Правообладателям!
Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?![](/books_files/covers/thumbs_150/tretya-dver-sekretnyy-kod-uspeha-billa-geytsa-uorrena-baffetta-stiva-voznyaka-ledi-gagi-i-drugih-bogateyshih-lyudey-mira-13406.jpg)
Текст бизнес-книги "Третья дверь. Секретный код успеха Билла Гейтса, Уоррена Баффетта, Стива Возняка, Леди Гаги и других богатейших людей мира"
Автор книги: Алекс Банаян
Раздел: Зарубежная психология, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)
– Спасибо, что были с нами на «Цене удачи». Пока!
Глава 3
Кладовка
Свою яхту я продал за 16 тысяч долларов, которые, по студенческим меркам, все равно что миллион. Я ощущал себя таким богачом, что то и дело угощал всех своих друзей мексиканской едой в Chipotle – гуакамоле до отвала каждому! Но после каникул, с началом весеннего семестра, праздник закончился. На занятиях мне было трудно сосредоточиться – я постоянно представлял себе, как было бы здорово поучиться вместо этого у Билла Гейтса. Я считал дни, остающиеся до летних каникул, когда наконец можно будет полностью отдаться воплощению моей миссии.
Буквально накануне окончания занятий у меня состоялась плановая встреча с моим куратором – преподавательницей медицинского факультета. Постукивая по клавишам компьютера, она пробежалась по моей зачетной ведомости, изучая «незакрытые темы».
– О-о, Алекс, а вот тут у нас проблемка.
– А в чем?
– Похоже, что у тебя есть академическая задолженность. За лето тебе нужно пройти химию, чтобы тебя оставили на медицинском факультете.
– Нет! – недолго думая выпалил я. – Ну, то есть я хотел сказать, что у меня другие планы.
Куратор оторвалась от компьютера, медленно повернулась в кресле и посмотрела прямо на меня.
– Нет уж, мистер Алекс. На меде других планов не бывает. Либо ты записываешься на химию не позже следующей среды, либо больше не учишься на медицинском. Или все по плану, или никак.
Я притащился в свою комнату в общаге. Все было на своих местах: белый потолок, футбольная афиша и учебники по биологии. Но кое-что изменилось. Я сел писать электронное письмо родителям, чтобы сообщить, что меняю медицинскую специализацию на управление бизнесом. Но как я ни старался, нужные слова не приходили. Для большинства других людей смена специализации в университете – не проблема. А вот в моем случае, когда родители годами твердили мне, что предел их мечтаний – присутствовать на вручении мне диплома о высшем медицинском образовании, каждый новый удар по клавишам компьютера казался разрушительным ударом по их надеждам.
Я заставил себя закончить письмо и нажал кнопку «Отправить». Ждал ответа от мамы, но его не последовало. Когда я позвонил, она не взяла трубку.
На выходные я поехал навестить родителей. Войдя в дом, увидел на диване в гостиной всхлипывающую маму со скомканным платочком в руке. Отец сидел рядом. Сестры Талия и Бриана тоже были в гостиной, но при моем появлении сразу же испарились.
– Мам, прости, пожалуйста, но тебе просто нужно поверить мне.
– И кем же ты будешь, если не собираешься становиться врачом? – сказала она.
– Не знаю.
– Что ты планируешь делать с бизнес-образованием?
– Не знаю.
– И как же ты будешь зарабатывать на жизнь?
– Я не знаю!
– Вот именно – не знаешь! Ты вообще ничего не знаешь. Ты не знаешь, что такое реальная жизнь. Ты не знаешь, что значит начать с нуля жизнь в новой стране. Но я знаю точно, что если ты станешь врачом, если научишься спасать жизни, то сможешь заниматься этим где угодно. Всякие авантюры – одно, а настоящее дело – совсем другое. Зря потраченного времени уже не вернешь.
В надежде на поддержку я взглянул на отца, но он лишь покачал головой.
Эмоциональный наезд растянулся на весь уикенд. Я понял, что надо делать, и поступил, как поступал всегда.
Я позвонил бабушке.
Бабушка мне как вторая мать. Ребенком я больше всего на свете любил ее дом. Там мне было спокойно. Ее телефонный номер был первым, который я забил в память своего телефона. Каждый раз, поссорившись с мамой, я рассказывал бабушке свою версию событий, и она велела дочери быть ко мне снисходительней.
– Мне кажется… – мягко сказала мне бабушка, – …мне кажется, что твоя мама права. Мы переехали в Америку и жертвовали всем не для того, чтобы ты вот так все взял и бросил.
– Да я ничего и не бросаю. Не понимаю, в чем такая страшная проблема.
– Мама хочет для тебя жизни, которой не было ни у кого из нас. Когда случается революция, у тебя могут отобрать все деньги, лишить тебя бизнеса, но если ты врач, то твои знания у тебя никто не отберет. Ну а если тебе не нравится именно медицина, что же делать. Но бакалавриата в этой стране недостаточно. Тебе надо заканчивать магистратуру, – продолжила она.
– Если все дело в этом, то я же могу пойти на МВА или поступить на юридический.
– Если так, то все нормально. Но вот что я тебе скажу: я не хочу, чтобы ты стал одним из этих американских детишек, которые «запутываются» и пытаются обрести себя в блужданиях по миру.
– Я всего-то меняю специализацию! И все равно получу МВА или что-то в этом духе.
– Ну что же, если это твой план, то я поговорю с твоей мамой. Но мне нужно твое твердое обещание, что ты в любом случае закончишь бакалавриат и магистратуру.
– Ну да, обещаю.
– Нет, – сказала она, и голос ее посуровел. – Не надо мне твоих «Ну да, обещаю». Говори: джуне ман, что получу магистерскую степень.
Джуне ман – самая строгая клятва на фарси. Бабушка просила меня поклясться ее жизнью.
– Хорошо. Клянусь.
– Нет. Скажи: джуне ман.
– О’кей. Джуне ман.
* * *
Становилось все теплее, и наконец настало лето. Я вымелся из общаги и переехал домой. Но вернувшись, сразу же забеспокоился. Серьезное отношение к миссии требовало наличия серьезного рабочего места.
Поздним вечером того же дня я прихватил с маминой тумбочки в спальне ключи, отправился в ее офис, поднялся по лестнице в кладовку и включил свет. В тесном помещении с паутиной по углам хранились отжившие свое ящики для картотеки, старые коробки для документов и сломанное кресло, притиснутое к стене ветхим письменным столом.
Я погрузил коробки в машину и перевез их в наш гараж. Следующим утром я перетащил в него несколько книжных полок, пропылесосил пыльный ковер и повесил над дверью плакат Университета Южной Калифорнии. Затем установил принтер и распечатал самодельные визитки с моим именем и номером телефона. Сев в кресло, я водрузил ноги на стол и радостно заулыбался – у меня получился прямо персональный кабинет, как где-нибудь в манхэттенском небоскребе. Хотя, по правде говоря, это больше походило на чулан Гарри Поттера.
![](i_002.png)
ЧЕМ БОЛЬШЕ ТВОЕ ВНЕШНЕЕ СХОДСТВО С ДРУГИМ ЧЕЛОВЕКОМ, ТЕМ ПРОЩЕ ЗАВЯЗАТЬ С НИМ ДРУЖЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ.
![](i_002.png)
В эту первую неделю я получил десятки коричневых бандеролей Amazon. Из них я извлекал книги, купленные на выигранные в «Цене удачи» деньги. Целую полку заняли книги о Билле Гейтсе. Другую – книги о политиках, и еще по полке на предпринимателей, писателей, спортсменов, ученых и музыкантов. Я часами выстраивал книги на полках по размеру. Каждая из них была кирпичиком моего фундамента.
На самый верх я водрузил одну особенную книгу. Получился как бы алтарь: обложкой наружу на полке стояла книга «Доставляя счастье» Тони Шея, СЕО Zappos. Когда меня впервые накрыло кризисом «чего я хочу от моей жизни?», я был волонтером на бизнес-конференции, где бесплатно ее раздавали. Я не знал, ни кто этот человек, ни что это за компания, но студенты никогда не отказываются от халявы, так что я прихватил себе экземпляр. Уже позднее, когда родители бились в истерике по поводу моего решения поменять специализацию, а сам я мучился сомнениями в правильности своего поступка, книжка Тони Шея попалась мне на глаза. Внимание привлекло слово «счастье» в заглавии, и я взял ее полистать, чтобы немного отвлечься. Но положить обратно уже не смог. Чтение о пути Тони Шея – обо всех его шагах в неизвестное, невзирая на возможные неудачи, – помогло мне обрести внутреннее мужество, которого я прежде за собой не знал. Читая о его мечте, я испытывал еще большее стремление пойти навстречу своей. Поэтому я и поставил эту книгу на самую верхнюю полку. Каждый раз, когда мне понадобится напоминание о том, чего можно достичь, достаточно будет поднять глаза повыше.
* * *
Нанося последние штрихи в своей кладовке, я неожиданно сообразил, что пока не задавался вопросом, кто именно эти «самые успешные» люди. Как решить, у кого брать интервью в рамках моей миссии?
Я обзвонил своих ближайших друзей, обрисовал им проблему и попросил прийти на встречу ко мне в кладовку. Тем же вечером они появились: входили один за одним, как при выходе команды на игровое поле.
Первым пришел Коруин: растрепанные волосы до плеч, видеокамера в руке. Мы познакомились с ним в университете, где он учился на кинематографическом. Мне казалось, что застать его можно только в каком-то из двух состояний – либо медитирующим, либо разглядывающим что-то через видоискатель камеры. Коруин был нашим свежим взглядом.
Затем явился Райан: как обычно, уставившись в телефон со статистикой НБА. Мы познакомились с Райаном на математике в седьмом классе, и сдал я ее только благодаря ему. Он был нашим ответственным за цифры.
Следующим был Андре – тоже уставившийся в телефон. Правда, зная Андре, можно было быть уверенным, что он переписывается с какой-нибудь девчонкой. Мы с ним друзья с 12-летнего возраста, и он был дамским угодником уже тогда.
За ним пришел Брэндон: этот пересек мой порог, читая какую-то книгу в оранжевой обложке. Брэндон способен за день прочитать целую книгу. Он был нашей ходячей википедией.
И наконец, расплывающийся в улыбке Кевин: его присутствие оживило обстановку в кладовке. Кевин – энергия, скрепляющая нашу команду. Он был нашим олимпийским огнем.
Мы устроились на полу и начали мозговой штурм: кого бы мы пригласили преподавать в университете нашей мечты?
– Допустим, Билл Гейтс читал бы нам бизнес, Леди Гага преподавала музыку… – сказал я.
– Марка Цукерберга – на технологии, – воскликнул Кевин.
– Уоррена Баффетта – на финансы, – сказал Райан.
И еще полчаса в том же духе. Единственным, кто никого не предложил, был Брэндон. Когда я спросил, что он по этому поводу думает, Брэндон просто взял в руки свою оранжевую книгу.
– Вот с кем тебе нужно поговорить, – сказал он, указывая пальцем на имя автора. – Тим Феррис.
– С кем? – спросил я.
Брэндон протянул мне книгу.
– Прочитай. Он будет твоим кумиром, – сказал он.
Мозговой штурм продолжился: Стивен Спилберг по части кино, Ларри Кинг по части телевидения – и очень скоро список был готов. После того как друзья разошлись по домам, я переписал фамилии на карточку для записей и положил ее в бумажник – для дополнительной мотивации.
Следующим утром я вскочил с кровати с еще более решительным настроем, чем прежде. Достал карточку для записей из бумажника и долго разглядывал имена. Моей движущей силой была абсолютная уверенность в том, что до конца лета я смогу проинтервьюировать каждого из этих людей. Если бы я знал, что ждет меня на моем пути и как горько и больно мне станет очень и очень скоро, я, наверное, и начинать бы не стал. Но в этом и состоит преимущество наивности.
Шаг 2
Вниз по переулку
Глава 4
Игра Спилберга
Со списком в руке я бросился прямо в кладовку, сел за стол и открыл ноутбук. Но, глядя на экран, вдруг ощутил леденящую внутреннюю пустоту. Единственной моей мыслью было: «Ну, и что дальше?»
Впервые в жизни у меня не было учителя, который велел бы мне явиться на занятия к определенному часу. Никто не давал мне материал для заучивания и не объяснял смысл домашнего задания. Я терпеть не мог выполнять указания, но теперь, когда их не было, мне стало понятно, насколько сильно я на них опирался.
Лишь много позже я узнаю, что подобные моменты служат важнейшими вехами на пути всех, кто приступает к какому-то совершенно новому делу. Часто самым трудным в достижении мечты является не сам процесс достижения, а способность подавить в себе страх перед неизвестностью, неизбежный в отсутствие четкого плана. Конечно, с учителем или начальником, указывающим, что тебе нужно делать, все становится намного проще. Но полный комфорт и определенность – не та ситуация, в которой человек может стремиться воплотить свою мечту в жизнь.
Поскольку у меня не было ни малейшего представления о том, как организовать встречи с предполагаемыми собеседниками, я потратил этот день на рассылку электронных писем всем знакомым взрослым с просьбой посоветовать что-нибудь в этом плане. Я обращался к преподавателям, родителям друзей, короче, ко всем, кто производил впечатление людей более или менее в теме. Первой согласилась пообщаться девушка, работавшая менеджером в Университете Южной Калифорнии. Спустя пару дней мы встретились в одном из кафе университетского кампуса. В ответ на ее вопрос о том, кого я хочу проинтервьюировать, я достал из бумажника свой список и протянул ей. Пробежавшись глазами по именам, она заулыбалась.
– Я не должна тебе об этом сообщать, – сказала она, понизив голос, – но через две недели Стивен Спилберг будет в киношколе – там организуют мероприятие для жертвователей средств. Студентов на него не пускают, но…
Почему это так, я выяснил намного позже. В первый же учебный день декан прямо заявляет студентам-киношникам, что они никогда и ни при каких обстоятельствах не могут посещать мероприятия по сбору средств и обращаться к финансовым донорам. Но тогда я об этом не знал, так что моим единственным вопросом было: «А как я туда попаду?»
– Мероприятие будет камерное, – сказала она. – Так что, если ты наденешь костюм, я смогу провести тебя под видом своего ассистента. – И продолжила: – Понимаешь, гарантировать, что у меня получится подвести тебя к Спилбергу, я не могу. Заходишь внутрь, а дальше уже сам. Так что на твоем месте я бы подготовилась. Твое домашнее задание: пересмотреть все спилберговские фильмы и прочитать все, что о нем найдешь.
Именно так я и сделал. Днем штудировал 600-страничную биографию Спилберга, а вечером и ночью пересматривал его фильмы. И вот этот день настал. Я достал из гардероба свой единственный костюм, облачился в него и поехал.
* * *
Внутренний дворик киношколы преобразился: ничто не напоминало о том, что ты в учебном заведении. Красная ковровая дорожка перед входом, фуршетные столики на аккуратно подстриженных газонах, официанты в смокингах с подносами закусок. Я стоял среди приглашенных и слушал вступительное слово декана. Дама была не сильно выше трибунки, с которой говорила, но полностью завладела вниманием аудитории.
Дрожащими руками я пригладил свой пиджак и начал продвигаться вперед. В каких-нибудь трех метрах от меня сбились в кучку и о чем-то говорили друг с другом Стивен Спилберг, режиссер «Звездных войн» Джордж Лукас, СЕО студии DreamWorks Animation Джеффри Катценберг и актер Джек Блэк. Я и при входе-то нервничал, а сейчас был в полной панике. Как обратиться к Спилбергу, который занят беседой с создателем Дарта Вейдера и Люка Скайуокера? Что я скажу? «Извини, Джордж, давай-ка в сторонку»?
Внимание! Это ознакомительный фрагмент книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента ООО "ЛитРес".Правообладателям!
Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?