Книги по бизнесу и учебники по экономике. 8 000 книг, 4 000 авторов

» » Читать книгу по бизнесу Новые направления развития уголовного законодательства в зарубежных государствах: сравнительно-правовое исследование Коллектива авторов : онлайн чтение - страница 2

Новые направления развития уголовного законодательства в зарубежных государствах: сравнительно-правовое исследование

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 17 марта 2022, 13:20

Текст бизнес-книги "Новые направления развития уголовного законодательства в зарубежных государствах: сравнительно-правовое исследование"


Автор книги: Коллектив авторов


Раздел: Юриспруденция и право, Наука и Образование


Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

В случаях, когда речь идет о более старых правонарушениях, которые совершались ранее, следует ссылаться на исторические режимы вынесения приговоров в момент совершения преступления в дополнение к действующему законодательству. Это историческое законодательство часто является сложным и носит технический характер, его трудно отследить. Окончательный текст законопроекта был опубликован 22 ноября 2018 г.[44]44
  The Sentencing Code Volume 1: Report Presented to Parliament pursuant to section 3(2) of the Law Commissions Act 1965. Ordered by the House of Commons to be printed on 22 November 2018 // URL: https://s3-eu-west-2.amazonaws.com/lawcom-prod-storage-11jsxou24uy7q/uploads/2018/11/Sentencing-Code-report-Web-version-1.pdf


[Закрыть]
Этот законопроект консолидирует действующее законодательство, регулирующее процедуры вынесения приговора, объединяет положения Закона о полномочиях уголовных судов (назначение наказания) 2000 г., частично Закона об уголовной юстиции 2003 г. и др. Предполагается, что Кодекс должен будет заменить сотни отдельных положений, разбросанных по десяткам статутов.

Финансовые санкции. Важным представляется широкое применение в отношении правонарушителей на современном этапе английскими судами мер финансового характера, к числу которых относятся реституция, компенсация и конфискация, которые в систему уголовных наказаний не входят[45]45
  О применении реституции и компенсации подробнее см.: Автономов А.С., Артемов В.Ю., Власов И.С. и др. Указ. соч. С. 183–214.


[Закрыть]
. Вопросы конфискации в уголовном и в гражданском порядке были регламентированы Законом о доходах от преступной деятельности 2002 г.[46]46
  Proceeds of Crime Act 2002.


[Закрыть]
, согласно которому конфискации подлежат доходы от любой преступной деятельности, сумма которых превышает 10 тыс. фунтов стерлингов (включая подарки, сделанные другим лицам).

Закон о серьезной преступности 2015 г.[47]47
  Serious Crime Act 2015.


[Закрыть]
значительно ужесточил положения о конфискации Закона 2002 г. Одним из нововведений стало уменьшение в два раза срока выплаты конфискуемой суммы (максимум – 6 месяцев вместо 12 месяцев) и увеличение сроков тюремного заключения за неисполнение приказа о конфискации. Если ранее по Закону о полномочиях уголовных судов (назначение наказания) 2000 г. за неуплату суммы в размере до 1 млн фунтов стерлингов нарушителю полагалось отбыть 5 лет тюремного заключения, то с принятием поправок этот срок увеличился до 7 лет тюремного заключения, если же сумма превышает 1 млн фунтов стерлингов – до 14 лет тюремного заключения (ранее максимум составлял 10 лет). Если невыплаченная сумма превышает 10 млн фунтов стерлингов, то согласно новым предписаниям осужденный лишается права на досрочное освобождение после отбытия половины срока тюремного заключения[48]48
  См.: Голованова Н.А. Конфискация как реакция на корыстное преступление // Журнал российского права. 2015. № 7. С. 78–86.


[Закрыть]
.

В Великобритании (как и во многих других странах) происходит определенное смещение акцента с применения конфискации в связи с уголовным преследованием на так называемую конфискацию in rem, т. е. конфискацию, которая может быть произведена отдельно от уголовного судопроизводства либо параллельно с ним[49]49
  О конфискации in rem в Великобритании см. подробнее: Лафитский В.И. и др. Перспективы применения механизмов замораживания, ареста и конфискации преступных активов, механизмов управления конфискованными активами / отв. ред. В.И. Лафитский. М.: ИЗиСП; МУМЦФМ, 2015. С. 134–440; Голованова Н.А. Конфискация vs Коррупции (зарубежный опыт) // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2015. № 3. C. 497.


[Закрыть]
. При этом институт гражданской конфискации в свою очередь в последнее время также начал претерпевать определенные изменения в сторону ужесточения и расширения круга лиц, имущество которых находится под угрозой конфискации.

На это указывают и изменения, внесенные в 2017 г., предоставившие новые возможности и полномочия правоохранительным органам для последующей конфискации доходов от преступлений, а также борьбы с отмыванием денег, коррупцией и финансированием терроризма. Так, Закон о преступных финансах 2017 г.[50]50
  Criminal Finances Act 2017.


[Закрыть]
наделил Высокий суд Лондона (Her Majesty's High Court of Justice in England) полномочием на основании заявлений компетентных органов[51]51
  Правом обращения в Высокий суд Лондона наделены Национальное агентство по борьбе с преступностью, Служба Ее Величества по налогам и таможне, директор Службы по борьбе с серьезным мошенничеством, Королевская прокурорская служба и др.


[Закрыть]
издавать так называемый приказ о необъяснимом богатстве (Unexplained wealth order). Этот приказ требует от лица (физического или юридического) дать объяснения о происхождения активов, сумма которых превышает 50 тыс. фунтов стерлингов, если существуют разумные основания полагать, что эти доходы имеют связь с преступной деятельностью, включая уклонение от уплаты налогов.

Введение нового института, ранее известного австралийскому законодательству, позволяет замораживать активы таких лиц с целью последующей гражданской конфискации. Сообщение ложных сведений об имуществе или введение суда в заблуждение относительно происхождения активов является самостоятельным преступлением, которое по обвинительному акту наказывается тюремным заключением на срок до двух лет и (или) штрафом; в суммарном порядке виновный наказывается тюремным заключением на срок до 12 месяцев и (или) штрафом.

Канада. Уголовное законодательство Канады, входящей в семью общего права, сформировалось под большим влиянием английского уголовного права, и до сих пор во всех провинциях на территориях Канады уголовное преследование ведется от имени британской короны (Queen in Right of Canada – Королевы Канады по праву). Лицо (физическое и юридическое[52]52
  Об уголовной ответственности юридических лиц в Канаде см.: Голованова Н.А., Лафитский В.И., Цирина М.А. Уголовная ответственность юридических лиц в международном и национальном праве (сравнительно-правовое исследование) / отв. ред. В.И. Лафитский. М., 2013.


[Закрыть]
) может быть привлечено к уголовной ответственности за любые преступления, включенные в Уголовный кодекс Канады или любой другой закон (федеральный, провинциальный или муниципальный), содержащий соответствующие санкции.

Согласно ст. 91 (п. 27) Конституционного закона 1867 г.[53]53
  Constitution Act 1867 (British North America Act 1867).


[Закрыть]
(первоначально Закон о Британской Северной Америке) издание актов уголовно-правового характера (criminal law) отнесено к исключительной компетенции федерации, т. е. закреплено за парламентом Канады. Это дает формальный повод для утверждений, часто встречающихся у канадских и российских исследователей, что, по крайней мере, 20 тыс. провинциальных правонарушений (Provincial Offences) и все муниципальные правонарушения (Municipal Offences) не относятся к сфере уголовного права, поскольку в техническом смысле не являются «преступлениями». Однако тот факт, что к лицам, признанным виновными в совершении почти всех этих преступлений, может быть применено наказание в виде тюремного заключения, скорее характеризует их как уголовные деяния, чем это могло бы показаться на первый взгляд.

Как представляется, данная коллизия вызвана тем, что согласно ст. 92 (п. 14) Конституционного закона канадские провинции наделены правом отправления правосудия, «включая создание, поддержание и организацию провинциальных судов гражданской и уголовной юрисдикции, а также включая применение процедур гражданского характера в тех и других судах». Причем п. 15 этой же статьи наделил провинции правом применения разных наказаний, в том числе штрафа и тюремного заключения за нарушение законов провинций, изданных по вопросам, отнесенным к их компетенции. Такая законодательная конструкция позволила провинциям применять как федеральный уголовный кодекс, так и провинциальные законы, содержащие санкции в виде штрафа и тюремного заключения. Другими словами, хотя большая часть запрещенных деяний может не считаться «действительно преступным поведением»[54]54
  Criminal Law and Procedure. Cases and Materials / Eleventh Edition. Toronto. 2015. P. 415–424.


[Закрыть]
(truly criminal conduct) в обычном смысле, санкции, применяемые для борьбы с ними, признаются «уголовными» или «квазиуголовными» наказаниями.

Особенность федерального Уголовного кодекса Канады 1892 г. (действует в ред. 1985 г. с последующими изменениями[55]55
  Criminal Code (R.S.C., 1985. С. C-46).


[Закрыть]
) состоит в том, что этот Кодекс не только определяет типы преступного поведения и устанавливает за них наказания, но и включает процедурные положения. В основу канадского УК положен один из проектов кодификации английского уголовного права, которая в самом Соединенном Королевстве до сих пор не осуществлена. Этот Кодекс неоднократно подвергался консолидации (1906, 1927 и 1953 гг.) в целях уточнения и исключения внутренних несоответствий. Консолидация 1953 г. исключила возможность осуждения на основании общего права, сохранив, однако, те элементы английского права, которые касаются традиционных обстоятельств, исключающих уголовную ответственность по общему праву (common law defences), исключающих вину (excuse) и противоправность (justifications).

Провозглашение Канадской хартии прав и свобод 1982 г. (Canadian Charter of Rights and Freedoms)[56]56
  Constitution Act 1982.


[Закрыть]
, в которой были закреплены такие права граждан в сфере уголовного права и процесса, как презумпция невиновности, запрет подвергаться жестоким и необычным наказаниям, право на охрану от необоснованных обысков и арестов, право на законное судебное разбирательство, привело к изданию новой редакции УК.

Уголовный кодекс действует на всей территории Канады, за исключением Юкона, Северо-Западных территорий и Нунавута, где он применяется с учетом местного законодательства аборигенов[57]57
  В Канаде также реализуются специальные общинные исправительные программы для аборигенов, направленные как на общую профилактику преступности, так и на предупреждение домашнего насилия, алкоголизма, половых посягательств / Комитет по ликвидации расовой дискриминации. Доклады, представленные государствами-участниками в соответствии со статьей 9 Конвенции. Девятнадцатый и двадцатый периодические доклады государств-участников, подлежавшие представлению в 2009 г. Канада // URL: http://www2.ohchr.org/english/bodies/cerd/docs/CERD.C.CAN.19–20_ru.pdf.


[Закрыть]
. Возраст наступления уголовной ответственности – 12 лет[58]58
  По общему праву ребенок в Канаде мог нести ответственность за преступные действия начиная с семилетнего возраста. В 1983 г. минимальный возраст для наступления уголовной ответственности был увеличен до 12 лет, поскольку считалось, что до окончания начальной школы дети младшего возраста не могут понять сути процедуры молодежного суда. Возраст 12 лет примерно соответствует началу подросткового возраста, этапу развития и социального созревания между детством и взрослой жизнью. Вопрос о снижении и повышении возраста уголовной ответственности периодически обсуждается в канадской юридической литературе. См.: Lees, Charlotte. The age of criminal responsibility, which direction?: a comparative study of the United Kingdom and Canada // URL: http://digitool.library.mcgill.ca/R/?func=dbin-jump-full&object_id=33054&local_base=GEN01-MCG02.


[Закрыть]
(ст. 13), однако в отношении лиц, совершивших преступления в возрасте до 18 лет, как указывалось выше, применяются иные меры.

УК Канады не имеет традиционного для континентальных кодексов деления на Общую и Особенную части и на момент написания данной работы состоял из 28 частей и 847 статей. Оставшиеся части Кодекса содержат положения, касающиеся отдельных процедур и правил назначения наказаний. Таким образом, примерно 40 % текста УК занимают положения об уголовном судопроизводстве, а оставшиеся 60 % – определения уголовно-правовых правонарушений, кодификация некоторых средств судебной защиты, которые предоставляются при уголовных обвинениях, и, наконец, предписания, касающиеся назначения наказаний судьями.

С точки зрения законодательной техники УК Канады выглядит достаточно сложным и запутанным. УК предваряется специальным разделом (Interpretation), посвященным толкованию применяемых в нем понятий. Термины, разъясняемые в этом разделе, размещены в алфавитном порядке, в ряде случаев с отсылками к конкретным статьям Кодекса и вне зависимости от того, о чем идет речь – о материальных или процессуальных вопросах.

Кроме того, отдельные части УК и даже его отдельные статьи часто сопровождаются толкованием используемых терминов. Например, в ч. II.1 («Терроризм») ст. 83.01 дает разъяснения понятий «террористическая деятельность» (terrorist activity) и «террористическая группа» (terrorist group); в ч. III («Огнестрельное и иное оружие») ст. 84 не только дает определения разных видов оружия, но и разъясняет иные связанные с ним понятия, необходимые для исключения разночтений.

Помимо обязательных положений о толковании понятий, конкретные части УК иногда дополняются процессуальными положениями и наоборот – процессуальные нормы могут включать нормы об ответственности за их нарушение.

Например, ч. II.1 («Терроризм») предусматривает, что в целях дальнейшей компенсации жертвам террористической деятельности и финансирования антитеррористических инициатив суд вправе наложить арест на имущество или применить в гражданском порядке конфискацию активов, используемых для финансирования терроризма (ст. 83.13, 83.14). В этой же части размещены нормы о порядке рассмотрения дел о терроризме, наказаниях, полномочиях следственных органов и судов.

Часть XII.2 («Доходы от преступлений») также максимально подробно регламентирует порядок рассмотрения дел об отмывании преступных доходов, полномочиях соответствующих должностных лиц, замораживания, ареста и гражданской конфискации имущества.

Обращает на себя внимание также использование в тексте Уголовного кодекса в качестве разъяснений дополнительных рубрик – маргинальных примечаний (marginal notes), которые согласно Закону об интерпретации 1985 г.[59]59
  Interpretation Act (R.S.C., 1985, c. I-21). URL: http://tips.slaw.ca/2017/research/what-are-marginal-notes.


[Закрыть]
официально не являются частью закона. Чаще всего они вносятся одновременно с законодательной поправкой к соответствующей статье, чтобы лучше отразить намерения законодателя.

Как известно, Уголовный кодекс Канады в его современном виде включает только малую часть уголовных норм, поскольку, как и в других государствах, использующих общее право, львиная доля составов преступлений создается регуляторами, независимо от того, на какой уровне принят акт – федеральном, провинции или местном. Как и в Великобритании, к регуляторным преступлениям в Канаде относятся различные преступные деяния, предусмотренные отраслевыми актами (в том числе и субстатутными, подзаконными), связанные, например, с превышением скорости на транспорте, загрязнением окружающей среды, с нарушением правил занятия бизнесом – отсутствие лицензии, нарушение правил бухгалтерского учета, нарушение правил торговли, использованием водящей в заблуждение торговой рекламы или несоблюдение правил охраны труда и безопасности на производстве и прочие. Наказанием за регуляторное преступление обычно является штраф, но к физическим лицам возможно применение тюремного заключения. Если преступление совершается корпорацией, в виде наказания применяется штраф или пробация. Канадские специалисты отмечают, что целью введения регуляторных преступлений (особенно когда речь идет о юридических лицах) в первую очередь является превенция, т. е. сдерживание рискованных действий и их предупреждение, а не реальное наказание неправильного и причиняющего вред поведения[60]60
  Criminal Law and Procedure. Cases and Materials. P. 4.


[Закрыть]
.

Наиболее значимыми актами федерального уровня являются: Закон о доказательствах 1893 г.[61]61
  Canada Evidence Act (R.S.C., 1985. С. C-5).


[Закрыть]
; Закон о продовольствии и лекарствах 1920 г.[62]62
  Food and Drugs Act 1920.


[Закрыть]
; Закон о нарушении федеральных законов 1992 г.[63]63
  Contraventions Act 1992.


[Закрыть]
; Закон об огнестрельном оружии 1995 г.[64]64
  Firearms Act 1995.


[Закрыть]
; Закон о контролируемых лекарственных средствах и веществах 1996 г.[65]65
  Controlled Drugs and Substances Act 1996.


[Закрыть]
; Закон об уголовной юстиции молодежи 2002 г.[66]66
  Youth Criminal Justice Act 2002.


[Закрыть]
; Закон о борьбе с преступным насилием 2008 г.[67]67
  Tackling Violent Criminal Act 2008.


[Закрыть]
; Закон о защите жертв от сексуальных преступников 2010 г.[68]68
  Protecting Victims from Sex Offenders Act 2010.


[Закрыть]
; Закон о неприменении помилования в отношении тяжких преступлений 2010 г.[69]69
  Eliminating Pardons for Serious Crimes Act 2010.


[Закрыть]
; Закон о безопасных улицах и общинах 2012 г.[70]70
  Safe Streets and Communities Act 2012.


[Закрыть]
; Закон о борьбе с иностранной коррупцией 2013 г.[71]71
  Fighting Foreign Corruption Act 2013.


[Закрыть]
; Закон о защите канадцев от онлайн-преступности 2014 г.[72]72
  Protecting Canadians from Online Crime Act 2014.


[Закрыть]
; Закон об ужесточении наказаний за половые преступления против детей 2015 г.[73]73
  Tougher Penalties for Child Predators Act S.C. 2015. С. 23.


[Закрыть]
; Закон о запрете дискриминации по генетическому признаку 2017 г.[74]74
  Genetic Non-Discrimination Act 2017 (S.C. 2017. С. 3).


[Закрыть]
и ряд других законов.

Что касается провинциальных регуляторных законов, то большинство из них содержат квазиуголовные санкции. Например, нарушение положений Закона провинции Манитоба об обращении с животными 1996 г.[75]75
  The Animal Care Act 1996 C.C.S.M. С. A84.


[Закрыть]
, регламентирующего различные вопросы, касающиеся содержания и ухода за животными, лечения и др., предусматривает за первое преступление наказание в виде штрафа в размере до 10 тыс. канадских долл. или (и) тюремное заключение на срок до шести месяцев, а за последующее преступление – штраф в размере до 20 тыс. канадских долл. или (и) тюремное заключение на срок до 12 месяцев. В качестве дополнительного наказания суд может установить для такого лица запрет на владение, распоряжение или контролирование животных на определенный срок, в том числе пожизненно.

Более строгие санкции содержит Закон провинции Манитоба о деловой практике 1990 г.[76]76
  The Business Practices Act S.M. 1990-91. С. 6.


[Закрыть]
Преступлением является нарушение установленных настоящим Законом правил, а также отказ предоставить информацию; предоставление ложной или вводящей в заблуждение информации лицу, действующему на основании Закона. Физическое лицо в случае первого преступления наказывается штрафом в размере до 100 тыс. канадских долл. или (и) тюремным заключением на срок до 12 месяцев; в случае второго или последующего правонарушения – штрафом в размере до 300 тыс. канадских долл. или (и) тюремным заключением на срок до 36 месяцев. Корпорация в случае первого преступления наказывается штрафом в размере до 300 тыс. канадских долл. и штрафом в размере до 1 млн канадских долл. в случае второго или последующего правонарушения. Кроме того, одновременно назначающий наказание судья может издать приказ о выплате пострадавшему потребителю компенсации за понесенные потери или причиненный ущерб в такой сумме, которую он сочтет подходящей в конкретном случае.

Помимо отраслевого провинциального законодательства нормы общего характера относительно уголовных наказаний, которые суды могут назначать за провинциальные преступления, содержатся в провинциальных и муниципальных актах (a municipal by-law – акты местных органов власти). Единообразия в этой области в провинциях не существует. Так, согласно Закону провинции Манитоба о суммарных преступлениях 1985 г.[77]77
  The Summary Convictions Act. SM 1985-86. С. 4.


[Закрыть]
любое лицо, не соблюдающее или нарушающее установленные предписания (за исключением правил парковки, нарушение которых наказывается в административном порядке[78]78
  The Municipal By-law Enforcement Act 2013 C.C.S.M. С. M245.


[Закрыть]
), виновно в совершении преступления и наказывается в суммарном порядке штрафом в размере до 5 тыс. канадских долл. и (или) тюремным заключением на срок до трех месяцев, если законом не предусмотрено иное наказание (ст. 4).

В провинции Альберта Закон о процедуре рассмотрения провинциальных преступлений 2000 г.[79]79
  The Provincial Offences Procedure Act, RSA 2000. С. P-34.


[Закрыть]
предусматривает, что любое лицо, нарушившее законодательство провинции, наказывается штрафом в размере до 2 тыс. канадских долл. и (или) тюремным заключением на срок до 6 месяцев (ст. 7).

В Онтарио Закон о провинциальных преступлениях 1990 г.[80]80
  The Provincial Offences Act R.S.O. 1990. CHAPTER P. 33.


[Закрыть]
в качестве общего наказания (если иное не предусмотрено соответствующим законом) предусматривает штраф в размере до 5 тыс. канадских долл. (ст. 61). В случае неуплаты штрафа в течение пятнадцати дней он может быть заменен тюремным заключением на три дня плюс один день, если сумма, которая не была выплачена, не превышает 50 канадских долл. Если же размер штрафа превышал эту сумму, количество дней тюремного заключения складывается из одного дня плюс количество дней, полученных в результате деления невыплаченной суммы на 50. При этом срок тюремного заключения не должен превышать девяносто дней или половину максимального количества дней тюремного заключения, предусмотренного законом, за нарушение которого был назначенный невыплаченный штраф.

Соединенные Штаты Америки. Своеобразный и долгий путь развития прошло уголовное законодательство США. Оно формировалось на протяжении более чем 400 лет, при этом основываясь на еще более древнем фундаменте – школе английского уголовного права. Данная сфера законодательного регулирования в США никогда не была единообразной и не является таковой по сей день, так как фактически в каждой из правовых систем, существующих на территории США[81]81
  Количество правовых систем зависит от количества штатов, по мере их присоединения число таких систем увеличивалось. На сегодняшний день можно констатировать 53 правовые системы на территории США – федеральная, округа Колумбия, каждого из 50 штатов и свободно присоединившегося государства Пуэрто-Рико.


[Закрыть]
, наблюдаются определенные различия в подходах как к определению преступного деяния, так и к наказанию за таковое.

Сам подход к реформированию уголовных законов в Америке всегда носил хаотичный характер. В отличие от других отраслей права, которые развивались более или менее постоянно, всплески законодательных инициатив, инициируемые резонансными преступлениями, накопившимися проблемами криминального характера (организованная преступность, коррупция и беловоротничковая преступность и т. д.) или существенными изменениями в жизненном укладе (переход к промышленному производству, постиндустриальная эпоха, компьютерная эра и т. п.), сменялись периодами затишья законодателя, поэтому на сегодняшний день можно говорить о том, что в США по сравнению с другими отраслями уголовное право является одним из наименее развитых и наиболее запутанных.

Конечно, не раз предпринимались попытки распутать этот клубок из огромной массы законов, а также схожих и противоречивых решений судов по вопросам применения уголовного закона, но все они сводились лишь к систематизации существующих норм уголовного права. Например, по Уголовному кодексу Калифорнии предусматривалась ответственность за «плевание», а в УК Нью-Йорка – за причинение вреда в результате нарушения правил печного отопления железнодорожных вагонов[82]82
  Козочкин И.Д. Уголовное право США: успехи и проблемы реформирования. СПб., 2007. С. 7, 8.


[Закрыть]
.

До конца XVIII в. вообще не признавалось право федерации вмешиваться в уголовную политику отдельных штатов. Но в дальнейшем с принятием первого федерального Закона о преступлениях 1790 г.[83]83
  CRIMES ACT of 1790 (1st Federal criminal law) // URL: http://www.statutesandstories.com/blog_html/crimes-act-of-1790-1st-federal-criminal-law.


[Закрыть]
ситуация изменилась и федеральное уголовное законодательство стало на путь развития и расширения перечня преступлений федерального уровня. На сегодняшний день федерация наряду со штатами располагает довольно солидным уголовно-правовым арсеналом. При этом широта и неопределенность соответствующих положений Конституции США, а главным образом судебная и законодательная практика дали основание некоторым американским юристам утверждать, что сейчас «никто не сомневается относительно права Конгресса предусматривать наказание за все посягательства против Соединенных Штатов, независимо от того, где они совершаются: в пределах какого-либо штата или на территории, в отношении которой Конгресс осуществляет полную и исключительную юрисдикцию»[84]84
  Уголовное право буржуазных стран: общая часть / под ред. А.Н. Игнатова, И.Д. Козочкина. М., 1990. С. 46, со ссылкой на: Bassiouni M.C. The sources and limits of criminal law in the United States // Revue internationale de droit penal. 1975. No. 3 et 4. P. 309, 310.


[Закрыть]
.

Однако первой масштабной реформой стала предпринятая в 1909 г. попытка кодификации уголовного законодательства федерального уровня[85]85
  Act of March 4, 1909, ch. 321, 35 Stat. 1088 (preamble to chapter).


[Закрыть]
. Здесь вводилась некая систематизация преступлений, был существенно расширен круг преступных посягательств за счет добавления преступлений против почтовой службы, международных, совершенных на территории разных штатов и др. Данный подход был признан удачным, и в 1948 г. приведенный закон был включен в Свод законов США (далее – СЗ США) в качестве разд. 18 «Преступления и уголовный процесс». В нем систематизируются уголовно наказуемые деяния в алфавитном порядке. При этом немалое число норм уголовно-правового характера содержится и в других разделах СЗ США. Да и в целом после Второй мировой войны американское уголовное законодательство претерпело фундаментальные изменения, которые затронули и само определение уголовно наказуемого деяния, и правовые последствия, связанные с совершением преступления, и процессуальные аспекты, а также вопросы отбывания наказания и воздействия на осужденных.

Дальнейшие попытки реформирования уголовного законодательства привели к разработке Примерного (Модельного) уголовного кодекса 1962 г.[86]86
  См.: Примерный уголовный кодекс (США). Официальный проект Института американского права: пер. с англ. / под ред. Б.С. Никифорова (предисл.); пер. А.С. Никифорова. М., 1969.


[Закрыть]
По сути, Примерный уголовный кодекс стал приглашением к правовой реформе, в результате чего процесс реформирования уголовного законодательства получил новый импульс к развитию и стимулировал пересмотр уголовного законодательства штатов. Это было крайне важно, учитывая тот хаос, который царил в уголовно-правой сфере на территории США[87]87
  См.: Козочкин И.Д. Указ. соч. С. 10.


[Закрыть]
.

На тот момент почти в каждом штате действовал свой уголовный кодекс. Однако кодексом или систематизированным нормативным правовым актом это вряд ли можно было назвать. Уголовный закон штата состоял из более или менее собранных воедино законов разного времени, положений и судебных решений, в соответствии с которыми устанавливалась уголовная ответственность. На направленность изначальных законов влияние оказывали разные правовые школы, которые в тот или иной отрезок времени занимали доминирующее положение в замыслах законодателя и правоприменителей. Немаловажное значение имела и политическая обстановка. Значительно сказывалось и то, что многие законы принимались в период доиндустриального общества, что предопределяло их отставание от развития и потребностей общества. При этом уголовные кодексы разных штатов отличались друг от друга по структуре, кругу уголовно наказуемых деяний, по категоризации преступлений и регулированию подходов к назначению наказания, а санкции за сопоставимые преступления могли существенно отличаться как в большую, так и в меньшую сторону.

В том числе и по этим причинам Институт американского права, после более 10 лет работы специальной и весьма представительной комиссии, в 1962 г. опубликовал окончательный 13-й вариант Примерного УК, который и лег в основу практически всех УК штатов. Хотя необходимо отметить, что в уголовное законодательство штатов нормы Примерного УК реципировались с разной степенью интенсивности.

Таким образом, начиная с середины XX в. развитие уголовного законодательства США шло по пути унификации и даже кодификации. Основным направлением развития при этом является борьба с преступностью, в первую очередь – организованной. Это проявляется на всех уровнях, часто в радикальных реформах институтов уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Можно даже говорить о том, что если в первой половине XX в. реформирование уголовного законодательства США шло под лозунгом «nulla poena sine lege» (нет наказания без указания на то в законе), то во второй его половине принцип законодательного регулирования уступает стремлению к наиболее эффективной борьбе с преступлениями, когда на первое место выдвигается принцип «nullum crimen sine poena» (нет преступления без наказания).

Вместе с тем становилось все очевиднее несовершенство систематизированных законодательных актов в условиях англосаксонской правовой системы, их неспособность быстро и адекватно реагировать на изменяющиеся социальные условия, что привело к большому количеству прецедентных решений Верховного суда США и принятию новых или поправок в уже действующие уголовно-правовые нормы. В качестве результатов такой деятельности можно отметить резкое расширение действия уголовного закона в пространстве и по кругу лиц, а также усиление уголовной репрессии.

Например, в 1972 г. Верховный Суд США в окончательном решении по делу Furman v. Georgia[88]88
  Furman v. Georgia, 408 U.S. 238 (1972).


[Закрыть]
предпринял попытку признать смертную казнь противоречащей VIII поправке к Конституции США о недопущении жестоких и необычных наказаний. И хотя судьи разошлись в мотивации своего решения (смертная казнь недопустима как таковая; недостаточно защиты против судебной ошибки), тем не менее на несколько лет в США был фактически объявлен мораторий на применение смертной казни. Это привело и к изменению уголовного законодательства штатов по направлению к отмене смертной казни. Однако уже в 1976 г. в деле Gregg v. Georgia[89]89
  Gregg v. Georgia, Proffitt v. Florida, Jurek v. Texas, Woodson v. North Carolina и Roberts v. Louisiana, 428 US 153 (1976).


[Закрыть]
, где, по сути, рассматривались сразу пять случаев применения смертной казни при идентичных обстоятельствах, по которым подсудимые просили ввести окончательный запрет на применение смертной казни, Верховный Суд США признал вполне конституционным установление в законе наказания в виде смертной казни, что уже в 1977 г. привело к исполнению наказания в виде смертной казни в штате Юта в отношении Гери Гилмора, осужденного за ряд ограблений и два убийства.

В отношении несовершеннолетних Верховным Судом США только в 2005 г. смертная казнь была признана противоречащей клаузуле о недопустимости применения жестоких и необычных наказаний, прописанной в VIII поправке к Конституции США[90]90
  Roper v. Simmons (03-633) 543 U.S. 551 (2005).


[Закрыть]
.

Последнее десятилетие XX в. показало несогласие судебной системы с подходом федерального законодателя, при котором федеральное уголовное законодательство распространяется на деяния, ответственность за которые предусмотрена в соответствии с законами штата. Это проявилось в принятии решений, позволяющих штатам осуществлять свою юрисдикцию в отношении преступлений, традиционно относившихся к исключительной юрисдикции федерального уголовного законодательства. В 1995 г. Верховный Суд США в деле United States v. Lopez[91]91
  United States v. Lopez, 514 США 549. (1995).


[Закрыть]
неожиданно опроверг возможность привлечения к уголовной ответственности по федеральному закону в связи с хранением огнестрельного оружия в школьной зоне. Через пять лет со ссылкой на решение по этому делу Верховный Суд США признал неприменимым к преступлениям, охватываемым юрисдикцией штата, федерального закона «О насилии в отношении женщин», за исключением положений о гражданско-правовой защите жертв насильственных преступлений на гендерной почве[92]92
  United States v. Morrison, 529 US (2000).


[Закрыть]
.

Тем не менее такие решения Верховного Суда США еще не могут означать вывод означенных преступных деяний из-под федеральной юрисдикции вовсе, так как в этом случае необходимо было бы пересмотреть всю федеральную уголовную политику и в отношении таких преступлений, как угон автомобилей с применением огнестрельного оружия; владение огнестрельным оружием лицами, осужденными за насилие в семье или находящимися под запретительным судебным приказом; хищения значимых произведений искусства; убийство чиновника органов штата, при оказании содействия федеральным правоохранительным органам; неуплату алиментов, компьютерные мошенничества и т. д.

Корректируется судом и подход законодателя к определению преступного деяния. Верховный Суд США нашел расплывчатыми формулировки в определении банды по чикагскому Закону о праздношатании, а также уголовную ответственность за несвоевременное подчинение сотруднику полиции, «разумно полагающему, что перед ним уличная банда, праздношатающаяся в общественном месте»[93]93
  City of Chicago v. Morales, 527 U.S. 41, 119 S. Ct. 1849 (1999).


[Закрыть]
.

Во многих штатах на законодательном уровне предусматривается усиление наказания в отношении лиц, прочно вставших на преступный путь (привычных преступников). В некоторых штатах США (например, Калифорния) суд обязан выносить приговоры с продленным сроком лишения свободы для лиц, которые два-три и более раз были осуждены за уголовно наказуемые деяния. Продленный срок лишения свободы присоединяется к основному наказанию в виде лишения свободы. В штате Делавэр разд. 21 Свода законов штата целиком посвящен «привычным преступникам».

В целом привычным преступником может быть признано лицо, ранее осужденное за совершение двух или более самостоятельных преступных деяний, относящихся к категории более тяжких (felony). В случае, когда лицо признается привычным преступником, суд может рассматривать деяние, им совершенное, как преступление более тяжкой категории, лицу может быть назначен продленный срок лишения свободы и сокращены возможности для условно-досрочного освобождения.

Претерпевают изменения не только определение преступного деяния, но и система назначения и исполнения наказания. Во многих штатах уголовное законодательство начинает акцентировать свое внимание именно на руководящих принципах назначения наказания. В федеральном законе (разд. 18 СЗ США) это выразилось во введении всеобъемлющей и обязательной системы наказаний. В дальнейшем были приняты Федеральные правила назначения наказания (United States Federal Sentencing Guidelines), которые стали настолько значимым дополнением к уголовному закону, что на сегодняшний день ни одно решение суда не обходится без учета положений указанных правил.

Дело в том, что на федеральном уровне хотя и предусматривается назначение наказания в рамках, указанных в самом разд. 18 СЗ США, тем не менее разд. 18 предполагает практически неограниченные дискреционные полномочия суда, при этом действие общего права в уголовном законодательстве федерального уровня не признается. В результате столь размытых границ в части назначения наказания федеральное уголовное законодательство фактически начинается и заканчивается руководящими принципами назначения наказания при вынесении приговора. Эти принципы в сочетании с их четкой определенностью превратились в руководство по применению уголовного законодательства. Усиливает позицию руководящих принципов назначения наказания сам федеральный законодатель, постоянно расширяя уголовную ответственность без достаточной регламентации взаимосвязи между ответственностью за совершение уголовно наказуемых деяний и принципами вынесения приговора.

Федеральное уголовное законодательство остается лидером и в создании нормативной базы для регулирования предпринимательской деятельности. Это относится в первую очередь к природоохранной сфере, где наблюдается рост числа лиц, привлеченных на федеральном уровне к уголовной ответственности за экологические преступления, в сфере банковского дела, сельскохозяйственного оборота, производства и реализация алкогольной продукции, искусства и культуры, деятельности корпораций, образования, выборов, страхования, соблюдения норм трудового законодательства, деятельности некоммерческих организаций, здравоохранения и др.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Топ книг за месяц
Разделы







Книги по году издания