть операционная система. Гейтс хотел создать открытую платформу, которой могли бы воспользоваться различные разработчики программного обеспечения и аппаратных средств. Это перекликается с парадигмой, приведенной в книге Пола Кэрролла «Голубой Гигант: Разрушение IBM» (1994). Там можно найти такое высказывание Гейтса о стратегии Microsof: «Недорогой массовый подход, в рамках которого любая компания, включая наших конкурентов, сможет создавать программное обеспечение или оборудование, работающие с открытой платформой Windows». Он противопоставлял это концепции IBM: «дорогое, штучное, проприетарное решение». С учетом этих непримиримых противоречий едва ли стоит удивляться тому, что дороги IBM и Microsoft разошлись в 1992 году. Несмотря на этот непростой опыт, Гейтс снова продемонстрировал свои лидерские качества, поведя свою компанию дальше к вершине успеха. Как показала история, мир покорила отнюдь не OS/2 – наглядный урок, преподанный бывшим партнерам, продемонстрировавший, что процветать можно и без них.

Гейтс оказался предпринимателем, который получил множество тяжелых ударов судьбы на пути к вершине. Но он никогда не уклонялся от схватки и после каждой неудачи становился только сильнее. Его бойцовский дух сформулирован в комментарии, который он в 1994 году дал в ответ на вопрос, может ли расследование американского антимонопольного ведомства умерить его аппетиты в бизнесе: «Чтобы сделать меня пугливым, вероятно, потребуется хирургическое вмешательство».

Microsoft и монополии

Как вы знаете, монополист, по определению, это компания, которая может ограничить выход на рынок новых игроков и в одностороннем порядке контролировать цены. Microsoft не делает ни того, ни другого.

Билл Гейтс, 1998

Когда Microsoft появилась в 1975 году, она состояла из двух никому не известных людей, мечтавших покорить мир, но успех их был столь значительным, что Microsoft очень недолго оставалась в тени. Уже через несколько лет компания стала тяжеловесом, способным на многое. Внезапно все прочие оказались в положении догоняющих и незамедлительно стали жаловаться на нового лидера и его методы. Таким образом, против Microsoft начали применять антимонопольные законы (призванные не допустить появления на рынке монополистов и способствовать добросовестной конкуренции) по всему миру, вчиняя иски на миллиарды долларов. Гейтс, однако, твердо уверен, что успех компании обусловлен тем, что она лучше справлялась со своей работой, а не потому, что «душила» конкурентов. У компании незавидная история взаимоотношений с антимонопольными ведомствами. В частности, она получила в ЕС самый большой в истории единовременный штраф за нарушение законодательства. В 2004 году Европейская Комиссия оштрафовала Microsoft на 666 миллионов долларов за то, что компания встраивала Media Player в операционную систему. Кроме того, их обязали раскрыть некоторые элементы программного кода. После этого Комиссия обвинила Microsoft в уклонении от выполнения судебного решения и в 2008-м вчинила ей еще один штраф, составивший 1,4 миллиарда долларов. Еще 741 миллион долларов с компании потребовали за то, что она предлагала европейским заказчикам только один браузер – Internet Explorer (IE) – в составе своих продуктов.

Но самым известным иском к Microsoft является тот, что был инициирован федеральным правительством США в 1998 году. Он примечателен уже тем, что какое-то время угрожал самому существованию компании. Речь шла о том, как именно Microsoft встраивает в свою операционную систему IE. Утверждалось, что поскольку большинство компьютеров работают под Windows, сам факт того, что браузер встроен в операционную систему, фактически предопределяет его приобретение и таким образом ограничивает возможности конкурентов, в том числе таких первопроходцев Интернет, как Netscape.

После нескольких раундов слушаний судья принял решение, что Microsoft должна быть разделена на две компании, одна из которых работала бы с операционными системами, а другая занималась бы прочими приложениями, в том числе офисным программным обеспечением и браузерами. Тем не менее это решение было впоследствии аннулировано по апелляции, и Microsoft в конце концов добилась урегулирования спора с Министерством юстиции США, что позволило сохранить компанию единой.

Это было, несомненно, самым тяжелым испытанием в карьере Гейтса, но он продолжал сражаться с присущей ему решимостью и страстью. Этот случай также демонстрирует отношение Гейтса к свободному рынку и месту Microsoft на нем. Его комментарий для Playboy в 1994 году – когда расследование против Microsoft только начиналось – фиксирует отношение Гейтса: «Истина состоит в том, что мы не сделали ничего предосудительного». Со всей решимостью Гейтс всегда отвергал обвинения в монополизме, указывая на отсутствие для этого возможностей или намерений.

Например, в 1998 году он заметил: «Прелесть Интернета в его открытости. Его нельзя контролировать, захватить или отключить». Wall Street Journal приводит такое его высказывание: «У моей компании нет и не было намерения сделать информационный хайвей платным».

Гейтс явно чувствовал себя жертвой несправедливости, поскольку верил, что его компания подверглась преследованию лишь потому, что была успешной. Его логика проста: Microsoft начинал бизнес, будучи крошечной компанией, но, предложив пользователям востребованные продукты, она обошла всех конкурентов. Это, таким образом, в его понимании не пример монополии, но триумф свободного рынка. «Кто создал этот рынок? Мы! Кто выжил под натиском таких компаний, как IBM? Ведь они стремились нас раздавить и были в десять раз крупнее!» – скажет Гейтс в интервью Time в 1997 году. Он заключит, что судебное дело против Microsoft было связано только с тем, что их продукты оказались «слишком хороши», и отверг предположение, что Microsoft должна продавать программное обеспечение, лишенное определенных функций, для того чтобы поддержать конкуренцию на рынке. Такие продукты, по его словам, были бы не чем иным, как уродцами, и это не имеет ничего общего с тем, каким должен быть свободный рынок.

Аргументы Гейтса убедили далеко не всех критиков, постоянно указывающих на то, что доминирование Microsoft столь значительно, что конкуренты не в силах даже закрепиться на рынке. Тут мы снова возвращаемся к аналогии с Давидом и Голиафом. Microsoft начинал как Давид, небольшой, подвижный и полагающийся на свой ум, а не мышцы. По мнению Гейтса, ничего с тех пор не изменилось. Он просто использует ту же тактику, чтобы победить всех вокруг. Но большая часть мира считает, что Давид разгромил Голиафа и стал увеличиваться сам, пока не стал Голиафом 2.0. В крепкой броне, с обширным арсеналом оружия и грозной репутацией Голиаф 2.0 стал непобедимым. На поле боя просто не осталось места для кого-то еще. Хотя Гейтс, с некоторыми оговорками, настаивает, что ни он, ни его компания не могут быть обвинены в том, что люди столь охотно приобретают программное обеспечение Microsoft, он не может не замечать могущество своего детища. Для этого он слишком умен. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к протоколу заседаний Rosen Research Personal Computer Forum, проходившему в мае 1981 года. В тот самый момент, когда Microsoft готовился ворваться в высшую лигу бизнеса, благодаря сотрудничеству с IBM, Гейтс отметит:

«На самом деле мне не стоило бы об этом говорить, но при разработке определенных категорий продуктов часто возникает естественная монополия производителя. Правильное оформление документации, подготовка персонала, эффективное продвижение пакета программ (продукта) на рынок, движущая сила, складывающаяся из лояльности пользователей, репутации, активности торговых агентов и грамотного ценообразования, создают весьма сильную рыночную позицию данного продукта».

В некоторых отношениях не на руку Microsoft сыграла и репутация, которую компания создала себе из-за агрессивной политики поглощений. От разработки программного обеспечения интересы компании распространились также на производство оборудования и СМИ. Это естественно, учитывая опасения Гейтса, что индустрия производства оборудования не сможет поддерживать новые программные продукты. Что может быть более эффективным с точки зрения управления этой составляющей компьютерного рынка, чем финансовый интерес? В своем выступлении, которое он сделал в 1998 году, Гейтс изложил и другие причины, побуждающие Microsoft приобретать компании.

«За время нашего существования мы не раз делали приобретения… Как правило, их причиной было стремительное развитие рынка. Мы стремимся сократить время внедрения на новые рынки, налаживания работы с клиентами и установления обратной связи с ними, что очень важно».

Хотя в отношениях с Министерством юстиции США был достигнут компромисс, который, казалось, позволял всем сохранить лицо, этот эпизод определенно оставил неприятный осадок у Гейтса. Конечно, стремясь исполнить свою мечту и стать королем компьютерного мира, он порой был безжалостен в отношении конкурентов и редко уклонялся от войны за позиции на рынке. Но грань между законной борьбой за место под солнцем и недобросовестной конкуренцией очень тонка.

Разочарование Гейтса тем, как развивались события, было очень заметным. Он говорил об охоте на ведьм и обвинял конкурентов в найме лоббистов, которые должны были спровоцировать его преследование. Министерство юстиции США, в свою очередь, обвиняло Microsoft в том, что компания использовала стратегию защиты, «оскорбляющую власть суда». О затруднениях, с которыми столкнулся сам Гейтс, он скажет в 1998 году: «Когда твое собственное правительство подает на тебя в суд, это не самый приятный опыт. Я не сидел там с настроением „ха-ха, я сделаю все, что пожелаю“. Я думал, что это худшее, что когда-либо случалось со мной».

И хотя иск правительства США был самым мрачным моментом для Microsoft в том, что касается обвинений в монополизме, он не стал последним подобным разбирательством. Помимо Европейского Союза, расследования в отношении компании также велись и ведутся во многих уголках мира, включая Японию и Южную Корею. В 2014 году появились сообщения, что политикой Microsoft заинтересовались и в Китае. Поэтому по-прежнему остается открытым вопрос, какого размера должен быть слишком большой бизнес? Это загадка, над которой продолжают биться Гейтс и его юридические советники.

Один в поле не воин

Удивительно, как Мелинда сделала так, что я почувствовал себя женатым. Это так необычно. Это противоречило всем моим прежним рациональным представлениям об этой сфере жизни.

Билл Гейтс, Playboy, 1994

Популярные голливудские сюжеты часто развиваются вокруг того, как в старших классах крепким парням достаются девушки, а вундеркиндам – хорошие оценки… пока какая-нибудь гламурная красотка из группы поддержки не осознает, что на самом деле ей нужен этот самый ботаник, а не туповатый полузащитник, с которым она встречается. Хотя это клише не вполне подходит для описания романтической истории Билла Гейтса (и заметно принижает собственные, весьма значительные, достижения его жены, которая скорее походит на Мишель при Бараке Обаме, чем на Ванессу Хадженс при Заке Эфроне), в ней можно найти нечто похожее.

Как уже было сказано, Гейтс никогда не казался Адонисом, его внешность едва ли могла заставить девушек трепетать так, как при взгляде на Брэда Питта или Джорджа Клуни. Кроме того, почти все время в годы своей юности он не отрывался от компьютеров, а это не самый лучший способ завязать личные отношения в эпоху, предшествовавшую эре социальных сетей. Это, однако, не означает, что Гейтс никогда не имел успеха у женщин. В конце концов, не все ищут Адониса, и своеобразное ребячество тоже имеет свою прелесть. Он был вполне спортивным, ироничным, умным молодым человеком с широким кругозором, никогда не терявшем уверенность в себе. С того момента, как он добился известности в технологической индустрии, журналисты успели запечатлеть его с несколькими спутницами. Самой известной из них, пожалуй, является Энн Винблад, ведущий венчурный капиталист Кремниевой долины, с которой он познакомился в 1984 году и затем встречался с некоторыми перерывами на протяжении примерно трех лет. Тем не менее Гейтс не мог избавиться от ощущения, что отношения отвлекают его от действительно важного дела – разработки программного обеспечения. Не рассчитывая довести отношения до брака, пара мирно рассталась. В 1993 году Гейтс отметил: «Разумеется, уйму времени я провел как одинокий человек». Дело не в том, что он исключал для себя возможность обзавестись семьей, однако для этого должен был наступить подходящий момент в его масштабных жизненных планах. Не будем забывать, что в тот период времени, когда он встречался с Винблад, Гейтс еще даже не заработал свой первый миллиард. Так что должен был появиться кто-то особенный, чтобы Гейтс решил, что готов к долгой совместной жизни. И он встретил такого человека в 1987 году. Ею оказалась Мелинда Френч. Вопреки собственным ожиданиям, он счастливо женился прежде, чем ему исполнилось сорок. И хотя Гейтс остался столь же увлеченным своей профессиональной деятельностью, это стало поворотным моментом в его жизни. Появление детей (Дженнифер Катарин в 1996 году, Рори Джон в 1999-м и Фиби Адель в 2002-м) – лучшее тому подтверждение. «Если вы решили жениться и завести детей, чтобы брак был удачным, придется отказаться от фанатизма [в работе]», – скажет Гейтс в интервью журналу Wired в 2010 году. Все указывает на то, что в роли семьянина он столь же хорош, как и в роли генерального директора. На момент написания этих строк он и Мелинда разменяли третий десяток в браке, и Гейтс принял на себя роль отца с легкостью, удивившей многих наблюдателей. Секрет, вероятно, заключается в том, что он с самого начала получал удовольствие от этого своего нового статуса.

В 1998 году на программе «20/20» Гейтс сказал: «Главное в моей жизни – это семья. Я всегда знал, что однажды я женюсь и у меня будут дети. Знаете, семейная жизнь – это прибежище для души, именно в ней царят настоящие общность и сотрудничество». Он даже проводит параллели между ролью родителей и благотворительностью, которой занимается вместе с женой. Журнал New Yorker приводит такие его слова:

«Мы проанализировали двадцать главных смертельных болезней. В своей деятельности мы исходим из стоимости спасения в расчете на одного человека и реальной отдачи с точки зрения улучшения ситуации. Это увлекательно, но это колоссальная ответственность… То же справедливо и в отношении воспитания детей. Многие, самые важные вещи в жизни похожи. Что еще может заставить вас вставать по утрам?»

Есть нечто общее между этими двумя сторонами его жизни и в том, что касается денег. Он твердо убежден, что его дети должны иметь настолько «нормальное» воспитание, насколько возможно – непростая задача, когда вы богаты, известны и влиятельны настолько, как Билл Гейтс. С этой целью он стремится сделать так, чтобы его состояние не оказало влияния на личные качества его детей. Его намерение передать большую часть своих средств на проекты фонда, созданного им и Мелиндой, означает, что он сможет куда меньше оставить своим наследникам. В 2011 году газета Daily Mail привела такое высказывание Гейтса: «Это будет незначительная часть моего состояния, которая послужит стимулом к тому, чтобы они сами искали свой путь в жизни. Зато они получат фантастическое образование – полностью за мой счет».

Конечно, и не вдаваясь в расчеты, можно заключить, что даже мизерная часть такого огромного богатства – это очень много. Без сомнения, дети Гейтса унаследуют состояние, о котором большинство из нас не может даже мечтать. Тем не менее они не получат куш, которому позавидовали бы иные государства, не говоря уже о частных лицах. В интервью телеканалу CNN Гейтс сформулировал это так:

«Не думаю, что детям полезно будет получить в наследство огромные суммы. Уверен, это будет просто разрушительно для их мировоззрения, жизненных планов, самооценки, отношений с друзьями, сотрудничества с ними. И это скверно для всего общества в целом».

Было время, когда Гейтс посвящал все свое время карьере, и могло показаться, что его концентрация на бизнесе Microsoft станет препятствием для развития личных отношений. Как оказалось, в жизни Гейтса есть три составляющие: Microsoft, филантропия и семья. И то, что ему удается так много вложить в каждую из них, – лишнее свидетельство тому, насколько удивительно многогранным человеком он является.

Поэт, крупнейший представитель «метафизической школы», Джон Донн написал некогда: «Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе…» Гейтс доказывает, что можно сохранять чувства, даже если у человека достаточно денег, чтобы купить не один остров…

Справка: Мелинда Гейтс

У тебя будет возможность выбраться куда-нибудь через две недели после следующей субботы?

Мелинда Гейтс о том, как Гейтс впервые пригласил ее на свидание, 2013

Вероятно, многие сочтут, что жена такого человека, как Билл Гейтс, может вести потрясающую жизнь, полную увлекательных возможностей, но быть ею очень непросто. По общему мнению, Мелинда Гейтс справляется с этой ролью уверенно и с достоинством, демонстрируя незаурядный интеллект и безупречный стиль. В то время как Билл неизбежно оказывается на первом плане, она обычно остается в тени – в роли любящей жены и заботливой матери. Прекрасный управленец, со своим собственным видением, она напряженно работает в Фонде Гейтсов. Там она стала ключевой фигурой в процессе принятия решений и решительным лоббистом его интересов. Хотя ее не назовешь благодушной, Мелинда создает фонду очень «человечный» имидж, что-то похожее удавалось принцессе Диане в ее благотворительных проектах. Как признается сам Гейтс: «Мелинда вхожа во многие инстанции и держится там куда более естественно, чем я».

Кто же эта женщина, завоевавшая сердце одного из самых могущественных людей на Земле? Мелинда Энн Френч родилась 15 августа 1964 года в Далласе, штат Техас, в семье ревностных католиков. Она посещала католическую школу для девочек «Академия ордена св. Урсулы» в Далласе (ее девиз на латыни «Serviam» означает «Я помогу» – вполне подходящее кредо для ученицы, которая впоследствии станет таким видным филантропом). Как и Билл, Мелинда рано проявила способности к математике и была одной из лучших учениц. Ее сходство с будущим мужем проявлялось и в том, что Мелинда была спортивной, готовой принять новые вызовы, участвовала в забегах на длинные дистанции и бесстрашно сплавлялась на каяках. Активный отдых на свежем воздухе остается любимым занятием четы Гейтсов в их поместье Lake Washington – идеальном месте с этой точки зрения.

После окончания школы в 1982 году (где она удостоилась чести зачитать прощальную речь) Мелинда поступила в Университет Дьюка в Северной Каролине, где изучала вычислительную технику и экономику. Там ее таланты снова ярко проявились. Преподаватели нередко ставили работы Мелинды в пример другим студентам. Стремясь достичь большего, она не теряла времени даром, получив диплом бакалавра, а затем и MBA всего за пять лет. Учитывая то, как Билл Гейтс гордится умением Microsoft находить талантливых выпускников, едва ли стоит удивляться, что компания предложила Мелинде работу сразу по окончании университета (невзирая на тот факт, что ее семья предпочитала технику Apple, а сама Мелинда ранее стажировалась в IBM). Перебравшись в Сиэтл, она стала одним из наиболее одаренных новых сотрудников, получив позицию проектного менеджера. Помимо технических навыков, она завоевала признание в том, что касается навыков управления персоналом (чему, возможно, учился у нее Гейтс) и ее способности увлечь команду достижением максимально высоких целей. Несмотря на то что некоторые проекты, над которыми она работала, оказались неудачными (такие, как злополучная инициатива Microsoft Bob), Мелинда быстро заслужила в компании наилучшую репутацию.

Прошло около четырех месяцев с того момента, как она присоединилась к Microsoft, когда Мелинда Френч оказалась рядом со своим будущим мужем на обеде во время Нью-Йоркской индустриальной выставки. «Он оказался забавнее, чем я ожидала», – вспоминала она позже. На Гейтса сразу произвели сильное впечатление ее независимость, интеллект и чувство юмора. Прошло, однако, еще несколько месяцев, прежде чем руководитель решился пригласить свою сотрудницу на свидание. Выбранное место было не самым романтичным – парковка для машин, – и предложение Гейтса встретиться через пару недель едва ли сразило ее наповал. Мелинда ответила, что, возможно, он сможет позвонить ей и пораньше. Обдумав ее слова, Гейтс связался с ней тем же вечером и предложил встретиться после работы. Здесь ее снова ждало разочарование, поскольку Гейтс задержался, выступая на встрече с пользователями, так что в итоге свидание пришлось перенести в его дом, и началось оно уже в предрассветные часы. Тем не менее им представилась возможность пообщаться и лучше узнать друг друга. Кроме того, Гейтс доказал, что может быть спонтанным.

Их общность нашла подтверждение в долгой истории отношений, как в том, что касается брака, так и работы Фонда. В книге Майкла Эйснера «Работать сообща. Почему великие партнерства добивались успеха», вышедшей в 2010 году, приведено такое высказывание Гейтса: «Мы с Мелиндой любим делиться идеями, беседовать о том, что нового узнали». Каждый из них старается познакомиться с книгами, которые понравились другому, для того чтобы поговорить о прочитанном. «Следует прилагать усилия для того, чтобы узнать, что думает человек рядом с тобой», – говорит Гейтс.

В 1993 году он, наконец, решил предложить Мелинде руку и сердце, купив помолвочное кольцо в одной из компаний, принадлежащих его старому приятелю Уоррену Баффетту. Последний довольно ехидно сказал Гейтсу, что, когда он покупал кольцо своей будущей супруге в 1951 году, это обошлось ему в 6 % всей его выручки, и предложил Гейтсу поступить так же. С учетом того, каким было состояние Гейтса в тот момент, эта сумма должна была бы превысить полмиллиарда долларов. Какими бы ни оказались его расходы на свадьбу в итоге, не приходится сомневаться, что они были заметно больше среднестатистических. Счастливая пара отметила помолвку, организовав грандиозную тематическую вечернику по мотивам «Великого Гэтсби» с Биллом в роли самого Гэтсби и Мелиндой в роли Дэйзи Бьюкенен.

Они поженились в первый день нового, 1994, года на пляже гавайского острова Ланаи. Вскоре после этого Мелинда, стремившаяся защитить свою частную жизнь, покинула Microsoft, где она доросла уже до позиции генерального менеджера в подразделении информационных продуктов.

В 1996 году у четы родился первый ребенок, но Мелинда продолжила активно работать, в частности, в совете директоров Washington Post и как попечитель ее университета.

В 2005 году журнал Time присудил звание «Люди года» «добрым самаритянам» – чете Гейтсов и певцу группы U2 Боно, как «трем людям, чья глобальная миссия – покончить с нищетой, болезнями и равнодушием».

Награда упрочила репутацию Мелинды как общественного деятеля, а ее роль в управлении фондом получила высокую оценку. «Многие люди, как Билл, да и я сам, негодуем и приходим в ярость, когда речь идет о миллионах умирающих. Нам нужен кто-то, кто заставит нас сохранять спокойствие и действовать рационально. И этот кто-то – Мелинда», – говорит Боно.

Как и ее супруг, Мелинда построила карьеру на блестящем академическом образовании (в действительности, с формальной точки зрения, ее успехи в этом отношении куда убедительнее регалий бросившего учебу мужа) и увлечении технологиями. Но наибольшее удовлетворение ей приносит роль матери и филантропа. Как сказала Мелинда в Стэндфордском университете в 2014 году:

«Оптимизм для меня – это не просто пассивное ожидание перемен к лучшему. Это уверенность в том, что мы можем сделать мир лучше, помочь людям даже в самой страшной беде, если не теряем надежду и не отворачиваемся от них».

Наслаждайся успехом

Бешеные деньги обескураживают.

Билл Гейтс, из интервью Playboy, 1994

Взлет миллиардеров, сделавших состояние на высоких технологиях в конце двадцатого века, чем-то напоминает появление промышленных магнатов в Америке девятнадцатого века. Как в 1994 году отметил в интервью Forbes медиа-магнат Дэвид Геффен: «Все еще можно быть Вандербильдом, Астором, Рокфеллером. Вы по-прежнему можете это сделать. Вы можете стать Биллом Гейтсом». За последние тридцать лет Америку наводнили сверхбогатые мужчины (а в большинстве своем это именно мужчины), добившиеся успеха собственными силами. Если не касаться благотворительности, как Гейтс распоряжался своим состоянием?

Во многом это определялось его разносторонними коммерческими интересами, которые выходят далеко за пределы бизнеса Microsoft. Он крупный инвестор самых разных предприятий, от автосалонов до центров переработки мусора. Он также основатель Corbis – обширного архива мультимедийного контента, который может стать очень прибыльным проектом, так как спрос на цифровые изображения и видео стремительно растет. Кроме того, Гейтс – главный акционер сайта для совместной исследовательской работы и компании, связанной с разработками и венчурным капиталом. И все же у него остается еще масса денег, которые можно потратить на другие вещи.

Как уже отмечалось, Гейтс не всегда избегал расточительности. Но уж точно не все его деньги уходили на дорогие рестораны. «Я ем в „Макдоналдсе“ чаще, чем большинство людей, – скажет он в интервью журналу Playboy в 1994 году. – Если речь заходит о закусочных и культуре быстрого питания – это точно ко мне». В том же интервью он объяснил, из-за чего, например, он не покупает себе самолет: «Почему? Потому что вы можете привыкнуть к таким вещам, и мне кажется, что это плохо. Поэтому я сознательно контролирую эту сферу своей жизни. Это один из аспектов дисциплины. Если я утрачу самодисциплину, меня это смутит. Так что я стараюсь этого избежать».

Тем не менее его политика самоограничения в отношении частных самолетов подошла к концу в 1997 году (чего нельзя сказать про любовь к нездоровой пище). В том году он приобрел «Bombardier BD700 Global Express», который едва ли обошелся ему меньше чем в 50 миллионов долларов. Тем не менее самолет не стал для Гейтса тем, чем были в его жизни автомобили. Даже в то время, когда он еще не умел водить, Гейтс был помешан на них. Вождение было для него своеобразной отдушиной в эпоху становления Microsoft, возможностью выпустить пар, передышкой после долгих часов и дней, проведенных за написанием программ.

Его не интересовала неспешная езда: Гейтс обожал скорость. Он получил множество штрафов за ее превышение (один раз даже управляя моторной лодкой) и однажды был арестован в Альбукерке за то, что повздорил с офицером дорожной полиции.

Не скупясь на предметы страсти

Гейтс всегда любил приобретать машины. Он водил оранжевый [Форд] «Мустанг», еще когда учился в школе, и был готов потратить сотни тысяч долларов на стремительные игрушки взрослых мальчишек. Одним из его первых приобретений стал «Порше 911» 1979 года выпуска, молнией проносившийся по дорогам Нью-Мексико. Следующими его «Порше» стали «930 Turbo», кабриолет «Carrera», а также купе 959-й серии – их было выпущено всего 330 штук. Он мог быть очень скромным в других вопросах, однако когда речь заходила о машинах, Гейтс отвергал всякие ограничения.

Его стычки с законом в том, что касается вождения, не закончились. Один из его автомобилей, «Порше 959», стал причиной, побудившей Гейтса настаивать на изменении американских правовых норм. Знаменитый суперкар, 959-й, является одной из самых совершенных «дорожных» версий спортивного автомобиля, созданных когда-либо. Его максимальная скорость достигает 195 миль в час (314 км/ч), а разгон от 0 до 62 миль в час (100 км/ч) занимает всего 3,5 секунды. Однако эксплуатация этой модели была запрещена в США, поскольку там не были проведены необходимые краш-тесты для ее сертификации. Автомобиль Гейтса простоял на складе американской таможни в Сиэтле десять лет. Тем не менее Гейтс был одним из влиятельных лоббистов пересмотра ограничений, и в 1999 году президент Билл Клинтон внес в законодательство поправки, благодаря которым некоторые коллекционные автомобили были выведены за рамки действующего регламента безопасности на дорогах. Кроме того, Гейтс создал программу для моделирования краш-тестов, чтобы способствовать прогрессу в этой области. Также Гейтсу принадлежат «Феррари 348» и «Ягуар XJ6». В то же время известно, что он водил «Лексус», «Мерседес» и – совсем уж прозаично – минивэн.

Если говорить о недвижимости, которой владеет Гейтс, в первую очередь следует упомянуть поместье Lake Washington, его главный семейный дом. Особняк площадью 6000 квадратных метров, строившийся примерно 7 лет начиная с 1990 года (к вящему неудовольствию некоторых его состоятельных соседей, не привыкших к тому, что кто-то нарушает их размеренный образ жизни), также известен как «Ксанаду 2.0» – название, отсылающее к дому из классического фильма Орсона Уэллса «Гражданин Кейн» (прообразом которого, в свою очередь, был замок Уильяма Рэндольфа Хёрста).

Интерьером здания занимался известный архитектор и дизайнер Тьерри Деспон. В поместье 24 ванные комнаты, гараж на 23 автомобиля, столовая с видом на озеро, в которой может разместиться до ста человек, кинотеатр на 24 зрителя, отдельная комната для батута с потолками высотой более шести метров, и собственный эллинг.

Едва ли приходится удивляться, что поместье просто нашпиговано передовыми технологиями, являя собой своеобразный эксперимент по организации ультрасовременной жизни. Известно, например, что гости по прибытии получают пин-код, идентифицируя который, стереосистемы играют посетителям, придвигающимся по дому, музыку, которая им нравится, а экраны высокой четкости демонстрируют картины, соответствующие их вкусу. В 2013 году это поместье оценивалось в 150 миллионов долларов. Гейтс также владеет особняком с ареной для конкура во Флориде и, по неподтвержденным данным, островом у побережья Белиза в Центральной Америке.

Помимо этого, Гейтс тратит значительные суммы (некоторые эксперты уверены, что он переплачивает) на классические произведения американского искусства. Замечено, что Microsoft, так или иначе, породил такое количество миллиардеров, проживающих в штате Вашингтон, что Сиэтлу просто суждено стать культурной столицей, сокровища которой будут соперничать с экспонатами в Вашингтоне, Нью-Йорке и Бостоне. Первую серьезную заявку о себе на рынке искусства Гейтс сделал в 1996 году, когда заплатил семь миллионов долларов за картину Эндрю Уайета «Далекий гром». Двумя годами позже основатель Microsoft побьет рекорд суммы, когда-либо выплаченной за американскую живопись, купив картину Уинслоу Хомера «Потерянные у Ньюфаундлендской банки» (1898) за впечатляющие 38 миллионов долларов. Также в его частной коллекции находятся такие полотна, как «Теплица» Уильяма Меррита Чейза (Гейтс заплатил за эту работу 10 миллионов долларов), «Цветочная комната» Фредерика Чайльда Гассама (20 миллионов долларов) и «Толпа зрителей на игре в поло» Джорджа Беллоуза (28 миллионов долларов).

Заядлый коллекционер исторических артефактов, Гейтс собрал подлинники документов, написанных Исааком Ньютоном и Авраамом Линкольном. Особенно ценным экспонатом является «Лестерский Кодекс» Леонардо да Винчи. Семидесятидвухстраничная тетрадь содержит записи, сделанные в 1507–1510 годах, в которых да Винчи излагает свои воззрения и мысли, посвященные самым разным вопросам – от астрономии до происхождения окаменелостей. Гейтс выложил 30,8 миллионов долларов за этот документ в 1994 году, вызвав волну недовольства среди итальянцев, расстроенных тем, что «Кодекс» покидает историческую родину. Гейтс в ответ заявил, что этот документ является всемирным культурным наследием. «Я помню, как однажды вечером пришел домой и сказал своей жене Мелинде, что собираюсь купить одну записную книжку, – с улыбкой вспомнит он об этом позже. – Ей тогда не показалось, что речь идет о чем-то значительном».

Самый богатый человек на Земле

Хотел бы я им не быть… В этом нет ничего хорошего.

Билл Гейтс о своем статусе самого богатого человека на планете, 2006

С момента появления на прилавках в 1917 году журнал Forbes стал своеобразной настольной книгой для богачей. В 1987 году он начал ежегодно публиковать списки миллиардеров. В 2015-м Гейтс сохранил свое место на вершине, а его состояние оценивалось в 79 миллиардов долларов. Второй год кряду он занял первое место, хотя с 2009 по 2013 годы уступал лидерство мексиканскому магнату Карлосу Слиму. Также Гейтс оказался вторым – следом за своим старым приятелем Уорреном Баффеттом – в 2008 году, но до этого был бессменным лидером, начиная с 1995 года.

Есть исторические фигуры, которые по некоторым показателям могли похвастаться более значительным состоянием, чем Гейтс. Скажем, богатство нефтяного магната Джона Рокфеллера в период расцвета его бизнеса было эквивалентно 1,5 процентам всего ВВП Соединенных Штатов того времени, в то время как на счетах Гейтса в 2013 году хранились средства, равные всего 0,4 % ВВП США. Тем не менее в абсолютном выражении никто и никогда до сегодняшнего дня не был столь же богат, как Гейтс.

Он говорил, что в юности поклялся стать миллионером прежде, чем ему исполнится тридцать. В действительности он вышел на этот рубеж досрочно. Ему было лишь немного за тридцать (тридцать один год, если быть точным), когда он стал миллиардером. Это произошло в 1987 году в результате проведенного годом ранее первичного размещения акций Microsoft на бирже. Примечательно, что Гейтс неоднозначно относился к этому шагу. По его мнению, компанией становится труднее управлять, когда акционеры могут потребовать от генерального директора отчитаться за каждое его решение. Более того, бизнес компании развивался столь успешно, что она не нуждалась в привлечении средств извне, что зачастую является главный причиной выхода на биржу. Но Гейтс также понимал, что Microsoft становится слишком большой корпорацией, чтобы оставаться неизменной. Кроме того, возможность предложить опцион на акции была необходима для того, чтобы удержать наиболее ценных и талантливых сотрудников. Это не только стимулировало команду с финансовой точки зрения, способствуя максимальному успеху компании, но и объединяло людей, поскольку они получили долю Microsoft в собственность.

Несмотря на сомнения Гейтса, выпуск акций сделал его соратников богатыми людьми. А те, кто проявил терпение и сохранил свою долю в бизнесе, получили феноменальную прибыль. В качестве примера можно привести такой расчет. Те, кто в 1986 году вложил десять тысяч долларов в акции Microsoft, могли продать их в 1998 за 2,4 миллиона долларов. Согласно оценкам, выход Microsoft на биржу привел к появлению трех миллиардеров и 12 тысяч миллионеров уже через несколько месяцев.

В первый день торгов Гейтс продал небольшое количество акций за 1,6 миллиона долларов. Тем не менее остававшиеся у него 45 % оценивались в 350 миллионов. Внезапно Гейтс стал не просто молодым талантом в технологическом бизнесе, но и одним из ста самых состоятельных людей самой богатой страны мира. К 1987 году стоимость пакета его акций преодолела рубеж в миллиард долларов. Она непрерывно росла до тех пор, пока во второй половине девяностых Гейтс не стал самым богатым человеком в мире. Он с легкостью сохранял этот статус долгое время, пока приемник Гейтса на посту генерального директора Стив Балмер не опередил его в 2014 году, став крупнейшим акционером Microsoft.

Но быть богатым не так уж весело. Как признается сам Гейтс в книге Паскаля Захари «В центре внимания», богатые «едва ли получают признание». Кому как не Гейтсу знать об этом.

Найди время на перезагрузку

После того как мне исполнилось двадцать, я десять лет не брал выходных. Ни одного.

Билл Гейтс, цитата на Mail online, 2011

Подразумевается как нечто само собой разумеющееся, что Билл Гейтс никогда не был лентяем. В самом деле, молодой Гейтс, проваливавшийся в сон в разгар совещаний и не считавший тридцатишестичасовую смену на работе чем-то особенным, был объектом многих исследований, посвященных трудоголикам. Хотя никто не может сказать, что в последние годы его график стал менее напряженным, Гейтс тем не менее разработал несколько более взвешенный подход к своей рабочей нагрузке.

Как мы уже убедились, с самого начала у Microsoft была необычная и даже противоречивая философия в том, что касается соединения работы и удовольствия. С одной стороны, в компании были организованы весьма дорогостоящие центры досуга для сотрудников, с другой, известно множество фактов, свидетельствующих о том, что им приходилось подолгу напряженно работать практически без отдыха, так что лишь самые выносливые могли выдержать такой график.

Гейтс сам был олицетворением этого противоречия. Круглосуточная работа у монитора компьютера прерывалась, например, его спонтанными марш-бросками через пустыню Нью-Мексико на автомобиле. Его увлечения также весьма многообразны. Он был хорошим гольфистом: в начале 2000-х, насколько известно, он демонстрировал очень высокие показатели в этой игре. Также он хороший игрок в теннис, пловец, конькобежец и лыжник (последнее относится как к водным, так и к горным лыжам). Кроме того, он приложил значительные усилия, чтобы стать сильным соперником в бридже, хотя пока и не достиг уровня своего наставника Уоррена Баффетта.

Также Гейтс увлекается музыкой, причем бόльшую часть его любимых произведений составляют композиции 40-х и 50-х годов двадцатого века. Любимый исполнитель Гейтса – Фрэнк Синатра.

И конечно, Гейтс старается проводить с семьей столько времени, сколько возможно. Его дети, кстати, как говорят, в шутку дразнят его песней Трэвиса МакКоя и Бруно Марса «Миллиардер», ставшей хитом в 2010 году:

Я чертовски хочу стать миллиардером,

Чтобы покупать то, чего у меня никогда не было.

Я хочу красоваться на обложке Forbes,

Улыбаясь рядом с Опрой [Уинфри] и английской королевой…

Может показаться, что Гейтсу удается прекрасно совмещать работу и отдых. Конечно, он всегда старался выкроить немного времени, чтобы сделать паузу. Однако сложно сказать наверняка, действительно ли он позволяет себе расслабиться. Различные его увлечения говорят не столько о готовности развеяться, сколько о желании втиснуть как можно больше дел в каждый день жизни. Все это время он оставался человеком, работавшим самозабвенно и с огромной самоотдачей, даже если это не всегда бросается в глаза. Но постепенно Гейтс пришел к осознанию, что необходимо внести некоторые поправки в его образ жизни, в частности потому, что филантропия забирает у него много сил. Развивая эту тему в интервью, цитата из которого предпослана этой главе, Гейтс признался: «Я по-прежнему одержимый, но сейчас несколько менее фанатичный».

Управлять, как Гейтс

После оглушительного успеха Microsoft в начале восьмидесятых, когда огромные прибыли обогатили сотрудников, Гейтс понял, что ему необходимо подумать о том, как удержать лучших из них. Зачем кому-то оставаться в компании надолго, продолжая работать сутками напролет, если они уже заработали больше денег, чем могут потратить? Одним из предложенных им решений стали продолжительные творческие каникулы, которые сотрудники могли посвятить развитию своих навыков, увлечениям, путешествиям, общественной работе или – это всего лишь предположение, – может быть, даже отдохнуть. Все это свидетельствует о том, что Гейтс всегда понимал, что в мире есть немало увлекательных вещей, помимо Microsoft, даже если в то время и не мог насладиться ими сам.

Так получилось, что, в конце концов, к удивлению многих, Гейтс принял решение сделать своеобразный шаг назад.

Этот процесс начался в 2000 году, когда Гейтс передал полномочия генерального директора Стиву Балмеру (по признанию обоих, это было непростой процедурой), а сам возглавил разработку программного обеспечения. Теоретически он возвращался к своему первому увлечению, связанному с компьютерной техникой, хотя наивно было бы полагать, что он полностью устранился от управления компанией. Затем, в середине 2006 года, было объявлено, что Гейтс уйдет с постоянной работы в Microsoft через два года, чтобы полностью сосредоточиться на деятельности его фонда. В июне 2008 года, спустя 33 года после того, как он основал компанию, Гейтс провел свой последний день в роли одного из ее непосредственных руководителей. Тем не менее несколько его коллег отмечают, что даже частичная занятость Гейтса в Microsoft дает компании не меньше, чем полный рабочий день практически любого из сотрудников. Наконец, в 2014 году он уходит с поста председателя правления компании, который он занимал с 1981 года. Хотя это был выход в отставку в стиле Гейтса, поскольку сразу за этим последовало объявление о том, что он согласился занять должность советника по технологиям в команде Сатьи Наделлы – преемника Балмера в роли генерального директора. «Я рад, что Сатья попросил меня присоединиться к работе, это существенно увеличило время, которое я провожу в компании», – заявил Гейтс.

В итоге он столь же – если не больше – загружен работой, как и прежде, путешествуя по миру с целью добиться максимальной отдачи от проектов его фонда и участвуя в выработке стратегии компании, которую создал с нуля. Ни в коем случае нельзя сказать, что Гейтс удалился на покой. Он лишь скорректировал свои подходы, которые должны соответствовать его новым приоритетам и гарантировать, что у разменявшего седьмой десяток миллиардера останется достаточно сил и энергии. Как бы то ни было, он не хочет успокаиваться и расслабляться. Как Гейтс скромно заметил в 2008 году: «Я не один из тех, кто любит праздно валяться на пляже».

Читай, как Билл Гейтс

Я часто мечтал в детстве, и мне кажется, что одна из главных причин этого состоит в том, что я имел возможность много читать.

Билл Гейтс

Хотя далеко не все с этим согласны, нередко приходится слышать, что молодые люди, в становлении которых большую роль играли персональные компьютеры, предлагающие множество развлечений, отвернулись от такого традиционного времяпрепровождения, как чтение. Не может поэтому не воодушевлять тот факт, что Гейтс страстно увлечен самыми разными видами литературы. В своем персональном блоге (www.gatesnotes.com) он отводит значительное место книгам, и его впечатления о прочитанном нередко сопровождаются очень точными рецензиями. Также недавно он выпустил список рекомендованных для прочтения книг, вышедших за год.

Любовь к чтению появилась у Гейтса в раннем возрасте, о чем он рассказал в 1998 году Джанет Лёв во время подготовки ее книги «Говорит Билл Гейтс». «В детстве мои родители всегда поощряли нас много читать и самостоятельно мыслить. Они приглашали нас к дискуссиям обо всем на свете, от книг до политики». Юному Биллу Гейтсу нравились рассказы про Тарзана Эдгара Берроуза, он также поставил перед собой задачу одолеть Всемирную Энциклопедию, насчитывавшую в то время двадцать томов. Кроме того, он запоем проглатывал биографии знаменитостей, таких как Франклин Делано Рузвельт и Наполеон Бонапарт. Неудивительно, что будучи ребенком с тягой к естественнонаучным дисциплинам, выросшим во времена экспедиций на Луну, Билл Гейтс увлекся и научно-популярными произведениями – как художественными, так и образовательными.

Тяга к книгам никогда не покидала Гейтса. В более зрелом возрасте он взял себе за правило посвящать чтению один час в рабочие дни и более продолжительное время на выходных. Он не ограничивается чтением книг, но также ежедневно знакомится с публикациями в газетах и журналах, чтобы оставаться информированным по широкому спектру вопросов от текущих событий до новейших компьютерных технологий. Более того, в одной из своих колонок для New York Times в 1996 году Гейтс написал, что пару раз в год организует себе «неделю размышлений». На протяжении этих перерывов в работе он обкладывается книгами и другими материалами, которые, по мнению его коллег, необходимо просмотреть для того, чтобы идти в ногу со временем. Гейтс использует это время для того, чтобы обрести новые силы и, если нужно, пересмотреть свои воззрения.

Подход у Гейтса к выбору книг можно назвать эклектическим. По его собственным словам, он читает «много, но это отнюдь не всегда книги из списков бестселлеров». Хотя он не имеет ничего против фантастики (например, «Проект Рози» Грэма Симсиона занял место на книжной полке Гейтса благодаря рекомендациям жены), бóльшая часть его библиотеки – нон-фикшн, потому что он «всегда хотел узнать больше о том, как устроен мир». Гейтс уверяет, что, исходя из его опыта, родители и учителя во всем мире должны помнить, что именно чтение обладает наибольшим обучающим потенциалом.

Разыскивая книги, которые могут научить его чему-то новому, Гейтс особенно интересуется теми произведениями, которые повествуют о человеческой изобретательности. Например, в 2013 году он очень высоко оценил книгу Марка Левинсона «Ящик. Как грузовой контейнер сделал мир меньше, а глобальную экономику больше». Вероятно, эта книга не всем покажется захватывающей, но Гейтсу нравится, что она проливает свет на глобализацию, бизнес и филантропию.

Книги, которые выбирает Гейтс, зачастую являются отражением его страстного желания решить глобальные проблемы и стремления преодолеть те кризисы, с которыми сталкивается мир. К примеру, он прочел такие разные книги, как монография Пола Фармера «Как починить мир», близкий к ней по духу сборник эссе под редакцией Бьорна Ломборга, посвященный десяти наиболее серьезным вызовам, стоящим перед планетой сегодня, «Как потратить 50 миллиардов долларов, чтобы сделать мир лучше», «Конец бедности» Джеффри Сакса, работу Стивена Левитта и Стефана Дабнера «Суперфрикономика» (отзыв Гейтса: «Одна из вещей, которые мне очень нравятся в этой книге, это то, что в ней развенчаны выводы многих экономических исследований, в которых авторы утверждают, что люди делают выбор иррационально»), биография нобелевского лауреата, специалиста в области сельского хозяйства Нормана Борлоуга «Человек, который накормил мир», написанная Леоном Хессером, пронзительная книга Кэтрин Бу «Жизнь, смерть и любовь в трущобах Мумбая».

Как человек, славящийся своей способностью самостоятельно быстро изучать те дисциплины, которыми он увлечен, Гейтс очень любит и чистую науку. Среди книг, описывающих эту сферу человеческой деятельности, любимым произведением Гейтса является «Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман!», посвященная подвигам – отнюдь не только научным – любимого ученого Билла Гейтса, нобелевского лауреата Ричарда Фейнмана, на страницах которой, помимо прочего, Фейнман сталкивается с Альбертом Эйнштейном и Нильсом Бором. Классика середины семидесятых годов прошлого века – «Эгоистичный ген» Ричарда Докинза – также оказала глубокое влияние на представления Гейтса об эволюции человека. Особую актуальность в силу его профессиональной деятельности имела для Гейтса эпохальная работа профессора Стэндфордского университета Дональда Кнута «Искусство программирования». Эта фундаментальная монография насчитывает несколько томов, и требуются серьезные усилия, чтобы ее внимательно прочитать. У Гейтса ушло на это несколько месяцев, причем он разбивал для себя текст на куски по двадцать страниц каждый. В своей статье для New York Times в 1995 году Гейтс пишет: «Если кто-то дерзнет предположить, что он знает все, Кнут поможет ему понять, что мир гораздо сложнее и многообразнее».

Также известно, что среди недавно прочитанных Гейтсом книг о науке были «Погода для чайников» и «Физика для чайников», а также нетривиальная книга Уолтера Гратцера «Гигантские молекулы. От нейлона до нанотрубок» и «Шерсть собаки и другие научные неожиданности» Карла Сабаха. Не обходит вниманием Гейтс и биографии знаменитостей. Он прочитал работу Уолтера Айзексона, посвященную Стиву Джобсу, а увлечение Гейтса теннисом нашло выражение в таких книгах, как «Разум чемпиона» Пита Сампраса и автобиография Андре Агасси «Откровенно».

В интервью Achievement.org, которое Гейтс дал в 2010 году, он признается в любви к произведению Джона Ноулза «Сепаратный мир», о котором он говорит как о «феноменальном». Опубликованный в 1956 году роман повествует о жизни американских молодых людей предпризывного возраста на фоне событий Второй мировой войны. Если продолжить тему американской классики, нужно отметить, что Гейтс является большим поклонником «Великого Гэтсби» Френсиса Скотта Фицджеральда. В персональной библиотеке Гейтса, насчитывающей 14 тысяч томов, на куполообразном потолке начертана фраза из последней главы этой книги: «Ему пришлось проделать долгий путь, и его мечта была так близко, что, казалось, протяни руку – и дотронешься до нее».

Человек дела, Гейтс не довольствуется лишь ролью читателя, но и давно пишет сам. Его первая работа «Дорога в будущее», написанная совместно с Натаном Мирволдом и журналистом Питером Райнарсоном, анализирует эпоху становления персональных компьютеров и интернет-революции. Она стала бестселлером, за который, как сообщалось, издательство Penguin заплатило аванс в 2,5 миллиона долларов. Гейтс потратил четыре месяца на работу над этой книгой и обнаружил, что это серьезный вызов, требующий предельной сосредоточенности на осмыслении и формулировании выводов. «После того как я сам попробовал написать книгу, мое восхищение людьми, занимающимися этим, лишь возросло», – скажет он позже. Многие писатели благосклонно приняли этот комплимент, несмотря на то что мало кто из них может даже мечтать о гонорарах Гейтса.

Через призму романа

Гейтс обожает изданный в 1951 году роман Джерома Дэвида Сэлинджера «Над пропастью во ржи», повествующий о семнадцатилетнем подростке Холдене Колфилде. Эта книга по праву считается одним из величайших произведений американской литературы. Гейтс поясняет: «Я прочитал „Над пропастью во ржи“, когда мне исполнилось тринадцать, и с тех пор считаю, что это моя любимая книга. Она очень умная. Роман показывает, что молодые люди могут выглядеть сбитыми с толку, но быть мудрыми и видеть вещи, которые взрослые на самом деле не замечают». Способность смотреть на вещи иначе – черта, которая проявилась у Гейтса, когда он вырос, то, что он сохранил, став взрослым. Это особенно заметно по тем подходам, которые он использовал, чтобы ворваться на рынок программного обеспечения в эпоху его становления.

Не испугавшись первого литературного опыта, Гейтс пишет в 1999 году еще одну книгу, хорошо принятую читателями, – «Бизнес со скоростью мысли». Она была посвящена взаимоотношениям бизнеса и технологий.

Все это во многом должно развеять опасения тех, кто считает, что после появления Microsoft книги и компьютеры не смогут сосуществовать. Нужно признать, что некоторые технологии, появившиеся благодаря Гейтсу, способствовали появлению среди новых поколений людей, которые предпочитают сидеть, уткнувшись в экран, за очередным шутером или имулятором спортивных состязаний, звездами которых они никогда не стали бы в реальной жизни. Но сам Гейтс как личность едва ли мог сделать больше, чтобы популяризировать чтение. Тем не менее даже он – владелец, как вы помните, потрясающей классической библиотеки – признает, что, вероятно, время, когда люди получали удовольствие от перелистывания бумажных книг, уходит в прошлое. «Цифровые устройства для чтения возьмут верх, – сказал Гейтс в 2011 году, – они легкие и удобные с точки зрения обмена и распространения текстов. Со временем они придут на смену бумажным книгам».

Любимая книга Гейтса о бизнесе

Лучшая книга про бизнес, которую я когда-либо читал.

Билл Гейтс о «Бизнес-приключениях» Джона Брукса

Как человек, время от времени писавший на тему бизнеса, в 1994 году Гейтс сделал любопытное заявление в интервью журналу Playboy. Обсуждая, дают ли многие годы, проведенные в бизнес-школах, дополнительное преимущество начинающим предпринимателям, он предложил взглянуть на стены в его офисе. Светило современного бизнеса, он объявил: «Давайте посмотрим на эти полки и проверим, есть ли там книги по бизнесу. Ой! Нет ни одной».

Без сомнения, можно сделать определенные выводы из того, что самый богатый человек в мире отвернулся от академических пособий и сам погрузился в мельчайшие детали бизнеса. О чем бы ни говорили учебники, Гейтс переписывает правила. Его слова в Playboy были заявлением новичка в коммерции, стремительно добравшегося до вершин успеха благодаря собственному видению. Тем не менее высказывание Гейтса не совсем справедливо.

В действительности известно, что за свою жизнь Гейтс прочитал множество книг по бизнесу и с готовностью рекомендовал некоторые из них. Например, по собственному признанию, он большой поклонник «Десяти заповедей, которые должен нарушить бизнес-лидер» Дональда Кью, еще одного корпоративного небожителя, работавшего, в частности, в компаниях Coca-Cola и Allen amp;Co. Основанное на шестидесятилетнем опыте, его произведение подано как «веселая книга, о том, как не надо делать». Гейтс говорит о ней: «Дон обладает особым сочетанием опыта, мудрости, уверенности в себе и самоанализа. Его заповеди лучше научат вас успеху в бизнесе, чем забитая монографиями книжная полка».

Еще одно произведение, высоко оцененное Гейтсом, – «Мои годы в Дженерал Моторс» Альфреда Слоуна. Вышедшая в 1963 году книга генерального директора GM является отчасти мемуарами, а отчасти – руководством для начинающих магнатов. Гейтс однажды сказал о ней: «Вероятно, это лучший выбор, если вы решили прочитать всего одну книгу о бизнесе». И наконец, можно отметить «Разумного инвестора» Бенджамина Грэма. Опубликованная в 1949 году, эта книга произвела очень сильное впечатление на Уоррена Баффетта, который, в свою очередь, порекомендовал ее Гейтсу.

Однако наивысшей похвалы удостоилась другая книга, также рекомендованная Гейтсу Баффеттом. Ничто так не способствует продажам книги про бизнес, как одобрение признанной всеми знаменитости и одного из богатейших людей на Земле. Когда выясняется, что этой знаменитости книгу посоветовал еще один миллиардер, успех гарантирован. Это именно то, что произошло с подборкой статей Джона Брукса, опубликованных в 1969 году под названием «Бизнес-приключения». Гейтс познакомился с этой публикацией, когда Баффетт подарил ему старое издание на их первой встрече в начале девяностых.

К сожалению, Брукс скончался в 1993 году и не застал всплеск интереса к его произведению, отмеченный после интервью 2014 года, в котором Гейтс очень высоко оценил эту книгу. Но ему, несомненно, было бы очень приятно узнать, что, спустя 45 лет после выхода в свет, его творение пользуется такой популярностью. Работавший в Time Брукс получил известность как колумнист New Yorker, обращавшийся в своих статьях про бизнес не только к людям в строгих деловых костюмах, но и к неспециалистам. Его эссе включают в себя заметки по широкому кругу вопросов. От истории успеха компании Xerox до уроков, которые можно извлечь из провала модели Ford Edsel. В своих эссе Брукс также анализирует корпоративные скандалы. Гейтс сказал об этом так: «Работа Брукса является отличным напоминанием о том, что правила, которые предопределяют успешность бизнеса и возможность получения прибыли, не изменились. В первую очередь, в каждой отрасли огромную роль играет человеческий фактор. Не важно, есть ли у вас идеальный продукт, план производства и сильный маркетинг. Вам требуются правильные люди, чтобы возглавить и осуществить эти планы».

Это урок, который Гейтс прекрасно усвоил за многие годы, что являлся главным человеком в Microsoft.

Отплати миру

Чтобы жертвовать деньги, нужно быть столь же осторожным, как и когда вы их зарабатываете. Нужно убедиться, что они идут на хорошее дело. Если тратить средства необдуманно, они моментально пропадут.

Билл Гейтс на шоу «20/20», 1998

Родители Гейтса наделили сына обостренным чувством гражданской и социальной ответственности. Его мама Мэри часто работала в качестве волонтера. При этом, хотя в начале карьеры Гейтса окружавшая его реальность не предоставляла для этого много возможностей, Microsoft как компания часто делала пожертвования в виде денег и оборудования. Кроме того, ее сотрудники делились знаниями и тратили свое время на благотворительные проекты.

Гейтс не делал особого секрета из того, что сперва он стремится стать лидером индустрии программного обеспечения, а «добрым делам» придется подождать. Можно процитировать его слова, сказанные в 1987 году журналистам журнала Fortune: «Сейчас такой этап в моей жизни, когда следующие 10 лет моим приоритетом будет работа. Для идеи финансирования чего-то еще время не пришло». Через пять лет Гейтс дает интервью тому же изданию и озвучивает все тот же прогноз: «Быть может, через десять лет мы поднимемся так высоко, что я оторвусь от работы, чтобы оглядеться». Фактически он хотел иметь свободу строить бизнес-империю, не отвлекаясь ни на что другое.

Тем не менее к середине девяностых в его подходе наметился существенный сдвиг. Его публичные высказывания относительно благотворительности показали нового, куда более заинтересованного внешним миром Гейтса, не фокусирующегося более лишь на росте собственного бизнеса. Первым заявлением о намерениях стал основанный в 1994 году Фонд Уильяма Гейтса, названный в честь отца, помогавшего запустить этот проект.

Не в последнюю очередь к созданию фонда его подтолкнула смерть матери, скончавшейся в том году от рака груди. Ее влияние на близких в том, что касается помощи другим людям, было очень сильным. Достаточно упомянуть слова Билла Гейтса, сказанные им в 2007 году во время выступления в Гарварде:

«Моя мама была очень горда, когда я поступил в этот университет, и она все время подталкивала меня к тому, чтобы я больше делал для других. За несколько дней до моей свадьбы она организовала вечер в честь невесты, на котором прочла письмо, адресованное Мелинде. В то время мама была уже очень больна, но она нашла еще одну возможность, чтобы донести свое послание нам. В конце письма она написала: „С тех, кому больше дано, и спрос выше“».

Гейтс сам фактически повторил эту мысль, когда объявил в 2006 году о своем грядущем уходе с должности руководителя Microsoft. Собравшимся журналистам он сказал следующее:

«Я считаю, что с большим благосостоянием приходит и большая ответственность. Ответственность отплатить обществу, увидеть, что эти средства работают наилучшим образом для того, чтобы помочь тем, кто в этом особенно нуждается».

Хотя 1994 год был первой значительной вехой на пути превращения Гейтса в выдающегося филантропа, в то время он не был полностью готов к тому, чтобы посвятить себя этой деятельности. В одной из своих колонок для New York Times, написанной годом позже, он, казалось, готов был отложить активные действия, указывая на трудности, с которыми он столкнулся, когда попытался понять, как лучше использовать свое состояние. «Тратить деньги с умом так же сложно, как и зарабатывать их, – говорил он. – Пожертвования на значимые проекты станут главным делом моей жизни, но это произойдет позже. При условии, разумеется, что в то время у меня будет, что жертвовать».

Тем не менее к 1996 году его намерения стали более твердыми, и в своих высказываниях Гейтс стал придерживаться последовательной линии. «В итоге я пожертвую все свои средства на то, во что верю. На такие вещи, как образование и проблемы детской смертности». Этот вопрос снова возник годом позже, когда медиамагнат Тед Тернер получил широкое признание после того, как пожертвовал миллиард долларов Организации Объединенных Наций. Тернер бросил вызов Гейтсу и другим членам клуба мультимиллиардеров, предложив поступить так же, как он, и Гейтс дал свой ответ в интервью Барбаре Уолтерс на программе «20/20»: «Несомненно, мое пожертвование будет сопоставимо со вкладом Теда. И даже превзойдет его». Это было смелое заявление, но он взял на себя это обязательство.

Не все было столь очевидным. Все в том же году издатель Forbes Рич Карлгаард отмечал сдержанность Гейтса в том, что касается расходов: «Он не растратил свои средства на бессмысленные пожертвования, несмотря на огромное общественное давление». При этом комментарий Гейтса относительно потенциальных претендентов на то, чтобы стать его преемником в Microsoft, едва ли оставлял сомнения в выборе приоритетов: «Никто не сможет заинтересовать меня какой-то другой работой или деятельностью, так что я не думаю, что здесь нас могут ждать какие-то трудности».

Тем не менее в 1997 году Библиотечный Фонд Гейтса перевел 200 миллионов долларов денежными средствами и передал программное обеспечение на ту же сумму общественным библиотекам США. Это больше, чем все расходы федерального правительства по этой статье в том году. Журналу American Libraries Гейтс сказал об этих достойных почитания учреждениях, в которых знание и доступ к информации являются главным активом, обеспечивающим социальное равенство, следующее: «Еще с тех пор, когда я был ребенком, библиотеки играли важную роль в моей жизни». На самом деле заядлый читатель и любитель литературы Гейтс стал самым щедрым меценатом со времен Эндрю Карнеги.

Тем удивительнее, что в настоящее время можно найти не так много упоминаний об этой странице его биографии. С тех пор как он значительно активизировал свою благотворительную деятельность в двухтысячные годы, мнение общественности о Гейтсе, его восприятие в качестве иконы американского потребительского капитализма изменились навсегда. В 2010 году он подытожил этот своеобразный дуализм своего существования в интервью CNN:

«Мне очень повезло. У меня было две абсолютно фантастические работы. Когда я был молод и писал программы, просиживал ночи напролет, мечтая о персональном компьютере, я был уверен, что о такой жизни должен мечтать каждый. Теперь я сменил сферу деятельности. Я полностью занят работой в своем Фонде. Знаете, мне нравится выступать в поддержку тех вещей, которыми он занят. Я должен гарантировать, что деньги, которые тратит Фонд, работают наилучшим образом. И я люблю эту работу».

Новое значение филантропии

Если вы верите в то, что жизнь каждого человека равноценна, (то) отвратительно узнать о том, что некоторые жизни рассматриваются как то, что стоит спасти, а другие – нет. Мы сказали себе: «Не должно быть так. Это заслуживает того, чтобы стать приоритетом нашей благотворительной деятельности».

Билл Гейтс, торжественная речь в Гарвардском университете, 2007

Филантропия может принимать разные формы, но не следует отождествлять ее с благотворительностью. Изначально древнегреческое, это слово означает «любовь к человечеству». Но что отличает филантропию от благотворительности? Не только масштаб, хотя филантропы обычно имеют дело с очень значительными суммами денег, в то время как благотворительное пожертвование – это подчас просто немного мелочи. Вероятно, уместнее говорить о том, что благотворительность, как правило, направлена на то, чтобы облегчить симптомы проблем, в то время как филантропия имеет дело с их первопричинами. Собственно, это разница между тем, чтобы дать голодному рыбу, и тем, чтобы дать ему оборудование и образование, чтобы он смог ловить ее сам.

Инвестировать в общественные блага – давняя традиция американских промышленников. Такие предприниматели, как Эндрю Карнеги, оставили потрясающее наследие. Джон Рокфеллер (1839–1937) в этом отношении особенно примечателен. Рокфеллер сделал состояние на нефти, но перенаправил большую часть своих средств на образование, медицину и научные исследования – явные отголоски этого подхода можно увидеть и в деятельности Гейтса.

Если на пути Гейтса к филантропии был момент подлинного озарения, то это была его поездка в Африку в 1993 году на сафари в Заире (в настоящее время Демократическая Республика Конго) с его будущей женой Мелиндой. Гейтс, разумеется, был образованным человеком, имевшим представление о неравенстве в мире. Но после непосредственного столкновения с крайней нищетой его воззрения претерпели фундаментальные изменения. Борьба за выживание, которую ведут миллионы простых граждан, оказалась столь же шокирующей для Мелинды, которая позже рассказывала прессе, что по возвращении домой она призналась близкому другу: «Африка изменила меня навсегда». На протяжении нескольких месяцев Билл и Мелинда изучали некоторые ключевые аспекты проблемы. То, что миллионы детей умирают каждый год от болезней, от которых никто не умирает в США, оказало на них особенно сильное влияние. Год или два спустя внимание Гейтса уже не сосредотачивалось лишь на благополучии Microsoft.

По мере того как он все больше втягивался в благотворительную деятельность, оттачивалась и жизненная философия Гейтса. Так же, как он полностью контролировал происходящее в его коммерческих проектах, он стремился идеально оркестровать и свои благотворительные начинания. Он определил свой подход к благодеяниям как «Каталитическую Филантропию», заполняющую, по его словам, разрыв между государственным и частным сектором.

Это не означает, что он недооценивает масштаб задачи, стоящей перед ним. Гейтс отдает себе отчет в том, что частные компании, правительственные и международные организации являются ключом к решению многих, если не всех, проблем, с которыми борется его Фонд. Не удивительно, что человек, «игравший в капитализм» с самыми сложными соперниками и одержавший в этой игре победу, убежден в силе частного капитала. «Я убежден в том, что у капитализма есть сила, чтобы улучшать жизни людей», – сказал Гейтс. Тем не менее он не игнорирует и недостатки системы. В 2012 году он пишет в журнале Forbes:

«В то время, как частный бизнес делает потрясающую работу, чтобы удовлетворить потребности людей, способных платить, есть миллиарды тех, кто лишен возможности вызвать на рынке интерес к их нуждам. И потому они обходятся без него».

В той же статье он описывает, как правительство «может предложить услуги там, где рынок не в состоянии этого сделать, и таким образом обеспечить страховочную сетку». Кроме того, некоторые проблемы требуют столь значительных ресурсов для их разрешения, что даже такие богатые организации, как Фонд четы Гейтс, не имеют шансов помочь в одиночку. Дополнительные миллиардные субсидии из госбюджетов имеют огромное значение. Понимает Гейтс и то, что у частных компаний и правительств есть ограничения в отношении инноваций, поскольку они опасаются связать себя непосильными обязательствами. В этом промежутке, утверждает Гейтс, можно «найти обширное, неисследованное пространство для инноваций, отдача от которых будет фантастической. Это пространство является благодатной почвой для того, что я называю „Каталитической Филантропией“».

Как и следовало ожидать, Гейтс не боится браться за самые сложные задачи. Некогда он задался целью сделать так, чтобы компьютер был в каждом доме. В качестве мецената он не менее амбициозен. В мире, где примерно два с половиной миллиарда человек живут менее чем на два доллара в день (стандартная черта бедности) и где доход предопределяет здоровье, образование и уровень смертности, нет недостатка в проблемах, за которые можно взяться. Как он и Мелинда пишут на сайте их Фонда: «Уоррен Баффетт однажды дал нам отличный совет в отношении филантропии. Он сказал – не занимайтесь беспроигрышными проектами. Возьмитесь за действительно сложные».

Характерно, и очень важно, что Гейтс готов столкнуться с неудачами. «Мы не только миримся с этим, – пишет он, – мы готовы к этому, потому что считаем, что сущностная роль филантропии заключается в том, чтобы сделать ставку на многообещающие концепции, которые правительства и бизнес не могут себе позволить». На его взгляд, функция филантропа весьма проста – она состоит в том, чтобы «дать старт». «Я убедился: для меня это лучшая работа в мире. Столь же захватывающая и азартная, как все, что я когда-либо делал». Его подход заключается в том, чтобы бескорыстно решать серьезнейшие проблемы нашего времени с той же энергией и эффективностью, что были характерны для него в коммерческих предприятиях. И это изменило облик филантропии навсегда.

Фонд Билла и Мелинды Гейтс

Наши цели состоят в помощи самым бедным (в мире) и в повышении качества образования (в США). Половину своих средств мы тратим на всемирное здравоохранение.

Сайт Фонда Билла и Мелинды Гейтс

В 1994 году Гейтс продал часть своих ценных бумаг, чтобы основать Фонд Уильяма Гейтса, названный в честь его отца, помогавшего в этом проекте. После смерти жены Гейтс-старший пытался пережить утрату, разбирая горы корреспонденции с различными просьбами о помощи, поступавшими его сыну. Фонд внес упорядоченность в эту деятельность. В 2000 году Гейтс-младший объединил эту организацию и прочие свои благотворительные проекты в Фонд Билла и Мелинды Гейтс. К 2014 году это был, без сомнения, крупнейший институт филантропии в мире, с активами, превышающими 42 миллиарда долларов. Более того, он стал эталоном благотворительной практики в новом тысячелетии.

Вера в то, что жизнь каждого человека равноценна, – краеугольный камень в работе Фонда. Своей верой в равенство людей Гейтс во многом обязан родителям. В 2008 году на шоу Чарли Роуза он говорил о влиянии его отца на подходы организации к работе: «Мой отец подавал пример тем, что он делал… Он один из тех, благодаря кому существует Фонд, так что я хотел бы быть достойным его».

На сайте Фонда есть такие слова: «Помочь всем людям вести здоровую и продуктивную жизнь». Фонд взаимодействует с множеством партнеров – правительствами, коммерческими компаниями и неправительственными организациями – для того чтобы «справиться с рядом тяжелейших проблем: крайней бедностью и отсутствием медицинской помощи в развивающихся странах, а также недостатками американской образовательной системы». С этой целью Фонд, действуя весьма избирательно при выборе проектов, фокусируется на значительных проблемах, с которыми люди сталкиваются на протяжении всей их жизни. Также он поддерживает только те начинания, где его содействие существенно меняет расклад сил, давая шансы на успех. Фонд, например, не выделяет средства на борьбу с раком, поскольку в этом направлении уже сделаны огромные инвестиции и любые дополнительные поступления окажут лишь минимальное воздействие.

Можно говорить о том, что Фонд в особенности заинтересован в финансировании инновационных и экспериментальных подходов к решению проблем. Например, он инвестировал «в разработку новых технологий, помогающих фермерам развивающихся стран выращивать больше продовольствия и получать большую выручку, в новые инструменты для профилактики и лечения смертельно опасных заболеваний, новые методы, помогающие преподавателям и студентам на занятиях».

Штаб-квартира Фонда находится в Сиэтле, при этом его дополнительные офисы открыты в Вашингтоне (США), Абудже (Нигерия), Аддис-Абебе (Эфиопия), Пекине (Китай), Дели (Индия) и Лондоне (Великобритания). Запущены четыре основные программы выделения грантов: «Программа глобального развития», «Глобальная программа здравоохранения», «Глобальная политика и содействие» и «Программа для Соединенных Штатов». Последняя фокусируется на вопросах доступа к образованию, в то время как международные инициативы направлены на борьбу с голодом и крайней нищетой, а также болезнями (главным образом с помощью программ массовой вакцинации).

Фонд выделяет ежегодные гранты, равные десятой части всего бюджета США, на оказание помощи. В 2006 году друг Гейтса (и один из попечителей Фонда) Уоррен Баффетт пообещал передать Фонду акции в его холдинге Berkshire Hathaway на 34 миллиарда долларов (В 2010 году казна Фонда пополнилась благодаря пожертвованию Баффетта примерно на 37 миллиардов долларов). В Фонде работает 1200 сотрудников, и с момента появления, по состоянию на сентябрь 2014 года, было распределено 31,6 миллиарда долларов, включая 3,6 миллиарда за один лишь 2013 год, израсходованных на проекты в более чем ста странах мира. Собственные финансовые дела Гейтса также не должны прийти в упадок, чтобы деньги не иссякали еще на протяжении долгого времени. Гейтс намерен передать 95 % своего состояния Фонду с условием, что эти средства будут потрачены в течение двадцати лет после его смерти либо после смерти Мелинды (в зависимости от того, что произойдет позже).

Гейтс настоял на том, чтобы организация действовала в рамках того же энергичного подхода, что он требовал от Microsoft. Он чувствует себя вознагражденным за эти усилия. Как сообщил Гейтс журналу Businessweek в 2009 году, он «обнаружил те же волшебные составляющие, что заставляли любить работу в Microsoft …». «Мне приходится учиться новым вещам. Собирать вместе лучших людей, рисковать, чувствовать, насколько значительным может быть результат, – вот то, что объединяет мою предыдущую и нынешнюю работу».

Вызов, который бросают запутанные проблемы, поиск логических решений и преодоление широко распространенного скептицизма с тем, чтобы внедрить эти решения, – вот то, что является общим в его коммерческих начинаниях и деятельности в качестве филантропа. Как и следовало ожидать, когда речь идет о такой влиятельной организации, у Фонда хватает критиков. Было немало претензий его инвестициям, причем кое-кто обвинял Фонд в поддержке компаний с не самой лучшей репутацией с точки зрения защиты окружающей среды или деловой этики. В частности, звучали утверждения, отвергнутые Гейтсом, что средства направлялись фармацевтическим компаниям, не желающим поставлять их продукцию в развивающиеся страны за разумные деньги.

Гейтс, однако, признает, что случайные промахи неизбежны. В ежегодной информационной рассылке Фонда за 2009 год Билл и Мелинда пишут: «Недостаточная обратная связь означает, что мы как Фонд должны быть еще более внимательными при выборе целей и быть искренними сами с собой в тех случаях, когда их не удается достичь». В книге 2011 года «Чтение со звездами. Чествование книг и библиотек» Гейтс признает: «Знаете, многое в филантропии идет не слишком успешно». Тем не менее за свою короткую историю Фонд способствовал ощутимым переменам к лучшему – от инновационных библиотечных проектов в Соединенных Штатах до международных программ по вакцинации, которые позволили сохранить сотни тысяч, а быть может, и миллионы жизней.

Гейтс, начав с нуля, стал крупнейшим игроком на технологическом рынке, и ему удалось сделать то же на поприще филантропии. Как заметил один из экспертов в этой области Майкл Эдвардс, «сфера благотворительности может обескровить сама себя, выставляя все в слишком мрачном свете… Гейтс предложил более позитивный подход. Он стал образцом для подражания и крупнейшим филантропом».

Креативный капитализм

Какую бы степень эгоизма мы ни предположили в человеке, природе его, очевидно, свойственно участие к тому, что случается с другими, участие, вследствие которого счастье их необходимо для него, даже если бы оно состояло только в удовольствии быть его свидетелем.

Адам Смит, «Теория нравственных чувств», 1759

В 2008 году Билл Гейтс выступил на представительном Всемирном экономическом форуме в Давосе, где рассказал о своей теории «Креативного Капитализма», дающей надежду преодолеть многие из проблем, с которыми борется его Фонд. В основе своей эта теория содержит идею о том, что государственные, частные и некоммерческие организации работают вместе (существенное отличие от классической модели американского капитализма), чтобы создать систему, в которой вознаграждаются усилия тех, кто стремится преодолеть глобальные вызовы. Как он сказал собравшимся в Давосе: «Этот гибридный двигатель, состоящий из расчета и заботы о других, может послужить гораздо бόльшему кругу людей, чем просто корысть или содействие отдельно друг от друга».

В значительной степени это перекликается с теориями Адама Смита, одного из отцов основателей современной экономики, а в особенности – с идеями, выраженными в его основополагающей работе «Богатство народов». Гейтс поясняет:

«Кто-то может возражать против подобного типа рынка, основанного на социальных переменах, сказав, что, объединяя чувства и расчет, мы не увеличим благосостояние, а, напротив, сократим его. Креативный Капитализм связывает воедино заботу о судьбе других людей с нашими собственными интересами так, чтобы в выигрыше оказались все».

Это были сильные слова, учитывая, что сказаны они такой «иконой» американского капитализма, как Гейтс, построившим свой бизнес с нуля, чтобы стать самым богатым человеком на планете, признававшимся в том, что он является приверженцем капиталистической модели. Например, в книге Синтии Кроссен «Богатые. Как они стали ими», вышедшей в 2000 году, в частности, есть такая цитата Гейтса: «Люди недооценивают эффективность капиталистических механизмов, удерживающих в узде зарвавшиеся компании. Даже самые преуспевающие». Поэтому было особенно впечатляющим услышать от него, что финансовые инструменты сами по себе как триггер перемен не могут преодолеть все общественные проблемы. «Прибыль не всегда достижима, когда бизнес пытается обслуживать наиболее бедных», – говорит Гейтс. Он предполагает, что рынок на самом деле может стимулировать социальные перемены, не руководствуясь лишь соображениями выручки. Компании могут извлечь выгоду, которая не обязательно должна сразу выражаться в финансовых показателях. «В подобных случаях должен быть другой рыночный стимул, – продолжает Гейтс, – и этот стимул – признание. Признание укрепляет репутацию компании и воздействует на клиентов. Прежде всего привлекая в организацию хороших людей».

Его приверженность креативному капитализму непосредственно перетекает в область интеллектуальной собственности, которая оказывается особенно спорной из-за неопределенности границы между личным интересом, обусловленным капитализмом, и стремлением к общественному благу. Наиболее оголтелые критики Гейтса доходят до того, что считают его соучастником сговора элит развитых стран, защищающих свои патенты и порабощающих более отсталые нации путем дорогостоящего лицензирования жизненно важных лекарств и сельскохозяйственных технологий. Подобные утверждения вполне можно охарактеризовать как параноидальные. Гейтс признает, что вне зависимости от того, какой сектор технологий мы рассматриваем, – от близкой ему индустрии ПО до фармакологии и аграрного сектора, – научные разработки и исследования обходятся очень дорого. Поэтому ясно, что инвесторы нуждаются в возврате своих средств.

Хотя технологические достижения сделали мир лучше для всех (в частности, Гейтс возлагает огромные надежды на биотехнологии, рассчитывая, что они продолжат динамично развиваться), степень и скорость этих улучшений была неодинаковой. Как он выразился, «наибольшие изменения увидели те, кто менее всего нуждался в них, а те, кто нуждался более всего, увидели самые незначительные улучшения, и это особенно справедливо в отношении тех, кто живет менее чем на один доллар в день». Он описал часть этой проблемы так:

«Когда заболевания влияют и на богатые и на бедные страны, процесс „просачивания“ технологий в конце концов затрагивает даже беднейшие регионы, поскольку высокая стоимость разработки окупается сперва в развитых государствах, а после истечения срока патентов их по остаточной стоимости продают в другие страны, так что в итоге все извлекают прибыль».

Таким образом, классическая капиталистическая модель гарантирует, что самые бедные все получают последними. Согласно видению Гейтса, креативный капитализм поможет сократить эту неприемлемую задержку. Его стремление к действиям было очевидно всем: «Я оптимист. Но я нетерпеливый оптимист».

Задействуй знаменитость

Должен признать, тогда я не посчитал это первоочередной задачей.

Билл Гейтс о попытках Боно с ним встретиться

Так уж сложилось, что Билл Гейтс не славится большим личным обаянием. Однажды у Джона Леннона спросили, является ли Ринго Старр величайшим барабанщиком в мире, на что тот якобы ответил, что Ринго даже не лучший барабанщик в «Битлз». Вспоминая такую фигуру, как Стив Джобс, по аналогии можно сказать, что Гейтс даже не самый харизматичный гик среди руководителей технологических корпораций. Однако, даже если это и так, он всегда уверенно принимал на себя роль общественного деятеля.

Гейтс не гипнотизировал публику во время анонсов нового программного обеспечения, добиваясь той почти рок-н-ролльной экзальтации у аудитории, как это удавалось Джобсу. Но зато, когда речь идет о действительно серьезных, глобальных проблемах, Билл Гейтс всегда убедителен и точен. В интересах его Фонда он постоянно использует свое имя и репутацию, а также контакты среди воротил бизнеса и политических небожителей, добиваясь признания в самых авторитетных организациях, таких как ООН.

Не всегда очевидно, насколько Гейтсу приятно прибегать к помощи знаменитостей, но, если это содействует достижению его целей, он готов это сделать. В первую очередь он знает, что знаменитости – это известность, а известность означает влияние. Поэтому он использует свой собственный звездный статус и славу других знаменитостей для защиты интересов тех, кто беден и чей голос не слышен. Например, в своем ежегодном послании 2011 года, написанном, когда международная экономика еще не оправилась от последствий тяжелого кризиса, Гейтс заявил, что «самые бедные не смогут прийти в правительства, чтобы сказать о своих проблемах, поэтому я хочу помочь им заявить о себе».

Вне всяких сомнений, самой влиятельной знаменитостью, с которой Гейтсу удалось завязать дружбу, является Уоррен Баффетт. Тем не менее самым раскрученным, не сходящим с газетных страниц знакомым Гейтса, вероятно, можно считать фронтмена группы «U2» Боно, на протяжении продолжительного времени организующего различные компании по борьбе с бедностью и распространением СПИДа в Африке. Неслучайной в этой связи можно считать полученную ими вместе с Мелиндой Гейтс награду журнала Time «Персоны года-2005».

Альянс Гейтса и Боно мог бы показаться странным, и на самом деле поначалу все шло к тому, что ему не суждено появиться. Именно Боно попытался связаться с Гейтсом. Он уже знал Пола Аллена и попросил представить их друг другу. После того как его просьба осталась без внимания, Боно решил, что Аллен просто предпочел проигнорировать ее. В действительности Аллен обратился к Гейтсу, но тот не заинтересовался предложением, поскольку решил, что речь идет о бывшем муже Шер, Сонни Боно.

Тем не менее, когда Боно и Гейтс в конце концов встретились, между ними сразу наладилось сотрудничество. Гейтс вспоминает их первую встречу: «На меня произвело сильное впечатление то, что он действительно знал, о чем говорит, и демонстрировал неподдельное стремление добиться цели. Это было удивительно. После этого мы стали отличными „сообщниками“ в большом деле». В свою очередь, Боно говорит: «Я не смог бы сделать ничего, из того что я делаю, если бы не Фонд Гейтса».

ONE LOVE

Гейтс помог Боно с его инициативой ONE (международная организация по пропаганде и агитации, охватывающая более 6 миллионов человек, занятая борьбой с крайней бедностью и профилактикой заболеваний, главным образом, в Африке) и компанией RED. Это программа, организованная совместно с крупными международными корпорациями, такими как Converse, Armani и GAP, жертвующими на нее часть прибыли. Она позволила собрать несколько сотен миллионов долларов на закупку медикаментов для лечения пациентов, страдающих от СПИДа. Кто мог предположить, что рок-звезда и компьютерный гений создадут вместе такую мощную команду?

Гейтс также существенно повлиял на подход Боно к филантропии. В интервью журналу Forbes в 2013 году, говоря о своей склонности рассматривать все нюансы глобальных проблем, используя факты и статистику, Боно говорит:

«Это я лишь притворяюсь Биллом. Я ирландец, у нас все в порядке с эмоциями. Вы просто испытываете все более сильные эмоции, и это может идти по нарастающей. Я же научился быть активистом, отталкивающимся от фактов, чтобы прорваться через все это д…мо и разобраться, что действительно работает, а что – нет. Я не последователь традиции хиппи, мол, „давайте возьмемся за руки, и мир станет лучше“. Мне больше по душе панк-рок. На самом деле мне нравится математика. Она просто невероятна!»

Но, пожалуй, самым важным экспериментом Гейтса по вовлечению звезд в филантропию является инициатива Giving Pledge (Клятва Дарения), подготовленная с Мелиндой и Уорреном Баффеттом. Ориентированная на миллиардеров, эта инициатива объединяет огромные состояния и самых известных людей. Отправной точкой послужило обещание Баффетта передать на благотворительность 99 % своего состояния и намерение четы Гейтс поступить так же с 95 % собственных средств.

Подписавшие клятву – миллиардеры или те, кто претендует на этот статус, – обязуются передать не менее 50 % своих богатств на добрые дела. При том, что это не юридический договор, а скорее моральное обязательство, не всем легко его принять на себя. На закрытом анонсе инициативы, сделанном во время обеда, организованном Дэвидом Рокфеллером в Университете Рокфеллера от имени семьи Гейтсов в 2009 году, список знаменитостей включал в себя бизнесмена и бывшего мэра Нью-Йорка Майкла Блумберга, финансиста Джорджа Сороса, Теда Тернера (чей вызов, брошенный некогда Гейтсу, вернулся теперь с лихвой) и телезвезду Опру Уинфри.

Компания стала публичной в 2010 году, и по состоянию на январь 2015 года к ней присоединились 128 человек. Среди них и Марк Цукерберг, основатель Facebook, который стал миллиардером в 23 года – подвиг, на фоне которого Гейтс выглядит едва ли не бездельником. Учитывая сходство их карьерного пути, Цукерберг обратился к Гейтсу с вопросами о том, как лучше организовать собственные проекты в области филантропии. Гейтс с удовольствием выступил в роли наставника, и это еще один альянс знаменитостей, который может принести миру огромную пользу.

Цели филантропии: обеспечить образование и равенство возможностей

Деньги с какого-то момента не имеют для меня ценности. Их ценность полностью определяется возможностью создать организацию и предоставить ресурсы наиболее бедным.

Билл Гейтс, Daily Telegraph, 2012

В мире, где, говоря словами Джорджа Оруэлла, некоторые равны более, чем другие, показательно, что самый богатый человек на Земле совершенно потрясен неравенством в распределении ресурсов и возможностей, которое разделяет нашу планету. Его приверженность делу борьбы с этими проблемами сквозила в обращении к Гарвардскому университету, которое Гейтс огласил в 2007 году:

«Величайшие достижения человечества – это не его открытия, а то, как эти открытия применяются для сокращения неравенства. Сокращение неравенства – с помощью демократии, сильного государственного образования, качественного здравоохранения и широких экономических возможностей – это и есть величайшее достижение человечества».

Это его убеждение проявляется по-разному. Фонд Гейтса, например, выступает в роли неутомимого борца за повышение качества образования и доступа к программам планирования семьи во всем мире. Это, как уверены в Фонде, базовые права человека. В то же время Фонд стремится дать фермерам в развивающихся странах инструменты и навыки, которые повысят эффективность их труда и, как следствие, благосостояние. Кроме того, Фонд последовательно поддерживает Альянс за Финансовую Доступность, который пытается обеспечить банковскими услугами тех, кто лишен к ним доступа. Альянс рассчитывает, что, благодаря таким технологиям, как мобильная связь, финансовые услуги станут доступными самым бедным жителям планеты, давая им возможность расплатиться за критически важные услуги, такие как медицинская помощь, и в целом лучше распоряжаться своими деньгами.

Все эти инициативы призваны разрешить проблемы, с которыми сталкиваются жители развивающихся стран. Однако Гейтс убежден, что образование более чем что-либо еще является ключом к сокращению неравенства. Более того, он уверяет, что должно быть обеспечено равенство образовательных возможностей повсеместно в самих США вне зависимости от социального статуса или финансового благополучия студентов. Поэтому Гейтса очень огорчает популярность истории о том, как он ушел из Гарварда. В 1996 году он пишет в New York Times:

«Меня очень беспокоит, когда я слышу, как молодые люди говорят о том, что не хотят идти в колледж, поскольку я не закончил образование. С одной стороны, я получил прекрасное образование, даже если не оставался в университете достаточно долго, чтобы получить диплом. С другой, мир становится все более конкурентным, специализированным и сложным каждый год, что делает высшее образование столь же критически важным, каким некогда было среднее».

Когда его альма-матер вручала Гейтсу почетную степень, чувство юмора не покинуло его: «Я ждал больше тридцати лет, чтобы объявить: отец, я всегда говорил, что я вернусь и получу диплом». Словно чтобы подчеркнуть, что до своего ухода из университета он был прилежным студентом, Гейтс добавил: «Я посещал множество семинаров, на которые даже не был записан».

Наравне с его верой в образовательные институты, следует отметить оптимизм Гейтса в отношении способности молодых людей использовать образование. Как Гейтс указывал в своей колонке для New York Times, он полагает, что дети должны получить качественные элементарные знания.

«Я из числа тех, кто считает, что дети должны знать, как умножать, используя бумагу и ручку, даже если калькуляторы могут прекрасно сделать это за них. Но в то же время у меня нет сомнений в том, что компьютеры способны помочь детям гораздо лучше развить их интеллектуальный потенциал».

Его собственный опыт, обретенный на тернистом пути к вершине индустрии программного обеспечения в 70–80-е годы, убедил его в том, что у молодых людей не должно быть барьеров на пути достижения цели.

«Когда я был молод, я не знал ни одного пожилого человека, – сказал он изданию Wired в 2010 году. – Когда мы совершили микропроцессорную революцию, там не было ни одного старика, ни одного». И с печалью продолжил: «Странно, какой возрастной стала эта индустрия». Его стремление окрылить молодежь наиболее точно сформулировано в комментарии, который он дал Майклу Мейеру из Newsweek в 1994 году: «Молодые люди проявляют бóльшую готовность учиться, [чтобы] предлагать новые идеи».

Гейтс не забывает о тех возможностях, которые были у него потому, что он родился в двадцатом веке в относительно состоятельной американской семье. «Мне посчастливилось воспользоваться готовностью этой страны дать шанс молодому человеку», – сказал он аудитории в Колумбийском университете, выступая в 2009 году. Человек, добившийся всего сам, Гейтс никогда не сбрасывает со счетов удачу, сопутствовавшую его успеху, и потому он стремится предоставить больше возможностей тем, кому повезло меньше.

Цели филантропии: борьба с болезнями

Заболевание, от которого не существует эффективной терапии, является неразгаданной тайной.

Билл Гейтс, New York Times, 1996

Возможности тем не менее не стоят ничего, если здоровье не позволяет воспользоваться их преимуществами. Поэтому еще одна большая кампания, развернутая Фондом Гейтса, направлена на борьбу с заболеваниями, в особенности теми, от которых страдают жители развивающихся стран и которые почти не встречаются в благополучных государствах. В 2005 году он так обозначил задачи:

«Глобальное здравоохранение остается нашей долгосрочной программой. До тех пор, пока мы не облегчим бремя, лежащее на бедных, не сократим разрыв между ними и нами, это всегда будет оставаться нашим приоритетом. Я не так глуп, чтобы утверждать, что это произойдет быстро. Но это наша цель».

Чтобы иметь надежду на успех миссии, Гейтс наладил тесные контакты с правительствами, международными организациями и фармацевтическими компаниями, стойко защищая интересы Фонда, в тех случаях, когда с каким-то из этих институтов возникают эксцессы.

Кроме того, он сохраняет хладнокровие, придерживаясь рационального подхода в распределении денег Фонда, всегда анализируя отдачу от инвестиций. Иначе говоря, его интересует, где эти деньги с наибольшей вероятностью окажут самое значительное влияние на ситуацию. Если это звучит несколько цинично, следует учитывать, что Гейтс поддерживает гораздо более рискованные предприятия, чем многие другие благотворительные организации (не говоря уже о правительствах), решаясь оказать содействие в тех случаях, когда он и его коллеги уверены, что у них есть шансы на успех. Его методы работы были обозначены в послании 2005 года: «Мы проанализировали двадцать главных смертельных болезней. В своей деятельности мы исходим из стоимости спасения в расчете на одного человека и реальную отдачу с точки зрения улучшения ситуации».

Очевидной целью стала борьба с малярией, так как эта болезнь распространена практически исключительно в бедных странах. Западная Европа избавилась от нее к концу 30-х годов прошлого века, а в Соединенных Штатах малярия считается побежденной с 1951 года. В то же время в 2012 году малярией в мире были заражены 2,7 миллиона человек, из которых 627 тысяч умерли. Не менее 90 % случаев были зарегистрированы в странах к югу от Сахары, при этом 77 % заболевших было менее пяти лет. Однако ситуация не выглядит безнадежной. К 2012 году, по сравнению с 2000 годом, заболеваемость снизилась на 25 %, а смертность – на 42 %, главным образом, благодаря инвестициям в диагностику, лечение и профилактику.

Это очень серьезный вызов – бороться со смертельно опасными, разрушительными заболеваниями, давая миру надежду обретения эффективных средств против них. И это именно то, для чего Фонд был создан, работая теперь с большой самоотдачей. Он выделил 2 миллиарда долларов на целевые гранты и еще 1,6 миллиарда передал Глобальному фонду по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией. СПИД – это еще одно важнейшее поле битвы для Фонда Гейтса. Хотя это заболевание серьезно повлияло на цивилизованный мир, в развивающихся странах – особенно к югу от Сахары – эффект от него был куда более разрушительным. Например, в 2013 году число людей, живущих с ВИЧ или СПИД, оценивалось в 35 миллионов человек, из которых 25 миллионов находились именно в этом регионе. Поэтому Фонд Билла и Мелинды Гейтс пожертвовал к настоящему моменту уже 2,5 миллиарда долларов на борьбу с этим недугом.

Тем не менее организация не ограничивается борьбой лишь с заболеваниями, названия которых у всех на слуху, она поддерживает также программу противодействия инфекционным заболеваниям, о которых мало кто говорит. По состоянию на 2015 год программа охватывает 18 таких заболеваний, угрожающих в общей сложности миллиарду человек. В каждом конкретном случае Фонд исходит из того, что широкое применение лекарств, наблюдение за состоянием здоровья людей и борьба с переносчиками инфекции (контроль над насекомыми и паразитами, распространяющими возбудители) могут серьезно сократить масштаб проблемы и урон от этих заболеваний. Среди недугов, с которыми работает Фонд, онхоцеркоз («речная слепота») – патология, возбудителем которой являются гельминты (глисты). О ней редко можно услышать в западных средствах массовой информации, однако онхоцеркозом поражено около 18 миллионов человек в мире, главным образом в Африке и Южной Америке. Среди других заболеваний в списке Фонда лихорадка Денге, японский энцефалит, вирус папилломы человека, висцеральный лейшманиоз (лихорадка дум-дум), анкилистомидоз, дракункулёз, лимфатический филяриатоз и африканский трипаносомоз (сонная болезнь).

От юношеской мечты водрузить компьютер на каждый стол в мире Гейтс пришел к гораздо более амбициозной и бескорыстной цели – спасти жизни миллионов незнакомых ему людей.

Борьба с полиомиелитом

Вы действительно можете взять и избавиться от болезни раз и навсегда, как мы сейчас поступаем с полиомиелитом.

Билл Гейтс, Daily Telegraph, 2011

Вполне возможно, что величайшим достижением Гейтса будет то, что он сыграет ключевую роль в избавлении мира от полиомиелита. В 1988 году заболевание было распространено в 125 странах, и каждый год для 350 тысяч человек – главным образом, детей – заканчивалось параличом. В том году состоялся запуск Глобальной инициативы по ликвидации полиомиелита, которая пропагандировала программу иммунизации. В это трудно поверить, но в итоге удалось добиться снижения заболеваемости на 99 %. В 2012 году было отмечено менее тысячи новых случаев полиомиелита в мире и произошло знаменательное событие – было объявлено, что Индия свободна от этого недуга. Была достигнута цель, которую многие считали недостижимой. На сегодняшний день эта болезнь встречается только в трех странах – Пакистане, Афганистане и Нигерии.

Невозможно переоценить значение этого достижения. Прежде лишь однажды в человеческой истории был случай полной победы над инфекционным заболеванием в результате спланированной кампании – уничтожение оспы в 70-х годах двадцатого века. Многие организации играют важную роль в борьбе с полиомиелитом, но вклад Фонда Гейтса можно назвать одним из наиболее значительных. Рассчитывая на полное искоренение недуга, в 2013 году Гейтс объявил, что планирует потратить почти 2 миллиарда долларов в предстоящие 6 лет, для того чтобы удалось завершить эту большую работу.

Этот очень характерный, с точки зрения подхода Гейтса к решению проблем, проект, однако все еще далек от завершения. Например, в 2013 году были отмечены новые вспышки заболевания в Сомали и растерзанной войной Сирии, где сдержать их не было никакой возможности. Более того, Гейтс столкнулся с официальным политическим противодействием своим начинаниям, в особенности в Пакистане, где исламистские группы объявили программы вакцинации заговором Запада с целью стерилизовать коренное население.

Однако Гейтс полон решимости завершить начатое. Журналисту Нилу Твиди в 2013 году он заявил следующее: «Полиомиелит – это особый случай. Поскольку, как только удастся его искоренить, больше не придется тратить деньги на борьбу с ним, это инвестиция во все последующие времена». Он также не намерен останавливаться на достигнутом:

«Особое значение имеет то, что, покончив с полиомиелитом, мы высвободим ресурсы, чтобы переключиться на малярию и корь».

В начале своей карьеры Гейтс искал баги в программном коде. Полиомиелит может стать самым большим багом, исправленным им.

Гейтс и вера

Я по-настоящему верю в религиозные ценности.

Билл Гейтс на шоу «20/20», 1998

Выросший в обществе, где нетрадиционные верования могли стать серьезной проблемой, Гейтс весьма осторожно говорит о собственных религиозных взглядах. Можно привести его рассуждения, озвученные во время программы «20/20», уже процитированной в начале этой главы: «Я был воспитан как религиозный человек. И моя жена и я считаем, что своим детям мы тоже будем прививать эти ценности… Но глубокие вопросы о Боге, как вы знаете, это не то, на что лично я могу дать ответ».

В детстве Гейтс посещал церковь в Сиэтле, известно, что он выучил наизусть Нагорную проповедь, к чему его, впрочем, подталкивали. Также Гейтс говорил о том, что он читает Библию, которую, как правило, можно найти в гостиничных номерах, если под рукой нет других книг. Тем не менее ничто из вышеперечисленного нельзя считать доказательством глубокой веры. В девяностые годы он сделал несколько заявлений, которые свидетельствуют о серьезном скептицизме в отношении религии, укоренившемся у Гейтса во многом из-за отсутствия твердой доказательной базы (что, как он признает, свойственно любой вере). Так, например, в 1997 году он говорит журналу Time: «Если подумать о распределении временных ресурсов, религия не так необходима. В воскресное утро есть много других важных дел».

Тем не менее он никогда не соглашался с тем, чтобы исключить саму возможность существования Бога. Когда журналист Time поинтересовалась у него, верит ли он в Бога, Гейтс ответил: «Возможно, ведь никогда не скажешь наверняка, что Вселенная существует только для тебя. А если так, надо признать, для меня все складывается очень неплохо». За два года до этого он сказал Дэвиду Фросту: «Что касается поступков, я придерживаюсь научного подхода к тому, почему и как происходят различные вещи. Я не знаю, есть ли Бог или нет, но я думаю, что религиозные принципы довольно действенны». В том же году он признает возможное взаимопроникновение науки и религии, сказав Ларри Кингу: «Хотя я не религиозный человек, то изумление и восхищение, которое у меня вызывает человеческий разум, ближе к религиозному благоговению, чем к бесстрастному анализу».

Тут заметно и влияние Мелинды, которая была воспитана в католической традиции и осталась верующей, даже несмотря на то, что из-за пропаганды программы планирования семьи в развивающихся странах ей пришлось пойти на конфликт с Ватиканом. Между тем в 2013 году, в интервью Нилу Твиди, Гейтс говорил о необходимости начать переговоры с официальными ведомствами в Пакистане, для того чтобы договориться о защите сражающихся на переднем краю битвы с полиомиелитом активистов, которых Гейтс описал как «женщин, занятых богоугодным делом».

В 2014 году вышло его большое интервью журналу Rolling Stone, в котором Гейтс по-прежнему отказывался от однозначных высказываний на этот счет. Он тем не менее отказался о того, чтобы отрицать присутствие божественного в его жизни. Например, он описывал борьбу с глобальным неравенством как моральную кампанию, «своего рода религиозную веру». Также он сказал: «Религиозная мораль, я думаю, чрезвычайно важна. Мы воспитали своих детей на религиозных принципах». И когда его напрямую спросили, верит ли он в Бога, Гейтс ответил:

«Я согласен с такими людьми, как Ричард Докинз, в том, что человечество испытывало потребность в мифе о творении… Сегодня наука заняла многие ниши, – хотя и не все, – которые прежде заполняла религия. Но загадочность, красота мира так поразительны и научного объяснения его происхождению нет… Я думаю, что есть смысл верить в Бога, но какие именно решения в своей жизни мы принимаем по-другому из-за веры, я не знаю».

Чем старше становится Гейтс, тем, похоже, меньше уверенности он испытывает, что кто-то поприветствует его по завершении земного пути. Тем не менее его, кажется, вполне устраивает идея, что вера задает полезные моральные рамки для тех, кто все еще в поте лица трудится в этом мире.

Наследие Гейтса

Наследие – это глупость. Я не хочу иметь наследие.

Билл Гейтс, Daily Mail, 2011

Возможно, скромность заставляет Гейтса утверждать, что его не волнует, каким он останется в памяти людей, однако он говорил об этом неоднократно. Например, в 1995 году он сказал Washington Times: «Я не преследую каких-то определенных целей в том, что касается восприятия меня людьми. Я никогда не высказывал своих пожеланий в отношении того, что люди должны думать обо мне».

Когда его подталкивают к разговору на эту тему, он иногда прибегает к самоиронии: «Кто знает, каким я войду в историю? Быть может, как человек, игравший в бридж с Уорреном Баффеттом. Или меня вовсе забудут». В то же время, после приведенного в начале этой главы заявления, Гейтс в интервью журналистке Каролин Грэхэм добавляет: «Если люди увидят, что, благодаря нашим вложениям, детская смертность сократилась с девяти миллионов человек в год до четырех, это будет классно». Можно сказать, что в зрелые годы Гейтса меньше интересует его личная известность, нежели осознание того, что он оставит этот мир в лучшем состоянии, чем когда он в него пришел. Правда, однако, заключается в том, что Гейтс преуспеет и в том и в другом.

Хотя его карьера в Microsoft, несомненно, была обусловлена – по крайней мере отчасти – жаждой признания и финансового успеха, Гейтс никогда не испытывал чрезмерного беспокойства из-за того, что думают о нем люди. В конце концов, у него не слишком много свободного времени для размышлений о своих былых успехах, и, кроме того, Гейтса в какой-то степени можно назвать бунтарем. Более того, многие годы в роли публичной фигуры сделали его весьма скептичным в том, что касается необходимости соответствовать чьим-либо представлениям. Как он сказал в интервью Newsweek в 1999 году:

«Если кто-то успешен, люди склонны давать этому простые объяснения. Так появляются мифы. Людям нравятся разные байки. Да, я напористый. Я энергичный. Я хочу знать, каково наше положение на рынке. Но когда где-то всплывает что-то типа „ультраконкуретный“, это звучит бесчеловечно. Я читаю такое и говорю: „Я не знаю этого парня“.»

Гейтс из той редкой породы людей, которые увлеченно живут в настоящем моменте, но они при этом все время намечают для себя цель, определяя, чего можно добиться в будущем. Прикидывать, что остальные могут подумать о его поступках, когда его уже не будет рядом, означает для такого человека попросту отвлекаться от куда более важной задачи – добиться максимума здесь и сейчас. Притом, что Гейтс мотивирован, целеустремлен и подчас не останавливается ни перед чем, преследуя свои цели, он также наделен жизнерадостностью и оптимизмом. Как он выразился в своей книге «Дорога в будущее»: «Я думаю, что это прекрасное время, для того чтобы быть живым. Никогда еще не было так много возможностей, чтобы делать вещи, немыслимые прежде».

Эту тему он затронул и два года спустя, в 1997 году, в своей колонке для New York Times:

«Научная фантастика повествует о том, как однажды сотни людей взойдут на борт огромного космического корабля и проведут многие годы в странствиях к звездам… Может быть, и так, но я бы на такой корабль не сел. Я остаюсь здесь. У нас есть озера. У нас есть реки. У нас есть горы. Земля восхитительна в сравнении со всем, что можно найти в радиусе пары световых лет».

И без сомнения, это хорошо, что его наследие не слишком занимает Гейтса, поскольку то, какими мы запомнимся другим, никто не может контролировать – даже Билл Гейтс. Но его путь в зрелые годы позволяет утверждать, что история воздаст ему должное. Он не первый человек, который сделал имя и состояние в бизнесе, а затем начал новую жизнь в роли филантропа, но никто за последние сто с лишним лет не смог осуществить это столь впечатляющим образом, как он. Подтверждением тому, какую высокую оценку уже сейчас получает деятельность Гейтса, может служить опрос, проведенный в начале 2015 года компанией YouGov для журнала Times. Почти 14 тысячам респондентов из тринадцати стран мира было предложено назвать человека, которым они восхищаются более всего. Абсолютным победителем стал Билл Гейтс, набравший 10,1 % голосов и опередивший Барака Обаму, за которого проголосовали 9,3 % опрошенных. Ни один другой кандидат не набрал более 4 %.

Эти последние строки написаны в Microsoft Word, на компьютере с операционной системой Windows, и сейчас уже трудно вспомнить время, когда разработки Гейтса не влияли на нашу повседневную жизнь. А его многомиллиардное состояние поможет продлить и улучшить жизнь миллионов обездоленных людей в мире, став свидетельством достойно прожитой жизни. И это, конечно, более чем внушительное наследие.

Выборочная библиография

• Crossen, Cynthia, The Rich and How They Got T at Way: How the Wealthiest People of All Time – From

• Genghis Khan to Bill Gates – Made Their Fortunes, Crown Business (2000)

• Erickson, Jim and Wallace, James, Hard Drive: Bill Gates and the Making of the Microsoft Empire, John Wiley & Sons (1992)

• Gates, Bill, Business @ the Speed of Thought: Succeeding in the Digital Economy, Penguin (1999)

• Gates, Bill, The Road Ahead, Viking (1995)

• www.gatesfoundation.org

• www.gatesnotes.com

• Ichbiah, Daniel and Knepper, Susan L., Making of Microsof: How Bill Gates and His Team Created the Worlds Most Successful Software Company, Prima Publishing (1991)

• Kinsley, Michael, Creative Capitalism, Simon & Schuster (2008)

• Lammers, Susan (Ed.), Programmers at Work, Microsoft Press (1986)

• Levy, Steven, Hackers: Heroes of the Computer, O’Reilly Media (2010)

• Lowe, Janet, Bill Gates Speaks: Insight from the Worlds Greatest Entrepreneur, John Wiley & Sons (1998)

• Manes, Stephen, Gates: How Microsoft ’s Mogul Reinvented an Industry – And Made Himself the Richest Man in America, Doubleday (1993)

• Rogak, Lisa (Ed.), Impatient Optimist: Bill Gates in His Own Words, Hardie Grant Books (2012)

• Slater, Robert, Microsoft Rebooted: How Bill Gates and Steve Ballmer Reinvented Their Company, Portfolio (2004)

Table of Contents

Дэниел Смит Думай, как Билл Гейтс

Введение

Вехи большого пути Хронология выдающейся жизни

Включи свой мозг

Герои Гейтса

Друг и ролевая модель

Найди свое призвание

Рождение эры микрокомпьютеров

Прими своего внутреннего гика

Не упусти свой шанс

Найди соратников

Справка: Пол Аллен

Справка: Стив Балмер

Справка: Чарльз Симони, Натан Мирволд, Кацухико Ниси

Нанимай лучших

Решись мечтать

Большая сделка Microsoft

Придумывай, изобретай, совершенствуй

Стресс-тест для ваших идей

Гейтс и интеллектуальная собственность

Веди за собой

Учись на своих ошибках

Интернет: успеть в последний момент

Наблюдай за соперниками

Microsoft против Apple

На войне как на войне

Microsoft и монополии

Один в поле не воин

Справка: Мелинда Гейтс

Наслаждайся успехом

Самый богатый человек на Земле

Найди время на перезагрузку

Читай, как Билл Гейтс

Любимая книга Гейтса о бизнесе

Отплати миру

Новое значение филантропии

Фонд Билла и Мелинды Гейтс

Креативный капитализм

Задействуй знаменитость

Цели филантропии: обеспечить образование и равенство возможностей

Цели филантропии: борьба с болезнями

Борьба с полиомиелитом

Гейтс и вера

Наследие Гейтса

Выборочная библиография