Книги по бизнесу и учебники по экономике. 8 000 книг, 4 000 авторов

» » Читать книгу по бизнесу Троллология. Как нейтрализовать хейтеров и противостоять им в соцсетях Светланы Иконниковой : онлайн чтение - страница 1

Троллология. Как нейтрализовать хейтеров и противостоять им в соцсетях

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 23 октября 2020, 22:41

Текст бизнес-книги "Троллология. Как нейтрализовать хейтеров и противостоять им в соцсетях"


Автор книги: Светлана Иконникова


Раздел: Личностный рост, Книги по психологии


Возрастные ограничения: +16

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)

Светлана Иконникова
Троллология
Как нейтрализовать хейтеров и противостоять им в соцсетях

Серия «Цифровое общество»


© Иконникова С., текст, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *

Вступление



Я старше Интернета. Это странно сознавать: кажется, Интернет был всегда. Но я действительно старше. Даже мое совершеннолетие случилось задолго до того, как в мир каждого из нас пришел Интернет.

Я младше троллей. Причем младше настолько, что по сравнению с возрастом троллинга как явления мой возраст – абсолютное ничто. Кажется, троллинг родился примерно тогда же, когда родился человек разумный. Впрочем, нет. Каждый, кто может наблюдать за жизнью животных – собак, кошек, лошадей, обезьян, – скажет, что и они друг друга периодически троллят.

В принципе, здесь я могла бы написать: «Отсюда вывод: троллинг – это нормальное явление» – и закончить книгу на третьем абзаце вступления.

Но проблема в том, что троллинг – не нормальное явление. Оно нормально с позиции «все делают это» (то есть для статистики отступлением от нормы стало бы отсутствие троллинга в Интернете), но совершенно ненормально с позиции человека, которого троллят.

«Все делают это» – значит, каждый из нас периодически становится объектом преследования. Кто-то чаще, кто-то реже… но каждый. И, конечно, большинство из нас нервничают и страдают от того, что их на ровном месте начинают валять в грязи, пусть и виртуально.



Особенно – если виртуально. Как правило, раны, нанесенные словом письменным, оказываются больнее, чем раны, нанесенные словом устным. В этой книге мы разберемся, почему так происходит, и поймем, что нам делать.

Собственно, к написанию книги подтолкнула сама жизнь. Я слишком часто видела, как в соцсетях одни люди начинают травить других людей. Нет, не подростки (о подростках мы поговорим отдельно), а взрослые, состоявшиеся вроде бы люди. Травят других – совершенно им незнакомых.

Иногда я, не в силах сдержаться, вставала на защиту тех, кого травили. Иногда получала в ответ ушат виртуальной грязи. Меня это не слишком смущало: я понимала, что грязь летит не в меня лично, а… во что? Почему вдруг одни люди начинают срываться на других?

Я много анализировала случаи троллинга. Подписалась на топовых блогеров (чем более популярен человек в Сети, тем больше на него сливают негатива). Внимательно изучала городские форумы (если у вас тонкая душевная организация, не ходите туда: как правило, на форумах степень агрессии зашкаливает). Изучала вопрос с точки зрения психологии и социологии.



Не могу сказать, что я нашла стопроцентное противоядие.

Но однажды, рассказав на Фейсбуке, что читаю студентам лекции по противодействию троллингу, я наткнулась на недоуменный комментарий одного из френдов: «Ты – по противодействию троллингу?! Но тебя же никто не троллит, чему ты можешь научить?!»

Собственно, я могла научить тому, как вести свой далеко не маленький и вполне долгоиграющий блог и при этом не нарваться на тонны виртуальной коричневой субстанции (которая, увы, не шоколад).

По первому образованию я психолог. И, хоть никогда не работала по этой специальности, базовые знания психологии помогали всю жизнь. По первой профессии я – журналист: 20 лет работы в печатных СМИ свели меня с тысячами самых разных людей и дали весьма объемную картину мира. По второй профессии я – тренер по письменной риторике: учу не только писать тексты, но и вести письменные диалоги. Ну а по жизни я – мама двоих сыновей, жена мужа, водитель машины и хозяйка собаки. Эти социальные роли ни в коем случае не дают забыть о существовании в нашей жизни троллей.

Поэтому давайте вместе разбираться, кто они такие и что им от нас надо. И выводить алгоритмы: как действовать, чтобы тролли к нам не приставали, а если уж пристали – мгновенно ретировались.

И еще одно маленькое пояснение. Работа тренером меня слегка профдеформировала. Не хочу просто «читать лекцию». Моя задача на тренингах – не «прочитать», а сделать так, чтобы люди, которые пришли на занятие, ушли с него, обладая навыком, которым доселе не обладали.

К книге я подхожу с таких же позиций. Моя цель – не только рассказать вам о троллях, но и сделать так, чтобы после прочтения этой книги вы сами могли бы:

✓ во-первых, определить, что ваш пост или комментарий потенциально «троллеопасен»;

✓ во-вторых, поменять его таким образом, чтобы не исказить смысл, но снизить опасность;

✓ в-третьих, грамотно ответить троллю, если он все-таки заведется у вас в комментариях.


Поэтому в конце каждой главы будут вопросы или задания. Постарайтесь их не пропускать. Конечно, можно читать книгу как роман, но, честное слово, полезнее будет немного поработать над ней – и после этого выходить в Сеть без опасений быть немотивированно обиженным.

Тем более что в начале книги задания будут совсем простые, а в конце… если выполните первые, они тоже покажутся вам простыми.

Желаю приятного и полезного чтения и до встречи на просторах соцсетей!


Часть 1
Да откуда они взялись?




Что будет?

В первой части книги мы разберем, кто такие тролли и почему они так сильно нас тревожат. Это действительно важный вопрос: если мы не сможем понять, какие именно действия тролля вызывают у нас злость, обиду, досаду, раздражение, мы не можем придумать противоядие.

Это как с поиском вакцины к новому вирусу (я пишу эту книгу в разгар пандемии 2020 года и каждый день читаю «сводки» с медицинского фронта): сначала надо изучить заразу, потом изучить ее воздействие на человеческий организм – и только после этого создавать противоядие.

Так что давайте первым делом определимся, почему тролли задевают нас и чем троллинг в Интернете отличается от троллинга в жизни.


Глава 1
Тролли среди нас


Тургеневская девушка

– Я удалилась из соцсетей, – моя знакомая Марина с опаской посмотрела на телефон, как будто он мог сам, без воли хозяйки, включить Фейсбук, Инстаграм и ВКонтакте.

– Зачем?

– Не могу больше. Как только начинаю читать комментарии, сразу расстраиваюсь. Там столько негатива!

Марина – девушка тончайшей душевной организации, такие, как она, вздрагивают даже при слове «дурак». Комментарии в соцсетях (написанные, кстати, не под ее постами) часто доводят ее до слез. Ей кажется, что мир медленно, но верно рушится, а вежливость из нормы жизни уже перешла в краснокнижный разряд. Она говорит, что соцсети вытаскивают из человека худшее, что в нем есть, и что она никогда, ни в коем случае не позволит своим детям заводить аккаунты в виртуальном мире.

В соцсетях действительно много троллинга. И тролли действительно могут достать едкими комментариями.

Есть лишь один нюанс. Тролли не порождение Интернета, и Интернет не порождение троллей. Тролли существовали всегда, а Интернет лишь сделал их более заметными.

– Но в жизни я не встречаю их так часто! – восклицает Марина.

И, кстати, она права.

Интеллигентная девушка Марина живет не то чтобы в башне из слоновой кости, но в весьма рафинированной среде: она работает в «очаге культуры» (еще из тех старых очагов, где нецензурная лексика – это моветон, а не лихость), она посещает театры и концерты классической музыки и даже общественным транспортом пользуется крайне редко: квартира в центре города дает ей преимущество шаговой доступности музеев, выставок и прочих культурных объектов.

И в то же время Марина заблуждается – ровно настолько же, насколько она права.

Как определение понятия может помочь в споре?

Львиная доля споров возникает из-за того, что люди перед началом словесной битвы не договариваются, что они планируют иметь в виду под тем или иным понятием.

Однажды на занятиях по логике мои студенты-журналисты до хрипоты спорили, входит ли множество «дед» в множество «отец»?

– Входит! – кричали одни.

– Вы что, с ума сошли? Пересекается, но целиком не входит! – не менее азартно кричали другие, готовые покрутить пальцем у виска.

И я вдруг поняла, в чем дело.

– Ребята, стоп! – хлопнула в ладоши. – Ну-ка, объясните, что для вас означает понятие «дед».

– Любой дед – это отец, – сказали студенты из первой группы. – Если у человека есть внуки, значит, у него точно есть (или были) дети!

– С чего вдруг? – возмутились ребята из второй группы. – Представьте, идет по улице старенький мужчина с палочкой. Как мы его назовем? Дедушка. А у него, может, не то что детей и внуков, жены никогда не было!

– Ребята, это моя ошибка, – пришлось извиниться мне. – Я должна была сначала дать вам возможность договориться о значении понятия «дед». Кого мы считаем дедом: любого пожилого мужчину? Или мужчину, у которого есть дети и внуки (и не важно, что этому мужчине, например, всего 45 лет)? Мы не определили содержание понятия – и начали спорить на пустом месте.

В интернет-битвах такое встречается сплошь и рядом: люди ругаются друг с другом до виртуальной крови, не отдавая себе отчет в том, что, по сути, каждый из них спорит о своей «картинке».

А между тем, нужно было всего-навсего сказать в самом начале: «Послушайте, а давайте определимся с понятиями. Что вы имеете в виду, когда говорите „счастливая семья“? Что для вас феминизм? А понятие „троллинг“, на ваш взгляд, – это что?»

Кстати, вы можете попробовать применить этот прием в споре – даже если горячая дискуссия не прекратится, то накал борьбы как минимум снизится с зашкаливающего до приемлемого.

Итак, чтобы нам не начинать спор с самых первых страниц книги, давайте определимся, что такое троллинг. Благо, понятие это довольно новое, в энциклопедиях прочно не закрепившееся – а значит, мы имеем полное право дать ему такое определение, какое будет звучать пусть не академично, но зато понятно.



✓ Когда кто-то из поста в пост приходит на вашу страницу и пишет вам комментарии, которые вас задевают, – это троллинг.

✓ Когда кто-то в ответ на ваш пост «сегодня прекрасная погода» пишет «ты сволочь!» – это троллинг.

✓ Когда кто-то оскорбляет ваших родных или друзей, зная, что эти люди для вас важны, – это троллинг.

✓ Когда кто-то выводит вас из себя подколами и ехидными шуточками – это троллинг.

✓ И когда кто-то в своих постах пишет, что у вас нет ни ума, ни таланта, ни способностей, ни чести, ни совести, – это тоже троллинг.


Словом, когда вы прочитали чей-то комментарий и вам после этого хочется то ли вымыть руки с мылом, то ли тошнота начинает подступать, это означает, что вы нарвались на тролля.

А что, если автор «сам виноват»?

Конечно, самые справедливые читатели тут же возразят: «А если у гипотетических „нас“ действительно нет ума, чести и совести? И если в комментариях гипотетическим „нам“ говорят об этом напрямую – разве это троллинг? Это раскрытие глаз на горькую правду».

Да, это тоже троллинг. Потому что гипотетические «мы», выкладывая свой пост (пусть и лишенный ума, чести и совести), не спрашивали совета. Гипотетические «мы» не просили измерять наши моральные качества и интеллектуальные способности.

Поэтому комментарий «ты сволочь и дурак» – это всегда оскорбление. А вот комментарий: «На мой взгляд, в вашем рассуждении есть ошибка» – уже не троллинг. Он вроде бы о том же самом, но не оскорбителен. Впрочем, о магии комментариев мы поговорим в 9-й главе.

Главное же в том, что мы воспринимаем мир, пропуская его через себя. Мы сами для себя – система мер и весов. Комментарий, который одному человеку покажется забавным, другого может сильно ранить. И автор комментария для кого-то будет остроумным парнем, а для другого – троллем.

Я писала книгу так, чтобы каждый читатель, пользуясь изложенными в ней технологиями, мог избавить себя от комментариев, которые его ранят. Подчеркну: мы не можем избавить человечество от троллей. Но мы можем свести их воздействие на себя до минимума.



Давайте считать, что тролль – это любой человек, чьи комментарии или посты в соцсетях нас обижают и не дают спать ночами. А троллология – это ненаука о том, как жить в Интернете и не нарываться на троллей.

Кстати, определив троллологию как ненауку, я автоматически отвела от себя шквал гневных комментариев формата: «Да как вы смеете называть наукой свою простенькую теорию!» Нет, друзья. Троллология – это ненаука. Именно так, в одно слово.

Конечно же тролли существовали всегда – точно так же, как всегда существовала плохая погода.

Каждый из нас знает определение «хам трамвайный» – так называют людей, которые любят покричать не только в общественном транспорте, но и во всех «местах общего пользования», откуда, в случае чего, можно быстро ретироваться.

Каждый из нас хоть раз в жизни ловил спиной: «Ты смотри, какая шалава!» или «Ишь, идет, неуч!» – брошенное бабушками у подъезда. Пожалуй, только нынешние двадцатилетние не застали культуру «приподъездных посиделок»: в моем детстве не существовало ни одного подъезда без бабушек, а некоторые женщины, кажется, даже считали дни до пенсии – чтобы наконец-то получить возможность легально сесть на лавочку и обсудить любую проходящую мимо человеческую особь.

И у каждого из нас в семейной летописи (устной или письменной – не важно) есть история о каком-нибудь прадедушке или прабабушке из серии «затравили». Кто-то после такого «затравили» выходил замуж за нелюбимого человека, кто-то уезжал с насиженных мест, а кто-то и вовсе накладывал на себя руки. Троллинг не так безобиден, как может показаться на первый взгляд.


Почему троллинг особенно опасен для подростков?

– О, Мотька пришел, – хохот прозвучал даже раньше, чем Матвей протиснулся в дверь. – Мотька чумной!

Матвей кисло улыбнулся, как бы соглашаясь: да, чумной. Такой уж уродился, не бейте.

Его, кстати, не били. Просто в техническом кружке, куда Матвея определили родители, все ребята были на пару лет старше. Матвей учился в шестом классе, а они – в восьмом. И плюс среди ребят были две девочки. И плюс – красавицы. И плюс – каждая из девочек знала о том, что она хороша.

Тестостерон бодрил кровь восьмиклассников и заставлял измываться над Матвеем. Все, что могло поставить в противовес их воспитание, – «уговорить» не распускать руки. Поэтому Матвея троллили словами. Называли «чумным» и «дебилом». Ржали над малейшим его проколом. И даже когда никаких проколов не было – все равно ржали.

Девочки хихикали и одаривали особо остроумных одобрительными кивками: поощряли к дальнейшим действиям.

Матвей не сопротивлялся. Он был не «альфа-самец» – скорее спокойный, не склонный к истерикам интроверт. В обычной жизни таких, как Матвей, не троллят: они дают слишком мало «отзыва», чтобы тролли могли насытиться результатами своей «работы».

Но тут вариантов не было: мальчикам нужно повыпендриваться перед девочками, а Матвей – новенький и младший. На ком упражняться? На нем. А чтобы совесть не мучала (ну нормальный же парень, чего к нему цепляться?), парни убедили сами себя, что Матвей – дебил.

– Эй, Моть, ты хоть правило буравчика-то знаешь?

– А?

– Ну я ж говорю: дебил!

Матвей ушел из кружка через три месяца. Сказал маме: «Не хочу, и все. Не пойду больше. Разочаровался в технике». Мама не смогла переубедить – и слава богу.

Где был руководитель кружка? Где-то был. Наверное, в буравчиках.



Это один из самых легких случаев троллинга. Обычно подростки жалят больнее. Настолько больно, что порой раны не затягиваются на протяжении всей жизни.

А между тем, подростковый троллинг был всегда – с тех самых пор, как человек разумный вообще научился говорить. Он принимал разные формы – от боев «стенка на стенку» до едких комментариев в соцсетях, но существовал практически в каждом поколении. Так, может, и не обращать на него внимания? Может, пережить подростковую агрессию как ветрянку – все равно же перебесятся, вырастут, будут нормальными людьми?

Нет.

Если уж продолжать аналогию с ветрянкой – мы не просто констатируем факт ее наличия. Мы лечим ее и изолируем заболевшего ребенка. Более того: сегодня делают от ветрянки прививки, чтобы ребенок в принципе ею не заболел.

Я очень надеюсь, что эта книга станет для вас и ваших детей прививкой от интернет-троллинга. Или как минимум – лекарством, которое поможет максимально быстро нейтрализовать токсичное воздействие троллей. Еще раз повторю: не обольщайтесь – мы не сможем переделать ни одного тролля. Но мы можем выстроить наше общение так, чтобы тролли не интересовались нами и чтобы нас не слишком задевали их комментарии (даже если таковые появятся).



#задание 1

✓ Подумайте, какие комментарии в соцсетях сильнее всего выбивают вас из колеи? Они связаны с какой-то темой? Или вас расстраивает не столько тема, сколько стиль изложения? А может быть, вас вымораживает нецензурная лексика? Или интонация покровительства?

✓ Постарайтесь максимально точно ответить: каков ваш персональный «триггер» и к какой эмоциональной реакции он вас приводит?

✓ Не бойтесь пользоваться глаголами, которые кажутся вроде бы неакадемичными – такими как «вымораживает» или «бомбит». Сейчас ваша задача – сформулировать свое состояние максимально четко. А академичность может и подождать.

Глава 2
Почему нам больно от троллинга?


Проект, о котором никто не узнал

– Нет. Мы сделаем проект, но в соцсетях про него рассказывать не будем, – Олег, владелец небольшого, но крепкого бизнеса, положил руку на папку с проектом.

– Но ведь нам же нужен пиар, – его сотрудница Ира вздрогнула от неожиданности, – ведь мы же для того и платим за иппотерапию, чтобы…

– Мы платим за иппотерапию, чтобы дети с ДЦП могли заниматься на лошадях, – оборвал ее Олег.

Оборвал резко – Ира не могла припомнить случая, чтобы ее энергичный и доброжелательный шеф был так бесцеремонен.

Проект «Лошадь в помощь» был идеей Иры. Ее сын занимался конным спортом, и Ирина знала, что помимо обычных детей (мамы ребят «с особенностями» называли таких детей «нормотипичными») «на лошадок» привозят деток с ДЦП и синдромом Дауна. Оказалось, конный спорт отлично помогает почувствовать свое тело и «прокачать» спящие мышцы. Но далеко не у всех родителей были средства на то, чтобы платить еще и за иппотерапию.

Ирина предложила своему шефу: «А давайте мы за счет фирмы оплатим занятия троих детей – у родителей совсем нет денег». Шеф внезапно согласился. Казалось бы, отличная возможность заодно и попиариться, тем более что мамы и папы мальчишек (все трое были мальчиками) вовсе не против, чтобы Олег рассказал об их детях и иппотерапии в соцсетях.

Он и рассказывал, кстати.

А потом вдруг резко – нет!

Ира поняла: здесь что-то не так. После совещания она села за свой стол, открыла страницу Олега на Фейсбуке, пролистала посты и обнаружила, что Олег уже полторы недели вообще ничего не писал в соцсети.

«Странно, – удивилась девушка. – На него совсем не похоже».

Стала листать дальше, читать комментарии… и увидела, что почти под каждым постом в комментариях непременно появляется некий Аркадий. Этот Аркадий въедливо допытывался, откуда у Олега деньги на тот или иной проект. Требовал предоставить отчетность. Возмущался, что на благотворительность Олег тратит крохи, а мог бы гораздо больше.



В кабинет Олега Ира побежала не закрывая «Фейсбука».

– Олег, это из-за него? – протянула она шефу смартфон как улику. – Это из-за него ты перестал писать посты?

– Да, – Олег отвернулся и посмотрел в окно. – Он убивает мой кураж.

Казалось бы: ну что такого – пишет какой-то тролль, неужели обращать на него внимание? Ерунда какая-то.

Казалось бы: Олег – взрослый человек, у него бизнес, он явно не в тепличных условиях живет.

И вдруг – какой-то тролль.

Ира даже специально погуглила: Аркадий был абсолютный «пирожок ни с чем»: работал кем-то вроде «подай-принеси», жил один, его страница на Фейсбуке была словно стертой ластиком – никаких отличительных черт. Он и внешне-то выглядел как типичное «ничего»: серенький, невзрачненький, скучненький…

И такой тролль может выбить из колеи владельца бизнеса (пусть и малого бизнеса)?

Запросто может.

Почему мы воспринимаем свои посты как продолжение самих себя?

Тролль бьет человека не в бухгалтерию, налогооблагаемую базу или стратегию развития. Тролль бьет в самого человека. Если хотите – в душу.

Я могла бы предложить вам составить список тех, кого вы любите больше всего. Нисколько не сомневаюсь, вы вписали бы в него своих детей, родителей, супругов (насчет супругов не уверена, но пусть так), близких друзей. Если у вас есть домашние животные – они совершенно точно появились бы в этом списке (вот за собак и кошек, в отличие жен и мужей, могу поручиться головой). И вы наверняка забыли бы внести в этот список еще одного человека. Того, кто на самом деле для вас – самый важный и самый любимый.

Вы забыли бы вписать себя.

Мы эгоисты. Мы любим себя больше других, даже не признаваясь в этом. И, кстати, очень хорошо, что мы эгоисты, – человечество выжило и развилось благодаря тому, что каждая конкретная особь была крайне заинтересована в том, чтобы не просто выжить, но и жить с максимумом комфорта. Конечно, в разные эпохи комфорт понимался по-разному. Но именно любовь к себе стала двигателем прогресса. Интересная особенность: пока наши дети еще совсем маленькие, мы с трудом воспринимаем их как отдельную личность. Мы их чувствуем частью себя: не зря так часто родители младенцев говорят про своих малышей «мы проснулись» и «мы надели чепчик». И в этом тоже есть особая мудрость природы – без родителей малыш не выживет, а значит, у них, родителей, должна быть неистребимая потребность ребенка растить, кормить и любить. Это же целый год не спать ночами! Продержаться можно только на силе любви, и даже морально-волевые установки – «я должен» – запускаются благодаря любви.

А теперь представьте, что вы идете по пустынной улице: светит солнце, настроение чудесное – и вдруг без объявления войны на вас нападает какая-то личность (совершенно не важно, мужчина или женщина, молодой человек или старый) и изо всех сил ударяет вас кулаком под печень.

Что вы почувствуете?

Боль. Дикую физическую боль. Ну и обиду, конечно.

Обидный, ранящий комментарий в соцсетях – это точно такой же удар по печени. И нам от него точно так же больно, как было бы больно от реального удара.

Я даже не смогла подобрать нужное прилагательное, чтобы описать комментарий тролля, но при этом не использовать слова, связанные с физической болью. Так и пришлось писать – «ранящий».


Страницы книги >> 1 2 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Топ книг за месяц
Разделы







Книги по году издания