Книги по бизнесу и учебники по экономике. 8 000 книг, 4 000 авторов

» » Читать книгу по бизнесу Ювенальное право Коллектива авторов : онлайн чтение - страница 1

Ювенальное право

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 25 ноября 2014, 02:26

Текст бизнес-книги "Ювенальное право"


Автор книги: Коллектив авторов


Раздел: Юриспруденция и право, Наука и Образование


Текущая страница: 1 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Ювенальное право: учеб, пособие для вузов

Ответственные редакторы В.С. Толстой, Д.А. Сумской

Посвящается 20-летию Российского государственного социального университета

Министерство образования и науки российской Федерации Российский государственный социальный университет


Рекомендовано

Министерством образования и науки РФ в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению подготовки «Юриспруденция»


Учебное пособие «Ювенальное право» разработано и издано в рамках научной школы академика Российской академии наук, ректора-основателя Российского государственного социального университета В.И. Жукова «РОССИЯ В ГЛОБАЛЬНОЙ СИСТЕМЕ СОЦИАЛЬНЫХ КООРДИНАТ: ИСТОРИКО-СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПАРАТИВИСТИКА»


Ответственные редакторы:

В.С. Толстой – доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ:

Д.А. Сумской – доктор юридических наук, профессор.


Авторский коллектив:

A. Л. Анисимов, канд. юрид. н., профессор – гл. 8 (совместно с Л.Н. Анисимовым); Л.Н. Анисимов, канд. юрид. н., профессор, заслуженный юрист РФ – гл. 8 (совместно с А.Л. Анисимовым); И. А. Бурмистров, канд. юрид. н., доцент-гл. 15 (совместно с В. М. Лебедевым); В.М. Лебедев, – гл. 15 (совместно с И.А. Бурмистровым); Н.В. Ляшенко, канд. юрид. н., доцент – гл. 11; Е.И. Майорова, канд. юрид. н., доцент – гл. 10; С.Н. Махина, д-р юрид. н., профессор – гл. 9,13; Л.В. Прохорова, канд. филос. н., доцент – гл. 7; А.М. Рабец, д-р юрид. н., профессор, заслуженный деятель науки РФ – гл. 6; Л.Б. Ситдикова, д-р юрид. н., доцент – гл. 12; Д.А. Сумской, д-р юрид. н., профессор – гл. 4, 5; А.И. Толстая, канд. филос. н., доцент – гл. 3; В.С. Толстой, д-р юрид. н., профессор, заслуженный деятель науки РФ – введение, гл. 1, 2; С.Н. Чурилов, д-р юрид. н., профессор, заслуженный юрист РФ – гл. 14.


Рецензенты:

B. Е. Сафонов – доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой истории права и государства Российской академии правосудия;

Ю.Е. Ширяев – доктор юридических наук, профессор, проректор Московского государственного университета технологий и управления им. К.Г. Разумовского.

Принятые сокращения

1. Нормативные правовые акты

Всеобщая декларация прав человека – Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г.

Конвенции о правах ребенка – Конвенция о правах ребенка от 20 ноября 1989 г.

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах – Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г., принятый Генеральной Ассамблеей ООН

Международный пакт о гражданских и политических правах – Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., принятый Генеральной Ассамблеей ООН

Конституция РФ – Конституция РФ от 12 декабря 1993 г.

АПК РФ – Арбитражный процессуальный кодекс РФ

ГК РФ – Гражданский кодекс РФ

ГПК РФ – Гражданский процессуальный кодекс РФ ЖК РФ – Жилищный кодекс РФ

КоАП РФ – Кодекс РФ об административных правонарушениях

НК РФ – Налоговый кодекс РФ

СК РФ – Семейный кодекс РФ

ТК РФ – Трудовой кодекс РФ

УИК РФ – Уголовно-исполнительный кодекс РФ

УК РФ – Уголовный кодекс РФ

УПК РФ – Уголовно-процессуальный кодекс РФ

Федеральный закон «Об актах гражданского состояния» – Федеральный закон от 15 ноября 1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»

Федеральный закон «uo опеке и попечительстве» – Федеральный закон от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»

Федеральный закон «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» – Федеральный закон от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»

Федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» – Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»

Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации» – Федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации»

Федеральный закон «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» – Федеральный закон от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей»

2. Официальные издания

БВС РФ – Бюллетень Верховного Суда РФ

Ведомости (СССР, РСФСР) – Ведомости Верховного Совета (СССР, РСФСР)

Ведомости СНД и ВС (СССР, РСФСР, РФ) – Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета (СССР, РСФСР, РФ)

Вестник ВАС РФ – Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ СЗ РФ – Собрание законодательства РФ

СПС «КонсультантПлюс» – справочная правовая система «Консуль-тантПлюс»

Ювенальное право: реалии и перспективы развития

В общественном сознании и праве с древнейших времен особое место занимает положение детей. Издавна им предписывалась обязанность почитать старших и выполнять все их указания, а родителям предоставлялось право передавать детей в подчинение (а иногда даже – в рабство) другим лицам. В последующие века появилась более развитая система норм, которая определяла правовое положение детей в обществе (в том числе – в семье). Указанные процессы происходили по всему миру и в истории России.

В XIX–XXI вв. идеи ювенальной юстиции и попытки их осуществления в деятельности государственных органов (в том числе правоохранительных) получили широкое распространение в мире[1].

Трактовка ювенальной юстиции в публикациях весьма неоднозначна. В первой группе работ авторы в рамках этого понятия анализируют главным образом внутригосударственные и международные нормы, регулирующие деятельность административных, судебных и пенитенциарных учреждений, касающуюся девиантного поведения несовершеннолетних[2]. Во второй группе работ под названием ювенальной юстиции обсуждаются в основном социологические, криминологические и психологические проблемы отклоняющегося поведения несовершеннолетних, а также системы профилактики их безнадзорности и участия в правонарушениях[3]. К третьей группе можно отнести работы, в которых обсуждаются все названные выше области исследования, начиная от философских и социологических проблем формирования личности до предложений о создании ювенальных судов в современной России [4].

Поводом для формирования положений ювенальной юстиции послужило наблюдение, согласно которому неблагоприятная обстановка в семье является причиной отклоняющегося, а затем – преступного поведения несовершеннолетних. Чтобы предотвратить наступление социально неблагоприятного поведения (и затем преступления) предлагалось ввести реабилитационные процедуры, имеющие целью ресоциализацию подростков, оказавшихся в неблагоприятной среде. При этом вне поля зрения оставалась компенсационная роль правосудия: вред, причиненный потерпевшему преступлением, чаще всего оставался невозмещенным. На несовершеннолетнего причинителя вреда не возлагалась соответствующая обязанность. Судья в таких процедурах являлся инициатором и руководителем процесса воспитания, в котором участвовал ряд иных лиц.

На следующем этапе развития теоретических положений и практической деятельности органов ювенальной юстиции пришлось вернуться к репрессивной и компенсационной функциям правосудия в отношении несовершеннолетних. В это же время некоторые виды деятельности, выполнявшиеся под руководством судьи активистами и общественными формированиями, перешли к государственным органам, что дало повод говорить об огосударствлении ювенальной юстиции.

В связи с этим авторами публикаций и юристами-практиками обсуждается вопрос о том, в какой мере эффективна складывающаяся система ювенальной юстиции. Сомнения здесь вполне закономерны: фундаментальные причины отклоняющегося (в том числе преступного) поведения лежат не только в семейном и ином воспитании – они находятся гораздо глубже и пока вообще не обсуждаются в литературе, которая считает себя научной.

Имея благие намерения, авторы концепций ювенальной юстиции ориентированы в основном на то, чтобы внушить несовершеннолетним понимание их широких прав и принять всевозможные меры к защите таких прав. Конечно, защита прав несовершеннолетних – важная задача. Однако не менее значима и другая цель: внушить несовершеннолетним, что у них имеется также широкий круг обязанностей, которые подлежат безусловному исполнению. Основной смысл жизни заключается в том, чтобы служить своей семье, своим ближним, обществу, в котором несовершеннолетний растет. Каждый человек должен с малых лет понимать и принимать к исполнению эту норму. Пока широкое правозащитное движение преуспело лишь в том, чтобы внушить обществу, особенно его малолетним гражданам, что у детей имеются права, которые все обязаны уважать и защищать. Показателен в этом смысле диалог, который состоялся в телеэфире с участием Президента РФ Д.А. Медведева. Одна из участниц сообщила мнение своего сына, который якобы утверждает: «Я все время учусь и учусь, а когда я жить буду?» Значит, учеба и труд – это, по его мнению, не жизнь.

Несимметричная воспитательная деятельность правозащитного движения ведет к тому, что несовершеннолетние граждане имеют слабое представление о своих обязанностях. Так, значительная их часть не знают своих обязанностей (либо сознательно игнорируют) беречь свое здоровье и не травить его курением и употреблением алкогольных напитков и наркотиков, учиться и участвовать в ведении общих дел семьи, не нарушать правил поведения в общественных местах, уважать право других людей на собственное достоинство и здоровье, не покушаться на имущественные права других лиц и т. д.

Данные статистики дают основания для подобных безрадостных выводов. В 2008 г. в органы внутренних дел за совершение правонарушений всего доставлено 928 219 подростков, из них в возрасте до 15 лет почти 500 тыс. человек. Следует учесть, что в поле зрения милиции попали далеко не все правонарушители. Ссылки, которые приводятся в ряде публикаций, что основными поставщиками в контингент правонарушителей являются дети, живущие без родителей или в неполных семьях, лишены оснований: в 2008 г. из общего числа попавших в поле зрения органов внутренних дел дети, не имеющие родителей или воспитывающиеся в неполных семьях, составили в общем 387 758 человек. Значит, значительное большинство из этого числа составляют лица, живущие в полной семье.

Эти цифры говорят сами за себя: общество должно не только защищать права и интересы детей, но и само защищаться от своих детей, совершающих противоправные действия.

Несовершеннолетние должны учитывать, что их права являются благом, производным от добросовестного исполнения ими своих обязанностей.

Показателен в этом смысле опыт проведения единого государственного экзамена. Как известно, он был введен с целью предоставить выпускникам школ из разных регионов равный доступ к высшему образованию в ведущих вузах страны. Между тем пресса пестрит сообщениями о нарушениях процедуры сдачи экзаменов: очень хочется и учащимся, и их родителям, и работникам школы получить доступ в вуз, не прилагая к этому адекватных усилий. В то время, как право на получение высшего образования производно от добросовестного исполнения учащимися обязанности учиться в средней школе, равно как и от поведения родителей и учителей. Невозможно построить эффективную систему контроля знаний выпускников средней школы, если хотя бы некоторая часть участников процесса обучения и управления образованием стремится с разных сторон проделать в ней лазейки.

На фоне скептического отношения к ювенальной юстиции в последние годы обсуждаются предложения о построении более широкой системы – ювенального права.

Положительная отличительная особенность ювенального права, судя по высказанным в литературе предложениям, заключается прежде всего в том, что оно стремится уйти от криминологической ориентации, которая присуща ювенальной юстиции и которая наряду с общесоциальными дисциплинами (социология, психология, педагогика и т. д.) ориентируется главным образом на анализ норм уголовного права и уголовного судопроизводства.

Ювенальное право предлагает сосредоточить усилия на целостном анализе всех отраслей законодательства, которые содержат нормы, определяющие права несовершеннолетних. В этом – безусловное положительное свойство предлагаемого подхода: в современной истории отношения с участием несовершеннолетних граждан получили развернутое правовое регулирование, причем не только во внутригосударственном масштабе, но и на международном уровне. Одним из свидетельств этому является прежде всего принятие Конвенции о правах ребенка.

Однако концепция ювенального права в современном исполнении сохраняет ориентации, выработанные ювенальной юстицией: всемерная охрана прав и интересов несовершеннолетних. Так, С.Т. Гаврилов, А.В. Заряев и В.Д. Малков утверждают, что «ювенальное право – это комплексная отрасль отечественной системы права, объединяющая юридические нормы, регулирующие общественные правоотношения, одной из сторон которых как минимум выступает ребенок (ювенальные правоотношения); формирующая правовой статус несовершеннолетнего как участника этих правоотношений; устанавливающая механизмы правовой защиты несовершеннолетних, а также определяющая полномочия и принципы деятельности системы органов и учреждений, направленной на реализацию и охрану прав и законных интересов несовершеннолетних (органов ювенальной юстиции)»[5]. Л.Ю. Голышева также констатирует: отличительной особенностью ювенальных правовых норм от норм других отраслей права (ювенальное право – уже отрасль! – В.Т) является то, что «они возникают в сфере защиты субъективных прав и интересов несовершеннолетних в связи с реализацией прав и свобод ребенка, а также исполнения обязанностей со стороны обязанных лиц при осуществлении государственной ювенальной политики»[6].

Если исходить из того, что ювенальное право имеет ту же целевую ориентацию, которая сформировалась в теории ювенальной юстиции, – защита прав и свобод детей, – выделение ювенального права имеет мало смысла по ряду причин.

Во-первых, выделение правового положения ребенка среди других граждан не соответствует Конституции РФ. Согласно ее ч. 2 ст. 6 все имеют равные права и обязанности. И осуществлять свои права и обязанности несовершеннолетние могут не только по достижении возраста 18 лет (ст. 60). Согласно ст. 28 ГК РФ некоторые свои права граждане могут реализовывать самостоятельно начиная с шести лет.

Во-вторых, такая теоретическая установка и практика государственных органов могут создать искаженное представление у несовершеннолетних о своем участии в будущей (да и настоящей – несовершеннолетней) их жизни. Л.Ю. Голышева утверждает, что «создание ювенально-правовых норм обусловлено признанием со стороны государства детства как важного периода в жизни человека. Это влечет за собой установление приоритетной подготовки детей к жизни в обществе в сложных рыночных отношениях»[7]. Примечательно: в изложенном тезисе в сознание несовершеннолетнего гражданина закладывается неадекватное представление о жизни в любом обществе, а тем более в рыночных отношениях. Подготовка к взрослой жизни требует от ребенка упорного совершенствования своего характера, приобретения широкого круга знаний, уважения своих обязанностях перед обществом, аккуратного исполнения обязанностей перед другими гражданами и юридическими лицами. Если подготовка к жизни состоит в том, чтобы повседневно внушать детям, что их права и интересы являются приоритетными (как это делает современное правозащитное движение, а вслед за ним – педагогическая и юридическая литература), и при этом оставлять вне поля зрения их настоящие и будущие обязанности, то общество никогда не сможет решить своих проблем, ныне признанных первоочередными: модернизации производства, повышения производительности труда, преодоления коррупции, совершенствования образования, укрепления семьи, усиления ее воспитательной роли и др. В самом деле, если ребенок растет в окружении, в котором ему принадлежат только права, то став взрослым, а затем главой семьи, разве сможет он воспитывать своих детей в духе ответственного отношения к своим обязанностям в семье, коллективе, обществе?

Попытки представить ювенальное право как отрасль законодательства[8] вообще малоубедительны. Сейчас можно говорить только о предложениях в этой области. Причем термины «отрасль», «система», «комплексная отрасль» и т. п. не спасают положение.

«Предмет регулирования ювенального права, – пишут авторы одного из учебников, – составляет не ребенок как таковой, а совокупность существующих общественных отношений, как минимум одной из сторон в которых выступает несовершеннолетний. Их круг составляют: условия и порядок обеспечения надлежащего статуса ребенка в отношениях, традиционно урегулированных профилирующими отраслями права (конституционным, финансовым, налоговым, семейным, гражданским, гражданско-процессуальным, трудовым, социального обеспечения, административным, уголовным, уголовно-исполнительным, уголовно-процессуальным и др.); личные неимущественные и имущественные, социально-экономические, политические отношения, в которых ребенку как их участнику противостоят взрослые; формы и порядок юридической ответственности несовершеннолетних в русле отношений, связанных со становлением и функционированием системы ювенальной юстиции… Очевидно, что круг указанных общественных отношений предельно разнороден. Единым началом в них выступает лишь один из субъектов – несовершеннолетний»[9]. С одной стороны, авторы утверждают, что круг общественных отношений (конституционных, финансовых, налоговых, семейных и др.), регулируемых гипотетическим ювенальным правом, весьма разнороден. С другой – их объединяет то обстоятельство, что одним из участников является несовершеннолетний. Однако тем самым не учитывается главное основание для деления норм по отраслям – свойства регулируемых правом отношений. Интересно было бы наглядно посмотреть, как авторы обсуждаемой концепции объединяют в единой отрасли нормы гл. 11 СК РФ о правах ребенка в семье с нормой ст. 19 УК РФ об ответственности детей за совершение некоторых видов тяжких преступлений.

Если допустить, что законодатель принял предложение о формировании отдельной отрасли – ювенального права – и решил в специальном акте регулировать отношения с участием несовершеннолетних, то в таком случае наряду с нормами ГК РФ о праве собственности следовало бы ввести комплекс норм о праве собственности несовершеннолетних, наряду с нормами о договоре купли-продажи в ГК РФ надо было бы разработать правила о купле-продаже, в которой по меньшей мере одной из сторон является несовершеннолетний и т. д.

У сторонников выделения норм, касающихся отношений с участием несовершеннолетних, в отдельную отрасль права имеется еще один довод: в литературе сложилась точка зрения, согласно которой единство предмета и метода характерно не для всех отраслей права. Это касается, в частности, системы норм торгового, космического, информационного (компьютерного), морского, воздушного, горного, аграрного, экологического, лесного, жилищного права и некоторых других. «Все перечисленные (отрасли права. – В.I) относятся к так называемым комплексным отраслям российского права; они охватывают несколько сфер жизнедеятельности общества, не имея, как правило, единого метода правового регулирования. К этой же группе в полной мере можно отнести и ювенальное право»[10]. Данному аргументу придается преувеличенное значение. Во-первых, не все перечисленные группы норм имеют статус отраслей права, как, например, нормы торгового, воздушного, морского права. Во-вторых, некоторые названные группы норм сложились в советское время, когда в одном нормативном акте наряду с гражданско-правовыми отношениями регулировались и административные, вызванные необходимостью планировать соответствующую деятельность перевозчиков. В современной России соответствующие группы отношений по традиции регламентируются отдельными нормативными актами. Однако сейчас в них отсутствуют нормы об издании административно-плановых актов. Названные системы норм не могут служить аргументом в пользу выделения ювенального права в качестве отдельной комплексной отрасли, потому что в советское время они регулировали узкую группу однородных отношений и связанное с ними планирование – административные отношения. Сейчас, в условиях свободного предпринимательства, названные комплексы норм нет оснований называть отраслями.

В настоящее время если и можно вести речь о выделении ювенального права в самостоятельную отрасль, то лишь в отдаленной перспективе, когда существенно изменится методология нормативной регламентации общественных отношений. Пока же имеется настоятельная необходимость формирования ювенального права как отрасли юридической науки и учебной дисциплины. Ювенальное право – междисциплинарная юридическая наука, которая исследует правоотношения с участием несовершеннолетних граждан и разрабатывает меры по развитию соответствующего законодательства.

Российский государственный социальный университет (далее – РГСУ) является одним из первых вузов России, в котором преподавание ювенального права ведется еще с 1998 г., а в 2004 г. в структуре Университета создана первая в стране кафедра семейного и ювенального права.

Авторский коллектив, состоящий из преподавателей факультета юриспруденции и ювенальной юстиции РГСУ, посвящает настоящее учебное пособие 20-летию Российского государственного социального университета.

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Топ книг за месяц
Разделы







Книги по году издания